Дело № 2-100/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июня 2018 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

Председательствующего судьи Майданкиной Т.Н.

При секретаре судебного заседания Барковской А.Г., 

С участием представителя истца – ФИО1, ответчика – ФИО2, представителя ответчиков – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО5 к ФИО6, ФИО2 о признании договора дарения недвижимого имущества незаключенным, исключении записи из ЕГРН, -

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, действуя в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО5 обратилась в Благовещенский городской суд с настоящим исковым заявлением. Как следует из изложенных в иске обстоятельств, устных пояснений представителя истца в судебном заседании, 07.04.2014 года семье истца в составе: ФИО6, ФИО4, ФИО7 и ФИО5 по договору социального найма было предоставлено жилое помещение по адресу: ***. Нанимателем в договоре указан ответчик – ФИО6, ФИО4 и ФИО5 - в качестве членов семьи нанимателя. 16.02.2015 года ФИО6 и ФИО5 приватизировали вышеуказанную квартиру в общую долевую собственность (по 1/2 доле). ФИО4 и ФИО7 отказались от приватизации квартиры в пользу указанных лиц. Поскольку ответчики препятствовали ФИО4, ФИО5 и ФИО8 вселению и проживанию в вышеуказанном жилом помещении, последние обратились в суд с требованиями о признании права пользования спорным жилым помещением, вселении и определении порядка пользования квартирой. Решением Благовещенского городского суда от 17.07.2016 года указанные исковые требования были удовлетворены. В ходе рассмотрения указанного гражданского дела, стороной ответчика был представлен договор дарения доли в квартире, согласно которому, 15.03.2016 года ФИО6 подарил ФИО2 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: ***. Полагает, что указанный договор дарения является недействительной сделкой, поскольку при заключении данного договора, в нем не было указано существенное условие о лицах, бессрочно сохраняющих право пользования квартирой, то есть ФИО4 и ФИО8 Кроме того, дарением доли в квартире были нарушены права несовершеннолетней ФИО5, которая является собственником 1/2 доли, поскольку в нарушение ч. 4 ст. 292 ГК РФ, согласие на дарение доли в квартире ФИО6 от органов опеки и попечительства получено не было.

На основании изложенного, просят признать договор дарения 1/2 доли квартиры № *** в доме № *** по ул. *** г. Благовещенска Амурской области от 15.03.2016 года незаключенным; погасить в ЕГРН запись № 28-28/001-28/301/010/2016-446/2 от 18.03.2016 года о регистрации права ФИО2 на 1/2 долю в праве на указанное жилое помещение.

В судебном заседании представитель истца на иске настаивал в полном объеме, поддержав изложенные в заявлении доводы. Дополнительно пояснил, что в договоре не указано существенное условие, в связи с чем, он является незаключенным, а так же, указал, что ФИО4 в указанном жилом помещении не зарегистрирована.

Ответчик ФИО2, представитель ответчиков ФИО6, ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, поддержали доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, из которых следует, что для сделок дарения недвижимости требуется соблюдение следующих условий (п. 3 ст. 574 ГК РФ): письменный договор; регистрация перехода права в Росреестре; основное требование к совершению дарения – наличие собственности у дарителя на имущество. ФИО6, являясь собственником 1/2 доли в спорной квартире, подарил указанную долю своей супруге ФИО2, реализовав свои права, предусмотренные ст. 209 ГК РФ. ФИО2 зарегистрировала за собой право собственности на вышеуказанное недвижимое имущество. Считают, что ФИО6, являясь участником долевой собственности на квартиру, был вправе по своему усмотрению подарить свою долю, при этом, при безвозмездном отчуждении своей доли, находящейся в долевой собственности, согласие других собственников не требовалось. Для договора дарения единственным существенным условием является указание в договоре предмета дарения (наименование вещи, объекта недвижимости), передаваемого в собственность одаряемому. Предметом сделки является доля в имуществе, а потому отсутствие указаний, какая именно часть недвижимого имущества (дома) передана в дар, и является ли эта часть изолированным жилым помещением, не может быть основанием для признания договора незаключенным. Законность договора подтверждена государственной регистрацией сделки. На основании изложенного, полагают, что предмет договора сторонами определен, в связи с чем, оснований для признания договора незаключенным не имеется. Также, считают, что права несовершеннолетней ФИО5 не были нарушены, поскольку на ее 1/2 доли в спорной квартире никто не претендует. Кроме того, указали, что отсутствие в договоре дарения условия о сохранении за ФИО4 права проживания или пользования жилым помещением, не влечет признание договора дарения незаключенным. Просят в требованиях отказать в полном объеме.

Будучи извещенным о времени и месте судебного заседания, в суд не явились: истец, ответчик ФИО6, обеспечившие явку в судебное заседание своих представителей, третье лицо – ФИО8, представитель Управления Росреестра по Амурской области, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом. В силу ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав пояснения участвующих в деле лиц, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд пришел к следующим выводам.

Из представленных доказательств усматривается, что 07.04.2014 года между ФГКУ «Пограничное управление ФСБ России по Амурской области» (наймодатель) и ФИО6 (наниматель) заключен договор социального найма № 16/2-97 на жилое помещение, состоящее из 3-х комнат, общей площадью 78.3 кв.м. по адресу: ***.

Из п. 3 договора следует, что совместно с нанимателем в жилое помещение вселяются члены семьи: ФИО4 (жена), ФИО8 (сын, *** года рождения), ФИО5 (дочь, *** года рождения).

16.02.2016 года между ФГКУ «Пограничное управление ФСБ России по Амурской области» и ФИО6, ФИО5 заключен договор № 150 на безвозмездную передачу квартиры в собственность граждан, на основании, которого, за ФИО5 и ФИО6 зарегистрировано право общей долевой собственности (по 1/2 доле) в спорной квартире, что подтверждается материалами регистрационного дела на объект недвижимости – квартиру № ***, расположенную по адресу: ***

ФИО4 и ФИО8 отказались от участия в приватизации этой квартиры в пользу ФИО6 и ФИО5, что заверено нотариально 28.07.2014 года и 28.01.2015 года.

Согласно договору дарения от 15.03.2016 года ФИО6 подарил ФИО2 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, общей площадью 78,3 кв.м., этаж 5, расположенную по адресу: ***

Право собственности ответчика ФИО2 на вышеуказанный объект недвижимого имущества зарегистрировано в установленном законом порядке Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Амурской области, что подтверждается выпиской из единого государственного реестра недвижимости.

Из материалов дела также следует, что решением Благовещенского городского суда от 15.12.2017 года, вступившим в законную силу на основании определения судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 13.04.2018 года, в удовлетворении исковых требований ФИО4, действующей за себя и несовершеннолетнюю ФИО5 к ФИО6, ФИО2 о признании права пользования жилым помещением, вселении, определении порядка пользования отказано. ФИО4 признана утратившей право пользования жилым помещением – квартирой № *** дома №*** по ул. *** в г. Благовещенске. За ФИО8 признано право пользования жилым помещение квартирой № *** дома №*** по ул. *** в г. Благовещенске. Данным решением Благовещенского городского суда также установлено, что несовершеннолетняя ФИО5, родителями которой является ФИО6, ФИО4, постоянно проживает по адресу: ***, посещает образовательную школу с. ***.

Согласно п. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2010 N 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Ч. "пункт 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 38 (часть 2), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование - по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, - не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 3 Постановления от 08.06.2010 N 13-П указал на то, что забота о детях, их воспитание как обязанность родителей, по смыслу статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.

В силу статей 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и, во всяком случае, их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями - вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации - их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статей 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть 2) (абзац первый пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2010 N 13-П).

По смыслу статей 17 (часть 3), 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 35 (часть 2), при отчуждении собственником жилого помещения, в котором проживает его несовершеннолетний ребенок, должен соблюдаться баланс их прав и законных интересов. Нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов при наличии спора о праве в конечном счете, по смыслу статей 46 и 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 38 (часть 2) и 4 - (часть 1), должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или правовосстановительных механизмов, понудить родителя - собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем, и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов (абзац третий пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2010 N 13-П).

Согласно пункту 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

Защита прав и интересов детей возлагается на их родителей (п. 1 статьи 64 СК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 65 Семейного кодекса Российской Федерации обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

В силу ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

С учетом приведенных выше требований материального закона и правовых позиций, изложенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П, по данному делу юридически значимым для правильного разрешения исковых требований ФИО4 является выяснение вопроса о соблюдении ФИО6 при совершении сделки по отчуждению доли в праве собственности на жилое помещение жилищных и иных прав несовершеннолетних детей, зарегистрированных и постоянно проживающих в спорном жилом помещении.

Обратившись в суд с требованием о признании договора дарения доли квартиры незаключенным, истец ФИО4, действующая в интересах несовершеннолетней ФИО5, в обоснование иска указала на то, что указанный договор не содержит условие о лицах, бессрочно сохраняющих право пользования квартирой, которое является существенным, в связи с чем, в соответствии со ст.ст. 432, 558 ГК РФ полагает договор незаключенным. Кроме того, дарением доли в квартире были нарушены права несовершеннолетней ФИО5, которая является собственником 1/2 доли, поскольку в нарушение ч. 4 ст. 292 ГК РФ, согласие на дарение доли в квартире ФИО6 от органов опеки и попечительства получено не было. Истец полагает, что ФИО6 при совершении сделки действовал намеренно с целью лишить ФИО5 возможности пользоваться квартирой.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (часть 1 статьи 572 ГК РФ).

В силу ч. 3 ст. 574 ГК РФ, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно п. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В соответствии с частями 2 и 4 ст. 69 ЖК РФ (до 1 марта 2005 года - ст. 53 ЖК РСФСР) равные права с нанимателем жилого помещения по договору социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением, имеют члены семьи нанимателя и бывшие члены семьи нанимателя, продолжающие проживать в занимаемом жилом помещении.

В силу положений ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Статьей 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" установлено, что действие положений части 4 статьи 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Из разъяснений п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 N 14 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" следует, что к названным в статье 19 Вводного закона бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применен пункт 2 статьи 292 ГК РФ, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (статья 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации"), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

В соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 1 ст. 558 ГК РФ перечень лиц, сохраняющих в соответствии с законом право пользования жилым помещением после его приобретения покупателем, с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением является существенным условием договора продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых эти лица проживают.

Пункт 1 статьи 558 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывающий специфику имущественных отношений в жилищной сфере, направлен на обеспечение стабильности жилищных и имущественных отношений, а также на защиту законных интересов покупателя жилого помещения и лиц, сохраняющих право пользования этим помещением (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года N 1656-О).

Таким образом, положения п. 1 ст. 558 Гражданского кодекса Российской Федерации о необходимости указания в договоре перечня лиц, сохраняющих в силу закона право пользования жилым помещением, в первую очередь, направлены на обеспечение прав покупателя, который, приобретая жилое помещение, должен знать о всех правах третьих лиц на приобретаемое недвижимое имущество.

Для договора дарения единственным существенным условием является указание в договоре предмета дарения (наименование вещи, объекта недвижимости), передаваемого в собственность одаряемому, позволяющие идентифицировать дар.

С учетом изложенного отсутствие в договоре дарения указания лиц, сохраняющих право пользование квартирой, не влечет признание договора незаключенным, не затрагивает и не оказывает влияния на жилищные права истца, а так же несовершеннолетней ФИО5, являющейся сособственником спорного жилого помещения.

Поскольку ФИО5 является собственником 1/2 доли в праве собственности на спорную квартиру, и переход права собственности на жилое помещение не влечет прекращение ее права собственности и пользования жилым помещением, а потому отсутствие в договоре дарения указания лиц, сохраняющих право пользование квартирой, с учетом положений ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, прав и законных интересов истца не нарушает, не влечет для несовершеннолетней ФИО5 никаких правовых последствий, поскольку она как собственник 1/2 доли в праве собственности на квартиру имеет право пользования жилым помещением, а ответчик приобрела спорную 1/2 долю в квартире, обремененную правами ФИО6. Решением Благовещенского городского суда от 15 декабря 2017 года ФИО4 признана утратившей право пользования жилым помещением квартирой № *** дома № *** по ул. *** г. Благовещенск, в связи с чем её права оспариваемым договором дарения не нарушаются её права и интересы. Таким образом, ФИО4, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО5, не являясь стороной оспариваемого договора, не имеет права требовать признания его незаключенным по заявленным ей основаниям, так как наличие либо отсутствие права пользования спорным жилым помещением, его сохранение не зависит от указания об этом либо отсутствия такого указания в тексте оспариваемого договора. 

Кроме того, ФИО5 в спорном жилом помещении не проживает, решением Благовещенского городского суда от 15 декабря 2017 года установлено, что несовершеннолетняя ФИО5, родителями которой является ФИО6, ФИО4, постоянно проживает по месту жительства её матери по адресу: ***, посещает образовательную школу с. ***. Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. В связи с чем, дарение ФИО6 доли в спорном жилом помещении ФИО2, не влечет для несовершеннолетней ФИО5 никаких правовых последствий, следовательно, согласия органов опеки и попечительства на совершение указанной сделки не требовалось.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО4, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетней ФИО5 к ФИО6, ФИО2 о признании договора дарения недвижимого имущества незаключенным, исключении записи из ЕГРН - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья Т.Н. Майданкина

Решение в окончательной форме принято 18 июня 2018 года.