Дело № 2-1292/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 мая 2019 года г. Липецк

Советский районный суд г. Липецка в составе: 

председательствующего судьи Малыхиной А.Н.,

при секретаре Присекиной О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на имущество в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО2 и ФИО3 о признании права собственности на имущество в порядке наследования по закону. В обоснование требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с которым она проживала и вела совместное хозяйство с 2010 года, брак между ними зарегистрирован не был. Наследниками первой очереди к имуществу ФИО4 являются мать – ФИО3 и сын ФИО2 В наследственную массу входит недвижимое имущество: 

<

адрес> в 

<

адрес> и 1/3 доля в праве общей долевой собственности на 

<

адрес>. Истец проживала совместно с наследодателем в течение 8 лет, находилась на его иждивении, поэтому также является наследником к имуществу ФИО4, однако нотариус отказал в выдаче свидетельства о праве на наследство, поскольку не подтвержден факт нахождения на иждивении. В связи с изложенными обстоятельствами истец просила признать за ней право собственности в порядке наследования по закону на 1/9 долю в праве собственности на 

<

адрес> и на 1/3 долю в праве собственности на 

<

адрес> в 

<

адрес>.

Определением суда производство по делу в части исковых требований ФИО1 к ФИО3 прекращено в связи с отказом от иска (л.д. 208); наследник ФИО3 привлечена к участию в деле в качестве третьего лица.

Истец ФИО1 в ходе судебного разбирательства увеличила размер исковых требований и просила признать за ней право собственности в порядке наследования по закону на 1/6 долю в праве собственности на 

<

адрес> и на 1/2 долю в праве собственности на 

<

адрес> в 

<

адрес> (л.д. 192 – 193).

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО5 в судебном заседании исковые требования к ФИО2 поддержали, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении и письменных объяснениях (л.д. 276 – 278).

Дополнительно объяснили, что истица с 2010 года проживала совместно с наследодателем ФИО4, они вели общее хозяйство и фактически находились в брачных отношениях, ФИО4 высказывал намерение зарегистрировать брак официально. Наследодатель получал пенсию за выслугу лет и работал, его ежемесячный доход составлял примерно 25 000 руб. Он содержал истицу, покупал продукты, лекарства, бытовые приборы, оплачивал коммунальные платежи, делал ремонт в квартире истицы на свои средства, покупал ей дорогие подарки. В 2017 году он заболел циррозом печени и не смог работать. Истица заботилась и ухаживала за ним до его смерти. Истица по состоянию здоровья нетрудоспособна, является инвали

<

адрес> группы, получает пенсию, размер которой ниже прожиточного минимума, находилась на иждивении ФИО4 Совершеннолетние дети истицы не могут ей помогать материально, поскольку имеют самостоятельные семьи и получают низкую заработную плату. 

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал и объяснил, что он является сыном наследодателя ФИО4 Родители развелись давно, они с отцом виделись и общались, но не часто. Отец получал пенсию по выслуге лет в размере 11000 – 12 000 руб. и работал охранником, где получал небольшую зарплату. Доходы отца были небольшие, он содержал себя, платил коммунальные платежи за квартиру в г. Усмань и квартиру в г. Липецке. Иногда при встречах отец давал ему деньги на карманные расходы суммами от 500 руб. до 1 500 руб., больше денег выделить он не имел возможности, у него их просто не было. Отец злоупотреблял спиртным, в 2017 году заболел циррозом печени, денежные средства тратились на лекарства. О том, что отец состоит в близких отношениях с ФИО1, ему стало известно во время болезни отца от бабушки ФИО3 Отец иногда проживал у истцы, иногда в своей квартире по ул. Гагарина. Отец никогда не знакомил его с истицей, не говорил о том, что намерен вступить с ней в брак. 

Представитель ответчика ФИО6 в судебном заседании исковые требования полагал не подлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным в письменных возражениях (л.д. 62 – 63, 279 - 281).

Дополнительно объяснил, что истец ФИО1 не представила суду убедительных доказательств факта ее нахождения на иждивении умершего ФИО4 Из установленных обстоятельств следует, что истица состояла в близких отношениях с наследодателем, он периодически проживал у нее в квартире, они вместе проводили время, общались, он ухаживал за ней как женщиной, помогал делать ремонт. Однако эти обстоятельства не подтверждают факт нахождения истицы на иждивении наследодателя, брак не зарегистрирован, истица получает пенсию по инвалидности, социальное пособие, 3 группа инвалидности позволяет работать, но истица не принимала мер к трудоустройству, она имеет двоих совершеннолетних детей, которые в случае нетрудоспособности обязаны ей помогать. 

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании объяснила, что наследодатель ФИО4 является ее сыном, ответчик ФИО2 – ее внук. Сын состоял в браке, но затем развелся с женой и более в брак не вступал. Он рано вышел на пенсию по выслуге лет, получал 12 000 руб., и работал в охранном предприятии, где платили зарплату 7 000 руб. На эти деньги он оплачивал коммунальные платежи за квартиру в Усмани и квартиру в Липецке, покупал себе продукты. Больше ему денег ни на что не хватало, так как он длительное время злоупотреблял спиртным и тратил все деньги на спиртные напитки. ФИО1 иногда звонила по телефону и жаловалась, что он опять пропил все деньги. В 2017 году сын заболел циррозом печени, часть денег тратил на лекарства. Она сама ему помогала деньгами, покупала продукты, одежду, лекарства. Он состоял в отношениях с истицей ФИО1, но их нельзя назвать семейными, потому что ФИО4 жил поочередно то у ФИО1, то в своей квартире по ул. Гагарина, никакого общего хозяйства у них с истицей не было. Она советовала сыну оформить брак с истицей официально, но он на это отвечал шутками. Истица не являлась иждивенкой ФИО4, так как у него не хватало денежных средств, чтобы содержать самого себя, тем более не могло быть денег на содержание истицы. 

Выслушав объяснения сторон, третьего лица, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают права и обязанности.

Согласно ст. 218 Гражданского кодекса РФ в случае смерти гражданина право собственности на имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу положений ст. 1111 Гражданского кодекса РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии с ч. 1 ст. 1142 Гражданского кодекса РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Согласно ч. 2 ст. 1148 Гражданского кодекса РФ к наследникам по закону относятся граждане, которые не входят в круг наследников, указанных в ст.ст. 1142 - 1145 настоящего Кодекса, но ко дню открытия наследства являлись нетрудоспособными и не менее года до смерти наследодателя находились на его иждивении и проживали совместно с ним. При наличии других наследников по закону они наследуют вместе и наравне с наследниками той очереди, которая призывается к наследованию.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 31 Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о наследовании», граждане, признанные в установленном порядке инвалидами I, II или III группы (вне зависимости от назначения им пенсии по инвалидности) относятся к нетрудоспособным. Вместе с тем находившимся на иждивении наследодателя может быть признано лицо, получавшее от умершего в период не менее года до его смерти - вне зависимости от родственных отношений - полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат. 

При оценке доказательств, представленных в подтверждение нахождения на иждивении, следует оценивать соотношение оказываемой наследодателем помощи и других доходов нетрудоспособного. При этом совместное проживание с наследодателем не менее года до его смерти является условием призвания к наследованию лишь нетрудоспособных иждивенцев наследодателя, названных в ч.2 ст. 1148 Гражданского кодекса РФ (из числа граждан, которые не входят в круг наследников, указанных в статьях 1142 - 1145 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 3 ст. 9 Федерального закона от 17.12.2001 г. N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Из объяснений участников процесса и материалов дела установлено, что ФИО4 принадлежали на праве собственности 

<

адрес> в 

<

адрес>; 1/3 доля в праве общей долевой собственности на 

<

адрес> (л.д. 50).

Наследодатель ФИО4 умер 13.06.2018 года, что подтверждается свидетельством о смерти и справкой ЗАГС (л.д. 6 - 7).

В силу ст. 1112 Гражданского кодекса РФ вышеуказанное недвижимое имущество входит в состав наследственного имущества после смерти ФИО4

Постановлением нотариуса нотариального округа г. Липецка ФИО7 от 14.12.2018 года ФИО1 отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство к имуществу ФИО4, поскольку не подтвержден факт нахождения заявителя на иждивении наследодателя (л.д. 8).

Из информационного письма нотариуса нотариального округа г. Липецка ФИО7 № 85 от 30.01.2019 года следует, что единственным наследником, обратившимся к нотариусу с заявлением о принятии наследства к имуществу ФИО4, умершего 13.06.2018 года, является сын наследодателя ФИО2

Другой наследник - мать наследодателя ФИО3 извещена нотариусом об открытии наследства. В установленный срок заявлений от ФИО3 о принятии либо об отказе от наследства нотариусу не поступало (л.д. 57). 

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В обоснование своих исковых требований о признании права на наследственное имущество истица ФИО1 ссылается на длительное совместное проживание с наследодателем, нахождение на иждивении наследодателя более одного года до его смерти, нетрудоспособность и наличие инвалидности 3 группы, низкий размер пенсии, значительное превышение доходов ФИО4 над ее доходами, в связи с чем оказываемое им содержание являлось для нее единственным источником существования.

Свидетели ФИО8, ФИО9 показали, что истица ФИО10 и ФИО4 длительное время проживали вместе в принадлежащей истице 

<

адрес>. ФИО4 заботился об истице, ходил в магазин и в аптеку, покупал продукты и лекарства, помогал делать ремонт в квартире, делал истице дорогостоящие подарки. ФИО4 получал пенсию по выслуге лет и работал в охранном предприятии, ФИО1 после получения черепно-мозговой травмы уволилась и более не работала, является инвалидом 3 группы. ФИО4 употреблял спиртное, в 2017 году он серьезно заболел и больше не работал, ФИО1 ухаживала за ним, покупала лекарства.

Свидетель ФИО11 показал, что длительное время знаком с истицей ФИО1, являются соседями. ФИО4 проживал вместе с истицей в 

<

адрес>, находился в квартире в домашней одежде, распоряжался вещами, чувствовал себя по-хозяйски. Свидетель помогал ФИО4 делать ремонт в квартире истицы, они вместе ездили в магазины стройматериалов, где ФИО4 приобрел двери в квартиру и другие материалы для ремонта. Покупку материалов для ремонта квартиры истицы оплачивал ФИО4, однако были ли это его личные деньги или деньги истицы, он не говорил.

Таким образом, указанные свидетели дали последовательные показания, подтверждающие совместное проживание ФИО1 и ФИО4 в течение нескольких лет до смерти наследодателя.

В то же время о размерах доходов ФИО4 и ФИО1, о распределении расходов между ними и понесенных денежных тратах, свидетелям ничего не известно, о приобретении ФИО4 дорогостоящих покупок и подарков для истицы свидетелям ФИО8 и ФИО9 известно только со слов самой ФИО1, а не от ФИО4, в связи с чем у суда не имеется оснований для принятия их показаний в части того, что единственным источником существования истицы было предоставление содержания от ФИО4, в качестве достоверных доказательств.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании показал, что он хорошо знал ФИО4, так как с 1982 года состоит в гражданском браке с матерью наследодателя ФИО3 Доходы ФИО4 состояли из пенсии в размере 11000 - 12 000 руб. Он работал охранником, получал небольшую зарплату, периодически увольнялся, с начала 2017 года не работал совсем. Он платил коммунальные платежи, а остальные деньги тратил на спиртные напитки, так как злоупотреблял спиртным. У него не имелось денежных накоплений, автомобиля, материальное положение его было тяжелое, ему помогала мать – ФИО3, покупала одежду, лекарства и даже продукты. Он постоянно приходил к матери пьяным, чтобы отлежаться, а потом уходил в свою квартиру на ул. Гагарина. В 2017 году ФИО4 заболел циррозом печени. ФИО4 состоял в отношениях с ФИО1, но они не были семейными. У ФИО4 не было денежных средств для содержания истицы и ведения общего семейного хозяйства, он не мог в полной мере содержать самого себя и покупать необходимые лекарства. 

Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО12 у суда не имеется, поскольку они не противоречат совокупности других собранных по делу доказательств.

Из информационного письма УФСИН по Липецкой области от 16.05.2019 года установлено, что ФИО4 получал пенсию за выслугу лет с 21.06.2003 года по 30.06.2018 года. В период с января 2016 года по июнь 2018 года размер пенсии составлял от 11 467,46 руб. до 12 899,47 руб. (л.д. 273 - 274). 

Согласно сведениям трудовой книжки ФИО4 осуществлял трудовую деятельность в ООО ЧОП «Оберег-48» с 01.03.2011 года по 28.09.2016 года.

В период с 15.01.2017 года по 09.02.2017 года ФИО4 работал в ООО ЧОО «Новолипецк-грузобезопасность» (л.д. 96 – 106).

Размер средней заработной платы ФИО4 в ООО ЧОО «Новолипецк-грузобезопасность» составлял 6 817 руб., что подтверждается справкой формы 2-НДФЛ (л.д. 143 – 144).

По сообщению ГУ - ОПФ РФ по Липецкой области от 04.04.2019 года сумма выплат в пользу застрахованного лица ФИО4 за январь – февраль 2017 года составила 13 633,81 руб. (л.д. 234 - 235). 

Согласно ответу ОБУ «ЦСЗН по г. Липецку» от 25.04.2019 года ФИО4 состоял на учете в базе льготных категорий граждан, с 25.07.2005 года получал ежемесячную денежную выплату как ветеран труда, размер которой в период с 01.10.2015 года 01.06.2018 года составлял от 400 руб. до 500 руб. (л.д. 265).

С 01.01.2010 года ФИО4 получал денежную выплату по оплате жилого помещения и коммунальных услуг, размер которой в период с октября 2015 года по май 2018 года составлял от 80,85 руб. до 1 546,09 руб. (л.д. 266 - 269).

Из ответа ПАО Сбербанк следует, что ФИО4 перечислялась пенсия на банковскую карту №, по которой он производил расходные операции по оплате покупок, услуг. Перечислений истице ФИО1 с указанной карты не им производилось (л.д. 212 – 219).

Доказательств того, что покупки в магазинах и аптеках, телекоммуникационные и телефонные услуги ФИО4 приобретал и оплачивал исключительно для истицы, а не для себя, ФИО1 не представила.

Из чеков о приобретении товаров для ремонта, оплате коммунальных услуг не следует, что указанные платежи произведены наследодателем в счет ежемесячного содержания истицы (л.д. 164 - 174). 

Наличных денежных средств на расчетных счетах в ПАО Сбербанк ФИО4 не имел, кредитными денежными средствами не располагал (л.д. 160).

При этом из объяснений сторон следует, и документально подтверждено, что с 2017 года ФИО4 страдал заболеванием «цирроз печени», неоднократно проходил стационарное лечение, нуждался в приобретении лекарственных препаратов, что подтверждается выписками из истории болезни и медицинскими документами (л.д. 107 - 117).

Таким образом, из совокупности представленных доказательств следует, что доходы наследодателя ФИО4 состояли из пенсии по выслуге лет, не превышающей 12 899,47 руб., заработной платы 6 817 руб., ежемесячной денежной выплаты не более 500 руб., денежной выплаты по оплате жилого помещения и коммунальных услуг от 80,85 руб. до 1 546,09 руб. 

После увольнения 09.02.2017 года до момента смерти 13.06.2018 года ФИО4 более не работал, заработную плату не получал, следовательно, его доход уменьшился на 6 817 руб. 

На указанные доходы ФИО4 объективно было необходимо покупать продукты питания и личной гигиены, минимум одежды и обуви, оплачивать коммунальные расходы, приобретать лекарства.

В ходе судебного разбирательства судом также установлено, что истица ФИО1 является инвалидом 3 группы по общему заболеванию с 02.03.2009 года бессрочно, что подтверждается справкой МСЭ-2007 № 5306815 (л.д. 37).

Согласно справке ГУ – Управление пенсионного фонда РФ в г. Липецке от 06.12.2018 года ФИО1 в период с 01.01.2010 года по 01.12.2018 года получала пенсионные выплаты, размер которых увеличивался от 3 320,52 руб. в 2010 году до 10 298,03 руб. в 2018 (л.д. 38 – 40).

Из трудовой книжки ФИО1 усматривается, что истица в период с 2010 года по 22.05.2012 года работала социальным работником; осуществляла трудовую деятельность в ООО «НОЙ», в ООО ЧОП «Дельта-48»; работала диспетчером в ООО ЧОО «Дельта» в периоды с 01.06.2014 года по 30.06.2016 года; с 16.10.2017 года по 30.03.2018 года, после чего уволилась по собственному желанию и более не работает (л.д. 34 – 36). 

В указанные периоды ФИО1 получала заработную плату, что подтверждается справками формы 2-НДФЛ (л.д. 41 – 49).

Из данных справок следует, что размер средней заработной платы истицы составлял от 7 061 руб. в 2015 году до 12 182 руб. в 2018 год году.

Согласно информационному письму ОБУ «Октябрьский отдел социальных прав и гарантий г. Липецка» в период с января 2016 года по декабрь 2018 года ФИО1 выплачивались субсидии и компенсации за лекарственные препараты в размере от 1 249 руб. до 5 487,70 руб. (л.д. 77).

ГУ ЛРО ФСС РФ в 2017 году выплатило ФИО1 страховые выплаты в размере 2 051 руб. (л.д. 86 – 87); в период с октября 2017 года по март 2018 года – выплаты на общую сумму 60 497,49 руб. (л.д. 133 - 134).

ФИО1 проживает в 

<

адрес> по договору социального найма (л.д. 175 – 176).

29.05.2015 года ФИО1 приобрела по договору купли-продажи в собственность земельный участок № по 

<

адрес> в СНТ «Имени Мичурина», что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 94). 

При этом ссылка истицы на то, что земельный участок оформлен на нее, но приобретен ее детьми, является голословной.

Таким образом, истица в указанный ею период осуществляла трудовую деятельность, получала заработную плату, пенсию, социальные субсидии, страховые выплаты, она обеспечена жилым помещением, приобрела по возмездной сделке земельный участок. 

В то же время судом установлено, что в 2016 году величина прожиточного минимума в целом по Липецкой области в расчете на душу населения составляла для пенсионеров – от 7 010 руб. до 7 033 руб.; в 2017 году – от 6 964 руб. до 7 429 руб.; в 2018 году – в 1 квартале 7 046 руб., во 2 квартале 7 363 руб. (л.д. 222 – 233).

Исходя из совокупности вышеуказанных обстоятельств, суд приходит к выводу, что размер самостоятельного дохода ФИО1 был ниже доходов умершего ФИО4, однако он соответствовал прожиточному минимуму в расчете на душу населения.

Представленные истицей медицинские документы о прохождении лечения и приобретении лекарственных препаратов (л.д. 11 – 33, 186 - 188) не могут быть приняты судом в качестве достоверных доказательств нахождения ФИО1 на иждивении ФИО4, так как само по себе болезненное состояние здоровья не является доказательством иждивения, а указанные документы не подтверждают размер понесенных истицей расходов на лечение, и не содержат сведений о том, что бремя указанных расходов взял на себя ФИО4

Платежные чеки о приобретении продуктов, лекарств, оплате телефонных услуг не несут в себе подтверждающей информации того обстоятельства, что ФИО4 за счет собственных доходов предоставлял истице постоянное и систематическое содержание.

Собственноручные записи истицы с расшифровкой операций по банковской карте ФИО4 относительно приобретения продуктов, лекарств, оплаты услуг не отвечают требованиям ст. 59, ст. 60 ГПК РФ об относимости и допустимости доказательств, в связи с чем они не могут быть приняты в качестве письменных доказательств (л.д. 242 - 248).

Представленный истицей договор дарения доли в праве собственности на 

<

адрес> не может быть принят судом в качестве доказательства нахождения истицы на иждивении умершего ФИО4, поскольку данный договор не прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке, сведений, когда и кем составлен этот документ, не имеется, ввиду чего он также не соответствует требованиям относимости и допустимости доказательств, предъявляемым ст. 59, ст. 60 ГПК РФ к письменным доказательствам (л.д. 185).

Анализируя собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что истица проживала совместно с умершим ФИО4, однако бесспорных доказательств, подтверждающих, что они имели общий бюджет и вели совместное хозяйство, а ФИО4 оказывал истице ФИО1 постоянную (систематическую) материальную поддержку в течение последнего года жизни и эта помощь при получении истицей назначенной пенсии, являлась для нее основным источником средств к существованию, - не представлено.

Доказательства, подтверждающие конкретный размер ежемесячной или иной систематической помощи, получаемой истицей от умершего ФИО4, чтобы оценить соотношение между размером доходов самой истицы по сравнению с оказываемой помощью, также не представлены.

При этом безусловно умершему ФИО4 требовались денежные средства на свое содержание и лечение.

В то же время истица ФИО1 имеет двух совершеннолетних детей, которые в силу ст. 87 - ст. 88 Семейного кодекса РФ, обязаны содержать и заботиться о матери, а при наличии исключительных обстоятельств (тяжелой болезни, увечья), нести дополнительные расходы на ее содержание.

Таким образом, поскольку сам по себе факт совместного проживания истицы и умершего ФИО4, в отсутствие иных необходимых доказательств, не может являться безусловным доказательством нахождения истицы на иждивении наследодателя, а достоверных и достаточных доказательств наличия общего бюджета и ведения ими совместного хозяйства не представлено, то исходя из положений ч. 2 ст. 1148 Гражданского кодекса РФ, суд не усматривает правовых оснований установления факта нахождения истицы ФИО1 на иждивении умершего ФИО4 и признании ее наследником к имуществу ФИО4, в связи с чем иск ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на недвижимое имущество в порядке наследования – удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на 

<

адрес> и признании права собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на 

<

адрес> в 

<

адрес> в порядке наследования - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Советский районный суд г. Липецка в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Судья А.Н. Малыхина

Мотивированное решение

составлено 21.05.2019 г.