Мотивированное 

решение

 составлено 29.03.2024 года

Дело №2-1166/2024 15 февраля 2024 года

Р Е Ш Е Н И Е 

Именем Российской Федерации

Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в составе: 

председательствующего судьи Зубанова К.В.,

при секретаре Петровичевой А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась во Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга с настоящим исковым заявлением, в котором просит взыскать с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 1 211 100 руб., а также проценты за пользование денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ в размере 162 596,45 руб., оплаченную государственную пошлину в размере 15 068,48 руб.

В обоснование своих требований истец указывает, что ДД.ММ.ГГГГ по договору купли-продажи № №, в период брака за счет общих денежных средств ФИО1 и ФИО2, была приобретена квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, в неравных долях, при этом доля ФИО2 на указанную квартиру составила 20/21, а доля ФИО1 – 1/21.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому ФИО2 продал и передал, а ФИО1 купила и приняла в общую долевую собственность 8/21 долей в праве общей собственности на вышеуказанную квартиру за 45 000 руб., при этом договор был удостоверен нотариально.

Денежные средства на совершение указанной сделки были получены ФИО1 от продажи ДД.ММ.ГГГГ квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, полученной ей по наследству, а именно в сумме 238 308,18 руб., которые были поделены между наследниками, а именно истцом и её братом – ФИО3, в равных долях в размере 119 000 руб.

Также истцом указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2 обратились с заявлением в Управление Федеральной регистрационной службы по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с заявлениями о государственной регистрации вышеуказанного договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, однако уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ в регистрации договора было отказано, так как, по мнению регистрирующего органа, договор является ничтожной мнимой сделкой, так как заключен между супругами, правовых последствий не порождает, режим общей совместно собственности супругов не изменяет.

ДД.ММ.ГГГГ брак между супругами был расторгнут и в дальнейшем в ходе рассмотрения гражданского дела № о разделе совместно нажитого имущества между ФИО1 и ФИО2, судом было установлено, что вышеуказанная квартира изначально была приобретена в долевую, а не совместную собственность, что следует из апелляционного определения Санкт-петербургского городского суда № от ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом изложенного, ДД.ММ.ГГГГ истец повторно обратился в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу с заявлениями о государственной регистрации вышеуказанного договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, однако уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ в регистрации договора было повторно отказано, в виду непредставления заявления ФИО2

Данный отказ регистрирующего органа истцом был оспорен в Смольнинском районном суде Санкт-Петербурга, решением суда от ДД.ММ.ГГГГ по административному делу № в удовлетворении административного иска было отказано, однако судом было также установлено, что собственником 20/21 долей вышеуказанной квартиры является не ответчик, а ФИО4 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

В дальнейшем ФИО1 обратилась в суд с иском об оспаривании указанного договора дарения в части 8/21 долей, однако решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга по делу № от ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении требований истца было отказано.

С учетом изложенного, истец полагает, что поскольку ФИО2 отчужденной долей истца в размере 8/21 долей распорядился, путем их дарения ФИО4, при этом оплаченные истцом за указанную долю денежные средства ФИО1 не возвратил, то на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, в связи с чем суду заявлены требования о взыскании действительной стоимости 8/21 долей на текущий момент и процентов за пользование денежными средствами.

Кроме того, истцом указано, что о нарушении своих прав ей стало известно не ранее января 2021 года, а именно с момента рассмотрения дела в Смольнинском районном суде Санкт-Петербурга.

Истец ФИО1 и её представитель истца ФИО5 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен, доверил представлять свои интересы своему представителю ФИО6, которая возражала в удовлетворении заявленных требований, по основаниям указанным в письменных возражения на иск (л.д. 92-96), а именно полагала, что истцом избран неверный способ защиты права, незаконного сбережения имущества в виде долей в праве общей долевой собственности на спорную квартиру со стороны её доверителя не имелось, что установлено вступившими в силу судебными актами, доводы истца о неосновательном обогащении могут касаться лишь денежных средств, однако доказательств их оплаты в материалы дела не представлено, её доверитель факт получения денежных средств не признает, кроме того о нарушении своих прав истец должен был узнать не позднее 2007 года, то есть с момента отказа в регистрации оспариваемой сделки регистрирующим органом, однако соответствующее уведомление истцом не оспаривалось, соответственно по указанным требованиям срок давности истек, кроме того, её доверитель не может нести ответственности за действия регистрирующего органа.

Суд, определив рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, в порядке ст. 167 ГПК РФ, выслушав стороны, оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, приходит к следующему.

Истцом указано, что ДД.ММ.ГГГГ по договору купли-продажи № №, в период брака за счет общих денежных средств ФИО1 и ФИО2, была приобретена квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, в неравных долях, при этом доля ФИО2 на указанную квартиру составила 20/21, а доля ФИО1 – 1/21 (л.д. 9-10).

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судом установлено, что в производстве Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга находилось гражданское дело № по иску ФИО2 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества, по иску ФИО1 к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества.

Решением суда от ДД.ММ.ГГГГ признана совместно нажитым имуществом супругов ФИО2 и ФИО1, подлежащим разделу, квартира по адресу: 

<

адрес>.

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ решение суда в части признания вышеуказанной квартиры совместно нажитым имуществом было отменено, в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 было отказано (л.д. 18-25). Решение суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Так, судом было установлено, что данная квартира была приобретена в долевую собственность супругов, что не противоречит требованиям ст. 38,39 СК РФ, при этом приобретение квартиры осуществлялось за счет средств ФИО2, вырученных от продажи принадлежащей ему доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, при этом доводы ФИО1 о приобретении спорной квартиры за счет общих совместных средств судом оценены критически, в виду непредставления доказательств указанного (л.д. 21-22).

Таким образом, судом было установлено, что данная квартира приобретена истцом и ответчиком в долевую собственность в период брака, а именно в неравных долях, при этом доля ФИО2 на указанную квартиру составила 20/21, а доля ФИО1 – 1/21.

Также истцом указано, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому ФИО2 продал и передал, а ФИО1 купила и приняла в общую долевую собственность 8/21 долей в праве общей собственности на вышеуказанную квартиру за 45 000 руб., при этом договор был удостоверен нотариально (л.д. 11-12).

Денежные средства на совершение указанной сделки были получены ФИО1 от продажи ДД.ММ.ГГГГ квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, полученной ей по наследству, а именно в сумме 238 308,18 руб., которые были поделены между наследниками, а именно истцом и её братом – ФИО3, в равных долях в размере 119 000 руб. (л.д. 13-14).

Также истцом указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2 обратились с заявлением в Управление Федеральной регистрационной службы по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с заявлениями о государственной регистрации вышеуказанного договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, однако уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ в регистрации договора было отказано, так как по мнению регистрирующего органа, договор является ничтожной мнимой сделкой, так как заключен между супругами, правовых последствий не порождает, режим общей совместно собственности супругов не изменяет (л.д. 16-17).

Вместе с тем, судом установлено, что в производстве Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга находилось также гражданское дело № по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО2 о признании договора недействительным, признании права собственности (л.д. 97-107).

Так, в рамках вышеуказанного дела ФИО1 просила признать договор дарения, заключенный между ФИО2 и ФИО4 недействительным, применить последствия недействительности сделки, признать за ФИО1 право собственности на 8/21 долей в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, отменить регистрацию перехода права собственности по договору дарения в части 8/21 долей, возложить обязанность на Управление ФСГР КиК по Санкт-Петербургу зарегистрировать право собственности на 8/21 долей за ФИО1, возложить обязанность на ответчиков устранить препятствия в пользование квартирой, передать ключи.

Вместе с тем, в удовлетворении заявленных требований ФИО1 было отказано, поскольку истец выбрал неверный способ защиты путем предъявления исковых требований о признании права собственности, тогда как фактически между сторонами заявлен спор между двумя лицами, претендующими на одну вещь, поскольку в отношении одного объекта недвижимости имело место заключение нескольких договоров – купли-продажи и дарения, в связи с чем законодателем установлен иной порядок защиты права в ст. 398 ГК РФ, а не по правилам главы 7 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Указанное решение суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Материалы гражданских дел № и № обозревались судом в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 88).

Применительно к настоящему спору, суд полагает, что в данном случае неосновательного сбережения 8/21 долей на стороне ответчика не возникло, поскольку он являлся собственникам 20/21 долей в спорной квартире, применительно к ст. 1102 ГК РФ можно говорить о сбережении денежных средств, которые, как указывает истец, были переданы в счет оплаты по вышеуказанному договору.

Истец полагает, что поскольку денежные средства ему до настоящего времени не возвращены, в соответствии со ст. 398, 1102 и 1105 ГК РФ ответчик должен возместить ФИО1 действительную стоимость 8/21 долей на текущий момент и проценты за пользование денежными средствами, при этом указывает, что о нарушении своих прав ФИО1 стало известно не ранее января 2021 года, а именно с момента рассмотрения дела в Смольнинском районном суде Санкт-Петербурга об оспаривании отказа регистрирующего органа от ДД.ММ.ГГГГ в повторной регистрации оспариваемого договора.

Статья 199 ГК РФ устанавливает, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. При установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу, таким образом.

Согласно ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности устанавливается в три года.

При этом, как разъяснено в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского Кодекса РФ об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком.

Принимая во внимание, что при рассмотрении гражданского дела № судом было установлено, что ФИО1 не произвела в установленном законом порядке действия по регистрации договора купли-продажи и перехода права собственности в течение 20 лет, при этом решение Росреестра от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в регистрации права собственности не обжаловала, с иском к ФИО2 о понуждении зарегистрировать переход права собственности или передать имущество не обращалась. 

Кроме того, обращаясь с иском о разделе спорной квартиры в деле №, ни во Фрунзенском районном суде Санкт-Петербурга, ни в суде апелляционной, ни в суде кассационной инстанции не ссылалась на наличие договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, напротив, считала, что 20/21 долей спорной квартиры, зарегистрированные на ФИО2, являются совместно нажитым имуществом супругов. И только после окончания рассмотрения дела о разделе имущества супругов во всех судебных инстанциях, и, не получив желаемого результата, истец обратилась с настоящими требованиями. 

Таким образом, истец в течение 20 лет после заключения договора поступала вопреки норме, предоставляющей ей соответствующее право на реализацию права собственности.

Разрешая требования, суд пришел к выводу, что из поведения ФИО1 на протяжении 20 лет, в том числе при рассмотрении гражданского дела № следует, что она отказалась от исполнения по сделке, согласилась с выводами Росреестра о мнимости сделки, независимо от такого признания судом (ничтожная сделка).

При этом судом не установлено действий ФИО2, которые ставили ФИО1 в положение, когда она не могла реализовать принадлежащие ей права в течение 20 лет, а ссылка на неявку в Россреестр для подачи заявление ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ не влияет на выводы суда, поскольку она последовала после рассмотрения Фрунзенским районным судом гражданского дела № о разделе имущества. При этом ранее ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 для дачи согласия на регистрацию договора купли продажи и перехода права собственности в Россреестр являлся (л.д. 101-102).

С учетом изложенного, суд оценивает критически доводы истца о том, что о нарушении своих прав ей стало известно только в январе 2021 года, поскольку о нарушении своих прав истец должен был узнать не позднее ДД.ММ.ГГГГ, то есть после истечения срока приостановления регистрационных действий (л.д. 17), соответственно с указанного момента истец не был лишен возможности предъявить требования о возврате денежных средств к ответчику, однако соответствующие требования ей предъявлены только ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 66), то есть по истечении более 15 лет, с момента нарушения её прав, как следует из иска, в связи с чем суд полагает, что срок давности по заявленным истцом требованиям пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Принимая во внимание, что требования о взыскании процентов являются производными от основного требования, оснований для удовлетворения иска в данной части у суда также не имеется.

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 55-57, 67, 103, 194-199, ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья К.В. Зубанов