РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

6 ноября 2019 года город Новосибирск

Новосибирский гарнизонный военный суд в составе председательствующего — судьи Подольского Е.А., при секретаре судебного заседания Завьялове Д.А., с участием представителя истца ФИО1 и представителя ответчика ФИО2, рассмотрел в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, гражданское дело № 2-195/2019 по исковому заявлению Федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Новосибирский военный институт имени генерала армии И.К. Яковлева войск национальной гвардии Российской Федерации» (далее — Военный институт) о взыскании с военнослужащего Военного института 

<

данные изъяты> ФИО3 неосновательного обогащения.

В ходе судебного разбирательства военный суд 

установил:

начальник Военного института ФИО4 обратился в суд с вышеназванным исковым заявлением, в котором указал, что ответчик проходит военную службу по контракту в данном образовательном учреждении и состоял на учёте нуждающихся в предоставлении служебных жилых помещений, вместе с тем в ходе ревизии было установлено, что ФИО3 необоснованно постановлен на учет и ему ошибочно выплачивалась компенсация за наем жилого помещения за период с января по декабрь 2014 года и за январь 2016года, кроме того, в периоды с января по декабрь 2015 года и с февраля по август 2016года истец арендовал для проживания ФИО3 жилое помещение, понеся расходы по оплате аренды.

Также представитель истца указал, что за вышеприведенные периоды сумма неположенных выплат ФИО3 компенсации за наем жилого помещения составила 67587 рублей, а сумма арендных платежей — 280500 рублей, при этом ответчиком добровольно были возмещены денежные средства в сумме 51300 рублей, в связи с чем, размер неосновательного обогащения последнего составил 296787 рублей.

В данной связи представитель истца просил взыскать с ФИО3 в пользу Военного института неосновательное обогащение — излишне выплаченные денежные средства и понесённые истцом расходы на оплату аренды в вышеуказанном размере.

Представитель истца Мороз в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме и просил суд об их удовлетворении.

Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания в суд не прибыл. В ходе предварительного судебного заседания ФИО3 исковые требования не признал, указав, что по месту прохождения военной службы в городе Новосибирске он имеет долю в праве собственности на квартиру, однако проживание в ней с семьей невозможно,поскольку с учетом общей площади данной квартиры на каждого члена его семьи приходится ниже установленной в данном населенном пункте учетной нормы. Оданном факте он ставил в известность командование Военного института, когда в 2014 году исполнил рапорт на включение в списки на предоставление жилых помещений специализированного жилищного фонда, в связи с чем, полагает, что каких-либо нарушений жилищной комиссией при его принятии на такой учет допущено не было и полученные им выплаты, как и оплата аренды, произведены правомерно.

Кроме того, ответчик полагает, что вышеуказанные денежные средства не могут быть взысканы в качестве неосновательного обогащения, поскольку являлись средствами к существованию его семьи, а также указывает на пропуск истцом срока исковой давности, так как с момента неправомерной постановки его на учёт нуждающихся в служебных жилых помещениях в январе 2014 года прошло более трех лет.

Акт ревизии, равно как и решение жилищного органа о снятии ФИО3 с жилищного учета, на котором он состоял с 2014 года, последний в установленные законом сроки не обжаловал ни в служебном, ни в судебном порядке.

Представитель ответчика ФИО2 не признала иск, считая его необоснованным, и также просила суд применить последствия пропуска истцом срока исковой давности, поддержав доводы своего доверителя и указав, что ФИО3 является ненадлежащим ответчиком, поскольку принимая решение о снятии его с учёта нуждающихся в служебных жилых помещениях жилищной комиссией Военного института установлена виновность должностных лиц названной комиссии в постановке ФИО3 на соответствующий учёт, по этому же основанию выплаченные последнему и сбереженные им денежные средства не могут быть признаны неосновательным обогащением, в связи с тем, что на момент выплаты денежной компенсации и оплаты аренды имелись основания для их производства.

Также ФИО2 указала, что денежные средства, которые Военным институтом были выплачены ответчику и перечислены арендодателю, не подлежат взысканию с ФИО3, в связи с тем, что они произведены во исполнение несуществующего обязательства, кроме того с ФИО3 не могут быть взысканы суммы налога на доходы физических лиц (далее — НДФЛ), уплата которого произведена истцом по условиям договора аренды жилого помещения, поскольку ответчик не является налоговым агентом.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, и их представителей, изучив представленные письменные возражения и отзывы, исследовав доказательства по делу, суд приходит к следующим выводам.

Как видно из решения жилищной комиссии Военного института, оформленного протоколом № от 27 февраля 2014 г., ФИО3 с 14 февраля 1995г. зарегистрирован по месту жительства по адресу: 

<

адрес>, при этом 1/3 доли в праве собственности на указанную квартиру, общей площадью 55,2 кв. м, принадлежит ответчику, то есть на долю последнего приходится более 18 кв.м площади жилого помещения, а его супруга зарегистрирована по месту жительства в 

<

адрес>, при таких обстоятельствах комиссией единогласно принято решение о принятии ФИО3 с 17 января 2014 г. (даты подачи им соответствующего рапорта) с составом семьи четыре человека на жилищный учет в целях обеспечения служебным жилым помещением.

Согласно копиям договоров найма жилого помещения от 16 января и 1декабря 2014 г., заключенных с собственником жилья О., ФИО3 за ежемесячную плату в размере, соответственно, 12000 рублей и 15000 рублей в спорный период осуществлял найм однокомнатной квартиры, общей площадью 29,9 кв.м, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Из копий договоров аренды жилого помещения от 1 января, 1 августа, 16ноября 2015 г., а также от 19 февраля 2016 г. и найма жилого помещения от1января 2016 г., заключенных с собственником жилья Т., усматривается, что в период с января 2015 года Военным институтом для проживания ФИО3 была арендована двухкомнатная квартира, общей площадью 48,2 кв.м, расположенная по адресу: 

<

адрес>, и размер арендной платы составил 15 500 рублей (в том числе НДФЛ в размере 2015 рублей), а с февраля 2016 года — 13500 рублей (в том числе НДФЛ в размере 1755 рублей), при этом в январе 2016 года ФИО3 за ежемесячную плату в размере 18 000 рублей самостоятельно осуществлял найм указанной квартиры.

При этом из указанных договоров аренды также следует, что данная квартира предоставлялась Военным институтом ФИО3 на условиях безвозмездного временного пользования, срок действия которого был равен сроку аренды.

Как видно из решения жилищной комиссии Военного института, оформленного протоколом № от 21 сентября 2016 г., в связи с принятием ФИО3 на жилищный учет в нарушение положений пункта 3 статьи 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г.№ 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», ранее принятое решение названной комиссии было отменено на основании п. 6 части 1 ст. 56 Жилищного кодекса РФ и он был снят с учета нуждающихся в предоставлении служебного жилья, с прекращением оплаты стоимости аренды жилого помещения по договору от19февраля 2016 г.

Согласно п. 2.1 Акта ревизии отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности Военного института от 24 сентября 2016 г. инспектором-ревизором сделан вывод о незаконной постановке ФИО3 на жилищный учет с 2014 года и, соответственно, о необоснованности выплаты последнему ежемесячной денежной компенсации за период с 17 января по 31декабря 2014 г., а также за период с 1 по 31 января 2016 г. в сумме 67587рублей, а также оплаты аренды жилого помещения за период с 1 января по 31 декабря 2015 г. и с 16 февраля по 31 августа 2016 г. в сумме 280500рублей, а всего на общую сумму 348087 рублей.

Производство истцом ответчику денежной компенсации, а также оплата аренды жилого помещения и расчет задолженности подтверждены соответствующей справкой финансового органа Военного института, приложенной к исковому заявлению.

Согласно копиям приходных кассовых ордеров от 16 мая и 27 декабря 2017 г., от 24 мая и 14 июня 2018 г. и от 16 апреля 2019 г., соответственно, №, №, №, № и № от ФИО3 в кассу Военного института приняты денежные средства в размере, соответственно, 20500 рублей, 14400 рублей, 1000 рублей, 1000 рублей и 14400 рублей, а всего в сумме 51300 рублей, при этом каждый раз в качестве основания принятия денежных средств указано — «возмещение по акту ревизии за неположенную выплату за поднаем и аренду жилого помещения».

Как следует из оборотно-сальдовой ведомости по счету № за период с 1 января по 20 августа 2019 г. за К-вым перед Военным институтом числится задолженность в связи с оплатой аренды в размере 280500 рублей и в связи с переплатой денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений в размере 16287 рублей.

Согласно пункту 3 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащим– гражданам, проходящим военную службу по контракту, и членам их семей, прибывшим на новое место военной службы названных военнослужащих, до получения жилых помещений предоставляются служебные жилые помещения, пригодные для временного проживания, жилые помещения маневренного фонда или общежития.В случае отсутствия указанных жилых помещений воинские части арендуют жилые помещения для обеспечения военнослужащих – граждан и совместно проживающих с ними членов их семей или по желанию названных военнослужащих ежемесячно выплачивают им денежную компенсацию за наем (поднаем) жилых помещений в порядке и размерах, которые определяются Правительством РФ.

В силу нормативных предписаний п. 2 Положения о выплате денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений военнослужащим – гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту, и членам их семей, утвержденного постановлением Правительства РФ от31декабря 2004 г. № 909, денежная компенсация выплачивается со дня заключения договора найма (поднайма) жилого помещения, но не ранее дня включения федеральным органом исполнительной власти (федеральным государственным органом), в котором предусмотрена военная служба, военнослужащих в списки на предоставление жилых помещений специализированного жилищного фонда.

Анализ вышеизложенного положения позволяет суду прийти к выводу о том, что обязательным условием выплаты денежной компенсации за наем (поднаем) жилых помещений является законное нахождение претендующих на её получение военнослужащих в соответствующих списках.

В соответствии со ст. 1102 главы 60 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст.1109 названного Кодекса.

Правила, предусмотренные гл. 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Спорные денежные средства, выплаченные в качестве денежной компенсации за наем жилого помещения, по своей правовой природе являются компенсационными, не были выплачены во исполнение несуществующего обязательства, в связи с чем не могут быть отнесены к средствам, которые не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения по основаниям, предусмотренным пунктами 3 и 4 ст. 1109 ГК РФ.

Поскольку приведенные выше доказательства свидетельствуют об отсутствии у ФИО3 права на получение денежной компенсации за наем (поднаем) жилого помещения в обозначенный период, с учетом того, что вышеуказанные акт ревизии и решение жилищной комиссии Военного института о снятии ответчика с учета установили неправомерность нахождения ответчика с 2014 года в списках на предоставление жилых помещений специализированного жилищного фонда, то суд считает заявленные исковые требования обоснованными в части взыскания с ФИО3 названной компенсации.

При этом законность вышеуказанных акта и решения жилищной комиссии о снятии ФИО3 с жилищного учета, как вытекающие из публичных правоотношений, не могут быть проверены судом в рамках настоящего искового производства, а у заинтересованного лица имеется возможность оспорить их в другом процессуальном порядке, а именно в порядке гл. 22 Кодекса административного судопроизводства РФ.

Изложенное свидетельствует о несостоятельности соответствующих доводовответчика и его представителя о том, что ФИО3 является ненадлежащим ответчиком и что полученные им денежные средства в качестве компенсации за наем жилого помещения не являются неосновательным обогащением, в связи с чем названные средства подлежат взысканию с ФИО3 в пользу Военного института.

Не влияет на вышеуказанный вывод суда заявление ответчика и его представителя о пропуске истцом срока исковой давности, исходя из следующего.

Согласно ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии со ст. 23 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Как видно из указанных выше копий приходных кассовых ордеров, в счет возмещения ущерба, причиненного выплатой компенсации и оплатой аренды, ответчиком внесен в кассу Военного института ряд платежей, последний из которых датирован 16 апреля 2019 г.

При таких обстоятельствах, с учетом изложенного выше, срок исковой давности по настоящему иску надлежит исчислять с 16 апреля 2019 г., поскольку обозначенное действие ответчика свидетельствует о частичном признании им долга, что предполагает течение названного срока заново.

Поскольку с исковым заявлением в суд истец обратился 16 сентября 2019г., то суд констатирует, что предусмотренный ст. 200 ГК РФ срок не истек.

Данный вывод основан на представленных истцом вышеуказанных финансовых документах, о подложности которых ответчиком не заявлялось, в связи с чем, мнение представителя ответчика о том, что денежные средства в счет погашения ущерба, выявленного актом ревизии, могли вноситься не К-вым, является голословным и отвергается судом, поскольку ответчик ранее сообщал о самостоятельном внесении данных денежных средств в кассу Военного института.

Ссылка ФИО3 на судебные постановления судебных коллегий Верховного Суда РФот14июня и 18 октября 2016 г. № 50-КГ16-4 и № 1-КГ16-23, а также от18сентября и 17 октября 2018 г. № 16-КГ18-35 и № 304-ЭС18-15877, как вынесенные по спору между другими сторонами, не имеет преюдициального значения для разрешения настоящего дела.

Вместе с тем, требования искового заявления о взыскании с ФИО3 стоимости аренды жилого помещения не подлежат удовлетворению по следующему основанию.

Из положений п. 4 ст. 1109 ГК РФ, следует, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленное во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства, либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Поскольку оснований для нахождения ФИО3 в списках на предоставление жилых помещений специализированного жилищного фонда не имелось, то основания для заключения Военным институтом договора аренды жилого помещения также отсутствовали.

Таким образом, расходы, понесенные истцом по оплате аренды жилого помещения, в силу п. 4 ст.1109 ГК РФ, не подлежат взысканию в качестве неосновательного обогащения.

При таких обстоятельствах, военный суд приходит к выводу о том, что требования искового заявления о взыскании с ФИО3 неосновательного обогащения подлежат удовлетворению частично в размере денежных средств, выплаченных последнему в качестве компенсации за наем жилого помещения за вычетом суммы денежных средств в размере 51300 рублей, внесённой им в кассу Военного института, в связи с чем в пользу истца с ответчика надлежит взыскать 16287 рублей.

Как следует из п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от29мая 2014 г. № 8, при решении вопроса об уплате органом военного управления государственной пошлины при обращении в суд необходимо учитывать льготы, предусмотренные Налоговым кодексом РФ. Разрешая вопрос, относится ли орган военного управления к государственному органу, имеющему льготу по уплате государственной пошлины, следует применять то значение понятия государственного органа, которое используется в соответствующей отрасли законодательства. Так, органы военного управления, созданные в целях обороны и безопасности государства, относятся к государственным органам, освобождаемым от уплаты государственной пошлины в соответствии с подпунктом 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ при выступлении в качестве истцов и ответчиков.

Исходя из предназначения и задач войск национальной гвардии Российской Федерации, определенных статьями 1 и 2 Федерального закона от3июля 2016 г. № 226-ФЗ «Овойсках национальной гвардии Российской Федерации» на них возлагаются подобные цели, в связи с чем, на Военный институт, входящий в состав названных войскв соответствии со ст.5 указанного Федерального закона, распространяются положения п. 1 ст. 333.36 НК РФ об освобождении государственного органа от уплаты государственной пошлины.

Учитывая вышеизложенное, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, в силу положений ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, подлежит взысканию с ответчика в бюджет города Новосибирска пропорционально удовлетворенной части требований вразмере 651 рубль 48копеек.

Руководствуясь статьями 194–199 ГПК РФ, военный суд 

решил:

Иск Федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Новосибирский военный институт имени генерала армии И.К. Яковлева войск национальной гвардии Российской Федерации» к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в размере 296787 рублей — удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу Федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Новосибирский военный институт имени генерала армии И.К.Яковлева войск национальной гвардии Российской Федерации» 16287(шестнадцать тысяч двести восемьдесят семь) рублей.

В удовлетворении исковых требований на оставшуюся сумму в размере 280500 (двести восемьдесят тысяч пятьсот) рублей — отказать.

Взыскать с ФИО3 в бюджет города Новосибирска судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 651 (шестьсот пятьдесят один) рубль 48 копеек.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-ой Восточный окружной военный суд через Новосибирский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Е.А. Подольский