№ 2-888/18

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

п.Новосергиевка Оренбургская область 13 ноября 2018 года

Новосергиевский районный суд Оренбургской области в составе: председательствующего судьи Бредихиной И.В.,

при секретаре Андреевой Н.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «Среднеуранский» о признании договоров приватизации и дарения недействительными, прекращении права собственности, признании права собственности,

установил:

ФИО1 (с учетом дополнений) обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО3 о признании договоров приватизации и дарения недействительными, признании права отсутствующим, признании права собственности в порядке приватизации на 

<

данные изъяты> часть квартиры, прекращении права собственности по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ, исключении сведений из ЕГРН. 

В обоснование своих требований указала, что она родилась и постоянно проживает в 

<

адрес>. Квартира по адресу: 

<

адрес> в 

<

данные изъяты> году была выделена их семье хозяйством, где работали родители. В период 

<

данные изъяты> годы ее сестры и брат выехали на постоянное место жительства по иным адресам, в квартире остались проживать она и ее мать, ФИО5 В 1994 году у истицы родилась дочь Кристина, в 

<

данные изъяты> году истица вступила в брак с ФИО6. В 

<

данные изъяты> году дочь Кристина переехала в 

<

адрес> на постоянное место жительства. С 

<

данные изъяты> года в связи с конфликтами ФИО5 проживала у своего сына, а потом у внучки, а ДД.ММ.ГГГГ она вернулась домой в квартиру. Между ними произошел конфликт, ответчик ФИО5 стала ее выселять из дома. Тогда истица стала интересоваться, почему ее семью выселяют, обратилась в администрацию сельского совета, где получила копию договора о приватизации от ДД.ММ.ГГГГ.

Из договора ей стало известно, что квартира приватизирована только на маму, хотя на тот момент в квартире также были прописаны и проживали истец и ее дочь Кристина, на тот момент несовершеннолетняя. В заявлении на приватизацию нет подписи мамы, как и в самом договоре. Договор дарения оформлен как договор дарения жилого дома, тогда как основанием для заключения договора явился договор приватизации квартиры, в связи с чем сделка в отношении квартиры не может считаться заключенной, поскольку сам предмет договора отсутствует.

В связи с тем, что договор приватизации является недействительным, то и договор дарения между ФИО5 и ФИО7 не может быть признан действительным. Просит признать договор приватизации от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между колхозом 

<

адрес> и ФИО5 недействительным, а право собственности ФИО5 отсутствующим; признать право собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> по 

<

данные изъяты> доли в праве за ФИО5, ФИО1, ФИО3; признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО5 и ФИО3 недействительным, прекратить право собственности на 

<

данные изъяты> доли жилого дома за ФИО3

Определением Новосергиевского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Среднеуранский» как правопреемник колхоза «Уран»

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель ФИО2, действующая на основании ордера, исковые требования поддержали, просили их удовлетворить, обосновывая доводами, изложенными в иске.

В судебном заседании ответчик ФИО5, извещенная о месте и времени судебного заседания, не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, просила применить последствия пропуска срока исковой давности, отказать в удовлетворении иска.

В судебном заседании ответчик ФИО3 возражала против удовлетворения иска. В обоснование своих возражений указала, что на момент приватизации в 

<

данные изъяты> году она проживала со своей матерью, ФИО1, в квартире по 

<

адрес>, а к бабушке они приходили только в гости. В квартире они проживали до 2002 года, когда родился брат, они переехали жить к бабушке, ФИО5 Квартира сгорела в 

<

данные изъяты> году. ФИО8 знала о том, что дом приватизирован на бабушку, она сама говорила о том, что колхоз дал его ФИО5, так как она много лет проработала там. В 

<

данные изъяты> году бабушка подарила ФИО3 спорный дом. Просила применить последствия пропуска срока исковой давности.

В судебном заседании представитель ФИО3 ФИО4 возражала против удовлетворения иска, ссылаясь на то, что на момент приватизации ФИО1 и ФИО3 не являлись членами семьи ФИО5, не проживали с ней, проживали по другому адресу, где и зарегистрирована истец до настоящего времени. Просит применит последствия пропуска срока исковой давности.

Представитель соответчика ООО «Среднеуранский», извещенный о месте и времени судебного заседания, не явился, не просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав истца, ответчика, их представителей, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска по следующим основаниям.

Согласно ст. ст. 2,7 Закона о приватизации жилищного фонда в Российской Федерации от 04.07.1991 № 1541-1 (в редакции на момент заключения договора приватизации) граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

В договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между к/х Уран и ФИО5 заключен договор на передачу квартир (домов) в собственность граждан, согласно которому ФИО5 передан жилой дом в 

<

адрес> (количество членов семьи один человек). Договор зарегистрирован администрацией Среднеуранского сельсовета Новосергиевского района Оренбургской области ДД.ММ.ГГГГ. Право собственности на дом зарегистрировано, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации №.

Согласно договору дарения дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ жилой дом и земельный участок по 

<

адрес> ФИО5 подарила ФИО3 Как следует из сведений похозяйственной книги № Среднеуранского сельского совета на 

<

данные изъяты> гг.(лицевой счет №) главой хозяйства является ФИО5 Члены хозяйства ФИО9 (в настоящее время ФИО1 в связи с браком), дочь, ФИО10, внучка ( ФИО3 в связи с браком) выбыли в другое хозяйство. Дом является личной собственностью на основании договора приватизации.

Согласно сведений похозяйственной книги № Среднеуранского сельского совета на 

<

данные изъяты> гг.(лицевой счет №) главой хозяйства является ФИО9, членом хозяйства ФИО10. Лицевой счет открыт по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, о чем имеется подпись главы хозяйства ФИО9. Сведения о членах хозяйства содержатся до ДД.ММ.ГГГГ.

Свидетель ФИО22. в судебном заседании пояснила, что семью Фольк знает с 

<

данные изъяты> года. Несколько лет, а именно с 

<

данные изъяты> года по 

<

данные изъяты> год она являлась их соседкой по 

<

адрес>, снимали с мужем квартиру. ФИО1 проживала вместе с дочерью Кристиной. Позже квартира сгорела.

Свидетель ФИО21 в судебном заседании пояснила, что знает семью Фольк с 

<

данные изъяты> года. Она проживала со своей дочерью Кристиной по 

<

адрес>, та еще была маленькая. После 

<

данные изъяты> года Люба переехала жить к матери в ее дом.

Свидетель ФИО23. в судебном заседании пояснила, что ФИО1 приходится ей родной сестрой. Из дома матери она уехала в 

<

данные изъяты> году, с матерью остались проживать сестра Люба и брат, потом родилась племянница Кристина. О том, что ФИО1 жила в квартире по 

<

адрес>, ей ничего не известно. Когда ФИО24 приезжала к маме, Люба с детьми жила там, как и на момент приватизации.

Свидетель ФИО18 в судебном заседании пояснил, что является сослуживцем мужа ФИО1. около 5 лет. ФИО1 вместе с мужем и матерью проживают по 

<

адрес>. О том, где проживала ФИО1 в 

<

данные изъяты> годах он точно не знает, наверное, с матерью.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что показания свидетелей ФИО15 и ФИО16 согласуются с иными доказательствами по делу, в частности сведениями из похозяйственной книги, в связи с чем у суда не имеется оснований не принимать данные доказательства в качестве относимых и допустимых. Напротив, показания свидетелей ФИО18 и ФИО17 опровергаются имеющимися доказательствами по делу, с достоверностью не подтверждают факт проживания истца на момент приватизации с матерью в 1999 году.

При таких обстоятельствах следует признать, что истцом не доказан факт наличия права пользования жилым домом по 

<

адрес> и наличие права на участие в его приватизации.

Поскольку собственник в силу ст.209 ГК РФ вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия не противоречащие закону и не нарушающие права и интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, то ФИО5 как собственник вправе была подарить принадлежащий ей на праве собственности жилой дом по 

<

адрес> в п. Губовский любому лицу, в том числе ФИО3

При этом доводы истца о том, что договор дарения не может считаться заключенным в связи с отсутствием предмета договора, ошибочны, основаны на неправильном понимании норм материального права, судом во внимание не принимаются. Договор приватизации изготовлен на типовом бланке, в своем названии содержит указание на передачу в собственность граждан не только квартир, но и домов, зарегистрирован в установленном законом порядке, прошел правовую экспертизу в последующем в органе Росреестра.

В связи с тем, что требования о признании права отсутствующим, прекращении прав собственности, исключении сведений из ЕГРН являются производными от вышеуказанных требований, то они также не подлежат удовлетворению. 

В соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Так как ФИО1 оспаривает договор приватизации по основаниям статьи 168 Гражданского кодекса РФ (несоответствие требованиям закона в связи с невключением ее как лица, имеющего право пользования спорным жилым помещением на момент заключения договора), следовательно, срок исковой давности для применения последствий недействительности ничтожной сделки составляет десять лет и исчисляется со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Договор передачи жилого дома в собственность ФИО5.был зарегистрирован в Среднеуранском сельском совете ДД.ММ.ГГГГ. Дату регистрации следует рассматривать как момент начала исполнения сделки. Следовательно, моментом окончания срока исковой давности обращения в суд с требованием о признании недействительной ничтожной сделки является ДД.ММ.ГГГГ. Указанный срок исковой давности ФИО1 пропущен.

Ходатайство о восстановлении пропущенного срока, доказательства уважительности причин пропуска срока исковой давности истцом не представлены.

В силу части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 № 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО5, ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «Среднеуранский» о признании договоров приватизации и дарения недействительными, прекращении права собственности, признании права собственности оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме в Оренбургский областной суд через суд, вынесший решение. 

Председательствующий 

Мотивированное решение изготовлено 18.11.2018 года

Председательствующий