Дело №1-175/21

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Курган 16 июня 2021 года

Курганский городской суд Курганской области в составе председательствующего судьи Белоусова Д.В., при секретаре Картаполове Е.А., с участием государственных обвинителей – помощников прокурора г. Кургана Большакова А.А., ФИО1, подсудимого ФИО2, защитника-адвоката Мальцева В.А., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО2, 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> г.,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

органом предварительного расследования ФИО2 обвиняется в грабеже, то есть в открытом хищении имущества ФИО3 №1, а именно в том, что 4 сентября 2020 г., около 2 часов, находясь в комнате квартиры № № расположенной по адресу: 

<

адрес>, увидел лежащие на табурете сотовый телефон «TeXet (Тихет) TM-B217» в корпусе черного цвета, принадлежащий ФИО3 №1, и решил его похитить. В осуществление своего преступного умысла Медовиков, 4 сентября 2020 г., около 2 часов, находясь в комнате указанной квартиры, умышленно, осознавая общественную опасность противоправного изъятия чужого имущества, предвидя неизбежность причинения в результате этого реального материального ущерба собственнику, незаконно, из корыстных побуждений, с целью открытого хищения чужого имущества, осознавая явный характер хищения, взял с табурета, принадлежащее ФИО3 №1 имущество, а именно: сотовый телефон «TeXet (Тихет) TM-B217», стоимостью 1 012 рублей, с находящейся в нем сим-картой сотового оператора «Теле-2», которая для ФИО3 №1 материальной ценности не представляет. После чего Медовиков понимая, что его действия носят явный характер и наблюдаются ФИО3 №1, реакцией которого он пренебрег, с места совершения происшествия беспрепятственно скрылся, причинив своими преступными действиями ФИО3 №1 материальный ущерб в размере 1 012 рублей.

В судебном заседании подсудимый Медовиков вину по предъявленному обвинению не признал и на основании положений ст. 51 Конституции Российской Федерации от дачи показаний отказался.

Из протокола явки с повинной ФИО2 от 4 сентября 2020 г. следует, что в ночное время 4 сентября 2020 г. он, находясь по адресу: 

<

...> у своего знакомого ФИО3 №1, в ходе распития спиртного взял телефон ФИО21 марки «Текс» черного цвета, кнопочный, с крышкой красного цвета, с которым выбежал из квартиры и спрятал на пятом этаже, над лифтом. 

На замечания ФИО3 №1 остановиться и вернуть телефон не реагировал. В содеянном раскаивается, вину признает полностью (т. 1 л.д.11).

Из оглашенных показаний подсудимого ФИО2 в качестве подозреваемого от 4 сентября 2020 г. следует, что 3 сентября 2020 г., около 18 часов, во дворе своего дома 126 по ул. Урицкого в г. Кургане он встретил Стаса, с которым стали употреблять спиртные напитки. Затем ему позвонил его знакомый ФИО3 №1, проживающий по адрес: 

<

адрес> совместно с дочерью Ольгой. После этого он и ФИО46 с находившейся у них водкой приехали к ФИО3 №1, в комнате у которого стали употреблять водку. Затем домой пришла Ольга, а через некоторое время прибыли сотрудники полиции, которые попросили его и ФИО157 уйти из квартиры, что они и сделали. На лестничной площадке он вызвал такси. После того, как уехали сотрудники полиции, он зашел в квартиру, затем в комнату к ФИО3 №1, которому пояснил, что заберет оставшуюся водку, стоявшую на табурете. Когда он взял левой рукой бутылку водки, то обратил внимание, что на табурете находится сотовый телефон в корпусе черного цвета. 4 сентября 2020 г., около 2 часов, у него возник умысел на хищение сотового телефона, так как он предполагал, что его действия никому не очевидны. Он взял правой рукой сотовый телефон, который лежал на табурете и, удерживая его в правой руке, стал выходить из комнаты. В этот момент он услышал, как ФИО3 №1 ему крикнул: «Стой! Куда понес телефон! Верни!». Однако он проигнорировал слова ФИО3 №1 и быстрым шагом вышел из комнаты. В коридоре квартиры он положил сотовый телефон в правый карман надетых на нем джинсов и вышел из квартиры. Пока они ожидали такси, то поднялись на девятый этаж, где стали продолжать распивать водку. 

Через некоторое время на его телефон поступил звонок о прибытии такси, на лифте они стали спускаться на первый этаж, но он остановил лифт на пятом этаже, пояснив Стасу, что догонит. На лестничной площадке пятого этажа он спрятал сотовый телефон ФИО3 №1 в проем перед входом в лифт, а сам спустился по лестнице и вышел на улицу, после чего со ФИО46 поехали домой. 

4 сентября 2020 г., в утреннее время, к нему домой пришли сотрудники полиции, которые пояснили, что ему необходимо проследовать в ОП № 4 УМВД России по г. Кургану, где затем он решил рассказать о произошедшем, написал явку с повинной. Свою вину признает полностью, в содеянном раскаивается (т. 1 л.д. 29-32).

После оглашения указанных показаний подсудимый Медовиков в целом подтвердил их достоверность, за исключением того, что у него был умысел на хищение телефона ФИО3 №1, так как взял телефон, чтобы вызвать такси, поскольку батарея на его телефоне была почти разряжена. 

Отвечая на вопросы, показал, что когда вернулся в квартиру за спиртным, дверь ему открыл ФИО33 и разрешил пройти к ФИО3 №1. ФИО3 №1 был в комнате, в которой освещения не было, свет горел только в коридоре, и ФИО3 №1 не должен был видеть, как он взял телефон с табурета. Когда он выходил из комнаты потерпевшего, тот что-то ему говорил, возможно, чтобы он вернул телефон, но он не придал этому значения. Затем он сказал ФИО33, что уходит, и тот закрыл за ним дверь квартиры. При уходе из подъезда не вернул телефон потерпевшему, а спрятал, так как испугался, что на телефон потерпевшего стали поступать звонки, внизу раздавался шум. Когда уходили из подъезда, ФИО3 №1 в нем не видел, только ФИО33 на первом этаже, который со своего телефона куда-то звонил. 

В качестве доказательств виновности подсудимого в инкриминируемом преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 161 УК РФ, стороной обвинения представлены следующие доказательства.

ФИО3 ФИО3 №1 в судебном заседании показал, что он проживает в одной из комнат трехкомнатной 

<

адрес> 3 микрорайоне г. Кургана. В этой же квартире проживают его дочь ФИО21 и ее сожитель ФИО33. В один из дней он с подсудимым ФИО2 и ранее не знакомым ему мужчиной распивали принесенное последними спиртное у него в комнате. Затем его дочь вызвала сотрудников полиции, которые увели ФИО2 и мужчину из квартиры. Через некоторое время, когда он лежал у себя в комнате, Медовиков вернулся к нему и попросил разрешения забрать бутылку с оставшимся спиртным, против чего он не возражал. Медовиков взял бутылку и ушел. Затем он обнаружил, что нет телефона, стал его искать, взял у ФИО33 телефон и стал звонить с него на номер своего телефона. При этом с ФИО33 они вышли в подъезд, на верхних этажах заиграла мелодия, установленная на его телефоне, поэтому он стал подниматься по лестнице, а ФИО33 стоял внизу. На верхних этажах он никого не нашел, а когда спустился, ФИО33 сказал, что Медовиков и второй мужчина, которые распивали с ним спиртное, выбежали из подъезда на улицу, и что он просил их вернуть телефон, так как видел, что они распивали спиртное у него в комнате, поэтому предположил, что они могли взять телефон. 

Из оглашенных показаний ФИО3 №1 от 4 сентября 2020 г. следует, что 3 сентября 2020 г., в вечернее время, он у себя дома, по адресу: 

<

адрес>, употреблял спиртные напитки, позвонил своему знакомому ФИО2, которого пригласил в гости. Около 21 часа этого же дня к нему приехали Медовиков с ранее незнакомым мужчиной, представившимся Станиславом, которые привезли бутылку водки объемом 0,5 л, которую затем они втроем в его комнате распивали. При этом он пользовался своим кнопочным телефоном марки «teXet», в корпусе черного цвета, который положил на табурет, за которым употребляли спиртные напитки. Около 1 часа 4 сентября 2020 г. домой пришла его дочь ФИО3 №1, а через какое-то время в его комнату зашли сотрудники полиции, которых вызвала дочь, и попросили его знакомых Алексея и ФИО46 уйти из квартиры. Алексей и ФИО46 вышли из комнаты, и ушли из квартиры. 4 сентября 2020 г., около 1 часа 40 минут, к нему вернулся Медовиков, которому он открыл дверь квартиры, проследовал в его комнату, а он проследовал следом за ним. Медовиков сказал, что ему необходимо забрать водку, которая осталась. Он лег на кровать, а Медовиков одной рукой взял не распитую бутылку водки, а второй рукой принадлежащий ему сотовый телефон. Около 2 часов он крикнул ФИО2: «Стой! Куда понес телефон! Верни!». Однако Медовиков проигнорировал его слова, ускорил шаг и вышел из квартиры, закрыв дверь. Он проследовал в комнату своей дочери и попросил ее сожителя Александра позвонить в полицию и сообщить о произошедшем. ФИО33 позвонил со своего телефона, и он продолжил разговор с сотрудниками полиции, которым сообщил, что его знакомый открыто похитил принадлежащий ему сотовый телефон. После чего он и ФИО33 вышли на лестничную площадку, где он услышал, что на верхней лестничной площадке слышны разговоры, как он понял, Стаса и Алексея, которые находились у него в гостях. Затем он попросил, чтобы ФИО33 совершил звонок на его абонентский номер, при этом он услышал мелодию своего телефона, начал подниматься по лестнице, и вновь стал кричать Алексею: «Верни телефон!». Когда он поднимался по лестнице, то ФИО2 не видел. Затем он спустился на первый этаж и ФИО33 ему пояснил, что Алексей и ФИО46 вышли на улицу. 

Сотовый телефон марки «teXet» TM-B217 он приобретал 17 июня 2020 г. за 1 090 рублей и оценивает в эту же сумму. В телефоне была установлена одна сим карта оператора сотовой связи «Теле 2» с абонентским номером 

<

***>, которая для него материальной ценности не представляет. Просит привлечь к уголовной ответственности ФИО2, который открыто похитил принадлежащий ему сотовый телефон (т. 1 л.д. 41-43).

Из оглашенных показаний ФИО3 №1 в ходе очной ставки с ФИО2 следует, что когда Медовиков взял бутылку водки и его телефон, который находился на табурете, возле кровати, он крикнул ФИО2: «Стой, верни телефон», но Медовиков выбежал в подъезд, а он проследовал за ним. В подъезде он вновь стал кричать ФИО2, чтобы он вернул телефон, при этом бежал за ним по лестнице на верхний этаж, но догнать не смог, так как Медовиков, возможно, спустился на лифте, и выбежал на улицу. Так как Медовиков телефон ему не вернул, он сразу обратился по данному факту в полицию (т. 1 л.д. 125-128).

После оглашения показаний ФИО3 №1 не подтвердил их достоверность в той части, что открывал дверь квартиры ФИО2, когда он вернулся, что видел, как Медовиков взял его телефон, и что требовал в квартире вернуть телефон, поскольку этого на самом деле не заметил и пропажу телефона обнаружил после того, как Медовиков ушел из квартиры. На самом деле требование вернуть телефон он высказывал уже в подъезде, когда вышел туда с ФИО33 и услышал мелодию звонка, предполагая, что телефон находится у ФИО2, но самого ФИО2 в подъезде не видел, телефон не нашел. 

В ходе дополнительного допроса в следующем судебном заседании потерпевший ФИО3 №1 подтвердил ранее данные в судебном заседании показания и пояснил, что вернувшись в квартиру, Медовиков с его разрешения забрал бутылку водки с табурета, который стоял возле кровати, и, видимо, в тот момент прихватил телефон, который лежал рядом с бутылкой. Свет в комнате был выключен, освещение было только от экрана телевизора. Как Медовиков взял его телефон, он не видел, в руках ФИО2 была только бутылка водки. Отсутствие на табурете телефона он заметил, когда подсудимого в квартире уже не было, и предположил, что телефон мог взять Медовиков. Затем он пошел в комнату к дочери, чтобы с ее телефона позвонить на свой номер и по звонку найти телефон, так как подумал, что мог сам его куда-то переложил. Когда они с ФИО33 вышли в подъезд, подсудимого он не видел, они только услышали мелодию телефона, он стал подниматься на ее звук, а затем, по словам ФИО33, подсудимый и второй мужчина выбежали из подъезда. Оглашенные показания в этой части он по-прежнему не подтверждает, так как давал их в состоянии опьянения, они не соответствуют действительности. 

Свидетель ФИО3 №1 в судебном заседании показала, что у ее отца ФИО3 №1 пропал сотовый телефон и по данному факту обращались в полицию. О пропаже телефона ей известно со слов отца, который в ночное время выскочил из комнаты и закричал, что у него пропал телефон. Она с мужем ФИО33 находились в своей комнате. До этого в гостях у ФИО3 №1 был Медовиков, они употребляли спиртное. Затем она уснула, и что происходило дальше, не знает. 

ФИО4 ей рассказывал, что Медовиков взял его телефон и вышел в подъезд, а он выбежал следом за ним, но не догнал. 

Из оглашенных показаний ФИО21 следует, что 4 сентября 2020 г., около 1 часа, она и ее сожитель ФИО33 пришли домой по адресу: 

<

адрес>. В это время в комнате у ее отца ФИО3 №1 находились двое мужчин, они употребляли спиртные напитки. Она и ФИО33 легли спать, однако компания ее отца мешала их отдыху, поэтому она позвонила в ОП № 4 УМВД России по г. Кургану. Через некоторое время прибыли сотрудники полиции, которым мужчины, находившиеся в гостях у ФИО3 №1, представились ФИО46 и ФИО2. Сотрудники полиции попросили ФИО2 и ФИО46 выйти из квартиры, что те и сделали. После чего она и ФИО33 проследовали в свою комнату и легли спать. 

В ночное время 4 сентября 2020 г. она услышала крики своего отца ФИО3 №1, но что именно он кричал, не поняла. ФИО3 №1 пояснил, что после того, как уехали сотрудники полиции, то к нему в комнату вернулся ФИО2, который забрал бутылку водки, и взял его сотовый телефон марки «teXet». В момент, когда Медовиков уходил, то он ему вслед кричал: «Стой! Куда понес телефон! Верни!». Однако Медовиков проигнорировал его слова и ускорил шаг из квартиры. Выбежать из квартиры ФИО3 №1 не успел, Медовиков закрыл дверь и вышел. ФИО3 №1 с телефона ФИО33 сообщил о произошедшем в правоохранительные органы. Она лично не слышала, как ФИО3 №1 требовал вернуть телефон, так как в это время спала (т. 1 л.д. 104-105, 129-131, 135-136).

После оглашения указанных показаний ФИО3 №1 подтвердила их достоверность, объяснив возникшие противоречия давностью событий.

Свидетель ФИО33 в судебном заседании показал, что проживает со своей сожительницей ФИО21 и ее отцом в одной квартире. В ночное время он и ФИО3 №1 находились в своей комнате, а ФИО3 №1 в своей комнате с подсудимым ФИО2 и еще одним мужчиной распивали спиртное, находились в состоянии алкогольного опьянения. Затем ФИО3 №1 вызвала сотрудников полиции и те вывели из квартиры подсудимого и второго мужчину. Через некоторое время он пошел гулять с собакой, а когда возвращался, то Медовиков зашел следом за ним в квартиру и прошел в комнату к ФИО3 №1 за оставшейся водкой, а он прошел в свою комнату, где спала ФИО3 №1. Минут через десять ним в комнату пришел ФИО3 №1 и сказал, что у него пропал телефон, попросил набрать его номер со своего телефона, что он и сделал, но телефона дома не оказалось. Затем они с ФИО3 №1 вышли в подъезд, услышали на верхних этажах мелодию звонка и ФИО3 №1 стал подниматься по лестнице, а он остался возле квартиры. После этого появились Медовиков и второй мужчина, которым он сказал вернуть телефон, так как предположил, что кроме них никто его взять не мог, но они ответили, что ничего не брали, и вышли из подъезда. 

Утром ему позвонил подсудимый и сказал, что телефон лежит на пятом этаже, но он не пошел проверять, так как сообщил об этом сотрудникам полиции, которые запретили ему брать телефон. 

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО33 следует, что 4 сентября 2020 г., в какой-то момент времени, в ночное время, он слышал крики ФИО3 №1, но что именно он кричал, не слышал. 

Через некоторое время ФИО3 №1 разбудил его и сожительницу, пояснил, что после того, как уехали сотрудники полиции, то к нему в комнату зашел ФИО2, который забрал бутылку водки и взял его сотовый телефон марки «teXet», который лежал на табурете. Также ФИО3 №1 уточнил, что в момент, когда Медовиков уходил, то он ему вслед кричал: «Стой! Куда понес телефон! Верни!». Однако Медовиков проигнорировал его слова и ускорил шаг из квартиры. Выбежать ФИО3 №1 не успел из квартиры, и Медовиков закрыл двери квартиры и вышел. Затем ФИО3 №1 с его телефона сообщил о произошедшем в правоохранительные органы. Когда они были в подъезде, он поинтересовался у ФИО2, зачем он взял сотовый телефон, на что тот пояснил, что никакой телефон не брал, и вышел из подъезда (т. 1 л.д. 106-107, 137-138).

После оглашения указанных показаний ФИО33 пояснил, что с протоколом допроса не знакомился, подписал его не читая, так как у него давно проблемы со зрением. Чтобы потерпевший кричал что-то ФИО2 и выбегал за последним из комнаты, он не слышал и не видел. Уточняет, что когда Медовиков прошел следом за ним в квартиру, а затем в комнату к ФИО3 №1, то через несколько минут Медовиков заглянул к нему в комнату и попросил закрыть за ним дверь квартиры, сказав, что уходит. Он вышел из комнаты, закрыл за ФИО2 дверь квартиры. ФИО3 №1 в тот момент находился в своей комнате, за ФИО2 не выбегал, ничего никому не кричал. Уже когда потерпевший пришел к нему, обнаружив отсутствие телефона, они вместе вышли в подъезд, где услышали мелодию звонка, после чего ФИО3 №1 стал подниматься на звук на верхние этажи и кричать, чтобы вернули телефон.

Свидетель ФИО101 в судебном заседании показал, что 4 сентября 2020 г. в ОП № 4 УМВД России по г. Кургану обратился ФИО3 №1 по факту открытого хищения у него сотового телефона. В ходе беседы ФИО3 №1 пояснил, что 3 сентября 2020 г. по адресу его проживания: г. 

<

адрес>, он со своим знакомым ФИО2 и мужчиной по имени ФИО46 распивали спиртные напитки, после чего Медовиков открыто похитил у него сотовый телефон, о чем он сообщил в полицию. В связи с этим было установлено место проживания ФИО2, который был доставлен в ОП № 4 УМВД России по г. Кургану для выяснения обстоятельств по обращению ФИО3 №1. В отделе полиции он беседовал с ФИО2, который добровольно пожелал написать явку с повинной о совершенном преступлении. Затем протокол явки с повинной ФИО2 был зарегистрирован в дежурной части ОП № 4 УМВД России по г. Кургану. 

В каком состоянии находился Медовиков, не помнит. ФИО3 ФИО3 №1 находился в состоянии алкогольного опьянения, а ФИО4 и ФИО5 были трезвые. 

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО46 следует, что 3 сентября 2020 г., около 18 часов, во дворе дома 126 по ул. Урицкого в г. Кургане он встретил своего знакомого Алексея, проживающего по соседству с ним по ул. 

<

адрес> с которым там же стали употреблять спиртные напитки. Затем Алексею поступил телефонный звонок, и по окончанию разговора Алексей предложил съездить в гости в мкр. Заозерный г. Кургана, на что он согласился. При этом у них при себе была водка. Когда они приехали, то вместе с Алексеем проследовали в квартиру, расположенную на первом этаже, где их встретил мужчина по имени ФИО106. 

Они втроем проследовали в комнату, где стали употреблять водку. Затем пришла девушка, как он понял, дочь ФИО104, а через некоторое время прибыли сотрудники полиции, которые попросили его и Алексея уйти из квартиры. Он и Алексей вышли из квартиры, оставив спиртное. Он и Алексей проследовали на лестничную площадку первого этажа этого же подъезда, где Алексей вызвал такси. После того, как уехали сотрудники полиции, и они ожидали такси, то Алексей зашел в квартиру к ФИО105 и вернулся с водкой в руке. Они поднялись на девятый этаж, где продолжили распивать водку. Через некоторое время Алексею на телефон поступил звонок о том, что приехал автомобиль такси, он и Алексей на лифте стали спускаться на первый этаж. Затем Алексей остановил лифт на пятом этаже и вышел из лифта, пояснив, что догонит его. Он спустился, вышел из подъезда и сел в салон автомобиля такси. Через некоторое время вышел Алексей, который также сел в автомобиль, и они поехали домой. 

4 сентября 2020 г., в дневное время, его попросили прибыть в ОП № 4 УМВД России по г. Кургану, где ему стало известно, что у ФИО154, у которого они находились в гостях по адресу

<

адрес> после их ухода пропал сотовый телефон, который у него открыто похитил Алексей, когда возвращался за водкой (т. 1 л.д. 44-46).

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показала, что в вечернее время она и мужчина из соседней квартиры участвовали по просьбе сотрудников полиции в качестве понятых. Задержанный молодой человек в их присутствии добровольно показал место нахождения телефона, а именно подошел к лифту на пятом этаже и стал доставать из под козырька над лифтом сотовый телефон, который выпал у него из руки в шахту лифта. Затем они спустились и увидели, что телефон лежит внизу. После этого сотрудники полиции составили протокол, в котором она и второй понятой расписались, так как в нем все было записано верно. 

По информации КУСП № 15756 следует, что 4 сентября 2020 г., в 3 часа 30 минут, от ФИО3 №1 поступило заявление, что знакомый украл телефон и уехал (т. 1 л.д. 4).

Заявление ФИО3 №1 от 4 сентября 2020 г., в котором он просит привлечь к уголовной ответственности лицо, которое 4 сентября 2020 г., находясь по адресу: 

<

адрес> похитило принадлежащий ему сотовый телефон (т. 1 л.д. 6).

Товарный чек, согласно которому сотовый телефон «TeXet TM-B217», имей: 354775093676772, приобретен 17 июня 2020 г. за 1 090 рублей (т. 1 л.д. 9-10).

Протокол осмотра места происшествия с участием ФИО3 №1 от 4 сентября 2020 г. с фототаблицей – 

<

адрес>, согласно которому зафиксированы: обстановка в комнате и квартире, табурет в комнате, на котором до пропажи находился сотовый телефон ФИО3 №1, изъяты следы пальцев рук с банки (т. 1 л.д. 12-16).

Протокол осмотра места происшествия с участием ФИО2 от 4 сентября 2020 г. с фототаблицей - площадки пятого этажа дома № 2 в 3 микрорайоне г. Кургана, согласно которому в указанном ФИО2 месте - в стене над лифтом, обнаружен сотовый телефон «TeXet TM-B217» имей: 354775093676772, который осмотрен и признан вещественным доказательством по делу (т. 1 л.д. 22-24, 96-98, 99-101).

Заключения экспертов № 1/2936 от 4 сентября 2020 г. и № 1/3001 от 11 сентября 2020 г., согласно выводам которых на двух из изъятых в ходе ОМП по факту хищения имущества ФИО3 №1 дактилопленках установлены два следа пальцев рук, пригодные для идентификации личности, один из которых оставлен указательным пальцем правой руки ФИО2 (т. 1 л.д. 56-59, 69-73).

Заключение эксперта № 0703/20 от 10 сентября 2020 г., согласно выводам которого по состоянию на 4 сентября 2020 г. стоимость представленного сотового телефона «TeXet TM-B217», имей: 354775093676772, с учетом потери качества вследствие эксплуатации, составляет 1 012 рублей (т. 1 л.д. 88-91).

Суд не усматривает оснований для признания каких-либо из исследованных в судебном заседании доказательств недопустимыми.

Исходя из принципа состязательности сторон, с учетом мнения участников процесса об отсутствии дополнительных доказательств, суд при принятии итогового решения по делу ограничивается представленными сторонами доказательствами.

Суд признает показания свидетелей Свидетель №1, ФИО101 в судебном заседании, оглашенные показания свидетеля ФИО46, у которых личные неприязненные отношения с подсудимым отсутствуют, достоверными, поскольку они согласуются с показаниями подсудимого, свидетелей и подтверждаются письменными доказательствами по делу, исследованными в ходе судебного разбирательства, принимая во внимание, что показания свидетелей ФИО101 и ФИО46 о том, что телефон был похищен ФИО2 открыто, являются производными, в первом случае со слов потерпевшего, не подтвердившего данный факт в судебном заседании, во втором случае со слов сотрудников полиции. 

Суд не усматривает существенных противоречий в показаниях свидетеля ФИО21, учитывая, что они, в части известных ей обстоятельств открытого хищения телефона, являются производными со слов самого потерпевшего ФИО3 №1, не подтвердившего оглашенные в судебном заседании свои показания в данной части, и которые признаны судом не соответствующими действительности. 

Давая оценку показаниям свидетеля ФИО33, суд приходит к выводу, что его оглашенные показания, хотя и получены с соблюдением требований УПК РФ, вместе с тем, являются неподробными, полностью идентичны по своему содержанию оглашенным показаниям свидетеля ФИО21. При этом, имеющие значение для дела обстоятельства, о которых свидетель ФИО33 самостоятельно и уверенно пояснил в судебном заседании, не подтвердив в части оглашенные показания, в ходе предварительного расследования не выяснялись. 

С учетом изложенного, суд берет за основу и признает соответствующим действительности показания свидетеля ФИО33 в судебном заседании, учитывая, что они, в отличие от его оглашенных показаний, являются подробными, согласуются с признанными судом достоверными показаниями подсудимого, свидетеля ФИО46, потерпевшего ФИО3 №1 в судебном заседании. Тот факт, что свидетель ФИО33, в отличие от потерпевшего ФИО3 №1, не находился в состоянии опьянения на момент описываемых им в судебном заседании событий, о которых уверенно сообщил суду в судебном заседании, подтвердил свидетель ФИО101. 

При этом, наблюдая в судебном заседании свидетеля ФИО33, очевидно имеющего проблемы со зрением, суд признает убедительным его довод о наличии возникших в его показаниях противоречий в связи с тем, что он подписал протокол допроса без внимательного прочтения его содержания. 

Оценивая противоречия в показаниях потерпевшего ФИО3 №1 суд признает достоверными и кладет в основу приговора его показания в судебном заседании о том, что он не открывал дверь ФИО2, когда тот вернулся за спиртным к нему в комнату, что не видел, как подсудимый взял его телефон, и что он не останавливал ФИО2, и не требовал вернуть телефон, так как обнаружил пропажу телефона спустя некоторое время после ухода ФИО2, и лишь предполагал о том, что Медовиков взял телефон, который перед возвращением последнего находился на табурете, рядом с бутылкой водки. Указанные показания потерпевшего, в отличие от его показаний в этой части в ходе предварительного следствия, объективно подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, согласно признанным достоверными показаниям свидетеля ФИО33 в судебном заседании, согласующимся с показаниями подсудимого и свидетеля ФИО46, именно в его присутствии Медовиков вошел в квартиру, когда вернулся за спиртным. При этом Медовиков прошел в комнату к ФИО3 №1, где находился несколько минут, после чего заглянул к нему в комнату и попросил закрыть за ним дверь квартиры, что он и сделал. При этом ФИО3 №1 находился в своей комнате, из нее не выходил, ничего не говорил, а пришел к нему в комнату спустя около десяти минут после ухода ФИО2, пояснив, что не может найти свой телефон. О том, что телефон у него похитили, и что это сделал именно Медовиков, ФИО3 №1 изначально не утверждал. 

При этом из оглашенных показаний свидетеля ФИО46 также не следует, что кто-то выбегал за ФИО2 или что-то кричал ему вслед, когда Медовиков вышел из квартиры потерпевшего с бутылкой водки, которую они затем спокойно продолжили распивать некоторое время в этом же подъезде в ожидании такси.

Кроме того, из показаний подсудимого в суде следует, что звонки на телефон потерпевшего стали поступать спустя примерно десять минут, что полностью согласуется с показаниями ФИО33 о том, что ФИО3 №1 обратился к нему за помощью не сразу после ухода ФИО2, а спустя указанный период времени. 

Согласно регистрации сообщения о преступлении, звонок от ФИО3 №1 в отдел полиции по факту хищения его телефона поступил лишь в 3 часа 30 минут, то есть спустя примерно полтора часа после обнаружения отсутствия телефона, а не сразу, как следует из оглашенных показаний потерпевшего. 

Кроме того, имеются и иные противоречия в оглашенных показаниях ФИО3 №1, так как изначально он пояснял, что не успел выйти вслед за ФИО2 в подъезд, так как тот закрыл дверь, поэтому он пошел в комнату к дочери, тогда как во время очной ставки с ФИО2 показал, что он выбежал вслед за ФИО2 в подъезд, побежал за ним следом по лестнице на верхний этаж, требуя вернуть телефон, но не смог догнать. 

Суд не усматривает нарушений Уголовно-процессуального закона при получении оглашенных в судебном заседании показаний ФИО2 и оснований признания их недопустимым доказательством. Допрос проведен в присутствии защитника, после разъяснения положений ст. 51 Конституции РФ, что подтверждено собственноручными записями ФИО2 и его защитника в протоколе допроса, к содержанию которого каких-либо замечаний и заявлений не поступало. 

Вместе с тем, в соответствии с ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела. 

По мнению суда, стороной обвинения не представлено совокупности доказательств, достаточной для признания подсудимого ФИО2 виновным в открытом хищении телефона ФИО3 №1.

Доводы подсудимого в судебном заседании о том, что телефон потерпевшего он взял не с целью хищения, а чтобы вызвать такси, так как у его телефона батарея была почти разряжена, опровергаются показаниями свидетеля ФИО46, а также самого подсудимого о том, что автомобиль такси был уже вызван им со своего телефона, и о его прибытии ФИО2 было сообщено оператором также на номер его телефона, который не был разряжен. Несмотря на это, покидая подъезд, Медовиков не принял мер к возвращению телефона потерпевшему, тайно спрятав его в незаметном для других лиц месте, а свидетелю ФИО33, встретившему его на выходе из подъезда, пояснил, что телефон ФИО3 №1 он не брал.

С учетом изложенного суд признает не соответствующими действительности в данной части показания ФИО2 в судебном заседании и признает достоверными его оглашенные показания о наличии умысла на хищение телефона.

Вместе с тем, оглашенные показания ФИО2 о том, что его действия по изъятию телефона стали очевидны для потерпевшего, который высказал ему требования прекратить их и вернуть телефон, которые в судебном заседании Медовиков в целом подтвердил, иными доказательствами не подтверждены, тогда как в соответствии с положениями ч. 2 ст. 77 УПК РФ признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств.

В соответствии со ст. 14 УПК РФ обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном УПК РФ порядке. Бремя доказывания обвинения лежит на стороне обвинения. При этом все не устраненные сомнения в виновности обвиняемого толкуются в пользу обвиняемого, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в п. 3 и п. 5 Постановления от 27 декабря 2020 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», открытое хищение чужого имущества (грабеж) совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет. Если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, осознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабеж.

Вместе с тем, из признанных судом достоверными показаний потерпевшего ФИО3 №1 в судебном заседании, согласующихся с показаниями свидетеля ФИО33, следует, что он не видел, как Медовиков взял с табурета его сотовый телефон, а обнаружил его отсутствие после ухода ФИО2, затем обратился к ФИО33 с просьбой осуществить звонок на его номер телефона, чтобы проверить, находится он в квартире или нет. 

Из показаний указанных лиц следует, что изъятие ФИО2 телефона потерпевшего было совершено втайне от него, пропажу телефона ФИО3 №1 обнаружил уже после завладения им ФИО2, которого заподозрил в хищении. 

Тот факт, что Медовиков был уверен в тайном характере своих действий и что ФИО3 №1 не заметил, как он взял его телефон, подтверждается, по мнению суда, последующими действиями ФИО2, который перед тем, как выйти с телефоном потерпевшего в подъезд к ожидавшему его ФИО46, поместил телефон в карман, после чего в этом же подъезде продолжил со ФИО46 распивать спиртное во время ожидания такси, не боясь быть обнаруженным потерпевшим, а в последующем, когда на телефон потерпевшего стали поступать звонки и внизу раздался шум, в тайне от ФИО46 принял меры к сокрытию телефона в подъезде, желая избежать разоблачения в незаконном завладении чужим имуществом, совершенном незаметно для потерпевшего и других лиц в условиях неочевидности. 

Вместе с тем, само по себе наличие у потерпевшего обоснованных предположений о причастности ФИО2 к исчезновению его телефона, который ФИО3 №1 в руках у него не видел, не дает оснований для вывода о том, что его изъятие стало явным и происходило у потерпевшего на виду.

Федеральным законом от 3 июля 2016 года № 326-ФЗ внесены изменения в ст. 7.27 КоАП РФ, в соответствии с которыми хищение чужого имущества стоимостью более одной тысячи рублей, но не более двух тысяч пятисот рублей путем кражи без квалифицирующих признаков является мелким хищением, за которое предусмотрена административная ответственность по ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ.

Федеральным законом от 3 июля 2016 года № 323-ФЗ уголовный закон дополнен ст. 158.1 УК РФ, согласно которой мелкое хищение чужого имущества, совершенное лицом, подвергнутым административному наказанию за мелкое хищение, предусмотренное ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ, является уголовно наказуемым деянием.

Вместе с тем, сведений о том, что Медовиков ранее был привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 7.27 КоАП РФ, в материалах уголовного дела не имеется и в ходе судебного разбирательства стороной обвинения не представлено. 

Кроме того, судом не установлено, что у потерпевшего ФИО3 №1 имелись какие-либо долговые обязательства перед подсудимым, в связи с чем в действиях ФИО2 отсутствуют признаки самоуправства, при котором виновный не преследует цели завладения чужим имуществом, а изымает или требует передачи имущества, принадлежащего ему самому, или иного имущества, по его мнению, незаконно удерживаемого потерпевшим.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу, что исследованные в ходе судебного разбирательства и признанные судом относимыми, допустимыми и достоверными доказательства, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не дают оснований для вывода о виновности ФИО2 в инкриминируемом преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 161 УК РФ, а также для переквалификации его действий на ч. 1 ст. 158, ст. 158.1, ч. 1 ст. 330 УК РФ.

Таким образом, судом в судебном заседании установлены следующие обстоятельства:

4 сентября 2020 г., около 2 часов, ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения в комнате 

<

адрес>, расположенной в 

<

адрес> 

<

адрес>, умышленно, с корыстной целью, тайно, незаконно завладел лежавшим на табурете принадлежащим ФИО3 №1 сотовым телефоном «TeXet (Тихет) TM-B217», стоимостью 1 012 рублей, с находящейся в нем не представляющей материальной ценности для потерпевшего сим-картой сотового оператора «Теле-2», с которым вышел из комнаты, затем из квартиры потерпевшего, получив реальную возможность распоряжаться указанным телефоном, и распорядился им по своему усмотрению, причинив своими действиями ФИО3 №1 материальный ущерб в размере 1 012 рублей.

С учетом вышеизложенного, в действиях ФИО2 отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, в связи с чем он подлежит оправданию по предъявленному ему обвинению за отсутствием в деянии состава преступления.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 302-306, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать невиновным и оправдать по предъявленному обвинению по ч. 1 ст. 161 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302, п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В соответствии со ст. 134 УПК РФ признать за ФИО2 право на реабилитацию.

Меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

После вступления приговора в законную силу признанный вещественным доказательством по делу и возвращенный потерпевшему ФИО3 №1 сотовый телефон, - считать возвращенным по принадлежности. 

Освободить ФИО2 от взыскания процессуальных издержек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Курганский областной суд путем подачи апелляционных жалоб, представления через Курганский городской суд Курганской области в течение 10 суток со дня его постановления.

Оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции. 

Председательствующий Д.В. Белоусов

Копия верна: судья Белоусов Д.В.

УИД 45RS0026-01-2020-014126-96