Дело № 1-256/2019

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Чита 14 августа 2019 года

Железнодорожный районный суд г. Читы в составе:

председательствующего судьи М.В. Кучеровой,

с участием государственного обвинителя - помощника прокурора Железнодорожного района г. Читы А.С. Бессонова, 

подсудимого ФИО1, 

его защитника по соглашению - адвоката Миронова А.Е., представившего удостоверение № 95 и ордер № 200130, 

потерпевшей ЕЮВ,

её представителя - адвоката Курочкиной Н.А., 

при секретаре Д.А. Таралло, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, ... года рождения, уроженца г. Читы, гражданина РФ, со средним образованием, женатого, имеющего ..., работающего машинистом крана «...» ..., проживающего по адресу: ...; военнообязанного; не судимого; мера пресечения - подписка о невыезде и надлежащем поведении, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлёкшее по неосторожности смерть человека. 

Преступление совершено подсудимым в г. Чите при следующих обстоятельствах.

16 июля 2018 года около 00.00 часов водитель ФИО1, управляя технически исправным автомобилем марки «...» государственный регистрационный знак 

<

***> рус, двигался по ... в направлении от ... в сторону .... 

В районе ... ФИО1 проявил преступную небрежность и в нарушение требований пункта 1.5 Правил дорожного движения РФ, утверждённых Постановлением Совета Министров Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090 (далее ПДД РФ), согласно которому «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасность для движения и не причинять вреда», пункта 9.10 ПДД РФ, согласно которому «Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения», при возникновении опасности в виде пешехода ЕДВ находящегося на проезжей части ... спиной к автомобилю «...» под управлением ФИО1, не предвидя возможности наступления смерти пешехода, хотя при необходимых внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление этих последствий, при проезде мимо пешехода не обеспечил безопасный боковой интервал, чем создал опасность и совершил наезд на пешехода ЕДВ

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП) пешеходу ЕДВ были причинены следующие телесные повреждения: Тупая сочетанная травма головы и тела:

-закрытая черепно-мозговая травма: ушиблено-рваная рана затылочной области; разлитые субарахноидальные (под мягкие мозговые оболочки) кровоизлияния обоих полушарий головного мозга с переходом на мозжечок и ствол мозга, кровоизлияния в желудочковую систему головного мозга;

-кровоподтёк на большом пальце левой стопы, кровоподтёк на наружной лодыжке левой голени; ссадина на задней поверхности левой голени; кровоподтёк и ссадина на правой поясничной области, кровоизлияния в мягкие ткани задней поверхности шеи в проекции 7-го шейного позвонка. 

У живых лиц данные повреждение все в своей совокупности являются опасными для жизни и поэтому расцениваются как повлёкшие тяжкий вред здоровью. Смерть ЕДВ наступила на месте ДТП от полученной закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся кровоизлияниями под оболочки головного мозга с дислокацией ствола мозга и ущемлением его в большом затылочном отверстии. Между полученной автотравмой и наступлением смерти ЕДВ установлена прямая причинно-следственная связь. 

Совершив указанное ДТП, ФИО1 в нарушение п. 2.5 ПДД РФ, согласно которому «При дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан: немедленно остановить транспортное средство, включить аварийную световую сигнализацию и выставить знак аварийной остановки, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию; принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, вызвать скорую медицинскую помощь, а в экстренных случаях отправить пострадавших на попутном, а если это невозможно, доставить на своём транспортном средстве в ближайшее лечебное учреждение, сообщить свою фамилию, регистрационный знак транспортного средства и возвратиться к месту происшествия…», с места происшествия скрылся. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину по предъявленному ему обвинению не признал. По обстоятельствам преступления подсудимый показал суду, что в полночь с 16 на 17 июля 2018 года он на автомобиле «...» госзнак ... возвращался домой; машину вёл со скоростью около 55 км/ч. В то время, когда он ехал по ..., шёл дождь, освещение вдоль дороги отсутствовало. Видимость была плохая. Ему навстречу двигался автомобиль типа «...». В то время, когда автомобили поравнялись, с обочины на дорогу внезапно выскочил человек. Он увидел только спину человека. Тут же произошёл удар. Он полагает, что пешеход обходил по проезжей части куст, который растёт на обочине. Поскольку он заметил внезапно появившегося пешехода за два метра до момента столкновения, он не имел технической возможности предотвратить наезд, а манёвр влево был невозможен ввиду наличия машины на другой полосе движения и узости дороги. После этого, испытывая шок, он отъехал на расстояние около 1 км от места ДТП, оставил машину и вернулся к месту происшествия, но пострадавшего не нашёл.

В ходе предварительного следствия при проверке показаний на месте ФИО1 давал аналогичные показания, поясняя о внезапности появления пешехода на пути машины, что не позволило предотвратить наезд (л.д. 176-183 т. 2). 

Вина подсудимого в совершении преступления установлена исследованными в судебном заседании доказательствами. 

Потерпевшая ЕЮВ. показала суду, что погибший ЕДВ был её мужем. Около полночи 16 июля 2018 года ЕДВ вышел из дома по ... направился в ближайший бар выпить спиртного. ЕДВ. был пьян, так как до этого вечером выпил 250 гр. водки. Домой муж не вернулся. Утром о смерти мужа ей сообщили сотрудники полиции. Подсудимый также приезжал и приносил ей извинения, при этом рассказывал, что в момент происшествия шёл дождь, его ослепил свет встречной машины, он не заметил пешехода на краю проезжей части и сбил его. Испытывая шок, он скрылся с места ДТП. Она в пояснения ФИО1 не поверила, так как в данном районе ночью дождя не было. 

Свидетель ФАА показал суду, что в один из дней июля 2018 года около 8:00 часов он проходил по ... и на обочине дороги в траве заметил тело мужчины без признаков жизни. Он сообщил об этом в полицию. Труп лежал лицом вниз. К телу он близко не подходил, не перемещал его. 

Показания свидетеля подтверждены телефонным сообщением от 17 июля 2018 года об обнаружении мужчины на обочине по .... Сообщение поступило на пульт дежурного УМВД по г. Чите в 08:00 часов (л.д. 99 т.1).

Свидетель ЕКГ. показала суду, что она работает следователем по расследованию ДТП. 17 июля 2018 года около 9:00 часов поступило сообщение об обнаружении трупа мужчины вблизи проезжей части по ..., что указывало на возможную смерть в результате ДТП. По прибытии на место, она видела в траве на обочине дороги вблизи ... труп ЕДВ Расположение трупа и характер повреждений на нем, а также осколки автомобильного бокового зеркала на обочине давали основание предполагать факт наезда на пешехода. Она составила протокол осмотра места происшествия, зафиксировала расположение трупа, после чего направила тело на экспертизу. Также было установлено, что дорожное покрытие в месте происшествия было сухое, без повреждений. Впоследствии оперативными сотрудниками был установлен автомобиль-участник ДТП и его водитель ФИО1. Подсудимый признал факт наезда.

Показания свидетеля ЕКГ подтверждены протоколом осмотра места происшествия от 17 июля 2018 года. Согласно протоколу, осмотру подлежал участок проезжей части по ... в районе ..., в направлении села Засопка. Дорожное покрытие асфальтобетон сухое, ширина проезжей части 6,50 м.; обочина справа шириной 1,5 м. За обочиной в зелёных насаждениях обнаружен труп мужчины. Положение трупа и обнаруженные на нем телесные повреждения описаны. Также на описываемом участке обнаружены осколки автомобильного зеркала, пластмассовые части (л.д.5-10 т.1; схема места происшествия - л.д. 11 т.1; фототаблица в протоколу осмотра - л.д. 12-16 т.1).

Согласно заключению эксперта № 974 от 18 июля 2018 года, на трупе ЕДВ обнаружены повреждения: Тупая сочетанная травма головы и тела:

- Закрытая черепно-мозговая травма: ушиблено-рваная рана затылочной области; разлитые субарахноидальные (под мягкие мозговые оболочки) кровоизлияния обоих полушарий головного мозга с переходом на мозжечок и ствол мозга, кровоизлияния в желудочковую систему головного мозга;

- кровоподтёк на большом пальце левой стопы, кровоподтёк на наружной лодыжке левой голени; ссадина на задней поверхности левой голени; кровоподтёк и ссадина на правой поясничной области, кровоизлияния в мягкие ткани задней поверхности шеи в проекции 7-го шейного позвонка. 

Данные повреждения носят характер тупой травмы и могли образоваться при автотравме, незадолго до наступления смерти в результате удара тупыми выступающими частями движущегося автомобиля, с последующим отбрасыванием и соударением о твёрдые элементы дорожного покрытия. 

У живых лиц данные повреждение все в своей совокупности являются опасными для жизни и поэтому расцениваются как повлёкшие тяжкий вред здоровью. Смерть ЕДВ наступила на месте ДТП от полученной при автотравме закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся кровоизлияниями под оболочки головного мозга с кровоизлиянием в желудочковую систему головного мозга, с развитием отёка головного мозга с дислокацией ствола мозга и ущемлением его в большом затылочном отверстии. Между полученной закрытой черепно-мозговой травмой и наступлением смерти имеется причинно-следственная связь (л.д. 23-29 т.1). 

Выводы указанной экспертизы подтверждены и дополнены заключением эксперта № 248/доп, содержащей выводы о наличии на трупе ЕДВ описанных телесных повреждений и о квалификации этих повреждений как причинивших тяжкий вред здоровью. Заключение о причине смерти и её прямой связи с автотравмой аналогичны выводу экспертизы № 974. Кроме того, эксперт указал на то, что исходя из имеющихся повреждений, пешеход ЕДВ по отношению к автомобилю марки «...» государственный регистрационный знак ... на момент совершения наезда находился спиной. Экспертиза содержит подробное описание механизма образования травм в наиболее вероятных фазах. Находился ли пешеход в движении или стоял, определить невозможно (л.д. 54-60 т.1).

В ходе расследования была изъята обувь и одежда, в которых ЕДВ был в момент наезда (л.д. 130-133 т.1). Также при дополнительном осмотре автомобиля «Ford Transit VAN» государственный регистрационный знак ... были изъяты образцы лакокрасочного покрытия кузова машины (л.д. 134-137 т.1). Указанные предметы осмотрены и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (л.д. 208-224 т.1; л.д. 129-134 т.2).

Согласно заключению эксперта № 397, на подошве обуви (сандалиях) ЕДВ имеются динамические следы скольжения, образованные при движении подошвы обуви относительно грунта и указывающие на положение пешехода в момент наезда. Исходя из имеющихся повреждений на подошвенной части обуви ЕДВ в момент наезда пешеход мог находиться задней левой стороной к автомобилю (л.д.76-82 т.1).

Согласно заключению эксперта № 389/2-5 на нижней левой части спинки куртки, в которой был одет ЕДВ в момент ДТП, имеются двухслойные частицы лакокрасочного покрытия, пригодные для сравнения. Указанные частицы ЛКП, обнаруженные в нижней части куртки и двухслойные частицы лакокрасочного покрытия решётки радиатора, изъятые 01.08.2018 года в ходе осмотра места происшествия, произведённого по адресу ... автомобиля «...» имеют общие родовые признаки (л.д. 146-156 т.1). 

Свидетель ИСГ показал суду, что он в составе следственно-оперативной группы по расследованию обстоятельств наезда на ЕДВ., в результате которого пешеход скончался, осуществлял работу по поиску автомобиля, совершившего наезд. Было установлено, что место ДТП попадает в обзор камеры наблюдения, установленной на одном из ближайших зданий. Сотрудник полиции НММ. путям просмотра записи с указанной камеры установил время ДТП, автомобиль, сбивший пешехода. Затем в ... был отыскан автомобиль «...» государственный регистрационный знак ..., на котором имелись повреждения, характерные для ДТП, установлено, что автомобиль находится в пользовании ФИО1. Кроме того, свидетель с использованием фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия пояснил о месте расположения трупа, а также сообщил, что куст, о котором говорит подсудимый, растёт за обочиной и с точки зрения требований, предъявляемых к содержанию проезжей части, нареканий не вызывает, так как его ветви не склоняются ни на полотно дороги, ни на обочину, проезду автомобилей и проходу пешеходов не мешают. 

Свидетель КЕА. дал суду показания, аналогичные показаниям свидетеля ИСГ дополнив их тем, что при установлении обстоятельств ДТП он и его руководитель НММ. лично просматривали запись камеры наблюдения, установленной на спецстоянке и видел, что автомобиль под управлением ФИО1 проезжал мимо пешехода, идущего по краю проезжей части. В тот момент, когда пешеход скрылся из виду за кустом, мимо него в том же направлении проехал автомобиль под управлением ФИО1; в этот же момент во встречном ФИО1 направлении двигался другой автомобиль. Автомобили поравнялись в проекции куста, при этом машина под управлением ФИО1 совершила небольшой манёвр вправо к обочине, после чего автомобили разъехались, но пешеход более в обзор камеры не попадал, из-за куста не вышел. Также свидетель показал, что по пути ФИО1 к месту его жительства имеется ещё одна камера видеонаблюдения, установленная на магазине. Сверив временной интервал между записями с камеры на спецстоянке, зафиксировавшей ДТП и камеры на магазине, он установил, что подсудимый ФИО1 двигался на высокой скорости.

Показания свидетеля НММ., данные в судебном заседании, аналогичны показаниям свидетелей ИСГ. и КЕА Кроме прочего свидетель показал, что многократно просматривал записи камеры, запечатлевшей момент ДТП. Благодаря этой записи было установлено, что наезд совершён с 00:01 часов до 00:02 часов 17 июля 2018 года. В указанное время осадков не было. Незадолго до ДТП ЕДВ. от жилого сектора перешёл проезжую часть ... и пошёл вдоль дороги по обочине. Его походка была обычной, по движениям нельзя было сказать, что он пьян и не контролирует себя. В то время, когда пешехода от камеры скрыл куст, мимо куста проехал автомобиль, как потом было установлено, за рулём которого был ФИО1, а также во встречном направлении - другой автомобиль. Таким образом, в проекции куста параллельно друг другу в момент ДТП находились на проезжей части два автомобиля и пешеход на обочине. Также свидетель подтвердил, что скорость автомобиля под управлением ФИО1 была высокой. Свидетель также показал, что в его обязанности не входит изъятие записи с камер наблюдения. О наличии записи он сообщил следователю, но почему запись не была изъята, ему неизвестно. Ту копию записи, которую он снял на свой телефон с целью проведения оперативных действий по розыску машины, он удалил. 

Свидетель ЮАВ. показал суду, что ему принадлежит автомобиль «...» государственный регистрационный знак .... Машину он передал в пользование ФИО1. 17 июля 2018 года от сотрудников полиции ему стало известно, что его машина стала участником ДТП. При осмотре машины он видел, что на ней сломано правое боковое зеркало, повреждено правое крыло, а также повреждено лобовое стекло. Со слов ФИО1 ему известно, что подсудимый ночью 17 июля 2018 года сбил человека, но об этом своевременно не сообщил, уехал с места ДТП. 

Показания свидетеля ЮАВ подтверждены протоколом осмотра месте происшествия от 17 июля 2018 года, согласно которому в присутствии владельца машины и с участием ФИО1 на территории домовладения подсудимого (...) был осмотрен автомобиль «Ford Transit VAN» государственный регистрационный знак 

<

***> рус. Повреждения на машине соответствуют описаниям, данным свидетелем ЮАВ. (л.д. 104-109 т.1). 

Свидетель КСС. показал суду, что подсудимый ФИО1 вечером 16 июля 2018 года гостил у него, после чего примерно в 24:00 уехал домой на автомобиле «...». ФИО1 в тот вечер спиртное не употреблял. Когда подсудимый уезжал, на улице шёл дождь. На следующий день ФИО1 сообщил, что по пути домой на ... он сбил человека. Со слов ФИО1, его ослепила встречная машина. В это момент из кустов что-то выскочило, и он почувствовал удар в правую сторону кузова. Что это было и как двигалось, ФИО1 с его слов не разглядел, так как был ослеплён. Испугавшись, ФИО1 скрылся с места ДТП. 

Как установлено из заключения эксперта № 59, экспертом описаны механизмы происшествия как при возможности движения пешехода ЕДВ по обочине, так и по проезжей части. При этом экспертом, согласно представленным материалам уголовного дела, также учтено, что торможения при приближении автомобиля к пешеходу не зафиксировано. 

При ответе на вопрос о наличии у ФИО1 технической возможности предотвратить наезд на пешехода в случаях как движения по обочине, так и при движении по проезжей части, экспертом дан ответ о том, что при запрете на движение по обочинам данный вопрос не имеет смысла с технической точки зрения. При движении пешехода по проезжей части в попутном направлении для водителя автомобиля не возникает опасности (не требует принятия экстренных мер), поскольку движущийся объект может быть опережён при соблюдении требований п. 9.10 ПДД. Поэтому вопрос о наличии технической возможности также не имеет смысла, поскольку отсутствует фактический момент возникновения опасности для движения автомобиля. Предотвращение ДТП в заданном случае зависело от соблюдения водителем автомобиля «...» мер безопасности, требуемых п. 9.10 ПДД. Действия водителя автомобиля «...», выразившиеся в движении без учёта дистанции или соблюдения безопасного бокового интервала на участке дороги, по которому двигался пешеход попутно направлению движения автомобиля, не соответствовали требованиям п. 9.10 ПДД и находились в причинной связи с наступившим ДТП (л. д. 59-65 т. 2).

Оценив совокупность исследованных доказательств, суд вину подсудимого ФИО1 в нарушении ПДД, повлёкших по неосторожности смерть человека, считает установленной. Представленными доказательствами подтверждено, что в ночь с 16 на 17 июля 2018 года ФИО1, управляя автомобилем, на ... в г. Чите совершил наезд на пешехода ЕДВ двигавшегося по краю проезжей части в попутном с машиной подсудимого направлении. ФИО1, в нарушение требований п. 9.10 ПДД не выполнил требования о соблюдении бокового интервала, в результате чего сбил пешехода, который в результате наезда получил тяжкие телесные повреждения, оказавшиеся несовместимыми с жизнью. ЕДВ умер на обочине дороги.

Все представленные суду доказательства в виде протокола осмотра места происшествия и выводы проведённых по делу экспертиз, не противоречивы между собой. Указанными доказательствами подтверждено, что наезд на пешехода был совершён со спины. Удар кузовом транспортного средства пришёлся сначала по задней поверхности левой голени потерпевшего, затем в его правую поясничную область и в затылок. К этому же выводу независимо друг от друга пришли эксперты, исследовавшие одежду и обувь погибшего. Следы лакокрасочного покрытия обнаружены на спинке куртки ЕДВ.. Следы на подошвах его сандалий также указывают, что в момент удара стопы пешехода были направлены параллельно движению машины, а удар пришёлся ЕДВ. в спину. 

Эти доказательства убедительно подтверждают показания свидетелей НММ. и КЕА., просматривавших запись камер видеонаблюдения, установленной на объекте вблизи места ДТП, случайно запечатлевшей момент наезда. Несмотря на то, что свидетели по-разному увидели обстоятельства движения ЕДВ.: НММ настаивал, что пешеход шёл по обочине, а КЕА. полагал, что ЕДВ двигался по краю проезжей части, указанные обстоятельства не влияют на оценку этого происшествия судом, поскольку свидетели одинаково показали, что ЕДВ в момент наезда находился спиной к автомобилю. Показания свидетелей НММ и КЕА. полностью соответствуют выводам экспертов.

Преступление совершено в условиях неочевидности. Несмотря на то, что обстоятельства наезда попали на запись камеры наблюдения, сам момент наезда был не виден. Несмотря на это, суд, оценив в совокупности выводы экспертиз и показания свидетелей НММ. и КЕА о положении участников ДТП за несколько секунд до момента наезда, критически оценил показания подсудимого ФИО1 о том, что он не имел технической возможности предотвратить наезд. Показания ФИО1 сводятся к тому, что пешеход внезапно появился перед машиной подсудимого. Вместе с тем, показания ФИО1 об этом, данные в разное время, противоречивы. Со слов свидетеля КСС установлено, что ФИО1 сообщал ему о том, что «что-то внезапно выбежало на дорогу». Ослеплённый светом фар встречной машины и в условиях дождя и отсутствия освещения на дороге, ФИО1 лишь по удару и последующему отсутствию бокового зеркала понял, что стал участником ДТП и, возможно, кого-то сбил. В ходе предварительного следствия подсудимый при проверке показаний на месте настаивал, что «в момент сближения со встречным автомобилем, он увидел, как из кустов, растущих на правой обочине, возле электроопоры по направлению справа налево относительно него, левым боком вперёд неожиданно выскочил человек; сколько он сделал шагов, не помнит. Человека увидел, когда до него оставалось 2 метра, и рефлекторно вывернул руль влево. В это время слева проехал автомобиль. Он не успел нажать педаль тормоза, произошёл удар, который пришёлся в переднее правое крыло, правую стойку лобового стекла, после чего тело, слетая, зацепило правое зеркало, которое от удара оторвалось» (л.д. 178 т.2). В судебном заседании подсудимый сообщил, что потерпевший внезапно вышел на дорогу, предположительно с тропинки, идущей из-за куста, и ФИО1 увидел человека со спины. Однако все эти описания подсудимым обстоятельств появления пешехода на проезжей части противоречат иным доказательствам, которые суд признал достоверными. Эти доказательства подтверждают, что ЕДВ. шёл по краю проезжей части параллельно движению машины, в попутном направлении. В случае, если бы пешеход выбежал на дорогу, телесные повреждения на его теле располагались бы по левой боковой поверхности тела, с левой стороны головы и лица. Свидетель НММ. настаивал, что ЕДВ., после того, как пересёк проезжую часть, некоторое время шёл вдоль дороги, на бег не переходил. Перед тем, как зайти за куст и пропасть из поля зрения камеры, ЕДВ. с дороги не сворачивал. Когда ЕДВ скрылся за кустом, его по дороге нагнал автомобиль подсудимого. Свидетели сообщили, что машина под управлением подсудимого шла на большой скорости, не тормозила и не останавливалась. В это же время в попутном направлении проехал другой автомобиль. Подсудимый настаивал, что не имел возможности предотвратить наезд, так как ширина проезжей части не позволяла ему совершить экстренный манёвр влево. Однако, правила дорожного движения не предусматривают иного способа предотвращения ДТП, кроме как экстренного торможения вплоть до полной остановки. Попыток торможения или остановки подсудимый не предпринимал, что видно из протокола осмотра места происшествия, заключения эксперта, а также показаний самого ФИО1. 

Доводы подсудимого ФИО1 о том, что он не имел технической возможности предотвратить наезд ввиду внезапного появления пешехода на проезжей части, суд оценивает критически, как избранный подсудимым способ самозащиты. Эти доводы не только не подтверждены иными доказательствами по делу, но и убедительно опровергнуты ими. По указанной причине суд отвергает показания подсудимого, как не соответствующие реальным обстоятельствам происшествия. Суд также оценил ссылки ФИО1 на иные внешние обстоятельства, которые, по его мнению, значительно влияли на ситуацию: тёмное время суток, отсутствие освещения на дороге и дождь. Несмотря на то, что представленными справками опровергается наличие осадков на момент ДТП (л. д. 88 т. 1), а также отсутствие освещения на дороге (л. д. 90 т. 1), суд учитывает, что наличие или отсутствие этих внешних обстоятельств не влияет на оценку действий ФИО1, поскольку в соответствии с ПДД водитель обязан соблюдать требования п. 10.1 (абз.1) ПДД РФ, согласно которому «водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения; скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля над движением транспортного средства для выполнения требований Правил», а также п. 1.5 ПДД, предписывающему, что «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасность для движения и не причинять вреда».

Доводы стороны защиты о том, что расследование по делу имеет пробелы, так как не исследована версия подсудимого и не проверено экспертным путём отсутствие у ФИО1 технической возможности предотвратить преступление, что заключение эксперта в автотехнической экспертизе дано без учёта позиции подсудимого, поскольку ФИО1 до указанной экспертизы показаний не давал, судом также проверены. Эти доводы несостоятельны, поскольку в распоряжение эксперты были предоставлены материалы уголовного дела, где имелось объяснение ФИО1 от 17 июля 2018 года с подробным изложением обстоятельств происшествия (скорость автомобиля, момент возникновения опасности, положение машины и пешехода). При имеющейся совокупности обстоятельств следователем обоснованно был сделан вывод, что позиция подозреваемого противоречит иным доказательствам. Проверка надуманных обстоятельств не требовалась. 

При избрании вида и размера наказания подсудимому суд учитывает тяжесть, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие личность подсудимого, влияние назначенного наказания на его исправление, на условия жизни его семьи, а также наличие смягчающих обстоятельств. 

Подсудимый ФИО1 впервые совершил преступление средней тяжести. Подсудимый на учетах в специализированных учреждениях здравоохранения не состоит, женат, воспитывает ..., работает, по месту жительства и работы характеризуется только положительно. ФИО1 имеет хроническое заболевание. 

На основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, смягчающим обстоятельством суд признаёт наличие у подсудимого малолетнего ребёнка. Кроме того, согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ иными смягчающими обстоятельствами суд учитывает совершение преступления впервые, принесение извинений потерпевшей, частичную оплату расходов на погребение ЕДВ., состояние здоровья подсудимого. Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, не установлено.

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих, суд не усматривает оснований для применения положения п. 6 ст. 15 УК РФ и снижения категории преступления на менее тяжкую. 

Решая вопрос о мере наказания суд, с учётом конкретных обстоятельств содеянного, считает необходимым назначить виновному лишение свободы, с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься определённой деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. При этом суд не усматривает достаточных оснований для применения ст. 64 УК РФ, ст. 53.1 УК РФ или ст. 73 УК РФ. Применение условного осуждения или замена наказания на принудительные работы не отвечает требованиям справедливости наказания за преступление, результатом которого явилась смерть человека. 

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ местом отбывания наказания ФИО1 суд назначает колонию-поселение, куда осуждённый должен проследовать самостоятельно.

Потерпевшей ЕЮВ. заявлены исковые требования о взыскании с ФИО1 в счёт возмещения морального вреда, причинённого гибелью в ДТП по вине подсудимой её супруга - ЕДВ в размере 1000000 рублей. Истица мотивировала свои требования о взыскании морального вреда перенесёнными нравственными страданиями от утраты близкого и любимого ею человека – главы семьи, супруга и отца троих детей, невосполнимостью этой потери, существенными материальными трудностями в связи со смертью главы семьи, имевшего кредитные обязательства.

Привлечённый в качестве ответчика подсудимый ФИО1 исковые требования потерпевшей признал частично, высказался о своей неспособности выплатить такую сумму; просил учесть наличие у него семьи, неработающей жены и ребёнка. Также в случае удовлетворения иска просил учесть, что арестованное в обеспечение иска имущество - земельный участок, является единственным местом жительства для его семьи. 

Государственный обвинитель просил суд об удовлетворении исковых требований потерпевшей в полном объёме.

Выслушав позиции сторон, исследовав представленные в обоснование иска документы, суд принял решение о полном удовлетворении исковых требований потерпевшей. 

В соответствие со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. На основании изложенного, требования потерпевшей в части взыскания морального вреда подлежат удовлетворению. Виновными действиями ФИО1, повлёкшими гибель ЕДВ., потерпевшей ЕЮВ., а также её трём малолетним детям причинены нравственные и моральные страдания. В силу ст. 1001 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При назначении суммы возмещения морального вреда, суд учитывает обстоятельства преступления его последствия, а также руководствуется требованиями разумности и справедливости, с учётом вины причинителя вреда и его материального положения, и назначает к взысканию в пользу ЕДВ 1000000 (один миллион) рублей в качестве компенсации морального вреда. Вместе с тем, обращение арестованного имущества в уплату указанного иска суд полагает невозможным, поскольку на арестованном земельном участке располагается дом, который является единственным жилищем для семьи подсудимого. 

Согласно ст. 81 УПК РФ, вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу: автомобиль марки «...» государственный регистрационный знак ... хранящийся у подсудимого ФИО1, одежда потерпевшего ЕДВ переданная на хранение потерпевшей ЕЮВ. - надлежит разрешить собственникам к распоряжению. Соскобы ЛКП с автомобиля «...» и фрагмент наружного зеркала заднего вида - по вступлении приговора в законную силу уничтожить.

Учитывая поведение подсудимого в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, суд принимает решение об оставлении осуждённому ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на период до вступления приговора в законную силу.

Руководствуясь ст. ст. 299, 302-304, 307, 308 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ и назначить наказание в виде двух лет лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении и с лишением права заниматься определённой деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок два года. 

Зачесть в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время следования осуждённого к месту отбывания наказания, в соответствие с предписанием. Исполнение приговора о направлении ФИО1 в колонию-поселение возлагается на территориальный орган уголовно-исполнительной системы (УФСИН России по Забайкальскому краю), расположенный по адресу: 

<

...>.

К месту отбывания наказания осуждённому ФИО1 следовать за счёт государства самостоятельно.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении осуждённому оставить без изменения. 

Уведомить Управление ГИБДД по Забайкальскому краю о лишении ФИО1 права заиматься определённой деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, для изъятия водительского удостоверения у осуждённого. Копию приговора направить в управление ГИБДД Забайкальского края для исполнения приговора суда в части дополнительного наказания. 

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: автомобиль марки «...» государственный регистрационный знак ... хранящийся у подсудимого ФИО1, одежда потерпевшего ЕДВ переданная на хранение потерпевшей ЕЮВ разрешаются собственникам к распоряжению; соскобы ЛКП с автомобиля «...», хранящийся при уголовном деле и фрагмент наружного зеркала заднего вида, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств УМВД России по ...) - по вступлении приговора в законную силу уничтожить.

Исковые требования потерпевшей ЕЮВ Удовлетворить полностью: взыскать с ФИО1 в пользу ЕЮВ 1000000 (один миллион) рублей в качестве компенсации морального вреда, причинённого последствиями преступных действий подсудимого. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд в течение 10 суток со дня вынесения путём подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления в Железнодорожный районный суд г. Читы. 

В тот же срок осужденный вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем надлежит указать в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы и представления, принесенные другими участниками уголовного процесса. 

В случае подачи жалобы осужденный вправе поручать осуществление своей защиты в апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника. 

В течение трех суток со дня вынесения приговора осужденный и все заинтересованные по делу лица вправе обратиться с заявлением об ознакомлении их с протоколом судебного заседания, а ознакомившись в течение пяти суток с протоколом, последующие трое суток подать на него свои замечания. 

Судья М.В. Кучерова.

Приговор изменен определением Забайкальского краевого суда от 30.10.2019 года.