Дело № 2-147/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

р.п. Каргаполье 28 мая 2019 г.

Каргапольский районный суд Курганской области в составе председательствующего судьи Киселевой Н.С.,

при секретаре судебного заседания Корчагиной И.Н.,

с участием истца (ответчика по встречному иску) ФИО1, его представителя ФИО2,

ответчика (истца по встречному иску) ФИО3 и его представителя ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, встречному иску ФИО3 к ФИО1 о признании права собственности на автомобиль,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения. В обоснование иска указал, что является собственником автомобиля KIA SLS (Sportage, SL, SLS), белого цвета, идентификационный номер VIN №*, государственный регистрационный знак №*, 2012 года выпуска. Указанный автомобиль он приобрел за счет собственных денежных средств по договору купли-продажи от 3 января 2014 года. 20 января 2014 года в установленном порядке произвел постановку транспортного средства на регистрационный учет и зарегистрировал право собственности на свое имя. 

В 2016 году между сторонами возник хозяйственный спор, связанный с осуществлением совместной предпринимательской деятельностью. ФИО3 без согласия ФИО1 завладел спорным автомобилем, полагая, что автомобиль куплен на его денежные средства. Добровольно имущество не возвращено до настоящего времени.

Факт владения спорным автомобилем ФИО3 подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 30 декабря 2018 года 

Просит суд, истребовать принадлежащий ФИО1 автомобиль KIA SLS (Sportage, SL, SLS), белого цвета, идентификационный номер VIN №*, государственный регистрационный знак №*, 2012 года выпуска, с ключами от автомобиля из незаконного владения ФИО3

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО3 с исковыми требованиями не согласился, в порядке положения статьи 138 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК Российской федерации) обратился в суд со встречными исковыми требованиями к ФИО1 о признании права собственности на автомобиль. Встречные исковые требования были приняты судом. 

В обосновании встречного требования указано, что он и ФИО1 в октябре 2013 года договорились о купле-продаже здания пилорамы и земельного участка по адресу: 

<

адрес>. Во исполнении этого, он в октябре 2013 года передал ФИО1 1 000000 руб., в декабре 2013 года еще 1 000 000 руб., всего 2 000 000 руб.

Факт передачи денежных средств подтверждается решением Каргапольского районного суда Курганской области от 5 октября 2016 года по делу № 2-475/2016, протоколом судебного заседания от 5 октября 2016 года по делу № 2-475/2016, постановлением дознавателя МО МВД России «Каргапольский» ФИО5 от 25 июня 2016 года по материалам проверки КУСП № 2359 от 27 мая 2016 года, объяснениями ФИО1 от 27 мая 2016 года в материалах проверки КУСП № 2359 от 27 мая 2016 года, объяснениями ФИО1 от 25 января 2019 года в материалах проверки КУСП № 5352 от 7 ноября 2018 года.

Однако, позже он и ФИО1 договорились о снижении цены на здание пилорамы и земельного участка. Между ним и ФИО1 26 декабря 2013 года был заключен договор купли - продажи здания пилорамы на сумму 1 000 000 руб., и договор купли-продажи земельного участка на сумму 100 000 руб., что подтверждается решением Каргапольского районного суда Курганской области от 5 октября 2016 года по делу № 2-475/2016. Считает, что ФИО1 неосновательно обогатился за его счет на сумму 900 000 руб., получив денежные средства больше, чем предусмотрено договорами купли - продажи от 26 декабря 2013 года.

На эти денежные средства ФИО1 приобрел автомобиль KIA Sportage, регистрационный знак 

<

***>, 2012 года изготовления. Это подтверждается объяснениями ФИО1 от 25 января 2019 года в материалах проверки КУСП № 5352 от 7 ноября 2018 года.

В феврале 2016 года ФИО1, признавая свой долг в виде неосновательного обогащения, передал ему в качестве отступного автомобиль KIA Sportage, регистрационный знак 

<

***>, 2012 года изготовления. Переоформить автомобиль на ФИО3 ФИО1 обещал позже. Считает, что в феврале 2016 года он и ФИО1 заключили устное соглашение об отступном, в соответствии с которым, ФИО1 взамен возврата неосновательного обогащения в размере 900 000 руб. передал ФИО3 в качестве отступного автомобиль KIA Sportage. Из поведения ФИО1 явствовала его воля совершить сделку по передаче в качестве отступного автомобиля KIA Sportage. ФИО1 не только передал автомобиль, ключи, масло к автомобилю, но и проинформировал ФИО3 о неисправности АКПП и раздаточной коробки. Это подтверждается объяснениями С. от 8 июня 2016 года, имеющиеся в материалах дела № 2-475/2016.

Он, как собственник автомобиля KIA Sportage решил отремонтировать АКПП и раздаточную коробку. С. в начале июня 2016 года снял АКПП и раздаточную коробку с автомобиля KIA Sportage. ИП М. 10 июня 2016 года произвел ремонт АКПП и раздаточной коробки KIA Sportage на общую сумму 143 960 руб. ФИО6 после ремонта в июне 2016 года поставил АКПП и раздаточную коробку на место. Это подтверждается объяснениями С. от 8 июня 2016 года в деле № 2-475/2016 г., заказ - нарядом № 17 от 7 июня 2016 года, квитанцией от 8 июня 2016 года, квитанцией от 10 июня 2016 г. 

Он неоднократно по телефону обращался к ФИО1 с просьбой о переоформлении на него автомобиля KIA Sportage, ФИО1 говорил, что ему некогда, его нет в р.п. Каргаполье и т.д. 17 ноября 2016 года было направлено письмо ФИО1 с просьбой о переоформлении передачи автомобиля KIA Sportage. Письмо вернулось 28 декабря 2016 года с отметкой «истек срок хранения».

В сентябре 2018 года он договорился с Ж. о продаже автомобиля KIA Sportage, предупредив покупателя, что документы находятся у ФИО1, дав его номер телефона. Ж. позвонил ФИО1 с просьбой о передаче документов на автомобиль, была достигнута договоренность, что документы будут переданы у здания ГИБДД на следующий день. Когда состоялась встреча, ФИО1 потребовал за документы 100 000 руб. переоформления транспортного средства не состоялось.

На протяжении длительного периода времени ФИО1 не интересовался автомобилем KIA Sportage. Однако, в ноябре 2018 года ФИО1 обратился в МО МВД России «Каргапольский» с заявлением о возврате автомобиля KIA Sportage, регистрационный знак 

<

***>, 2012 года изготовления. Дознавателем МО МВД России «Каргапольский» ФИО1 было отказано в возбуждении уголовного дела, в виду отсутствия состава преступления в деяниях ФИО3 28 марта 2019 года ФИО1 подал иск в суд о возврате имущества из чужого незаконного владения.

Ссылаясь на положения ст. ст. 409, 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит признать за ним - ФИО3 право собственности на автомобиль KIA SLS (Sportage, SI, Sis), идентификационный номер №*, 2012 года изготовления, № двигателя №*, кузов № №*, цвет белый, государственный регистрационный знак №*. Взыскать с ФИО1 в его пользу госпошлину в размере 12200 руб.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал, со встречными требования не согласился, пояснил, что его автомобиль находится у ФИО3 Он передал автомобиль ФИО3 не добровольно, так как был спор об имуществе, он хотел восстановить свои права на имущество. Об угоне автомобиля он не заявлял, в полицию не обращался, так как хотел решить все миром. Не смог пояснить, так как забыл, как и когда происходила передача автомобиля ФИО6. Ранее в судебном заседании пояснял, что автомобиль был передан ФИО3 в феврале 2016 года у здания конторы по ул. Инкубаторная 1а. Указал, что у него со ФИО6 была договоренность о совместной деятельности, письменно никакой договор не составлялся. Он предлагал вложить ФИО6 в бизнес 4 500 000 руб., ФИО6 было внесено 2000 000 руб., из которых 70 000 руб. пошло на покупку материалов. ФИО3 при совместно деятельности поставил новый забор, привозил лес на свои деньги. Не отрицал, что в 2016 году он продал здание пилорамы и землю ФИО6 за 1100000 руб., из которых 1000000 стоило здание пилорамы, 100000 руб.- земля. Считал, что он ничего не должен ФИО6, так как на территории еще имеется котельная, сарай, навес, кирпич, панели, фермы. Не признавал долг перед ФИО3 в размере 900000 руб. Никакого соглашения со ФИО3 об отступном, ни в письменной форме, ни в устной, не заключал. ФИО8 предлагал ему 50000 руб. за документы на его автомобиль.

В судебном заседании представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 - ФИО2, действующий на основании доверенности, исковые требования ФИО1 поддержал, дал объяснения по доводам, изложенным в иске, считал, что ФИО1 передал автомобиль ФИО3, поскольку рассчитывал вернуть недвижимое имущество. Со встречными требованиями не согласился, считал, что ФИО3 не представлено надлежащих допустимых доказательств, подтверждающих неосновательное обогащение со стороны ФИО1, которое, по мнению ФИО3 являлось основным обязательством для заключения отступного. Передача денежных средств подтверждается определенными средствами доказывания, а именно, письменными доказательствами. В соответствии со статьей 162 Гражданского кодекса Российской Федерации, несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и её условии на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные доказательства. Ссылка на решение суда от 5 октября 2016 года, в котором в описательной части указано, что ФИО1 брал у ФИО3 2 000000 руб. на развитие бизнеса, не является преюдициальным, поскольку был иной предмет иска. Ранее ФИО3 подавалось исковое заявление о взыскании задолженности по договору займа с ФИО1 на сумму 900000 руб., производство по которому было прекращено в связи с отказом истца от иска. Считает, что со стороны ФИО3 имеется злоупотребление правом. Считал, что ФИО1 срок исковой давности не пропущен, поскольку о нарушении своего права он узнал в октябре 2018 года, когда к нему обратился ФИО8 с целью покупки его автомобиля.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО3, с иском ФИО1 не согласился, свой иск поддержал. Не оспаривал, что автомобиль KIA Sportage, государственный регистрационный знак №*, 2012 года выпуска, находится в его владении. Пояснил, что, у него с ФИО1 была договоренность о приобретении здания пилорамы и земельного участка за 2000000 руб. Он передал 2000000 руб. ФИО1 до заключения сделки, при этом расписка о передаче денег не составлялась. После осмотра объектов недвижимости, была достигнута договоренность, что здание пилорамы стоит 1000000 руб., земельный участок был оценен в 100000 руб., следовательно, ФИО1 остался ему должным 900000 руб. За 900000 руб. ФИО1 был приобретен спорный автомобиль. В счет долга, в качестве отступного, в 2016 году ФИО1 передал ему спорный автомобиль. ФИО7 была неисправна, ФИО1 сообщил об этом, привез масло. Он отремонтировал автомобиль, потратил примерно 150000 руб. После чего договорился с ФИО8 о продаже автомобиле. ФИО1 был в курсе, не возражал, но когда ФИО8 приехал к зданию ГИБДД, чтобы забрать у ФИО1 документы, Юровских потребовал 100000 руб. Считает, что автомобиль находится у него на законном основании, так как ФИО1 передал его в качестве отступного по неосновательному обогащению, возникшему при совершении сделок по купли - продажи недвижимого имущества по договорам от 26 декабря 2013 года в связи с переплатой денежных средств. Доказательствами неосновательного обогащения, по его мнению, являются пояснения ФИО1 Письменный договор об отступном не заключался. Считал, что никакого совместного бизнеса у него с ФИО1 не было. Он просил его поруководить во время его отсутствия, договоренность состоялась перед новым 2013 годом. Юровских сказал, что ему нужны деньги, он ему дал деньги на станки, собрал бригаду, они съездили посмотрели лес, он выкупил его, начали его завозить. Он оставлял ФИО1 деньги на счете на выплату рабочим заработной платы 900 000 руб. в декабре и еще в январе 90 000 руб. В 2014 году в мае по его возвращению, ФИО1 стал сводить кассу, касса не сошлась на 400000 руб. Ему позвонили с завода, попросили еще поработать сезон. Он попросил Юровских опять поработать. Юровских обещал не проводить махинации с деньгами. Вернувшись осенью, сверив расчеты у ФИО1 опять была недостача в 50 000 руб. Потом он опять уехал и вернулся только в феврале или марте 2015 года, когда вернулся, то сразу начал строить торговый центр. Когда построил торговый центр, в декабре начал сравнивать по ведомостям, сколько произведено продукции, и сколько проведено по журналу. Вывели, что 700 000 руб. не хватило. Юровских сказал, что брал на трактора 500 000 руб., пообещав вернуть, но так и не вернул. От ФИО9 узнал, что ФИО1 получил у него 1 000 000 руб. за заказ, который не был проведен. Эти долги от ФИО1 он не требует. В феврале 2016 года ФИО1 написал отчеты, и за долги оставил свою машину. 

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО3 - ФИО4, действующая на основании доверенности, с исковыми требованиями ФИО1 не согласилась, заявила ходатайство о применении срока исковой давности, встречные исковые требования поддержала, по доводам, изложенным в пояснении к иску. Просила отнестись критически к пояснениям свидетеля ФИО10, которая является подругой жены ФИО1 Пояснила, что изначально ФИО3 был подан иск о взыскании задолженности по договору займа с ФИО1 в связи с юридической неграмотностью.

При рассмотрении дела были допрошены свидетели.

Свидетель С. в судебном заседании пояснил, что в феврале 2016 года к нему на базу МТМ, зная, что он занимается ремонтом автомобилей приехали ФИО1 и ФИО3, спросили, сможет ли он отремонтировать автомобиль, описали неисправность. Он ответил, что машину он отремонтирует, но позже. Они оставили ему автомобиль KIA Sportage для последующего ремонта. Приступив к ремонту примерно через неделю, он не смог его завести, позвонил ФИО1, выяснил, как автомобиль заводится. Оказалась что у неё сел аккумулятор, поэтому электронный ключ не сработал. Также выяснил, кто будет оплачивать ремонт. ФИО1 ответил, что работы будет оплачивать ФИО3, так как он отдал автомобиль ему за долги. Какие долги были у ФИО1 перед ФИО3 ему неизвестно. 29 февраля 2016 года он составил акт, в котором указал, какие царапины, вмятины, трещины были на автомобиле, чтобы в последующем не было недоразумений. Он снял коробку, попытался её отремонтировать, но не смог. Коробку он снял, ФИО3 увез её в специальный центр, где её отремонтировали, потом он установил её на автомобиль. ФИО3 за работу с ним рассчитался, но не деньгами. Он снимал у него помещение.

Свидетель Ж. в судебном заседании пояснил, что в октябре 2018 года он хотел купить автомобиль KIA Sportage. ФИО3, ему сказал, что документы на автомобиль находятся у ФИО1, так как по документам он собственник автомобиля, дал его телефон. 28 октября 2018 года он позвонил ФИО1, договорились о встрече. Когда он приехал на встречу за документами ФИО1 сказал, что документы стоят денег, потребовал 200000 руб. Он отказался платить деньги, уехал. Вечером в тот же день ФИО1 ему перезвонил, снизил стоимость до 150000 руб., он отказался. Через 30 минут опять перезвонил, просил уже 100000 руб.

Свидетель А. в судебном заседании пояснила, что дружит с семьей Юровских, ей известно, что у Анатолия Юрьевича был автомобиль белого цвета KIA, она его видела, когда приходила в гости к Юровских, он стоял возле дома. В апреле, мае 2016 года обратила внимание, что автомобиля нет, спросила у жены Юровских, где автомобиль, она сказала, что автомобиль забрал ФИО6, причину она не спрашивала. Как запомнила дату, не смогла пояснить.

Заслушав пояснения сторон и их представителей, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. 

Как разъяснено в пунктах 32, 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Таким образом, требование об истребовании имущества из чужого незаконного владения подлежит удовлетворению лишь при наличии совокупности доказательств, подтверждающих соответствующий статус истца в отношении истребуемого имущества, обладание последним индивидуально-определенными признаками, наличие спорного имущества в натуре, утрату лицом фактического владения вещью, а также нахождение ее в чужом незаконном владении в отсутствие между истцом и ответчиком отношений обязательственного характера по поводу истребуемой вещи. Для удовлетворения искового заявления необходимо наличие указанных фактов в совокупности, отсутствие или недоказанность одного из них влечет отказ в удовлетворении иска.

Доводы ФИО1 о принадлежности ему спорного транспортного средства подтверждаются письменными материалами дела. 

Как следует из паспорта транспортного средства №* от 20 июня 2012 года, право собственности ФИО1 на автомобиль KIA SLS (Sportage, SL, SLS), белого цвета, идентификационный номер VIN №*, государственный регистрационный знак №*, 2012 года выпуска возникло на основании договора купли-продажи от 3 января 2014 года. Дата регистрации транспортного средства в ОГИБДД МО МВД России «Каргапольский» произведена 20 января 2014 года, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации ТС 

<

...> (л.д. 3, 27).

Как следует, из материалов проверки КУСП № 5352 от 7 ноября 2018 года, по заявлению ФИО1, постановлением дознавателя МО МВД России «Каргапольский» ФИО5 от 17 ноября 2018 года отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в виду отсутствия состава преступления в деяниях ФИО3

В постановлении указано, что в ходе проверки установлено, ФИО1 в 2016 году с целью вернуть право владения деревообрабатывающим предприятием передал свой автомобиль KIA Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96. В настоящее время ФИО3 отказывается возвращать автомобиль ФИО1 Опрошенный ФИО3 пояснил, что не собирается отдавать автомобиль KIA Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96, так как данный автомобиль приобретался на его деньги, поэтому он считает, что спорный автомобиль ФИО1 не принадлежит (л.д. 15, 16).

Из объяснений, данных ФИО1 29 октября 2018 года следует, что с 2010 года он знаком со ФИО3, в процессе знакомства они договорились вести совместный бизнес по деревообработке примерно с 2013 года, так как он был оформлен индивидуальным предпринимателем, все имущество, в том числе и оборудование, было оформлено на него. Предприятие находится по адресу: 

<

адрес>. В процессе ведения бизнеса, примерно в январе 2016 года ФИО3 сказал, что у него имеется долг, о котором ФИО1 не знает, так как они вкладывались в совместное дело примерно одинаково. Земля и здание цеха было оформлено на ФИО3 летом 2016 года в судебном порядке. До этого времени фактически данным предприятием руководил ФИО3, не предоставляя ему права владения и получения прибыли с данного деревообрабатывающего предприятия. С целью вернуть право владения предприятием он передал свой автомобиль KIA Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96 ФИО3, который не вернул ему предприятие и отказывается возвращать автомобиль без пояснения каких либо причин. Автомобиль находится в фактическом владении ФИО3 в р.п. Каргаполье, где именно, не смог пояснить (л.д. 17).

Из объяснений данных ФИО3 16 ноября 2018 года в ходе проверки по заявлению ФИО1 следует, что они с ФИО1 работали вместе. В настоящее время у него с ФИО1 неприязненные отношения, он с ним не общается. Они неоднократно судились по разделу имущества. Когда они вместе работали, то он на свои денежные средства приобрел для ФИО1 автомобиль KIA Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96. Во время совместной работы ФИО1 оформил данный автомобиль на себя, так как им было так удобно. Он автомобиль у Юровских не забирал, ФИО1 отдал его сам, так как знал, что он куплен на деньги ФИО3 Автомобиль он отдавать не намерен, вернет его только по решению суда. ФИО1 должен ему деньги, и он намерен с ним судиться. ФИО1 оформил автомобиль на свое имя с его разрешения. Не считает, что автомобиль принадлежит ФИО1(л.д. 18).

Постановлением заместителя прокурора Каргапольского района Куликова Д.П. от 29 ноября 2018 года, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 17 ноября 2018 года отменено, как незаконное (л.д. 19).

Постановлением дознавателя МО МВД России «Каргапольский» ФИО5 от 30 декабря 2018 года, ФИО1 отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в виду отсутствия состава преступления в деяниях ФИО3

В постановление указано, что возникшие отношения между ФИО1 и ФИО3 следует расценивать как гражданско - правовые, для разрешения которых ФИО1 разъяснено право о необходимости обратиться в суд (л.д. 4).

Постановлением заместителя прокурора Каргапольского района Куликова Д.П. от 11 января 2019 года, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 30 декабря 2018 года отменено, как незаконное. Рекомендовано принять меры к возврату автомобиля его законному юридическому владельцу, разъяснив ФИО3 судебный порядок решения вопроса по спорному имуществу и денежным обязательствам, устранить противоречия в объяснениях ФИО1 и ФИО3 в части того, на чьи денежные средства был приобретен указанный автомобиль и об обстоятельствах и причинах его передачи ФИО3 (л.д. 20).

В ходе проверки сообщения ФИО1 был составлен протокол осмотра места происшествия от 25 января 2019 года – автомобиля KIA Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96, в ходе которого установлено, что автомобиль находится по адресу: 

<

адрес>, здание МТМ (л.д. 22-26).

Постановлением дознавателя МО МВД России «Каргапольский» ФИО5 от 28 января 2019 года, ФИО1 отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в виду отсутствия состава преступления в деяниях ФИО3

В ходе дополнительной проверки ФИО1 пояснил, что в 2013 году к нему обратился ФИО3, который предложил вести совместный бизнес, а также внес 2000 000 руб. На 980 000 руб. с данной суммы ФИО1 приобрел автомобиль KIA Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96 для личного пользования. В феврале 2016 года ФИО1 добровольно передал автомобиль KIA Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96 ФИО3 с условием, что он вернет ему деревообрабатывающее оборудование, находящееся в цехе предприятия. Документы на автомобиль оставил у себя, обещал отдать ФИО3, когда заберет оборудование. Данные договоренности документально не оформлялись, условия были оговорены в устной форме. В июне 2016 году по решению суда предприятие, ранее принадлежащее ФИО1, расположенное по адресу: 

<

адрес> перешло в собственность ФИО3

ФИО3 в своем дополнительном объяснении указал, что к ранее данному им объяснению от 16 ноября 2018 года ему добавить нечего. ФИО3 разъяснен судебный порядок решения вопроса по спорному имуществу и денежным обязательствам.

В ходе работы по материалу было установлено, что автомобиль KIА Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96 находится по адресу: с. Тагильское, здание МТМ. В ходе осмотра места происшествия данный автомобиль изъят и передан на ответственное хранение ФИО3 до вынесения судебного решения об установлении права собственности на данный автомобиль (л.д. 28, 29).

Суд, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК Российской Федерации, приходит к выводу о том, что ФИО1 представлены доказательства подтверждающие наличие у него права собственности на спорное имущество.

Объяснениями ФИО3 и протоколом осмотра места происшествия от 25 января 2019 года подтверждается, что в настоящее время автомобиль KIA Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96, принадлежащий на праве собственности ФИО1, находится по адресу: 

<

адрес>, в здании МТМ у ФИО3 

При рассмотрении дела представителем ответчика (истца по встречному иску) ФИО3 - ФИО4 заявлено ходатайство о применении последствий пропуска ФИО1 срока исковой давности по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Пояснила, что автомобиль был передан ФИО1 ФИО3 в феврале 2016 года, исковое заявление было подано ФИО1 в суд 28 марта 2019 года, по истечении трехлетнего срока исковой давности. В связи с чем, просила в иске ФИО1 об истребования имущества из чужого незаконного владения отказать.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Общий срок исковой давности, согласно пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

При рассмотрении дела ФИО1 пояснял, что автомобиль передал ФИО3 в феврале 2016 года. Автомобилем ФИО3 завладел принудительно, об угоне он не заявлял, так как хотел решить вопрос миром (протокол судебного заседания от 18 апреля 2019 года, л.д. 60). После заявления ответчиком ходатайства о применении срока исковой давности показания изменил, утверждал, что передал автомобиль ФИО3 весной 2016 года, когда было тепло, точную дату не помнит, что суд расценивает, как возможность избежать последствия.

В подтверждении ходатайства о применении срока исковой давности с февраля 2016 года ФИО3 представлен акт приема - передачи автомобиля № 12 от 29 февраля 2016 года (л.д. 98), из которого следует, что на момент сдачи автомобиля в ремонт имеются царапины и сколы лакокрасочного покрытия, неисправность АКПП. Факт передачи автомобиля KIA Sportage ФИО1 и ФИО3 в ремонт в феврале 2016 года также подтверждается пояснениями допрошенного при рассмотрении дела в качестве свидетеля С.

К пояснениям свидетеля А. о том, что автомобиль KIA Sportage стоял возле дома ФИО1 до апреля, мая 2016 года, суд относится критически, так как данные пояснения носят предположительный характер, и во внимание не принимает.

Доводы представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО2 о том, что ФИО1 узнал о нарушении своего права в октябре 2018 года, когда узнал о возможной продаже его автомобиля ФИО8, суд во внимание не принимает поскольку они опровергаются пояснениями ФИО1, который пояснял, что ФИО3 насильно завладел его автомобилем в феврале 2016 года, то есть о нарушении своего права ФИО1 узнал в феврале 2016 года.

Согласно пункту 3 статьи 192 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок, исчисляемый месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца срока.

Если окончание срока, исчисляемого месяцами, приходится на такой месяц, в котором нет соответствующего числа, то срок истекает в последний день этого месяца.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Поскольку о нарушении своего права ФИО1 узнал в феврале 2016 года, учитывая положения статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, трехлетний срок исковой давности истек 28 февраля 2019 года.

Таким образом, на момент обращения ФИО1 с иском в суд 28 марта 2019 года, срок исковой давности по требованию об истребовании имущества из чужого незаконного владения, истек.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Доказательств, подтверждающих наличие уважительных причин пропуска срока исковой давности, и обстоятельств, предусмотренных статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцом ФИО1 в судебное заседание не представлено, поэтому суд с учетом положений пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание заявление ответчика ФИО3 о пропуске истцом ФИО1 срока исковой давности по заявленным требованиям, приходит к выводу об отказе в иске ФИО1 об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

При подаче иска в суд ФИО1 оплачена госпошлина в размере 300 руб., что подтверждается чек-ордером № 4998 от 28 марта 2019 года, ФИО1 предложено доплатить госпошлину исходя из стоимости истребуемого имущества.

Из справки № 07-19 о рыночной стоимости транспортного средства от 15 апреля 2019 года, подготовленной оценщиком К.., стоимость автомобиля KIA SLS (Sportage), белого цвета, идентификационный номер VIN №*, государственный регистрационный знак №*, 2012 года выпуска составляет 690000 руб. (л.д. 34). Размер госпошлины от стоимости истребуемого автомобиля составляет 10100 руб.

Таким образом, с ФИО1 в доход муниципального образования Каргапольский район подлежит взысканию госпошлина в размере 9800 руб.

Удерживая принадлежащий ФИО1 автомобиль, истец по встречным требованиям ФИО3 считает, что автомобиль был передан ему ФИО1 в качестве отступного, на основании устного соглашения взамен возврата неосновательного обогащения в размере 900000 руб. возникшего при совершении сделок при продаже недвижимого имущества. Факт неосновательного обогащения ФИО1, по мнению ФИО3 подтверждается решением Каргапольского районного суда Курганской области от 5 октября 2016 года, объяснениями ФИО1

Решением Каргапольского районного суда Курганской области от 5 октября 2016 года, дело № 2-475/2016, вступившего в законную силу 8 ноября 2016 года, исковые требования ФИО3 к ФИО1 о государственной регистрации перехода права собственности на здание пилорамы и на земельный участок, удовлетворены.

Произведена государственная регистрация перехода права собственности от ФИО1 к ФИО3 на здание пилорамы, назначение: нежилое, общей площадью 339,2 кв.м, инвентарный номер 4826, литер Б, этажность 1, кадастровый номер 2077/4826/1/Б/06:100, находящееся по адресу: 

<

адрес>

Произведена государственная регистрацию перехода права собственности от ФИО1 к ФИО3 на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов – для нужд промышленности, площадью 3042 кв.м, кадастровый №*, находящийся по адресу: 

<

адрес>

С ФИО1 в пользу ФИО3 взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 600 руб.

Указанным выше решением установлено, что 26 декабря 2013 года между ФИО3 и ФИО1 были заключены договоры купли-продажи недвижимого имущества: здания пилорамы общей площадью 339,2 кв.м. и земельного участка площадью 3042 кв.м. с кадастровым номером №*. Стоимость спорного имущества согласно п. 3 договоров составила: здание пилорамы – 1000000 руб., земельного участка – 100000 руб. Факт передачи денежных средств от ФИО3 ФИО1 подтверждается постановлением дознавателя МО МВД России «Каргапольский» ФИО5 от 25 июня 2016 об отказе в возбуждении уголовного дела.

По мнению ФИО3 денежные средства в размере 900000 руб. (2000000 - 1 100 000) являются неосновательным обогащением ФИО1, которым в качестве отступного взамен возврата неосновательного обогащения был передан автомобиль KIA Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают: из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; вследствие неосновательного обогащения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

По смыслу данной нормы юридически значимым обстоятельством по делам о взыскании неосновательного обогащения является установление факта приобретения имущества ответчиком за счет истца при отсутствии к тому правовых оснований.

Согласно пункту 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные средства и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу статьи 409 Гражданского кодекса Российской Федерации, по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества. 

Таким образом, в случае отступного первоначальное обязательство прекращается уплатой денежных средств или передачей имущества, при этом первоначальное обязательство прекращается в момент предоставления отступного, а не в момент заключения соглашения о нем.

ФИО3, заявляя требование о признании права собственности на спорный автомобиль, считает, что со стороны ФИО1 имелось неосновательное обогащение в размере 900000 руб. от сделок по купли - продажи недвижимого имущества. ФИО1 в качестве отступного взамен возврата неосновательного обогащения передал автомобиль KIA Sportage, государственный регистрационный знак У 106 СP 96.

В соответствии со статьей 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и стати 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Для подтверждения факта возникновения обязательства из неосновательного обогащения истец должен доказать факт наличия в совокупности следующих обстоятельств: сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя; возникновение убытков на стороне потерпевшего, являющихся источником обогащения приобретателя (обогащение за счет потерпевшего); отсутствие надлежащего правового основания для наступления указанных имущественных последствий. 

В соответствии со статьей 60 ГПК Российской Федерации, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент заключения договоров купли - продажи), сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Содержание указанной статья Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет рассматривать сделками и факты передачи денежных средств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 настоящего Кодекса.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки должны совершаться в простой письменной форме.

В соответствии со статьей 162 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

В качестве доказательств передачи денежных средств ФИО1 за объекты недвижимости ФИО3 ссылается на решение Каргапольского районного суда Курганской области от 5 октября 2016 года по делу № 2-475/2016, протокол судебного заседания по указанному делу, постановление дознавателя МО МВД России «Каргапольский» ФИО5 от 25 июня 2016 года по материалам проверки КУСП № 2359 от 27 мая 2016 года, объяснение ФИО1 от 27 мая 2016 года из материалов проверки КУСП № 2359, объяснение ФИО1 от 25 января 2019 года из материалов проверки КУСП № 5352 от 7 ноября 2018 года. Считает, что признание ФИО1 обстоятельств, на которые ФИО3 основывает свои требования, освобождает его от необходимости дальнейшего доказывания в соответствие с частью 2 статьи 68 ГПК Российской Федерации.

Под признанием факта понимается согласие с фактом, на котором другое лицо основывает свои требования и возражения. Факт признания долга перед ФИО3 в размере 900000 руб., ФИО1 при рассмотрении дела не высказывал.

Из пояснений ФИО1, данных при рассмотрении дела № 2-475/2016 следует, что деньги в размере 2 000000 руб. он получил от ФИО3 для совместной деятельности, а не за объекты недвижимости. Аналогичные объяснения были даны ФИО1 в материалах проверки КУСП № 2359 и № 5352, при рассмотрении данного дела.

Согласно части 1 статьи 68 ГПК Российской Федерации, объяснения сторон и третьих лиц об известных обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами.

Поскольку передача денежных средств, в том числе по договорам купли - продажи подтверждается определенными средствами доказывания, суд приходит к выводу о необоснованности ссылки ФИО3 на часть 2 статьи 68 ГПК Российской Федерации.

Решение Каргапольского районного суда Курганской области от 5 октября 2016 года не является преюдициальными при рассмотрении данного дела, поскольку имеет иной предмет спора

Представленные в материалы дела договоры купли - продажи здания пилорамы и земельного участка от 26 декабря 2013 года (л.д. 96, 97), подтверждают факт расчета между сторонами в момент заключения договора (п. 4). Стоимость задания пилорамы определена сторонами в размере 1000000 руб., земельного участка в размере 100000 руб. Доказательств передачи ФИО3 ФИО1 денежных средства за объекты недвижимости в большей сумме, чем предусмотрено договорами, не представлено.

Проанализировав доказательства в совокупности в соответствии со статьей 67 ГПК Российской Федерации, суд проходит к выводу, что надлежащих доказательств, подтверждающих неосновательное обогащение ФИО1 за счет ФИО3 в размере 900000 руб., при оформлении сделок по купли - продажи недвижимого имущества, истцом по встречному иску, в нарушение положения статьи 56 ГПК Российской Федерации, не представлено.

Кроме того, 7 марта 2019 года ФИО3 обращался в Каргапольский районный суд с иском к ФИО1 о взыскании задолженности по договору займа от 19 октября 2013 года в размере 900000 руб., процентов за пользование займом.

Определением Каргапольского районного суда Курганской области от 1 апреля 2019 года принят отказ ФИО3 от исковых требований к ФИО1 о взыскании задолженности по договору займа, процентов.

Производство по делу по иску ФИО3 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору займа, процентов, прекращено.

Определение сторонами не обжаловалось и вступило в законную силу 17 апреля 2019 года.

Поскольку ФИО3 надлежащих доказательств, подтверждающих неосновательное обогащение в размере 900000 руб. ФИО1 за его счет, без законных на то оснований, не представлено, суд приходит к выводу, что обязательств у ФИО1 перед ФИО3 не возникло.

Допрошенный в качестве свидетеля С пояснил, что у ФИО1 перед ФИО3 были долговые обязательства, поэтому ФИО1 передал ФИО3 автомобиль, но в каком размере, в связи с чем они возникли, какое было при этом достигнуто соглашение между сторонами, не смог пояснить.

Так как предоставлением отступного по соглашению сторон может быть прекращено действие основного обязательства, которое при рассмотрении дела не установлено, суд приходит к выводу об отказе ФИО3 в удовлетворении встречных исковых требований к ФИО1 о признании права собственности на автомобиль.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, оставить без удовлетворения в связи с истечением срока исковой давности.

Взыскать с ФИО1 в доход муниципального образования Каргапольский район госпошлину в размере 9800 (девять тысяч восемьсот) руб.

Встречное исковое заявление ФИО3 к ФИО1 о признании права собственности на автомобиль, оставить без удовлетворения в связи с необоснованностью.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд через Каргапольский районный суд Курганской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья Н.С.Киселева

Мотивированное решение изготовлено 30.05.2019

Судья Н.С.Киселева