Дело №2-1465/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 июня 2019 года г.Чебоксары

Калининский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Тигиной С.Н., при секретаре судебного заседания Валеевой Э.Х., с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Дома юстиции гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Чебоксары Чувашской Республики – Чувашии об установлении факта нахождения на иждивении, обязании назначить страховую пенсию по случаю потери кормильца,

установил:

ФИО1, через своего представителя ФИО2, действующую на основании доверенности, обратился в суд с иском к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Чебоксары Чувашской Республики – Чувашии об установлении факта нахождения его в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на иждивении отца ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ; возложении обязанности по назначению страховой пенсии по случаю потери кормильца с ДД.ММ.ГГГГ. 

Исковые требования мотивированы тем, что решением ответчика от ДД.ММ.ГГГГ истцу ФИО1 отказано в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со ст.10 Федерального закона Российской Федерации от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях», в связи с отсутствием факта его нахождения на иждивении отца ФИО3 Истец указывает, что на момент смерти отца он являлся студентом ФГБОУ ВО «Чувашский государственный университет им. И.Н.Ульянова», в связи с чем относится к категории нетрудоспособных членов семьи и имеет право на получение пенсии по случаю потери кормильца. При этом указывает, что и после достижения совершеннолетия, находился на иждивении отца. Так, договор на оказание платных образовательных услуг был заключен его отцом ФИО1, он же и оплачивал обучение. Проживая в г.Чебоксары, истец ФИО1 снимал квартиру, размер арендной платы за которую составлял 7500 руб., в связи с чем он вынужден был подрабатывать в аптеке. В последующем от подработки истец отказался, в связи с увеличением учебной нагрузки. Таким образом, отец ФИО3 оказывал материальную помощь сыну, содержал его, оплачивал обучение. Истец находился на полном содержании умершего ФИО3, его материальная помощь была постоянным и основным источником средств к существованию.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте разбирательства дела извещен надлежащим образом, суду представлено заявление о рассмотрении дела без его участия, правом на ведение дела в суде воспользовался через представителя.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, вновь привела их суду, дополнительно пояснив, что отец ее доверителя, кроме официального заработка, имел другие доходы – подрабатывал таксистом, именно для того, чтобы содержать сына – студента. Материальная помощь отца являлась основным и постоянным источником существования ее доверителя.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте разбирательства дела извещена надлежащим образом, суду представлено заявление о рассмотрении дела без ее участия.

Представитель ответчика Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Чебоксары Чувашской Республики – Чувашии в судебное заседание не явился, о времени и месте разбирательства дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщено. В ранее представленном суду отзыве представитель пенсионного органа поддержал доводы, изложенные в решении об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, и просил отказать в удовлетворении иска, рассмотреть дело в отсутствие представителя управления.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Набережные Челны Республики Татарстан в судебное заседание не явился, о времени и месте разбирательства дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщено.

В порядке ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом разрешен вопрос о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся в судебное заседание истца, представителя ответчика, третьих лиц и их представителей.

Рассмотрев требования истца, выслушав объяснения представителя истца, допросив свидетеля, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации как в правовом и социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (преамбула; ст. 1; статья 7, часть 1) охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты; в Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства; забота о детях, их воспитание – равное право и обязанность родителей (статья 38, части 1 и 2); каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1).

Принцип социального государства, относящийся к основам конституционного строя Российской Федерации, обязывает публичную власть надлежащим образом осуществлять государственную поддержку семьи, материнства, отцовства и детства, устанавливать государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты на основе общепринятых в правовом и социальном государстве стандартов и гуманитарных ценностей. Такой подход согласуется с Конвенцией о правах ребенка, одобренной Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года (статьи 3, 18, 26 и 27), указывающей на необходимость оказания государствами-участниками надлежащей помощи родителям и законным опекунам, в том числе через систему социального обеспечения, в выполнении ими своих обязанностей по воспитанию детей в целях обеспечения ребенку (детям) такой защиты и заботы, которые необходимы для его (их) благополучия.

В соответствии со ст. 10 Федерального закона Российской Федерации от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). 

Пунктом 1 ч. 2 ст. 10 Федерального закона Российской Федерации от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» дано определение понятию «нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца», согласно которому «нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца» признаются дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами.

Таким образом, закон предоставляет возможность назначения пенсии по потере кормильца детям, обучающимся по очной форме в образовательных учреждениях, не достигшим возраста 23 года.

В соответствии с ч. 3 ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Презумпция нахождения ребенка до достижения возраста 18 лет на иждивении родителей следует из норм семейного права. Согласно Семейному кодексу РФ ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия) (п. 1 ст. 54), родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (п. 1 ст. 80). Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его воспитание и содержание несут родители, что освобождает детей, не достигших 18 лет, от необходимости доказывать факт нахождения на иждивении родителей при назначении пенсии по случаю потери кормильца.

При этом иждивение предполагает как полное содержание умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным и постоянным источником средств к существованию. Указанное предусмотрено законом, в частности Федеральным законом от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Таким образом, при оценке доказательств, представленных в подтверждение нахождения на иждивении, следует исходить из соотношения оказываемой наследодателем помощи и других доходов нетрудоспособного. 

При этом не может быть признано иждивенцем лицо, которое получало от умершего кормильца помощь эпизодически, нерегулярно и в размерах, недостаточных для того, чтобы служить постоянным и основным источником средств к существованию.

Согласно пункту 82 Перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии, с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 28 ноября 2014 года №958н, факт нахождения на иждивении нетрудоспособных членов семьи подтверждается документами, выданными жилищно-эксплуатационными организациями или органами местного самоуправления, документами о доходах всех членов семьи и иными документами, предусмотренными законодательством Российской Федерации.

На основании ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основании своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (допустимость доказательств).

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован брак между ФИО3 и ФИО5, после заключения которого супруге присвоена фамилия «Бикмухаметова», что подтверждается копией свидетельства о заключении брака (л.д. 36).

В период брака, ДД.ММ.ГГГГ у супругов родился сын – истец ФИО1, что подтверждается копией свидетельства о рождении (л.д.15).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 – отец истца ФИО1 умер, что подтверждается копией свидетельства о смерти серии III-КБ №, выданного ДД.ММ.ГГГГ МКУ «Управление ЗАГС при исполнительном комитете муниципального образования 

<

адрес>» (л.д.16).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в Государственное учреждение– Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Чебоксары Чувашской Республики – Чувашии с заявлением о назначении ему страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Чебоксары Чувашской Республики – Чувашии от ДД.ММ.ГГГГ № истцу ФИО1 отказано в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со ст.10 Федерального закона РФ от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», в связи с отсутствием факта его нахождения на иждивении отца ФИО3

Суд находит указанные доводы ответчика обоснованными в силу следующего.

Как указывалось выше, содержание понятия иждивенства закреплено в ч. 3 ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях», согласно которой члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Под полным содержанием умершим кормильцем членов семьи понимаются действия кормильца, направленные на обеспечение членов семьи всеми необходимыми жизненными благами (питание, жилье, одежда, обувь и другие предметы жизненной необходимости).

Постоянный характер помощи означает, что она не была случайной, единовременной, а оказывалась систематически, в течение некоторого периода и что кормилец взял на себя заботу о содержании данного члена семьи.

Понятие основной источник средств к существованию предполагает, что помощь кормильца должна составлять основную часть средств, на которые жили члены семьи. Она должна по своим размерам быть такой, чтобы без нее члены семьи, получившие ее, не смогли бы обеспечить себя необходимыми средствами жизни.

В пункте 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что находившимся на иждивении наследодателя может быть признано лицо, получавшее от умершего в период не менее года до его смерти – вне зависимости от родственных отношений – полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат. При оценке доказательств, представленных в подтверждение нахождения на иждивении, следует оценивать соотношение оказываемой наследодателем помощи и других доходов нетрудоспособного.

Согласно справки с места жительства – финансового лицевого счета № от ДД.ММ.ГГГГ, истец ФИО1 зарегистрирован по адресу: 

<

адрес>. По указанному адресу также значатся зарегистрированными: ФИО4 – мать истца, ФИО6 – сестра истца, и до момента смерти отец истца – ФИО3

Фактически истец ФИО1 проживает по месту своего обучения в 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>

Истец ФИО1 является студентом третьего курса ФГБОУ ВО «Чувашский государственный университет им. И.Н.Ульянова» по специальности «Стоматология» и обучается в указанном учреждении с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией договора на оказание платных образовательных услуг в сфере высшего образования от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенного между учебным заведением и отцом истца ФИО3 (л.д. 10-11).

Стоимость образовательных услуг по договору составила: первый курс (2016/2017 учебный год) - 89850 руб.; второй курс (2017/2018 учебный год) – 39444 руб.; третий курс (2018/2019 учебный год) – 97191 руб. Из представленных суду копий квитанций к приходным кассовым ордерам следует, что 93444 руб. в счет оплаты стоимости обучения по договору были внесены ФИО3 (л.д.12-14).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 суду показал, что их с ФИО3 дети после окончания школы поступили на платное отделение медицинского факультета ФГБОУ ВО «ЧГУ им. И.Я.Ульянова». Стоимость обучения за год составляет около 89000 руб. Их дети снимают в г.Чебоксары квартиру на троих, за которую платят 15000 руб. в месяц. Им с ФИО3 пришлось найти дополнительный заработок, они не официально устроились работать в «Яндекс-Такси». Зарплата ФИО3 была около 25-30 тыс. в месяц. Сын полностью находился на содержании ФИО3

Согласно представленным суду справкам о доходах ФИО3 за 2017 год и 2018 год, его среднемесячный доход составлял: в 2017 году – 38001,36 руб.; в 2018 году – 40187,81 руб.

При этом мать истца – ФИО4 является индивидуальным предпринимателем, что подтверждается копиями налоговых деклараций за 2017 и 2018 года, с указанием суммы единого налога на вмененный доход в размере 

<

данные изъяты> руб.

Согласно копии трудовой книжки истца, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ был принят на работу в ООО «

<

данные изъяты>» на должность фармацевта (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №), уволен с ДД.ММ.ГГГГ (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №).

По сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета ФИО1 размер его заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составил 

<

данные изъяты> руб., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 

<

данные изъяты> руб., за три квартала 2018 года – 

<

данные изъяты> руб., то есть 

<

данные изъяты> руб. в месяц.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено, что истец ФИО1 совместно с отцом ФИО3 не проживал, с момента начала раздельного проживания имел постоянный источник дохода в виде ежемесячной заработной платы.

Как указывалось выше, основным критерием признания лица иждивенцем служит факт получения помощи в качестве основного источника средств к существованию, то есть помощь иного лица должна составлять основную часть средств, на которые жил член семьи умершего. Эта помощь должна по своим размерам быть такой, чтобы без нее член семьи, получавший ее, не смог бы обеспечить себя необходимыми средствами жизни.

Вместе с тем, истцом ФИО1, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств того, что помощь умершего отца была для него постоянным и основным источником средств к существованию, а также, что общий объем ежемесячных расходов не покрывался получаемым им доходом. Каких-либо документов, подтверждающих факт оказания материальной помощи, кроме документов, подтверждающих факт внесения оплаты по договору обучения от имени ФИО3, суду не представлено. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 не смог указать как часто и в каком размере ФИО3 оказывал материальную помощь сыну. 

При этом, учитывая факт осуществления трудовой деятельности самим истцом ФИО1, а также его матерью ФИО4, нельзя сделать однозначный вывод о том, что именно ФИО3 оказывал сыну ФИО1 такую материальную помощь, которая являлась для него постоянным, основным и единственным источником дохода.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 об установлении факта нахождения его в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на иждивении отца ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ; возложении на пенсионный орган обязанности по назначению страховой пенсии по случаю потери кормильца с ДД.ММ.ГГГГ суд не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199, 320 – 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

отказать в удовлетворении требований ФИО1 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г.Чебоксары Чувашской Республики – Чувашии об установлении факта нахождения ФИО1 на иждивении отца ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, и возложении обязанности по назначению ФИО1 страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» с ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд г.Чебоксары в течение месяца с момента составления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда составлено 24 июня 2019 года.

Судья С.Н. Тигина