Дело № 1-73/2020 

УИД 33RS0020-01-2020-000419-28

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

18 ноября 2020 года г. Юрьев - Польский 

Юрьев - Польский районный суд Владимирской области в составе: председательствующего Бакрина М.Ю., 

при секретаре Гогиной Т.Ю.,

с участием:

государственных обвинителей Смирновой М.В. и Араповой М.И., 

потерпевшего З.А.А.,

представителя потерпевшего - адвоката Никонова М.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Ивашкевича А.П., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

Щ Е П Е Т О В А Р. Н., родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, имеющего малолетних детей: ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГг. рождения, 

<

данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, фактически проживающего в этом же населенном пункте - 

<

адрес>, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, выразившегося в неизгладимом обезображивании лица и вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Преступление имело место 15 сентября 2019 года в г.Юрьев - Польский Владимирской области при следующих обстоятельствах.

В период с 1 часа 55 минут до 1 часа 58 минут в кафе «Фаворит», расположенном по адресу: ул.Заводская, д.3-А, находившийся в состоянии алкогольного опьянения ФИО1, испытав личную неприязнь к сидевшему за столиком З.А.А., подошел к последнему и умышленно нанес ему не менее трех ударов кулаком в лицо. Далее, продолжая свой преступный умысел, направленный на избиение потерпевшего, упавшего на диван, на котором сидел, и причинение ему телесных повреждений, подсудимый, склонившись, умышленно нанес З.А.А. еще не менее трех ударов кулаком в лицо, после чего осуществил надавливание ему рукой на правый глаз. 

В результате указанных умышленных действий подсудимого потерпевшему З.А.А., наряду с не вызвавшими вреда здоровью 

<

данные изъяты>, была причинена тупая травма 

<

данные изъяты>. Данная тупая травма правого глаза причинила тяжкий вред здоровью З.А.А., поскольку привела к 

<

данные изъяты>, что, с учетом остроты зрения до травмы 0,7 и в соответствии с пп.15 (10 %) и 24 (30 %) «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействий внешних причин» (Приложение 1 к «Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденным Приказом Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н), расценивается как значительная стойкая утрата свыше 30 % общей трудоспособности. К тому же следствием птоза (опущения) верхнего века явилось неизгладимое обезображивание лица З.А.А. 

Подсудимый ФИО1 виновным в содеянном себя признал частично. Не оспаривая, что все полученные потерпевшим травмы явились исключительно следствием его насильственных действий, связанных с нанесением тому ударов кулаками по голове и лицу, он в то же время отрицал осуществление сдавливающих воздействий на глаз потерпевшего чем-либо, утверждал о неосторожном характере причинения З.А.А. тупой травмы правого глаза. 

По обстоятельствам произошедшего ФИО1 сообщил, что в ночь на 15 сентября 2019 года он находился с 

<

данные изъяты> М.Ю.И. и К.П.В. в кафе «Ретро», где употребил спиртное. Там же узнал от У.Е.В., что М.Т.А., с которой он состоит в близких отношениях, находится в кафе «Фаворит». Затем сама М.Т.А. по телефону сообщила, что находится в данном кафе, откуда ее якобы не хочет отпускать З.А.А., просила приехать забрать. Втроем они отправились в кафе «Фаворит». Когда зашел в кафе, М.Т.А. сидела у барной стойки, а З.А.А. - за столиком слева от входа. Подойдя к М.Т.А., он хотел ее вывести, но в этот момент та упала, а З.А.А. высказал в его адрес оскорбления и резко опустил руку вниз под стол. Зная, как пояснил далее подсудимый, что у потерпевшего имеется травматический пистолет, который тот ранее применял во время ссор в кафе, он решил, что З.А.А. хочет достать оружие. В связи с этим, подойдя к потерпевшему, он нанес ему 2-3 удара кулаком в лицо, после чего они сцепились, нанося друг другу обоюдные удары, при этом сам он в общей сложности нанес З.А.А. 4-5 ударов кулаками по лицу. Затем их разнял М.Ю.И. и их компания сразу ушла из кафе. С З.А.А. ранее был знаком, работал у него по строительству, отношения между ними были нормальные, свои насильственные действия объяснял оскорблением со стороны потерпевшего и опасением применения с его стороны оружия. 

Несмотря на частичное отрицание подсудимым вины, она подтверждается следующими доказательствами, исследованными судом.

Потерпевший З.А.А. показал, что 14 сентября 2019 года около 21 часа он, будучи 

<

данные изъяты>, приехал проверить его работу и обстановку. В кафе находись М.А.Э., О.М.Е., М.А.Н., С.А.С., М.Т.А. и арендатор второго этажа Е.. Вначале, общаясь с барменом Р.А.Е., он присел у барной стойки, а затем ФИО2 пригласила его к их компании за столик, расположенный слева от входа. Присоединившись, он стал общаться с присутствовавшими, заказал себе кальян. Около 2 часов в кафе зашли М.Ю.И., К.П.В. и ФИО1. Последний сразу подошел к сидевшей у барной стойки М.Т.А. и ударил ее, отчего та упала. После этого, поведал далее потерпевший, ФИО1, отодвинув столик, неожиданно напал на него и начал избивать, нанося множественные удары (не менее 5-6) кулаками по голове. От ударов он повалился спиной на диван, а ФИО1 продолжил избиение, нанося преимущественно удары правой рукой. По словам потерпевшего, он схватил правую руку подсудимого и в это время ФИО1 надавил ему на правый глаз большим пальцем левой руки, отчего он испытал очень сильную боль и закричал. М.Ю.И. оттащил ФИО1 и тот, высказывая в его адрес оскорбления, бросил в него пустую бутылку, которую взял со стола, после чего покинул кафе. Прибывшая по вызову «скорая помощь» доставила его в больницу. Утверждает, что пистолета в тот вечер при нем не было, М.Т.А. он не удерживал и практически с ней не общался, подсудимому, когда тот зашел в кафе, ничего не говорил. Травма правого глаза не только привела к 

<

данные изъяты>. Считает, что в результате полученной травмы произошло обезображивание лица, так как 

<

данные изъяты>, он вынужден скрывать его за очками с затемненными стеклами; люди, а он со многими вынужден общаться по работе, постоянно интересуются, что случилось с глазом и почему он в очках. До случившегося у него со ФИО1 были нормальные отношения, подсудимый работал у него по строительству, размолвок, конфликтов между ними не было. 

Из показаний свидетеля К.П.В., подтвердившего сообщенное на предварительном следствии (т.1 л.д.126-128), следует, что в ночь на 15 сентября 2019 года он находился в кафе «Ретро» с М.Ю.И. и ФИО1. Последнему М.Т.А. по телефону сообщила, что ее в кафе «Фаворит» якобы удерживает З.А.А., а до этого о нахождении ее там говорил У.Е.В.. Они все втроем отправились в кафе «Фаворит», ФИО1 хотел забрать М.Т.А., сидевшую у барной стойки, но в это время располагавшийся за столиком З.А.А. что-то крикнул подсудимому, прогоняя его. Тогда ФИО1, отодвинув столик, подошел к З.А.А. и нанес ему 2-3 удара руками в лицо. После этого, забрав М.Т.А., они уехали из кафе. Свои насильственные действия в отношении потерпевшего, ФИО1 впоследствии объяснил опасением применения травматического пистолета со стороны З.А.А.. 

Свидетель М.Ю.И., в целом давая аналогичные показания и подтверждая сообщенное на предварительном следствии (т.1 л.д.108-110), пояснил, что, узнав от У.Е.В. о нахождении М.Т.А. в кафе «Фаворит», ФИО1 вместе с ним и К.П.В. отправился туда. Прибыв за М.Т.А., подсудимый ударил ее по лицу. Потерпевший что-то крикнул, ФИО1, отодвинув столик, подошел к З.А.А. и стал носить ему удары руками. Потерпевший упал на диван и между ними завязалась драка. Он растащил их, после чего покинул кафе. 

Свидетель У.Е.В. показал, что примерно до 1 часа 15 сентября 2019 года он проводил время в кафе «Ретро», где видел М.Т.А., которая сидела за одним столиком с З.А.А.. После этого, отправившись в кафе «Ретро», он встретил там ФИО1, К.П.В. и М.Ю.И.. В ходе разговора со ФИО1 он спросил, почему тот не с М.Т.А., упомянув, что видел ее в кафе «Фаворит». Примерно через полчаса ему позвонила по телефону М.Т.А., интересовавшаяся содержанием их разговора со ФИО1. Об избиении З.А.А. узнал на следующий день. 

По показаниям свидетеля М.Т.А., подтвердившей сообщенное на предварительном следствии (т.1 л.д. 118-120), в ночь на 15 сентября 2019 года она находилась в кафе «Фаворит». Сидела за столиком вместе с Р.А.Е. и ФИО2. Затем к ним присоединился З.А.А.. Через некоторое время она позвонила ФИО1, чтобы тот забрал ее из кафе. В кафе ее никто не удерживал, потерпевший лишь уговаривал остаться. Когда она пересела к барной стойке, в кафе вошли ФИО1, М.Ю.И. и К.П.В.. Подсудимый сначала подошел к ней, толкнул, отчего она упала, а затем у него произошел конфликт с З.А.А., который крикнул ФИО1, чтобы тот отстал от нее и уходил. Тогда подсудимый подошел к потерпевшему и нанес ему удары по лицу, отчего тот повалился на диван и между ними завязалась драка, при этом ФИО1 вновь нанес потерпевшему удары в область головы, после чего их разнял М.Ю.И..

Свидетель О.М.Е. показал, что в ночь на 15 сентября 2019 года он находился в кафе «Фаворит», сидел за столиком с Е. и М.А.Э.. Затем к ним присоединился З.А.А., которого позвала Е.. Все было спокойно, никто никого не удерживал. Через некоторое время в кафе зашел ФИО1 с 

<

данные изъяты>. Как он понял, между подсудимым и потерпевшим, сидевшим за столиком, произошел конфликт, поскольку ФИО1 подошел к З.А.А. и между ними завязалась драка. Сам он сразу отошел и происходившее не наблюдал. Как впоследствии увидел, у потерпевшего лицо было в крови и сильно отек глаз.

Из показаний свидетеля М.А.Э., подтвердившего свои показания на предварительном следствии (т.1 л.д.129-130), видно, что в ночь на 15 сентября 2019 года он в компании находился в кафе «Фаворит» за одним столиком с З.А.А.. Через некоторое время в кафе зашел ФИО1 с 

<

данные изъяты>, направился к З.А.А. и стал носить ему удары по голове, повалив потерпевшего на диван. Когда ФИО1 прекратил, потерпевший был весь в крови, держался за голову.

Свидетель С.А.С. показал, что 15 сентября 2019 года после полуночи, 

<

данные изъяты>, он вышел в зал и увидел, что З.А.А. лежит на диване, сверху на нем сидит ФИО1 и наносит потерпевшему удары по голове (нанес как минимум 3 удара), от которых тот пытался защититься руками. После этого ФИО1, отойдя от З.А.А., взял со стола пустую бутылку и бросил ее в потерпевшего. 

Свидетель Р.А.Е., подтверждая свои показания на предварительном следствии (т.1 л.д.111-113), сообщила, что ночью 15 сентября 2019 года, когда она находилась 

<

данные изъяты> в кафе «Фаворит», зашли М.Ю.И., К.П.В. и ФИО1. Последний сразу подошел к сидевшей напротив нее у барной стойки М.Т.А. и ударил ее по лицу, отчего она упала, а затем направился к З.А.А. и, отодвинув столик, за которым сидел потерпевший, стал носить ему удары рукой в голову. По окончании избиения З.А.А. она вызвала «скорую помощь» и полицию. 

Из показаний свидетеля М.В.П., 

<

данные изъяты>, данных на предварительном следствии (т.1 л.д.124-125), усматривается, что 15 сентября 2019 года около 2 часов он выезжал в кафе «Фаворит» для оказания медицинской помощи З.А.А., у которого имелись травмы головы и отек правого глаза. Потерпевший был доставлен в больницу. Со слов З.А.А., его избили в кафе. 

Свидетель З.У.С., 

<

данные изъяты>, показала, что 14 сентября 2019 года 

<

данные изъяты> уехал в г.Юрьев-Польский Владимирской области по работе, чтобы проконтролировать работу принадлежащих ему заведений. 15 сентября 2019 года, дозвонившись до 

<

данные изъяты> по телефону лишь около 19-20 часов, она узнала, что минувшей ночью в кафе «Фаворит» на него неожиданно напал ФИО1 и «выдавил» ему глаз. В результате травмы, по словам свидетеля, внешность мужа изменилась в худшую сторону, 

<

данные изъяты>. После травмы муж стал носить очки, постоянно переживает по поводу травмы. Внешность его значимо утратила привлекательность и производит отталкивающее впечатление.

Из текста телефонного сообщения, поступившего в дежурную часть полиции в 2 часа 15 сентября 2019 года от Р.А.Е., следует, что в кафе «Фаворит» сильно избили человека (т.1 л.д.6).

Согласно тексту телефонного сообщения, поступившего в дежурную часть полиции в 3 часа 15 сентября 2019 года из приемного отделения Юрьев-Польской районной больницы, туда с травмами головы поступил житель г.Владимира З.А.А. (т.1 л.д.8).

Следуя карте вызова «скорой помощи», вызов в кафе «Фаворит» для оказания медицинской помощи З.А.А. по поводу травм головы и гематомы правого глаза поступил в 2 часа 15 сентября 2019 года (т.1 л.д.122-123).

Из заявления З.А.А. в полицию от 1 октября 2019 года усматривается, что 15 сентября 2019 года около 2 часов в кафе «Фаворит» на ул.Заводская г.Юрьев-Польский Владимирской области ФИО1 причинил ему тяжкие телесные повреждения (т.1 л.д.40).

Как следует из протокола осмотра места происшествия от 18 сентября 2019 года, в сауне «Клеопатра», расположенной по адресу: 

<

...>, на флеш-карту изъяты видеозаписи с камеры наблюдения, установленной в соседнем кафе «Фаворит» (т.1 л.д.15-16).

При осмотре места происшествия, согласно протоколу от 22 января 2020 года с фототаблицей, зафиксирована обстановка в кафе «Фаворит», находящемся по тому же адресу. Как установлено осмотром, справа при входе в кафе расположена барная стойка, а слева - столик и угловой диван, над которым установлен телевизор. По пояснениям участвовавшего в следственном действии З.А.А., во время избиения ФИО1 он сидел именно на этом диване (т.1 л.д.73-77).

В ходе дополнительного осмотра места происшествия с участием свидетеля Р.А.Е., как явствует из протокола от 29 января 2020 года с фототаблицей, она указала на тот же диван, пояснив, что именно на нем около 2 часов 15 сентября 2019 года располагался потерпевший З.А.А., когда его стал избивать путем нанесения ударов кулаком в голову зашедший в кафе ФИО1 (т.1 л.д.78-83).

При просмотре в судебном заседании видеозаписи, чье содержание не противоречит приведенному в протоколе осмотра от 12 марта 2020 года с фототаблицей (т. 1 л.д.173-182), с учетом пояснений потерпевшего, свидетелей М.Т.А., М.Ю.И. и М.А.Н. об идентификации личностей запечатленных людей, установлено, что 15 сентября 2019 года в 1 час 54 минуты М.Т.А., сидевшая до этого на диване за столиком слева от входа в кафе, пересаживается с чашкой напитка к барной стойке, за которой находится Р.А.Е.. Рядом с ней у стойки находится М.А.Н.. В 1 час 55 минут в кафе заходят ФИО1, М.Ю.И. и К.П.В., при этом подсудимый подходит к М.Т.А., сидящей на стуле у барной стойки, и наносит ей удар рукой по лицу, от которого та пытается закрыться руками. От удара М.Т.А. падает, а ФИО1 идет за столик, расположенный слева от входа, за которым находится З.А.А.. Ввиду нахождения последнего на границе обзора объектива камеры, а также из-за перемещения работников кафе и посетителей, в числе которых отчетливо узнаваемы Р.А.Е., С.А.С. и М.А.Н., подсудимый и потерпевший видны лишь частично, их действия плохо различимы, фрагментами видно, что ФИО1 находится сверху над З.А.А. и ими совершаются динамичные действия. В это время М.Т.А. выбегает из зала, Р.А.Е. забирает со стола кальян, затем ФИО1, отойдя, бросает в З.А.А. что-то взятое со стола и в 1 час 57 минут покидает кафе.

Свидетель М.А.Н. показал, что в ночь на 15 сентября 2019 года он находился в кафе «Фаворит», туда пришли К.П.В., М.Ю.И. и ФИО1 и за столиком, где сидел З.А.А., произошел конфликт. Утверждал, что избиения потерпевшего не видел, покинув кафе. 

Вместе с тем, из показаний свидетеля М.А.Н., данных на предварительном следствии (т.1 л.д.116-117), следует, что в ночь на 15 сентября 2019 года в кафе «Фаворит» зашли К.П.В., М.Ю.И., ФИО1. Последний подошел к сидевшей у барной стойки М.Т.А., которая до этого располагалась за одним столиком с З.А.А., и ударил ее в лицо. М.Т.А. упала, а ФИО1 проследовал к находившемуся за столиком З.А.А. и стал наносить ему удары по лицу, а затем, сев на него, продолжил их нанесение. 

Эти свои показания свидетель М.А.Н. не подтвердил, пояснив, что такие показания на следствии не давал, но при этом категорически не отрицал принадлежность ему подписей в протоколе допроса.

В то же время при сопоставлении показаний свидетеля М.А.Н. с видеозаписью видно, что при исследуемых событиях он присутствовал в зале кафе. В момент нанесения ФИО1 удара М.Т.А. он находился рядом с ней у барной стойки и смотрел в ее сторону. Также, судя по записи, он непосредственно наблюдал и за избиением ФИО1 З.А.А..

В связи с этим показания свидетеля М.А.Н. на предварительном следствии суд считает наиболее достоверными и кладет в основу приговора, тем более, что эти его показания согласуются с другими доказательствами, их правильность он удостоверил своими подписями, замечаний по поводу их фиксации и действий следователя не имел. 

По заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, у З.А.А. выявлены следующие телесные повреждения:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Тупая травма правого глаза, пишут далее эксперты, причинена в результате травматического воздействия тупого твердого предмета с ограниченной поверхностью (удар, «тычок» или надавливание), а остальные повреждения причинены ударными воздействиями тупых твердых предметов. 

Тупая травма правого глаза, указывается далее, привела к 

<

данные изъяты>, что, с учетом остроты зрения до травмы 0,7 и в соответствии с пп.15 (10%) и 24 (30 %) «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействий внешних причин» (Приложение 1 к «Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденным Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н), расценивается как значительная стойкая утрата свыше 30 % общей трудоспособности. 

Таким образом, по выводам экспертов, данная травма причинила тяжкий вред здоровью З.А.А. 

Кроме того, наличие птоза (опущения) верхнего века является повреждением лица, которое с течением времени самостоятельно не исчезает, то есть является неизгладимым.

Остальные повреждения (кровоподтек, ушибы и поверхностная рана, не потребовавшая ушивания) являются поверхностными и сами по себе не причиняют вреда здоровью.

Все вышеуказанные повреждения впервые зафиксированы в медицинских документах в 2 часа 20 минут 15 сентября 2019 года и могли образоваться незадолго (от нескольких десятков минут до нескольких часов) до момента оказания первой медицинской помощи.

По мнению экспертов, имевшиеся у З.А.А. повреждения явились следствием множественных ударных воздействий, при этом возможность образования ранения правого глаза в результате надавливания на него пальцем, а остальных повреждений - при ударах кулаками не исключается (т.2 л.д.19-22).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Ш.М.Я. показал, что степень вреда здоровью потерпевшего определяется по характеру причиненной ему травмы, которая не подлежит оценке во взаимосвязи со своевременностью оказания медицинский помощи. 

Оценивая каждое из вышеприведенных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

Каких-либо нарушений закона, влекущих признание полученных доказательств недопустимыми, фабрикации материалов дела, судом не установлено.

Судом оценены показания подсудимого о том, что он не осуществлял надавливание на правый глаз З.А.А. и не предвидел наступление общественно-опасного последствия своих действий в виде тяжкого вреда здоровью.

При этом суд исходит из следующего.

Из показаний всех допрошенных в судебном заседании лиц видно, что в кафе З.А.А. пришел без каких-либо травм, которые появились у него после избиения ФИО1, в том числе и тупая травма правого глаза. 

Данное обстоятельство подсудимый не оспаривал, никто другой во время, относящееся к исследуемым событиям, З.А.А. не бил, оснований считать, что обнаруженные телесные повреждения он хотя бы частично получил при обстоятельствах, не связанных с целенаправленным физическим воздействием ФИО1, не имеется.

Потерпевший З.А.А. последовательно пояснял, что в процессе избиения ФИО1 осуществил надавливание ему на указанный глаз, как понял, большим пальцем левой руки, отчего он испытал сильнейшую боль.

Оснований не верить показаниям потерпевшего у суда не имеется, поскольку его пояснения о механизме причинения данной травмы подтверждаются заключением судебно-медицинского эксперта о том, что она явилась следствием таких травматических воздействий, как удар, «тычок» либо надавливание и вполне могло быть причинено надавливанием пальца.

Указанные выводы эксперта, исходя из обстановки произошедшего и совокупности иных фактических данных, установленных из показаний потерпевшего, свидетелей, видеозаписи и результатов осмотра места происшествия, не дают оснований для вывода о возможности получения З.А.А. данной травмы в результате контактного взаимодействия с каким-либо посторонним предметом.

Оценив показания подсудимого об оскорблении со стороны З.А.А. и опасении применения тем травматического оружия, как причинах применения насилия в отношении потерпевшего, суд считает их несостоятельными по следующим причинам.

О таких действиях со стороны З.А.А. поясняли лишь М.Т.А., с которой подсудимый состоит в близких отношениях, а также 

<

данные изъяты> М.Ю.И. и К.П.В., с которыми ФИО1 и прибыл в ту ночь в кафе. 

Указанные лица, в силу их взаимоотношений с подсудимым, заинтересованы в изложении сведений о произошедшем в более выгодном для него свете, тем более, что и иные обстоятельства ими излагались в несколько искаженном виде с преуменьшением характера и объема насильственных действий ФИО1, очевидцами которых они являлись.

В свою очередь потерпевший отрицал высказывание со своей стороны оскорблений подсудимому, данное обстоятельство Р.А.Е., а также посетители кафе М.А.Э., О.М.Е. и М.А.Н. (последний в показаниях на предварительном следствии, признанных судом достоверными), не подтвердили. 

Оснований ставить под сомнение показания потерпевшего и данных свидетелей, логично соответствующие хронологии фактически развивавшихся событий, не имеется.

Как установлено в судебном заседании, в том числе из показаний М.Т.А., в отношении нее З.А.А. ничего предосудительного не совершал, он находился в собственном кафе, отрытом для посетителей, пьяным не был, с ФИО1 у него были нормальные отношения и каких-либо причин оскорблять того у него не имелось.

В свою очередь именно подсудимый проявил агрессию, ударив вначале М.Т.А., то есть сам совершил в общественном месте противоправные и аморальные действия, после чего тут же напал на потерпевшего, применив к нему физическое насилие. 

При этом стремительность развития этих его действий не дает оснований считать, что между потерпевшим и подсудимым произошел какой-то конфликт. 

В кафе «Фаворит» подсудимый отправился, узнав о пребывании там М.Т.А., реально никем там не удерживаемой.

Будучи осведомленным от У.Е.В. о ее нахождении там вместе с З.А.А., а от самой М.Т.А., что последний якобы не хочет ее отпускать, подсудимый, будучи недовольным как поведением 

<

данные изъяты>, так и испытывая неприязнь к потерпевшему, именно по этой причине применил к ним физическую силу, даже не пытаясь разобраться в сложившейся ситуации ненасильственным способом.

Исходя из этого, надуманными являются и доводы подсудимого о опасении за свои жизнь и здоровье по причине возможного применения потерпевшим травматического оружия. 

В сложившейся обстановке какого-либо общественно опасного посягательства в отношении подсудимого со стороны З.А.А. либо угрозы такового не существовало, оружия при потерпевшем не было, а окружающая обстановка не давала ФИО1 оснований считать, что таковое происходит. 

Как отмечено выше, противоправное посягательство изначально исходило от самого подсудимого, вначале ударившего М.Т.А., а затем незамедлительно «переключившегося» на З.А.А., причем, как видно на видеозаписи, до этого ФИО1 находился спиной к потерпевшему, что объективно не позволяло видеть действия последнего. 

Характер насильственных действий ФИО1 также не свидетельствовал о стремлении обезоружить потерпевшего.

Таким образом, суд приходит к следующим выводам.

15 сентября 2019 года ФИО1, действуя из личной неприязни, нанес З.А.А. множественные удары кулаками в лицо, а также рукой осуществил травматическое сдавливающее воздействие на правый глаз, причинив тем самым потерпевшему тяжкий вред здоровью. 

О наличии у подсудимого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью свидетельствует как избранный им способ причинения телесных повреждений, так и направленность его насильственных действий в отношении легко травмируемого органа - глаза.

При оценке оснований для признания причиненного потерпевшему вреда здоровью тяжким, суд учитывает не только фактически наступившее последствие в виде значительной стойкой утраты трудоспособности, но и то, что полученное З.А.А. опущение верхнего века (птоз) правого глаза повлекло неизгладимое обезображивание его лица.

Как следует из заключения и показаний эксперта, данное последствие не может исчезнуть или стать менее выраженным с течением времени или под влиянием нехирургических средств, то есть оно считается неизгладимым.

Исследовав фотографии потерпевшего до (т.1 л.д.95) и после 15 сентября 2019 года (т.2 л.д.155-158), а также в ходе судебного разбирательства лично увидев вышеуказанное последствие травмы у него на лице, суд считает, что оно изменило его естественное состояние и придало внешности неприятный и отталкивающий вид, искажающий его внешний облик, не согласующийся с общепризнанными представлениями о человеческом лице.

Глаза являются парным органом человеческого лица, в связи с чем столь серьезное травмирование одного из них безусловно приводит к существенному отличию и искажению части лица потерпевшего, влечет резкое изменение естественного вида и приковывает внимание, что отрицательно влияет на внешний облик человека как составляющую его психического здоровья.

При этом суд учитывает мнение как самого потерпевшего, так и его супруги об изменении естественного вида лица З.А.А., возраст последнего, характер трудовой деятельности, связанной с необходимостью общения с людьми, отсутствие у него на лице иных повреждений и деформаций, на фоне которых вышеуказанное могло бы выглядеть менее заметно.

Между умышленными действиями подсудимого и наступившим последствием в виде тяжкого вреда здоровью З.А.А. имеется прямая причинно-следственная связь.

Поэтому содеянное подсудимым суд квалифицирует по ч.1 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, выразившегося в неизгладимом обезображивании лица и вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

При назначении ФИО1 наказания суд в соответствии с требованиями ст.ст.6,60 УК РФ принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. 

Учитывает суд и то, что в соответствии с ч.2 ст.43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

ФИО1 совершено умышленное тяжкое преступление, представляющее повышенную социальную опасность, за которое предусмотрено основное наказание исключительно в виде лишения свободы на срок до 8 лет. 

Изучение личности ФИО1 показало, что он не имеет судимости (т.1 л.д.198), на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (т. 1 л.д.205), по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется в целом удовлетворительно (т.1 л.д.208), соседями и знакомыми, а также по месту работы в Центре внешкольной работы - положительно (т.1 л.д.211, 212, 213, 214), к административной ответственности не привлекался (т. 1 л.д.204).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд признает частичное признание им вины, раскаяние в содеянном, наличие у подсудимого малолетних детей (т.1 л.д.194,196). 

Оснований для признания извинений, принесенных потерпевшему, смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, то есть в качестве иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного преступлением, не имеется.

В данном случае извинения, с учетом позиции потерпевшего, фактически не принявшего их в качестве средства заглаживания вреда, невозможно признать действенным средством восстановления нарушенных в результате преступления прав и законных интересов З.А.А., способствующим уменьшению последствий содеянного, компенсации и возмещению причиненного вреда.

Следовательно, с учетом характера преступления и наступивших последствий, а также отношения к извинениям самого потерпевшего, их принесение является лишь признаком раскаяния ФИО1 в содеянном, которое и учтено при назначении наказания в качестве смягчающего обстоятельства.

С учетом установленного мотива действий подсудимого, не усматривает суд и достаточных данных, указывающих на аморальность либо противоправность поведения З.А.А., которое могло быть расценено как повод для преступления в той мере, в которой это могло быть признано обстоятельством, смягчающим наказание.

В то же время, оснований для признания в качестве отягчающего наказание подсудимого обстоятельства совершения им преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, суд также не находит, ввиду отсутствия бесспорных данных, могущих указывать на взаимосвязь его нетрезвого состояния с содеянным.

К тому же, ФИО1 как злоупотребляющий спиртным не характеризуется, на учете у нарколога не состоит, к административной ответственности за правонарушения, связанные с увлечением спиртным, не привлекался. 

Иных отягчающих наказание обстоятельств по делу не имеется, не приведено их и в обвинительном заключении.

Между тем, по убеждению суда, отсутствуют и какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после его совершения, и другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности содеянного, которые давали бы основания для применения ст.64 УК РФ.

Учитывая характер, опасность и обстоятельства преступления, а также данные о личности подсудимого, нет достаточных оснований и для условного осуждения ФИО1 на основании ст.73 УК РФ. 

С учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности совершенного преступления, являющегося умышленным и носящего оконченный характер, оснований для изменения его категории на менее тяжкую, согласно ч.6 ст.15 УК РФ, не имеется.

Наказание ФИО1, совершивший тяжкое преступление, должен отбывать в исправительной колонии общего режима, согласно п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ.

Учитывая данные о личности подсудимого, опасность совершенного преступления, а также необходимость отбывания наказания в виде лишения свободы со следованием в исправительное учреждение под конвоем, меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу следует изменить на заключение под стражу. 

В силу п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания подсудимого под стражей до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок наказания из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

Потерпевшим З.А.А. по делу заявлен гражданский иск о возмещении имущественного вреда, связанного с понесенными им расходами на лечение на общую сумму 45 856,28 рублей, а также о компенсации морального вреда в размере 1 млн. рублей (т.2 л.д.85-88,113-117). 

Привлеченный в качестве гражданского ответчика ФИО1 заявил о признании исковых требований о возмещении понесенных потерпевшим расходов на лечение, иск о компенсации морального вреда признал частично, считая возможным его удовлетворение исходя из требований разумности и справедливости. Одновременно с этим, с учетом наступивших последствий, не считал заявленный потерпевшим размер компенсации морального вреда неразумным, ссылаясь на невозможность его возмещения из-за имущественного положения. 

Разрешая иск о компенсации морального вреда, суд исходит из того, что к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относится право на охрану здоровья (ч.1 ст.41 Конституции РФ), которое является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага. 

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст.18 Конституции РФ).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу здоровью граждан.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд также должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случае, когда вина его является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В связи с полученными телесными повреждениями истец испытал физические страдания.

Поскольку тупая травма глаза привела к утрате функций органом зрения и обезображиванию лица, потерпевший испытал и нравственные переживания, которые нелегко пережить и с которым трудно смириться.

Таким образом, требование истца о компенсации морального вреда основано на законе.

В связи с корнеосклеральным ранением правого глаза потерпевший проходил длительное лечение, в том числе в стационаре, потребовавшее хирургического вмешательства, он испытывает многочисленные бытовые неудобства, вынужден прибегать к использованию очков, которых раньше не носил, в том числе и для маскировки последствий повреждения, для устранения эстетических последствий травмы необходимо косметическое медицинское вмешательство. 

Необходимо учесть, что потеря зрения на данный глаз неустранима и связанные с этим неудобства будут сопровождать З.А.А., находящегося в зрелом возрасте на пике трудовой и социальной активности, и в дальнейшем, затрудняя ведение обычного образа жизни. 

Травмы причинены умышленными действиями ответчика, при отсутствии неправомерных либо провокационных действий со стороны истца, ФИО1 фактически не оспаривал заявленный размер компенсации, признавая его вполне оправданным.

Сведений об имущественной несостоятельности ФИО1 не имеется, он находится в трудоспособном возрасте, не имеет инвалидности или заболеваний, препятствующих труду. 

Кроме того, в соответствии с положениями п. 3 ст. 1083 и ст. 1101 ГК РФ имущественное положение ответчика само по себе не относится к обстоятельствам, связанным с размером компенсации морального вреда, причиненного виновными действиями, совершенными умышленно. 

Поэтому, с учетом обстоятельств, при которых был причинен вред, его характера, а также требований разумности и справедливости, размер компенсации морального вреда следует определить в заявленном истцом размере, удовлетворив данное его исковое требование в полном объеме.

Что же касается требования о возмещения имущественного вреда, причиненного повреждением здоровья, то истец просит взыскать: транспортные расходы на поездку 14 октября 2019 года в ФГАУ «НМИЦ «МНТК «Микрохирургия глаза» им. акад. ФИО3 Минздрава России в сумме 3 842 рубля; расходы на поездки 17 октября 2019 года и 20 марта 2020 года в ФГБУ «НМИЦ глазных болезней им.Гельмгольца Минздрава России в сумме 10 037 рублей; расходы на медицинские услуги ООО «Клиника семейной медицины» в сумме 10 200 рублей; расходы на медицинские услуги в ООО «Палитра» в сумме 970 рублей; расходы на приобретение различных лекарств и медицинских принадлежностей на сумму 10 040,28 рублей; расходы на покупку очков в сумме 10 767 рублей.

В соответствии с п.1 ст.1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», характер причиненного преступлением вреда и размер подлежащих удовлетворению требований подлежит установлению на основе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств с приведением их в приговоре, в том числе и в случае признания иска гражданским ответчиком. 

Поэтому, несмотря на признание иска ФИО1, для разрешения исковых требований З.А.А. о возмещении расходов на лечение, требуется выяснение вопроса о необходимости таких расходов, а также их обоснованности, поскольку они подлежат возмещению лишь при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи, отсутствии права на их бесплатное получение либо невозможности их получения качественно и в срок, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и причиненным его здоровью вредом.

При невозможности установлении этих обстоятельств на основании имеющихся в деле документов, для разрешения иска может быть назначена соответствующая медицинская экспертиза.

По смыслу ч.1 ст.44 УПК РФ, требования имущественного характера, хотя и связанные с преступлением, но относящиеся, в частности, к последующему восстановлению нарушенных прав потерпевшего подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства. В этой части гражданский иск по уголовному делу подлежит оставлению без рассмотрения (п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23).

Поскольку эти исковые требования З.А.А. направлены на возмещение понесенных им в последующем после получения травмы расходов, на устранение ее последствий для здоровья, иск в этой части следует оставить без рассмотрения, что не лишает истца возможности обратиться с ним в порядке гражданского судопроизводства. 

В соответствии со ст.81 УПК РФ вещественное доказательство по делу - флеш-карту с видеозаписями с камеры наблюдения следует оставить при уголовном деле в течение всего срока его хранения.

Разрешая вопрос о процессуальных издержках, суд руководствуется следующим.

Потерпевшему З.А.А. подлежит к выплате 78 000 рублей на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю - адвокату из расчета 8 000 рублей - за ознакомление с делом и др., 10 000 рублей - за один день участия в судебном разбирательстве.

В соответствии с п.1.1 ч.2 ст.131 УПК РФ, суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, относятся к процессуальным издержкам.

Согласно ч.1 ст.132 УПК РФ, процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Право потерпевшего воспользоваться помощью представителя - адвоката для оказания юридической помощи по уголовному делу закреплено в п.8 ч.2 ст.42 УПК РФ.

То, что потерпевший понес указанные расходы подтверждено квитанциями и справкой Центральной коллегии адвокатов г.Владимира.

Необходимость и оправданность данных расходов сомнений не вызывает, размер вознаграждения представителя не противоречит рекомендациям по назначению адвокатами гонораров за оказание юридической помощи, утвержденным решением Совета Адвокатской палаты Владимирской области от 5 апреля 2018 года.

Следовательно, расходы потерпевшего З.А.А., связанные с выплатой вознаграждения представителю, подлежат возмещению федеральным бюджетом с возможностью последующего взыскания этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства. 

Оснований для признания подсудимого имущественно несостоятельным, а также для вывода о том, что взыскание с ФИО1 указанных процессуальных издержек существенно отразится на имущественном положении лиц, находящихся на его иждивении, не имеется.

К тому же ФИО1 трудоспособен и против возмещения названных издержек за его счет не возражал, в связи с чем их следует взыскать с подсудимого.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307 - 309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок лишения свободы времени содержания его под стражей с 18 ноября 2020 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении - изменить заключения под стражу.

Взять ФИО1 под стражу в зале суда.

Гражданский иск З.А.А. о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу З.А.А. в счет компенсации морального вреда 1 000 000 (один миллион) рублей.

Гражданский иск З.А.А. о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья, оставить без рассмотрения.

Вещественное доказательство по делу - флеш-карту - хранить при уголовном деле.

Взыскать с осужденного ФИО1 в доход федерального бюджета РФ процессуальные издержки в размере 78 000 (семьдесят восемь тысяч) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Юрьев-Польский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционных жалоб, представлений осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Если осужденный заявляет ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий: подпись М.Ю. Бакрин