Дело № 2-1075/2025 

УИД 03RS0003-01-2025-000389-06

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 августа 2025 года г. Нефтекамск РБ

Нефтекамский городской суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Валеевой Р.М., 

при секретаре судебного заседания Зиятдиновой А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску 

ФИО1 к ФИО2, АО «СОГАЗ» о признании утратившим право на компенсационные выплаты и льготы, положенные членам семьи погибшего военнослужащего, признании фактически воспитавшим и содержащим более 5 лет до наступления совершеннолетия

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, АО «СОГАЗ» о признании утратившим право на компенсационные выплаты и льготы, положенные членам семьи погибшего военнослужащего, признании фактически воспитавшим и содержащим более 5 лет до наступления совершеннолетия.

В обоснование требований указано на то, что ФИО1 и ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ состояли в зарегистрированном браке.

До вступления в брак у супруги был несовершеннолетний ребенок от первого брака – ФИО29 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО30, находясь при исполнении воинских обязанностей при выполнении задач специальной военной операции по защите Донецкой и Луганской республик, погиб. 

После смерти ФИО31 право на получение единовременного пособия (единовременной материальной помощи) и право на страховые выплаты семьям, военнослужащих, погибших при выполнении задач в ходе специальной военной операции, принадлежит: ответчику (как родителю погибшего военнослужащего), несовершеннолетним детям – ФИО32 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО33 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

По мнению ФИО1, у ответчика ФИО2 право на получение единовременного пособия (единовременной материальной помощи) и право на страховые выплаты семьям, военнослужащих, погибших при выполнении задач в ходе специальной военной операции, отсутствует, поскольку он, как отец ребенка, воспитанием и содержанием сына ФИО34 не занимался, не интересовался судьбой своего сына, не принимал мер к его физическому, духовному и нравственному развитию, уклонялся от материального содержания сына. 

Ссылаясь на приведенные обстоятельства, с учетом уточненного искового заявления, ФИО1 полагает, что имеются правовые основания для лишения ответчика ФИО2 права на получение единовременного пособия и страховой выплаты в связи с гибелью при исполнении обязанностей военнослужащего ФИО35.

В этой связи, обращаясь в суд с иском, ФИО1 просит: 

- лишить ФИО2 права на получение льгот, мер социальной поддержки, привилегий, причитающейся членам семьи погибшего военнослужащего ФИО36; 

- лишить ФИО2 права на получение выплаты пособий, единовременной выплаты, права на страховую сумму, предусмотренные федеральными и региональными нормативными актами, права на региональную единовременную денежную выплату, предназначавшиеся ему в связи с гибелью при исполнении обязанностей военнослужащего ФИО37;

- лишить ФИО2 права на получение двойной пенсии, а также доплаты к пенсии, предусмотренные федеральными и региональными нормативными актами, предназначавшиеся ему в связи с гибелью при исполнении обязанностей военнослужащего ФИО38;

- признать себя фактически воспитавшим и содержащим ФИО39 более 5 лет до наступления его совершеннолетия.

В судебном заседании ФИО1, его представитель ФИО4 уточненные исковые требования поддержали.

В судебном заседании ответчик ФИО2 исковые требования не признал, ссылаясь на несоответствие действительности изложенных в иске обстоятельств. ФИО2 суду пояснил, что несмотря на раздельное проживание с ДД.ММ.ГГГГ, он постоянно общался с сыном. Поскольку развод был болезненным, в частности, он решил, что необходимо соблюдать дистанцию во взаимоотношениях с бывшей супругой. В целях минимизации психологической травмы и видя как сын боится обидеть родителей, ФИО2 и несовершеннолетний ФИО40. общались по выходным дням. Впоследствии на школьные мероприятия отец не приходил, чтобы избежать конфликтов с ФИО1 Но общался с сыном во внеурочное время, ФИО41 приходил к ответчику на работу, в выходные дни был у отца дома в гостях (но с ночевкой не оставался), был знаком с друзьями отца. ФИО2 сообщил, что оказывал материальную помощь на добровольной основе, расписки при этом не брал; в период трудовой деятельности с заработной платы ответчика производились удержания в счет оплаты алиментов. Покупал вещи сыну. После окончания учебы ФИО42 приезжал в 

<

адрес>, они общались. Впоследствии ФИО44 сообщил отцу, что в его отношении возбуждено уголовное дело по причине незаконной рубке и повреждения лесных насаждений. Сын рассказывал отцу о желании построить дом. С его слов фундамент был залит. Необходимо было приобрести бревна. О том, что нельзя рубить лес в этом месте, он не знал. После предъявления обвинения им было принято решение проходить военную службу. 

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом. Из материалов гражданского дела следует, что предприняты все необходимые меры для своевременного извещения не явившихся участников процесса, в этой связи суд в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил, рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса. 

Изучив и оценив материалы дела, в пределах заявленных исковых требований, возражений на них и представленных доказательств, выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав заключение прокурора Камалетдиновой Г.Ф. о необоснованности исковых требований суд приходит к следующему выводу. 

Согласно п. 2 ст. 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (п. 1 ст. 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации».

Исходя из положений ст. 1 Федерального закона № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся и военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена. 

В случае смерти (гибели) застрахованного лица выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются, в том числе, родители (усыновители) застрахованного лица (абз. 3 п. 3 ст. 2 Федерального закона № 52-ФЗ). 

В ст. 4 Федерального закона № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования военнослужащих и приравненных к ним лиц, среди них гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов. 

В ст. 5 Федерального закона № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям. 

Так, согласно абз. 2 п. 2 ст. 5 указанного закона, в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, выгодоприобретателям в равных долях выплачивается сумма в размере 2 000 000 руб. 

Размер указанных сумм ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абз. 9 п. 2 ст. 5 Федерального закона № 52-ФЗ). 

Федеральным законом от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих. 

В случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных им при исполнении обязанностей военной службы, до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3000000 рублей (ч. 8 ст. 3 Федерального закона № 306-ФЗ). 

В соответствии с положениями ч. 9 ст. 3 Федерального закона № 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация. 

Согласно п. 2 ч. 11 ст. 3 указанного закона членами семьи военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы, имеющими право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности считаются, в том числе, родители военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, или инвалида вследствие военной травмы. 

Кроме того, Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», Указом Президента Российской Федерации от 25 июля 2006 года № 765 «О единовременном поощрении лиц, проходящих (проходивших) федеральную государственную службу» и Приказом Министра обороны Российской Федерации от 06 декабря 2019 года № 727 «Об определении Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат» (Зарегистрировано в Минюсте России 15 января 2020 года № 57168) также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих. 

Так, в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. При этом учитывается единовременная выплата, осуществленная в соответствии с подпунктом «б» настоящего пункта. 

Категории членов семей определяются в соответствии с ч. 1.2 ст. 12 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и ч. 11 ст. 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат». При отсутствии членов семей единовременная выплата осуществляется в равных долях полнородным и неполнородным братьям и сестрам указанных военнослужащих и лиц (пункт «а» Указа Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98). 

Выплата единовременного поощрения лицу, проходящему (проходившему) федеральную государственную службу, осуществляется государственным органом, представившим его к поощрению или награждению, в месячный срок со дня издания правового акта Российской Федерации о поощрении или награждении данного лица. В случае гибели (смерти) лица, проходящего (проходившего) федеральную государственную службу, поощренного Президентом Российской Федерации, Правительством Российской Федерации или награжденного государственной наградой Российской Федерации, а также в случае награждения лица, проходившего федеральную государственную службу, государственной наградой Российской Федерации посмертно выплата единовременного поощрения производится членам семей этих лиц в соответствии с федеральными законами (п. 3.1 п. 3 Указа Президента Российской Федерации от 25 июля 2006 года № 765). 

В случае гибели (смерти) военнослужащего причитающиеся и не полученные им ко дню гибели (смерти) оклад денежного содержания и ежемесячные дополнительные выплаты полностью за весь месяц, в котором военнослужащий погиб (умер), выплачиваются супруге (супругу), при ее (его) отсутствии - проживающим совместно с ним совершеннолетним детям, законным представителям (опекунам, попечителям) либо усыновителям несовершеннолетних детей (инвалидов с детства - независимо от возраста) и лицам, находящимся на иждивении военнослужащего, в равных долях или родителям в равных долях, если военнослужащий не состоял в браке и не имел детей (пункт 125 Приказа Министра обороны Российской Федерации от 06 декабря 2019 года № 727). 

Военная служба, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья. 

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы. 

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произволен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности. 

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (часть 1 статьи 25 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ), и страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (часть 3 статьи 2, статья 4 и часть 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ). 

К элементам публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего в связи с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, относятся и такие меры социальной поддержки, как единовременное денежное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ. 

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание. 

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества. 

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями прав, приобретаемых на основании закона, указанный в нормативных правовых актах, в данном случае в статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ и в статье 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ, круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, среди которых родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей. 

При этом законодатель исходит из права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя по воспитанию и содержанию ребенка. 

Следовательно, избранный истцом способ защиты нарушенного права - лишение одного из родителей права на получение единовременной выплаты и страховой суммы в связи с гибелью (смертью) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, признается законным. Сам по себе факт не лишения отца ребенка родительских прав не препятствует заинтересованному лицу в реализации права на судебную защиту его прав и свобод согласно статье 46 Конституции Российской Федерации. 

Лишение права на получение вышеуказанных мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей. 

Согласно абз. 2 ст. 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов. 

Пунктом 1 ст. 71 СК РФ предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (ст. 87 Кодекса), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей. 

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в ст. 69 СК РФ, перечень которых является исчерпывающим (абз. 1 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44). 

Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. 

Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка. 

Из приведенных положений семейного законодательства, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей. 

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанных на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя. 

Ввиду изложенного, а также с учетом требований добросовестности, разумности и справедливости, общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка. 

Судом установлено, что родителями ФИО45 ДД.ММ.ГГГГ года рождения являются – ФИО2 (ответчик) и ФИО48 (мать, умерла ДД.ММ.ГГГГ). Стороны состояли в браке до ДД.ММ.ГГГГ.

После расторжения брака ФИО49 остался проживать с матерью ФИО50 Мать с сыном проживали по адресу: 

<

адрес>

В последующим ФИО51. вступила в брак с ФИО1 (истцом), что подтверждается запись акта о заключении брака № 

<

данные изъяты>

После регистрации брака, ФИО53 вместе с несовершеннолетним сыном ФИО54 переехали в 

<

адрес> и стали проживать по адресу: 

<

адрес>

ФИО55 учился в муниципальном бюджетном общеобразовательном учреждении «Начальная общеобразовательная школа д. Редкино» муниципального района Краснокамский район Республики Башкортостан. В настоящее время данное образовательное учреждение ликвидировано, в связи с чем, розыск личного дела ФИО56 положительного результата не дал. 

По запросу суда из сельского поселения Куяновский сельсовет муниципального района Краснокамский район Республики Башкортостан получена характеристика на ФИО57. Из данного документа следует, что после завершения школы ФИО58. получил профессиональное образование в Уфимском колледже предпринимательства и права по специальности юрист.

Из представленных суду данных, отец несовершеннолетнего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения работал в ПАО «Нефаз» с ДД.ММ.ГГГГ года. За период с февраля 1990 ДД.ММ.ГГГГ года с ФИО2 производились удержания с заработной платы в счет уплаты алиментов. Общая сумма удержаний за указанный период составила 5 686 069 рублей 54 копейки.

Материалы исполнительного производства, в отделении судебных приставов по г. Нефтекамску и Краснокамскому району ГУФССП России по Республике Башкортостан не сохранились, в связи с уничтожением за истечением срока хранения. 

Поскольку материалы исполнительных производств уничтожены за истечением срока хранения, сведения об уплате алиментов были представлены работодателем ФИО2

В целях определения взаимоотношений отца с сыном судом были допрошены свидетели, исследованы фотоматериалы, представленные обеими сторонами. 

Анализ свидетельских показаний иллюстрирует следующее. 

Свидетели со стороны истца, каждый из которых был предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст.ст. 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации, дали следующие показания. 

Свидетель ФИО5 суду пояснил, что является соседом ФИО1 На сегодняшний день ФИО1 проживает один. Ранее проживал вместе с женой и двумя детьми – ФИО61 и ФИО62. Где на сегодняшний день находится жена пояснить не может. Дочь вместе с ним не живет.

Свидетель ФИО6 суду пояснил, что живет вместе с ФИО1 в одном селе. Сейчас ФИО1 проживает один, ему по хозяйству помогает какая-то женщина. Дочь вместе с ним не живет. У ФИО63 есть несовершеннолетние дети, однако они сейчас находятся под опекой и живут отдельно. Кто именно является опекуном этих детей ему неизвестно.

Свидетели со стороны ответчика, каждый из которых был предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст.ст. 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации, дали следующие показания. 

Свидетель ФИО7 (супруга ФИО2) в судебном заседании пояснила, что познакомилась с ФИО64 в начале ДД.ММ.ГГГГ. На тот момент он жил вместе с матерью в 

<

адрес>. Каждые выходные они с супругом забирали несовершеннолетнего ребенка, проводили с ним время, покупали одежду, обувь, посещали развлекательные и культурные места. Потом его мать вышла замуж и они переехали в 

<

адрес>. После переезда, отец не переставал общаться с ним. После того, как ФИО65 закончил школу, он поступил в колледж. После завершения обучения, у ФИО66 были проблемы с работой, он не мог определиться с видом деятельности, устроиться на работу. Понимая ситуацию, отец ФИО2 устроил его на работу, дал возможность работать. Общение между ними было положительным. По существу спора, ФИО7 полагала, что каждый из родителей должен сам сделать для себя выводы и уступки друг по отношению другу. Мать ФИО67 умерла, о роли отчима в его жизни пояснить не может, поскольку неоднократно слышала о том, что ФИО1 может злоупотреблять спиртными напитками, в связи с чем ребенка передавали старшей сестре матери ФИО68 – ФИО69. Относительно выплат, причитающихся семьям погибшего военнослужащего, ФИО7 пояснила, что ее супругом получена региональная единовременная выплата; доли были распределены на всех членов семьи, в том числе и на несовершеннолетних детей ФИО70

Свидетель ФИО8 (сестра умершей ФИО71.) суду пояснила, что после прекращения брачных отношений ее сестры ФИО72 и ФИО2, общение сына и отца не прекращалось. После развода ФИО73 с сыном ФИО74 жили в общежитии в 

<

адрес>. В последующем она вышла замуж за ФИО1 и уехала в соседний 

<

адрес> После переезда, отец ребенка всегда интересовался жизнью и здоровьем ребенка. В семье З-вых были непростые отношения. ФИО1 часто злоупотреблял спиртными напитками. В эти периоды, ФИО75 передавали ей. Ее сестра ФИО76 умерла на улице, потому что ФИО1 ее выгнал из их общего дома. ФИО2 всегда работал, у него была очень хорошая заработная плата. При жизни сама сестра говорила, что фактически они живут на алименты бывшего мужа. Сам ФИО1 устроился на работу, только после того как его бывшая жена подала в суд на взыскание алиментов. Его заработной платы не хватило бы содержать семью, если бы не поддержка самого ФИО2

Из сведений Отдела МВД России по г. Нефтекамску следует, что ФИО1 привлекался к административной ответственности по статье 20.20 ч. 2 КоАП РФ (потребление (распитие) алкогольной продукции в запрещенных местах либо потребление наркотических средств или психотропных веществ, новых потенциально опасных психоактивных веществ или одурманивающих веществ в общественных местах) (ДД.ММ.ГГГГ), по статье 20.21 КоАП РФ (появление в общественных местах в состоянии опьянения) от ДД.ММ.ГГГГ, по статье 20.6.1 ч. 1 (Невыполнение правил поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения) (ДД.ММ.ГГГГ).

Лишение права на получение вышеуказанных мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. 

Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года) возлагает на родителя (родителей) или других лиц, воспитывающих ребенка, основную ответственность за обеспечение в пределах своих способностей и финансовых возможностей условий жизни, необходимых для его развития (п. 1 ст. 18, п. 2 ст. 27). 

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (ч. 2 ст. 38 Конституции Российской Федерации). 

Из приведенных положений семейного законодательства в их взаимосвязи с нормативными предписаниями Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Конвенции о правах ребенка, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основными обязанностями родителей в семье являются воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данные обязанности должны выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Ввиду изложенного лишение права на получение мер социальной поддержки в виде единовременного пособия и страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав, в том числе в случае злостного уклонения родителя от выполнения своих обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка. 

Лишение родительских прав является крайней мерой ответственности родителей, которая применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в ст. 69 Семейного кодекса Российской Федерации, перечень которых является исчерпывающим (абз. 1 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 ноября 2017 года № 44). 

С учетом характера спорных правоотношений, заявленный исковых требований и возражений ответчика в данном случае юридически значимыми для правильного разрешения спора являлись следующие обстоятельства: принимал ли ответчик какое-либо участие в воспитании сына, оказывал ли ему моральную, физическую, духовную поддержку, содержал ли сына материально, включая уплату алиментов на его содержание, предпринимал ли какие-либо меры для создания сыну условий жизни, необходимых для его развития, имелись ли между отцом и сыном фактические семейные и родственные связи. 

Устанавливая названные обстоятельства, суд обращает внимание на то, что в материалы дела в подтверждение тесной связи отца с сыном представлены фотографии сына ФИО77 как в младшем, затем в юношеском возрасте, так и во взрослом возрасте с отцом. Подлинность данных фотографий, сличенных с оригиналами, сомнению не подвергалась и была подтверждена также в ходе допроса свидетелей. 

В этой связи, дав оценку имеющимся в деле доказательствам и разрешая настоящий спор, суд первой инстанции приходит к выводу о том, что доводы истца о том, что ответчик ФИО2 никакого участия в воспитании сына ФИО78 не принимал, не оказывал ему моральную, физическую поддержку, не содержал сына материально, являются безосновательными. 

В ходе судебного разбирательства было установлено, что на момент достижения ФИО79 7-летнего возраста у его родителей – ФИО2 и ФИО80. были сложные неприязненные отношения. Данный факт стороны не оспаривали. 

С учетом объяснений самих сторон, в большей степени с учетом объяснений сестры умершей матери ФИО81, свидетельских показаний обеих сторон, суд считает, что на фоне возникшего при расторжении брака конфликта и личной неприязни родителей отец и сын реализовывали свое право общение без вовлечения в него истца ФИО1 ФИО82 после расторжения брака родителей и раздельного проживания с отцом не терял тесной родственной связи с ним, общался с ним, общался с родственниками по линии отца. 

Как было указано выше, ФИО1 в судебном заседании не отрицал, что возможно сын общался с отцом, но ему об их встречах ничего не говорил. 

Наряду с этим, истец суду пояснил, что такая форма общения отца с сыном не является надлежащим исполнением родительских обязанностей, поскольку отец и сын должны общаться каждый день, а не периодически. 

Вместе с тем, суд, оценивая данную позицию истца, полагает, что встречи ребенка с отцом, проживающим отдельно от него, при раздельном проживании родителей, каждый день (как полагает истец), является недопустимым форматом опеки, поскольку ведет к формированию у ребенка двойственного восприятия реальности, навыков манипулирования и лишает ребенка чувств настоящего дома. По мнению суда, ребенок не может жить на два дома, приспосабливаться к двум разным бытовым укладам. 

Соответственно, анализ взаимоотношений сторон, позволяет сделать вывод о том, что ФИО2 принимал участие в воспитании сына, оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку. 

Оснований полагать, что со стороны ФИО2 полностью отсутствовала материальная помощь в содержании сына ФИО83, не имеется, поскольку виновное поведение в неуплате алиментов не установлено. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что правовых и фактических оснований для констатации факта ненадлежащего исполнения ФИО2 родительских обязанностей и лишения его родительских прав в отношении ФИО84 (в ретроспективном значении), недостаточно. 

Признав необоснованными доводы истца о том, что между ответчиком ФИО2 и сыном ФИО85 фактические семейные и родственные связи отсутствовали, а также учитывая положительные сведения о личности ответчика, тот факт, что он не скрывался, имел доходы от трудовой деятельности, которые были известны органам принудительного исполнения, отсутствие сведений о его привлечении к административной и уголовной ответственности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований и лишения ответчика выплат, причитающихся членам семьи погибшего военнослужащего. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО87 погиб в ходе специальной военной операции по защите Донецкой и Луганской республик. 

Смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы, что подтверждается материалами дела. 

В соответствии с Законом Республики Башкортостан от 30 марта 2022 года № 538-з «О дополнительной мере социальной поддержки членов семей погибших (умерших) военнослужащих, лиц, проходивших службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации» членам семей погибших (умерших) военнослужащих, принимавших участие в специальной военной операции, проводимой на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины с 24 февраля 2022 года, на территориях Запорожской и Херсонской областей с 30 сентября 2022 года, предусмотрено предоставление дополнительной меры социальной поддержки. 

Дополнительная мера социальной поддержки предоставляется в форме единовременной материальной помощи, размер которой составляет 2 млн.руб., в равных долях каждому члену семьи погибшего (умершего) военнослужащего, сотрудника (ст.ст. 2, 3 названного Закона). 

К членам семьи погибшего военнослужащего относятся: супруг (супруга), родители (усыновители), дедушка и (или) бабушка военнослужащего, сотрудника при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей; отчим и (или) мачеха военнослужащего, сотрудника при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет; несовершеннолетние дети военнослужащего, сотрудника, дети военнослужащего, сотрудника старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, а также дети военнослужащего, сотрудника в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях. 

Согласно информации Министерства семьи, труда и социальной защиты Республики Башкортостан, для назначения единовременной материальной выплаты в связи с гибелью ФИО88, умершего при выполнении задач в ходе специальной военной операции, обратились следующие лица (члены семьи): отец ФИО2, несовершеннолетние дети погибшего – ФИО89 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО90, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>.

Таким образом, каждому члену семьи погибшего военнослужащего выплачена региональная единовременная материальная помощь. 

По сведениям АО «СОГАЗ» с заявлениями по факту гибели военнослужащего о выплате страховой суммы и единовременных пособий обратились: отец ФИО2, законный представитель несовершеннолетних детей ФИО92., ФИО93. – ФИО9 Выплаты произведены по ? доли страховой выплаты.

Несмотря на то, что права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя, суд приходит к выводу, что установленных законом оснований для лишения ФИО2 прав родителя ФИО94, не имеется. 

Ссылки истца на судебную практику подлежат отклонению, так как в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства с учетом представленных доказательств.

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», вступившим в силу с 11 августа 2020 г., к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Категории членов семей, имеющие право на получение выплат в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», к числу которых отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия.

Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 22 ноября 2013 г. N 25-П выражена позиция, согласно которой любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в силу которых такие различия допустимы, если они объективно оправданы, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им; из конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности вытекает обращенный к законодателю запрет вводить различия в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2017 г. N 29-П указано, что федеральный законодатель не освобождается от обязанности соблюдать конституционные принципы равенства и справедливости, поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые, помимо прочего, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, требуют для субъектов права при равных условиях равного положения, означают запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (постановления от 24 мая 2001 г. N 8-П, от 5 апреля 2007 г. N 5-П, от 3 февраля 2010 г. N 3-П, от 27 февраля 2012 г. N 3-П, от 15 октября 2012 г. N 21-П и др.).

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, в том числе военнослужащим, принимавшим участие в специальной военной операции, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы.

Таким образом, исходя из содержания вышеприведенных норм и позиций Конституционного Суда РФ следует, что лица, фактически воспитывавшие и содержавшие военнослужащего (погибшего при выполнении обязанностей военной службы), имеют право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи при условии, если такие лица воспитывали и содержали будущего военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

Отчиму ФИО1 выплаты в соответствии с частью 8 ст. 3 Федерального закона от 07.11.2011 г. N 306-ФЗ не произведены до вступления решения суда в законную силу.

В обоснование иска, истец ФИО1 указывает, что он как фактический воспитатель военнослужащего ФИО95., имеет право на соответствующие выплаты в связи с его смертью.

В материалы дела представлена справка от ДД.ММ.ГГГГ выданная администрацией сельского поселения Куяновский сельсовет муниципального района Краснокамский район Республики Башкортостан из которой следует, что истец ФИО10 с ДД.ММ.ГГГГ постоянно проживал по адресу: 

<

адрес> в составе семьи: супруга ФИО3, зарегистрирована по данному адресу с ДД.ММ.ГГГГ. Общая площадь дома составляет 47, 6 кв.м.

Из архивной справки администрации муниципального района от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ФИО98. с ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован по адресу: 

<

адрес>.

Согласно сведениям администрации Куяновского сельсовета муниципального района Республика Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что совместно с ФИО97. ко дню смерти по данному адресу никто не был зарегистрирован.

В этой связи доводы истца о том, что он с ДД.ММ.ГГГГ проживал совместно с ФИО96., вел с ним общее хозяйство, воспитывал и содержал несовершеннолетнего, судом не принимаются ввиду их несостоятельности.

Во время учебы в Уфимском колледже предпринимательства и права, с момента зачисления в учебное заведение проживал в общежитии.

Во время учебы в Уфимском колледже предпринимательства и права ФИО99. достиг совершеннолетнего возраста.

Каких-либо доказательств того, что ФИО1 отправлял ФИО100. до достижения им возраста 18 лет, денежные средства на его содержание и проживание суду не предоставлены.

Из вышеуказанного следует, что с момента поступления ФИО101 в Уфимском колледже предпринимательства и права ФИО1 фактически воспитанием и содержанием ФИО102. не занимался.

А значит, отсутствует необходимое условие для признания его фактически воспитывавшим и содержавшим ФИО103. - в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению.

Предоставленные фотографии, на которых отмечаются семейные праздники, выезды на природу, мероприятия и т.д., также не принимаются судом, так как на них отсутствует дата их изготовления.

Разрешая исковые требования истца к АО «СОГАЗ» и отказывая в их удовлетворении, суд исходит из того, что в силу характера спорных отношений, указанная организация не является надлежащим ответчиком по делу ввиду того, что является только органом наделенным правом осуществлять соответствующие выплаты.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, АО «СОГАЗ» о признании утратившим право на компенсационные выплаты и льготы, положенные членам семьи погибшего военнослужащего, признании фактически воспитавшим и содержащим более 5 лет до наступления совершеннолетия отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Нефтекамский городской суд Республики Башкортостан.

Председательствующий Р.М. Валеева

Мотивированное решение составлено 08 августа 2025 года.