Дело № 1-28/2018

П Р И Г О В О Р

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 июня 2018 года г. Пласт

Пластский городской суд Челябинской области в составе: председательствующего – судьи Бодровой Е.Б.

при секретарях Родиной А.В., Бобылковой П.И., 

с участием государственных обвинителей – прокурора г. Пласта Челябинской области Уфимцева В.В., старшего помощника прокурора г. Пласта Челябинской области Агиновой Е.Н., помощника прокурора г. Пласта Челябинской области Журавлевой К.А.,

подсудимого ФИО1, 

защитника – адвоката Горбенко В.С., представившей удостоверение №

потерпевшего ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты> судимого:

26 марта 2010 года Саткинским городским судом Челябинской области по п. «г» ч. 2 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок два года шесть месяцев, с применением ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, условно, с испытательным сроком один год; постановлениями Саткинского городского суда Челябинской области от 05 июля 2010 года, 17 сентября 2010 года испытательный срок был продлен на один месяц, всего до одного года двух месяцев;

25 марта 2011 года Пластским городским судом Челябинской области (с учетом изменений, внесенных судебной коллегией по уголовным делам Челябинского областного суда 14 июня 2011 года) по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона РФ от 07 марта 2011 года № 26-ФЗ) к наказанию в виде лишения свободы на срок один год; на основании ч. 4 ст. 74 Уголовного кодекса Российской Федерации условное осуждение по приговору Саткинского городского суда Челябинской области от 26 марта 2010 года отменено; в соответствии со ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытого наказания по приговору Саткинского городского суда Челябинской области от 26 марта 2010 года окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок два года семь месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима; 

21 апреля 2011 года Металлургическим районным судом г. Челябинска по п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок один год один месяц с отбыванием наказания в колонии-поселении; в соответствии с постановлением Металлургического районного суда г. Челябинска от 08 августа 2011 года (с учетом изменений, внесенных кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Челябинского областного суда от 27 сентября 2011 года) на основании ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации путем частичного сложения назначенных наказаний по приговору Пластского городского суда Челябинской области от 25 марта 2011 года и приговору Металлургического районного суда г. Челябинска от 21 апреля 2011 года окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок два года восемь месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима; освобожденного 09 октября 2012 года из ФКУ ИК-21 на основании постановления Каслинского городского суда Челябинской области от 27 сентября 2012 года условно-досрочно на один год двадцать девять дней; 

30 апреля 2013 года Пластским городским судом Челябинской области по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 166 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок один год восемь месяцев, с применением ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, условно с испытательным сроком один год шесть месяцев; постановление Каслинского городского суда Челябинской области от 27 сентября 2012 года подлежит самостоятельному исполнению;

19 декабря 2013 года Увельским районным судом Челябинской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок один год шесть месяцев без ограничения свободы; условное осуждение по приговору Пластского городского суда Челябинской области от 30 апреля 2013 года отменено, на основании ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Пластского городского суда Челябинской области от 30 апреля 2013 года окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок два года два месяца без ограничения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

04 апреля 2014 года мировым судьей судебного участка № 1 г. Пласта Челябинской области (с учетом изменений, внесенных Пластским городским судом Челябинской области 07 июля 2014 года) по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок десять месяцев; в соответствии с ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Увельского районного суда Челябинской области от 19 декабря 2013 года окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок два года четыре месяца без ограничения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима; освобожденного 29 февраля 2016 года из исправительной колонии ЯВ-48/2 г. Челябинска по отбытии наказания, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил хищение вверенного ему Д.В.В. имущества путем растраты с причинением значительного ущерба при следующих обстоятельствах:

В один из дней в конце октября 2016 года в утреннее время ФИО1 возле дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, получил от Д.В.В. во временное пользование принадлежащий Д.В.В. самодельный трактор, который перегнал в 

<

...> Челябинской области, где у него возник преступный умысел, направленный на хищение данного трактора.

В этот же день в конце октября 2016 года ФИО1, находясь в 

<

...> Челябинской области, реализуя внезапно возникший преступный умысел, направленный на хищение трактора, принадлежащего Д.В.В., путем растраты, распорядился переданным ему потерпевшим самодельным трактором стоимостью 15000 рублей по своему усмотрению. 

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причини Д.В.В. значительный материальный ущерб в сумме 15000 рублей. 

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании признал вину частично, в содеянном раскаялся, показал, что, не до конца рассчитавшись с потерпевшим, посчитал трактор своим и продал его. Он взял у Д.В.В. самодельный трактор, который был не на ходу. Он просил у Д. трактор, так как нужно было отвезти дрова. Он также намеревался купить этот трактор. Вместе с Д. они оттолкали трактор к нему. Он его отремонтировал, поставил двигатель, который покупал у П. за 3000 рублей. Позднее он привез Д. в счет оплаты стоимости трактора 6 куб. м дров на сумму 6000 рублей. Д. говорил, что трактор дает только попользоваться. Он пообещал вернуть трактор вечером.

Он разговаривал с Д. о купле-продаже трактора. Когда потерпевший был в состоянии алкогольного опьянения, он собирался продавать трактор. Они договорились, что Д. продаст трактор за 10000 рублей. Разговор состоялся во дворе дома потерпевшего, они в тот момент были вдвоем. Позднее к нему приходила жена Д. – Д.С.И., просила не покупать трактор. Он ей ответил, что тогда Д. отдаст его на металлолом. Он возвращал Д. трактор в рабочем состоянии. Потом брал трактор второй раз. В ходе предварительного расследования он об этом следователю не говорил, поскольку такой вопрос ему не задавали. Также он привозил Д. ковш колотых дров на сумму 1000 рублей. Потерпевший по какой-то причине не принял во внимание замену двигателя, которую он произвел. 

По ходатайству государственного обвинителя Агиновой Е.Н. в судебном заседании на основании п. 1 ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с наличием существенных противоречий в части, касающейся количества раз передачи потерпевшим трактора, были оглашены показания ФИО1 данные при производстве предварительного расследования в качестве подозреваемого, а также на очной ставке с потерпевшим в присутствии защитника.

Допрошенный в качестве подозреваемого ФИО1 (т. 1, л.д. 58-61) показал, что договорился с Д. о покупке трактора за 10000 рублей. Трактор сразу же забрал себе. В качестве платы он должен был привезти одну-две телеги дров на сумму около 12000 рублей. Примерно через одну-две недели он привез телегу дров на сумму 5000 рублей. Весной 2017 года он привез три тракторных ковша колотых дров на сумму 1000 рублей. Оставшиеся 4000 рублей он Д. не отдал, так как не было возможности. В конце октября 2016 года он на тракторе Д. приехал в с. Демарино. Ему понадобились деньги на спиртное, в связи с чем он поехал к своему знакомому С.П.С. и предложил купить у него трактор за 5000 рублей. С.П.С. согласился, в тот день отдал ему одну или две тысячи рублей, а на следующий день – оставшуюся сумму. Полученные за трактор деньги он Д. не передавал, так как они понадобились ему самому. 

На очной ставке с потерпевшим Д.В.В. подозреваемый ФИО1 показал (т. 1, л.д. 63-67), что показания потерпевшего, в целом, подтверждает. Когда он взял трактор у Д., подумал, что трактор теперь его, так как с потерпевшим разговор был о купле-продаже. Рассчитаться за трактор он намеревался позднее. Он планировал съездить в с. Демарино, а вечером вернуть трактор Д., поставить у него во дворе. На тот момент трактор еще ему не принадлежал. Д. ему не разрешал продавать или закладывать трактор, но ему понадобились деньги на спиртное, поэтому он трактор продал. 

После оглашения показаний подсудимый ФИО1 показал, что ремонтировал трактор в течение двух недель, однако об этом следователю не говорил. События помнит, но в ходе предварительного расследования все было запутанно. Трактор он продал в тот же день, когда второй раз взял его у Д.. 

Допросив подсудимого, потерпевшего и свидетелей, исследовав материалы уголовного дела, суд считает виновным ФИО1 в совершении изложенного выше преступления.

Потерпевший Д.В.В. показал, что у него есть трактор, который он использует в своем хозяйстве для перевозки мусора, дров. ФИО1 является его соседом, с которым сложились хорошие отношения. В конце октября 2016 года к нему обратился ФИО3 и попросил трактор, так как собирался что-то увезти в с. Демарино, а также пообещал трактор вернуть в этот же день, но не вернул. Он ждал ФИО3, но тот не появлялся. Через два-три дня он увидел ФИО3, спросил, у него про трактор. ФИО3 сказал, что трактор кому-то оставил в залог, но кому, не сообщил. После этого он подходил к ФИО3, спрашивал у него. Позднее он сам увидел свой трактор у П.В.А., к которому тот попал через десятые руки. В счет возмещения ущерба ФИО3 привез ему телегу дров на сумму около 5000 рублей. Недавно он привез ковш колотых дров, стоимость которых он назвать затрудняется. Трактор оценивает в 15000 рублей. Трактор достался ему в результате обмена мотороллера. При оценке трактора он исходил из стоимости мотороллера. Ущерб 15000 рублей для него не сильно значительный, но трактор он постоянно использует в хозяйстве. Он работает от случая к случаю. В зимнее время работы нет, поэтому бывают периоды, когда его семья живет без денег. В сезон он может заработать. Позднее – летом 2017 года – он вынужден был купить другой трактор на деньги, которые получил за работу пастухом. Стоимость колотых дров объемом 1,5 куб. м составляла приблизительно 1200 рублей. Цена росла постоянно. С ФИО3 был разговор о купле-продаже трактора, но окончательно они об этом не договорились. ФИО3 взял трактор попользоваться. Как правило, трактор бездействовал один-два дня. Он постоянно на нем что-либо возил. Потом он был вынужден кого-нибудь нанимать. Он надеялся, что договорится с ФИО3, поскольку находится с ним в хороших отношениях. Между ними состоялся разговор, что может быть он и продаст трактор, поскольку задумывался над покупкой другого трактора. Считает, что хищения не было, так как он ФИО3 трактор дал сам.

По ходатайству государственного обвинителя Уфимцева В.В. на основании ч. 3 ст. 281 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с наличием в части существенных противоречий с согласия сторон были оглашены показания потерпевшего Д.В.В., данные им при производстве предварительного расследования.

Допрошенный при производстве предварительного расследования потерпевший Д.В.В. (т. 1, л.д. 22-26) показал, что в 2013 году купил в 

<

...> Челябинской области приобрел у ФИО4 самодельный трактор за 10000 рублей, усовершенствовал его, вложив еще 5000 рублей. Оценивает трактор, находящийся в хорошем состоянии, в 15000 рублей. В счет возмещения ущерба ФИО3 примерно в декабре 2016 года привез ему телегу дров, которая на тот момент стоила 5000 рублей. Это была половина стоимости трактора. Осенью 2017 года ФИО3 привез ковш дров на сумму около 700 рублей. Долг ФИО3 составил 4700 рублей.

На очной ставке с подсудимым потерпевший Д.В.В. (т. 1, л.д. 63-67) показал, что в один из дней осени 2016 года к нему пришел ФИО3 и попросил у него самодельный трактор, чтобы что-то отвезти в 

<

...>. Он согласился. ФИО3 уехал от него на тракторе. В вечернее время, около 20 часов, он, придя домой, трактора не обнаружил. Он ждал. Прошло два-три дня, но ни трактора, ни ФИО3 не было. Спустя два дня он встретил сожительницу ФИО3 – М., которая сообщила, что ФИО3 находится в с. Демарино, что он заложил трактор. Через несколько дней он встретил ФИО3, который не отрицал, что трактор заложил, при этом пообещал, что вернет его. Он понял, что ФИО3 сам заберет трактор и ему пригонит. После этого он несколько раз подходил к ФИО3, тот просил еще подождать, трактор так и не возвращал. Еще до передачи трактора ФИО3 в пользование тот просил его продать трактор, но конкретно о продаже они не договорились, поскольку он был против этого. Он просил ФИО3 хоть что-то дать за трактор. Тот, когда уже лежал снег, привез ему телегу дров, что по стоимости соответствовало половине стоимости трактора. Остальную часть денег ФИО3 так и не вернул. Он привез за трактор ковш колотых дров на сумму около 800 рублей. 

После оглашения показаний потерпевший Д.В.В. свои показания, данные в ходе предварительного расследования, подтвердил, уточнил, что сожительница ФИО3 – Журавлева просила не подавать заявления в полицию. Трактор ему был возвращен. При доходе 3000 рублей в месяц ущерб в сумме 15000 рублей является значительным. Его семья живет за счет того, что имеет огород. Он не собирался привлекать ФИО3 к уголовной ответственности, поскольку они друзья. Он свой трактор увидел случайно, когда ехал на работу. К сотрудникам полиции, которые пришли к нему, он обратился с просьбой вернуть трактор. В тот момент он был пьян, подписал какие-то бумаги. Об этом он также говорил следователю. Трактор изъяли у П.. ФИО3 он простил, претензий к нему не имеет. Трактор ему возвращен, кроме того, ФИО3 вернул половину стоимости трактора.

Свидетель ФИО6 показала, что около двух лет проживала с ФИО1, сначала с ним были нормальные отношения, но потом они испортились, так как тот злоупотребляет спиртными напитками. ФИО3 ей говорил, что намерен купить трактор, но она против этого возражала. В течение недели трактор стоял у них во дворе, так как ФИО3 его ремонтировал. Он взял у Д.В.В. трактор, когда она находилась на работе. ФИО3 выплатил Д. за трактор около 6-7 тысяч рублей, но полностью не рассчитался. В связи с этим трактор после ремонта перевезли Д.. О выплаченной сумме знает со слов ФИО3. ФИО3 у нее просил деньги, чтобы рассчитаться с Д., но она отказала. 

По ходатайству государственного обвинителя Уфимцева В.В. на основании ч. 3 ст. 281 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с наличием в части существенных противоречий с согласия сторон были оглашены показания свидетеля ФИО6, данные ею при производстве предварительного расследования.

Допрошенная при производстве предварительного расследования свидетель ФИО6 (т. 1, л.д. 49-51) показала, что со слов ФИО1 ей известно о его разговоре с Д.В.В. в сентябре-октябре 2016 года о продаже трактора за 10000 рублей. В один из дней трактор перекатили к ним во двор, где подремонтировали. ФИО3 на этом тракторе возил дрова. Ей известно, что ФИО3 за трактор привез Д. телегу дров стоимостью 5-6 тысяч рублей. Остальные деньги ФИО3 не вернул. Он просил у нее деньги, чтобы рассчитаться за трактор, но она ему отказала, поскольку была против его покупки. Через месяц-полтора, как трактор появился у нее дома, ФИО3 его заложил в 

<

...>, но на каких условиях, она не знала. Также она не знала, почему ФИО3 продал трактор. Ей известно, что до конца за трактор он так и не рассчитался. У нее ни Д., ни его жена не спрашивали, когда ФИО3 отдаст деньги за трактор. Д. и ФИО3 между собой как-то решали этот вопрос. Ей не известно о том, что жена Д. приходила к ФИО3 и говорила, что они с мужем не хотят продавать трактор. В тот день, когда ФИО3 на тракторе поехал в 

<

...>, она на работу ушла рано. Вернулась в 13-14 часов, дома ФИО3 не было, трактор отсутствовал. Она спросила у Дубейко, не видел ли он ФИО3. Тот ответил, что ФИО3 на тракторе уехал в с. Демарино. ФИО3 вернулся спустя пару дней. Пока он отсутствовал, к ней приходил Д., спрашивал, где К.. Она ответила, что тот в с. Демарино. Она не помнит, чтобы говорила Д. о том, что ФИО3 заложил трактор. Об этом она узнала от ФИО3, когда он приехал, подробности ей не известны. 

После оглашения показаний свидетель ФИО6 показания, данные при производстве предварительного расследования, подтвердила, уточнила, что говорила Д., что трактор заложен. Характеризуя ФИО3, пояснила, что у него есть проблемы со здоровьем. Все беды ФИО3 происходят из-за злоупотребления спиртными напитками. 

Свидетель Т.Н.Л. показал, что он является старшим оперуполномоченным отделения уголовного розыска ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области. ФИО1 знаком ему в связи со служебной деятельностью. В 2017 году, месяц не помнит, он, работая по краже металла, проводил подворный обход. В числе других опрошенных лиц были Д.В.В. и его брат. В ходе беседы Д.В.В. рассказал, что у него ФИО1 взял трактор и не отдал. Потом он свой трактор нашел и обратился с просьбой помочь вернуть его. Трактор был изъят. Д.В.В. дома написал заявление о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности. Он, действительно, просил изъять трактор без каких-либо его заявлений. Они также беседовали с ФИО1, который говорил, что трактор заложил, поскольку понадобились деньги на спиртное. На изъятие трактора ездили он, участковой уполномоченный Д.К.С., Д.В.В. и ФИО1. Оба, и Д.В.В., и ФИО7 были трезвые. 

Свидетель Д.В.В. показал, что потерпевший является его старшим братом. ФИО1 он знает с рождения. В своем хозяйстве брат использовал самодельный трактор, в частности, вывозил на нем мусор, возил навоз. Для получения дохода трактор брат не использовал. Он не слышал, чтобы тот собирался его продавать. Трактор был в нормальном состоянии, на ходу, не рассыпался, ремонтировался, как любая техника. Был случай, когда они с братом вернулись с работы из села Старый Кумляк, сидели, выпивали. Подъехали сотрудники полиции – оперуполномоченный и участковый уполномоченный. В ходе беседы с ними брат рассказал, что он дал ФИО1 трактор, а тот его не вернул. Оперуполномоченный стал расспрашивать брата. Заявление на ФИО1 он писать не собирался, наказывать его не хотел, жалел, что тот трактор не вернул. Сотрудникам полиции брат сказал, где находится трактор, его там впоследствии и изъяли. На изъятие Д.В.В. ездил с сотрудниками полиции. Со слов брата он знал, что ФИО1 трактор брал с его разрешения, на каких условиях, не знает. Позднее ему стало известно, что ФИО1 вернулся без трактора. Также знает, что ФИО1 привозил его брату дрова, но в связи с чем, ему не известно. Трактор был возвращен с трещинами на задних крыльях, чего раньше не было. Ничего у трактора заменено не было. 

По ходатайству государственных обвинителей на основании ч. 1 ст. 281 Уголовного кодекса Российской Федерации с согласия сторон были оглашены показания свидетелей Л.В.О., П.В.А., Д.С.И., С.П.С., данные при производстве предварительного расследования.

Свидетель Д.С.И. (т. 1, л.д. 32-34) показал, что у ее мужа Д.В.В. с 2013 года в собственности имеется самодельный трактор, который он купил за 10000 рублей. В начале осени 2016 года она от мужа узнала, что приходил их сосед ФИО1 и просил продать ему трактор. Она была против продажи, так как трактором они пользовались. В тот же день она пришла к ФИО1 и сказала, что не нужно просить трактор у ее мужа, что они продавать трактор не хотят. ФИО1 сказал, что если он не купит трактор, то его купит кто-то другой, поскольку Д.В.В. трактор продаст. С того момента больше разговоров о продаже не было, муж не собирался трактор продавать. В конце октября 2016 года она узнала от мужа, что ФИО1 попросил у него трактор на один день попользоваться, что-то отвезти в село Демарино, а также пообещал вернуть трактор в тот же день, но несмотря на это так трактор не вернул. Впоследствии с ФИО1 разбирался только муж. Ей не известно, как они между собой договорились по поводу возврата трактора. Примерно в декабре 2016 года ФИО1 привез телегу дров, осенью 2017 года – ковш дров. Она не знает, было ли это в счет оплаты трактора или в связи с какой-то другой договоренностью, сам Д.В.В. ей ничего не рассказывал. Ей известно, что муж в связи с произошедшим обратился к участковому, после чего сотрудники полиции вернули трактор. Д.В.В. не разрешал ФИО1 распоряжаться трактором. Ущерб для них является значительным, так как они с мужем постоянной работы не имеет, их доход состоит из случайных заработков.

Свидетель С.П.С. (т. 1, л.д. 35-37) показал, что в конце октября 2016 года, в один из дней в дневное время после обеда к нему пришел ФИО1, хотел занять денег на спиртное. Он отказался просто дать деньги. Тогда ФИО1 предложил купить у него самодельный трактор, который в тот момент находился на одной из улиц села Демарино Пластовского района. Они вместе подошли к этому трактор. Он осмотрел его и решил купить. ФИО1 сказал, что продаст трактор за 5000 рублей. Ранее он видел, как ФИО1 на этом тракторе вез дрова, поэтому никаких сомнений в том, что трактор принадлежит ему, не возникло. ФИО1 пригнал трактор к нему. Он заплатил ФИО1 1000 рублей, остальную сумму выплатил постепенно в течение полугода, рассчитался полностью. Трактором он не пользовался, тот стоял во дворе дома. Зимой 2016 года, точную дату не помнит, он продал трактор своему знакомому Л.В.О. за 5000 рублей. О том, что трактор был похищен, ему стало известно 16 ноября 2017 года от сотрудников полиции. 

Свидетель Л.В.О. (т. 1, л.д. 40-42) показал, что примерно зимой 2016 года, приехав в гости к С.П.С., увидел у него во дворе самодельный трактор. С.П.С. сказал, что купил трактор для перевозки дров, но у кого и за сколько, не рассказывал. Поскольку ему понравился трактор, он поинтересовался у С.П.С., не будет ли он его продавать. Тот ответил, что подумает. Примерно через один-два дня С.П.С. позвонил ему и сказал, что может продать ему трактор. В тот же день он приехал к С.П.С., заплатил ему 5000 рублей и трактор забрал. На тракторе было спущено колесо, он его отремонтировал. Трактор стоял у него во дворе, он им так и не воспользовался. В августе 2017 года он в разговоре со своим знакомым П.В.А., который проживает в 

<

...>, сказал, что у него есть самодельный трактор. П. стал спрашивать, не продаст ли он ему трактор. Он ответил, что может продать, поскольку трактор ему не нужен. В тот же день П. приехал к нему, забрал трактор. Деньги в сумме 5000 рублей он должен был отдать в ноябре 2017 года, но так и не отдал. В настоящее время ему известно, что трактор изъят у П. сотрудниками полиции и возвращен владельцу. От С.П.С. он знает, что трактор похитил ФИО7.

Свидетель П.В.А. (т. 1, л.д. 43-45) показал, что в один из дней августа 2017 года в 

<

...> он от своего знакомого Л.В.О. узнал, что тот за 5000 рублей купил самодельный трактор. Он попросил Л.В.О. продать ему трактор для перевозки дров, тот согласился. Деньги за трактор в сумме 5000 рублей он должен был отдать Л.В.О. после возвращения с вахты 15 ноября 2017 года. Примерно через четыре дня он пригнал трактор к себе домой, один раз воспользовался им – перевез дрова. Потом трактор стоял у его дома. С 01 сентября до 13 ноября 2017 года он находился на вахте в г. Перми. 16 ноября 2017 года в дневное время к нему домой приехал участковый уполномоченный Д.К.С. с Д.В.В. и ФИО1, с которыми он знаком. От ФИО1 он узнал, что тот похитил у Д.В.В. самодельный трактор, а потом продал его своему знакомому С.П.С., тот, в свою очередь, продал его Л.В.О., у которого уже он купил трактор. Сотрудник полиции произвел осмотр места происшествия, в ходе которого изъял самодельный трактор и вернул его Д.. До этого момента ему ничего не было известно о краже, в противном случае он не стал бы покупать трактор.

Согласно рапорту помощника начальника смены дежурной части ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области старшего лейтенанта внутренней службы Ш.А.А. от 16 ноября 2017 года от участкового уполномоченного полиции Д.К.С. 16 ноября 2017 года в 15 часов 45 минут в дежурную часть поступило сообщение о том, что в октябре 2016 года в селе Котлик Пластовского района ФИО1 похитил самодельный трактор, принадлежащий Д.В.В., причинив последнему ущерб в сумме 15000 рублей (т. 1, л.д. 4).

16 ноября 2017 года в селе Котлик Пластовского района Челябинской области старшим оперуполномоченным ОУР ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области Т.Н.Л. было принято устное заявление Д.В.В., в котором последний просил привлечь к уголовной ответственности ФИО1, похитившего у него в конце октября 2016 года самодельный трактор стоимостью 15000 рублей, причинив значительный ущерб (т. 1, л.д. 6).

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 16 ноября 2017 года, в котором участвовали Д.В.В. и ФИО1, у 

<

адрес> был обнаружен, осмотрен и изъят самодельный трактор, имеющий двигатель ЗИД-1, раму и бензобак голубого цвета, находящийся в рабочем состоянии. В ходе осмотра места происшествия ФИО1 указал на данный трактор, как на похищенный у Д.В.В.; Д.В.В. пояснил, что данный трактор принадлежит ему (т. 1, л.д. 11-14). 

Согласно расписке трактор был получен Д.В.В. от сотрудников полиции (т. 1, л.д. 15).

Оценив и проанализировав все доказательства в их совокупности, суд считает вину подсудимого доказанной.

В основу приговора суд кладет показания потерпевшего Д.В.В., свидетелей Д.С.И., Д.В.В., Ж.М.А. С.П.С., Л.В.О., П.В.А., Т.Н.Л..

Приведенные выше показания являются логичными и последовательными, согласующимися между собой. Кроме того, они подтверждаются объективными данными, установленными судом в ходе исследования протоколов следственных действий.

Протоколы допросов свидетелей Д.С.И., С.П.С., Л.В.О., П.В.А., чьи показания были оглашены в судебном заседании, по форме и содержанию соответствуют требованиям ст.ст. 166, 190 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, отвечают признакам допустимости и относимости к рассматриваемому делу, процессуальные права и обязанности свидетелям разъяснены. Замечаний от допрашиваемых лиц в ходе проведения следственного действия и по его завершению не поступило.

Потерпевший Д.В.В. как при производстве предварительного расследования, так и в судебном заседании показал, что между ним и ФИО1 не была достигнута договоренность о купле-продаже самодельного трактора, он не соглашался с предложением ФИО1 продать ему трактор. Он передал трактор подсудимому во временное пользование. Одновременно они договорились, что ФИО1 вернет трактор вечером того же дня, однако последний это условие не выполнил, трактор не вернул ни в установленный срок, ни позднее. После того, как стало известно о продаже ФИО1 трактора, он обратился к последнему с просьбой возместить ущерб. В связи с этим ФИО1 дважды привозил ему дрова.

Из показаний свидетеля Д.С.И. следовало, что ФИО1 в начале осени 2016 года обращался к Д.В.В. с просьбой продать трактор. Она ФИО1 говорила, что трактор необходим им самим, поэтому просила не уговаривать Д.В.В. продавать его. Спустя значительный период времени (в конце октября 2016 года) со слов мужа ей стало известно, что он дал ФИО1 трактор попользоваться на один день, но тот трактор не вернул. Ей известно, что Д.В.В. не разрешал ФИО1 распоряжаться трактором.

Свидетель Д.В.В. показал, что со слов своего брата – потерпевшего по делу – ему известно, что ФИО1 взял самодельный трактор попользоваться, но не вернул его. Он не слышал, чтобы брат собирался продавать трактор. Когда трактор был возвращен сотрудниками полиции, никакие детали на нем заменены не были.

Свидетель ФИО6 при производстве предварительного расследования показала, что на следующий день, после того, как ФИО1 на тракторе Д.В.В. уехал в с. Демарино и не вернулся, к ней приходил потерпевший, искал К.. Вернувшись через пару дней, ФИО1 сказал, что заложил трактор.

Свидетель С.П.С. показал, что ФИО1 обратился к нему с просьбой дать денег на спиртное, а когда он ответил, что просто так денег не даст, предложил купить у него трактор за 5000 рублей. После того, как, осмотрев трактор, он согласился, ФИО1 перегнал трактор к нему. Непосредственно после этого он заплатил ФИО1 1000 рублей, а оставшуюся сумму постепенно выплатил в течение полугода. 

Оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей по делу у суда не имеется, поскольку данные показания последовательны, подробны, согласуются между собой и другими доказательствами по делу. В данных показаниях не содержится существенных противоречий, которые бы позволили усомниться в их правдивости. Заинтересованность указанных лиц в оговоре ФИО1, а также в искажении реально произошедших событий, судом не установлена. 

Показания потерпевшего Д.В.В., свидетелей Д.С.И., Д.В.В., Ж.М.А. объективно опровергают версию подсудимого ФИО1 о том, что он купил трактор у потерпевшего, поэтому полагал возможным распорядиться им по своему усмотрению.

Показания подсудимого ФИО1 о том, что он купил трактор у Д.В.В., а также о том, что, не рассчитавшись за трактор в полном объеме, вернул его потерпевшему, после чего взял его второй раз, непоследовательны, не соответствуют действительности, поскольку опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. Суд расценивает показания подсудимого, как одно из средств защиты, продиктованное стремлением избежать ответственности за содеянное.

Доводы потерпевшего Д.В.В. о том, что он не желал привлекать ФИО1 к уголовной ответственности, заявление подписал в состоянии алкогольного опьянения, не свидетельствуют об отсутствии повода и основания для возбуждения уголовного дела. 

Уголовно-процессуальный закон, в частности п. 3 ч. 1 ст. 140 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не ограничивает круг источников, откуда следователь может получить сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, и порядок получения следователем такого сообщения.

Согласно положениям ч. 2 ст. 140, ч. 1 ст. 144, ч. 1 ст. 145 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления, право оценки наличия или отсутствия признаков преступления относится к прерогативе правоприменителя, в данном случае следователя.

Суд считает, что доказательства, представленные стороной обвинения, полученные с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, имеют юридическую силу, являются допустимыми и достоверными, а в совокупности – достаточными для разрешения уголовного дела. 

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1, осознавая общественно опасный, противоправный и безвозмездный характер своих действий, умышленно, в корыстных целях, против воли собственника Д.В.В., истратил вверенное ему имущество – самодельный трактор – путем его отчуждения (продажи), причинив своими действиями потерпевшему значительный ущерб в сумме 15000 рублей. 

Правомерность владения заключалась в том, что, несмотря на отсутствие документального оформления, ФИО1 получил самодельный трактор от его собственника Д.В.В., который вверил ему это имущество, наделил полномочиями по его использованию для перевозки. 

О значительности ущерба свидетельствуют: стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, проживающего в сельской местности, показавшего, что самодельный трактор постоянно использовал в своем хозяйстве; имущественное положение потерпевшего, не имеющего постоянного источника дохода. Кроме того, размер ущерба превышает размер, установленный примечанием к статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Частичное возмещение впоследствии ФИО1 ущерба потерпевшему Д.В.В. не свидетельствует об отсутствии у него умысла на растрату вверенного имущества.

Поскольку в судебном заседании не установлено, что ФИО1 самодельный трактор у Д.В.В. был изъят, что подсудимый завладел имуществом, находившимся до этого во владении потерпевшего, суд не усматривает оснований для квалификации действий по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Действия ФИО1 следует квалифицировать по ч. 2 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации – растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину. 

При определении вида и размера наказания ФИО1 суд в соответствии со статьями 6, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность подсудимого и конкретные обстоятельства дела, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил общественно-опасное деяние, отнесенное ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации к преступлениям средней тяжести.

Согласно ч. 1 ст. 18 Уголовного кодекса Российской Федерации в действиях ФИО1, имеющего судимости за ранее совершенные умышленные преступления, в том числе за тяжкое преступление и преступления средней тяжести, наличествует рецидив.

В силу п. «а» ч. 1 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации рецидив преступлений является обстоятельством, отягчающим наказание.

Положения ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации об изменении категории преступления на менее тяжкую при наличии обстоятельств, отягчающих наказание, не применяются. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признает частичное признание ФИО1 своей вины и его раскаяние в содеянном; возмещение материального ущерба в полном объеме. Кроме того, суд учитывает, что ФИО1 на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, положительно характеризуется по месту жительства, принимал активное участие в спортивных мероприятиях сельского поселения и района, несмотря на отсутствие постоянного места работы, занят общественно полезным трудом; также учитывает, что потерпевший Д.В.В. не настаивал на строгом наказании. 

Суд не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных преступлений, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступлений и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, и не находит оснований для применения положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Исходя из того, что ФИО1 совершил хищение спустя восемь месяцев после освобождения из мест лишения свободы, суд не применяет правила ч. 3 ст. 68 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Суд назначает наказание с учетом положений ч. 2 ст. 68 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Положения ч. 5 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации подлежат применению только в случае рассмотрения уголовного дела в порядке, предусмотренном главой 40 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

ФИО1 осужден 25 января 2017 года мировым судьей судебного участка № 2 г. Пласта Челябинской области по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок один год, с применением ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, условно, с испытательным сроком один год; 25 января 2018 года снят с учета в филиале по Пластовскому району ФКУ УИИ ГУФСИН России по Челябинской области по истечении испытательного срока. 

Кроме того, ФИО1 осужден 07 мая 2018 года Пластским городским судом Челябинской области по ч. 1 ст. 158, п. «б» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к наказанию в виде лишения свободы на срок два года с применением ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации условно с испытательным сроком два года. 

Правила ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания суд не применяет, поскольку отмена условного осуждения по основаниям, установленным ст. 74 Уголовного кодекса Российской Федерации, невозможна. Приговор мирового судьи судебного участка № 2 г. Пласта Челябинской области от 25 января 2017 года и приговор Пластского городского суда Челябинской области от 07 мая 2018 года следует исполнять самостоятельно.

Оценив все фактические обстоятельства дела в совокупности, тяжесть содеянного, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, суд находит, что решение задач и осуществление целей, указанных в ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации, в том числе исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, может быть достигнуто без реального отбывания наказания, при установлении за ФИО1 контроля со стороны специализированного государственного органа, и назначает ему наказание с применением положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Исходя из характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимого, суд оснований для назначения ФИО1 дополнительного наказания в виде ограничения свободы не усматривает и дополнительное наказание в виде ограничения свободы не назначает.

В связи с назначением ФИО1 наказания, не связанного с реальным лишением свободы, ранее избранную в отношении него меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении суд оставляет без изменения. 

Решая судьбу вещественных доказательств, суд в соответствии со ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации считает необходимым переданный на ответственное хранение потерпевшему Д.В.В. самодельный трактор с двигателем ЗИД-1, изъятый в ходе осмотра места происшествия 16 ноября 2017 года (т. 1, л.д. 15) – оставить ему, как законному владельцу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308, 316 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок один год девять месяцев, с применением ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, условно, с испытательным сроком один год шесть месяцев.

В период испытательного срока обязать ФИО1 не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного; не покидать жилое или иное помещение, являющееся местом жительства или пребывания, с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Приговор мирового судьи судебного участка № 2 г. Пласта Челябинской области от 25 января 2017 года и приговор Пластского городского суда Челябинской области от 07 мая 2018 года исполнять самостоятельно.

Вещественное доказательство – самодельный трактор с двигателем ЗИД-1, переданный Д.В.В. на хранение, – оставить ему, как законному владельцу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение десяти суток со дня провозглашения, с подачей апелляционных жалобы, представления через Пластский городской суд Челябинской области. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий