Мотивированное 

решение

 составлено 09.02.2026

Дело № 2-3/2026

УИД 66RS0036-01-2025-000764-19

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 января 2026 года город Кушва

Кушвинский городской суд Свердловской области в составе председательствующего Пыко Л.В.,

при секретаре судебного заседания Калугиной А.А.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, признании договора аренды недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Кушвинский городской суд Свердловской области с иском к ФИО5, ФИО3, в котором просит взыскать с ответчиков стоимость ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее по тексту - ДТП) в размере 403 400 руб., сумму госпошлины 17 870 руб., расходы на оплату услуг эксперта в размере 10 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 30 000 руб.

В обоснование заявленных требований указано, ДД.ММ.ГГГГ в 12.50 часов у 

<

адрес> произошло ДТП с участием двух автомобилей: марки № ГАЗ-33020, 2006 года выпуска, государственный регистрационный номер №, под управлением ответчика ФИО5, принадлежащего другому ответчику ФИО3, и автомобиля марки Киа Рио, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6, принадлежащего ФИО1 на праве собственности. ДТП произошло по вине водителя ФИО5. В результате ДТП автомобилю истца был причинен ущерб и для определение его размера истец обратилась к независимому эксперту, который своим заключением от ДД.ММ.ГГГГ установил, что рыночная стоимость восстановительного ремонта составляет 403400 руб.. Таким образом, истец просит суд взыскать причиненные убытки как с владельца автомобиля, так и с виновника ДТП. Кроме того, истцом понесены расходы на оплату услуг юриста 30000 руб., на оплату услуг автоэксперта 10000 руб., и на оплату государственной пошлины 17870 руб..

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «Т-Страхование».

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ принято к рассмотрению в рамках настоящего гражданского дела требование истца о признании недействительным (ничтожным) договор аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО5 в отношении автомобиля ГАЗ-33020, государственный регистрационный номер №, с использование которого было совершено ДТП и применить последствия недействительности (ничтожности) этого договора.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к рассмотрению в рамках настоящего гражданского дела приняты заявленные представителем истца требования о взыскании судебных расходов в размере 3000 рублей на оплату государственной пошлины по требованию о признании недействительным (ничтожным) договора аренды транспортного средства, 87500 рублей внесенных на депозит судебного департамента для проведения экспертизы с комиссией, расходов по нотариальному удостоверению документов, а также уточнил первоначальное требование о взыскании государственной пошлины как 22585 руб. вместо ошибочно указанных 17870 руб., а также 12000 руб. на оплату услуг эксперта вместо 10000 руб..

В настоящее судебное заседание истец ФИО1 и ответчик ФИО3, воспользовавшись своим правом, предусмотренным статьей 48 Гражданского процессуального кодекса РФ, вести свои дела в суде через представителей, по вызову суда не явились.

Представитель истца ФИО2 настаивал на исковых требованиях в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика ФИО3– ФИО4 исковые требования к ее доверителю признала, считала надлежащим ответчиком по делу ФИО5, которому по договору аренды был передан автомобиль, и согласно условиям договора на него была возложена обязанность по страхованию гражданской ответственности владельца автотранспортных средств. Указала, что суду представлен акт приема-передачи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ. Договор аренды транспортного средства исполнен с момента передачи соответствующего имущества. Согласно нормам Гражданского кодекса Российской Федерации именно арендатор несет расходы на содержание арендованного транспортного средства и его страхование — в том числе страхование своей ответственности. Кроме того, арендатор несет также и расходы, возникающие в связи c его эксплуатацией. Утверждение истца о том, что владелец автомобиля ФИО3 должен возместить ущерб от ДТП, основан на неверном толковании норм действующего законодательства, отсутствием знаний правоприменительной практики у представителя истца ФИО2. Неоднократно в судебных заседаниях представитель истца ФИО2 подчеркивал, что с ФИО5 денежную компенсацию за поврежденный автомобиль истец ФИО1 не получит, так как у ФИО5 ничего нет. У ФИО3 же имеется в собственности автомобиль ГАЗ, на который судом наложен арест, поэтому Серединский платежеспособен. Данное поведение представителя истца необходимо рассматривать как злоупотребление право в силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. В обосновании причиненного ущерба от ДТП истец ФИО1 прикладывает выполненное экспертом-техником ИП ФИО8 заключение технической экспертизы № транспортного средства KIA RIO per. номер №. В данном заключении имеется акт осмотра транспортного средства – ДД.ММ.ГГГГ, место осмотра - г. Красноуральск автосервис «Автомир», то есть на следующий день после ДТП. Ни водителя ФИО5, ни собственника автомобиля ФИО3, истец на осмотр не пригласила, лишив их права присутствовать при осмотре, задавать вопросы эксперту-технику ФИО8. Данное заключение технической экспертизы не может являться надлежащим доказательством размера ущерба. Представитель истца ФИО2 неоднократно в судебном заседании пояснял, что он присутствовал когда произошло ДТП. Как представитель он должен знать, что эксперт-техник не может давать заключение по ущербу в данном случае. ФИО5 свою автогражданскую ответственность в нарушении условий договора аренды транспортного средства не застраховал. За пределами ОСАГО возмещение осуществляется в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации по рыночной стоимости. Поскольку эксперты - техники предназначены для работы исключительно в рамках ОСАГО и в их программу обучения не входит изучение вопросов определения рыночной стоимости, то их компетенция не распространяется за пределы ОСАГО. Эксперт-техник осуществляет независимую техническую экспертизу транспортных средств в соответствии с ФЗ от 25.04.2022 г. № 40-ФЗ и Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.04.2003 г. № 238 «Об организации независимой технической экспертизы транспортного средства». Экспертиза проводится в соответствии с нормативными, методическими и другими документами, утвержденными совместно федеральными органами исполнительной власти, на которые возложено государственное регулирование в области транспорта, в области юстиции и в области внутренних дел. В данном случае размер ущерба от ДТП должен был производить оценщик в соответствии с оценочным законодательством (в частности ст. 5 ФЗ №135 -ФЗ от 29.07.1998 г.). При этом оценщик обязан при осуществлении оценочной деятельности соблюдать федеральные стандарты оценки, утвержденные государственным регулятором - Минэкономразвития России, а так же стандарты и правила оценочной деятельности, а так же правила деловой и профессиональной этики, утвержденные СРОО, членом которой он является. Кроме того проведение экспертизы завершается составлением экспертного заключения, оформляемого в письменной форме. Требования к содержанию и порядку оформления экспертного заключения содержатся в Постановлении Правительства РФ от 24.04.20003 г.№ 238 «Об организации независимой технической экспертизы транспортного средства». Проведение работы по оценке объекта оценки завершается составлением отчета, оформляемого в письменной форме. Общие требования к содержанию и порядку оформления отчета об объекте оценки устанавливается ст. 11 ФЗ от 29.07.1998 г. № 135-ФЗ. ИП ФИО8 в СРО не состоит, оценщиком не является. ИП ФИО8 состоит в государственном реестре экспертов техников. Считает, что истец ФИО1 не доказала факт причинения ущерба ее автомобилю в результате ДТП. Согласно информации с сайта Госавтоинспекция, в результате проверки автомобиля KIA RIO, государственный регистрационный знак № указано, что при ДТП произошли повреждения: переднее левое крыло, переднее правое крыло, капот замок капота, передние левые и правая фара крышка радиатора, рамка радиатора. Повреждения колес(шин). Элементов ходовой части. Стекол фар, указателей поворота, стоп- сигналов и другие повреждения без изменения геометрии элементов кузова и эксплуатационных характеристик. Повреждения, указанные в заключении технической экспертизы, не совпадают с информацией с сайта Госавтоинспекции. В подтверждении судебных издержек истец ФИО1 прикладывает расписку о том, что она передала денежные средства в размере 30 000 руб. ФИО2 для представления ее интересов в суде по взысканию материального ущерба от ДТП. Считает, что данная расписка безденежная, так как ФИО2 являлся ИП. ИП ликвидирован ДД.ММ.ГГГГ. Использование контрольно-кассовой техники регулирует закон № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении расчётов в Российской Федерации». В статье 1.2 этого закона сказано, что все организации и ИП при расчётах с покупателями должны использовать ККТ, а в момент получения от покупателя денег выдавать ему бумажный или электронный кассовый чек. Кроме того, высказала несогласие с результатами проведенной по делу судебной технической экспертизы, в обоснование чего предоставила консультативное мнение специалиста ООО «Негосударственный экспертно-криминалистический центр» ФИО9.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом извещенным о дате, месте и времени рассмотрения дела, обратился к суду с ходатайством о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее от ФИО5 поступило ходатайство, в котором ответчик указывает о признании исковых требований ФИО1 (л.д.155).

Третье лицо ФИО6 и представитель АО «Т-Страхование» надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении дела не заявляли.

Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на интернет-сайте Кушвинского городского суда Свердловской области www.kushvinsky.svd.sudrf.ru в соответствии со ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

Суд, с учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Принимая во внимание доводы представителя истца, представителя ответчика ФИО3, допросив экспертов ФИО10, ФИО11, исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

В силу п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Таким образом, ответственность за вред, причинённый источником повышенной опасности, несёт лицо, владеющее этим источником на каком-либо из законных оснований, перечень которых судом не ограничен.

При возложении ответственности за вред в соответствии с указанной нормой необходимо исходить из того, в чьём законном пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда. Правоотношение между собственником транспортного средства и лицом, управляющим им на момент дорожно-транспортного происшествия, имеет юридическое значение для правильного установления лица, на котором лежит обязанность по возмещению вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия.

Из разъяснений, данных в п. 19 и 20 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо других законных основаниях (например по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством); лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование, и он пользуется им по своему усмотрению.

Судом установлено, что, истцу причинён имущественный вред в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшегоДД.ММ.ГГГГ в 12.50 часов около 

<

адрес> произошло ДТП с участием автомобилей ГАЗ-3302, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, принадлежащего на праве собственности ФИО3, и Киа Рио, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО12, принадлежащего на праве собственности ФИО1.

Согласно материалам проверки по факту ДТП, водитель ФИО13, управляя автомобилем ГАЗ-3302, государственный регистрационный знак №, при движении задним ходом, допустил наезд на стоящее транспортное средство Киа Рио, государственный регистрационный знак № (л.д.75-84).

Обстоятельства ДТП сторонами не оспариваются.

Как следует из п. 8.12 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 N 1090 движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

Определением инспектора ОВ ДПС ОГИБДД МО МВД России «Качканарский» от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО5 отказано, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Ввиду отсутствия на момент ДТП полиса ОСАГО водитель ФИО5 привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Данное ДТП произошло по вине водителя ФИО5, о чем свидетельствуют приобщенные к делу материалы дорожно-транспортного происшествия, а также не оспаривается участниками процесса.

В результате данного ДТП автомобилю и имуществу истца причинены механические повреждения решетки радиатора, рамки радиатора, переднего левого, правого крыла, капота, замка капота, передней левой фары, передней правой фары (л.д.78- сведения о ДТП).

Истцом представлено при обращении с иском заключение технической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, составленное экспертом-техником ФИО8, в котором указано, что величина затрат, необходимых для приведения транспортного средства Киа Рио, государственный регистрационный знак № в состояние, в котором оно находилось до ДТП, по состоянию на дату ДТП составляет 403400 руб. (л.д.37-64).

Возражая против суммы ущерба, заявленной истцом, представитель ответчика ФИО3 утверждает, что эксперт-техник ФИО8 не имел права проводить экспертизу ввиду того, что он не имеет квалификационный аттестат на право проведения оценочной экспертизы и не является членом СРО.

Вместе с тем, данный довод подлежат отклонению, поскольку не свидетельствует о неверном определении размера убытков, причиненных истцу. ИП ФИО8 включен в реестр экспертов - техников, о чем свидетельствует выписка из государственного реестра экспертов-техников (л.д. 63); имеет соответствующие квалификации. Сторона ответчика ходатайств о назначении по делу судебной оценочной экспертизы не заявляла, однако, такого права лишена не была. В связи с чем, при определении размера, причиненного истцу ущерба, суд принимает в качестве допустимого доказательства досудебное заключение, представленное истцом. Иного размера стоимости возмещения суду не представлено.

Руководствуясь положениями статей 15, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что именно ФИО3 является лицом, обязанным возместить причиненный истцу вред.

В силу ч. 2 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Часть 2 ст. 56 и ч. 1 ст. 196 данного кодекса обязывают суд определить действительные правоотношения сторон по владению источником повышенной опасности и соответствующим образом распределить обязанность доказывания имеющих значение обстоятельств.

Обязанность доказать обстоятельства, освобождающие собственника автомобиля от ответственности, в частности факт действительного перехода владения к другому лицу, должна быть возложена на собственника этого автомобиля, который считается владельцем, пока не доказано иное.

В силу требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО3 для освобождения от гражданско-правовой ответственности надлежало представить доказательства передачи права владения автомобилем ФИО5 в установленном законом порядке, в том числе с предоставлением доказательств не только заключения договора аренды автомобиля, но и иных обстоятельств, свидетельствующих о фактической передаче прав по владению имуществом ответчику ФИО5.

Собственником автомобиля ГАЗ-3302, государственный регистрационный знак №, является ответчик ФИО3 (л.д.84- карточка учета транспортного средства).

Полагая ФИО3 ненадлежащим ответчиком, его представителем было указано на то, что между ФИО3 и ФИО5 был заключен договор аренды транспортного средства без экипажа от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям данного договора обязанность по страхованию автогражданской ответственности возложена на арендатора, то есть ФИО5.

Суду на обозрение был представлен оригинал договора и акт приема-передачи к нему.

Так, по условиям договора от ДД.ММ.ГГГГ, автомобиль ГАЗ-3302, государственный регистрационный знак №, передан арендатору (ФИО5) за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации, на срок один год, с уплатой арендной платы в размере 10000 руб. в месяц.

При рассмотрении дела стороной истца было заявлено ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы на предмет давности составления договора аренды и акта к нему.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная техническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Центра экспертиз и консалтинга федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования "Уральский государственный юридический университет имени В.Ф. Яковлева".

Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ:

- установить, соответствует ли фактическое время проставления подписи от имени ФИО3 в документе «договор аренды транспортного средства без экипажа от ДД.ММ.ГГГГ года», не представляется возможным, ввиду невозможности произвести отбор штрихов подписи ФИО3 в соответствии с требованиями методики по определению давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию в штрихах летучих растворителей;

- установить, соответствует ли фактическое время проставления подписи от имени ФИО3 в документе «акт приема-передачи транспортного средства к договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ года», не представляется возможным, ввиду невозможности произвести отбор штрихов подписи ФИО3 в соответствии с требованиями методики по определению давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию в штрихах летучих растворителей;

- фактическое время проставления подписи от имени ФИО5 в документе «акт приема-передачи транспортного средства к договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ года», не соответствует дате, указанной в документе «акт приема-передачи транспортного средства к договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ года».

Исследуемые документы № и №: договор аренды транспортного средства без экипажа от ДД.ММ.ГГГГ и акт приема-передачи транспортного средства к договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ и их реквизиты не подвергались агрессивному световому, термическому или химическому воздействию, препятствующее дальнейшему исследованию по установлению абсолютной давности выполнения реквизитов документов.

Оценив заключение эксперта, суд приходит к выводу, что оно соответствуют требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведенного исследования. Сделанные в заключении выводы являются мотивированными, ясными и полными. Оснований для сомнения в компетентности экспертов у суда не имеется.

Данное заключение эксперта в силу ст.55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является допустимым доказательством по делу и исследуется судом наряду с другими доказательствами.

При этом суд исходит из того, что эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо неверного заключения. Нарушения экспертами основополагающих методических и нормативных требований при ее производстве не установлены.

Представленное представителем ответчика ФИО3 консультативное мнение специалиста ООО «Негосударственный экспертно-криминалистический центр» ФИО9 на экспертное заключение ФГБОУ ВО УрГЮУ им. В.Ф. Яковлева, судом в качестве допустимого доказательства не принимается, поскольку нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрено оспаривание экспертного заключения рецензией (заключением) другого экспертного учреждения.

Принимая во внимание изложенное, суд критически относится к представленным в материалы дела договору аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ и акту приема-передачи от той же даты, в связи с чем, приходит к выводу о том, что не является установленным и доказанным факт заключения договора аренды между ответчиками ДД.ММ.ГГГГ, а указанные документы представлены ответчиком ФИО3 с целью освобождения его ответственности за вред, причиненный принадлежащим ему источником повышенной опасности имуществу истца.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что ДД.ММ.ГГГГ, участвуя лично в судебном заседании, ответчик ФИО3 предоставлял суду на обозрение иной договор аренды транспортного средства, датированный ДД.ММ.ГГГГ. При этом акт приема-передачи к договору отсутствовал. Согласно условиям договора он являлся безвозмездным, условий об обязанности арендатора производить страхование обязательной гражданской ответственности не имелось. ФИО3 при этом пояснял, что договор оформлен формально и задним числом, в связи с согласием ФИО5 со своей виной.

Таким образом, владельцем источника повышенной опасности - транспортного средства ГАЗ-3302, государственный регистрационный знак №, на момент ДТП, являлся ответчик ФИО3. Доказательств противоправного выбытия транспортного средства из владения собственника по вине ФИО5 не имеется. Передача ФИО3 транспортного средства другому лицу в техническое управление без оформления полиса ОСАГО и без включения ФИО5 в рамках отношений по обязательному страхованию автогражданской ответственности в страховой полис не освобождает собственника от ответственности за причинённый вред, поскольку в силу должной заботливости и осмотрительности собственник автомобиля мог и должен был предвидеть возможное наступление неблагоприятных последствий при управлении ФИО5 транспортным средством.

При таких обстоятельствах суд взыскивает с ФИО3 в пользу истца ФИО1 ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в сумме 403400 руб.. При этом суд считает не подлежащими удовлетворению исковые требования о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, к ФИО5, поскольку ответчики не представили доказательств, подтверждающих, что источник повышенной опасности был передан ФИО5 в установленном законом порядке.

Сам по себе факт управления ФИО5 автомобилем на момент дорожно-транспортного происшествия не свидетельствует о том, что именно водитель являлся владельцем источника повышенной опасности в смысле, придаваемом данному понятию в ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Факт передачи собственником транспортного средства другому лицу права управления им, в том числе, с передачей ключей и документов на автомобиль, подтверждает лишь волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, поскольку такое использование не лишает собственника имущества права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявление истца об отказе от иска, признание иска ответчиком и условия мирового соглашения сторон заносятся в протокол судебного заседания и подписываются истцом, ответчиком или обеими сторонами. В случае, если отказ от иска, признание иска или мировое соглашение сторон выражены в адресованных суду заявлениях в письменной форме, эти заявления приобщаются к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания (часть 1). Суд разъясняет истцу, ответчику или сторонам последствия отказа от иска, признания иска или заключения мирового соглашения сторон (часть 2).

Ответчик ФИО5 в судебные заседания ни разу не явился, возможность выполнить требования ч. 3 ст. 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о разъяснении последствий признания иска у суда отсутствовала. При таких обстоятельствах, принятие заявления ответчика о признании исковых требований повлекло бы нарушение его процессуальных прав.

Доводы представителя ответчика ФИО3 о квалификации действий представителя истца как злоупотребление правом, подлежит отклонению, поскольку ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает презумпцию добросовестности действий участников гражданских правоотношений, при этом судом не установлено наличие признаков недобросовестного поведения или злоупотребления правом в действиях представителя истца.

Рассматривая требования истца о признании недействительным (ничтожным) заключенного между ответчиками договора аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ и применения последствий недействительности сделки, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Из приведенных нормативных положений следует, что заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес, а предъявленный этим лицом иск выступает средством защиты его нарушенного права и законных интересов. Соответствующий иск может быть удовлетворен только в том случае, если оспариваемой сделкой нарушены права и охраняемые законом интересы и целью его обращения в суд является восстановление этих нарушенных прав и интересов.

Истец стороной оспариваемого договора аренды не является.

Наличие указанного договора аренды не может быть препятствием к защите ее прав в рамках рассматриваемого спора, поскольку прерогатива оценки доказательств и установления действительных правоотношений сторон по владению источником повышенной опасности принадлежит суду.

В данном случае признание договора аренды ничтожным по мотиву его притворности не повлечет за собой восстановление либо возникновение каких-либо прав истца.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемого договора аренды ничтожным и применении последствий недействительности сделки, в связи с чем в данной части исковых требований отказывает.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что перечень судебных издержек, предусмотренный ГПК РФ и КАС РФ, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети «Интернет»), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность. Расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Суд полагает возможным взыскать с ответчика ФИО3 в пользу истца документально подтвержденные судебные расходы на оплату независимой экспертизы в размере 12 000 руб. (л.д. 36).

На основании ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО3 в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате юридических услуг, понесенные истцом при рассмотрении дела, в разумном и справедливом размере, определенном судом с учетом сложности настоящего дела, категории спора, количества и длительности судебных заседаний, в которых присутствовал представитель истца, а именно – 30 000 руб. (л.д.17, 89).

Истцом при подаче искового заявления оплачена государственная пошлина в размере 22585 рублей (л.д.10), при заявлении ходатайства об увеличении исковых требований произведена доплата государственной пошлины в размере 3000 руб. (л.д.126).

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового Кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО3 в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы в виде государственной пошлины, оплаченной истцом при предъявлении настоящего иска в суд, в размере 22585 руб. за требование имущественного характера. Однако, в связи с тем, что в удовлетворении требований о признании недействительным договора аренды транспортного средства отказано, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 руб. возмещению не подлежат.

Кроме того, представителем истца заявлено требование о взыскании с ответчиков расходов, понесенных на оплату услуг по проведению судебной экспертизы.

Как установлено из материалов дела, истцом ФИО1 на счет Управления судебного департамента в Свердловской области внесены денежные средства в счет оплаты судебной технической экспертизы по настоящему делу в размере 85000 руб. (л.д.137) и 2500 руб. (л.д.168), комиссия за перевод денежных средств составила в общем 1750 руб..

Поскольку сторона истца понесла убытки в виде расходов на проведение судебной экспертизы, которая с учетом возражений ответчиков против заявленных требований и существа иска, являлась и признана судом допустимым и относимым доказательством, истец вправе требовать их возмещения с ответчиков.

Судом принимается во внимание, что несение данных расходов обосновано назначением по делу судебной экспертизы; оплата комиссии банку за перевод была предусмотрена, о злоупотреблении правами со стороны истца не свидетельствует.

На основании изложенного, суд полагает необходимым удовлетворить заявленные требования о взыскании с ответчика ФИО3 судебных расходов по оплате экспертизы в размере 87500 руб., а также комиссии 1750 руб..

Между тем, суд не усматривает снований для взыскания судебных расходов на нотариальное удостоверение СТС транспортного средства (л.д.99-100) и паспорта транспортного средства (л.д.101-102), поскольку истцом не представлено доказательств необходимости несения расходов по нотариальному удостоверению указанных документов, судом на истца такая обязанность не возлагалась.

руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, признании договора аренды недействительным удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 стоимость ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 403 400 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 30 000 руб., расходы на оплату услуг автоэксперта 12000 руб., государственную пошлину 20870 руб., расходы на оплату услуг судебной экспертизы 87500 рублей, комиссию 1750 руб..

В удовлетворении исковых требований к ФИО5, а также в удовлетворении требований о признании договора аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ недействительным – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Кушвинский городской суд Свердловской области.

Судья - Л.В. Пыко