Дело № 2-2683/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации.

16 августа 2019 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе: 

председательствующего Леоненко О.А.,

при секретаре Земляницыной Е.Н.,

с участием прокурора Бабаскина К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Челябинский электрометаллургический комбинат», ООО «Урало – Сибирская металлургическая компания» о взыскании компенсации морального вреда, суд

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 890 000 руб., с ООО «Урало – Сибирская металлургическая компания в размере 50 000 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что с 20 июня 1992 года по 30 июня 1997 года, 01 апреля 1999 года по 27 апреля 2000 года, 28 февраля 2001 года по 16 мая 2017 года он состоял в трудовых отношениях с Челябинский орден Ленина Электрометаллургический Комбинат, Челябинский Ордена Ленина Ордена Трудового Красного Знамени Электрометаллургический Комбинат, АО «Челябинский электрометаллургический комбинат», ОАО «Челябинский электрометаллургический комбинат», 01 июля 1997 года по 18 августа 1998 года, с 01 февраля 1999 года по 31 марта 1999 года – в ООО Торговый Дом «Центр пищевой индустрии» (ныне - ООО «УСМК»). За время работы у ответчиков в связи с длительным воздействием вредных производственных факторов получил профессиональное заболевание органов дыхания– силикоз, которое установлено 23 апреля 2013 года. Согласно справке МСЭ от 26 июня 2017 года. ему установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно. В результате полученного профессионального заболевания он испытывает физические и нравственные страдания, которые выражаются в постоянных ***. Вред причинен несколькими лицами, которые должны нести ответственность в долях пропорционально отработанному времени.

В судебном заседании истец ФИО1 настаивал на удовлетворении исковых требований по основаниям, изложенным в иске. 

Представитель истца ФИО2, действующий по доверенности, в судебном заседании поддержал заявленные требования. 

Представитель ответчика ОАО «Челябинский электрометаллургический комбинат» ФИО3, действующая по доверенности, возражала против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что истец продолжал работать даже после назначения досрочной пенсии по старости и установления профессионального заболевания; на пренебрежение истцом своим здоровьем, поскольку заведомо знал о вредных условиях труда; считала размер компенсации не отвечающим требованиям разумности и справедливости, при этом указала, что работа истца в 1997-1999 годах проходила в арендованных у АО «ЧЭМК» цехах, что ООО «УСМК» является учредителем АО «ЧЭМК», которое и должно нести ответственность перед истцом.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в судебном заседании, заключение прокурора о частичном удовлетворении исковых требований, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

В судебном заседании установлены и подтверждаются трудовой книжкой, актом № о случае профессионального заболевания от 25 апреля 2013 года, санитарно- гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления), справкой МСЭ-2011 № от 26 июня 2017 года, справкой Центра профессиональной патологии №, индивидуальной программой реабилитации инвалида, программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания следующие обстоятельства:

ФИО1 работал с 01 июля 1984 года по 03 июля 1986 года в Колхозе им. Калинина трактористом, с 01 сентября 1987 года по 29 мая 1992 года на ЧТЗ фрезеровщиком, разметчиком, заливщиком метала, с 20 июня 1992 года по 30 июня 1997 года плавильщиком ферросплавного цеха №7; с 01 июля 1997 года по 18 августа 1998 года, с 01 февраля 1999 года по 31 марта 1999 года в ООО Торговый дом «Центр пищевой индустрии» (ныне - ООО «УСМК») плавильщиком ферросплавов 4 разряда; с 01 апреля 1999 года по 27 апреля 2000 года, 28 февраля 2001 года по 16 мая 2017 года - в АО «ЧЭМК» плавильщиком ферросплавов 4 разряда.

23 апреля 2013 года ФИО1 установлен диагноз профессионального заболевания – силикоз.

Актом №49/07 о случае профессионального заболевания от 25 апреля 2013 года установлено, что стаж работы ФИО1 в данной профессии – 15 лет 3 месяца, общий стаж работы – 26 лет 2 месяца, стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 21 год.

По заключению комиссии заболевание является профессиональным и могло возникнуть в результате несовершенства технологии, неэффективности вентиляции. Непосредственной причиной заболевания послужили длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ, контакт с пылью с содержанием свободной двуокиси кремния более 10%. Вины работника не установлено.

Учитывая, что производство в указанных цехах ЧЭМК, Челябинского тракторного завода, АО «ЧЭМК», ООО Торговый дом «Центр пищевой индустрии» связано с повышенной опасностью для окружающих и является источником повышенной опасности; исходя из выводов, изложенных в акте расследования случая профессионального заболевания, возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего, соответственно, обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у ответчиков независимо от наличия либо отсутствия вины последних. 

Совокупностью исследованных доказательств подтверждается, что профессиональное заболевание ФИО1 получено в период его работы, в том числе у правопредшественников АО «ЧЭМК» и в ООО «УСМК», в связи с чем имеются основания для взыскания в пользу истца с ответчиков компенсации морального вреда. 

Из справки Бюро МСЭ № 13 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» № 0066723, программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, объяснений истца следует, что 23 апреля 2013 года ФИО1 было установлено ***.

Доводы представителя ответчика АО «ЧЭМК» о небрежности истца по отношению к состоянию своего здоровья, продолжении работы во вредных условиях после установления профессионального заболевания, суд находит несостоятельными, поскольку, продолжая работать после установления профессионального заболевания, он реализовывал конституционное право на труд, при этом законодательством – ранее действующим КЗоТ РСФСР (ст. 139) и ныне действующим ТК РФ (ст. 212) - обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя, вины ФИО1 в возникновении профессионального заболевания не имеется. 

То обстоятельство, что ООО Торговый дом «Центр пищевой индустрии» арендовало цеха у АО «ЧЭМК», что ООО «УСМК» является единственным учредителем АО «ЧЭМК», не освобождает каждого из работодателей от ответственности за обеспечение безопасных условий труда работникам, в связи с чем, доводы представителя ответчика АО «ЧЭМК» о необходимости взыскать компенсацию морального вреда только с АО «ЧЭМК» не основаны на законе.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. 

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Объяснениями истца, медицинской документацией подтверждается, что в результате полученного профессионального заболевания он вынужден постоянно принимать лекарственные препараты, пользоваться ингалятором по несколько раз в день, в случае отключения лифта испытывает трудности при подъеме в квартиру, страх за свою жизнь.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности в судебном заседании причинения ФИО1 в результате воздействия вредных производственных факторов нравственных и физических страданий, связанных с развитием у него профессионального заболевания, которое нарушает личные неимущественные права истца. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующие обстоятельства: наличие профессионального заболевания, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий; продолжительность периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов в АО «ЧЭМК» и его предшественников, в ООО «УСМК», период, истекший с момента установления профессионального заболевания, возраст истца и степень утраты им профессиональной трудоспособности - 20%, невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, а также требования разумности и справедливости, и считает возможным с учетом работы у трех работодателей определить компенсацию морального вреда в размере 94 000 руб., из которой взыскать с ответчика АО «ЧЭМК» в пользу истца в счет компенсации морального вреда сумму в размере 89 000 руб., исходя из стажа работы (8 035 дней из суммарных 9 052 дней или 89%), с ответчика ООО «УСМК» - в размере 5 000 руб. (468 дней из суммарных 9 052 дней или 5,2%), в остальной части отказать. 

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Расходы истца по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей подтверждены квитанцией серии ЛХ № 4319 от 18 апреля 2019 года.

С учетом того, что представитель истца составил исковое заявление, предъявил его в суд, принял участие в двух судебных заседаниях, суд считает необходимым взыскать с ответчиков в пользу истца расходы на представителя с учетом разумности в размере 4 500 руб., в том числе с АО «ЧЭМК» - в размере 4 450 руб., с ООО «УСМК» - в размере 50 руб., в остальной части следует отказать.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчиков подлежит взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб., в том числе с АО «ЧЭМК» - в размере 267 руб. (или 89%), с ООО «УСМК» - в размере 33 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 89 000 рублей, а так же расходы по оплате услуг представителя в размере 4 450 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Урало – Сибирская металлургическая компания» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, а так же расходы по оплате услуг представителя в размере 50 рублей.

В остальной части исковых требований отказать

Взыскать государственную пошлину в доход местного бюджета с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в размере 267 рублей, с ограниченной ответственностью «Урало – Сибирская металлургическая компания» в размере 33 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г.Челябинска в течении месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Председательствующий: О.А. Леоненко

Мотивированное решение составлено 21.08.2019 года.

Судья: