Дело № 2-6/2025

Категория 2.160

УИД 36RS0019-01-2024-000696-15

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

р.п. Кантемировка 19 февраля 2025 года

Кантемировский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего судьи Грибченко Е.Д.,

при секретаре Великоцкой И.В., 

с участием представителя истца ФИО1 – адвоката Скуратова А.Н., представившего удостоверение № 1303 от 15.01.2003 года и ордер № 1719 от 14.10.2024 года,

представителя ответчика ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № 2-6/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежной суммы в счет возмещения вреда, причиненного ДТП, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании денежной суммы в счет возмещения вреда, причиненного ДТП, в котором просила взыскать с ответчика в её пользу в счет возмещения вреда, причиненного ДТП, 1 210 000 рублей, расходы по оплате госпошлины: за подачу иска в суд – 27 100 рублей, а также за подачу заявления о принятии мер по обеспечению иска – 10 000 рублей.

В обоснование исковых требований указав, что 14 сентября 2024 года, в 11 часов 40 минут, ФИО2, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, на ул. Малаховского, № с Залиман Богучарского района Воронежской области, при выполнении маневра разворота не убедился в безопасности своего маневра, не представил преимущество в движении автомобилю 

<

данные изъяты> движущемуся попутно без изменения направления движения, в результате чего произошло столкновение, оба транспортные средства получили механические повреждения. ДТП произошло вследствие нарушения водителем ФИО2 п. 8.1 ПДД РФ.

Гражданская ответственность ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована в соответствующем порядке (том 1, л.д. 5 – 10).

Определением Кантемировского районного суда Воронежской области от 29 января 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО4 (том 1, л.д. 43).

В силу части 5 статьи 167 ГПК РФ стороны вправе просить суд о рассмотрении дела в их отсутствие.

В судебное заседание истец ФИО1, ответчик ФИО2, представитель истца – ФИО5 и третье лицо – ФИО4, уведомленные надлежащим образом о месте и времени судебного заседания (том 2, л.д. 62, 64, 68), не явились, истец, ответчик и третье лицо (каждый) просил дело рассмотреть в его отсутствие, истец поддерживала исковые требования в полном объеме (том 2, л.д. 73, 74, 75). 

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – адвокат Скуратов А.Н. исковые требования истца поддержал в полном объеме, пояснив, что именно ФИО2 нарушил ПДД и является виновным в ДТП, его действия находятся в причинной связи с ДТП, перед осуществлением маневра он не убедился в его безопасности, он не должен был осуществлять маневр разворота, если это вынуждает другого водителя изменить траекторию движения, сведений о том, что ФИО4 нарушил ПДД, не имеется, предоставив суду письменные пояснения, из которых следует, что по версии представителя ответчика вина ФИО2 в ДТП отсутствует, поскольку он разворачивался с проезжей части в месте, где это не запрещено, подавал сигнал о своем развороте. В нарушение п. 8.1 ПДД маневр разворота объективно создал опасность для движения и помеху автомобилю 

<

данные изъяты> что находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Маневр разворота объективно был опасен, и именно он создал опасность для движения и помеху автомобилю 

<

данные изъяты>. Даже, если ФИО2 и подавал какие-то световые сигналы, то это не дает ему преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (том 1, л.д. 141 – 145, 186 - 187).

В судебном заседании (28.10.2024) ответчик ФИО2 исковые требования истца не признал, возражал против их удовлетворения, суду пояснил, что, увидев заправку и включив левый поворот, он пропустил встречный автомобиль и начал совершать маневр «разворота», в процессе завершения которого произошло столкновение. Движущийся позади него автомобиль 

<

данные изъяты> он не видел, он считает, что у него было преимущество в движении. Из письменных объяснений ФИО2 от 14.09.2024 года следует, что он ехал на Галиёвку, включив левый поворот для разворота, сзади на огромной скорости ударила 

<

данные изъяты> (том 1, л.д. 131).

Представитель ответчика ФИО2, действующий на основании доверенности, ФИО3 исковые требования истца не признал, возражая против их удовлетворения, полагая, что в ДТП виновен только водитель ФИО4, который не применил торможение, двигался на небольшом расстоянии от ФИО2, который двигался медленно, лишь слегка заехал на обочину, и, пропустив встречный автомобиль, начал разворачиваться, не оспаривая при этом сумму причиненного ущерба, суду предоставил письменные возражения на исковое заявление, указывая на то, что истцом не доказано, что ущерб, причиненный принадлежащему ему имущества, возник в результате виновных действий ответчика, полагает необходимым установить степень вины каждого водителя, а также представил правовую позицию ответчика относительно искового заявления, пояснений истца и выводов экспертного заключения, согласно которой доказательств вины ФИО2, кроме постановления по делу об административном правонарушении, суду не представлено, ДТП произошло ввиду нарушения водителем автомобиля 

<

данные изъяты> пунктов ПДД 9.10 и 10.1 (том 1, л.д. 203 – 214, том 2, л.д. 77 - 80).

В судебном заседании (28.10.2024) свидетель ФИО4 суду пояснил, что он ехал на автомобиле 

<

данные изъяты> с двумя пассажирами, напротив заправки увидел автомобиль «

<

данные изъяты>», расстояние между ними было небольшое. Автомобиль «

<

данные изъяты>» съехал на обочину, а потом стал резко разворачиваться, на нем не горели ни габаритные, ни указатели поворота. Чтобы избежать столкновения, он начал его объезжать через встречную полосу движения, экстренное торможение он не применял. Из письменных объяснений ФИО4 от 14.09.2024 г. следует, что он двигался из Богучара, когда водитель на «

<

данные изъяты>» перед ним начал совершать резкий разворот, он не успел затормозить и стал уходить в сторону от проезжей части, водитель «

<

данные изъяты>» продолжал маневр и въехал в него (том 1, л.д. 132).

В судебном заседании (28.10.2024) свидетель ФИО7 суду пояснил, что они ехали в сторону х. Галиевка, он сидел спереди и увидел «

<

данные изъяты>», которая стояла на обочине, на ней не горели ни габаритные, ни указатели поворота. «

<

данные изъяты>» стала резко поворачивать, водитель 

<

данные изъяты> применил экстренное торможение, начал снижать скорость и уходить влево на встречную полосу, пытаясь уйти от столкновения. 

В судебном заседании (28.10.2024) свидетель ФИО8 суду пояснил, что 14.09.2024 г. они ехали на рыбалку, увидев заправку, решили заправиться, проехав перекресток, дождались, когда закончится сплошная линия, снизили скорость, прижались вправо, двигаясь по своей полосе, пропустили встречный автомобиль и начали разворот, указатель поворота был включен, маневр разворота совершали с края проезжей части, ближе к обочине, габаритные огни были включены. Автомобиль 

<

данные изъяты> он увидел, когда он ударил в переднее крыло.

В судебном заседании (11.11.2024) свидетель Свидетель №1 (сотрудник ДПС) суду пояснил, что 14.09.2024 г., увидев аварию, они подъехали, водитель сказал, что ехали на рыбалку, что-то забыли, постояв, стали разворачиваться. ФИО2 не оспаривал свою вину. ДТП произошло вне действия знака «населенный пункт».

В судебном заседании (11.11.2024) свидетель ФИО10 (сотрудник ДПС) суду пояснил, что 14.09.2024 г., увидев аварию, они подъехали к месту ДТП, участники ДТП пояснили, что ехали в одном направлении. «

<

данные изъяты>» съехала на обочину и стала разворачиваться. ДТП произошло вне действия знака «населенный пункт».

Выслушав доводы представителей истца и ответчика, допросив свидетелей, исследовав представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

В силу части 6 статьи 4 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Исходя из положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб),

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

По смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, бремя представления доказательств, подтверждающих факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательств того, что именно ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред, относится на потерпевшего. 

В силу пункта 2 части 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что причинитель вреда считается виновным до тех пор, пока не докажет отсутствие своей вины.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 14 сентября 2024 года, в 11 часов 40 минут, на ул. Малаховского, № с Залиман Богучарского района Воронежской области, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего ФИО2 на праве собственности и под его управлением автомобиля 

<

данные изъяты>, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства №, карточкой учета транспортного средства (том 1, л.д. 20 – 22, 102 – 103, 133), и автомобиля Тойота 

<

данные изъяты>, принадлежащего ФИО1, под управлением водителя ФИО4, что подтверждается свидетельством о регистрации № и паспортом транспортного средства № (том 1, л.д. 13 – 14, 17).

Согласно страховому полису серии № обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, со сроком страхования с 06.08.2024 по 05.08.2025, лицами, допущенными к управлению транспортным средством (автомобиля 

<

данные изъяты>), является, в том числе, и ФИО4 (том 1. л.д. 19).

Гражданская ответственность ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия не была застрахована в соответствующем порядке (том 1, л.д. 27).

По факту ДТП постановлением ИДПС ОГИБДД ОМВД РФ по Богучарскому району № 18810036230000822644 по делу об административном правонарушении от 14 сентября 2024 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.14 КоАП РФ, за нарушение пункта 8.1 ПДД РФ, а именно за то, что, при выполнении маневра разворота не убедился в безопасности его выполнения, не представил преимущество в движении автомобилю 

<

данные изъяты>, движущемуся попутно без изменения направления движения, в результате чего произошло столкновение, оба транспортные средства получили механические повреждения. ФИО2 подвергнут административному взысканию в виде административного штрафа в размере 500 рублей. Постановление не было обжаловано и вступило в законную силу (том 1, л.д. 23 – 24, 128 - 129).

Согласно досудебному заключению автомобильной независимой экспертизы ООО «Эксперт-Л» о стоимости ремонта транспортного средства № 05/24 от 18.09.2024 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля 

<

данные изъяты>, составляет 1 210 000 рублей (том 1, л.д. 28 – 29, 30 – 89).

В добровольном порядке ответчик вред не возместил, в связи с чем, истец обратился в суд. 

В целях определения обстоятельств и механизма дорожно-транспортного происшествия определением Кантемировского районного суда Воронежской области от 12.11.2024 года по ходатайству представителей истца и ответчика по делу была назначена автотехническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Бюро экспертиз и оценки «РЕЗОН» (том 1, л.д. 233 - 235).

Согласно заключению судебной экспертизы ООО «Бюро экспертиз и оценки «РЕЗОН» № 293-2024 от 14 января 2025 года, основанного на исследовании материалов гражданского дела, административного дела, видео и фотоматериалов, с учетом изложенных обстоятельств происшествия и административного материала по факту ДТП, имевшего место 14 сентября 2024 года, в 11 часов 40 минут, на улице Малаховского, № с. Залиман Богучарского района Воронежской области, водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО2 согласно п. 8.1 и п. 8.2 ПДД РФ должен был перед совершением разворота заблаговременного включить правый указатель поворота, занять крайнее правое положение, включить левый указатель поворота и согласно п. 8.8 должен был уступить дорогу транспортным средствам, движущимся в попутном и встречном направлении; водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО4 согласно п. 9.10 и п. 10.1 ПДД РФ должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения и при возникновении опасности (снижение скорости и маневра «разворота», движущегося впереди автомобиля 

<

данные изъяты> должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Решение вопросов о соответствии или несоответствии действий участников движения требованиям нормативных актов выходит за пределы компетенции экспертов автотехников.

Решить этот вопрос может суд путем сопоставления действий участников происшествия, предписываемых Правилами дорожного движения в подобной ситуации, с фактическими действиями водителей при происшествии, установленными судом. 

Определение причинно-следственной связи между действиями водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО2 и водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО4, управлявшими транспортными средствами в момент ДТП, и последствиями ДТП выходят за рамки компетенции эксперта. Решение данного вопроса является прерогативой органов дознания, следствия и суда.

Водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО4 не располагал технической возможностью избежать столкновения.

Техническая возможность избежать столкновения для автомобиля 

<

данные изъяты>, зависела не от выполнения пункта 10.1. ПДД РФ, а от выполнения водителем п. 8.1 и п. 8.8 ПДД РФ.

С учетом технических характеристик автомобиля 

<

данные изъяты>, и автомобиля 

<

данные изъяты>, ширины проезжей части, радиуса разворота автомобиля 

<

данные изъяты>, конечного положения автомобиля 

<

данные изъяты> на проезжей части, имеющимися повреждениями автомобиля 

<

данные изъяты> и автомобиля 

<

данные изъяты>, механизм ДТП описан в исследовательской части.

С технической точки зрения причиной любого столкновения автомобилей (ДТП), является пересечение траекторий движения ТС в одном и том же месте пространства, в одно и то же время (том 2, л.д. 28).

Из содержания исследовательской части заключения следует, что водителю автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО2 следовало руководствоваться требованиями п. 1.5, п. 8.1, п. 8.2 и п. 8.8 ПДД РФ, согласно которым:

- п. 1.5 - участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда;

- п. 8.1 - перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения;

- п. 8.2 - подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности;

- п. 8.8 - при повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам и трамваю попутного направления.

Если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения, его допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины). При этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам.

Таким образом, руководствуясь ПДД, водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО2 согласно п. 8.1 и п. 8.2 ПДД РФ должен был перед совершением разворота заблаговременно включить правый указатель поворота, принять крайнее правое положение, после чего включить левый указатель поворота, и согласно п. 8.8 должен был уступить дорогу транспортным средствам, движущимся в попутном и встречном направлении.

При тех же обстоятельствах, водителю автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО4 следовало руководствоваться требованиями п. 9.10 и п. 10.1 ПДД РФ, согласно которым:

- п. 9.10 - водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения;

- п. 10.1 - водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (если водитель ТС обнаруживает в своем поле зрения какой-нибудь объект (или иные обстоятельства), который сможет создать опасность для движения его автомобиля, причем, независимо от того, возникает ли этот объект по Правилам или в нарушение последних, водитель должен принимать меры к предотвращению происшествия с объектом в момент возникновения опасности).

Таким образом, руководствуясь ПДД, водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО4 согласно п. 9.10 и п.10.1 ПДД РФ должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения и при возникновении опасности (снижение скорости и маневра «разворота», движущегося впереди автомобиля 

<

данные изъяты>,) должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (том 2, л.д. 1 - 33).

Оценивая заключение судебной экспертизы № 293-2024 от 14 января 2025 года, суд приходит к выводу о том, что данное заключение является надлежащим доказательством, поскольку соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, статьи 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Судом принято во внимание, что формально выражая несогласие с выводами, содержащимися в заключении, представитель ответчика ходатайство в порядке части 2 статьи 87 ГПК РФ не заявил. 

Разрешая заявленные исковые требования, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных ФИО1 исковых требований, поскольку материалами дела подтверждено, что причиной произошедшего столкновения транспортных средств явились неправомерные действия ФИО2, совершившего маневр разворота с нарушением п. 8.8. ПДД РФ, а действия водителя ФИО4, выехавшего на полосу встречного движения, носят вынужденный характер, для устранения аварийной ситуации, созданной водителем ФИО2

Положения пункта 8.8 Правил дорожного движения (ПДД) свидетельствуют, что разворот вне перекрестка должен осуществляться исключительно в пределах самой проезжей части, а не на примыкающей к ней территории. В соответствии с абз. 2 п. 8.8 ПДД РФ, если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения, его допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины). При этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам.

Из объяснений ФИО2, следует, что, увидев заправку и включив левый поворот, он пропустил встречный автомобиль и начал совершать маневр «разворота», в процессе завершения которого произошло столкновение. Движущийся позади него автомобиль 

<

данные изъяты> он не видел, он считает, что у него было преимущество в движении. Из письменных объяснений ФИО2 следует, что он ехал на Галиёвку, включив левый поворот для разворота, сзади на огромной скорости ударила 

<

данные изъяты> (том 1, л.д. 131).

Из объяснений ФИО4 следует, что он ехал на автомобиле 

<

данные изъяты>, напротив заправки увидел автомобиль «

<

данные изъяты>», расстояние между ними было небольшое. Автомобиль «

<

данные изъяты>» съехал на обочину, а потом стал резко разворачиваться, на нем не горели ни габаритные, ни указатели поворота. Чтобы избежать столкновения, он начал его объезжать через встречную полосу движения, экстренное торможение он не применял. Из письменных объяснений ФИО4 от 14.09.2024 г. следует, что он двигался из Богучара, когда водитель на «

<

данные изъяты>» перед ним начал совершать резкий разворот, он не успел затормозить и стал уходить в сторону от проезжей части, водитель «

<

данные изъяты>» продолжал маневр и въехал в него (том 1, л.д. 132).

Анализируя объяснения участников ДТП, а также схему ДТП, суд полагает, что столкновение произошло на встречной для обоих транспортных средств полосе движения, при этом габариты автомобиля «

<

данные изъяты>» не позволяли водителю ФИО2 осуществить разворот из крайней левой полосы таким образом, чтобы в конечной фазе данного маневра его транспортное средство оставалось в пределах проезжей части; разворот мог быть осуществлен исключительно из правой полосы с соблюдением требований абз. 2 п. 8.8. ПДД. Иной способ совершения разворота в данном случае противоречит требованиям ПДД.

Доводы представителя ответчика ФИО3 о вине водителя ФИО4 и отсутствии вины водителя ФИО2 в данном ДТП, являются несостоятельными, поскольку доказательств, в обоснование указанных доводов суду в нарушение ст. 56 ГПК РФ представителем не представлено. В силу ПДД РФ водитель, осуществляющий любой маневр на дороге, должен убедиться в безопасности маневра. В данном случае, ФИО2, который осуществлял маневр разворота, должен был уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам, в частности, автомобилю под управлением ФИО4, чего им сделано не было. Доводы о том, что ФИО4, который двигался сзади автомобиля ФИО2, не соблюдалась дистанция до двигавшегося впереди него автомобиля, а также им нарушен скоростной режим, являются несостоятельными, поскольку доказательств данным утверждениям в материалах дела не имеется. Доводы о необходимости установить степень вины каждого водителя судом отклоняются, поскольку ответчиком ФИО2 не было доказано отсутствие своей вины в причинении вреда истцу (ни полностью, ни частично), поэтому оснований для распределения степени вины участников ДТП суд не усматривает.

Проанализировав указанные выше утверждения, сопоставив их с материалами дела и объяснениями участников ДТП, суд приходит к выводу о том, что именно на водителе ФИО2 лежала обязанность в любом случае убедиться в безопасности маневра, а все те нарушения, даже если бы они были доказаны, не являются причиной произошедшего столкновения транспортных средств.

Как указал эксперт, водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО4 не располагал технической возможностью путем торможения избежать столкновения. Техническая возможность избежать столкновения для автомобиля 

<

данные изъяты>, зависела не от выполнения пункта ПДД РФ 10.1, а от выполнения водителем п. 8.1 и п. 8.8 ПДД РФ (том 2, л.д. 28).

При таких обстоятельствах, руководствуясь положениями статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд, проанализировав представленные сторонами доказательства, установив, что именно действия водителя ФИО2 при управлении автомобилем 

<

данные изъяты> состоят в причинно-следственной связи с созданием опасной дорожной ситуации и причинением ущерба имуществу истца, при этом автогражданская ответственность причинителя вреда не была застрахована, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца причиненного ущерба в размере 1 210 000 рублей, размер которого ответчиком не оспорен, следовательно, исковые требования истца подлежит удовлетворению в полном объеме.

В силу требований ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При подаче искового заявления истцом была уплачена государственная пошлина в размере 27 100 (от 1 000 000 рубля до 3 000 000 рублей – 25 000 рублей плюс 1 процент суммы, превышающей 1 000 000 рублей (1 210 000 рублей – 1 000 000 рублей = 210 000 рублей х 1 % = 2 100 рублей) рублей за подачу иска в суд, а также госпошлина за подачу заявления о принятии мер по обеспечению иска в размере 10 000 рублей, что подтверждается чеками-ордерами от 26.09.2024 года (том 1, л.д. 12).

В связи с чем, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца суммы уплаченной государственной пошлины в общем размере 37 100 рублей. 

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежной суммы в счет возмещения вреда, причиненного ДТП, удовлетворить.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес> (

<

данные изъяты>), в пользу ФИО1 в счет возмещения вреда, причиненного ДТП, 1 210 000 (один миллион двести десять тысяч) рублей, расходы по оплате госпошлины: за подачу иска в суд – 27 100 рублей, за подачу заявления о принятии мер по обеспечению иска – 10 000 рублей, всего взыскать 1 247 100 (один миллион двести сорок семь тысяч сто) рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Воронежского областного суда в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Кантемировский районный суд Воронежской области.

Изготовлено в совещательной комнате.

Судья Е.Д. Грибченко 

Мотивированное решение изготовлено 19.02.2025 года.