Дело № 2-547/18

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

23 ноября 2018 года с. Кызыл-Мажалык 

Барун-Хемчикский районный суд Республики Тыва в составе: председательствующего Манчыылай С.Ш., при секретаре Сувакбут Ч.А., переводчике К.С.Л., при участии помощника прокурора 

<

адрес> О.А.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску С.О.А. к К.С.С. о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных преступлениям, 

с участием истца С.О.А., ответчика К.С.С., его представителя – адвоката М.О.Б., действующей на основании ордера,

у с т а н о в и л :

С.О.А. обратилась в суд с вышеуказанным иском к ответчику, указывая на то, что 15 мая 2018 года вынесен приговор в отношении К.С.С. по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Преступлением ей причинен материальный ущерб, поскольку ею произведены траты на похороны, ритуальные услуги и погребение родной сестры О.У.А.. В целом ею понесены расходы на общую сумму 38 255,07 рублей. Кроме этого ей причинен моральный вред, который она оценивает в 1 000 000 рублей. 

В судебном заседании истица С.О.А. просила удовлетворить иск по указанным в нем основаниям. Пояснила, что преступными действиями К.С.С. ей причинены сильные душевные страдания, поскольку от его преступных действий умерла ее родная сестра, после ее смерти у нее ухудшилось состояние здоровья, был инсульт, испытала сильные душевные страдания, до сих пор лечится. 

Ответчик К.С.С. не согласился с иском, поясняя, что его родственники помогали на похоранах О.У.А.

Представитель ответчика – адвокат М.О.Б. с иском также не согласилась, пояснив, что в чеков не указаны конкретно какие продукты куплены, их стоимость, факт покупки спиртного не связан с похоронами. Кроме этого указала, что родственники К.С.С. помогли в похоронах О.У.А., покупали гроб за 4 402 рубля и рамку за 300 рублей.

Выслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости в части компенсации морального вреда, в части взыскания материального ущерба подлежащим удовлетворению с учетом подверженности понесенных расходов квитанциями, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В суде установлено, что умершая О.У.А. являлась родной сестрой истца и в порядке ст. 44 УПК РФ она была признана потерпевшей по уголовному делу по обвинению К.С.С. в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее- ГПК РФ) вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В этой связи при постановлении решения суд учитывает разъяснения, изложенные в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", согласно которым, исходя из положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).

Из истребованного материала уголовного дела следует, что приговором Барун-Хемчикского районного суда Республики Тыва от 15 мая 2018 года, вступившим в законную силу 11 сентября 2018 года, К.С.С. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Также данным приговором за С.О.А. признано право обращения в суд с гражданским иском в порядке гражданского судопроизводства. 

Из приговора суда следует, что 20 ноября 2017 года около 19 часов в 

<

адрес> в ходе распития спиртных напитков у К.С.С. из-за личных неприязненных отношений к О.У.А., возникших в ходе ссоры по поводу того, что последняя хочет с ним расстаться, возник умысел на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. 

Для реализации своего преступного умысла, 20 ноября 2017 года около 19 часов в вышеуказанной квартире, К.С.С. с целью умышленного причинения тяжкого вреда здоровью О.У.А., опасного для жизни человека, осознавая общественную опасность своих преступных действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью О.У.А., опасного для жизни человека, и желая их наступления, но не предвидя возможности причинения смерти последней, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, а именно в силу характера и локализации наносимых им множественных ударов по жизненно важным частям тела человека - голове, грудной клетке, должен был и мог предвидеть возможность наступления смерти последней, умышленно нанес множественные удары кулаками и ногами в область головы и грудной клетки О.У.А.. 

Преступными действиями К.С.С. потерпевшей О.У.А. были причинены телесные повреждения в виде кровоподтеков и ссадин левой половины лица и правой щечной области, кровоподтеков левого плеча и предплечья, которые расцениваются как повреждения не причинившие вред здоровью; закрытой черепно-мозговой травмы, которая причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, от которого О.У.А. скончалась на месте происшествия.

Поскольку приговором суда установлена вина ответчика в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, а именно в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью О.У.А., повлекшего по неосторожности ее смерть, при обстоятельствах, указанных в приговоре, то имеются основания для возложения на ответчика, как на причинителя вреда, ответственности по возмещению материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного истцу в связи со смертью её сестры.

Согласно положениям ст. ст. 55, 56, 67 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Истцом заявлено требование о возмещении материального ущерба в размере 38 255 рублей 07 копеек, понесенных истцом в связи с похоронами сестры. Вместе с тем истцом представлены доказательства, подтверждающие о причинении ей материального ущерба на сумму 23 400 рублей, которые подтверждаются товарными чеками от 21 и 22 ноября 2017 года. 

Вместе с тем, суд считает, что расходы истца на приобретение спиртных напитков на сумму 2 590 рублей не могут быть включены в расходы истца, связанные с погребением и похоронами сестры, поэтому из требуемой суммы материального ущерба эти расходы исключаются. 

Также суд указывает, что товарные чеки из магазинов «Аян», «Вояж» от 21 ноября 2018 года на суммы 6 485 рублей и 5 780,70 рублей не подтверждают расходы истца на погребение и похороны сестры, поскольку в них нет перечня, приобретенного товара.

Итого, размер причиненного истцу ущерба составляет 23 400 рублей. 

Расходы, связанные с похоронами умершей О.У.А., являлись необходимыми, понесены в разумных пределах, а также расходы на похороны не выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, поэтому суд признает их подлежащими возмещению.

Принимая решение, суд учитывает положения ст.1094 ГК РФ, согласно которой лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается. 

При таких обстоятельствах, сумма материального ущерба, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 23 400 рублей. Соответственно, исковые требования в этой части подлежат удовлетворению частично. 

Ответчиком каких-либо доказательств того, что сумма причиненного материального ущерба возмещена истцу, не представлено. 

Также истцом заявлено требование о компенсации морального вреда на сумму 1 000 000 рублей. 

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами.

Согласно п.2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как следует из разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.(абз.2 п.1).

Из материалов дела следует, что в результате неправомерных действий ответчика, выразившихся в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, истец, как сестра потерпевшей О.У.А., испытала нравственные страдания, испытала стрессовую ситуацию в связи со смертью близкого человека, потеря которого для истца является невосполнимой утратой, так как она являлась ее опорой, в связи с чем факт причинения нравственных страданий истцу, связанных с совершением в отношении её сестры уголовно-наказуемого деяния, у суда сомнений не вызывает. Характер нравственных страданий оценивается судом также из указанных в приговоре суда обстоятельств о событии преступления. 

Также судом учитываются обстоятельства, учтенные в качестве смягчающих наказание К.С.С. обстоятельств – явку с повинной, наличие малолетних детей, то, что он не судим, молодой возраст. 

Также при принятии решения о компенсации морального вреда суд учел оказание материальной помощи в похоронах умершей О.У.А. родственниками ответчика К.С.С..

При таких обстоятельствах, исходя из указанных обстоятельств дела, учитывая наличие на иждивении ответчика малолетних детей, суд частично удовлетворяет требования истца и определяет размер компенсации морального вреда в 350 000 рублей, что, по мнению суда, будет наиболее полно соответствовать принципу разумности и справедливости при возмещении компенсации морального вреда.

Кроме того, суд учитывает, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

В силу ст.103 ГПК РФ с ответчика в пользу муниципального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 902 рубля по требованию о возмещении материального ущерба, а также 300 рублей по требованию о компенсации морального вреда, всего 1 202 рубля. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

исковое заявление С.О.А. к К.С.С. о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных преступлениям – удовлетворить частично.

Взыскать с К.С.С. в пользу С.О.А. 23 400 рублей в счет возмещения материального ущерба, 350 000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненных преступлением.

В удовлетворении остальной части исковых требований С.О.А. к К.С.С. о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного преступлениям – отказать. 

Взыскать с К.С.С. в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 1 202 рубля.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Тыва в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Барун-Хемчикский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 30 ноября 2018 года (с учетом выходных дней 24 и 25 ноября 2018 года).

Судья С.Ш. Манчыылай