Дело № 2-2785/2019 22 августа 2019 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Октябрьский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи А.А. Токарь,

при секретаре Ф.В. Лёгостиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФКУ «Военный комиссариат города Санкт-Петербурга» об установлении фактов нетрудоспособности, нахождения на иждивении, утраты источника средств к существованию, обязании назначить пенсию по случаю потери кормильца, 

у с т а н о в и л:

Истица обратилась в Октябрьский районный суд Санкт-Петербурга, указав, что является вдовой капитана 2 ранга ФИО3, проходившего военную службу в вооружённых силах РФ в период с 05.08.1976 по 29.10.2001, приказом командующего Балтийским флотом от 10.09.2001 года № ФИО3 был уволен в запас, 29.10.2001 исключён из списков личного состава ЛВМБ БФ, с 30.10.2001 ему назначена и выплачивалась пенсия за выслугу лет. Истица в связи с полученной в детстве закрытой черепно-мозговой травмой в сочетании с сотрясением головного мозга и смещением мозговых структур и плохим состоянием здоровья не могла трудоустроиться и работать, занималась исключительно ведением домашнего хозяйства и воспитанием сына ФИО2 Виталия, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, получаемое супругом денежное довольствие, а с 30.10.2001 пенсия за выслугу лет являлись для истицы их совместного с ФИО3 сына Виталия основным и постоянным источником средств к существованию. 19.07.2002 ФИО3 умер, истица обратилась в военный комиссариат Санкт-Петербурга с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца, однако пенсионный орган лишь разъяснил, какие необходимо представить документы, указав, что одним из условий назначения ей пенсии по случаю потери кормильца является представление документов, подтверждающих факт нахождения на иждивении умершего супруга. Полагая, что имеет право на назначение пенсии по случаю потери кормильца, истица с учётом последующего уточнения и дополнения требований просила:

- установить факт, что в силу плохого состояния здоровья, обусловленного последствиями полученной в детстве закрытой черепно-мозговой травмой в сочетании с сотрясением головного мозга и смещением мозговых структур - в виде посттравматического церебрального арахноидита с умеренно-гидроцефальным синдромом, с умеренным нарушением ликвородинамики и астеноневротическим синдромом, ипохондрическими проявлениями, на день смерти супруга, ФИО3, последовавшей 19.07.2002, фактически являлась нетрудоспособной; 

- установить факт, что получаемое ФИО3 денежное довольствие, а с 30.10.2001 - пенсия за выслугу лет являлись для истицы основным и постоянным источником средств к существованию и нахождения на его иждивении;

- установить факт утраты после смерти супруга, ФИО3, единственного источника средств к существованию;

- возложить на ФКУ «Военный комиссариат г. Санкт-Петербурга» обязанность по назначению истице пенсии по случаю потери кормильца на основании положений, закреплённых в статьях 28, 29 и 31 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года №4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей».

В судебное заседание истица не явилась, доверила защиту своих интересов представителю.

Представитель истицы в судебное заседание явился, уточнённые и дополненные требования поддержал.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, просил в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объёме, ссылаясь на то, что истица доказательств в подтверждение нахождения на иждивении не представила, до смерти мужа совместно с ним не проживала, о том, что муж умер ей стало известно лишь спустя два месяца после смерти ФИО3, которого похоронили за счёт государства, на дату смерти мужа и после неё являлась трудоспособной, пенсию по случаю потери кормильца получала на сына – ФИО3, кроме того, факт нетрудоспособности на дату смерти ФИО3 не может быть установлен по прошествии более 17 лет в судебном порядке, поскольку подтверждается заключением бюро МСЭ и справкой, оформленной на основании такого заключения.

Выслушав объяснения явившихся лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Истица состояла в зарегистрированном браке с ФИО3, что подтверждено копией свидетельства о заключении брака серии I-ИГ № от 31.10.1980 (л.д. 14).

ФИО3 проходил военную с 05.08.1976 по 29.10.2001 в Вооружённых силах СССР и Российской Федерации, приказом командующего Балтийским флотом от 10.09.2001 № 0410 был уволен в запас по собственному желанию, 29.10.2001 был исключён из списков личного состава ЛВМБ БФ. С 30.10.2001 ему была назначена и выплачивалась пенсия за выслугу лет в размере 1 841 рубль 40 копеек в месяц, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер (л.д. 16 – 19, 28, 36). На дату смерти мужа истица получала его пенсию на основании доверенности, оформленной 24.11.2001 нотариусом Санкт-Петербурга ФИО4 (л.д. 23), что установлено решением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 27.07.2006 по гражданскому делу № 2-486/06.

ФИО2 30.04.2015 обратилась к ответчику с заявлением о разъяснении порядка назначения пенсии по случаю потери кормильца, получила письменное разъяснение о необходимости предоставления перечня необходимых документов, в том числе подтверждающих факт нахождения на иждивении умершего.

В соответствии с частью 1 и пунктом 2 части 2 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций, в том числе рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении.

Суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов (ст. 265 названного Кодекса).

Для установления факта нахождения лица на иждивении умершего пенсионера Министерства обороны РФ необходимы условия, предусмотренные со статьей 31 Закона Российской Федерации от 12.02.1993 N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей", а именно: 1) он должен являться членом семьи умершего; 2) находиться на полном содержании или получать от него помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию. 

Из материалов дела усматривается, что истица имеет высшее медицинское образование по специальности врач-дерматолог, на 28.02.1995 работала в кожно-венерологическом диспансере Фрунзенского района Санкт-Петербурга, в юридически значимый период по сведениям МИФНС России № по Санкт-Петербургу имела в 2001 году доход в сентябре 34 рубля и в ноябре 134 рубля, сведений о доходах в период с октября 2001 по 19.07.2002 не имеется, ФИО3 в 2001 году имел доходы августе 3 492 рубля 13 копеек, в сентябре 3 745 рублей 69 копеек, в октябре 8 804 рубля 27 копеек, с ноября 2001 года по июнь 2002 – 1 841 рубль 40 копеек ежемесячно и в июле 2002 3 177 рублей 80 копеек (л.д. 75, 77, 95). 

Вместе с тем, материалами дела подтверждается, что отношения между супругами не были теплыми, доверительными, так, постановлением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 09.02.1999 с ФИО3 в пользу истицы были взысканы алименты в размере 1/4 от всех видов дохода на содержание несовершеннолетнего сына, начиная с 02.02.1998 (л.д. 100), в юридически значимый период, а именно с 19.07.2001 по 19.07.2002 супруги совместно не проживали, так, из свидетельства о смерти ФИО3 следует, что он умер в посёлке Лебяжье Ломоносовского района Ленинградской области (л.д. 28), из донесения военного комиссара Адмиралтейского района ФИО5, усматривается, что ФИО3 был похоронен за счёт государства, о том, что мужа нет в живых истице стало известно от сотрудников военного комиссариата после его смерти (л.д. 76). Допустимых и достоверных доказательств в подтверждение того, что умерший супруг оказывал истице денежное содержание суду не представлено. 

Согласно ст. 37 Конституции РФ труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, гражданам предоставлено неограниченное право на выбор трудовой деятельности. Таким образом, то обстоятельство, что отсутствуют сведения о получении истицей официального источника дохода, учитывая её трудоспособность само по себе не является подтверждением оказания ей денежного содержания непосредственно умершим супругом. Кроме того, материалами дела подтверждено, что с 15.09.2004 истица осуществляла трудовую деятельность в медицинских организациях последовательно в должности врача дерматовенеролога, заведующего отделением лазерной кометологии, то есть имела самостоятельный заработок (л.д. 29 – 33). При таких обстоятельствах суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований о признании факта нахождения истицы на иждивении умершего ФИО3 и утраты основного источника дохода после его смерти.

Разрешая требования об установлении факта нетрудоспособности истицы на дату смерти ФИО3, суд исходит из следующего.

Согласно определению, данному в ст. 3 ФЗ N 125 от 24.07.1998 "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", профессиональной трудоспособностью признаётся способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества; степень утраты профессиональной трудоспособности – это выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного лица осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.

В силу п. 3 ст. 11 названного Закона, степень утраты застрахованным профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством Российской Федерации. 

Порядок установления учреждениями медико-социальной экспертизы степени утраты профессиональной трудоспособности лицами, получившими повреждение здоровья в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определён Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 16 октября 2000 г. N 789 (п. 1).

Согласно п. 2 упомянутых Правил, степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации. Пунктами 14, 16 и 17 указанных Правил определены условия установления степени утраты профессиональной трудоспособности.

В случае несогласия с решением учреждения медико - социальной экспертизы, заинтересованное лицо вправе обжаловать может обжаловать его в учреждение, проводившее освидетельствование пострадавшего, в главное бюро медико - социальной экспертизы, орган социальной защиты населения или в суд в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (п.п. 31 - 33 Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в редакции, действовавшей в юридически значимый период с 2001 по 2002 г.г.).

Из изложенного следует, что законодательством, действовавшим на дату смерти ФИО3, равно как и в настоящее время, установлен порядок, в соответствии с которым определение утраты трудоспособности отнесено к исключительной компетенции учреждений медико - социальной экспертизы, а не суда. Кроме того, оценка степени утраты трудоспособности, как указано в п. 2 упомянутых Правил, осуществляется непосредственно на дату освидетельствования гражданина, при отсутствии данных об обращениях истицы в медицинские учреждения за медицинской помощью в вышеуказанный период, иных доказательств в подтверждение стойкой утраты трудоспособности в 2001 – 2002 г.г., оснований полагать, что истица в указанный период была нетрудоспособной не имеется. Кроме того, как пояснил представитель истицы, последняя в учреждение медико-социальной экспертизы с заявлением об определении степени утраты трудоспособности не обращалась, таким образом, применительно к положениям ст. 265 ГПК РФ, в удовлетворении факта нетрудоспособности истицы на дату смерти ФИО3 следует отказать.

Статьей 29 Закона Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, и их семей" определено, что право на пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умерших (погибших) лиц, указанных в статье 1 настоящего Закона, состоявшие на их иждивении.

Право на назначение пенсии по случаю кормильца имеют независимо от нахождения на иждивении кормильца нетрудоспособные дети нетрудоспособные родители и оставшийся в живых супруг, если они после смерти кормильца утратили источник средств к существованию (абз. 2 ст. 29 названного Закона).

Согласно п. "б" указанной статьи нетрудоспособными членами семьи считаются, отец, мать и супруг, если они достигли возраста: мужчины - 60 лет, женщины - 55 лет, либо являются инвалидами.

Кроме этого, согласно абз. 2 ст. 31 названного Закона членам семьи умершего, для которых его помощь была постоянным и основным источником средств к существованию, но которые сами получали какую-либо пенсию, может быть назначена пенсия по случаю потери кормильца.

В абз. 1 ст. 31 Закона Российской Федерации от 12.02.1993 г. N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, и их семей", что члены семьи умершего считаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Таким образом, лица, претендующие на назначение им пенсии по случаю потери кормильца, должны отвечать двум условиям: быть нетрудоспособными членами семьи умершего (погибшего); состоять на иждивении погибшего (умершего) военнослужащего (сотрудника правоохранительных органов).

Принимая во внимание, что на дату смерти ФИО3 истица являлась трудоспособной, не состояла на иждивении умершего, не утратила с его смертью основной источник дохода, правовые основания для возложения на ответчика обязанности по назначению ей пенсии по случаю утраты кормильца отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

ФИО2 в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня составления судом мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение.

Судья: (подпись)