Дело №

УИД40RS0№-76

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июня 2025 года 

<

адрес>

Калужский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Костомаровой Ю.В., 

при секретаре Могилевкиной К.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к нотариусу ФИО4, ФИО5, о признании завещания недействительным, признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в суд с иском к нотариусу ФИО4, просит признать недействительным завещание ФИО2, явившееся основанием для открытия наследственного дела №; признать за ФИО1 право собственности в порядке наследования на ? доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>; признать ФИО1 наследником ФИО2 на все имущество, находящееся у ФИО2 на момент смерти.

В обоснование требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО2, которая при жизни составила завещание 

<

адрес>0 от ДД.ММ.ГГГГ, по которому все свое имущество, находящееся у нее на момент смерти, завещала ФИО1 После смерти ФИО2 нотариусом ФИО4 открыто наследственное дело №, ФИО1 нотариусом отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство после смерти ФИО2 в связи с наличием более позднего завещания. Истец считает, что на момент составления оспариваемого завещания ФИО2, в силу имеющихся у нее заболеваний, не могла в полной мере понимать значения своих действий и руководить ими, что, в силу ст.177 ГК РФ, является основанием для признания завещания недействительным. 

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО5

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, ее представитель по доверенности ФИО22 исковые требования поддержала, дополнила основания иска, указав, что в момент составления завещания в жилом помещении присутствовал ФИО5, что свидетельствует о нарушении тайны завещания, и является основанием для признания завещания недействительным. ФИО2 являлась женой ФИО3 – родного брата мужа ФИО1 – ФИО6 На протяжении многих лет семья ФИО2 и ФИО1 жили очень дружно, постоянно общались до 2021 года. ФИО5 родственником ФИО2 не является. У ФИО2 было заболевание – ишемия головного мозга, также страдала галлюцинациями, что не позволяло ей осознавать последствия своих действий при составлении оспариваемого завещания. Считает, что в 2022 году на момент составления завещания у ФИО2 ухудшилось состояние здоровья, что подтверждается тем, что в декабре 2021 года ФИО1 была вынуждена обратиться в Калужский районный суд 

<

адрес> с заявлением о признании ФИО2 недееспособной, данное заявление было возвращено заявителю. Когда ФИО2 узнала о том, что в отношении нее было подано данное заявление, это вызвало у нее сильные переживания и, из-за опасения за ее состояние здоровья, ФИО1 отказалась от своего намерения. Из-за наличия конфликтной ситуации между наследодателем и истцом, ФИО2 в момент составления оспариваемого завещания могла находиться под влиянием негативных чувств по отношению к ФИО1 Также полагает, что заключение комиссии экспертов №/з от ДД.ММ.ГГГГ является не полным, поскольку в нем не отражены сведения о госпитализации ФИО2 в мае 2021 года, то есть за шесть месяцев до составления оспариваемого завещания, отсутствуют выводы экспертов относительно данной госпитализации; в заключении не указано, что у ФИО2 имелось такое заболевание как ишемия головного мозга, органический галлюциноз; заключение основано на прослушанных экспертами аудиозаписях, в которых ФИО2 говорит о том, что не помнит, когда она отписала квартиру, и что у нее нет наследников, при этом у ФИО2 есть племянница. Также пояснила, что ФИО1 и ее муж ФИО6 выкупили у ФИО2 и ее мужа ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Денежные средства в размере 100000 руб., полученные по данной сделке в счет оплаты квартиры, были размещены на счете в банке «Орбита». При обращении к нотариусу для удостоверения данной сделки, нотариус оформил сделку путем составления двух завещаний от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым ФИО3 завещал принадлежащую ему долю в данной квартире своему брату ФИО6, а денежный вклад, хранящийся в сберегательном банке № 

<

адрес> по счету 8835 – ФИО2; в свою очередь, ФИО2 завещала принадлежащую ей долю в данной квартире ФИО6, а денежный вклад, хранящийся в сберегательном банке № 

<

адрес> по счету 147313, в коммерческом банке «Орбита» 

<

адрес> по счету 903/1129 - ФИО3 В связи с тем, что в настоящее время банк «Орбита» прекратил свое существование, документы, подтверждающие данные обстоятельства не сохранились, договор купли-продажи квартиры не заключался, истец не имеет возможности ссылаться на данные обстоятельства как на основание своих требований. Исковые требования поддержала, просила их удовлетворить. 

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, его представитель по ордеру адвокат Урвачева Е.В. в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что заключением комиссии экспертов №/з от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что оснований для признания завещания недействительным, не имеется; нотариусом ФИО4 не была нарушена тайна завещания, поскольку ФИО5 привез нотариуса в квартиру к ФИО2, но не присутствовал в комнате, где нотариус общалась с наследодателем и составляла завещание, в этот момент ФИО5 находился в другой комнате, о чем разговаривала наследодатель с нотариусом, он не слышал. 

Ответчик нотариус ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом. Ранее, участвуя в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования не признала, пояснила, что ей в офис поступил звонок с целью организовать выезд нотариуса для составления завещания. Перед тем, как выезжать для составления завещания ФИО4 созвонилась с наследодателем, телефонный разговор сомнений в адекватности наследодателя не вызвал, в связи с чем дала согласие на выезд. Кроме того, учитывая возраст наследодателя, по просьбе нотариуса ей была предоставлена актуальная справка, выданная ГБУЗ КО «КОПБ им.А.Е.Лифшица», согласно которой ФИО2 могла осознанно выражать свое волеизъявление. ФИО5 привез ФИО4 домой к ФИО2, общение с наследодателем происходило на кухне, нотариус зачитала ей содержание завещания, разъяснила ст. 1149 ГК РФ, каких-либо поводов усомниться в адекватности наследодателя не имелось, в связи с чем, передала ей на подпись завещание. При составлении завещания ФИО5 находился в квартире, но на кухню не заходил. Тайна завещания нарушена не была, основания для признания завещания недействительным, отсутствуют. 

Выслушав явившихся лиц, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, наследственное дело № (нотариус ФИО4); медицинскую карту амбулаторного больного ФИО2 из ГБУЗ КО «Калужская городская больница №» №; медицинскую карту стационарного больного ФИО2 из ГБУЗ КО «Калужская городская клиническая больница №» №Г; медицинскую карту стационарного больного ФИО2 из ГБУЗ КО «Калужская областная больница» №; медицинскую карту стационарного больного ФИО2 из ГБУЗ КО «Калужская областная больница» №; медицинскую карту стационарного больного ФИО2 из ГУЗ КО «Калужская областная больница» №; медицинскую карту стационарного больного ФИО2 из ГАУЗ КО «

<

адрес> специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД» №, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 составлено завещание, удостоверенное нотариусом ФИО7 на бланке 

<

адрес>0, зарегистрированное в реестре за №. Согласно указанному завещанию все свое имущество, принадлежащее ей на день смерти, ФИО2 завещала ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ КО «КОПБ им.А.Е.Лифшица» выдана справка №, согласно которой ФИО2 осмотрена врачом-психиатром, и установлено, что она по своему психическому состоянию может осознано выражать свое волеизъявление, оснований для рассмотрения вопроса о лишении дееспособности не имеется. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 составлено завещание, удостоверенное нотариусом ФИО4 на бланке 

<

адрес>0, зарегистрированное в реестре за №-н/40-2022-1-25. Согласно указанному завещанию все свое имущество, принадлежащее ей на день смерти, ФИО2 завещала ФИО5

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла. 

После смерти ФИО2 в установленные законом сроки ФИО5 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, нотариусом ФИО4 открыто наследственное дело №. Свидетельство о праве собственности по завещанию до настоящего времени не выдано. 

В наследственную массу после смерти ФИО2 входило имущество, в том числе, ? доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>. 

Истцу ФИО1 принадлежит ? доля в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 

Как следует из содержания искового заявления и пояснений представителя истца в судебном заседании, ФИО1 не было известно о наличии более позднего завещания, составленного ФИО2 после ДД.ММ.ГГГГ. 

В обоснование заявленных в настоящем иске требований истец ссылалась на наличие на момент составления оспариваемого завещания у ФИО2 заболеваний, при наличии которых она не могла в полной мере понимать значения своих действий и руководить ими, что, в силу ст.177 ГК РФ, является основанием для признания завещания недействительным. 

Возражая против удовлетворения заявленных требований, представитель ответчика ФИО5 указала, что ФИО2 по собственной инициативе составлено оспариваемое завещание, при составлении которого ФИО2 понимала значение своих действий и осознавала их последствия, подписала завещание собственноручно в присутствии нотариуса. Составлению завещания предшествовал осмотр ФИО2 врачом-психиатром в ГБУЗ КО «КОПБ им.А.Е.Лифшица», по итогам которого выдана справка № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой установлена возможность волеизъявления ФИО2

Согласно ст.1111 Гражданского кодекса Российской Федерации, наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных названным Кодексом.

Согласно ст.1118 Гражданского кодекса Российской Федерации, распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Согласно ст.1131 Гражданского кодекса Российской Федерации, при нарушении положений Гражданского кодекса Российской Федерации, влекущем за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 гл. 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

В соответствии с п.1 ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у стороны сделки в момент ее совершения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня, способность понимать значение своих действий или руководить ими при совершении оспариваемых сделок.

Исходя из требований ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, лежит на истце.

В силу положений Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" действует презумпция полноценного психического состояния здоровья гражданина пока не доказано иное.

Как разъяснено в абз. 3 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими.

Определением Калужского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству истца была назначена посмертная судебно- психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им.В.П.Сербского». 

Согласно выводам экспертов, изложенным в заключение комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №/з, выданном ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им.В.П.Сербского» следует, что при проведении экспертизы использованы методы ретроспективного клинико-психопатологического исследования медицинской документации и материалов гражданского дела (изучение анамнеза, анализ имеющихся симптомов психических расстройств по представленным материалам). Были исследованы материалы гражданского дела на 175 листах, с представленными к исследованию флеш-накопителем с аудио- и видеофайлами, наследственное дело №, медицинская документация (медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № из ГБУЗ КО «Калужская городская больница №» в бумажной и распечатанной электронной версии, медицинские карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях №, №, № из ГУЗ «Калужская областная больница», № из ГАУЗ КО 

<

адрес> специализированный центр инфекционных заболеваний и СПИД»). Комиссия судебно-психиатрических экспертов, изучив совокупность представленных сведений, пришла к заключению, что в представленных материалах гражданского дела и медицинской документации не содержится сведений о том, что на момент составления и подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, обнаруживалось какое-либо психическое расстройство, которое препятствовало бы ей способности понимать значение своих действий и руководить ими. 

В процессе рассмотрения дела судом были допрошены свидетели, как со стороны истца, так и со стороны ответчика.

Свидетель ФИО8 пояснила, что знакома с ФИО2 с 18 лет, постоянно общались, дружили. Общаться перестали примерно за полтора года до смерти ФИО2, так как она (ФИО2) обвинила ее в краже ключей. В 2022 году, когда общение еще не прекратили, состояние здоровья ФИО2 ухудшилось, ей было тяжело передвигаться, самостоятельно на улицу из дома не выходила, она начала «заговариваться», говорила ФИО8, что видит, как какие-то люди открывают ночью дверь в ее квартиру и ходят по квартире. О том, что составлено завещание на имя ФИО5, ФИО2 ей не говорила. Со слов ФИО2 известно, что ФИО1 и ее муж купили квартиру у ФИО23 и ее мужа, и передали им денежные средства. Факт передачи денег ФИО8 не видела, подтвердить не может. 

Из пояснений свидетеля ФИО9 следует, что она знакома с ФИО2 и ФИО2 По просьбе ФИО1 она оказывала услуги в качестве сиделки - помогала ФИО2 на протяжении примерно двух месяцев с конца 2021 года. В последствии, отказалась осуществлять уход за ФИО2, так как было очень тяжело с ней общаться, ФИО2 говорила, что к ней кто-то приходит ночью, и что ее хотят положить в психиатрическую больницу, не ела продукты, которые ей приносили. Посещала ФИО2 два раза в день – утром и после 19-00 вечером. ФИО2 по квартире не передвигалась, биотуалет стоял около кровати. 

Свидетель ФИО17 пояснила, что является матерью ответчика ФИО5 С ФИО2 была знакома еще до 90-х годов, когда муж ФИО2 был еще жив. Примерно с 1996 года находились в дружеских отношениях, часто приезжали друг к другу в гости. Последние три года жизни ФИО2, начиная с 2021 года, почти постоянно находилась рядом с ней, так как родственники, в том числе ФИО1, отказались ухаживать за ФИО2 Также, уход за ФИО2 осуществлял ФИО5 Помощь ФИО2 заключалась в приобретении для нее необходимых лекарств, готовила еду, осуществляла иную помощь в решении бытовых вопросов. О том, что ФИО2 написала завещание на ФИО5 свидетелю стало известно от ФИО2, которая пояснила, что переговорила с родственниками, в том числе и с племянницей, они отказались за ней ухаживать, в связи с чем завещание написано на ФИО5, потому что он постоянно находился рядом с ней. Смена замков в квартире была осуществлена по просьбе ФИО2, так как ФИО1 в конце 2021 года обращалась в суд с заявлением о признании ФИО2 недееспособной, это напугало ФИО2, она боялась действий ФИО1, опасалась, что сдадут в психиатрическую больницу. У ФИО2 были проблемы со здоровьем – было больное сердце и желудок. В период с 2021 года у ФИО2 не было проявлений агрессии, но она отказывалась от помощи ФИО1, так как боялась ее. ФИО2 посещали сиделки из центра «Забота» в 2022-2023 г.г. 

Свидетель ФИО18 пояснила, что работает в храме Святого ФИО10 в 

<

адрес>. Осенью 2023 года ФИО5 попросил оказать помощь в уходе за ФИО2 После работы пришла в квартиру к ФИО2, познакомилась с ней, она все осознавала, была аккуратной, самостоятельно себя обслуживала, с удовольствием общалась, ей нравилось общаться, много рассказывала о своей жизни, в том числе, и о свей молодости, про то, что у нее нет детей, и как она «потеряла» ребенка. ФИО2 хорошо помнила этапы своей жизни. На момент знакомства ФИО2 было 92 года, у нее были проблемы с сердцем, с желудком, иногда поднималось давление. Агрессия в поведении ФИО2 отсутствовала, наоборот, она была очень добрая, щедрая. В присутствии ФИО18 к ФИО2 также приходила соцработник и подруги, с ними ФИО2 тоже общалась без какой-либо агрессии. Уход за ФИО2 свидетель осуществляла на протяжении примерно четырех месяцев, до момента ее смерти. Умерла ФИО2 в больнице.

Свидетель ФИО19 пояснила, что ФИО2 являлась родной сестрой ее прадедушки по линии отца. В 2022 году навещала ФИО2 каждые одну-две недели. ФИО2 была активная, сама открывала дверь ФИО19, кормила ее. ФИО2 всегда приезжала на дни рождения к ФИО19, с удовольствием общалась с людьми, у нее была хорошая память, рассказывала о себе. Последний раз ФИО2 присутствовала на дне рождения у ФИО19 в июле 2022 года. У ФИО2 было много друзей, люди с ней общались. Также, в период 2021-2022 годы ФИО2 регулярно навещали ФИО20 (мать свидетеля) и ФИО5 На протяжении многих лет ФИО2 очень тепло отзывалась о ФИО5 Отношения между ФИО2 и ФИО1 испортились после того, как ФИО1 предприняла попытку обратиться в суд с заявлением о признании ФИО2 недееспособной. У ФИО2 были проблемы со здоровьем – беспокоили сердце и желудок. Примерно с лета 2023 года состояние здоровья ФИО2 ухудшилось, она практически постоянно лежала, но ясность ума у нее сохранялась, людей узнавала. 

Свидетель ФИО20 пояснила, что ее дедушка являлся родным братом ФИО2 Весь 2022 год ФИО2 чувствовала себя хорошо, свидетель навещала ее один раз в неделю, выходили вместе гулять около дома. ФИО2 обслуживала себя самостоятельно примерно до осени 2023 года, потом ослабла, передвигалась только по квартире. ФИО1 является женой родного брата мужа ФИО2 Свидетелю известно, что ФИО5 на протяжении многих лет помогал ФИО2, постоянно навещал ее, выводил гулять во двор. Каких-либо признаков агрессии по отношению к людям у ФИО2 не было. ФИО2 рассказывала, что написала завещание на ФИО5, это было связано с тем, что в конце 2021 года ФИО1 подала заявление в суд о признании ее (ФИО2) недееспособной, в связи с чем ФИО2 перестала доверять ФИО1 По мнению свидетеля составление завещания на ФИО5 явилось результатом осознанных действий ФИО2, так как ФИО5 ей много помогал. ФИО2 предлагала ФИО20 написать завещание на нее в обмен на осуществление ухода за ФИО2, но ФИО20 отказалась из-за отсутствия свободного времени. 

Свидетель ФИО21 пояснил, что служит священником в храме Святого ФИО10 в 

<

адрес>. Знаком в ФИО2 с 2017 года. В 2018 году ФИО21 по просьбе ФИО2 причастил и исповедал ее, после этого продолжили общение. ФИО21 ходил к ФИО2 один раз в месяц, иногда один раз в два месяца, исповедовал ее. В период 2021-2022 годы ФИО2 всегда находилась в стабильном состоянии, понимала, кто к ней приходит, и понимала что ей нужно, всегда была спокойная и рассудительная, при исповедовании рассказывала многие события из своей жизни. Никогда не рассказывала о том, что слышит какие-то голоса или видит людей, которых не должна видеть. Были моменты, когда ФИО2 жаловалась на свои грехи – о том, что она «вспылила», или как-то неправильно себя повела, но на людей никогда не жаловалась. ФИО5 ФИО2 называла сыном, он был для нее человеком, который старался сделать все, чтобы ей было легче. 

Оценив заключение комиссии экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им.В.П.Сербского» от ДД.ММ.ГГГГ №/з в совокупности с другими доказательствами, в том числе объяснениями сторон, представленной в материалы дела медицинской документацией, показаниями свидетелей, суд приходит к выводу, что истцом не представлено достаточных и достоверных доказательств того, что в момент составления и подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий или руководить ими. В связи с чем, предусмотренных положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для признания завещания недействительным, не имеется.

Посмертная судебно-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО2 проведена экспертами, обладающими необходимой квалификацией и опытом, которые предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Нарушений при производстве экспертизы и даче заключения требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", статей 79, 83 - 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которые бы свидетельствовали о некомпетентности экспертов, неполноте, недостоверности проведенной экспертизы, недопустимости заключения не установлено. Выводы экспертизы материалами дела не опровергаются. Несогласие заявителя кассационной жалобы с выводами, изложенными в заключении судебной экспертизы, само по себе не свидетельствует о наличии оснований для назначения повторной/дополнительной судебной экспертизы.

Оснований для назначения дополнительной посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы по ходатайству стороны истца, суд не усматривает.

Показания, данные свидетелями ФИО8 и ФИО9 относительно состояния здоровья ФИО2, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания оспариваемого завещания недействительным.

Напротив, свидетели ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, допрошенные судом по ходатайству стороны ответчика, пояснили, что в значимый период ФИО2 находилась в адекватном состоянии, самостоятельно себя обслуживала в быту, осознанность ее действий сомнения не вызывала. 

Доводы представителя истца относительно недействительности завещания по основаниям нарушения тайны завещания в связи с присутствием лица, в пользу которого составляется завещание при его составлении в одном жилом помещении с наследодателем, суд не принимает по следующим основаниям. 

Пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", разъяснено, что завещание может быть признано недействительным по решению суда, в случае присутствия при составлении, подписании, удостоверении завещания и при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (пункт 2 статьи 1124 ГК РФ); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя.

Истцом и ее представителем не представлено доказательств в подтверждение доводов о нарушении процедуры составления завещания ДД.ММ.ГГГГ, в том числе нарушения тайны завещания путем присутствия лица, в пользу которого составляется завещание при его составлении.

Так, основанием для дополнения доводов, положенных в обоснование исковых требований о присутствии ответчика ФИО5 при составлении, оглашении и подписании завещания, явились пояснения ответчика ФИО5 в судебном заседании по настоящему гражданскому делу.

Вместе с тем, стороной ответчика даны пояснения, что в период составления завещания ФИО2 и нотариус ФИО4 находились на кухне, а ФИО5 в это время находился в квартире, но на кухню не заходил. 

Поскольку защите подлежит именно акт выражения воли наследодателя, то юридически значимым является факт нахождения лица, присутствие которого при подписании завещания недопустимо в силу закона, не просто в одном жилом помещении, но в одной комнате при выражении волеизъявления наследодателя, поскольку сохранение тайны завещания возможно и при нахождении потенциального наследника и наследодателя в одной квартире, но в разных помещениях. 

Соблюдение процедуры составления завещания и соблюдение тайны завещания полностью подтверждается также и пояснениями участвовавшей в качестве ответчика в судебном заседании нотариуса ФИО4, удостоверившей составление завещания, которая пояснила, что при составлении завещания ответчик ФИО5 на кухне, где происходило удостоверение завещания, не присутствовал. 

Пояснения ответчика ФИО5 о том, что в момент составления завещания он находился в одной квартире с наследодателем и нотариусом, не может служить категоричным доказательством, на основании которого, при отсутствии других объективных доказательств, суд может принять решение о недействительности сделки.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что нахождение наследника в одном жилом помещении с наследодателем в момент подписания завещания еще не означает нарушение порядка составления завещания, поскольку по смыслу закона, охране подлежит сохранение волеизъявления наследодателя в тайне (тайна завещания), как акта частной жизни, вторжение в которую не допускается в силу закона.

Доводы стороны истца о том, что ФИО1 и ее мужем ФИО6 квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, была приобретена у ФИО2, суд не принимает, поскольку не представлено доказательств совершения действий по покупке квартиры. Отсутствие данных доказательств стороной истца в судебном заседании не оспаривалось. 

В связи с тем, что судом не установлено оснований для признания недействительным завещания ФИО2, удостоверенного нотариусом ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ на бланке 

<

адрес>0, зарегистрированного в реестре за №-н/40-2022-1-25, отсутствуют и основания для удовлетворения исковых требований в части признания ФИО1 наследником ФИО2 на все имущество, находящееся у ФИО2 на момент смерти. Отсутствуют основания для признания за ФИО1 права собственности в порядке наследования после смерти ФИО2 на ? доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что имеющиеся доказательства не позволяют прийти к выводу о том, что в юридически значимый период ФИО2 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, а также не представлены доказательства нарушения тайны завещания, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в полном объеме.

Рассматривая вопрос об отмене мер по обеспечению иска суд приходит к следующему. 

Определением Калужского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворено заявление ФИО1 о принятии мер по обеспечению иска, постановлено: Запретить Управлению Росреестра по 

<

адрес> осуществлять регистрационные действия по сделкам о переходе права собственности в отношении ? доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, принадлежащей ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 142-О положения статьи 139 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающие основания для принятия мер по обеспечению иска, направлены на недопущение затруднения или невозможности исполнения судебного акта и тем самым выступают правовой гарантией реальности исполнения судебных решений. Согласно ч. 1 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

Частью 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Учитывая изложенное, и то, что суд при рассмотрении исковых требований пришел к выводу об отказе в их удовлетворении, имеются основания для отмены по инициативе суда мер по обеспечению иска, принятых на основании определения Калужского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в виде запрета Управлению Росреестра по 

<

адрес> осуществлять регистрационные действия по сделкам о переходе права собственности в отношении ? доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, принадлежащей ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к нотариусу ФИО4, ФИО5, о признании завещания недействительным, признании права собственности – отказать.

Отменить обеспечительные меры, принятые на основании определения Калужского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в виде запрета Управлению Росреестра по 

<

адрес> осуществлять регистрационные действия по сделкам о переходе права собственности в отношении ? доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, принадлежащей ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калужский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Калужский районный суд 

<

адрес>.

Копия верна:

Председательствующий Ю.В. Костомарова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.