Дело № 2-590/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Вилючинск Камчатского края 17 октября 2017 года

Вилючинский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Чернявский А.В.,

при секретаре судебного заседания Новиковой Н.А.,

с участием:

старшего помощника прокурора ЗАТО г. Вилючинск Орловой А.Г.,

истца ФИО1, 

представителя истца ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному Обществу «Камчатэнергосервис» о признании приказа №81-к от 11 мая 2017 года о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения незаконным, приказа №29-к о прекращении (расторжении) трудового договора незаконным, восстановлении на работе в должности машиниста (кочегара) котельной 3 разряда, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 17 мая 2017 года по 17 июля 2017 года, взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

истец ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному Обществу «Камчатэнергосервис» (далее – АО «Камчатэнергосервис») о признании приказа №81-к от 11 мая 2017 года о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения незаконным, приказа №29-к о прекращении (расторжении) трудового договора незаконным, восстановлении на работе в должности машиниста (кочегара) котельной 3 разряда, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 17 мая 2017 года по 17 июля 2017 года, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 20 августа 2013 года был принят на работу к ответчику АО «Камчатэнергосервис» Усть-Большерецкого энергорайона на должность машиниста (кочегара) котельной Центральной 3 разряда Апачинского участка. Приказом № 81-к от 11 мая 2017 года к нему применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения за однократное грубое нарушение трудовой дисциплины, а именно за появление на рабочем месте 26 апреля 2017 года в состоянии алкогольного опьянения. Приказом № 29-к от 16 мая 2017 года уволен на основании п.п. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (далее по тексту также – ТК РФ), за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей. Указал, что в качестве доказательства нахождения его 26 апреля 2017 года на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения ответчиком представлен акт о нахождении работника на своем рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, в котором указано, что у него (ФИО1) визуально были выявлены признаки алкогольного опьянения (сильный запах алкоголя, невнятная речь, покраснение кожных покровов лица, шаткая походка). От прохождения медицинского освидетельствования он (ФИО1) отказался. Вместе с тем, обстоятельства, изложенные в акте, не соответствуют действительности. Так, 26 апреля 2017 года, придя на работу он (ФИО1) увидел, что прибыла комиссия, зашел в подсобное помещение, где находилась женщина (член комиссии), которая сказала, что от него исходит запах алкоголя («перегара»), на что он пояснил, что употреблял алкоголь накануне, так как был родительский день. Женщина сказала, что необходимо написать объяснительную по данному поводу, что и было им сделано. Он (ФИО1) сам предложил проехать в Усть-Большерецк на медицинское освидетельствование, однако женщина пояснила, что этого делать не нужно, достаточно будет его объяснительной, также пояснила, что за данный проступок он будет лишен премии. Сам акт о нахождении работника на своем рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения был составлен позднее – после майских праздников, как и требование о даче объяснения по поводу нахождения на рабочем месте 26 апреля 2017 года в состоянии алкогольного опьянения. Как усматривается из данного акта, он не содержит даты составления, что ставит под сомнение подлинность данного документа, поскольку невозможно с достоверностью определить, когда он был составлен. Кроме того, в требовании начальника энергорайона ФИО6, адресованному истцу о предоставлении письменного объяснения по факту нахождения на рабочем месте 26 апреля 2017 года в состоянии алкогольного опьянения, также не содержится даты его составления. Учитывая, что ранее к дисциплинарной ответственности он (ФИО1) не привлекался, полагал, что дисциплинарное взыскание не соответствует тяжести совершенного проступка, в день совершения дисциплинарного проступка истец фактически не приступил к исполнению трудовых обязанностей, поскольку в 11 часов был отстранен от работы, негативных последствий от его (ФИО1) действий не наступило. Ссылаясь на положения ст. ст. 81, 139, 192, 193, 234, 391, 392, 394 ТК РФ просил суд:

- признать приказ № 81к от 11 мая 2017 года о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения, незаконным; 

- признать приказ № 29-к от 16 мая 2017 года о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО1, незаконным; 

- восстановить ФИО1 на работе в АО «Камчатэнергосервис» в должности машиниста (кочегара) котельной 3 разряда;

- взыскать с АО «Камчатэнергосервис» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула с 17 мая 2017 года по 17 июля 2017 года в размере 70601 рубль 63 копейки; 

- взыскать с АО «Камчатэнергосервис» в пользу ФИО1 в счет возмещения морального вреда денежную сумму в размере 100000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске. Пояснил суду, что работал в АО «Камчатэнергосервис» в должности машиниста (кочегара) котельной Центральной 3 разряда Апачинского участка с 20 августа 2013 года до 16 мая 2017 года. 26 апреля 2017 года, придя на работу, он увидел, что прибыла комиссия, зайдя в подсобное помещение, где находилась женщина, являющая членом комиссии, которая сказал, что от него исходит запах алкоголя («перегара»), на что он пояснил, что употреблял алкоголь накануне, так как был родительский день. После этого, по указанию данной женщины, он написал объяснительную по данному поводу, при этом ему пояснили, что за указанный проступок он будет лишен премии. В этот день акт о нахождении работника на своем рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения составлен не был, он был составлен позднее, как и требование о даче объяснения по поводу нахождения на рабочем месте 26 апреля 2017 года в состоянии алкогольного опьянения. В своей объяснительной он отрицает факт употребление спиртных напитков, указал на то, что пришел на работу в указанный день с запахом алкоголя. Ходатайствовал о допросе в качестве свидетелей ФИО13 и ФИО12, которые были очевидцами происходящих событий, и могут подтвердить в судебном заседании указанные в объяснительной обстоятельства.

Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности, заявленные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика АО «Камчатэнергосервис» – ФИО4, действующая на основании доверенности, поддержала доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление. 20 августа 2013 года истец был принят на работу к ответчику на должность машиниста (кочегара) котельной 2 разряда. 18 марта 2014 года ФИО1 переведен на должность машиниста (кочегара) котельной 3 разряда. Приказом № 29-к от 16 мая 2017 года истец был правомерно уволен за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей пп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. 26 апреля 2017 года был составлен акт о нахождении работника на своем рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, составленного старшим мастером Апачинского участка ФИО7 в присутствии мастера ФИО8 и представителя первичной профсоюзной организации Усть-Большерецкого энергорайона ФИО9 Истец на своем рабочем месте находился в состоянии алкогольного опьянения, которое было выявлено по следующим факторам: сильный запах алкоголя, невнятная нарушенная речь, покраснение кожного покрова лица, неустойчивая походка. В тот же день истцом была написана объяснительная по указанному факту, однако сам ее он написать не смог, в связи с чем, объяснительная была оформлена с его слов уборщицей АО «Камчатэнергосервис» ФИО10 Факт отсутствия даты составления в акте о нахождении работника на своем рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, не оспаривался, вместе с тем представитель указала, что истец был ознакомлен с указанным актом, о чем свидетельствует его подпись, в связи с чем, ФИО2 из самого акта следует, что составлен он был в день когда истец находился на работе в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте, что следует из текста самого акта. Просила суд принять во внимание служебную записку старшего мастера Апачинского участка ФИО11 от 27 апреля 2017 года, в которой он описывает генеральному директору АО «Камчатэнергосервис» обстоятельства случившегося. 27 апреля 2017 года во исполнение ст. 193 ТК РФ начальник Усть-Большерецкого энергорайона ФИО5 затребовал у ФИО1 письменное объяснение по факту нахождения на рабочем месте 26 апреля 2017 года в состоянии алкогольного опьянения, данное требование было получено истцом 27 апреля 2017 года. Как указано в возражениях на иск нарушение трудовой дисциплины, а именно п. 3.2. и п. 3.3. должностной инструкции ФИО1, правил внутреннего трудового распорядка не допустимо, так как могло причинить вред неопределенному кругу лиц, ввиду того, что осуществление трудовых обязанностей с котлами, работающими под давлением, является опасным производством. Ссылаясь на указанные в возражениях основания, просила в удовлетворении заявленных истцом требований отказать.

Свидетель ФИО12, допрошенный в судебном заседании, показал, что работает в АО «Камчатэнергосервис» Усть-Большерецкого энергорайона машинистом (кочегаром) котельной в той же смене, что и его сын – ФИО2 Накануне 26 апреля 2017 года, они вместе с сыном были на кладбище, где похоронена дочь истца, которая приходилась ему (свидетелю ФИО12) внучкой, в связи с тем, что был родительский день, они выпивали спиртные напитки, после этого разошлись по домам. На следующий день он (свидетель ФИО12) как и истец вышли на работу. 26 апреля 2017 года он (свидетель ФИО12) не видел, чтобы истец употреблял алкоголь, в этот день утром, услышав крики о том, что истец пьян, он вышел на улицу, где стояли люди, узнав суть происходящего, он посоветовал сыну всё подписать, так как никто не знал, что его могут уволить. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО13, показал, что работает в АО «Камчатэнергосервис» Усть-Большерецкого энергорайона слесарем котельной. 26 апреля 2017 года он не видел, чтобы истец употреблял на работе алкогольные напитки, около 11 часов он услышал, как на улице кто-то кричит, о том, что ФИО1 пьян. Так же указал, что, истец готов был ехать на освидетельствование, но так как медицинское учреждение, находится за 60 км от места их работы, какая-то женщина сказала, что будет достаточно написать объяснительную, что ФИО1 и сделал. Позже ему стало известно со слов истца, что последнего уволили за данный дисциплинарный проступок. 

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, допросив свидетелей ФИО13, ФИО12, исследовав материалы и обстоятельства дела, а также заслушав заключение помощника прокурора Орловой А.Г., полагавшей требования истца о восстановлении на работе необоснованными и неподлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 5 Трудового кодекса Российской Федерации (далее также –ТК РФ) регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией РФ, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством и иными нормативно-правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. 9 ТК РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.

Под трудовыми отношениями закон понимает отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (статья 15 ТК РФ).

В силу ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. При этом, трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

В соответствии со ст. 91 ТК РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка организации и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с законами и иными нормативными правовыми актами относятся к рабочему времени.

В силу ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания, предусмотренные вышеназванной правовой нормой: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям. Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (часть пятая статьи 189 настоящего Кодекса) для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. 

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 ТК РФ, в соответствии с которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. 

Учитывая изложенное, дисциплинарное взыскание может быть применено работодателем в отношении работника только за неисполнение или ненадлежащее исполнение по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) с соблюдением установленной законом процедуры наложения дисциплинарного взыскания. 

В пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дел об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Согласно ст. 56 ТК РФ, трудовой договор – это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (в ред. Федеральных законов от 30.06.2006 N 90-ФЗ, от 05.05.2014 N 116-ФЗ). Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

В соответствии с п.п. «б» п.6 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения (пп. "б" в ред. Федерального закона от 30.06.2006 N 90-ФЗ).

В соответствии с п.38 Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Согласно п.42 названного Постановления при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту «б» пункта 6 части первой статьи Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием. Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

В свидетельстве о государственной регистрации юридического лица, открытое акционерное общество «Камчатэнергосервис» указано, что 08 июля 2011 года в единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о создании юридического лица. 24 ноября 2014 года изменилось фирменное наименование юридического лица с ОАО «Камчатэнергосервис» на АО «Камчатэнергосервис», о чем свидетельствует выписка из единого государственного реестра юридических лиц.

Согласно п. 2.4. устава АО «Камчатэнергосервис» видами деятельности данного юридического лица являются: производство пара и горячей воды (тепловой энергии); сбор и очистка воды; распределение воды; удаление и обработка сточных вод и иные виды деятельности, не запрещенные законодательством РФ.

Судом при рассмотрении дела установлено, что с 20 августа 2013 года ФИО1 был принят на работу в ОАО «Камчатэнергосервис» на должность машиниста (кочегара) котельной 2 разряда, с ним был заключен трудовой договор № 33 от 20 августа 2013 года, установлен оклад в размере 7368 руб. 14 коп., надбавка к заработной плате за стаж работы в районах крайнего севера в размере 80% заработка, компенсация за работу на работах с вредными и (или) опасными условиями труда в размере 12 % заработка, районный коэффициент к заработной плате в размере 1,8 (ежемесячно). 18 марта 2014 года истец был переведен на должность машиниста (кочегара) котельной 3 разряда. 

В соответствии с п. 2.2. трудового договора № 33 от 20 августа 2013 года, заключенного между ОАО «Камчатэнергосервис» в лице начальника отделения ФИО6 и ФИО2, работник обязан добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, предусмотренные ст. 21 ТК РФ, настоящим трудовым договором и должностной (рабочей) инструкцией, в том числе: подчиняться правилам внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; при выполнении трудовых обязанностей соблюдать нормы и правила по охране труда и технике безопасности и отраслевые правила работы с персоналом.

Должностная инструкция машиниста (кочегара) котельной 3 разряда определяет функциональные обязанности, права и ответственность машиниста (кочегара) котельной 3 разряда. В своей работе машинист (кочегар) котельной 3 разряда руководствуется: коллективным договором АО «Камчатэнергосервис»; правилами внутреннего трудового распорядка АО «Камчатэнергосервис»; организационно-распорядительными документами АО «Камчатэнергосервис»; инструкцией по охране труда; настоящей должностной инструкцией. 

В правилах внутреннего трудового распорядка, которые являются приложением к коллективному трудовому договору АО «Камчатэнергосервис» определены порядок взаимоотношений работников и работодателя, который по поручению собственника управляет трудом предприятия, порядок взаимоотношений между работниками в процессе труда. Все работники обязаны добросовестно выполнять должностные инструкции и функциональные обязанности, вовремя устранять замечания и выявленные недостатки, выполнять приказы и распоряжения руководства предприятия, связанные с трудовой деятельностью, а также предписания, доводимые с помощью служебных инструкций или объявлений. Согласно п. 1.2. раздела 6 (дисциплина труда и ответственность за нарушение трудовой дисциплины) «Правил внутреннего трудового распорядка» (далее по тексту также – Правил): запрещается распивать спиртные напитки и находиться на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Данному положению корреспондирует п. 3 раздела 8 (охрана труда и производственная санитария) Правил, согласно которому запрещается приходить на работу или находиться на работе в состоянии алкогольного опьянения. В соответствии с п. 5 раздела 6 Правил, работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения. 

С правилами внутреннего трудового распорядка (приложение № 1 к коллективному договору АО «Камчатэнергосервис») истец был ознакомлен, о чем в листе ознакомления имеется его подпись. 

Согласно приказу (распоряжению) № 29-к от 16 мая 2017 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО2 был уволен по подпункт «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей, а именно: появление работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного опьянения. 

Согласно акту о нахождении работника на своем рабочем месте в состоянии опьянения, составленного старшим мастером Апачинского участка ФИО11, в присутствии мастера ФИО14, слесаря тепловых сетей – представителя первичной профсоюзной организации Усть-Большерецкого энергорайона ФИО9, следует, что машинист (кочегар) котельной 3 разряда центральной котельной ФИО2 находился на своём рабочем месте 26 апреля 2017 года в 11 часов 00 минут в состоянии алкогольного опьянения. Данный факт был выявлен по следующим признакам: сильного запаха алкоголя; невнятной, нарушенной речи; покраснение кожного покрова лица, пошатывающаяся из стороны в сторону походка. ФИО2 пояснил, что действительно находился в нетрезвом состоянии, так как отмечал родительский день. В связи с чем, старший мастер Апачинского участка ФИО11 В соответствии с п. 2.43 своей должностной инструкции, отстранил от работы ФИО2 в 11 часов 00 минут, что зафиксировано в табеле учета рабочего времени. Главным инженером ФИО15 было разъяснено ФИО2, что допуск на следующую смену работника будет осуществлен только с разрешения старшего мастера. Также в указанном акте зафиксировано, что от медицинского освидетельствования ФИО2 отказался, в связи с чем, не пояснил.

Акт о нахождении работника на своем рабочем месте в состоянии опьянения, подписан старшим мастером Апачинского участка ФИО11, мастером ФИО14, слесарем тепловых сетей – представителем первичной профсоюзной организации Усть-Большерецкого энергорайона ФИО9 ФИО2 был ознакомлен с данным актом, о чем свидетельствует его подпись.

Старшим мастером Апачинского участка ФИО11 впоследствии была составлена служебная записка на имя генерального директора АО «Камчатэнергосервис» ФИО16, в которой указано, что машинист (кочегар) котельной 3 разряда Центральной Апачинского участка ФИО2 находился на своем рабочем месте 26 апреля 2017 года в 11 часов 00 минут в состоянии алкогольного опьянения. В 11 часов 05 минут 26 апреля 2017 года ФИО11 в соответствии с должностной инструкцией, отстранил ФИО2 от работы. В устной форме, при многочисленных свидетелях, работник подтвердил факт нахождения на рабочем месте 26 апреля 2017 года в нетрезвом состоянии, в связи с празднованием родительского дня. На основании изложенного, просил рассмотреть вопрос об увольнении ФИО1 за грубое нарушение трудовой дисциплины, а именно п. 3.2 и п. 3.3 должностной инструкции, правил внутреннего трудового распорядка, а также п. 3.2 по охране труда, с которыми он был ознакомлен под роспись, подобное поведение работников не допустимо при работе на опасном производстве с котлами, работающими под давлением. 

Из пояснительной записки работника АО «Камчатэнергосервис» Усть-Большерецкого района ФИО17 следует, что 26 апреля 2017 года по просьбе ФИО1 под его диктовку она (ФИО17) писала объяснительную.

Согласно ст. 193 ТК РФ, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. 

Начальником энергорайона ФИО6 было составлено уведомление о необходимости предоставления ФИО1 письменного объяснения в отдел кадров, по факту нахождения на рабочем месте 26 апреля 2017 года в 11 часов 00 минут в состоянии алкогольного опьянения. Уведомление получено истцом 27 апреля 2017 года, о чем в данном документе имеется его подпись.

В объяснительной ФИО1 от 26 апреля 2017 года, подписанной последним собственноручно указано, что он находился на работе в нетрезвом состоянии, просил на первый раз его простить, так как накануне был родительский день, впредь постарается такого не допускать.

Приказом № 81 к от 11 мая 2017 года машинист (кочегар) котельной Центральной 3 разряда Апачинского участка ФИО1 было применено дисциплинарное наказание в виде увольнения за однократное грубое нарушение трудовой дисциплины, также истец был лишен премии за апрель 2017 года в размере 100% в соответствии с п. 18 дополнительного соглашения от 07 апреля 2016 года к коллективному договору работников АО «Камчатэнергосервис». С данным приказом ФИО1 был ознакомлен 11 мая 2017 года, о чем имеется его подпись.

Оценивая в совокупности собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что ФИО1, работая в АО «Камчатэнергосервис», был уволен п.п. «б» п. 6 ст.81 ТК РФ за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей: появление работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного опьянения, процедура привлечения работника ФИО1 к дисциплинарной ответственности была соблюдена, а именно, ему было предоставлено право дать объяснения по факту нарушения трудовой дисциплины и выполнения трудовых обязанностей, выразившихся в нахождении на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. 

Доводы истца в той части, что его незаконно уволили, поскольку был он трезв, опровергаются имеющимися в деле документами, а именно: актом о нахождении работника на своём рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, составленный старшим мастером Апачинского участка ФИО7 в присутствии мастера ФИО8 и представителя первичной профсоюзной организации Усть-Большерецкого энергорайона ФИО9; служебной запиской старшего мастера Апачинского участка ФИО7 от 27 апреля 2017 года; объяснительной самого истца от 26 апреля 2017 года, в которой он подтверждает факт нахождения на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. 

Иной оценки объяснениям ФИО1 которые были им даны в судебном заседании, при которых им не отрицалось употребление спиртного накануне 26 апреля 2017 года, что еще в совокупности подтверждается его письменными объяснениями, и сведениями изложенными в акте с которыми истец был согласен и возражения по данному поводу не высказывал в совокупности указывают на нахождение истца в состоянии опьянения на рабочем месте. 

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО12 и ФИО13 не видели, чтобы истец употреблял на рабочем месте спиртные напитки либо пришел на работу в состоянии алкогольного опьянения, однако свидетель ФИО12 подтвердил показания истца в части того, что накануне 26 апреля 2017 года ФИО1 употреблял алкогольные напитки, в связи с тем, что был родительский день. 

Указанные истцом и его представителем недочеты при составлении акта, а именно, отсутствие указания на дату составления акта в данном случае не являются определяющими и могущими повлиять на принятие решения для удовлетворения требований истца. Суду представлено достаточно доказательств, свидетельствующих о наличии алкогольного опьянения у ФИО1 на момент осмотра, которые суд оценивает в совокупности.

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами ответчика и не находит оснований для восстановления ФИО1 на работе и удовлетворения его требований в этой части.

В связи с тем, что требования о восстановлении истца на работе не подлежат удовлетворению, не подлежит удовлетворению соответственно и остальные требования, являющиеся производными от основного, а именно: о признании приказа № 81к от 11 мая 2017 года о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения, незаконным; о признании приказа № 29-к от 16 мая 2017 года о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО1, незаконным; восстановить ФИО1 на работе в АО «Камчатэнергосервис» в должности машиниста (кочегара) котельной 3 разряда; взыскании заработной платы за время вынужденного прогула с 17 мая 2017 года по 17 июля 2017 года в размере 70601 рубль 63 копейки и компенсации морального вреда.

Доводы истца о чрезмерно суровости примененного работодателем наказания в виде увольнения не являются основанием для удовлетворения требований, поскольку суд не вправе принимать решение в части определения вида наказания, при совершении дисциплинарного проступка сотрудником, что является исключительной прерогативой работодателя. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному Обществу «Камчатэнергосервис» о признании приказа №81-к от 11 мая 2017 года о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения незаконным, приказа №29-к о прекращении (расторжении) трудового договора незаконным, восстановлении на работе в должности машиниста (кочегара) котельной 3 разряда, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 17 мая 2017 года по 17 июля 2017 года, взыскании компенсации морального вреда отказать за необоснованностью.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Вилючинский городской суд в течение 10 дней со дня его принятия в окончательной форме – 22 октября 2017 года.

Судья Чернявский А.В.