ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 февраля 2019 года г. Уссурийск

Уссурийский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего - Познера Н.А.,

при секретаре – Новиковой Ю.В.,

с участием государственных обвинителей – 

<

данные изъяты> ФИО18 и 

<

данные изъяты> ФИО20,

подсудимого – ФИО21,

защитника – адвоката Кутафина А.Е.,

а также потерпевшего – ФИО,

рассмотрел материалы уголовного дела в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО22, 

<

данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 286 и п. «а, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

установил:

В один из дней периода с 1 по 7 ноября 2017 года, около 12 часов 30 минут, в канцелярии войсковой части №, дислоцированной в 

<

адрес>, ФИО23, являясь начальником по воинскому званию для 

<

данные изъяты> ФИО, будучи недовольным отношением подчиненного к исполнению служебных обязанностей, из ложно понятых интересов службы, в нарушение требования статей 16, 19, 34, 67 и 78 Устава внутренней службы и статей 1, 3, 7 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил РФ, в присутствии других военнослужащих нанес ему три удара ладонью в область затылка, причинив физическую боль и нравственные страдания.

Он же в один из дней периода с 13 по 17 ноября 2017 года, около 18 часов, в помещении канцелярии воинской части, будучи недовольным отношением ФИО к исполнению служебных обязанностей, из ложно понятых интересов службы, в нарушение требования статей 16, 19, 34-36, 67, 78, Устава внутренней службы и статей 1, 3, 7 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил РФ, в присутствии других военнослужащих нанес подчиненному не менее пяти ударов кулаком в область левого плеча, причинив физическую боль и нравственные страдания.

Подсудимый ФИО23 виновным себя в совершении действий, явно выходящих за пределы его полномочий, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшего ФИО, не признал и заявил о его оговоре со стороны потерпевшего и свидетелей ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 При этом показал, что ФИО1 и ФИО4 оговаривают его за то, что он сообщил в правоохранительные органы о фактах совершения ими в сентябре-октябре 2017 года денежных поборов у сослуживцев. Свидетель же ФИО3 в период с 7 по 23 ноября 2017 года на территории воинской части отсутствовал, поскольку находился в госпитале.

Также ФИО23 показал, что в конце октября 2017 года он убыл для прохождения службы в роту молодого пополнения, в связи с чем в ноябре этого же года не мог применить насилие к ФИО. Преступление в период с 13 по 17 ноября 2017 года он также не мог совершить, поскольку ежедневно в 18 часов возвращался вместе с женой домой. Размеры помещения канцелярии и её обстановка не позволяли ему нанести удары ФИО, сидящему за столом. 

Между тем виновность ФИО23 в содеянном подтверждается совокупностью исследованных в суде доказательств.

Так, потерпевший ФИО показал, что он в период с января до декабря 2017 года проходил службу в войсковой части №, исполнял обязанности писаря в канцелярии и выполнял задачи, поставленные офицерами, в том числе ФИО23. В ноябре 2017 года около 12 часов 30 минут в канцелярии ФИО23 в присутствии ФИО5, ФИО1 и ФИО3 выразил своё недовольство к его работе и нанёс ему ладонью три удара по затылку. Во второй половине ноября 2017 года, примерно в 18 часов, когда он заполнял документы и в канцелярии находились ФИО4 и ФИО2, ФИО23 сделал ему замечание по поводу несвоевременного оформления документации, после чего схватил его за ворот и кулаком нанёс пять ударов в левое плечо. В результате примененного к нему насилия он в каждом случае испытал физическую боль и унижение. 

Свидетель ФИО1 показал, что он видел, как ФИО23 в ноябре 2017 года в канцелярии батареи нанес удары ФИО ладонью по голове, высказывая недовольство медленным изготовлением им документации. 

Из показаний свидетеля ФИО1 в ходе предварительного следствия, оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что в начале ноября 2017 года, в 12 часов 30 минут, т.е. до обеда, он находился в помещении канцелярии, где в их с ФИО3 присутствии, ФИО23 нанес ФИО, сидящему за компьютерным столом, три удара ладонью по затылку. 

Согласно протоколу очной ставки между свидетелем ФИО1 и подозреваемым ФИО23, ФИО1 в ходе этого следственного действия подтвердил, что непосредственно в его присутствии ФИО23 в один из дней ноября 2017 года применял физическое насилие к ФИО, когда тот находился в канцелярии и выполнял порученную ему работу. 

Свидетель ФИО3 показал, что в ноябре 2017 года он в канцелярии пил чай вместе со ФИО1. В это же время там находился ФИО23, который подошёл к ФИО и нанес тому три удара – подзатыльника. Такое поведение ФИО23 было вызвано тем, что ему не понравилось качество работы, выполненной ФИО.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО3, данных им в ходе предварительного следствия, следует, что в один из дней ноября 2017 года около 12 часов 30 минут он, находясь в канцелярии батареи был очевидцем того, как ФИО23 нанес ФИО подзатыльники. Также в это время в канцелярии присутствовал ФИО1.

Свидетель ФИО5 в суде заявил, что он отказывается от своих показаний данных им на следствии, так как они даны под давлением на него со стороны свидетелей ФИО1 и ФИО4.

Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО5, данных им на предварительном следствии следует, что ему со слов ФИО, ФИО1, ФИО4, ФИО3 и ФИО2 известно, что в один из дней ноября 2017 года, около 12 часов 30 минут, в помещении канцелярии, ФИО23, недовольный работой ФИО, нанёс тому три удара ладонью по затылку. В середине ноября 2017 года, около 18 часов, ФИО23 вновь применял насилие к ФИО, ударив того 5 раз кулаком в плечо.

Свидетель ФИО4 показал, что в середине ноября 2017 года, точную дату назвать не может, ФИО23 прижал плечом ФИО к пластиковой доске, висящей на стене в помещении канцелярии батареи, держал ФИО левой рукой за ворот и наносил ему удары, не менее пяти, рукой в область левого плеча. Причиной применения физического насилия послужило то, что ФИО не вовремя заполнил номерной список. При этом в помещении канцелярии также присутствовал ФИО2.

Свидетель ФИО2 показал, что в один из дней ноября 2017 года около 18 часов, точную дату и время не помнит, он с ФИО4 зашли в канцелярию, где увидели как ФИО23 держал ФИО левой рукой за воротник и наносил ему удары правым кулаком в область плеча.

Аналогичные показания свидетелем ФИО2 даны и в ходе предварительного следствия.

Свидетель ФИО6 показал, что в конце октября 2017 года в соответствии с приказом командира воинской части был назначен 

<

данные изъяты>, а 

<

данные изъяты> был назначен ФИО23. Молодое пополнение прибыло с опозданием только 29 ноября 2017 года. С конца октября и в течение ноября 2017 года с ними проводились занятия по порядку обучения молодого пополнения. В этот период времени они в основном находились в своих подразделениях.

Из показания свидетеля ФИО7 следует, что он находится в дружеских отношениях с ФИО23. В период с 28 октября по 16 ноября 2017 года он находился в канцелярии. В его присутствии ФИО23 каких-либо действий в отношении ФИО не совершал.

Согласно заключению судебного эксперта-психиатра подсудимый временным расстройством психической деятельности или каким-либо психическим заболеванием не страдал и не страдает, мог и может отдавать отчет своим действиям и руководить ими, по своему психическому состоянию годен к прохождению военной службы.

Указанное заключение эксперта в совокупности с другими доказательствами по делу и данными о личности ФИО23 суд признает объективным и научно обоснованным, а подсудимого – вменяемым.

Оценив приведённые доказательства в их совокупности, военный суд находит преступления, совершенные подсудимым, доказанными.

При этом показания ФИО23 о его непричастности к вменяемым деяниям и его оговоре со стороны потерпевшего и свидетелей ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 полностью опровергнуты совокупностью исследованных судом доказательств.

Критически суд оценивает также показания в судебном заседании свидетелей ФИО5, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО12. В частности, ФИО5 сообщил суду, что давал показания на предварительном следствии о применении ФИО23 насилия к ФИО под давлением со стороны ФИО1 и ФИО4, следователь его допрашивал в присутствии свидетеля ФИО1, которого он опасался, при этом ФИО ни о каком насилии по отношению к нему со стороны ФИО23 никогда ничего не говорил. Свидетели же ФИО8, ФИО9 ФИО10, ФИО11 и ФИО12 допрошенные по ходатайству защиты, показали о взаимоотношениях военнослужащих со ФИО1, ФИО4 и о вымогательстве денежных средств ими, о том, что они не являлись очевидцами событий ноября 2017 года. О взаимоотношениях ФИО23 и ФИО в этот период времени им ничего не известно, о насилии, применённого к ФИО ФИО23, ФИО им не рассказывал. Охарактеризовали ФИО23 как лицо, которое предпринимало действия к защите военнослужащих.

Изменение показаний указанными свидетелями суд оценивает, как ложное чувство взаимопомощи, направленное на защиту интересов подсудимого. Факты, изложенные ими о том, что в ходе предварительного следствия они находились в зависимости от свидетеля ФИО1, ФИО4 и опасались за свою жизнь, судом проверены и не нашли своего подтверждения. Обстоятельства, связанные с вымогательством у них денежных средств в период до ноября 2017 года ФИО1 и ФИО4, ранее проверялись в порядке ст. 143-145 УПК РФ и по данному факту принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, которое до настоящего времени никем не обжаловано и не отменено. Кроме этого, указанные обстоятельства не имеют отношения к событиям, совершенным ФИО23.

Свидетели ФИО5, ФИО8, ФИО9, ФИО10 с заявлениями о привлечении к уголовной ответственности ФИО1 и ФИО4 за применение к ним физического насилия, а также угрозы применения такого насилия в период производства предварительного следствия по настоящему уголовному делу, в правоохранительные органы не обращались. Об указанных обстоятельствах ими заявлено только в суде, в то время как с момента допроса следователем и до направления уголовного дела в суд прошел значительный период времени. К командиру войсковой части с такими заявлениями они также не обращались. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о наличии у них препятствий для обращения за помощью в соответствующие органы, ими не представлено и объективных доказательств, свидетельствующих о наличии таких фактов, также не представлено.

Из показаний свидетеля ФИО13 следует, что он осуществлял предварительное расследование по уголовному делу. При допросе свидетелей: ФИО8, ФИО5, ФИО4, ФИО1 и ФИО14 психологического воздействия на них не оказывал, равно как и не получал от них заявлений о том, что от свидетеля ФИО1 в их адрес поступали угрозы применения насилия, связанные с расследованием настоящего уголовного дела. Все допросы проводились индивидуально с каждым свидетелем, без присутствия других, в том числе указанных выше свидетелей. Оснований для проведения очных ставок между свидетелями не имелось, поскольку в их показаниях отсутствовали противоречия.

Свидетель ФИО15 показал, что он участвовал в производстве следственных действий по настоящему делу. Непосредственно он осуществлял допрос свидетелей ФИО5, ФИО8 и ФИО9. При их допросе свидетели ФИО1 и ФИО4 не присутствовали.

Из материалов уголовного дела следует, что поводом для проведения проверки о примененном ФИО23 насилия к ФИО явились обращения от 16 февраля 2018 года: ФИО5, ФИО1, ФИО4 ФИО3, ФИО2 и ФИО. В ходе проверки от ФИО23 19 февраля 2018 года по данному факту получено объяснение, и только после этого, ФИО23, собрав заявления 20 февраля 2018 года у ФИО5 и ФИО9 об оказанном на них воздействии ФИО1 и ФИО4 передал их в правоохранительные органы. Однако факты вымогательства и превышения должностных полномочий в отношении ФИО1 и ФИО4 не подтвердились.

При таких обстоятельствах, утверждения ФИО23 об оговоре его со стороны ФИО4 и ФИО1 из-за мести за якобы начатое им в отношении них разбирательство по факту вымогательства денежных средств у сослуживцев, суд находит надуманными, поскольку они не подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Не усматривает суд каких-либо оснований для оговора ФИО23 и со стороны потерпевшего и свидетелей ФИО2 и ФИО3. 

С учетом этого показания свидетелей ФИО5, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 в судебном заседании суд отвергает и находит достоверными их показания в ходе предварительного следствия, поскольку сведения, изложенные в них получены в короткий промежуток времени после совершенных преступлений и полностью согласуются с другими исследованными доказательствами в том числе показаниями потерпевшего и свидетелей ФИО1, ФИО4, ФИО2 и ФИО3. 

При изложенных обстоятельствах утверждение защиты о том, что потерпевший ФИО, свидетели ФИО1, ФИО3, ФИО4 и ФИО2 оговорили ФИО23 является необоснованным.

То обстоятельство, что свидетель ФИО3 в период с 8 по 23 ноября 2017 года находился в госпитале, не может поставить под сомнение его показания об обстоятельствах применения ФИО23 насилия к ФИО, очевидцем которого он являлся. Незначительные расхождения в дате совершения преступных действий объясняются свойствами человеческой памяти. 

При этом в судебном заседании ФИО3 показал, что в госпиталь он лег непосредственно после указанных событий, и допустил, что преступные действия ФИО23, о которых он сообщил следствию и суду, могли иметь место до 8 ноября 2017 года.

Утверждение подсудимого ФИО23 о том, что с конца октября 2017 года он находился в роте молодого пополнения, поэтому редко заходил в казарменное расположение 

<

данные изъяты> и задачи ФИО по подготовке документов не ставил, опровергаются показаниями свидетелей ФИО1, ФИО6 которые, каждый в отдельности, показали, что ФИО23 стал исполнять обязанности в роте молодого пополнения только с конца ноября 2017 года. 

Кроме того, согласно выписке из журнала учета прибывших команд в войсковую часть № за № молодое пополнение прибыло только 29 ноября 2017 года.

Содеянное ФИО23, который, являясь начальником по воинскому званию, в нарушение требований ст. 16, 19, 34, 67 и 78 Устава Внутренней службы ВС РФ и ст. 1, 3, 7 Дисциплинарного устава ВС РФ в один из дней периода с 1 по 7 ноября 2017 года, около 12 часов 30 минут, нанес подчиненному ФИО три удара ладонью в область затылка, причинив физическую боль и нравственные страдания, военный суд расценивает как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов гражданина, а также охраняемых законом интересов государства, с применением насилия и квалифицирует как преступление, предусмотренное п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Как усматривается из обвинительного заключения, ФИО23 также обвинялся в систематическом унижении человеческого достоинства ФИО в период с 1 октября по 9 декабря 2017 года. По мнению органов предварительного следствия, эти действия подсудимого в совокупности с применением к ФИО физического насилия в один из дней периода с 13 по 17 ноября 2017 года привели к развитию у него временного психического расстройства, которое повлекло за собой покушение потерпевшего на самоубийство. При этом содеянное ФИО23 было расценено как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов гражданина, а также охраняемых законом интересов государства, с применением насилия и причинением тяжких последствий и квалифицировано как преступление, предусмотренное п. «а», «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

В судебном заседании государственный обвинитель просил исключить из объема предъявленного подсудимому обвинения квалифицирующий признак «с причинением тяжких последствий», предусмотренный п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, как не нашедший своего подтверждения в ходе судебного следствия.

По мнению гособвинителя, исследованными судом доказательствами не установлена причинная связь между действиями ФИО23 и развитием у ФИО временного психического расстройства, повлекшего за собой покушение потерпевшего на самоубийство. 

Кроме того, в самом обвинительном заключении отсутствует описание того, в чем фактически выразились действия ФИО23 по систематическому унижению человеческого достоинства ФИО в период с 1 октября по 9 декабря 2017 года.

На основании изложенного, военный суд, руководствуясь ч. 8 ст. 246 УПК РФ, исключает из объёма предъявленного подсудимому обвинения предусмотренный п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ квалифицирующий признак «с причинением тяжких последствий».

В связи с этим показания свидетелей ФИО14, ФИО16, ФИО17, ФИО16, ФИО19 судом не приняты во внимание.

Действия же ФИО23, который, будучи начальником по воинскому званию, в нарушение требований ст. 16, 19, 34, 67 и 78 Устава Внутренней службы ВС РФ и ст. 1, 3, 7 Дисциплинарного устава ВС РФ в один из дней периода с 13 по 17 ноября 2017 года, около 18 часов, нанес подчиненному ФИО не менее пяти ударов кулаком в область левого плеча, причинив физическую боль и нравственные страдания, суд расценивает как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов гражданина, а также охраняемых законом интересов государства, с применением насилия и квалифицирует как преступление, предусмотренное п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

При этом, в каждом случае, в качестве существенного нарушения прав и законных интересов ФИО военным судом признается нарушение ФИО23 конституционного права потерпевшего на личную неприкосновенность и достоинство личности, а в качестве существенного нарушения охраняемых законом интересов государства - умаление авторитета воинского должностного лица, нарушение воинского правопорядка и безопасности военной службы.

При назначении подсудимому наказания суд учитывает, что ФИО23 привлекается к уголовной ответственности впервые, по военной службе характеризуется исключительно положительно.

Кроме того, обстоятельством, смягчающим наказание подсудимому, судом признается наличие у него на иждивении малолетнего ребенка.

Приведенные выше обстоятельства дела, в том числе отсутствие каких-либо последствий в виде вреда здоровью ФИО в результате примененного к нему насилия, а также данные о личности подсудимого военный суд признает исключительными, дающими основание назначить ему за каждое преступление более мягкий вид наказания, чем предусмотренный санкцией ч. 3 ст. 286 УК РФ, в виде штрафа, размер которого определяет с учётом имущественного положения подсудимого и его семьи.

Вместе с тем, суд, учитывая фактические обстоятельства совершенных преступлений и степень их общественной опасности, обусловленную тем, что подсудимый в каждом случае совершил противоправные действия в присутствии других военнослужащих, не усматривает оснований для изменения категории совершенных ФИО23 преступлений на менее тяжкую.

Потерпевшим к подсудимому предъявлен гражданский иск о взыскании денежной компенсации морального вреда, связанного с применением ФИО23 насилия, унижения чести и достоинства, а также причинением многочисленных порезов левого предплечья, в сумме 875 000 рублей, который был поддержан в суде полностью.

В судебном заседании подсудимый иск не признал.

Суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению в части, поскольку, действия направленные на причинение телесных повреждений в виде многочисленных порезов левого предплечья, не состоят в причинно-следственной связи с действиями ФИО23, а поэтому в этой части требования ФИО являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

С учётом доказанности вины подсудимого в совершении им преступления, характера и степени нравственных страданий потерпевшего, принимая во внимание положения ст. ст. 151, 1099, 1100 и 1101 ГК РФ, а также учитывая принцип разумности и справедливости, материальное положение подсудимого, военный суд полагает, что заявленные потерпевшим исковые требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично, в сумме 10 000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 307, 308 и 309 УПК РФ,

приговорил:

Признать ФИО22 виновным:

- в совершении в один из дней периода с 1 по 7 ноября 2017 года преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ и назначить ему с применением ст. 64 и 46 УК РФ наказание в виде штрафа в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей;

- в совершении в один из дней периода с 13 по 17 ноября 2017 года преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ и назначить ему с применением ст. 64 и 46 УК РФ наказание в виде штрафа в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательное наказание ФИО22 по совокупности совершенных преступлений назначить путем частичного сложения назначенных наказаний в виде штрафа в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Исковые требования ФИО удовлетворить частично. Взыскать с ФИО23 в пользу ФИО 10 000 рублей в счёт компенсации морального вреда. В остальной части в иске отказать.

Меру пресечения ФИО22 – подписку о невыезде и надлежащем поведении – до вступления приговора в законную силу оставить без изменения

Реквизиты для перечисления суммы штрафа: военное следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Восточному военному округу (краткое наименование: ВСУ СК России по ВВО), юридический адрес: 680038, 

<

...>, ИНН 

<

***>, КПП 272201001, ОГРН 

<

***>, ОКТМО 08701000001, код по сводному реестру получателя бюджетных средств: 001F2338, лицевой счет № 

<

***>, открытый в Управлении Федерального казначейства по Хабаровскому краю (

<

...>), банк: Отделение Хабаровск, город Хабаровск, БИК 040813001, расчетный счет 

<

***>, КБК для перечисления 41711302991016000130.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тихоокеанский флотский военный суд через Уссурийский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

В случае заявления ходатайства о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в соответствии с ч. 3 ст. 389.6 УПК РФ, осужденный должен указать об этом в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья -

-