Дело № 2-1684/2020 (2-8238/2019;) 07 июля 2020 года

78RS0014-01-2019-007419-30

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга

В составе председательствующего судьи Виноградовой О.Е.,

при секретаре Колодкиной Д.Ю.,

рассмотрев в открытом основном судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 Фёдоровны к Публичному акционерному обществу Электроэнергии и электрификации «Ленэнерго» (далее по тексту – ПАО «Ленэнерго») о взыскании денежных средств, уплаченных по договору, компенсации морального вреда и штрафа, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО «Ленэнерго», в котором, с учетом уточнения заявленных исковых требований, просит взыскать с ответчика в свою пользу сумму неосновательного обогащения в размере 2571825,50 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей, штраф в размере 1290912,75 рублей, ссылаясь в обоснование заявленных исковых требований на то, что между сторонами был заключен договор № № от 31.12.2013 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, при этом максимальная мощность присоединяемых устройств 250 кВт, технологическое присоединение необходимо для электроснабжения 25 дачных домов, расположенных по адресу: 

<

адрес> кадастровый номер: №. В соответствии с договором срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 12 месяцев со дня заключения договора. На основании дополнительного соглашения к договору от 15.12.2018 был изменен данный срок на дату до 15 декабря 2019 года. Истец надлежащим образом исполнила свои обязательства по договору по внесению платы в части платежей, предусмотренных п.п. «а», «б», и «в» пункта 11 договора за технологическое присоединение, уплатив 2571825,50 рублей. Срок внесения платежей по пп. «г» и «д» договора до настоящего времени не наступил. Однако ответчиком присоединение энергопринимающих устройств заявителя к электрическим сетям до настоящего времени не осуществлено. 26.01.2019 истец передала ответчику уведомление об одностороннем отказе от договора и потребовала возвратить денежные средства, уплаченные по нему, однако в добровольном порядке ответчик не исполнил обязанность по возвращению денежных средств.

Истец в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещена надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просила, воспользовалась своим правом, установленным статьей 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), на ведение дела в суде через представителя.

Представитель истца в судебное заседание явился, уточнённые исковые требования поддержал, против взыскания расходов по договору сетевой компании возражал, указав, что она их фактически не понесла, так как действия ответчика свелись только к распечатыванию типового договора, заключенного с истцом. 

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, извещен, сведений об уважительности причин отсутствия суду не представил, ходатайств об отложении слушания дела не заявлял, ранее участвовал в судебном процессе, просил при взыскании суммы неосновательного обогащения учесть расходы сетевой компании при заключении договора и его исполнении.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассматривать дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о слушании дела.

Заслушав объяснения представителя истца, изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные по делу доказательств в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с требованиями статей 56, 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему. 

Из материалов дела усматривается, что между сторонами был заключен договор № № от 31.12.2013 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, при этом максимальная мощность присоединяемых устройств 250 кВт, технологическое присоединение необходимо для электроснабжения 25 дачных домов, расположенных по адресу: 

<

адрес> кадастровый номер: №. В соответствии с договором срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 12 месяцев со дня заключения договора. 

На основании дополнительного соглашения к договору от 15.12.2018 был изменен данный срок на дату до 15 декабря 2019 года. 

Вступившим 30 ноября 2017 года решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 15 декабря 2016 года ФИО1 отказано в удовлетворении иска об обязании ПАО «Ленэнерго» исполнить обязательства по договору № № от 31.12.2013, поскольку судом было установлено, что ФИО1 не уплатила по договору часть платежей по пп. «в» п. 11 договора в размере 852550 рублей, при этом данная сумма в рамках встречного искового заявления была взыскана с ФИО1 в пользу сетевой компании.

В настоящее время истец надлежащим образом исполнила свои обязательства по договору по внесению платы в части платежей, предусмотренных пп. «а», «б», и «в» пункта 11 договора за технологическое присоединение, уплатив 2571825,50 рублей, что не оспорено стороной ответчика.

При этом судом отклоняются ссылки ответчика на то, что в рамках дела № 2-7084/16 судом установлено, что ФИО1 были представлены ненадлежащие копии квитанции на сумму 852550 рублей, поскольку оригиналы данных квитанций были представлены для обозрения суду в настоящем судебном процессе.

Ответчиком присоединение энергопринимающих устройств заявителя к электрическим сетям до настоящего времени не осуществлено, иного материалы дела не содержат, судом не добыто, а ответчиком доказательств обратного не представлено. 

26.01.2019 истец передала под роспись и входящий штамп ответчику уведомление об одностороннем отказе от договора и потребовала возвратить денежные средства, уплаченные по нему, однако в добровольном порядке ответчик не исполнил обязанность по возвращению денежных средств.

Таким образом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиком не оспорено, что истец ненадлежащим образом исполнила обязательства по оплате договора, тогда как ответчиком обязательства по договору так и не были исполнены. 

Напротив, согласно правовой позиции стороны ответчика при взыскании денежной суммы, внесенной истцом по договору № № от 31.12.2013, необходимо учитывать и не взыскивать сумму произведенных сетевой компанией фактических расходов в размере 77100 рублей. Так, сумму фактически понесенных расходов на выполнение мероприятия «подготовка технических условий» рассчитывается по формуле, утвержденной Приказом Комитета по Тарифам и ценовой политике Ленинградской области от 18.06.2013 № 100-п: 250 (максимальная присоединяемая мощность кВт по договору) х 257 (стоимость выполнения мероприятия «подготовка технических условий», руб/кВт) + НДС 20% = 77100 рублей.

В силу п. 1 ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

Пунктом 2 указанной статьи установлено, что правила, предусмотренные главой 60 указанного Кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Из названной нормы права следует, что для квалификации неосновательного обогащения как основания для возникновения кондикционного обязательства (право на возмещение) истцу необходимо доказать наличие фактического состава, совокупность обстоятельств: наличие обогащения (приобретения или сбережения имущества) на стороне одного лица; происхождение этого обогащения за счет имущества другого лица; отсутствие правового основания для обогащения.

Согласно п. 3 ст. 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям: одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Согласно абзацу 2 пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса РФ, в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Таким образом, положения вышеприведенных правовых норм не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала, в связи с чем при расторжении договора сторона не лишена права истребовать ранее исполненное, если другая сторона неосновательно обогатилась.

В обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2014), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 24 декабря 2014 года разъяснено, что в целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

Поскольку ответчиком не доказано, что, получив от истца денежные средства по договору, сетевая компания обеспечила встречное удовлетворение обязательств по договору, то суд приходит к выводу об обоснованности и правомерности заявленных исковых требований, учитывая, что истец, воспользовавшись своим правом, 26.01.2019 передала ответчику уведомление об одностороннем отказе от договора и возвращении денежных средств по нему.

Однако, определяя сумму взыскания по договору, от которого в одностороннем порядке отказалась ФИО1, в связи с невыполнением ответчиком обязательств по данному договору, суд учитывает следующие обстоятельства.

В соответствии с п. 1 ст. 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Отсутствие в специальных нормативных актах указания на возможность немотивированного одностороннего отказа от исполнения договора не означает, что такого права у заказчика не имеется.

Иное толкование положений специального регулирования может привести к тому, что при отсутствии интереса заказчика, например, в строительстве объекта, присоединение которого планировалось произвести к электрической сети ответчика, заказчик лишается возможности прекратить договорные отношения в установленных ГК РФ случаях и минимизировать свои убытки как в виде платы за технологическое присоединение, так и в виде предусмотренной договором ответственности за неисполнение обязательств по договору.

Таким образом, истец ФИО1 была вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора при условии оплаты исполнителю (компании) фактически понесенных им расходов.

Данная позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2018), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 28.03.2018.

Согласно правовой позиции ответчика сетевая компания понесла фактические расходы на выполнение мероприятия «подготовка технических условий», размер которых рассчитан по вышеприведенной формуле и составляет 77100 рублей.

Сторона ответчика ссылалась на необоснованность возражений ответчика, указывая, что расходы ответчика по печати типового договора с истцом не могут составлять заявленную сумму в размере 77100 рублей, в связи с чем просил удовлетворить требования истца в полном объеме в размере 2571825,50 рублей без вычета суммы фактических расходов ответчика по исполнению договора в размере 77100 рублей.

Между тем, суд приходит к выводу о правомерности требований ответчика по удержанию таких расходов из суммы основного требования, исходя из следующего.

Взыскание расходов по утвержденному тарифу происходит в случаях, когда сетевая организация не приступила к строительству, однако провела мероприятия по разработке технических условий.

Согласно абз. 8 п. 2 ст. 23.2 Закона об электроэнергетике с 1 октября 2017 года в состав платы за технологическое присоединение ЭПУ до 150 кВт не включаются расходы, связанные со строительством объектов электросетевого хозяйства – от существующих объектов до присоединяемых ЭПУ и (или) объектов электроэнергетики.

К таким расходам относятся расходы по проектированию и строительно-монтажным работам, которые именуются как расходы по мероприятиям «последней мили».

При этом данные расходы, в соответствии с Основами ценообразования, включаются в расходы сетевой организации, учитываемые при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии.

Тем самым плата по договору об осуществлении ТП в отношении ЭПУ до 150 кВт определяется на основании утвержденных тарифов за единицу максимальной мощности или по стандартизированной ставке, т.е. в гораздо меньшем размере, поскольку в отношении таких категорий потребителей (так называемые льготные потребители) не применяются ставки на строительство сетей.

В связи с тем что цена договора на подключение ЭПУ до 150 кВт существенно снизилась, сетевая компания не вправе взыскивать фактически понесенные расходы при расторжении договора, а должна отнести понесенные затраты к выпадающим доходам, т.е. в тариф на передачу электрической энергии.

Так, в соответствии с абз. 9 п. 87 Основ ценообразования расходы на строительство объектов электросетевого хозяйства от существующих объектов до присоединяемых ЭПУ и (или) объектов электроэнергетики с максимальной мощностью не более 150 кВт составляют выпадающие доходы сетевой организации.

Из данной правовой нормы следует, что именно расходы на строительство сетей для подключения ЭПУ до 150 кВт относятся к выпадающим доходам.

На основании изложенного, в системной взаимосвязи указанных выше положений, суд приходит к выводу о том, что сетевая организация вправе относить к выпадающим доходам расходы по расторгнутым договорам об осуществлении ТП с заявителями, чьи ЭПУ имеют максимальную мощность не более чем 150 кВт, не взыскивая такие расходы с льготных потребителей, подключение которых осуществляется за счет выпадающих доходов, при условии, что максимальная мощность ЭПУ составляет не более 150 кВт.

Между тем в настоящем случае договором, заключенным между сторонами, предусмотрена максимальная мощность ЭПУ 250 кВт, при этом данный договор заключался для электроснабжения 25 дачных домов, расположенных по адресу: 

<

адрес>», кадастровый номер: №

По смыслу действующего законодательства о защите прав потребителя именно на истце лежит бремя доказывания, что спорные правоотношения сторон возникли в связи с удовлетворением истцом как физическим лицом своих бытовых, личных, семейных нужд. В настоящем случае таких доказательств суду не представлено; ФИО1 не подтверждено, что, заключив договор на подключение к электроэнергии 25 дачных домов, она действовала как потребитель и преследовала личные бытовые нужды. При таких данных, суд приходит к выводу о том, что производные от основного требования, основанные на положениях Закона РФ «О защите прав потребителя», о компенсации морального вреда и взыскании штрафа подлежат отклонению в полном объеме.

При этом, учитывая, что истец не является потребителем, а, следовательно, не относится к льготной категории потребителей, принимая во внимание, что ею подключались к электроэнергии 25 домов, при этом мощность ЭПУ по договору с ответчиком составляла 250 кВт, суд приходит к выводу о том, что расходы по расторгнутому с истцом договору на выполнение мероприятия «подготовка технических условий» не могут быть отнесены сетевой компанией к выпадающим доходам, как это возможно сделать по расторгнутым договорам с льготными потребителями при мощности ЭПУ в размере до 150 кВт. 

На основании изложенного, такие расходы ответчика, надлежащим образом рассчитанные с применением тарифа, утвержденного Приказом Комитета по Тарифам и ценовой политике Ленинградской области от 18.06.2013 № 100-п, подлежат удержанию в пользу сетевой компании, в связи с чем с ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма неосновательного обогащения по спорному договору в сумме 2494725,50 рублей (2571825,50 рублей – 77100 рублей – 11725,50 рублей (расходы по уплате государственной пошлины в рамках дела № 2-7084/2016)).

На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 7538 рублей 25 копеек, учитывая, что при подаче иска истцом была уплачена государственной пошлины в размере 7838,25 рублей, однако в удовлетворении неимущественного требования о компенсации морального вреда, государственная пошлина за которое составляет 300 рублей, истцу было отказано.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина, недоплаченная истцом при подаче иска, в размере 12835,38 рублей ((2494725,50 рублей – 1000000 рублей) х 0,5% + 13200 рублей – 7538,25 рублей).

В связи с изложенным, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 Фёдоровны – удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества Электроэнергии и электрификации «Ленэнерго» в пользу ФИО1 Фёдоровны денежные средства в размере 2494725 рублей 50 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 7538 рублей 25 копеек. 

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований ФИО1 Фёдоровны – отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества Электроэнергии и электрификации «Ленэнерго» в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 12835 рублей 38 копеек.

Решение может быть обжаловано в Санкт–Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: О.Е. Виноградова

Решение изготовлено в окончательной форме 13 августа 2020 года.