Дело № 

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Первомайский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Коржевой М.В.,

при секретаре ФИО6, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску 

ФИО2 к

ФИО3 о

признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности договора дарения с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения, в лице территориального отдела опеки и попечительства по 

<

адрес> ВГО, Управления Росреестра по ПК 

УСТАНОВИЛ

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности договора дарения, указав, что ДД.ММ.ГГГГ им был предоставлен целевой заем в сумме 80000$ США ФИО3 на приобретение 2-х комнатной квартиры, что подтверждается распиской. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была приобретена 2-х комнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>. Решением Первомайского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 в его пользу взыскана денежная сумма в размере 80000$ США с оплатой в рублевом эквиваленте по курсу Центрального Банка РФ на день фактического исполнения решения суда, судебные расходы в сумме 34545 руб. Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ОСП по 

<

адрес> ВГО возбуждено исполнительное производство №-ИП. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ее несовершеннолетним сыном ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения, был заключен договор дарения, по условиям которого Даритель подарил Одаряемому квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, а одаряемый указанную квартиру в дар принял, переход права собственности зарегистрирован. Поскольку ответчица произвела отчуждение недвижимости своему несовершеннолетнему сыну, зная о наличии неисполненных обязательств перед истцом, а также о том, что в соответствии с положениями ФЗ «Об исполнительном производстве» судебным приставом-исполнителем будут совершены меры для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов, в том числе направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение ее к исполнению исполнительного документа, постольку это указывает на заключение сделки с целю создания ее видимости и притворства. Ответчица заключила договор дарения непосредственно после того как узнала о решении суда о взыскании с нее суммы долга, при этом она знала о том, что он (истец) предпринимал действия, направленные на принятие обеспечительных мер в рамках рассмотрения дела о взыскании суммы, т.о. сделка направлена на укрытие от установления судебным приставом-исполнителем мер в целях воспрепятствования должнику распорядиться данным имуществом в ущерб интересам взыскателя. Указывал, что договор мнимый (притворный), цель последнего скрыть целевой займ на приобретение квартиры, т.е. сделка только для вида. Полагал, что ответчица распорядилась недвижимым имуществом с намерением причинить ему (истцу) вред, уйти от исполнения своих обязательств. Просил со ссылками на положения ст.ст. 10,166, 167,170 ГК РФ признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, от ФИО3 к ФИО4, исключить запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности на указанную квартиру, применить последствия недействительности договора дарения в виде возврата в собственность ФИО3 указанной квартиры. 

Определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле по иску ФИО2 к ФИО3 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчицы привлечен ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ, в лице территориального отдела опеки и попечительства по 

<

адрес> ВГО. 

Определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле по иску ФИО2 к ФИО3 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по 

<

адрес>.

Истец в судебном заседании на исковых требованиях настаивал в полном объеме, поддержал ранее изложенное, в том числе в письменной форме. Так в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ истец давал пояснения по иску как в нем изложено, дополнительно указывал, что ответчица после ознакомления с материалами дела по взысканию суммы совершила дарение, она обезопасила себя от мер, от исполнения решения суда, избавилась от имущества, другого не имеет, это дает основание окончить исполнительное производство, исполнение решения производится вычетом по 8000 руб. ежемесячно. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представил письменные пояснения по иску (л.д. 243-252), из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ ответчица ознакомилась с материалами дела о взыскании суммы, в котором находилось ходатайство о принятии обеспечительных мер от ДД.ММ.ГГГГ, мотивированное тем, что ответчица возможно сделает отчуждение спорного имущества в пользу своих родственников – матери, брата. Полагал, что ответчица неверно указывает в отзыве на то, что данным договором она обеспечила ребенка от притязания третьих лиц, она обезопасила себя от его (истца) притязаний. Именно предвидя финансовые проблемы, связанные с возвратом долга, ответчица заключила мнимый договор дарения. Полагал, что сделка была направлена на уменьшение объема имущества с целью отказа во взыскании ему как кредитору. Указал, что ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено исполнительное производство №-ИП. Со ссылкой на п. 22 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательств при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», указывал, что в течение срока для добровольного исполнения применение мер принудительного исполнения не допускается, при этом СПИ в указанный срок вправе совершать отдельные исполнительные действия, в том числе наложить арест на имущество должника, установить запрет на распоряжение последним. Добровольно ответчица решение не исполнила, последнее исполняется принудительно путем удержания из заработной платы, ежемесячно около 8000 руб., более того, она всячески чинит препятствия по исполнению решения, обращаясь с исками о приостановлении исполнительного производства, об обжаловании действий СПИ. Полагал, что непринятие обеспечительных мер при рассмотрении иска о взыскании суммы привело к неисполнению решения и новому иску. Оценил договор дарения как сделку ответчицы с самой собой, поскольку она подписала договор, полагал, что ребенок ничего не знал и возможно не знает о сделке до настоящего времени. Полагал, что передача дара не произведена, поскольку ребенок с лета 2016 г. отсутствует в 

<

адрес>, сведения о состоянии квартиры, данные технического паспорта, недостатки и дефекты последней, в договоре, как и передаточный акт, отсутствуют. Указывал, что за счет единственного недвижимого имущества ответчицы можно было бы исполнить решение суда, другого имущества, за счет которого могут быть удовлетворены его требования, у нее нет. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ дополнительно пояснил, что решением суда цель займа не определена, воли родителей на приобретение оспариваемой квартиры в пользу ребенка не было. Его права ущемляются тем, что ответчица избавилась от своего единственного жилья, в связи с чем исполнительное производство будет прекращено. Указал, что обжаловать определение от ДД.ММ.ГГГГ он не успел, в дальнейшем с подобным ходатайством не обращался, поскольку у него нет юридического образования, данные тонкости он не знает, полагал, что он итак много сделал для исполнения решения. Оставил на разрешение суда вопрос о том, является ли сделка мнимой или притворной, при это указал, что он полагает, что сделка мнимая, т.к. совершена лишь для вида. Не отрицал, что от продажи машины, принадлежащей ответчице, он получил 780000 руб.. 

Представитель ответчика, который также является представителем третьего лица ФИО4, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал по доводам, изложенным ранее, в том числе изложенным ответчицей в письменной форме. Так в предварительном судебном заседании был приобщен отзыв ответчицы (л.д. 103-105), из которого следует, что договор дарения реален, порока воли не имел, кроме того, одаряемым по договору является несовершеннолетний ребенок не только ответчицы, но и истца, о чем он умалчивает. Ответчица в отзыве изложила свое понимание приобретения спорной квартиры, указала, что совершая дарение в пользу ребенка, она исходила из интересов последнего, формализировав первоначальное решение родителей приобрести квартиру в его интересах, а также с целью обезопасить его в дальнейшем от притязаний третьих лиц, она действовала разумно, добросовестно, при этом сохранила за собой право проживания в квартире. Полагала, что подав иск, истец злоупотребил свои правом, при оценке поведения участников процесса необходимо учесть, что истец не оспаривал определение Первомайского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в удовлетворении заявления об обеспечении иска, которым ему отказано, она (ответчица) не стала выводить из имущества автомобиль Тойота Ленд Крузер, хотя имела такую возможность, последний арестован ДД.ММ.ГГГГ в рамках исполнительного производства №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ. Указала, что в рамках исполнительного производства истец также не предпринял никаких действий по аресту ее единственного жилья имея теоретическую возможность совершить последнее в соответствии с п. 43 Постановления Пленума ВС от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства». Полагала, что истец злоупотребляет правом, когда имея задолженность по алиментам на совместного ребенка, он избавился от единственного пригодного для проживания жилья, при этом считает противозаконным ее право на распоряжение имуществом. В силу ст. 10 ГК просила в иске отказать. В предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель ответчицы дополнительно указал, что о необходимости вернуть деньги истица узнала по вступлению решения в законную силу, в январе, уведомления, направленные ранее, она сочла шуткой. Не исключил, что об обеспечительных мерах ответчица узнала до получения решения суда. Указал, что третье лицо живет у бабушки, в 

<

адрес>, отправлен туда летом 2016 г., на каникулы, оставлен там в связи с началом судебных тяжб. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ дополнительно показал, что ответчица не скрывает заработную плату, после изъятия машины ей перестали платить премию, она получает 24000 руб. в месяц, из которых производятся выплаты. Ребенок против поведения отца, не желает с ним общаться, обижен на него, он владеет всей информацией по квартире, он в ней зарегистрирован, у него есть ключи от квартиры, он знает, что мама подарила ему квартиру и относится к этому положительно. Указывал, что истец препятствует своему ребенку иметь имущество в собственности, ответчица в настоящее время лишена права распоряжения квартирой, она продолжает нести бремя ее содержания как мать несовершеннолетнего. 

В судебное заседание не явились ответчица, третьи лица, все извещены надлежащим образом, в том числе законный представитель третьего лица – несовершеннолетнего, Территориальный отдел опеки и попечительства по 

<

адрес> ВГО. В силу ст. 167 ГПК РФ суд, с согласия истца, представителя ответчицы, который также является представителем несовершеннолетнего третьего лица по доверенности, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. 

Выслушав истца, представителя ответчицы, который также является представителем несовершеннолетнего третьего лица по доверенности, суд пришел к необходимости в иске отказать в полном объеме в силу следующего. 

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ Первомайский районный суд 

<

адрес> взыскал с ответчицы в пользу истца сумму займа 80000 долларов США с оплатой в рублевом эквиваленте по курсу ЦБ на день фактического исполнения, судебные расходы 34545 руб.. Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ 

ДД.ММ.ГГГГ судебным приставом-исполнителем Отдела судебных приставов по 

<

адрес> ВГО возбуждены исполнительные производства №-ИП и №-ИП на основании исполнительных листов Первомайского районного суда 

<

адрес> о взыскании с ответчицы в пользу истца 34545 руб. и 80000 долларов в эквиваленте по курсу ЦБ РФ на день фактического исполнения решения суда. 

ДД.ММ.ГГГГ два производства объединены в сводное производство, ДД.ММ.ГГГГ ответчица получила постановление об объединении.

На основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в лице представителя ФИО7 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ подарила ФИО3, действующей за несовершеннолетнего ребенка сторон по данному делу, ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении последнего и не оспаривалось истцом в судебных заседаниях, спорную квартиру, расположенную на 2-м этаже, назначение жилое, площадью 51,1 кв.м., право собственности несовершеннолетнего зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ. 

Это было единственное принадлежащее ответчице на праве собственности недвижимое имущество, которое находилось в ее собственности на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, регистрация права произведена ДД.ММ.ГГГГ. 

Истец полагает, что данная сделка является мнимой (притворной), поскольку заключена между матерью и ее несовершеннолетним ребенком, в результате этой сделки истец лишается возможности получить удовлетворение своих денежных требований по возмещению имущественного вреда, поскольку иного имущества, помимо указанного выше, у ответчицы не имеется, сделка совершена с целью уклонения от исполнения долговых обязательств перед истцом, а не с целью достижения соответствующих сделке правовых последствий, цель этой сделки скрыть целевой займ в виде приобретенной двухкомнатной квартиры на заемные средства, ответчица допустила злоупотребление правом.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч.3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу ст. 170 ГК Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна; притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Диспозиция п. 1 ст. 170 ГК РФ содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Исходя из смысла приведенных выше норм, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

По основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Правовые последствия признания договора недействительным в силу его ничтожности как мнимой сделки отличны от правовых последствий признания договора недействительным в силу его ничтожности как притворной сделки, в связи с чем законодателем в рамках одной правовой нормы установлена самостоятельность каждого из указанных оснований для признания сделки недействительной.

Таким образом, сделка не может быть признана одновременно мнимой и притворной.

Согласно ч. 1 ст. 572 ГК Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. 

В силу с п. 2 ст. 223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 ГК Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Ст. 35 Конституции гарантировано, что каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

Суд полагает, что договор дарения спорной квартиры от ДД.ММ.ГГГГ не является мнимой либо притворной сделкой, целью данного договора явилось создание соответствующих правовых последствий, а не избежание обращений взысканий в рамках исполнительных производств на принадлежащее ответчице имущество, и не скрыть целевой займ, как об этом указывает истец, поскольку решением суда, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, имеющим для сторон преюдициальное значение установлен факт заключения договора займа, а не целевого договора займа, оспаривание данного факта сторонами недопустимо.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Достаточных и безусловных доказательств, с достоверностью подтверждающих, что договор дарения между ответчицей и совместным несовершеннолетним ребенком сторон по делу был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие сделке правовые последствия, либо с целью скрыть иную сделку, истцом, исходя из бремени доказывания, не представлено.

При этом суд исходит из того, что совершив сделку дарения, ответчица воспользовалась своим правом собственника имущества по распоряжению им, в момент совершения сделки спорное имущество не находилось под арестом либо иным обременением. Оспариваемая истцом сделка была совершена в соответствии с требованиями закона, реально исполнена, действия по регистрации перехода права собствее6ности совершены, в ЕГРП внесены записи о переходе права собственности на квартиру, сторонами сделка не оспорена. Доводы истца об обратном носили устный характер, ничем не подтверждены. Тот факт, что дарение производилось между матерью и ребенком, который также является ребенком истца, с учетом представителя матери по доверенности, то, что в настоящее время ребенок отсутствует в 

<

адрес>, что ответчица оставила за собой право проживания в спорной квартире, что данная квартира была ее единственным недвижимым имуществом, пригодным для жилья, что она продолжает нести бремя содержания последней, на действительность договора дарения не влияет, доводы истца об обратном несостоятельны. 

Основания для отказа в регистрации перехода права собственности не имелось, поскольку согласно п. 1 ст. 8.1 ГК РФ ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации, последние отсутствовали.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзацах втором и третьем п. 78 постановления Пленума ВЧС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. 

Суд полагает, что оспариваемый договор не нарушает прав истца, как взыскателя, не препятствует исполнению решения суда о взыскании суммы займа, стороной по спорной сделке он не являлся, а применение последствий недействительности сделки не является единственным способом защиты прав истца на исполнение вышеуказанного решения. 

Факт отсутствия у ответчицы намерений уклониться от выполнения обязательств перед истцом подтверждается материалами дела

Так ДД.ММ.ГГГГ СПИ в целях обеспечения решения суда вынес постановление о наложении ареста на имущество должника.

Истцом не оспаривалось, что в результате данных действий был реализован автомобиль, принадлежащий истице, от реализации последнего в счет исполнения решения суда им получено 780000 руб.. 

Кроме того, ответчица ежемесячно производит отчисления в счет выплаты задолженности по решению из заработной платы, что подтверждается документально, доводы истца о том, что ответчица занижает свои доходы, голословны, ничем не подтверждены. Тот факт, что ответчица не может единовременно выплатить всю сумму не свидетельствует об уклонении от исполнения решения, а также не свидетельствует о мнимости, притворности сделки, как об этом указывает истец. 

Согласно п.п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В целях реализации указанного выше правового принципа аб. 1 п. 1 ст. 10 ГК установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Судом установлено, что воля сторон на возникновение правовых последствий в виде права собственности несовершеннолетнего сына сторон по делу на спорное имущество, была ясно выражена представителем его матери по доверенности и матерью, действующей за него и в его интересах, искажение воли сторон отсутствует, стороны желали наступления именно таких правовых последствий, а не иных, намерение прикрыть иную сделку не доказано.

Более того, истец, являясь взыскателем ответчицы, а ранее истцом по гражданскому делу о взыскании денежных средств, действуя разумно и добросовестно, пользуясь представленными ему процессуальными правами, не был лишен возможности в качестве мер обеспечения иска наложить арест либо иное ограничение, в том числе запрет на совершение регистрационных действий в отношении имущества должника. Подобные действия им были предприняты лишь однажды, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ ему было отказано, определение им не обжаловалось, повторно данные ходатайства, в том числе после вынесения решения суда, до вступления его в законную силу и до возбуждения исполнительного производства, им не заявлялись, хотя в силу п.2 ст. 139 ГПК РФ обеспечение иска допускается во всяком положении дела, если непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда, т.е. в том числе и после вынесения решения суда. Тот факт, что истец до подачи иска о взыскании суммы в суд направлял ответчице требования о возврате последних, что ответчица заключила договор после ознакомления с материалами дела при наличии вынесенного решения, по мнению суда, не свидетельствуют о злоупотреблении ответчицей правом с целью причинения вреда истцу. 

Также суд полагает, что цель гражданского процесса - восстановление прав и интересов взыскателя при признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности не достигается, более того, при этом будут затронуты интересы несовершеннолетнего сына сторон по делу – ФИО4,, в данном случае истец по делу ставит свои права как взыскателя выше интересов совместного ребенка, в то время как в силу ст. 65 СК РФ родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей, обеспечение интересов, детей должно быть предметом основной заботы их родителей, в связи с чем суд полагает, что именно истец, а не ответчица в данном случае злоупотребляет своим правом, что в силу положений ст. 10 ГК РФ недопустимо.

С учетом всего вышеизложенного суд не находит оснований для признания договора дарения спорной квартиры недействительным, полагает необходимым в данной части иска отказать. Поскольку сделка действительно, поскольку требования об исключении записи из ЕГРП о праве собственности на спорную квартиру и применении последствий недействительности сделки в виде возврата ее в собственность ответчице также не подлежат удовлетворению.

С учетом вышеизложенного в иске необходимо отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд 

Р Е Ш И Л:

ФИО2 в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 

<

адрес>вой суд через Первомайский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен ДД.ММ.ГГГГ (с учетом выходных дней).

Судья М.В. Коржева