Производство№ 2-6590/2020

УИД 28RS0004-01-2020-008751-61

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 октября 2020 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе: 

Председательствующего судьи Матюхановой Н.Н.,

При секретаре Повагиной Д.В.

С участием помощника прокурора г. Благовещенска Пнева А.А. 

С участием представителя ответчика ФИО1 

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к АО «Гидроэлектромонтаж» о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО2 обратился в суд с указанным иском указав, что состоял в трудовых отношениях с ООО «Гидроэлектромонтаж» с 29 июля 2019 года по должности автокрановщика 5 разряда. Работа осуществлялась вахтовым методом, часто находился в командировках. 23 октября 2019 года был направлен в командировку в г. Алдан ПС 220кВ «КС-3 «Амгинская», находящаяся в 160 км.от г. Алдан Республики Саха (Якутия). После окончания работ 10 ноября 2019 года его и его коллег доставляли с места работы на не оборудованном для перевозки людей автомобиле в кузове Камаза, в зимнее время, при температуре минус 40 градусов. Им было получено обморожение обеих стоп 1 ст. Медицинская помощь ему оказана не была, продолжал выполнять свои должностные обязанности. 15 ноября 2019 года он выехал с вахты в г. Алдан, где ему была оказана медицинская помощь в «Алданской ЦРБ», его никто не сопровождал, он испытывал сильную боль, с трудом передвигался. Работодателем был оплачен его проезд и 18 ноября 2019 года он из г. Благовещенска выехал по месту своего жительства в пос. Каменск, Кабанского района Республики Бурятия. По месту жительства он обратился за медицинской помощью, находился на амбулаторном лечении в ГБУЗ «Кабанская ЦРБ», ему был открыт листок нетрудоспособности с 15 ноября 2019 года по 11 декабря 2019 года. Акт о несчастном случае на производстве не был составлен работодателем. 27 ноября 2019 года им направлено заявление о расследовании несчастного случая, 8 декабря 2019 года работодателем у него истребованы письменные объяснения по данному факту. После обращения в декабре 2019 года в трудовую инспекцию, работодателем ему был направлен Акт о несчастном случае на производстве от 29 января 2020 года. В результате несчастного случая причинен вред его здоровью в виде отморожения 2 ст. обеих стоп. В связи с произошедшим был вынужден приобретать обувь большего размера, лекарства. Ему был причинен моральный вред, поскольку он испытывал сильную физическую боль, длительное время был нетрудоспособен, постоянно при ходьбе ощущает боли, часто испытывает судороги в ногах, лишен возможности заниматься повседневными делами. Испытывает нравственные страдания от несправедливости, ответчик лишил его части заработной платы на длительное время, он трудился в тяжелых условиях, вдали от своей семьи, надеясь на получение заработка, а получил отморожение стоп. Работодателем ему по листку нетрудоспособности выплачено 1200 рублей, иных выплат не получал. После закрытия листка нетрудоспособности, вызова на работу не получал, билеты на проезд к месту работы работодателем не приобретались. В период с 15 февраля 2020 года по 28 февраля 2020 года находился на стационарном лечении в ГБУЗ «Кабанская ЦРБ» с диагнозом флеботромбоз левой кисти посттравматический. 29 февраля 2020 года листок нетрудоспособности был направлен работодателю. В настоящее время им написано заявление об увольнении по собственному желанию, продолжать работу по состоянию здоровья не может, трудовая книжка находится у ответчика. 

Просит суд взыскать с АО «Гидроэлектромонтаж» компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей, расходы за составление искового заявления в суд в размере 5000 рублей. 

В судебном заседании представитель ответчика, не согласившись с иском, указал, что ФИО2 был трудоустроен в АО «Гидроэлектромонтаж» по профессии автокрановщик 5 разряда в период с 29 июля 2019 года по 11 марта 2020 года. С 23 октября 2019 года ФИО2 был направлен в командировку на объект «ПС КС-3» находящийся в г. Алдане Республики Саха (Якутия) сроком на 60 календарных дней. Фактические обстоятельства несчастного случая происходили следующим образом. Автокран под управлением ФИО2 1 октября 2019 года был перебазирован при помощи тягача МТЛБ из-за заболоченной местности на площадку производства работ ПП «Амга», на которой необходимо произвести установку электрических опор. В период осуществления работ с 1 октября 2019 года по 10 октября 2019 года по окончании рабочих смен ФИО2 доставлялся до расположения общежитий для междусменного отдыха силами и транспортом подрядной организации АО «Ассоциация строителей АЯМ». О том, что по окончании производства работ автокран перегонять на ПС КС-3 без сопровождения тягачи запрещено, он был проинструктирован. Однако 10 ноября 2019 года, несмотря на запрет одиночного перегона техники, ФИО2, возможно надеясь на смерзание грунта и заболоченных мест из-занизкой температуры воздуха самостоятельно принял решение о перегоне автокрана, а проехав несколько километров автокран из-за своей массы застрял. ФИО2 пытался своими силами вытащить автокран (в месте производства работ отсутствует сотовая связь) в результате чего промочил ноги и в конечном итоге был вынужден идти пешком назад до площадки производства работ, где сел в кузов автомобиля Камаз, который доставил его до вахтового поселка, время в пути составило около одного часа. По прибытии в общежитие, ФИО2 понял, что не чувствует пальцы ног. На следующий день он был направлен на тягаче МТЛБ за автокраном, который был возвращен на ПС КС-3 в исправном состоянии. 15 ноября 2019 года ФИО2 уехал в г. Алдан для оформления больничного. 17 ноября 2019 года он прибыл в г. Благовещенск, закрыл командировку и уехал к месту жительства. В соответствии с Актом расследования несчастного случая № 18 от 29 января 2019 гола причиной несчастного случая явилось недостаточный контроль со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы и соблюдения трудовой дисциплины. Обморожение второй степени возникает при продолжительном воздействии холода. Полное восстановление целостности кожного покрова происходит в течение 1-2 недель, грануляции и рубцы не остаются. Категория повреждения здоровья – легкая. Период нетрудоспособности истца составил 12 календарных дней с 15 ноября 2019 года по 26 ноября 2019 года, однако с 27 ноября 2019 года он на работу не вышел, и до даты увольнения 11 марта 2020 года на рабочем месте не появлялся. Для осуществления трудовой деятельности истец был обеспечен ответчиком спецодеждой. Вина ответчика в причинении нравственных страданий истцу отсутствует, в связи с чем взыскание морального вреда в соответствии со ст. 237 ТК РФ является необоснованным, сумма исковых требований необоснованно завышена. Истец получил легкий вред здоровью после окончания рабочей смены, вследствие осуществления действий которые были прямо запрещены непосредственным руководителем и руководителем производства работ (самовольно решил перегнать автокран с участка на другой участок), в результате осуществления неправомерных действий промочил ноги, и во время пока шел 5 км.назад до строительной площадки, а также с учетом времени поездки до вахтового поселка из-за низкой температуры воздуха, получил обморожение стоп. Заработная плата и оплата листка нетрудоспособности произведена истцу в полном объеме. 11 марта 2020 года в связи с получением от истца заявления об увольнении по собственному желанию, он был уволен по указанному основанию, в его адрес была направлена трудовая книжка. Всего за период осуществления трудовой деятельности с октября 2019 года по март 2020 года, истец четыре раза был на больничном, ответчик принимал листки нетрудоспособности и оплачивал их. Просят в иске отказать. 

Истец, представители третьих лиц Государственного учреждения – Амурское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, Государственной инспекции труда в Амурской области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах не явки не сообщили, заявлений об отложении рассмотрения дела не поступало. Представитель третьего лица ГУ - АРО ФСС РФ ходатайствовал о рассмотрении дела в их отсутствие. 

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле. 

Позиция третьего лица Государственного учреждения – Амурское региональное отделение Фонда социального страхования РФ изложена в письменном отзыве на иск, согласно которому 6 декабря 2019 года в региональное отделение Фонда от АО «Гидроэлектромонтаж» поступило сообщение о страховом случае, произошедшем 10 ноября 2019 года с автокрановщиком ФИО2 В результате расследования несчастного случая на производстве составлен Акт № 18 о несчастном случае напроизводстве от 29 января 2020 года. Согласно материалам расследования несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО2, 7 февраля 2020 года несчастный случай признан связанным с производством. На основании проведенной экспертизы несчастный случай подлежит квалификации как страховой. В результате несчастного случая на производстве ФИО2 получил легкую травму (согласно медицинскому заключению от 18 декабря 2019 года, выданному ГБУ РС (Я) «Алданская центральная районная больница» ФИО2 установлен диагноз и код по МКБ-10: Т 33.8 Отморожение обеих стоп 2 степени. За счет средств Фонда социального страхования РФ ФИО2 произведена выплата пособия по временной нетрудоспособности за период с 15 ноября 2019 года по 26 ноября 2019 года в размере 4646 рублей 24 копеек. Часть права на возмещение вреда здоровью в связи с травмой, полученной ФИО2, реализовано им в соответствии с нормами законодательства в сфере обязательного социального страхования в виде получения пособия по временной нетрудоспособности от регионального отделения Фонда. 

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заключение прокурора полагавшего подлежащим частичному удовлетворению требование о взыскании компенсации морального вреда с АО «Гидроэлектромонтаж», суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 21 сентября 2019 года АО «Гидроэлектромонтаж» (ИНН/ОГРН 

<

***>/

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 30 сентября 2002 года, адрес местонахождения юридического лица: 

<

...>, генеральным директором общества является ФИО3, основной вид деятельности по ОКВЭД 43.21 Производство электромонтажных работ. 

Судом установлено и подтверждается трудовым договором № 345/19/19 от 29 июля 2019 года, приказом о приеме на работу № 543-кб от 29 июля 2019 года, приказом о б увольнении № 165-кю от 11 марта 2020 года, что в период с 29 июля 2019 года по 11 марта 2020 года ФИО2 состоял в трудовых отношениях с АО «Гидроэлектромонтаж» по должности автокрановщик 5 разряда, уволен на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ по инициативе работника. 

По условиям трудового договора № 345/19/19 от 29 июля 2019 года местом работы ФИО2 являлось: 

<

...>, трудовой договор является срочным и заключен на период выполнения работ на объекте ПП 220кВ «Зея», основной договор № 529502 от 13 декабря 2018 года. 

В трудовом договоре стороны согласовали условие о том, что работник принимает на себя обязательства добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, а работодатель в свою очередь обязался предоставить работнику работу, обусловленную трудовым договором, а также обеспечить безопасность и условия труда работника, соответствующие нормативным требованиям охраны труда. 

Приказом АО «Гидроэлектромонтаж» № 2210 от 23 октября 2019 года ФИО2 направлен для выполнения работ в командировку на участок ПС КС-3 г. Алдан с 23 октября 2019 года сроком на 60 календарных дней. 

6 декабря 2019 года ФИО2 обратился к генеральному директору АО «Гидроэлектромонтаж» с заявлением о проведении расследования несчастного случая на производстве, произошедшего 10 ноября 2019 года, в результате которого им получено обморожение обеих стоп 2 ст. 

В материалах дела имеется медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданное ГБУ Республики Саха (Якутия) «Алданская центральная районная больница», из которого следует, что ФИО2 поступил в Алданскую городскую поликлинику АЦРБ 15 ноября 2019 года с диагнозом и кодом диагноза по МКБ-10 – Т33.8 отморожение обеих стоп 2 ст. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории легкая. 

Согласно листку нетрудоспособности 313921917452, ФИО2 был нетрудоспособен в период с 15 ноября 2019 года по 26 ноября 2019 года. 

29 января 2019 года генеральным директором АО «Гидроэлектромонтаж» ФИО3 утвержден Акт о несчастном случае на производстве № 18, из которого следует, что 10 ноября 2019 года автокрановщик ФИО2 выполнял работы по монтажу опор ВЛ 220 кВ-ввода питания на ПП «АМГА» на участке производства работ ООО «Ассоциация АЯМ». Работы выполнялись по заявке ООО «Ассоциация АЯМ». После окончания работ автокрановщик ФИО2 доставлялся с места работы до вахтового поселка на не оборудованной машине для перевоза людей в зимнее время при температуре минус 40 градусов в открытом кузове автомобиля Камаз. Движение до вахтового поселка составляло примерно около часа. По приезду в вахтовый поселок пошел в душ и почувствовал, что не чувствует пальцев ног. В связи с отделенностью участка и труднодоступностью был транспортирован в ГБУ РС (Я) «Алданская центральная районная больница» на 5 сутки. Дополнительно также согласно карточке выдачи спец. одежды определено, что ФИО2 был снабжен спец. одеждой и средствами индивидуальной защиты в полном объеме: сапоги «Айсинг» утепленные, костюм «Горизонт» мужской утепленный, ботинки «Форвелд» летние, костюм «Труженик» летний. Вид происшествия: воздействие пониженной температуры воздуха окружающей или рабочей среды код 092. Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 18 декабря 2019 года, выданному ГБУ РС (Я) «Алданская центральная районная больница» ФИО2 установлен диагноз и код по МКБ-10: Т.33.8 Отморожение обеих стоп 2 степени. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории «легкая» травма. 

Из Акта следует, что основной причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ (код 08) в том числе отсутствие или недостаточный контроль со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы соблюдением трудовой дисциплины, выразившиеся в том, что производителем работ нарушены: ст. 22 ТК РФ (работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; гл. 4. I должностной инструкции СМК.ДИ-1.3.3.5-09 «производителя работ» (производитель работ обязан производить систематический контроль за качеством производимых строительно-монтажных и специализированных работ и их своевременной комплектацией, вести специальные журналы строительно-монтажных и электромонтажных работ на всех вверенных ему объектах; гл. 4. II в области охраны труда, должностной инструкции СМК.ДИ-1.3.3.5-09 «производителя работ» (производитель работ обеспечивает соблюдение трудовой и производственной дисциплины, безусловное выполнение требований инструкций, технологических карт (ППР) и правил техники безопасности, производственной санитарии при обслуживании оборудования и при производстве различных работ. Немедленно пресекает все случаи нарушения дисциплины, правил, инструкций и технологических карт; гл. 2.1.6. II в области охраны труда должностной инструкции СМК.ДИ-1.5-08 «Директор филиала» (являясь ответственным за обеспечение охраны труда в структурном подразделении АО «Гидроэлектромонтаж», директор филиала руководствуйся требованиями «Системы управления охраной труда» и выполняет следующие функции: обеспечивает должный порядок и безопасные условия труда при ведении работ и эксплуатации зданий и сооружений, приостанавливает работу агрегатов, отдельного оборудования, если создается угроза жизни и здоровью работающих, немедленно сообщает генеральному директору и инженеру по охране труда о каждом несчастном случае. Участвует в комиссии по расследованию несчастного случая. Составляет акты о несчастных случаях, разрабатывает мероприятия и направляет их для утверждения генеральному директору). 

В пункте 10 Акта о несчастном случае на производстве установлены лица, допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО4 – производитель работ (неудовлетворительная организация производства работ, отсутствие или недостаточный контроль со стороны руководителей и специалистом подразделения за ходом выполнения работы соблюдением трудовой дисциплины); ФИО5 – директор Южно-Якутского обособленного подразделения (неудовлетворительная организация производства, отсутствие или недостаточный контроль со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы соблюдением трудовой дисциплины) 

7 февраля 2020 года Государственным учреждением – Амурское региональное отделение Фонда социального страхования РФ утверждено заключение № 22/2020 по экспертизе несчастного случая, произошедшего в 19 час. 00 мин. с ФИО2, согласно выводам которого: данный несчастный случай произошел с застрахованным работником в рабочее время на территории предприятия при исполнении трудовых обязанностей. На основании проведенной экспертизы, данный несчастный случай подлежит квалификации как страховой. 

На основании представленных работодателем сведений в отношении застрахованного лица ФИО2 для назначения и выплаты пособия по временной нетрудоспособности по листку нетрудоспособности (период оплаты с 15 ноября 2019 года по 26 ноября 2019 года) за счет средств Фонда социального страхования РФ ФИО2 произведена выплата пособия по временной нетрудоспособности за период с 15 ноября 2019 года по 26 ноября 2019 года в размере 4646 рублей 24 копеек (платежное поручение № 166457 от 25 февраля 2020 года). 

Обращаясь в суд с настоящим иском о взыскании компенсации морального вреда, истец обосновывает причинение ему нравственных страданий вследствие несчастного случая, произошедшего на производстве. 

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайнаи т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзацы первый и второй пункта 2 названного постановления).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда связана с посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 года № 6 разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляются случаи, прямо предусмотренные законом (пункт 1 названного постановления).

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных нормативных положений, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины. 

В обоснование требования о компенсации морального вреда истец ссылается на то, что в связи с произошедшим несчастным случаем не производстве, его здоровью был причинен вред, выразившийся в отморожении 2 ст. обеих стоп, в связи с чем, в период с 15 ноября 2019 года по 11 декабря 2019 года был нетрудоспособен.

В связи с изложенным, истец просит взыскать с АО «Гидроэлектромонтаж» компенсацию морального вреда в сумме 200000 рублей. 

В силу положений абзаца четвертого и абзаца четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно части 1 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществление технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае получения работником увечья в результате несчастного случая на производстве обязанность по компенсации ему вреда, в том числе морального, может быть возложена на работодателя, не обеспечившего работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Исходя из положений статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что Актом о несчастном случае на производстве № 18 от 29 января 2020 года установлен факт несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО2 10 ноября 2019 года, в результате которого здоровью истца причинен вред, в связи с чем, он испытывал нравственные и физические страдания, учитывая, что основной причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ в АО «Гидроэлектромонтаж», на указанное общество подлежит возложению обязанность компенсировать моральный вред, причиненный истцу. 

При определении размера компенсации морального вреда судом принимаются во внимание фактические обстоятельства, при которых травма была получена истцом, их характер и последствия, а также причины, приведшие к несчастному случаю, характер и тяжесть причиненных истцу физических и нравственных страданий, степень повреждения здоровья истца (согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории легких травм), общий период нетрудоспособности истца, составивший 11 календарных дней, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика АО «Гидроэлектромонтаж» в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 20000 рублей, требования о взыскании компенсации морального вреда в большем размере, не подлежат удовлетворению. 

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

Как следует из материалов дела, истцом понесены расходы на составление искового заявления в суд о возмещении вреда в сумме 5000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 0009 от 11 марта 2020 года. 

В силу ст. ст. 98, 100 ГПК РФ суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг за составление искового заявления в сумме 1000 рублей, при этом судом учитываются обстоятельства дела, характер нарушенных прав, объем оказанных правовых услуг, принимая во внимание принципы разумности и справедливости.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей, исчисленной по правилам ст. 333.19 НК РФ от уплаты которой истец был освобожден.

Руководствуясь ст.ст.194, 199 ГПК РФ, суд,

решил:

Взыскать с АО «Гидроэлектромонтаж» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 20000 рублей, расходы по оплате составления искового заявления в сумме 1000 рублей, в остальной части иска отказать. 

Взыскать с АО «Гидроэлектромонтаж» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурском областном суде через Благовещенский городской суд в течение 1 месяца со дня изготовления решения суда, начиная с 5 ноября 2020 года. 

Судья Матюханова Н.Н.