№22-546/2023 судья ФИО7

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Рязань 29 мая 2023 года

Суд апелляционной инстанции Рязанского областного суда в составе: 

председательствующего судьи Ваганова А.Б.,

при секретаре Шиловой А.Н.,

с участием:

прокурора Зимаковой И.Н., 

потерпевших ФИО4, ФИО3, ФИО5,

представителя потерпевшего ФИО3 – адвоката Грязева А.В.,

осужденных ФИО6, ФИО7,

защитников – адвокатов Новикова И.А., Тимошкиной Д.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевших ФИО4 и ФИО3 на приговор Михайловского районного суда Рязанской области от 13 марта 2023 года, которым

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, гражданин 

<

адрес>, не военнообязанный, 

<

скрыто>, 

<

скрыто>, не работающий, судимости не имеющий,

осужден по ч. 1 ст. 139, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 161, ч. 1 ст. 318, ч. 1 ст. 318 УК РФ, на основании ч.2 ст.69 УК РФ, с учетом требований ч. 1 ст. 71, ч. 2 ст. 72 УК РФ, к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Мера пресечения ФИО6 в виде заключения под стражу до вступления приговора суда в законную силу оставлена прежней.

Срок отбывания наказания ФИО6 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Зачтено ФИО6 в срок отбывания наказания время содержания под стражей с 17 июня 2022 года по день вступления приговора в законную силу, из расчета в соответствии с п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, а также время его нахождения под домашним арестом с 14 июня 2022 года по 16 июня 2022 года включительно из расчета в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в колонии-поселении.

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, гражданин 

<

адрес>, военнообязанный, со 

<

скрыто> образованием, 

<

скрыто>, имеющий малолетнего ребенка, не работающий, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 139 УК РФ к 10 месяцам исправительных работ с удержанием 10% из заработной платы ежемесячно в доход государства.

Мера пресечения ФИО7 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

С ФИО6 в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере 70000 рублей.

С ФИО6 в пользу ФИО4 взыскана компенсацию морального вреда в размере 70000 рублей.

Отказано в удовлетворении гражданского иска ФИО3 к ФИО7 о взыскании компенсации морального вреда.

Отказано в удовлетворении гражданского иска ФИО4 к ФИО7 о взыскании компенсации морального вреда.

Отказано в удовлетворении гражданского иска ФИО5 к ФИО6 и ФИО7 о взыскании компенсации морального вреда.

По уголовному делу решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ваганова А.Б., выступление потерпевших ФИО4, ФИО3, ФИО5, представителя потерпевшего ФИО3 – адвоката Грязева А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, позицию осужденных ФИО6, ФИО7, защитников – адвокатов Новикова И.А., Тимошкиной Д.Н., прокурора Зимаковой И.Н., возражавших против удовлетворения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

Обжалуемым приговором ФИО6 признан виновным и осужден за незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, за угрозу убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (два преступления), за умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия (два преступления), за умышленное повреждение чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, за грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, за угрозу применения насилия в отношении представителя власти и его близких в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, за угрозу применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, 

Данным приговором так же признан виновным и осужден ФИО7 за незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, 

Указанные преступления совершены при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре суда первой инстанции.

В суде первой инстанции ФИО6 свою вину в совершении всех инкриминируемых ему преступлений признал полностью и в содеянном раскаялся, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ. 

ФИО7 свою вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ. 

В апелляционных жалобах потерпевшие ФИО4 и ФИО3 считают приговор суда в той части, по которым они признаны потерпевшими, в отношении ФИО6 и ФИО7, незаконным в виду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Ссылаясь на установленные судом обстоятельства, указывают, что ФИО6 и ФИО7 договорились сходить к ФИО3 и выяснить с ним отношения на почве личной неприязни, при этом у ФИО6 был с собой нож. В последующем ФИО7 проник в чужое жилище совместно с ФИО6, где не только наблюдал за противоправными действиями последнего, но и совершал агрессивные действия, подавляя активные действия ФИО4 и ФИО3 от нанесения ФИО6 множественных ударов руками и ножом, применял физическое насилие в виде удерживания, нанесения ударов ФИО3, как внутри чужого дома, так и на улице ФИО4, высказывая угрозы физической расправы. При этом ФИО4 ранее с осужденными знаком не был, повода для нанесения ему множественных проникающих колото-резанных ранений не давал. Полагают, что конечная цель противоправных действий осужденных к потерпевшим судом не исследована и не установлена. Считают, что все инкриминируемые ФИО6 и ФИО7 действия охватывались единым совместным умыслом, как одно продолжаемое преступление, а не множественность преступлений. Полагают, что наличие согласованного характера действий осужденных в отношении потерпевших, свидетельствует о наличии оснований для квалификации действий ФИО6 и ФИО7 по более тяжкому преступлению. Просят обжалуемый приговор суда отменить, возвратить уголовное дело прокурору Михайловского района Рязанской области.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокат Новиков И.А. в интересах осужденного ФИО6 и помощник прокурора Михайловского района Рязанской области ФИО12 считает приговор Михайловского районного суда Рязанской области от 13 марта 2023 года законным и обоснованным. Просят обжалуемый приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы потерпевших без удовлетворения.

В суде суда апелляционной инстанции потерпевшие ФИО4 и ФИО3 доводы жалобы поддержали, дополнений не представили. 

Представитель потерпевшего ФИО3 - адвокат ФИО13 считает приговор необоснованным, вынесенным с существенными нарушениями УПК РФ, а выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Считает, что правовая квалификация действий ФИО6 по незаконному проникновению в жилище не оценена на предмет совершения в группе лиц, совместно с ФИО7 Полагает, что судом первой инстанции было нарушено право на независимость принятия судом решения и право потерпевшего на доступ к правосудию. При рассмотрении уголовного дела потерпевшей стороной было заявлено ходатайство о возвращении дела прокурору ввиду того, что не была дана правовая оценка в отношении ФИО7 и ФИО6 по ч.3 ст. 30 ст. 105 УК РФ. В процессе рассмотрения дела по ходатайству прокурора из уголовного дела были выделены материалы для дачи правовой оценки и в последующем было вынесено решение об отказе в возбуждении уголовного дела. После действий ФИО6 в период ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 на телефон его доверителя поступали угрозы со стороны ФИО6 Считает, что судом не учтено применение физического насилия в отношении потерпевшего, несмотря на то, что в приговоре указано, что ФИО7 и ФИО6 были агрессивно настроены, в то же время из показаний потерпевшего следует, что ФИО6 и ФИО7, действуя совместно, наносили удары не только ножом со стороны ФИО6, но и удары руками в область лица и головы со стороны ФИО7 и ФИО6 после проникновения в жилище. Этому факту в приговоре оценка не дана. Говоря о мотиве действий осужденных, судом указывается, что ФИО6, демонстрируя нож ФИО7, при распитии спиртных напитков предложил ФИО7 прийти по месту жительства потерпевшего и разобраться. При этом, кто находился дома и кто проживал, ни ФИО7, ни ФИО6 достоверно не знали, тем не менее они пришли к месту жительства ФИО3 Сам факт разбора относительно того, что ФИО3 отказался давать ФИО6 деньги в долг, не рассматривается как корыстный мотив, а рассматривается как личная неприязнь, с чем потерпевшая сторона не согласна и считает, что это субъективная оценка осужденных. Считаю, что назначенное осужденным наказание является чрезмерно мягким. Указывает, что потерпевший заявлял ходатайство о вынесении судом помимо основного решения, постановления о его информировании об отбытии осужденных, о перемещении по ИУ в другое и о любой информации, связанной с исполнением приговора, вмесите с тем суд решение принял, чем нарушил права потерпевших. Указывает, что по одному и тому же событию было вынесено два решения, то есть постановление об отказе в возбуждении уголовного дела относительно покушения на убийство и приговор. 

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Так, судом сделан правильный вывод о виновности осужденного ФИО6 в совершении незаконного проникновения в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, угрозы убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (два преступления); умышленного причинения легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия (два преступления); умышленного повреждения чужого имущества с причинением значительного ущерба; грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества; угрозы применения насилия в отношении представителя власти и его близких в связи с исполнением им своих должностных обязанностей; угрозы применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. 

Кроме этого судом сделан правильный вывод о виновности осужденного ФИО7 в совершении незаконного проникновения в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица. 

Данный вывод суда подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств, собранных на предварительном следствии и подробно изложенных в приговоре. 

Приговор в части осуждения ФИО6 за умышленное повреждение чужого имущества с причинением значительного ущерба, грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества, угрозу применения насилия в отношении представителя власти и его близких в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, а так же за угрозу применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, не обжалуется.

Виновность ФИО6 и ФИО7 в совершении незаконного проникновения в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, помимо признательных показаний ФИО6 об обстоятельствах преступления, подробно приведенных в приговоре, установлена исследованными в ходе судебного разбирательства суда первой инстанции доказательствами, а именно:

- показаниями потерпевших ФИО3 и ФИО4 об обстоятельствах незаконного проникновения в их жилище ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 и ФИО7;

- показаниями потерпевшей ФИО5 об обстоятельствах незаконного проникновения в её жилище ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 и ФИО7, ставших ей известных со слов ФИО3 и ФИО4;

- протоколом проверки показаний на месте подозреваемого ФИО6, согласно которому он воспроизвел обстоятельства совершения им и ФИО7 незаконного проникновения в жилище потерпевших; 

- протоколами проверки показаний на месте потерпевших ФИО3 и ФИО4 согласно которым, они воспроизвели обстоятельства совершенного ФИО6 и ФИО7 незаконного проникновения в жилище. 

- показаниями свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 - очевидцев произошедших событий;

- показаниями свидетеля ФИО20 - хирурга ГБУ РО «ОКБ» подразделение «ФИО8 МРБ», согласно которым со слов ФИО3 ей стало известно, что в дом к последнему пришел знакомый и нанес ФИО3 ножевое ранение;

- показаниями свидетеля ФИО21, согласно которым со слов ФИО22 стало известно, что её сын ФИО6 порезал ФИО3;

Кроме этого вина ФИО1 и ФИО2 в совершении указанного преступления подтверждается: протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, видеозаписью с камеры видеонаблюдения, протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра мобильного телефона ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, а так же иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Виновность ФИО6 в совершении угрозы убийством в отношении ФИО3 установлена исследованными в ходе судебного разбирательства суда первой инстанции доказательствами, а именно:

- показаниями потерпевших ФИО3 и ФИО4 об обстоятельствах совершения ФИО1 угрозы убийством в отношении ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ;

- показаниями потерпевшей ФИО5 об обстоятельствах совершения ФИО6 угрозы убийством в отношении ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, ставших ей известных со слов ФИО3 и ФИО4;

- протоколом проверки показаний на месте подозреваемого ФИО6, согласно которому он воспроизвел обстоятельства совершения им и ФИО7 незаконного проникновения в жилище потерпевших; 

- протоколом проверки показаний на месте потерпевшего ФИО3, согласно которому, он воспроизвел обстоятельства угрозы убийством в его адрес со стороны ФИО6 

- протоколом проверки показаний на месте потерпевшего ФИО4, согласно которому, он воспроизвел обстоятельства совершенного ФИО6 и ФИО7 незаконного проникновения в жилище. 

- показаниями свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 - очевидцев произошедших событий;

- показаниями свидетеля ФИО20 - хирурга ГБУ РО «ОКБ» подразделение «ФИО8 МРБ», согласно которым со слов ФИО3 ей стало известно, что в дом к последнему пришел знакомый и нанес ФИО3 ножевое ранение;

- показаниями свидетеля ФИО21, согласно которым со слов ФИО22 стало известно, что её сын ФИО6 порезал ФИО3;

Кроме этого вина ФИО6 в совершении указанного преступления подтверждается: протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, видеозаписью с камеры видеонаблюдения, протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра мобильного телефона ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, а так же иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Виновность ФИО6 в совершении угрозы убийством в отношении ФИО4 установлена исследованными в ходе судебного разбирательства суда первой инстанции доказательствами, а именно:

- показаниями потерпевших ФИО4 и ФИО3 об обстоятельствах совершения ФИО6 угрозы убийством в отношении ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ;

- протоколом проверки показаний на месте подозреваемого ФИО6, согласно которому он воспроизвел обстоятельства совершения преступления; 

- протоколом проверки показаний на месте потерпевшего ФИО3, согласно которому, он воспроизвел обстоятельства совершенного ФИО6 в отношении ФИО4 угроз убийством; 

- протоколом проверки показаний на месте потерпевшего ФИО4, согласно которому, он воспроизвел обстоятельства совершенной ФИО6 в отношении него угрозы убийством; 

- показаниями свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 - очевидцев произошедших событий;

Кроме этого вина ФИО6 в совершении указанного преступления подтверждается: протоколами осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, видеозаписью с камеры видеонаблюдения, протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, а так же иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Виновность ФИО6 умышленного причинения легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, в отношении ФИО3 установлена исследованными в ходе судебного разбирательства суда первой инстанции доказательствами, а именно:

- показаниями потерпевшего ФИО3 об обстоятельствах причинения ему телесных повреждений ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ;

- показаниями потерпевшей ФИО5 об обстоятельствах совершения ФИО6 преступления в отношении ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, ставших ей известных со слов ФИО3 и ФИО4;

- показаниями потерпевшего ФИО4 об обстоятельствах причинения телесных повреждений ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ;

- показаниями свидетелей ФИО23 - ортопеда-травматолога ГБУ РО «ОКБ» подразделение «ФИО8 МРБ» и ФИО20 - хирурга ГБУ РО «ОКБ» подразделение «ФИО8 МРБ» об обстоятельствах причинения телесных повреждений ФИО6 ФИО3, ставших им известных со слов последнего, а так же о характере полученных ФИО3 телесных повреждений;

- протоколом проверки показаний на месте подозреваемого ФИО6, согласно которому он воспроизвел обстоятельства нанесения ударов ножом ФИО3; 

- протоколом проверки показаний на месте потерпевшего ФИО3, согласно которому, он воспроизвел обстоятельства причинения ему ФИО6 телесных повреждений; 

- протоколом проверки показаний на месте потерпевшего ФИО4, согласно которому, он воспроизвел обстоятельства совершенного ФИО6 причинения ФИО3 вреда здоровью; 

- показаниями свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 - очевидцев произошедших событий;

- показаниями свидетеля ФИО21, согласно которым со слов ФИО22 стало известно, что её сын ФИО6 порезал ФИО3;

Кроме этого вина ФИО6 в совершении указанного преступления подтверждается: протоколами осмотра мест происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, видеозаписью с камеры видеонаблюдения, протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта №-Д от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта №-Д от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, а так же иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Виновность ФИО6 умышленного причинения легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, в отношении ФИО4 установлена исследованными в ходе судебного разбирательства суда первой инстанции доказательствами, а именно:

- показаниями потерпевшего ФИО4 об обстоятельствах причинения ему телесных повреждений ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ;

- показаниями потерпевшей ФИО5 об обстоятельствах совершения ФИО6 преступления в отношении ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ, ставших ей известных со слов ФИО3 и ФИО4;

- показаниями потерпевшего ФИО3 об обстоятельствах причинения телесных повреждений ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ;

- протоколом проверки показаний на месте подозреваемого ФИО6, согласно которому он воспроизвел обстоятельства нанесения ударов ножом ФИО4; 

- протоколом проверки показаний на месте потерпевшего ФИО3, согласно которому, он воспроизвел обстоятельства и механизм нанесения ФИО6 ФИО4 ударов ножом; 

- протоколом проверки показаний на месте потерпевшего ФИО4, согласно которому, он воспроизвел обстоятельства причинения ему ФИО6 телесных повреждений; 

- показаниями свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 - очевидцев произошедших событий;

- показаниями свидетеля ФИО20 - хирурга ГБУ РО «ОКБ» подразделение «ФИО8 МРБ» об обстоятельствах получения телесных повреждений ФИО4, ставших ей известных со слов последнего;

Кроме этого вина ФИО6 в совершении указанного преступления подтверждается: протоколами осмотра мест происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ. протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протоколом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта №-Д от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта №-Д от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, а так же иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Подвергать сомнению вышеизложенные доказательства, у суда первой инстанции не было оснований, так как они получены с соблюдением требований ст.ст.74 и 86 УПК РФ, и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не противоречат друг другу, поэтому правильно положены судом в основу обвинительного приговора.

Всем исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам, показаниям потерпевших, свидетелей, заключениям экспертов, другим доказательствам по делу, а также показаниям подсудимых, суд первой инстанции дал обоснованную и правильную оценку, выводы суда подробно мотивированы. Судом установлены все фактические обстоятельства дела, подлежащие доказыванию в порядке ст.73 УПК РФ.

Оснований ставить под сомнение данную судом оценку указанных выше доказательств, суд апелляционной инстанции не находит.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности.

В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, в том числе письменные материалы уголовного дела. Все заявленные ходатайства в ходе судебного следствия разрешены судом в установленном законом порядке, в соответствии с требованиями ст.271 УПК РФ и по ним приняты мотивированные решения. Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном разрешении либо отклонении ходатайств судом, судом апелляционной инстанции не установлено. Показания неявившихся свидетелей ФИО20, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 оглашены судом в соответствии с требованиями ст.281 УПК РФ, с согласия всех участников процесса.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов участникам процесса в удовлетворении ходатайств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора по делу не допущено.

Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и основаны на совокупности доказательств, которые позволили суду прийти к выводу о доказанности вины ФИО6 в совершении незаконного проникновения в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, угрозы убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (два преступления); умышленного причинения легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия (два преступления); умышленного повреждения чужого имущества с причинением значительного ущерба; грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества; угрозы применения насилия в отношении представителя власти и его близких в связи с исполнением им своих должностных обязанностей; угрозы применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, а так же о доказанности вины ФИО7 в совершении незаконного проникновения в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица. 

Подробно изложив в приговоре мотивы принятого решения на основе анализа собранных по делу доказательствах, суд правильно квалифицировал действия ФИО6 по ч. 1 ст. 139, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 161, ч. 1 ст. 318, ч. 1 ст. 318 УК РФ и ФИО7 по ч. 1 ст. 139 УК РФ. 

Указанная квалификация действий ФИО6 и ФИО7 нашла свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, исходя из фактически установленных судом обстоятельств совершения преступлений и конкретно совершенных действий ФИО6 и ФИО7

При этом доводы жалоб о том, что все инкриминируемые ФИО6 и ФИО7 действия охватывались единым совместным умыслом, как одно продолжаемое преступление, а не множественность преступлений и наличие согласованного характера действий осужденных в отношении потерпевших, свидетельствует о наличии оснований для квалификации действий ФИО6 и ФИО7 по более тяжкому преступлению, несостоятельны, основаны на неверном толковании уголовного закона.

Из исследованных судом доказательств следует, что ФИО6 и ФИО7 незаконно проникли в жилище ФИО5, ФИО3 и ФИО4 из-за сложившихся неприязненных отношений между ФИО6 и ФИО3 с целью выяснить отношения с последним, при этом способ проникновения, а именно: ФИО6 с применением физической силы своим плечом толкнул входную дверь дома, а также ударил в дверь ногой, после чего последний, а затем ФИО7 проникли в жилище потерпевших, при этом удержание ФИО7 ФИО3 за руки после незаконного проникновения в жилище последнего, не было обусловлено целью обеспечить себе доступ в жилое помещение потерпевших, в этот момент подсудимые уже находились внутри жилого дома, где проживают потерпевшие, что свидетельствует о том, что их действия правильно квалифицированы по ч.1 ст.139 УК РФ. 

При этом вопреки доводам жалоб каких-либо доказательств тому, что ФИО6 и ФИО7 проникли в дом потерпевших с целью совершения более тяжкого преступления в отношении потерпевших материалы уголовного дела не содержат, поскольку ФИО7 после проникновения в жилище потерпевших никаких преступных действий в отношении потерпевших не совершил.

Кроме этого характер и локализация причиненных ФИО6 телесных повреждений потерпевшим свидетельствует о наличии у него умысла именно на умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, поскольку полученные потерпевшими ранения не располагались в области жизненно-важных органов, что согласуется с заключениями экспертиз, согласно которым выявленные у как у ФИО4 так и у ФИО3 телесные повреждения по своему характеру не являются опасными для жизни повреждениями. Объективных медицинских данных, указывающих на проникающий характер ран и повреждений образований мышечного массива, каких-либо органов, крупных артерий и (или) сопровождающих их магистральных вен в пределах установленных ран, которые по своему характеру могли вызвать вред здоровью, опасный для жизни человека, у ФИО4 и ФИО3 не установлено. 

Оснований полагать, что у ФИО6 и ФИО7 был умысел на совершение более тяжкого преступления, в том числе убийства потерпевших, как это было заявлено в суде первой инстанции, не имеется, поскольку ФИО6 и ФИО7 отрицали наличие у них умысла на убийство ФИО3 и ФИО4 и из показаний ФИО6 следует, что если бы он хотел убить ФИО25 и ФИО4, то мог бы это сделать, но не сделал этого, так как не желал им смерти.

Помимо прочего ФИО6 и ФИО7, находясь в доме потерпевшего ФИО3 превосходили его в физической силе, ФИО6, будучи вооруженным ножом, в отсутствие каких-либо объективных препятствий, имел при этих обстоятельствах реальную возможность на лишение жизни потерпевшего ФИО3, но не сделал этого, поскольку не желал его убивать. В отношении потерпевшего ФИО4, ФИО6 и ФИО7, так же превосходили потерпевшего в физической силе, ФИО6, будучи вооруженным ножом, в отсутствие каких-либо объективных препятствий, имел при установленных обстоятельствах реальную возможность на лишение жизни потерпевшего ФИО4, которого удерживал ФИО7, но не сделал этого, поскольку не имел умысла на его убийство.

Именно конкретные действия ФИО6, который ударил ножом в область груди и плеча ФИО3, затем нанес удар металлическим засовом в область темени ФИО4, а после трижды с незначительной силой ударил его ножом в область левой ноги, несмотря на орудия преступления, отсутствие других повреждений опасных для жизни, поведение ФИО6 и ФИО7, непосредственно предшествующее причинению вреда здоровью ФИО3 и ФИО4 и последующее их поведение, свидетельствуют об отсутствии у них умысла на совершение более тяжкого преступления, в том числе на лишение жизни ФИО3 и ФИО4

Вопреки доводам жалоб высказывание ФИО6 угроз убийством в отношении потерпевших так же не свидетельствует о наличии умысла у ФИО6 на совершение более тяжкого преступления, поскольку ФИО6 после высказывания угроз действий, направленных на совершение более тяжкого преступления, в том числе на лишение жизни ФИО3 и ФИО4, не предпринимал.

Учитывая, изложенное суд апелляционной инстанции полагает, что доводы жалоб направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Таким образом, суд первой инстанции суд правильно квалифицировал действия ФИО6 по ч. 1 ст. 139, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 161, ч. 1 ст. 318, ч. 1 ст. 318 УК РФ и ФИО7 по ч. 1 ст. 139 УК РФ, оснований для квалификации действий ФИО6 и ФИО7 по более тяжким преступлениям не установлено.

С учетом заключений комиссии судебно-психиатрических экспертов, проведенных в отношении ФИО6, а так же данных о личности ФИО7, отсутствия сведений о наличии у последнего какого-либо психического расстройства либо иного болезненного состояния психики, его поведения, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о вменяемости ФИО6 и ФИО7 при совершении инкриминируемых им преступлений, по которым они признаны виновными.

Наказание ФИО6 и ФИО7 назначено в соответствии с требованиями уголовного закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных об их личности, наличия смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияния наказания на их исправление и условия жизни их семей.

При назначении наказания, суд в полной мере учел, что ФИО6 совершил преступления небольшой и средней тяжести, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, имеет постоянное место жительства, характеризуется отрицательно, по месту нахождения в СИЗО-1 характеризуется удовлетворительно, трудоспособен, а так же, что ФИО7 совершил преступление небольшой тяжести, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, имеет постоянное место жительства, характеризуется удовлетворительно, трудоспособен.

Судом обоснованно обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО6 в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ по факту совершения грабежа признано добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ по всем инкриминируемым ему преступлениям признаны признание своей вины, раскаяние в содеянном, наличие психического расстройства, а по фактам совершения преступлений в отношении ФИО3, ФИО5 и ФИО4 признано принесение извинений.

Так же судом обоснованно обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО7 в соответствии с п. «г» ч. 1 и ч.2 ст. 61 УК РФ признаны наличие у него малолетнего ребенка, впервые привлечение к уголовной ответственности.

Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных законом в качестве смягчающих наказание и подлежащих обязательному учету, при назначении наказания ФИО6 и ФИО7 не усматривается.

В соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ суд признал ФИО6 по всем преступлениям и ФИО7 отягчающим наказание обстоятельством - совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, а так же ФИО7 на основании п. "в" ч. 1 ст. 63 УК РФ - совершение преступления в составе группы лиц. Выводы суда о наличии в действиях осужденных отягчающих наказание обстоятельств являются верными, надлежащим образом мотивироваными, соответственно положения ч.6 ст.15 УК РФ к осужденным неприменимы. 

Иных обстоятельств, отягчающих наказание осужденным, предусмотренных ст. 63 УК РФ по всем инкриминируемым им деяниям не установлено.

Оценив совокупность всех вышеуказанных обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о том, что достижение целей уголовного наказания возможно только в условиях изоляции ФИО6 и назначил ему наказание в пределах санкций ч. 1 ст. 139, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119, п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 161, ч. 1 ст. 318, ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Окончательное наказание ФИО6 назначено в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, с учетом положений ч. 1 ст. 71, ч. 2 ст. 72 УК РФ в виде реального лишения свободы.

Оснований для применения положений ч. 2 ст. 53.1 УК РФ не установлено.

При наличии смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п."к" ч.1 ст.61 УК РФ, и отягчающего наказание обстоятельства, судом по факту совершения грабежа обоснованно при назначении наказания ФИО6 не применены положения ч.1 ст. 62 УК РФ. 

Вывод суда о необходимости назначения ФИО6 наказания в виде реального лишения свободы и отсутствия оснований для применения положений ст.73 УК РФ в приговоре надлежаще обоснован, и причин не согласиться с ним у суда апелляционной инстанции не имеется.

При указанных обстоятельствах, суд так же пришел к обоснованному выводу о том, что достижение целей уголовного наказания возможно при назначении ФИО7 наказания в виде исправительных работ и назначил ему наказание в пределах санкции ч. 1 ст. 139 УК РФ.

Назначенное ФИО6 и ФИО7 наказание является справедливым, соразмерным содеянному, полностью отвечает задачам исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений.

Суд апелляционной инстанции, не находит оснований к усилению наказания осужденным ФИО6 и ФИО7, как об этом просит представитель потерпевшего, поскольку назначенное ФИО6 наказание в виде лишения свободы сроком на два года шесть месяцев и ФИО7 в виде исправительных работ сроком на десять месяцев с удержанием 10% из заработной платы ежемесячно в доход государства, не является чрезмерно мягким, соответствует степени общественной опасности совершенных преступлений и данным об их личности.

Объективно оценив обстоятельства, характеризующие как степень общественной опасности совершенных преступлений, так и личность осужденных, суд обоснованно не усмотрел каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью осужденных, их поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений. Оснований для применения положений статьи 64 УК РФ при назначении ФИО6 и ФИО7 наказания у суда первой инстанции не имелось.

Таким образом, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению наказания, в приговоре приведены. При назначении наказания учтены все значимые обстоятельства. Назначенное ФИО6 и ФИО7 наказание соразмерно содеянному, является справедливым.

Вид исправительного учреждения для отбывания ФИО6 наказания судом определен правильно исходя из требований ст.58 УК РФ. 

Время содержания ФИО6 под стражей зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении в соответствии с требованиями п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ и в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в колонии-поселении.

Потерпевшими ФИО3, ФИО4 и ФИО5 были предъявлены гражданские иски к подсудимым ФИО6 и ФИО7 о компенсации морального вреда, причиненного преступлениями.

Гражданские иски потерпевших разрешены судом в полном соответствии с положениями ст.ст.151, 1099, 1101 ГК РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда потерпевшим ФИО3 и ФИО4 суд обоснованно принял во внимание характер и степень причиненных ФИО6 физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, а так же требования разумности и справедливости. Сумма морального вреда, взысканная с ФИО6 в пользу ФИО3 и ФИО4 каждому в размере по 70000 рублей является разумной и справедливой.

Выводы суда об отказе в удовлетворении заявленных требований потерпевшими ФИО3, ФИО5 и ФИО4 к ФИО7, а так же ФИО5 к ФИО6 судом мотивированы и не вызывают сомнений.

Вопреки доводам представителя потерпевшего ФИО6 и ФИО7 не осуждены за незаконное проникновение в жилище потерпевших в группе лиц, поскольку данное обстоятельство в соответствии с п. "в" ч. 1 ст. 63 УК РФ суд признал ФИО7 отягчающим наказание обстоятельством, а с учетом совершённых действий ФИО6 и обстоятельств дела, оснований для признания последнему такого отягчающего наказание обстоятельства не установлено.

Доводы представителя потерпевшего о том, что судом первой инстанции нарушено право на независимость принятия судом решения и право потерпевшего на доступ к правосудию, являются безосновательными, поскольку не согласие с принятым решением об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении дела прокурору, не является тому основанием. Как усматривается из материалов уголовного дела, обвинительное заключение по данному делу содержат указание на все обстоятельства, подлежащие доказыванию, и не исключает постановление приговора. Обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, в нем указаны существо обвинения, место и время совершения преступлений, их способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значения для данного уголовного дела, а также перечень доказательств, подтверждающих обвинение. Фактические обстоятельства и способ совершения ФИО7 и ФИО6 преступлений, вопреки утверждениям представителя потерпевшего, изложены в обвинительном заключении с достаточной полнотой.

Доводы представителя потерпевшего, о том, что в постановлении об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении дела прокурору не была дана правовая оценка в отношении ФИО7 и ФИО6 по ч.3 ст. 30 ст. 105 УК РФ, являются безосновательными, поскольку суд, сославшись на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ об отсутствии в действиях ФИО7 и ФИО6 признаков преступлений, предусмотренных ч.2 ст.139, и ч.3 ст. 30 ст. 105 УК РФ, не нашел оснований для квалификации действий подсудимых по более тяжким преступлениям. Суд апелляционной инстанции отмечает, что оснований, предусмотренных п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, для возвращения уголовного дела прокурору, в том числе наличии оснований для квалификации действий подсудимых по более тяжким преступлениям, у суда первой инстанции не имелось, а помимо прочего суд в обжалуемом приговоре дал надлежащую и мотивированную оценку об отсутствии в действиях ФИО7 и ФИО6 составов преступлений, предусмотренных ч.2 ст.139 и ч.3 ст. 30 ст. 105 УК РФ.

Доводы представителя потерпевшего о том, что по данному уголовному делу вынесены два решения приговор и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела являются безосновательными, поскольку по данному уголовному делу постановлен только приговор, а постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вынесено должностным лицом Михайловского МСО СК СУ Следственного комитета РФ по Рязанской области в рамках проверки сведений о наличии в действиях в действиях ФИО7 и ФИО6 составов преступлений, предусмотренных ч.2 ст.139 и ч.3 ст. 30 ст. 105 УК РФ.

Доводы представителя потерпевшего о том, что после действий ФИО6 в период ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 на телефон его доверителя поступали угрозы со стороны ФИО6 не влияют на квалификацию действий осужденных, поскольку суд рассматривает уголовное дело лишь в рамках предъявленного обвинения (ст.252 УПК РФ).

Вопреки доводам представителя потерпевшего судом дана надлежащая оценка как действиям подсудимых ФИО6 и ФИО7, так и мотиву совершения ими преступлений, при этом несогласие с выводами суда сведена к переоценке имеющихся в деле доказательств, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Доводы представителя потерпевшего о том, потерпевший заявлял ходатайство о вынесении постановления о его информировании об отбытии осужденных, о перемещении по ИУ и о любой информации, связанной с исполнением приговора, вместе с тем суд решение не принял, не свидетельствует о нарушении права потерпевших при рассмотрении уголовного дела по существу и не влияют на законность и обоснованность обжалуемого приговора суда. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, в ходе судебного разбирательства суд исследовал все представленные сторонами доказательства, при этом председательствующим были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав, ограничений которых допущено не было.

Нарушений требований закона, влекущих отмену или изменений приговора по иным основаниям, в том числе доводам апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 38919, 38920, 38928, 38933 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Михайловского районного суда Рязанской области от 13 марта 2023 года в отношении ФИО6 и ФИО7 – оставить без изменения, а апелляционные жалобы потерпевших ФИО4 и ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционное решение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции (г. Москва) в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалоб (представлений) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения, а для осуждённого, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалобы (представления) подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае рассмотрения дела в кассационном порядке стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья А.Б. Ваганов