№2-478/2017

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Северодвинск 11 апреля 2017 года

Северодвинский городской суд Архангельской области в составе:

председательствующего судьи Челпановой С.В.,

при секретаре Еремеевой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 ФИО15 к ФИО1 ФИО16, ФИО4 ФИО17 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л :

ФИО2 обратилась с иском к ФИО3 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда.

В обоснование требований указала, что в июле 2016 года она обратилась к ФИО4 за оказанием услуг по замене и установке печи в бане, на принадлежащем ей земельном участке. К работам по установке печи был привлечен ФИО3

После выполнения всех работ, 22 августа 2016 года произошел пожар, в результате которого принадлежащие ей дом, сарай и баня сгорели.

Полагая, что пожар возник вследствие ненадлежащего качества выполненных услуг по установке печи, с учетом уточнения исковых требований и привлечения в качестве соответчика ФИО4, просила взыскать с надлежащего ответчика причинённый ей ущерб, в размере 1395000 руб., расходы на оплату услуг эксперта 6000 руб. и 15000 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 10000 руб. и судебные издержки по оплате государственной пошлины в размере 2030 руб. (л.д. 103-104).

В судебном заседании ФИО2 заявленные требования поддержала, указала, что организацией всех работ по доставке и установке печи занимался ФИО4, в связи с чем полагала его ответственным за все работы и причинённый ей ущерб. Между тем пояснила, что работы по доставке печи она оплатила ФИО4, а работы по установке печи - ФИО3 

Представитель истца ФИО5 исковые требования поддержал. Указал, что работы по установке печи были выполнены некачественно, с существенными отступлениями от правил и норм пожарной безопасности: без противопожарных разделок, что повлекло возникновение пожара и причинение истцу ущерба. Пояснил, что доказательств, подтверждающих организацию всего комплекса работ именно ФИО4, истец не имеет.

Ответчик ФИО3, извещенный о времени и месте судебного заседания надлежащим образом в суд не явился, о причинах неявки суду не сообщил (л.д. 175).

В представленных письменных возражениях, не оспаривая факт заключения с истцом устного договора об оказании услуг по установке печи в бане, пояснил, что работы выполнял в полном соответствии с правилами пожарной безопасности и под руководством непосредственно ФИО2, которая указала ему место и способ установки печи. При этом поручений относительно установки противопожарных разделок или отступок от ФИО2 не поступало, а самостоятельных решений по порядку выполнения работ он не принимал. Поскольку работы истцом были оплачены в полном размере без претензий к качеству их выполнения, полагает, что работы были выполнены с соблюдением технологий, обычно предъявляемым к такого рода работам, а также правил пожарной безопасности.

Ссылаясь на содержание постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, считает, что причиной пожара явились нарушения правил пожарной безопасности, допущенные самой ФИО2, при эксплуатации печи.

Поскольку наличие вины в его действиях, а также причинно-следственной связи между его действиями и возникшим у истца ущербом, ФИО2 не доказано, в удовлетворении исковых требований просит отказать (л.д.84-86, 202-204).

Ответчик ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился. Не оспаривая наличия договорных отношений по доставке печи с ФИО2 указал, что по её просьбе он согласился помочь и организовал доставку печи с завода-изготовителя из п. Брин-Наволок, установкой которой в дальнейшем занимался ФИО6 Какого-либо иного соглашения, в том числе по установке печи, с истцом им не заключалось. Пояснил, что предпринимательской деятельностью он не занимается, статуса индивидуального предпринимателя не имеет. В указанный период времени оказывал разовую строительную помощь своим знакомым.

Представитель ответчиков - ФИО7 поддержал представленные письменные возражения. Указал, что поручений по организации противопожарных разделок или установке подтопочных листов истец не давала. Ссылаясь на материалы проверки по уголовному делу, указывает, что до возникновения пожара истцу было известно о наличии в результатах работ нарушений правил пожарной безопасности, которые истец могла устранить самостоятельно: после окончания работ по установке печи (в том числе и при помощи третьих лиц) и организовать огнезащитные разделки или облицовки. Не смотря на это, истец продолжила пользоваться печью, чем сама, по его мнению, нарушила правила пожарной безопасности по эксплуатации печи.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО3

Выслушав истца ФИО2 и её представителя ФИО5, заслушав пояснения ответчика ФИО4, представителя ответчиков ФИО7, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что в июле 2016 года ФИО2 обратилась к ФИО4 за оказанием услуг по доставке и установке металлической печи-сауны в бане, на принадлежащем ей земельном участке, расположенном по адресу: Архангельская область, г. Северодвинск, 

<

адрес>

Как следует из объяснений сторон, услуги по доставке печи оказывал ФИО4, а работы по установке печи выполнял ФИО3, что подтверждается порядком оплаты услуг ФИО2 В судебном заседании истец подтвердила, что услуги по доставке печи она оплатила ФИО4, а работы по установке – ФИО3

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что предметом заключенного истцом с ФИО4 договора явилось оказание услуг по доставке металлической печи-сауны, а с ФИО3 - оказание услуг по ее установке.

Доказательств, свидетельствующих о принятии ФИО4 на себя обязанности по организации всего комплекса услуг по доставке и установке печи в бане, а также принятии на себя ответственности за их результат, истцом, в порядке ст. 56 ГПК РФ, суду не предоставлено.

Как следует из основания искового заявления, требования истца предъявлены в связи с ненадлежащим качеством выполненных работ по установке печи, в связи с чем, с учетом установленного по делу обстоятельства заключения ФИО2 с ФИО3 договора об оказании услуг по установке печи, надлежащим ответчиком по заявленным требованиям является исполнитель данных работ – ФИО3

В соответствии с п. 1 ст. 730 Гражданского кодекса РФ по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

Поскольку ответчик не являлся индивидуальным предпринимателем, доказательств осуществления им предпринимательской деятельности при выполнении работ по заключенному сторонами договору материалы дела не содержат, то основания для применения судом при рассмотрении настоящего гражданского дела положений Закона РФ от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» и положений Гражданского кодекса РФ о бытовом подряде отсутствуют.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

В силу пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно статье 740 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода (пункт 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, вопреки доводам ответчика, результаты выполненных ФИО3 работ по установке печи в бане, должны были соответствовать нормативным документам, действующим на территории РФ и определяющим требования к качеству соответствующих строительных работ, в том числе противопожарным нормам и правилам.

Согласно абз. 2 п. 81 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 N 390 «О противопожарном режиме» запрещается эксплуатировать печи и другие отопительные приборы без противопожарных разделок (отступок) от горючих конструкций, предтопочных листов, изготовленных из негорючего материала размером не менее 0,5 x 0,7 метра (на деревянном или другом полу из горючих материалов), а также при наличии прогаров и повреждений в разделках (отступках) и предтопочных листах.

Как следует из инструкции по установке (монтажу) металлической печи-сауны, приобретенной истцом, стены в бане должны быть отгорожены кирпичной стеной либо металлическим листом толщиной не менее 1 мм. и шире самой печи на 200 мм. с каждой стороны и высотой до потолка. В случае, если пол деревянный, его защищают от возгорания не менее двумя слоями кирпичной кладки (плашмя) на глиняном растворе. Между полом и кирпичами должен быть слой базальтового картона. Пол перед топкой необходимо защищать металлическим листом (л.д. 195-200).

При таких обстоятельствах, довод ответчика ФИО3 и его представителя об отсутствии со стороны истца необходимых соответствующих указаний об организации противопожарных отступок, и как следствие не исполнение данных работ, противоречит изложенным нормам, предписывающим обязательность соответствия выполненных работ установленным к ним требованиям, а также инструкции по установке печи, соблюдение рекомендаций которой лежало на ответчике, как на исполнителе таких работ.

Доводы ответчика в указанной части признаются судом несостоятельными, основанными на неверном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, в связи с чем во внимание не принимаются.

Между тем факт невыполнения ответчиком работ по организации противопожарных разделок (отступок) от горючих конструкций или предтопочных листов подтверждается объяснениями сторон, в том числе данных в ходе проверки по факту пожара (л.д. 183-184), никем не оспаривается, в связи с чем считается судом установленным.

Как следует из материалов дела, после окончания выполнения ФИО3 работ по установке металлической печи-сауны, 22 августа 2016 года в бане произошло возгорание, которое распространилось на соседние постройки, в результате чего принадлежащие истцу дом, сарай и баня сгорели.

По факту пожара отделом надзорной деятельности и профилактической работы г. Северодвинска и Онежского района УНДиПР ГУ МЧС России по Архангельской области проведена проверка. 

Согласно экспертному заключению ФГБУ СЭУ ФПС «Испытательная противопожарная лаборатория по Архангельской области» от 19 сентября 2016 года N524-16-ПП, составленному в рамках проведенной проверки, установлено, что причиной возгорания бани явилось загорание горючих материалов в результате кондуктивного нагрева при их непосредственном контакте с нагретой поверхностью отопительной печи (л.д. 187-193).

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела по факту пожара указано на нарушение истцом вышеуказанного п. абз. 2 п. 81 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, а также п. 84 «а» - оставление топящейся печи без присмотра.

Ссылаясь на указанное постановление, как на доказательство нарушения истцом правил эксплуатации бани, представитель ответчика не учитывает, что вывод дознавателя о наличии в действиях истца нарушений правил по эксплуатации, сделан в раках административной проверки и на основании действующих правил пожарной безопасности, где возложение ответственности на исполнителя работ в порядке норм гражданского кодекса не предусмотрено.

Между тем ссылка представителя ответчика на указанное постановление, как на доказательство нарушения истцом правил пожарной безопасности по эксплуатации является несостоятельным, поскольку не свидетельствует об освобождении ответчика, как исполнителя работ, от обязанности по их выполнению в соответствии с действующими нормами и правилами. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что причиной возникновения пожара явилось ненадлежащее качество выполненных ФИО3 работ по установке печи: без обязательных противопожарных разделок (оступок).

Согласно ч. 3 ст. 723 ГК РФ если недостатки результата работы существенны или неустранимы, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

На основании изложенного, требования истца о возмещении убытков суд признает обоснованными.

Определяя размер подлежащего возмещению ущерба, суд приходит к следующему.

Согласно ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Как следует из разъяснений в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.06.2002 N 14 (ред. от 18.10.2012) «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно представленному истцом заключению эксперта ИП ФИО8 от 26 августа 2016 года ....., стоимость восстановительного ремонта сгоревших садового дома и хозяйственных построек с учетом НДС составит 1395000 руб. 

Не соглашаясь с указанным заключением, ответчиком представлено заключение ООО «Респект» ..... от 22 августа 2016 года, согласно которому рыночная стоимость хозяйственных построек составляет 249000 руб. (л.д.121).

Между тем, по смыслу приведенной ст. 15 ГК РФ, а также разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, восстановлению подлежит реальный ущерб, который в случае полного уничтожения имущества подлежит взысканию в размере стоимости такого утраченного имущества. 

Иное приведет к неосновательному обогащению лица, которому причинены убытки.

Кроме того, исчисление НДС с суммы убытков и их взыскание с учетом данного налога неправомерно, поскольку в Налоговом кодексе РФ отсутствуют нормы, позволяющие исчислять НДС с суммы убытков и требовать их взыскания с учетом данного налога.

На основании изложенного, при определении размера ущерба суд принимает за основу экспертное заключение ООО «Респект» ..... от 22 августа 2016 года, согласно которому рыночная стоимость хозяйственных построек составляет 249000 руб. 

Указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в полном объеме.

Истец понесла расходы по составлению отчета об оценке стоимости восстановительного ремонта в размере 6000 руб. (л.д. 34).

Поскольку данные расходы были понесены истцом в связи с восстановлением своего нарушенного права, суд в соответствии со ст.15 ГК РФ взыскивает их с ответчика в полном объеме.

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из содержания указанной нормы следует, что действующим законодательством не предусмотрена компенсация морального вреда в случае нарушения личных имущественных прав гражданина.

Из содержания искового заявления следует, что моральный вред истцу был причинен вследствие нарушения ответчиком её имущественных прав, а именно от причинения ущерба имуществу.

Таким образом, спорные правоотношения носят имущественный характер и под действие правовых норм, регулирующих основания компенсации морального вреда, не подпадают, в связи с чем оснований для удовлетворения требований ФИО2 к ответчику о взыскании компенсации морального вреда суд не усматривает.

Поскольку истцом при подаче иска была уплачена в бюджет государственная пошлина в размере 2 030 руб. (л.д.5-6), суд, в соответствии со ст.98 ГПК РФ взыскивает с ответчика в пользу истца указанную сумму в качестве возмещения расходов по уплате государственной пошлины. 

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Северодвинск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 660 руб., исходя из размера удовлетворенных требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

исковые требования ФИО2 ФИО18 к ФИО1 ФИО19, ФИО4 ФИО20 о взыскании ущерба и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 ФИО21 в пользу ФИО2 ФИО22 материальный ущерб в размере 249000 руб., расходы на оплату услуг оценщика в размере 6000 руб., в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины 2030 руб., а всего 257030 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 ФИО23 к ФИО1 ФИО24 о взыскании ущерба в размере 1146000 руб., компенсации морального вреда отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 ФИО25 к ФИО4 ФИО26 о взыскании ущерба и компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО1 ФИО27 в доход бюджета муниципального образования «Северодвинск» государственную пошлину в размере 3 660 руб. 

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде через Северодвинский городской суд Архангельской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий С.В. Челпанова