УИД: 31RS0005-01-2025-000491-58 дело № 22-119/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Белгород 04 февраля 2026 года

Белгородский областной суд в составе:

председательствующего судьи Ремнёвой Е.В.,

с участием:

прокурора Миропольской Е.В.,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Скокова Н.В.,

при ведении протокола секретарем Гавдан А.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Скокова Н.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Вейделевского районного суда Белгородской области от 21 ноября 2025 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>

осужден:

- по ч. 1 ст. 150 УК РФ – к лишению свободы на срок 10 месяцев;

- по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – к лишению свободы на срок 10 месяцев.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 1 год с отбыванием в колонии-поселении.

Осужденному определён самостоятельный порядок следования к месту отбывания наказания с зачётом в срок лишения свободы времени следования в колонию-поселения из расчёта один день за один день.

Гражданский иск потерпевшего Х. удовлетворен, взыскано в его пользу с осужденного ФИО1 в счёт возмещения материального ущерба 81 600 рублей.

Приговором суда разрешена судьба вещественных доказательств.

Потерпевшие Х., Р., осужденный ФИО1, уведомленные своевременно и надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в суд апелляционной инстанции не явились, ходатайств об отложении судебного заседания от них не поступило. На основании ч. 3 ст. 389.12 УПК РФ апелляционное разбирательство проведено в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав доклад судьи Ремнёвой Е.В., изложившей содержание приговора, доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, выступления: защитника осужденного ФИО1 – адвоката Скокова Н.В., поддержавшего апелляционную жалобу, просившего об отмене приговора и об оправдании ФИО1; прокурора Миропольской Е.В., просившей об исключении из приговора ссылки на приговор и доказательства по другому уголовному делу, при этом возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы защитника осужденного, просившей об оставлении приговора в остальной части без изменения, суд

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что он, являясь лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, иным способом вовлёк несовершеннолетнего гражданина в совершение преступления, с которым группой лиц по предварительному сговору совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступления совершены в 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

ФИО1 признан виновным в том, что он, в первой декаде октября 2021 года, но не позднее 10 октября 2021 года, находясь в неустановленном месте, являясь лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, заведомо зная, что его знакомый «Лицо №», в отношении которого дело выделено в отдельное производство, является несовершеннолетним, находясь в неустановленном месте, преследуя корыстную цель, действуя с прямым умыслом, направленным на получение незаконным способом денежной прибыли, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде нарушения нормального физического и нравственного воспитания, развития и формирования личности несовершеннолетнего и желая их наступления, используя сложившиеся между ними доверительные дружеские отношения, осознавая, что своими действиями вовлекает несовершеннолетнего в совершение преступления, возбуждая у последнего корыстные стремления и жажду наживы, вовлек несовершеннолетнего «Лицо №», в отношении которого дело выделено в отдельное производство, в совершение преступления, а именно предоставил ему сведения о способе совершения тайного хищения чужого имущества – коровы, принадлежащей Х., на что тот согласился.

Вступив в указанный период времени с несовершеннолетним «Лицо №», в отношении которого дело выделено в отдельное производство, в преступный сговор, направленный на тайное хищение чужого имущества, ФИО1 и несовершеннолетний «Лицо №» прибыли 10 октября 2021 года в период времени с 09 часов 00 минут по 20 часов 00 минут в лесной массив, где с участка местности, расположенном на расстоянии около 135 м. по прямой в северо-восточном направлении от домовладения 

<

адрес>.), преследуя корыстную цель, действуя умышленно, повредили цепь и путем свободного доступа тайно похитили привязанную на выгоне к вбитому в землю железному колу корову (дойная, бурой масти красно-пестрой породы, возрастом 7 лет, весом 600 кг), принадлежавшую Х., стоимостью 81 600,00 рублей, причинив последнему значительный материальный ущерб в указанном размере. Похищенной коровой распорядились по собственному усмотрению, продав её скупщикам мяса Б. и Б. за 15 000 рублей, которые осуществили её забой на местности, расположенной на расстоянии около 400 м. по прямой в северо-восточном направлении от 

<

адрес>, куда ФИО1 и несовершеннолетний «Лицо №», в отношении которого дело выделено в отдельное производство, перевели похищенную корову.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступлений не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Скоков Н.В., действующий в интересах осужденного ФИО1, считает приговор незаконным, основанным на предположениях и противоречивых доказательствах. Ссылается на показания Р., отрицавшего свою причастность к совершению хищения коровы. Обращает внимание на то, что выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 150 УК РФ, основаны на приговоре Вейделевского районного суда Белгородской области от 24 июля 2023 года, которым ФИО1 и Р. осуждены за совершение преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ, по инициативе ФИО1 Настаивает на том, что характеристика ОМВД России по Вейделевскому району и показания старшего УУП К. о личности ФИО1 не могут служить доказательством вовлечения им несовершеннолетнего в совершение преступления, так как являются лишь данными, характеризующими личность осужденного.

Просит учесть, что срок давности привлечения лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство ввиду его несовершеннолетнего возраста, за совершение инкриминируемого ФИО1 и совместно с ним преступления, истёк в октябре 2024 года, до настоящего времени уголовное дело в отношении такого лица в суд не направлялось, в связи с чем в соответствии с ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ уголовное преследование такого лица подлежит прекращению в связи с его непричастностью, что, по мнению автора апелляционной жалобы, исключает уголовную ответственность ФИО1 по ч. 1 ст. 150 УК РФ.

Утверждает, что изложенный в приговоре способ хищения коровы с места выпаса путём повреждения цепи, на которую была привязана корова к железному колу, вбитому в землю, не подтверждается фактическими обстоятельствами, установленными судом. Обращает внимание на то, что при осмотре 11 октября 2021 года места происшествия (место забоя и разделки животного) обнаружена цепь, на которую была привязана корова, без признаков повреждения. Ссылается на показания потерпевшего Х. о том, что похищенная корова ранее неоднократно отвязывалась и уходила с места выпаса, цепь с колом, на который цепь была привязана верёвкой, обнаружены потерпевшим на месте забоя и разделки туши животного. Считает, что обнаружение лишь на месте забоя повреждения верёвки, не свидетельствует о том, что такая верёвка была перерезана на месте выпаса. Просит учесть, что кол был унесён с места выпаса к месту забоя животного. Обращает внимание на то, что на дату проверки сообщения о преступлении не составлялся протокол осмотра места выпаса коровы, где она была привязана до похищения, и согласно установленным судом обстоятельствам осмотр места выпаса коровы произведён лишь 31 марта 2025 года. Ссылается на показания свидетеля Б. о том, что лица, продавшие ему корову, утверждали, что нашли корову в поле и не смогли найти её хозяина. Настаивает на том, что присвоение найденного существенно снижает степень общественной опасности совершённого деяния и должно влечь более мягкое наказание, не связанное с лишением свободы. Заявляет об отсутствии в приговоре мотивов, по которым суд признал невозможным назначение ФИО1, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, более мягкого вида наказания, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор в отношении ФИО1 за отсутствием в его действиях состава преступления.

В возражениях прокурор Вейделевского района С. и потерпевший Х., настаивая на доказанности вины ФИО1 в совершении преступлений, считают приговор законным, обоснованным и справедливым, просят оставить его без изменения, а апелляционную жалобу защитника осужденного – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела и представленные документы, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вина ФИО1 в совершении хищения чужого имущества подтверждена исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе:

- заявлением (т. 1 л.д. 4-5) и показаниями потерпевшего Х., протоколом указанного потерпевшим Х. места происшествия (т. 1 л.д. 247-253), согласно которым около 9 часов 00 минут 10 октября 2021 года он оставил без присмотра на выпасе принадлежащую ему дойную корову красно-пестрой масти с белым прямоугольным пятном на лбу, возрастом 7 лет и весом около 600 кг, привязав её цепью к вбитому в землю железному колу на участке местности, расположенном на расстоянии около 135 м. по прямой в северо-восточном направлении от домовладения 

<

адрес> однако около 21 часа того же дня, прибыв на место выпаса, он обнаружил, что корова вместе с цепью и железным колом пропали. На следующий день в лесопосадке вблизи 

<

адрес> он обнаружил помёт, внутренности и кожу коровы с таким же окрасом, как и у принадлежащего ему животного, а также цепь с колом;

- показаниями свидетеля Г., оглашёнными в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон (т. 2 л.д. 153-154), подтвердившей наличие у её брата – потерпевшего Х. в подсобном хозяйстве крупного рогатого скота, который он выводил на выпас в лесной массив, расположенный вблизи его дома, рассказавшей о том, что 11 октября 2021 года от Х. ей стало известно о пропаже одной из принадлежащих ему коров, останки которой он обнаружил в лесопосадке в районе 

<

адрес>;

- протоколом осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 9-18), протоколами получения образцов для сравнительного исследования (т. 1 л.д. 153, 227, т. 2 л.д. 77) заключениями судебных биологических эксперт (т. 1 л.д. 53-61, 73-78, т. 2 л.д. 46-47), протоколами осмотра предметов, признанных вещественными доказательствами (т. 2 л.д. 31-33, 139-148, 149-150), согласно которым на участке местности, расположенном на расстоянии около 400 м. по прямой в северо-восточном направлении от 

<

адрес> обнаружены волосы животного (шерсть), которые происходят от волосяного покрова животного отряда Парнокопытные семейства Пологие рода Быки, а также обнаружены: нож со следами пота от свидетеля Б. и два окурка сигарет, на одном из которых обнаружены следы слюны, происходящие от Лица №, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, на втором окурке обнаружены следы слюны, происходящие от свидетеля Б.;

- результатами оперативно-розыскной деятельности, в ходе которой осмотрен мобильный телефон, принадлежащий Б. (т. 1 л.д. 111-112, 115-116, 119-120, 133-139), протоколом осмотра сведений о соединениях абонентов сотовой связи (т. 1 л.д. 228-236, 237-238), которыми установлены неоднократные соединения 10 октября 2021 года в период с 16 часов 52 минут по 19 часов 50 минут между абонентскими номерами, находящимися в пользовании Б. и Лица №, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство);

- показаниями свидетелей Б., данными в судебном заседании, и Б., оглашенными в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ (т. 2 л.д. 51-54), данными в ходе предварительного следствия, в том числе в ходе очных ставок и при проверке показаний на месте (т. 1 л.д. 154-159, т. 2 л.д. 66-75, 89-93), протоколами предъявления для опознания (т. 1 л.д. 168-172, 200-204, т. 2 л.д. 79-83), в ходе которых Б. и Б., являющиеся скупщиками мяса, указали на ФИО1 и Лицо №, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, как на лиц, прибывших на автомобиле «ВАЗ» 15-ой модели, с которыми они встретились в лесополосе с целью приобретения коровы, за которую заплатили не более 15 тысяч рублей, после чего осуществили забой животного на месте её приобретения с последующей реализацией мяса говядины;

- показаниями свидетеля Д., оглашёнными в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон (т. 2 л.д. 106-107), подтвердившей факт приобретения в октябре 2021 года у Б. мяса говядины;

- карточкой учёта транспортного средства (т. 1 л.д. 143) и показаниями свидетеля Г., согласно которым в собственности последнего, являющегося отцом подсудимого, по состоянию на 10 октября 2021 года находился легковой автомобиль «ВАЗ 21150» с государственным регистрационным знаком «

<

данные изъяты>» молочно-белого цвета, которым с разрешения владельца пользовался ФИО1, имевший на указанную дату право управления транспортными средствами;

- заключением судебной товароведческой экспертизы (т. 4 л.д. 68-69), согласно выводам которой стоимость коровы, возрастом 7 лет, бурой масти, красно-пестрой породы, весом 600 кг, по состоянию на 10 октября 2021 года составила 81 600 рублей.

В судебном заседании потерпевший Х., согласившись с установленной стоимостью похищенной у него коровы, настаивал на том, что причинённый в результате хищения материальный ущерб в указанном размере является для него значительным.

В ходе судебного разбирательства установлено, что на период совершения преступления в 2021 году Х. не был трудоустроен, пенсионных и иных социальных выплат не получал, единственным источником его дохода являлось его личное подсобное хозяйство, связанное с разведением крупного рогатого скота (т. 1 л.д. 35, 39, 41, 45).

С учётом изложенного, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что причинённый в результате хищения коровы материальный ущерб является значительным для потерпевшего.

Потерпевший и свидетели перед допросом предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Их показания согласуются между собой и с иными доказательствами по уголовному делу, поэтому суд первой инстанции обоснованно признал такие показания допустимыми доказательствами. Оснований для оговора осужденного допрошенными в судебном заседании лицами в ходе рассмотрения уголовного дела не установлено.

Результаты оперативно-розыскной деятельности согласуются с исследованными доказательствами, представлены следователю в соответствии со ст.ст. 11-12 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Протоколы осмотра отвечают требованиям ст.ст. 83, 176-177, 180 УПК РФ.

Экспертизы проведены уполномоченными лицами, имеющими соответствующее предмету исследования специальное образование, квалификацию и стаж экспертной работы, предупреждёнными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов основаны на исследовании представленных объектов, мотивированы, и оснований сомневаться в обоснованности таких выводов у суда не имеется.

Названные доказательства, в своей совокупности, подтверждают факт продажи принадлежащей Х. коровы без согласия потерпевшего, поэтому суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о доказанности факта хищения имущества потерпевшего.

Активные и целенаправленные действия ФИО1 по фактическому завладению и распоряжению чужой коровой в отсутствие законных на то оснований свидетельствуют о том, что он понимал и осознавал противоправный характер подобных действий, предвидел неизбежность причинения материального ущерба владельцу животного, желал и достиг этого в целях личного обогащения, то есть действовал с прямым умыслом.

Суд апелляционной инстанции соглашается с квалификацией действий ФИО1, данной судом первой инстанции, по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Вопреки доводам автора апелляционной жалобы, предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для оправдания осужденного в этом преступлении не имеется.

Вместе с тем, как обоснованно указывает защитник осужденного, суд первой инстанции не мотивировал свои выводы и не привёл в приговоре доказательства в обоснование своих суждений о том, что хищение принадлежащей 

<

данные изъяты> коровы совершено ФИО1 с места выпаса группой лиц по предварительному сговору с несовершеннолетним лицом.

Так, из показаний потерпевшего Х. следует, что принадлежащая ему корова ранее неоднократно отвязывалась и уходила с места выпаса.

В судебном заседании достоверно установлен лишь факт продажи ФИО1 коровы в месте, не являющемся местом её выпаса.

Доказательств, подтверждающих нахождение ФИО1 и Лица №, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, на месте выпаса коровы и совершение ими действий по её хищению путем повреждения цепи, прикреплённой к вбитому в землю железному колу, стороной обвинения не представлено.

Суждения суда первой инстанции об обратном основаны на предположениях, что противоречит требованиям ч. 4 ст. 14 УПК РФ.

Ссылаясь на показания свидетелей М., П., К., ФИО1, а также на личные дела ФИО1 и Лица №, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство (т. 3 л.д. 58-60, 63-63), суд первой инстанции не учёл, что названные доказательства подтверждают лишь факт того, что на период совершения преступлений ФИО1 и Лицо №, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, проживая в одном населённом пункте и обучаясь в одном образовательном учреждении, знали и дружески общались друг с другом.

Осуществление звонков скупщику мяса Б. с абонентского номера Лица №, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, и нахождение такого лица на месте продажи коровы, не свидетельствуют о безусловном участии этого лица в хищении принадлежащего Х. животного.

Свидетели Б. и Б. не смогли указать, с кем конкретно по телефону разговаривал Б., однако пояснили, что на месте встречи переговоры о продаже коровы велись исключительно с ФИО1, которого ввиду его явно старшего возраста и активного поведения воспринимали как продавца, инициировавшего продажу животного. Именно ФИО1 получил деньги за приобретённую корову. При этом Лицо №, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, участия в разговоре не принимало и не совершало иных действиях, направленных на продажу коровы.

Объективных доказательств, позволяющих установить роль, конкретные действия и умысел Лица №, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, в хищении имущества потерпевшего, составляющие объективную и субъективную сторону такого преступления, равно как и обстоятельства вовлечения этого лица осужденным ФИО1 в совершение преступления, в том числе время, место, способ вовлечения и вступления в предварительный сговор на хищение коровы, стороной обвинения не представлено.

С учётом этого суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности обвинения ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 150 УК РФ, а также квалифицирующего признака кражи чужого имущества группой лиц по предварительному сговору.

Приговор в этой части подлежит изменению в соответствии с п. 1 ст. 389.15, п. 1 ст. 389.16, п. 2 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ, с отменой приговора в части осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 150 УК РФ, и оправданием его в совершении этого преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в его деянии состава преступления, с признанием за ФИО1 право на реабилитацию в указанной части обвинения.

В связи с этим из приговора подлежит исключению указание на применение ч. 2 ст. 69 УК РФ и назначение ФИО1 наказания по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 150 УК РФ и п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Кроме того, из приговора при изложении обстоятельств совершения преступления подлежит исключению указание на причастность несовершеннолетнего «Лица №», в отношении которого дело выделено в отдельное производство, к совершению хищения коровы, принадлежащей Х., и о вовлечении ФИО1 в совершение этого преступления несовершеннолетнего лица, а также указание о совершении ФИО1, группой лиц по предварительному сговору хищения принадлежащей Х. коровы с места её выпаса на участке местности, расположенном на расстоянии около 135 м. по прямой в северо-восточном направлении от домовладения № по 

<

адрес>, путём повреждения цепи, прикреплённой к вбитому в землю железному колу.

Приговор в части описания обстоятельств совершения преступления подлежит уточнению, путём дополнения указанием о том, что ФИО1, обнаружив в неустановленном месте в неустановленное время оставленную без присмотра корову, принадлежащую Х., реализуя возникший преступный умысел на её хищение, действуя с корыстной целью, находясь 10 октября 2021 года, в период времени с 09 часов 00 минут по 20 часов 00 минут, в безлюдном месте на участке местности, расположенном на расстоянии около 400 м. по прямой в северо-восточном направлении от 

<

адрес>, воспользовавшись отсутствием владельца, путём свободного доступа, противоправно завладел коровой, принадлежащей Х., стоимостью 81 600 рублей, тем самым умышленно, тайно похитил её, причинив Х. значительный ущерб в указанном размере. Похищенной коровой ФИО1 распорядился по собственному усмотрению, продав её тот же день в указанном месте за 15 000 рублей Б. и Б., не осведомлённых о преступных действиях осужденного.

Из квалификации действий ФИО1, связанных с хищением имущества, принадлежащего Х., подлежит исключению квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, а именно – совершение кражи группой лиц по предварительному сговору, что является основанием для смягчения осужденному наказания.

Соответствующие доводы автора апелляционной жалобы подлежат удовлетворению.

Кроме того, из приговора суда также подлежат исключению ссылки суда, как на доказательство вины осужденного, на приговор Вейделевского районного суда Белгородской области от 24 июля 2023 года (т. 2 л.д. 215-216) и на протоколы допроса ФИО1 и «Лица №» (в отношении которого дело выделено в отдельное производство) по уголовному делу №, расследованному по факту событий, имевших место спустя почти два года после хищения коровы, принадлежащей Х., и не имеющему отношения к этому преступлению.

Не могут быть положены в основу осуждения и подлежат исключению из приговора ссылки суда, как на доказательство вины ФИО1, также показания свидетеля Б., данные в ходе очных ставок со свидетелями Б., Р., ФИО1

Как следует из протокола судебного заседания, такие показания оглашены как иные письменные документы, в отсутствие свидетеля Б., ранее допрошенного в судебном заседании, то есть по основаниям, не предусмотренным ст. 281 УПК РФ, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

При назначении ФИО1 наказания по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд апелляционной инстанции учитывает требования ст. 6, ст. 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершённого преступления, данные о личности виновного, отсутствие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО1 является гражданином РФ (т. 2 л.д. 201-202), зарегистрирован и проживает на территории 

<

адрес>, на момент совершения преступления не имел судимостей и привлечений к административной ответственности, собственной семьи и иждивенцев не имеет, по месту жительства охарактеризован удовлетворительно, как лицо, на поведение которого жалобы от соседей не поступали, на диспансерных учётах, в том числе у врачей нарколога и психиатра не состоит, является индивидуальным предпринимателем, не является получателем пенсии или иных социальных выплат (т. 2 л.д. 207-211, 225, 228- 238, 242).

С учётом таких сведений о личности виновного, характера и степени общественной опасности совершённого впервые умышленного преступления средней тяжести против чужой собственности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что цели наказания, предусмотренные ст. 43 УК РФ, могут быть достигнуты при назначении ФИО1 наказания в виде обязательных работ.

Указанный в ч. 4 ст. 49 УК РФ обстоятельств или иных оснований, препятствующих отбыванию осужденным такого вида наказания, не выявлено.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершённого преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, которые возможно расценить как основания для применения ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ и изменения категории совершённого преступления на менее тяжкую, или назначения более мягкого вида наказания, в ходе судебного разбирательства не установлено.

Гражданский иск (т. 1 л.д. 245-246) разрешен судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ, исходя из размера вреда, причинённого потерпевшему Х., в результате совершённого ФИО1 преступления.

Вместе с тем, в нарушение п. 11 ст. 299 УПК РФ судом первой инстанции не разрешён вопрос о применённых обеспечительных мерах в виде ареста на счета ФИО1 и «Лица №» (в отношении которого дело выделено в отдельное производство).

Приговор в этой части подлежит отмене в соответствии с п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ, с передачей уголовного дела в этой части на новое судебное разбирательство в порядке п. 15 ст. 397 УПК РФ в тот же суд иным составом суда.

Кроме того, поскольку стороной защиты в суде апелляционной инстанции представлены сведения о вынесении в отношении Лица №, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, постановления от 31 декабря 2025 года о прекращении уголовного дела по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, за непричастностью к совершению преступления, то есть о принятии решения, которым разрешено дело по существу, приговор в части разрешения судьбы вещественных доказательств, а именно - двух ватных палочек со следами ДНК (слюны), изъятых 18 марта 2025 года у свидетеля Б., двух ватных палочек со следами ДНК (слюны), изъятых 20 марта 2025 года у Лица № (дело, в отношении которого выделено в отдельное производство); двух ватных палочек со следами ДНК (слюны), изъятых 03 апреля 2025 года у свидетеля Б., - подлежит отмене с принятием в этой части нового решения об уничтожении названных вещественных доказательств в соответствии с п. 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь п.п. 2, 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Вейделевского районного суда Белгородской области от 21 ноября 2025 года в отношении ФИО1 в части осуждения его в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 150 УК РФ, – отменить.

В указанной части принять новое решение.

Признать ФИО1 невиновным и оправдать по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 150 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления.

Признать за ФИО1 право на реабилитацию в указанной части обвинения.

В остальной части этот же приговор в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора:

- указание на применение ч. 2 ст. 69 УК РФ и назначение ФИО1 наказания по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 150 УК РФ и п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при изложении обстоятельств совершения преступления указание на причастность несовершеннолетнего «Лица №», в отношении которого дело выделено в отдельное производство, к совершению хищения коровы, принадлежащей Х., и о вовлечении ФИО1 в совершение этого преступления несовершеннолетнего лица, а также указание о совершении ФИО1, группой лиц по предварительному сговору хищения принадлежащей Х. коровы с места её выпаса на участке местности, расположенном на расстоянии около 135 м. по прямой в северо-восточном направлении от домовладения 

<

адрес> путём повреждения цепи, прикреплённой к вбитому в землю железному колу.

Дополнить описательно-мотивировочную часть приговора при описании обстоятельств совершения преступления указанием о том, что ФИО1, обнаружив в неустановленном месте в неустановленное время оставленную без присмотра корову, принадлежащую Х., реализуя возникший преступный умысел на её хищение, действуя с корыстной целью, находясь 10 октября 2021 года, в период времени с 09 часов 00 минут по 20 часов 00 минут, в безлюдном месте на участке местности, расположенном на расстоянии около 400 м. по прямой в северо-восточном направлении от 

<

адрес> воспользовавшись отсутствием владельца, путём свободного доступа, противоправно завладел коровой, принадлежащей Х., стоимостью 81 600 рублей, тем самым умышленно, тайно похитил её, причинив Х. значительный ущерб в указанном размере. Похищенной коровой ФИО1 распорядился по собственному усмотрению, продав её тот же день в указанном месте за 15 000 рублей Б. и Б., не осведомлённых о преступных действиях осужденного.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора:

- ссылку суда, как на доказательство вины осужденного в совершении преступления, на приговор Вейделевского районного суда Белгородской области от 24 июля 2023 года в отношении ФИО1 и «Лица №» (в отношении которого дело выделено в отдельное производство), на протоколы допроса ФИО1 и «Лица №» (в отношении которого дело выделено в отдельное производство) по уголовному делу №; на показания свидетеля Б., данные в ходе очных ставок со свидетелями Б., Р., ФИО1

Исключить из квалификации действий ФИО1, связанных с хищением имущества, принадлежащего Х., квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, а именно – совершение кражи группой лиц по предварительному сговору.

Считать ФИО1 осужденным по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ и назначить ему за совершение этого преступления наказание в виде обязательных работ на срок 400 (четыреста) часов.

Исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора при разрешении судьбы вещественных доказательств указание о хранении вещественных доказательств до разрешения уголовного дела в отношении Лица №, выделенного в отдельное производство.

Приговор в части разрешения судьбы вещественных доказательств: две ватные палочки со следами ДНК (слюны), изъятые 18 марта 2025 года у свидетеля Б., две ватные палочки со следами ДНК (слюны), изъятые 20 марта 2025 года у Лица № (дело, в отношении которого выделено в отдельное производство); две ватные палочки со следами ДНК (слюны), изъятые 03 апреля 2025 года у свидетеля Б. - отменить. В этой части принять новое решение об уничтожении названных вещественных доказательств.

Этот же приговор в части разрешения вопроса о применённых обеспечительных мерах в виде ареста на счета ФИО1 и «Лица №» (в отношении которого дело выделено в отдельное производство) – отменить, передать уголовное дело в этой части на новое судебное разбирательство в порядке п. 15 ст. 397 УПК РФ в тот же суд иным составом суда

В остальном приговор в отношении ФИО1 – оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Скокова Н.В. – удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Лицо, подавшее кассационную жалобу, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем необходимо указать в кассационной жалобе.

Председательствующий судья (подпись) Е.В. Ремнёва