Дело ***

Резолютивная часть оглашена ***

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

по делу об административном правонарушении

<

...> ***

Псковский районный суд Псковской области в составе:

председательствующего судьи Федоровой В.Н.,

при секретаре Белогрудовой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 12.24 Кодекса РФ об административных правонарушениях, в отношении ФИО1, *** года рождения, уроженца ***, зарегистрированного по адресу: ***, проживающего по адресу: *** ранее привлекавшего к административной ответственности по гл. 12 КоАП РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Согласно протоколу об административном правонарушении 60 ав № 051141 от 08.12.2016г. ФИО1, 08.09. 2016 года в 08 часов 00 минут на 3 км. автодороги Псков-Писковичи-Муровицы Псковского района., управляя автомашиной «КАМАЗ-5511», с государственным регистрационным знаком *** при совершении маневра поворот налево, не убедился в безопасности выполняемого маневра, чем создал помеху автомобилю «Ниссан Qashqai», с государственным регистрационным знаком *** под управлением Л.А.В., который двигался в попутном направлении по левой полосе и совершал маневр обгона, в результате чего совершил с ним столкновение. В результате ДТП пострадал водитель автомобиля «Ниссан Qashqai» Л.А.В., которому причинён средней тяжести вред здоровью. 

Действия ФИО1 квалифицированы органом ГИБДД по ч. 2 ст. 12.24 Кодекса РФ об административных правонарушениях.

В ходе рассмотрения дела лицо, привлекаемое к административной ответственности, ФИО1 вину во вменяемом правонарушении не признал, пояснив, что ехал со стороны д. Писковичи в сторону г. Пскова на автомобиле «КАМАЗ-5511». Во время, указанное в протоколе, на дороге была плохая видимость, поскольку солнце слепило глаза. Примерно за 300 м до поворота налево, где произошло ДТП, снизил скорость и поехал накатом, за 200 м включил сигнал поворота и, посмотрев в зеркало заднего вида, увидел 3 движущихся за ним транспортные средства, два из которых осуществили до поворота маневр обгона его транспортного средства. До осуществления маневра поворота в зеркало заднего вида видел, что а/м «Ниссан Qashqai» движется по его полосе движения и подумал, что водитель а/м «Ниссан Qashqai» понял его намерения поворота. За 7-10 метров до поворота, находясь на встречной полосе движения, когда он начал маневр поворота налево, увидел движущийся на обгон по встречной полосе а/м «Ниссан Qashqai», применил экстренное торможение, в результате которого заблокировалось заднее левое колесо, выкрутил руль вправо, подумав, что а/м «Ниссан Qashqai» либо успеет закончить маневр, либо перестроится обратно на свою полосу движения, но произошло столкновение. Утверждал, что двигался со скоростью 70 км/ч, а к моменту совершения поворота скорость а/м КАМАЗ была не более 30 км/ч, поскольку совершение маневра поворота с большей скоростью невозможно.

Защитник ФИО1 – С.В.Е. поддержал позицию ФИО1, указав, что в материалах данного дела отсутствуют доказательства того, что ФИО1 нарушен п.8.1 ПДД, поскольку ФИО1 не создавал помеху для движения иным участникам дорожного движения, что подтверждается выводами эксперта, в которых указано, что версия водителя автомобиля «КАМАЗ» является наиболее состоятельной. Автомобиль «Ниссан» совершил столкновение с заблокированными колесами автомобиля «КАМАЗ», что не могло привести к его подбрасыванию. Столкновение произошло между автомобилем «КАМАЗ» и автомобилем «Ниссан» через определенный промежуток времени после того, как автомобиль «КАМАЗ» начал движение в заторможенном состоянии. Автомобиль «КАМАЗ» двигался впереди автомобиля «Ниссан» на полосе встречного движения около 20-40м, поэтому неожиданного появления автомобиля «КАМАЗ» для потерпевшего не было. Исходя из заключения эксперта, на момент, когда водитель ФИО1 увидел автомобиль Ниссан, он уже находился на полосе встречного движения, в результате чего и произошло столкновение передней части а/м Ниссан с задней частью а/ Камаз. Указал, что к показаниям свидетеля Л.О.С. необходимо отнестись критически, поскольку свидетель является супругой потерпевшего, и заинтересована в исходе дела. Возражал относительно ходатайства стороны потерпевшего об исключении заключений эксперта и дополнений к нему из доказательств по делу, поскольку согласно ст.25.9 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении, экспертом может быть любое не заинтересованное в исходе дела совершеннолетнее лицо, обладающее специальными познаниями в науке, технике, искусстве или ремесле, достаточными для проведения экспертизы и дачи экспертного заключения. Ссылка на приказ МВД РФ от 14.01.2005г. №21 является несостоятельной, поскольку эксперт К.А.В. не является сотрудником МВД РФ. Ссылка на Постановление Минтруда России от 21.08.1998г. №37 также не может быть принята во внимание, поскольку в преамбуле к данному приказу, указано, что справочник рекомендован для применения. Просил суд производство по делу прекратить в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава вменяемого правонарушения. 

Потерпевший Л.А.В. в судебном заседании пояснил, что в указанное в протоколе время и месте двигался по направлению г. Пскова на автомобиле «Ниссан Qashqai». По дороге двигалась колонна автомобилей. После того как движущийся впереди его транспортного средства автомобиль совершил маневр обгона автомобиля КАМАЗ, он также, включив сигнал поворота, выехав на полосу встречного движения для совершения маневра обгона а/м КАМАЗ. В тот момент, когда передняя часть его автомобиля поравнялась с задней частью а/м КАМАЗ, водитель последнего, не включая сигнала поворота, резко начал движение по диагонали проезжей части, совершая маневр поворота налево, не снижая скорости. Осознав неизбежность столкновения, он вырулил в сторону заднего левого колеса а/м КАМАЗ, чтобы смягчить удар, после чего произошло столкновение, в результате которого удар пришелся на середину передней части а/м «Ниссан Qashqai». Утверждал, что скорость его автомобиля была 60 км/ч, которую он снизил после того как увидел движение а/м КАМАЗ налево со скоростью 40-50 км/ч, Расстояние между а/м «Ниссан Qashqai» и КАМАЗ до того как водитель последнего начал движение по диагонали на поворот было около 3-6 м. Настаивал на том, что в момент выезда автомобиля Камаз на встречную полосу, автомобиль под его управлением уже находился на встречной полосе и он производил маневр обгона. С заключениями эксперта не согласен, поскольку расположение автомобиля Камаз после ДТП на схеме, составленной экспертом, и являющейся приложением к заключению обозначено неверно, а именно практически в кювете, а в действительности между автомобилем Камаз и обочиной было расстояние, позволяющее проехать автомобилю. Степень тяжести вреда здоровью, установленную экспертом не оспаривал, подтвердив факт обращения после ДТП за медицинской помощью в ГБУЗ «Псковская городская больница». Заявил ходатайства о признании заключений эксперта № 1603/17 от 14.03.2017г. и № 1903/17 доказательствами, полученными с нарушениями требований закона и исключении их числа доказательств по делу. На назначении строго наказания не настаивал.

Представитель потерпевшего Л.А.В. – Р.В.А. поддержал позицию своего доверителя, указав, что изначально в рамках привлечения ФИО1 к административной ответственности по ч.1 ст. 12.14 КоАП РФ, он не оспаривал наличие в его действиях факта нарушения п. 8.1 ПДД РФ. Кроме того, из материалов дела усматривается, что водитель ФИО1 не совершал маневра поворота, поскольку автомобиль Камаз после ДТП расположен перпендикулярно к второстепенной дороге, на которую, с его слов, он планировал поворачивать. В случае совершения маневра поворота автомобиль «КАМАЗ» должен был пересечь полосу встречного движения непосредственно на самом перекрестке, как указано в п.8.5 ПДД. 

Свидетель Г.А.Г. показал суду, что 08.09.2016г. он ехал на своем автомобиле из д. Писковичи в д. Хотицы. На дороге выстроилась колонна из автомобилей, которая двигалась со скоростью 70 км/ч. Он двигался за автомобилем «Ниссан Qashqai», перед которым двигалось одно транспортное средство, совершившее маневр обгона впереди идущего автомобиля Камаз. Когда водитель а/м «Ниссан Qashqai», выехал на полосу встречного движения для обгона а/м КАМАЗ и поравнялся с ним, а/м Камаз начал резко съезжать влево, а/м «Ниссан Qashqai» также начал сдвигаться влево, пытаясь уйти от столкновения, затем применил торможение, и произошло столкновение, от которого а/м «Ниссан Qashqai» подбросило вверх и посыпались осколки. Утверждал, что общая скорость автомобилей, двигавшихся в потоке, было не более 70 км/ч. Маневр поворота водителя а/м КАМАз носил неожиданный характер. Автомобиль «Ниссан Qashqai» начал маневр обгона за 100 м до поворота.

Свидетель Л.О.С. показала суду, что 08.09.2016 года около 8 часов утра ехала со своим супругом Л.А.В. по автодороге Писковичи-Псков, по направлению г.Пскова на автомобиле «Ниссан Qashqai». Погода была ясная. Перед их автомобилем двигался легковой автомобиль, впереди которого ехал автомобиль «КАМАЗ». Автомобиль, двигающийся впереди них, включил сигнал поворота и совершил маневр обгона автомобиля «КАМАЗ», после чего, убедившись в безопасности маневра, а именно отсутствии встречных и попутных транспортных средств, и в том, что автомобиль «КАМАЗ» не намерен совершать какой-либо маневр, Л.А.В. решил совершить обгон автомобиля «КАМАЗ», поскольку при дальнейшем движении совершение маневра обгона запрещено. Включив сигнал левого поворота, Л.А.В. выехал на полосу встречного движения и продолжил движение по ней, набирая скорость. В момент, когда до автомобиля «КАМАЗ» оставалось 3-4м, автомобиль «КАМАЗ» резко повернул влево и выехал на полосу встречного движения. Л.А.В. применил меры экстренного торможения, в результате чего автомобиль затрясло, ремень безопасности врезался в грудную клетку, в результате чего она почувствовала боль, и через 2-3 секунды произошло столкновение. Избежать столкновения, повернув влево было невозможно, поскольку там находился кювет, а справа автомобиль «КАМАЗ». Непосредственно после столкновения возле места ДТП остановился ехавший за ними автомобиль, водитель которого подошел к ним. Указала, что видела схему ДТП, подготовленную экспертом, и считает, что данная схема не соответствует действительности, поскольку, когда она находилась в автомобиле, то видела как по дороге двигался грузовой автомобиль, подъехавший к месту столкновения, после чего водитель вышел и обошел автомобиль «КАМАЗ», затем вернулся в свой автомобиль и проехал по участку дороги между автомобилем «КАМАЗ» и кюветом. Поэтому считает, что расположение автомобиля «КАМАЗ» неверно указано на данной схеме, поскольку он располагался ближе к середине второстепенной дороге, примыкающей к главной дороге. Указала, что в случае, если бы автомобиль «КАМАЗ» включил сигнал поворота, то супруг не начал бы совершать маневр обгона. Не увидеть световые приборы автомобиля «КАМАЗ» по причине их загрязнения было не возможным, поскольку видимость была хорошей. Оснований предполагать, что автомобиль «КАМАЗ» совершит выезд на полосу встречного движения не было. Указала, что маневр водителя автомобиля «Камаз» по выезду на полосу встречного движения был неожиданным и резким. 

Должностное лицо, составившее протокол, по вызовам суда в судебные заседания не явилось.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

В силу ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Согласно части 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, влечет наложение административного штрафа в размере от десяти тысяч до двадцати пяти тысяч рублей или лишение права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Для квалификации действий лица по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ необходимо одновременное наличие двух условий: установление факта нарушения лицом Правил дорожного движения и того, что данное нарушение находится в причинно-следственной связи с причинением средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ), утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительством Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами. 

Согласно п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. 

При этом выполнение указанных обязанностей не ставится в зависимость от добросовестности (недобросовестности) поведения других участников дорожного движения.

В соответствии с пунктом 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Из материалов дела следует, что 08.09.2016 года в 08 часов 00 минут на 3 км автодороги Псков-Писковичи-Муровицы Псковского района, ФИО1, управляя автомашиной «КАМАЗ-5511», с государственным регистрационным знаком *** при совершении маневра поворот налево, не убедился в безопасности выполняемого маневра, чем создал помеху автомобилю «Ниссан Qashqai», с государственным регистрационным знаком *** под управлением Л.А.В., который двигался в попутном направлении по левой полосе и совершал маневр обгона, в результате чего совершил с ним столкновение. В результате ДТП водителю автомобиля «Ниссан Qashqai» Л.А.В. причинён средней тяжести вред здоровью. 

Фактические обстоятельства дела подтверждаются собранными доказательствами:

- протоколом об административном правонарушении 60 АВ № 051141 (л.д.4);

- схемой места совершения административного правонарушения, с которой водители – участники ДТП ознакомились, согласились, о чем поставили свои подписи, не приведя никаких замечаний относительно сведений, внесенных в схему (л.д.5);

- протоколом осмотра места происшествия от 20.09.2016г. (л.д.17-22); 

- справкой о ДТП (л.д.9); 

- письменными объяснениями водителя Л.А.В., данными ИДПС на месте ДТП, из которых следует, что в указанное в протоколе время и месте, решив совершить маневр обгона впереди двигавшегося а/м Камаз г.р.з. ***, убедился в безопасности маневра, включил левый указатель поворота, выехал на полосу встречного движения в месте, где отсутствуют дорожная разметка и дорожные знаки, запрещающие обгон, после чего а/м Камаз начал резко поворачивать на примыкающую дорогу; применив экстренное торможение, его автомобиль ударился в левое заднее колесо автомобиля Камаз (л.д.6);

- письменными объяснениями водителя ФИО1, данными ИДПС на месте ДТП, из которых следует, что в указанное в протоколе время и месте, при совершении маневра поворота налево за 500 м сбросил скорость и за 150 м включил указатель левого поворота; в зеркало заднего вида видел 3 двигающихся за ним автомобиля, 1 из которых обогнал его автомобиль; когда он стал заканчивать маневр поворота, увидел двигающийся наперерез ему автомобиль Ниссан, поэтому продолжил движение прямо, но на обочине произошло столкновение (л.д.8);

- заключением эксперта ГБУЗ «ПОБСМЭ» № 2816 от 10.11.2016г. согласно выводам которого у Л.А.В., 1955г.р., проживающего по адресу: *** имелись: закрытый передом тела грудины, кровоподтек в области передней поверхности грудной клетки, которые причинены тупыми предметами или ударе о таковые, могли образоваться в салоне автомашины при столкновении с препятствием, повлекли средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья на срок более 3 недель (л.д.31-32);

- фотоматериалами с места ДТП и выплатным делом по факту ДТП САО «Эрго Русь» (л.д.51-57, 90-92).

Принимая во внимание заключение эксперта ГБУЗ «ПОБСМЭ» № 2816 от 10.11.2016г., в котором фамилия потерпевшего указана как ФИО2, суд в условиях соответствия иных данных о личности (года рождения, места жительства и иных данных, относящихся к делу) к потерпевшему Л.А.В. находит данное опечаткой.

По делу проведена автотехническая экспертиза и дополнительные исследования.

Согласно заключению эксперта ООО «Центр экспертизы» К.А.В. № 1603/17 от 14.03.2017г. наиболее вероятным механизмом столкновения автомобилей является следующий: автомобили двигались в сторону г.Пскова в продольном попутном направлении; автомобиль КамАЗ выезжает на полосу встречного движения для совершения маневра поворота налево; исходя из расположения и направления следов торможения, выезд на полосу встречного движения для маневра автомобиль КамАЗ совершает заблаговременно, на значительном расстоянии до самого места съезда; автомобиль Nissan выезжает на полосу встречного движения для совершения маневра обгона автомобиля КамАЗ; установить экспертным путем место выезда автомобиля Nissan на полосу встречного движения не представляется возможным; к моменту столкновения автомобиль КамАЗ находится в заторможенном состоянии; столкновение происходит между передней частью автомобиля Nissan и задней левой частью автомобиля КамАЗ; место столкновения автомобилей находится на левой стороне дороги, в районе левого края проезжей части, относительно направления движения автомобилей, перед зафиксированной осыпью осколков, со стороны д.Писковичи; в процессе столкновения у автомобиля Nissan деформируется передняя часть; погасив об автомобиль КамАЗ значительную часть своей скорости движения, автомобиль Nissan, после разъединения с автомобилем КамАЗ, съезжает влево вперед; автомобиль КамАЗ в заторможенном состоянии, получив некоторое ускорение от автомобиля Nissan, продвигается вперед к месту конечного положения. С технической точки зрения версия водителя Камаз является наиболее вероятной, однако экспертным путем установить, кто из водителей первым начал совершать маневр с выездом на полосу встречного движения, не представляется возможным. Установить экспертным путем находился ли левый указатель поворота во включенном состоянии и кто из водителей первым начал совершать маневр с выездом на полосу встречного движения не представляется возможным. Водитель автомобиля Ниссан располагал технической возможностью предотвратить столкновение, применив экстренное торможение вплоть до полной остановки (л.д.93-114).

Согласно заключению эксперта № 1903/17 от 05.04.2017г. величина расстояния, на котором автомобиль Камаз находился от начала следа торможения в момент срабатывания реакции водителя, составляет 12, 5 м; допустимая скорость движения автомобиля Камаз на повороте дороги с минимальным расчетным радиусом 12 м составляет 27 км/ч (л.д.149-156).

Допрошенный в судебном заседании эксперт К.А.В. подтвердил выводы экспертиз, пояснив, что схема, оставленная им в масштабе 1:100 основана на тех результатах замеров, которые были проведены сотрудниками ГИБДД на месте ДТП и отражены в схеме места правонарушения с указанием всех необходимых расстояний и величин. Также пояснил, что в момент столкновения автомобиль Ниссан находился слева от автомобиля Камаз по углом. Конечное расположение а/м Камаз расположено на съезде на второстепенную дорогу. Относительно его квалификации как эксперта пояснил, что у него имеется диплом о высшем образовании и свидетельство, предоставляющие ему право проводить судебные автотехнические экспертизы, которые не требует подтверждения и дополнительного образования. Поскольку он не является сотрудником МВД РФ, то не должен руководствоваться в своей деятельности Приказом МВД РФ от 14.01.2005г. №21, равно как и Постановлением Минтруда России от 21.08.1998г. №37, носящего рекомендательный характер.

Оценивая позицию потерпевшего о том, что заключения эксперта являются недопустимыми доказательствами, полученными с нарушением требований закона, в связи с чем подлежат исключению из доказательств по делу, суд находит их не состоятельными, а соответствующие ходатайства, заявленные в ходе рассмотрения дела, не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Так, в обоснование своих ходатайств потерпевший указывает на то, что в определении суда о назначении автотехнической экспертизы ее проведение поручено эксперту ООО «Центр экспертизы» К.А.А., однако подписано заключение экспертом К.А.В.

Несмотря на то, что, действительно, определении суда о назначении автотехнической экспертизы от 27.02.2017г. указано, что ее проведение поручено эксперту ООО «Центр экспертизы» К.А.А., указанное несоответствии с данными о личности эксперта, проводившего и подписавшего заключение № 1603/17 от 14.03.2017г., является опечаткой в указании инициала отчества эксперта. Указанное подтверждается материалами дела, в частности, протоколом судебного заседания от 13.02.2017г., проведенного с участием, в том числе, потерпевшего, где К.А.В. опрошен в качестве специалиста и решался вопрос о проведении автотехнической экспертизы.

Доводы потерпевшего о том, что в судебном заседании 27.02.2017г., когда была назначена автотехническая экспертиза, потерпевший не присутствовал и не имел возможности сформулировать свои вопросы эксперту или заявить ему отвод не свидетельствуют о существенном нарушении процедуры назначения и проведения экспертизы. Так, потерпевший был надлежаще извещен о времени и месте судебного разбирательства, однако не явился, в телефонограмме суду сообщил о невозможности явки по причине служебной занятости, против проведения судебного разбирательства в его отсутствие и назначения экспертизы и личности эксперта не возражал, указал, что вопросов к эксперту не имеет (л.д.85).

Кроме того, в судебном заседании 22.03.2017г. судом было назначено проведение дополнительных экспертных исследований, в рамках которых потерпевшему и его представителя было предоставлено право на формулирование вопросов эксперту, чем они и воспользовались, доверив их исследование эксперту К.А.В. (л.д.139). 

Доводы потерпевшего об отсутствии у эксперта ООО «Центр экспертизы» К.А.В. необходимой квалификации на производство судебных экспертиз обстоятельств ДТП, поскольку полномочия на указанные действия согласно свидетельству № 013367 утратили свое действие 21.02.2017г. ввиду того, что не были продлены, не состоятельны.

В силу ст. 25.9 КоАП РФ в качестве эксперта может быть привлечено любое не заинтересованное в исходе дела совершеннолетнее лицо, обладающее специальными познаниями в науке, технике, искусстве или ремесле, достаточными для проведения экспертизы и дачи экспертного заключения, что корреспондирует положениям ч. 1 ст. 26.4 КоАП РФ о том, что экспертиза по делу назначается в случае возникновения необходимости в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле. 

Из приведенных норм следует, что наличие у лица, привлекаемого в качестве эксперта специальных познаний не обусловлено ни наличием у него конкретной специальности, ни каким-то определенным стажем работы в качестве эксперта или специалиста. 

Вместе с тем согласно ч. 6 ст. 26.4 КоАП РФ заключение эксперта не является обязательным для судьи, органа, должностного лица, в производстве которых находится дело об административном правонарушении.

Эксперт ООО «Центр экспертизы» К.А.В., которому было поручено проведение автотехнических экспертиз имеет высшее профессиональное (техническое) образование, прошел обучение и аттестован на право самостоятельного производства судебных экспертиз, в том числе по экспертной специальности «исследование обстоятельств ДТП», имеет длительный стаж работы по указанной специальности. Указанное подтверждается копиями диплома от 18.02.1986г., свидетельства № 05024 от 27.06.1996г., свидетельства № 013367 на право самостоятельного производства судебных экспертиз от 21.02.2012г. В связи с указанным, квалификационный справочник должностей руководителей, специалистов и других служащих, утв. Постановлением Минтруда России от 21.08.1998г. № 37 (на который ссылается потерпевший), как определяющий содержание трудовых прав и обязанностей и носящий рекомендательный характер в целях обеспечения подбора, расстановки и использования кадров для «разделения труда», не препятствует поручение экспертизы любому лицу, обладающему специальными познаниями в области техники. Требования, содержащиеся в Приказах МВД РФ от 14.01.2005г. № 21, от 09.03.2013г. № 2, не применимы в данном случае к эксперту К.А.В., поскольку он не является сотрудником системы МВД.

Иных данных, позволяющих усомниться в квалификации К.А.В. как эксперта в области автотехнической экспертизы и правильности данных им заключений, в материалы дела не представлены, судом не установлены; не являются таковыми и указанные в ходатайствах потерпевшего.

С учетом изложенного, суд не находит оснований для признания заключений эксперта № 1603/17 от 14.03.2017г. и № 1903/17 от 05.04.2017г. недопустимыми доказательствами по делу и исключения их числа доказательств. 

Выводы экспертиз являются допустимыми доказательствами, полученными с соблюдением требований КоАП РФ. Вышеуказанные заключения, а также иные доказательства, не имеют заранее установленной силы и при осуществлении производства по делу должны быть исследованы и оценены по правилам, установленным статьей 26.11 КоАП РФ в совокупности.

Протокол об административном правонарушении составлен в соответствии с требованиями ст.28.2 ч.2 КоАП РФ, в нем указаны дата и место его составления, должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол, сведения о лице, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, место, время совершения и событие административного правонарушения, статья КоАП РФ.

Представленные по делу доказательства получены уполномоченными должностными лицами с соблюдением установленного законом порядка и отнесены ст.26.2 КоАП РФ к числу допустимых доказательств.

Оценив собранные по делу доказательства, изложенные выше, по правилам ст. 26.11 КоАП РФ, суд находит факт нарушения ФИО1 требований п. 8.1 Правил дорожного движения РФ при обстоятельствах, изложенных в протоколе об административном правонарушении, установленным, с учетом этого квалификацию действий ФИО1 по ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ правильной, а его вину в совершении вменяемого правонарушения, доказанной. 

Приходя к такому выводу суд исходит из того, что в ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что выезд на полосу встречного движения водителем а/м Камаз ФИО1 имел своей целью совершение поворота налево, а именно на второстепенную дорогу, с учетом чего ФИО1 должен был убедиться в безопасности своего маневра, чтобы не создавать помех другим участникам дорожного движения.

Однако ФИО1 пренебрег указанной обязанностью, чем создал помеху автомобилю «Ниссан Qashqai», который находился в состоянии маневра обгона и двигался в попутном направлении.

При этом подача сигнала световыми приборами автомобиля не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности, поэтому отсутствие достоверных данных о том, был ли включен на а/м Камаз левый указатель поворота не может повлиять на выводы суда.

Из показаний потерпевшего, свидетеля Г.А.Г. как данных на месте ДТП, так и в ходе судебного разбирательства следует, что маневр выезда а/м Камаз на полосу встречного движения носил внезапный характер. Указанные показания согласуются между собой и иными материалами дела; заинтересованности свидетеля, предупрежденного об ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ, не установлено.

Данные факты позволяют сделать вывод о том, что действия водителя ФИО1 были таковы, что не позволили водителю Л.А.В. верно расценить дорожную ситуацию в тот момент, когда он совершал обгон по полосе встречного движения, и свидетельствуют о недостаточном принятии ФИО1 мер по предотвращению создания помех другим участникам дорожного движения.

Выводы экспертиз не опровергают эти обстоятельства.

Доводы ФИО1 о том, что перед выездом на полосу встречного движения он убедился о том, что другим участникам движения помех не создано, и включил сигнал поворота налево, объективно ничем не подтверждены, в связи с чем расцениваются как избранный способ защиты, а потому не могут служить основанием для освобождения его от ответственности. 

Вывод эксперта о том, что до момента образования следа торможения от момента срабатывания реакции водителя как минимум 12, 5 м свидетельствует о том, что ФИО1 не в полной мере убедился в безопасности своего маневра, поэтому увидел для себя опасность в виде движущегося в попутном направлении а/м «Ниссан Qashqai» на таком расстоянии, которое ему не позволило уже соблюсти требования п. 8.1 ПДД РФ, а не о заблаговременности выезда на полосу встречного движения для совершения маневра поворота.

Небольшая скорость автомобиля Камаз на повороте также не свидетельствует о соблюдении п. 8.1 ПДД РФ.

С учетом изложенного, суд считает, что наступившие последствия в виде причинения средней тяжести вреда здоровью потерпевшему Л.А.В. находятся в прямой причинно-следственной связи с неправомерными действиями лица, привлекаемого к административной ответственности, нарушившего п. 8.1 Правил дорожного движения РФ.

Оснований для прекращения производства по делу, либо препятствующих назначению ФИО1 административного наказания, не имеется. 

Неустранимых сомнений, которые должны быть истолкованы в пользу ФИО1, по делу не усматривается.

Санкцией ч.2 ст.12.24 КоАП РФ предусмотрено наказание в виде наложения административного штрафа в размере от десяти тысяч до двадцати пяти тысяч рублей или лишения права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

При назначении наказания суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 4.1 КоАП РФ, учитывает характер совершенного административного правонарушения, объектом которого является безопасность дорожного движения, фактические обстоятельства дела, личность виновного, мнение потерпевшего о наказании, отсутствие смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств, а также необходимость наличия права управления транспортными средствами для осуществления трудовой деятельности и получения дохода, поэтому полагает возможным назначение наказания в виде административного штрафа в минимальном размере, предусмотренном санкцией ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Руководствуясь ст.ст. 29.9, 29.10, ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, и назначить ему административное наказание в виде административного штрафа в размере 10 000 (десять тысяч) рублей. 

Реквизиты для уплаты штрафа: УФК по Псковской области (ОМВД России по Псковскому району, л/с 

<

***>), ИНН 

<

***>, код ОКТМО 58649420, р/счет 

<

***>, в УФК по Псковской области, КПП 601801001, БИК 045805001, КБК 18811630020016000140, УИН 1881036016020000878 постановление № 60АВ051141

Разъяснить ФИО1, что в соответствии со ст. 32.2 КоАП РФ административный штраф должен быть уплачен лицом, привлеченным к административной ответственности, не позднее шестидесяти дней со дня вступления постановления о наложении административного штрафа в законную силу, за исключением случая, предусмотренного частью 1.1 или 1.3 настоящей статьи, либо со дня истечения срока отсрочки или срока рассрочки, предусмотренных статьей 31.5 настоящего Кодекса.

Неуплата административного штрафа в указанный срок влечет административную ответственность по ч. 1 ст. 20.25 КоАП РФ.

Постановление может быть обжаловано в Псковский областной суд через Псковский районный суд в течение 10 дней с момента получения копии постановления.

Судья подпись

Копия верна

Постановление вступило в законную силу.