Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Кировский районный суд 

<

адрес> в составе

председательствующего Компанеец А.Г.,

при секретаре ФИО3,

с участием прокурора ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в 

<

адрес>

«27» февраля 2018 года

гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Управление механизации специализированное - 1» о признании недействительным п.9, п.10 акта № о несчастном случае на производстве, компенсации морального вреда в результате несчастного случая на производстве в размере 300 000 рублей, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Кировский районный суд 

<

адрес> с иском к ООО «Управление механизации специализированное - 1» о компенсации морального вреда в результате несчастного случая на производстве в размере 300 000 рублей. В обоснование исковых требований указал, что 28 января 2017 года, являясь работником общества с ограниченной ответственностью «Управление механизации специализированное - 1» в должности помощник машиниста копра 6 разряда, согласно графику рабочего времени на январь 2017 года, находился на рабочей смене. По заданию линейного механика ФИО5 он должен был привести агрегат с транспортного положения в рабочее положение. В процессе сборки необходимо было опустить дизель-молот. Машинист не дождавшись, когда он спустится с копровой установки, запустил двигатель и начал опускать молот. Вследствие этого он был вынужден взяться правой рукой за канат, и руку начало затягивать между блочком и канатом. В результате чего он получил повреждения двух пальцев правой руки. После оказания первой помощи в медпункте вахтового поселка, он был транспортирован в Бюджетное учреждение 

<

адрес> - Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница», где был поставлен диагноз: травматическая ампутация (отрыв конечности в результате травматического воздействия) дистальных фаланг 2,3 пальцев правой кисти. В травмпункте Сургутской клинической травматологической больницы выполнены: первичная хирургическая обработка ран 2,3 пальцев, формирование культей, введен анатоксин столбнячный адсорбированный, противостолбнячная сыворотка. Находился в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, затем выписан на амбулаторное лечение у травматолога поликлиники по месту жительства. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ наблюдался в Бюджетном учреждении здравоохранения 

<

адрес> «Городская больница №», где был поставлен диагноз- культи 2,3 пальцев правой кисти на уровне средних фаланг с незначительным нарушением схвата. С ДД.ММ.ГГГГ приступил к работе. По результатам освидетельствования заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. Он не был обеспечен средствами индивидуальной защиты, в том числе не были выданы монтажный (предохранительный) пояс, рукавицы. При монтаже копра запрещается работать на высоте без предохранительного пояса. Выданные ему рукавицы пришли в негодность в связи с проведенным ранее ремонтом пускового двигателя. Новыми рукавицами ответчик не обеспечил. Следовательно, ему не были созданы безопасные условия труда. Изложенное свидетельствует о том, что его вины в произошедшем несчастном случае на производстве нет. Просит взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Управление механизации специализированное-1» в свою пользу 300 000 рублей.

В последующем истец уточнил исковые требования, просил признать недействительными п.9, п.10 акт № о несчастном случае на производстве, взыскать с ООО «Управление механизации специализированное-1» в счет компенсации морального вреда в результате несчастного случая на производстве 300 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, просил удовлетворить. Дополнительно указал, что для запуска двигателя ему нужно было сверху направляющей стрелы зацепить щеку молота за крепление. При спуске, чтобы не упасть, он рукой зацепился за трос и спрыгнул на гусеницу, перчатка зацепилась за трос, а машинист, увидев, что он спрыгнул с установки, завел двигатель, и привел молот в движение, впоследующем его пальцы правой руки затянуло под молот. Кроме того пояснил суду, что на установке есть лестница, за которую можно цеплять страховой пояс, но на их установке у лестницы ступени отсутствовали через одну, арматура была обломана, если бы выдавали пояс, он бы цеплял его за крючки установки. На листе 99,100 гражданского дела представлены фотографии не той установки, на которой он выполнял работы, эти фотографии представлены для наглядности. Техническое состояние установки, на которой работал он, неудовлетворительное. 

Представитель истца по доверенности ФИО6 исковые требования поддержала в полном объеме. Дополнительно суду пояснила, что актом № о несчастном случае на производстве, утвержденным ответчиком ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что причинами несчастного случая являются нарушение истцом трудовой и производственной дисциплины, выразившееся в пренебрежении опасностью и требованиями охраны труда. Однако указанная причина не соответствует действительности, так как имеют место многочисленные нарушения со стороны работодателя и других должностных лиц. Работодателем не были приняты необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего расследования несчастного случая. В том числе, работодателем был проведен формальный инструктаж по охране труда. Машинист копра видел, что ФИО1 стоит на гусенице копра. Не дождавшись, когда истец покинет агрегат, начал работу, в результате данного грубого нарушения требований охраны труда здоровью истца причинен вред. Пояснения машиниста свидетельствуют о том, что машинист ввел в действие молот в момент, когда истец стоял на гусенице, тем самым нарушил технику безопасности. 

Представитель ответчика ООО «Управление механизации специализированное-1» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, причину неявки не сообщил. Представил возражения на исковое заявление, в котором просил отказать в удовлетворении требований по доводам, изложенным в возражениях.

Выслушав участников процесса, заслушав мнение прокурора, полагавшего возможным удовлетворить заявленные требования, суд находит иск обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению в силу следующих обстоятельств. 

Статьей 37 Конституции Российской Федерации каждому гарантировано право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Согласно ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи; обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний; ознакомление работников с требованиями охраны труда.

В соответствии с положениями ст. 227 ТК РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе, с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Обязанность по принятию необходимых мер по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования возлагается на работодателя статьей 228 ТК РФ.

Порядок оформления материалов расследования несчастных случаев на производстве предусмотрен ст. 230 ТК РФ.

Так, согласно ч. 1 ст. 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В силу ч. 1 ст. 230.1 ТК РФ каждый оформленный в установленном порядке несчастный случай на производстве регистрируется работодателем (его представителем), осуществляющим в соответствии с решением комиссии (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводившего расследование несчастного случая на производстве) его учет, в журнале регистрации несчастных случаев на производстве по установленной форме.

По смыслу указанных положений акт о несчастном случае на производстве по установленной форме (форма Н-1) оформляется по несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, и при этом если такой случай повлек за собой определенные последствия (необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших). Учету и регистрации в установленном порядке подлежит несчастный случай также лишь при соблюдении необходимых условий - квалификации в качестве несчастного случая на производстве и наступлении определенных последствий, указанных выше.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ моральный вред застрахованному лицу в связи с несчастным случаем на производстве, подлежит компенсации причинителем вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ и разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из требований ст. 1101 ГК РФ следует, что размер денежной компенсации морального вреда определяется судом с учетом требований разумности и справедливости в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «Управление механизации специализированное-1» с ДД.ММ.ГГГГ в должности помощника машиниста копры 6 разряда в автоколонну № на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ и в соответствии с трудовым договором.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, являясь работником Общества с ограниченной ответственностью «Управление механизации специализированное - 1» в должности помощника машиниста копры 6 разряда, находился на рабочей смене. По заданию линейного механика ФИО5, он привел агрегат с транспортного положения в рабочее положение, начал спускаться, однако машинист, не дождавшись, когда ФИО1 спустится с копровой установки, запустил двигатель и начал опускать молот. Вследствие этого ФИО1 был вынужден взяться правой рукой за канат и руку начало затягивать между блочком и канатом. В результате чего истец получил повреждения двух пальцев правой руки.

После оказания первой помощи в медпункте вахтового поселка, ФИО1 был транспортирован в Бюджетное учреждение 

<

адрес> - Югры «Сургутская клиническая травматологическая больница», где был поставлен диагноз: травматическая ампутация (отрыв конечности в результате травматического воздействия) дистальных фаланг 2,3 пальцев правой кисти.

В травмпункте Сургутской клинической травматологической больницы выполнены: первичная хирургическая обработка ран 2,3 пальцев, формирование культей, введен анатоксин столбнячный адсорбированный, противостолбнячная сыворотка.

Находился в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг., затем выписан на амбулаторное лечение у травматолога поликлиники по месту жительства. 

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ наблюдался в Бюджетном учреждении здравоохранения 

<

адрес> «Городская больница №», где был поставлен диагноза культи 2,3 пальцев правой кисти на уровне средних фаланг с незначительным нарушением схвата. С ДД.ММ.ГГГГ приступил к работе.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у гр-на ФИО1 обнаружены следующие повреждения: открытая травма правой кисти в виде переломов головки средней фаланги 2-го пальца с травматической ампутацией дистальной фаланги 2-го пальца правой кисти, основания фаланги 3-го пальца, что повлекло за собой удаление 2-го пальца по уровень средней трети диафиза средней фаланги, 3-го пальца по уровень головки средней фаланги, что оценивается как значительная стойкая утрата общей трудоспособности в размере 15%, и, следовательно, причинило средней тяжести вред здоровью. Вышеуказанные повреждения образовались от действия тупых твердых предметов (предмета) от нескольких часов до 1-х суток до обращения за медицинской помощью (ДД.ММ.ГГГГ в 19:03 часов).

По данному факту комиссией в составе работников ООО «УМС-1» проведено расследование несчастного случая, произошедшего с ФИО1, и составлен Акт о несчастном случае № формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ.

Данный несчастный случай произошел на территории предприятия в рабочее время, при выполнении пострадавшим трудовых обязанностей в интересах работодателя, данный факт ответной стороной не оспорен.

Из п.9-10 вышеозначенного Акта следует, что причиной несчастного случая явились нарушения помощником машиниста копра ФИО1 трудовой и производственной дисциплины, выразившиеся в пренебрежении опасностью и требованиями охраны труда, а также в нарушении инструкции по охране труда для помощника машиниста СП-49 пункт инструкции 5.24.2.

Между тем, анализируя собранные по делу доказательства, суд пришел к выводу о наличии в происшедшем вины работодателя и отсутствии в действиях ФИО1 при производстве работ грубой неосторожности. 

В силу положений статей 229.2, 230 Трудового кодекса Российской Федерации если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленной по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Согласно ст. 3 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастным случаем на производстве является событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору (и в некоторых других случаях как на территории страхования, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте страхователя) и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

По правилам ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Однако, ответчиком не указана степень вины работника в процентах, данный пункт в акте не заполнен.

В судебном заседании истец и его представитель указывали на отсутствие факта обеспечения истца работодателем средствами индивидуальной защиты, в том числе монтажным поясом. 

Данные доводы основаны на акте № о несчастном случае на производстве, в соответствии с которым (п.7.2.) ФИО1 выдавалась специальная одежда и обувь: костюм зимний, валенки, рукавицы, каска. Указание на выдачу истцу монтажного пояса отсутствуют.

Между тем, в соответствии с п.ДД.ММ.ГГГГ. Охрана труда. Организационно-методические документы. РД 102-011-89"(утв. Миннефтегазстроем СССР ДД.ММ.ГГГГ)(вместе с "Положением о порядке приемки в эксплуатацию трубосварочных баз", утв. Миннефтегазстроем СССР ДД.ММ.ГГГГ),при выполнении работы непосредственно на копровой стреле или опорной стреле базовой машины рабочие должны пользоваться предохранительными поясами.

Наряд-допуск на производство указанного вида работ ответчиком истцу оформлен не был, что является нарушением п.4.11.1. СНиП 12-03-01.ч.1. Безопасность труда в строительстве.

В соответствии с п.6.2.1. «Постановление Госстроя России от 17.09.2002N123"О принятии строительных норм и правил Российской Федерации "Безопасность труда в строительстве. Часть 2. Строительное производство. СНиП 12-04-2002" монтаж, демонтаж и перемещение сваебойных и буровых машин необходимо осуществлять под непосредственным руководством лиц, ответственных за безопасное выполнение указанных работ.

Однако, как следует из показаний стороны истца, материалов проверки, проведенной работодателем, и материалов доследственной проверки, работы выполнялись исключительно истцом и машинистом. Никто из лиц, ответственных за безопасное выполнение работ, на объекте выполнения работ не присутствовал.

Кроме того, как следует из Отраслевой типовой инструкции по охране труда для работников строительных профессий (машинистов машин для и погружений свай), утвержденной постановлением Госстроя РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, перед началом работы машинист обязан предупредить о запуске двигателя работников, обслуживающих машину или находящихся в зоне ее работы и убедиться, что рычаг переключения передач находится в нейтральном положении (п.5.24.8).

При запуске и работе молота машинист обязан следить, чтобы работники находились не ближе 4м от молота (п. 5.24.16). 

Данное требование наряду с вышеозначенными, в соответствии с вышеуказанной инструкцией выполнено не было. В момент, когда машинист завел машину и привел в действие молот, он не мог не видеть, что ФИО1 находится на гусенице, на безопасное расстояние от работы молота не удалился.

Ссылки представителя ответчика в отзыве на то, что причиной несчастного случая на производстве послужили неправильные действия работника ФИО1 при производстве работ, не могут быть приняты во внимание, поскольку все обстоятельства свидетельствуют о том, что несчастный случай на производстве произошел в результате неудовлетворительной организации работ должностными лицами ООО «Управление механизации специализированное-1», ответчиком допущены нарушения норм трудового законодательства в части обеспечения безопасности работников при исполнении ими трудовых обязанностей.

Как следует из Инструкции по охране труда для помощника машиниста машин СП-49 (л.д.70-72) (п.5.24.2, нарушение которого истцом отмечено ответчиком в акте) помощник машиниста обязан соблюдать требования безопасности труда для обеспечения защиты от воздействия опасных и вредных производственных факторов, связанных с характером работы: движущиеся машины и их подвижные части; передвигающиеся изделия, конструкции; разрушающиеся конструкции; повышенный уровень шума и вибрации на рабочем месте; эмоциональные перегрузки.

Однако, как установлено судом в настоящем конкретном случае, вышеуказанные требования безопасности ФИО1 были соблюдены при выполнении работ.

При рассмотрении данного спора суд усматривает наличие прямой причинно-следственной связи между бездействием работодателя, выразившимся в неудовлетворительной организации работ и ненадлежащем обеспечении безопасности работников при исполнении ими трудовых обязанностей, произошедшим несчастным случаем на производстве и наступившими для здоровья истца последствиями, моральными и нравственными страданиями ФИО1, имевшими место в результате полученной травмы.

Согласно части 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 8 ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" N 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как видно из разъяснений, содержащихся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суду следует учитывать, что потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения морального вреда предполагается. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Иных обстоятельств, свидетельствующих о наличии со стороны истца грубой неосторожности, ответной стороной указано не было. Из чего суд делает вывод об отсутствии таковой со стороны ФИО1

Основываясь на совокупности исследованных доказательств, суд пришел к выводу, что ответственным за вред, причиненный истцу в результате наступлении несчастного случая на производстве, является работодатель - ООО «Управление механизации специализированное-1».

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Для определения степени тяжести вреда здоровья ФИО1 была проведена судебно медицинская экспертиза.

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что повреждения у гр. ФИО1 в виде травматической ампутации дистальных фаланг 2,3 пальцев правой кисти с формированием культи 2 пальца на уровне средней фаланги и культи 3 пальца на уровне дистального межфалангового сустава следует квалифицировать как причинившие СРЕДНЕЙ тяжести вред здоровью, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности менее 1/3 (20%) (пункт №.2 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом М3 и СР РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н).

Принимая во внимание обстоятельства несчастного случая, учитывая его основные причины, тяжесть перенесенных ФИО1 физических и нравственных страданий, длительность его лечения, положительную динамику суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с работодателя в пользу истца компенсации морального вреда, определяя размер денежной компенсации в сумме 150 000 рублей.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

Требования истца о взыскании с ответчика судебных издержек, понесенных на оплату экспертизы, в размере 9 362 рубля подлежат удовлетворению в полном объеме, поскольку подтверждены соответствующими документами и являлись необходимыми расходами, понесенными с целью разрешения дела по существу.

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Таким образом, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199, ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать п.9, п.10 акта № о несчастном случае на производстве недействительными.

Взыскать с ООО «Управление механизации специализированное - 1» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 150 000 рублей.

Взыскать с ООО «Управление механизации специализированное - 1» в пользу ФИО1 расходы, понесенные на оплату услуг эксперта в размере 9 362 рубля.

Взыскать с ООО «Управление механизации специализированное - 1» в доход бюджета 

<

адрес> государственную пошлину в размере 300 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, принесено представление в Омский областной суд через Кировский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий: А.

<

адрес>

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.