Дело № 2-130/2024 КОПИЯ 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 марта 2024 года г. Новосибирск

Ленинский районный суд г. Новосибирска в лице судьи Монастырной Н.В. при секретаре судебного заседания Шипуновой О.В.,

с участием представителя истца ФИО7, ответчика ФИО1, представителя ответчика ФИО6, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО4 обратился с иском к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения (л.д. 4-6), указав в обоснование своих требований, что ДД.ММ.ГГГГ он заключил брак с ответчиком, что подтверждается справкой о заключении брака № А-02694 от ДД.ММ.ГГГГ, выданной отделом ЗАГС Октябрьского района г.Новосибирска управления по делам ЗАГС Новосибирской области. Брачный договор не составлялся.

ДД.ММ.ГГГГ брак расторгнут на основании решения мирового судьи 1-го судебного участка Октябрьского района г.Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством I-ET №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС Октябрьского района г.Новосибирска управления по делам ЗАГС администрации Новосибирской области.

В период брака сторонами приобретено за счет общих доходов недвижимое имущество: жилое помещение, находящееся по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, что подтверждается выпиской из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, которое было оформлено на ФИО1

Согласно выписке из ЕГРН о кадастровой стоимости объекта недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, на момент предъявления иска рыночная стоимость указанного недвижимого имущества составляет 3 266 346 рублей 64 копейки.

Соглашения о добровольном разделе совместно нажитого имущества между сторонами достигнуто не было, т.к. в этом не было необходимости. Он не обращался для лишения права пользования жилым помещением, право пользования жилым помещением снятием с регистрационного учета из спорного жилого помещения не было прекращено, т.к. в жилом помещении оставались личные вещи в виде нижнего белья, спортивные костюмы фирмы «Адидас», рубашки, классические брюки. Впоследствии он планировал распорядиться своей долей, передав ее дочери, внукам.

ДД.ММ.ГГГГ ему стало известно, что бывшая супруга ФИО1 распорядилась указанным совместно нажитым имуществом, продав спорное жилое помещение, при этом, он не давал ответчику нотариально удостоверенного согласия на отчуждение жилого помещения.

Стоимость спорного имущества по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ составила 4 950 000 рублей.

Приобретение спорной квартиры в совместную собственность давало основания для вывода о том, что полученные ответчиком по сделке, совершенной после расторжения брака, денежные средства являются ее неосновательным обогащением.

Основания, при которых денежные средства (имущество) не подлежат возврату, отсутствуют.

Просил взыскать с ФИО1 в свою пользу неосновательное обогащение в виде денежных средств в размере 2 475 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 385 506 рублей 66 копеек.

ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3 (л.д. 98-99).

В судебное заседание истец ФИО4 не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, обеспечил явку своего представителя.

Представитель истца ФИО7 в судебном заседании исковые требования ФИО4 поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, просил иск удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО1, ее представитель ФИО6 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, поддержали доводы письменных возражений (л.д. 34-35, л.д.103, л.д.160), указали, что спорная квартира не может быть отнесена к совместно нажитому имуществу поскольку была приобретена от продажи объекта недвижимости – квартиры по адресу: 

<

адрес>, правообладателем которой ФИО4 не являлся.

Квартира в 

<

адрес> была ранее предоставлена в порядке обмена ФИО9 (матери ФИО1). При обмене основным квартиросъемщиком была указана ФИО5, в качестве членов семьи – ФИО8 и ФИО9, что подтверждается ордером № на обмен жилплощади между гражданами от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно архивной выписки из постановления мэра 

<

адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 разрешено произвести продажу указанной квартиры от имени несовершеннолетней дочери ФИО8 в связи с переездом в г. Новосибирск.

Полагали также, что истцом пропущен срок исковой давности для предъявления требования по разделу имущества супругов.

С учетом того, что истец был инициатором расторжения брака, право собственности на спорную квартиру с согласия истца зарегистрировано на ответчика, как минимум, с момента расторжения брака истец должен был узнать о нарушении своего права на квартиру либо с момента снятия с регистрационного учета в спорной квартире по требованию ответчика.

Раздел между бывшими супругами фактически состоялся, было достигнуто устное соглашение, при котором истцу был передан автомобиль, находящийся в совместной собственности супругов, а спорная квартира осталась в собственности ответчика, за которую бремя ответственности по содержанию несла ответчик. 

Это подтверждается и тем, что истец не появлялся в квартире после расторжения брака, не нес расходы по ее содержанию, между сторонами отсутствовало соглашение совместного владения спорным имуществом. Более того, истец вводит суд в заблуждение, указывая на то, что в спорной квартире оставались его личные вещи, поскольку в мае 2002 года он со всеми личными вещами переехал жить к своей второй семье.

Отсутствие между сторонами в письменной форме соглашения о разделе имущества не означает отсутствие между ними фактических договорных отношений, необходимо учитывать презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений.

ФИО4 после расторжения брака не предпринял своевременных мер по контролю над общим имуществом супругов и надлежащему оформлению своего права собственности на это имущество.

Ранее ФИО4 обращался с исковым заявлением к ФИО1, ФИО10, ФИО11, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО12, о разделе общего имущества супругов, признании недействительным договора купли-продажи. Решением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО4 были удовлетворены. 

Однако, судебной коллегией по гражданским делам Новосибирского областного суда указанное решение было отменено с вынесением нового решения об отказе ФИО4 в удовлетворении заявленных требований. 

Судом кассационной инстанции апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

Исходя из ранее установленных в судебных заседаниях по указанному гражданскому делу обстоятельств, фактический раздел имущества между супругами состоялся добровольно и намеренно, без принуждения и не по ошибке.

В рамках настоящего судебного разбирательства, с учетом предмета спора и исковых требований, не рассматривается раздел совместно нажитого имущества супругов, а устанавливается лишь факт наличия или отсутствия неосновательного обогащения ответчика.

Неосновательное обогащение на стороне ответчика в том смысле, который заложен в это понятие гражданским законодательством, отсутствует. 

Просили отказать ФИО4 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований ФИО4, поддержала доводы, изложенные стороной ответчика, просила отказать ФИО4 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Суд, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с п.1 ст.1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 Гражданского кодекса РФ.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

По смыслу указанных норм права, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Таким образом, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

В соответствии со ст.256 Гражданского кодекса РФ, ст.34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено.

В силу п.1 ст.36 Семейного кодекса РФ, имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (п.1 ст. 35 Семейного кодекса РФ.

Раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов (п.1 ст.38 Семейного кодекса РФ).

К требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности (п.7 ст.38 Семейного кодекса РФ).

В соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут, следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что ФИО4 и ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ вступили в брак, после регистрации брака супругам присвоена фамилия Б-ны (л.д. 7).

В 1980 году ФИО14 (отцу ФИО1) и членам его семьи (ФИО9 – супруга, ФИО18 – дочь) предоставлена квартира по адресу: 

<

адрес>, которая была обменена на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. При обмене супругой ФИО14 – ФИО9 (матерью ФИО1) написано заявление об оформлении ордера на ФИО1, как квартиросъемщика.

Данное жилое помещение передано в порядке приватизации ФИО1, ФИО4, ФИО8 по договору на передачу квартир в собственность граждан № от ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением мэрии 

<

адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 дано разрешение на продажу указанной квартиры от имени несовершеннолетней ФИО8 в связи с переездом в г.Новосибирск.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО8, ФИО4 (продавцы) и ФИО15 (покупатель) заключили договор купли-продажи указанной квартиры (л.д. 168-173), стоимость квартиры определена сторонами в размере 80 000 рублей.

Указанные обстоятельства подтверждаются пояснениями ответчика, письменными пояснениями ФИО14, заверенными нотариусом нотариального округа 

<

адрес> ФИО16 (л.д.36), представленными в материалы дела обменным ордером № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 38, л.д. 72-73), заявлением об обмене жилой площади (л.д. 67-70), разрешением № (л.д. 71), архивной выпиской № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 44, л.д. 74-75), ответом Управления имуществом администрации Находкинского городского округа 

<

адрес> на запрос суда (л.д. 154, л.д. 158).

ДД.ММ.ГГГГ между ТОО «ТСК» и ЗАО «Металэнергопром» был заключен договор простого товарищества №, в соответствии с которым участники договорились объединить свои усилия по строительству 10-ти этажного 160-квартирного дома по 

<

адрес> (л.д. 134). Согласно приложения № к договору (л.д. 134 оборот) доля ЗАО «Металэнергопром» соответствует трехкомнатной квартире в указанном многоквартирном доме по 

<

адрес>, стр.№, №, вклад оценен в 195 000 рублей (л.д. 135).

Право на получение указанной квартиры передано ФИО1, что подтверждается уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 135 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получила квартиру по акту приема-передачи.

Сторонами не оспаривается, что в приобретение спорной квартиры были вложены денежные средства, полученные от продажи квартиры по адресу: 

<

адрес>, принадлежащей ФИО1, ФИО4 и ФИО19 (в настоящее время – ФИО3) В.И. в равных долях.

Однако, учитывая стоимость данной квартиры, указанной в договоре купли-продажи (80 000 рублей) и стоимость права требования передачи квартиры по адресу: 

<

адрес> (195 000 рублей), помимо полученных от продажи приватизированной квартиры денежных средств, были вложены общие средства супругов Б-ных в размере 115 000 рублей, доказательств иного сторонами не представлено.

При этом, доля несовершеннолетней на тот момент ФИО19 (в настоящее время – ФИО3) В.И. в праве собственности на спорную квартиру выделена не была, не настаивал и ФИО4 на оформлении квартиры в общую долевую собственность, исходя из приходящейся на него доли в приватизированной квартире.

Право собственности в установленном порядке на квартиру по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ за ФИО1 (л.д. 9-10).

На основании решения мирового судьи судебного участка № 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ брак между сторонами прекращен ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8).

ФИО4 выехал из спорной квартиры, вывез свои вещи, снялся с регистрационного учета. С момента прекращения между сторонами брачных отношений и расторжения брака ФИО4 никаких попыток вселиться в указанное жилое помещение, иным образом заявить о своих правах на квартиру не предпринимал, не нес расходы по ее содержанию, не производил ремонт. Допустимых доказательств обратного истцом суду не представлено.

В то время, как ФИО1, напротив, несла все расходы по содержанию и поддержанию в нормальном техническом состоянии жилого помещения, относилась к объекту недвижимости как к своей личной собственности, вкладывала в ремонт и неотделимые улучшения жилого помещения значительные суммы, в частности в 2016 году заключила с ПАО «Совкомбанк» кредитный договор на сумму 1 800 000 рублей, получила денежные средства на неотделимые улучшения данной квартиры, доказательств нецелевого использования ею денежных средств не представлено, судом такие обстоятельства не установлены, кредит ФИО1 погашен, надлежащее исполнение кредитного обязательства было обеспечено залогом спорного объекта недвижимости (л.д. 138-143).

При таких обстоятельствах суд находит обоснованными доводы ответчика о том, что после расторжения брака фактически между сторонами состоялся раздел совместно нажитого имущества, при котором ФИО4 отказался от причитающейся ему доли в спорной квартире и забрал транспортное средство 

<

данные изъяты>, приобретенное в браке (л.д. 97).

Доводы представителя истца о неравнозначности такого раздела (л.д. 114) правового значения не имеют, поскольку супруги могут договориться о любом порядке раздела совместно нажитого имущества. Кроме того, допустимых доказательств несоответствия стоимости указанного транспортного средства и доли, приходящейся на ФИО2 в спорном жилом помещении, не представлено.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (продавец) и ФИО11, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО12, (покупатель) заключен договор купли-продажи указанной квартиры (л.д. 11-13, л.д. 28, л.д. 120), по соглашению сторон цена квартиры определена в размере 4 950 000 рублей.

Переход права собственности на ФИО17, ФИО12 на жилое помещение зарегистрирован в установленном порядке ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9-10).

Решением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 56-65) по иску ФИО4 указанный договор купли-продажи признан недействительным, произведен раздел совместно нажитого имущества супругов Б-ных, прекращен режим их совместной собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, за ФИО1 и ФИО4 признано право собственности на ? долю за каждым в праве общей долевой собственности на указанную квартиру.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 45-48, л.д. 106-108) указанное решение отменено, по делу постановлено новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО4

Определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 40-41, л.д. 109-110) апелляционное определение судебной коллеги по гражданским делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

Указанными судебными постановлениями, вступившими в законную силу и имеющими в силу ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса РФ преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, установлено, что правовая позиция ФИО4 о незаконности заключенной между ФИО1 и ФИО11, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО12 сделки в отношении спорной квартиры, сама является незаконной, поскольку после расторжения брака и выезда из квартиры в декабре 2002 года при должной степени заботливости и осмотрительности, ФИО4 мог реализовать свое право собственности на спорный объект недвижимости путем принятия своевременных мер по контролю над общим имуществом супругов и надлежащему оформлению своего права собственности на это имущество, но не сделал этого. ФИО4, будучи заинтересованным в сохранении за собой права на указанное имущество, должен был сам позаботиться о его своевременном разделе или хотя бы о внесении указания о себе как собственнике в запись о регистрации права.

В соответствии со ст.1 Гражданского процессуального кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п.3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п.4).

Как разъяснено в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», согласно п.3 ст.1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ).

Непоследовательное и противоречивое поведение при осуществлении права, подрывающее сформированное прежним поведением управомоченного лица разумные ожидания других лиц, является основанием для блокирования (отказа в защите) права. Таким образом, само по себе установление судом факта нарушения стороной правила «эстоппель», является основанием для отказа в защите права.

ФИО4 своими действиями, выехав из спорного жилого помещения в 2002 году, снявшись с регистрационного учета, не неся никаких расходов по его содержанию на протяжении длительного периода времени, не заявляя требований о разделе совместно нажитого имущества, каких-либо иных требований в отношении указанной квартиры, сформировал у ответчика убежденность в том, что он утратил интерес к этому имуществу, отказался от своих прав на него, получив транспортное средство 

<

данные изъяты>, никаких претензий к ФИО1 относительно приобретенного в период брака имущества не имеет.

Суд полагает, что изменение истцом своей позиции путем оспаривания действий ФИО1 по распоряжению спорной квартирой, требования о взыскании с нее ? полученных от продажи жилого помещения денежных средств, нарушает принцип процессуального эстоппеля, запрещающего лицу отрицать существование обстоятельств, которые им до этого подтверждались, в связи с чем в иске ФИО4 следует отказать.

Оснований для выводов о возникновении на стороне ответчика неосновательного обогащения за счет истца не имеется.

При этом, доводы представителя ответчика о пропуске срока исковой давности являются несостоятельными, поскольку о нарушении своего права истец узнал ДД.ММ.ГГГГ, когда апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда ему было отказано в иске о признании недействительной сделки по продаже спорной квартиры и разделе совместно нажитого имущества, соответственно, в суд с настоящим иском ФИО4 обратился в пределах установленного законом срока исковой давности.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО4 к ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г.Новосибирска.

Решение изготовлено в окончательной форме 22.04.2024.

Судья (подпись) Н.В.Монастырная

Подлинник решения находится в гражданском деле №2-130/2024 54RS0006-01-2023-006006-22 Ленинского районного суда города Новосибирска