78RS0002-01-2018-008466-31 ДЕЛО № 2-2/2020 08 мая 2020 года 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

Выборгский районный суд Санкт-Петербурга в лице председательствующего судьи Тяжкиной Т.П.,

при секретаре Полищук Ю.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора займа и залога недвижимого имущества,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально с указанным исковым заявлением к ФИО2 о признании недействительным договора от ДД.ММ.ГГГГ займа и залога недвижимого имущества – 1/2 доли в праве общей долевой собственности на 

<

адрес>, расположенную по адресу: 

<

адрес>, обратилась ФИО3, в обоснование иска указав, что в момент подписания договора, не могла понимать значение своих действий и руководить ими в силу имеющегося у нее заболевания. Полагала, что в соответствии со ст. 177 ГК РФ такая сделка является недействительной (л.д. 3-5 том 1).

Определением от 23 января 2020 года в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 судом допущено процессуальное правопреемство истца ФИО3 ее правопреемником ФИО1 (л.д. 183-184 том 1).

Стороны, будучи извещенными надлежащим образом, в судебное заседание не явились, представили ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствии (л.д. 234-238 том 1). Кроме того, ранее ответчик представил отзыв на исковое заявление, в котором просил в удовлетворении требований отказать, в том числе по мотиву пропуска срока исковой давности (л.д. 42-43 том 1). 

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица – Управления Росреестра по СПб, будучи извещенным надлежащим образом, не явился. 

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Материалами дела установлено, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 являлась собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на 

<

адрес>, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Собственником оставшейся 1/2 доли является ФИО1 (л.д. 104-105 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) был заключен договор займа и залога недвижимого имущества, по условиям которого займодавец предоставил заемщику в долг 620000,00 руб. сроком до ДД.ММ.ГГГГ, а заемщик предоставил займодавцу в счет обеспечения исполнения обязательств указанную выше долю квартиры (л.д. 106-107 том 1).

Факт получения денежных средств ФИО3 по договору подтвержден соответствующей распиской от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 109 том 1).

Далее, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор об отступном, по условиям которого в счет погашения задолженности по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 передала ФИО2 1/2 доли в праве общей долевой собственности на 

<

адрес>, расположенную по адресу: 

<

адрес> (л.д. 111 том 1).

Переход права собственности зарегистрирован в ЕГРП ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 117-122 том 1).

В ходе рассмотрения настоящего дела – ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла (л.д. 161, 166 том 1).

Из материалов наследственного дела, открывшегося после ее смерти, следует, что с заявлением о принятии наследства к нотариусу обратился ее сын ФИО1 (л.д. 189-199 том 1).

Данное обстоятельство послужило основанием для допущения судом процессуального правопреемства стороны истца ФИО1 (л.д. 183-184 том 1).

Обращаясь с настоящим иском, истец ссылался на то обстоятельство, что ФИО3 длительное время страдала тяжелым заболеванием, в ДД.ММ.ГГГГ году перенесла инсульт, ее состояние здоровья со временем ухудшалось, к моменту заключения договора займа в ДД.ММ.ГГГГ году она не понимала значения своих действий. 

Учитывая, что лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по ст. 177 ГК РФ, обязано доказать наличие оснований ее недействительности, то есть, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных названной нормой, лежит на истце.

По ходатайству ФИО1 судом была назначена посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза ФИО3, проведение которой поручено СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №6 (стационар с диспансером)» (л.д. 202-204 том 1).

Согласно выводам комиссии экспертов, изложенным в заключение № от ДД.ММ.ГГГГ: ФИО3 в момент подписания договора займа и залога ДД.ММ.ГГГГ, договора об отступном ДД.ММ.ГГГГ слабоумием, психическим расстройством, которое бы лишало её способности понимать значение своих действий и руководить ими, не страдала, у неё отмечались признаки органического эмоционально лабильного расстройства (F06.6), на это указывают данные анамнеза, меддокументации, из которых следует, что у подэкспертной на фоне системного атеросклероза, гипертонической болезни, после перенесенного в ДД.ММ.ГГГГ острого нарушения мозгового кровоизлияния, стала отмечаться церебрастеническая симптоматика (головные боли, головокружения, слабость), при осмотрах соматическими врачами психические нарушения не фиксировались, при обращении к психиатру в ДД.ММ.ГГГГ описывались эмоциональная лабильность, плаксивость, тревожность невротического уровня, обстоятельность и ригидность мышления, при отсутствии психотической симптоматики, значимого снижения памяти и интеллекта; в психиатрический стационар на лечение не направлялась. В последующем после перенесенного в ДД.ММ.ГГГГ ОНМК появились умеренные когнитивные нарушения, в связи неврологическими нарушениями отмечались трудности самообслуживания, определялись неврологической симптоматикой. После перенесенного ДД.ММ.ГГГГ повторного ОНМК развился острый психоорганический синдром с нарушением сознания. Таким образом, в виду отсутствия признаков нарушенного сознания, выраженных аффективных, интеллектуально-мнестических нарушений, психотической симптоматики, ФИО3 могла понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания договора займа и залога ДД.ММ.ГГГГ, договора об отступном ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 223-229 том 1).

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Согласно положениям ст. 56, 59, 67 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд отмечает, что эксперты при проведении экспертизы учитывали материалы дела, медицинские документы, выводы экспертизы подробно мотивированы, имеют ссылки на научную литературу, методы исследования, применявшиеся в ходе проведения экспертизы. В рассматриваемом случае, выводы содержат однозначные ответы на поставленные судом вопросы, не допускают двоякого толкования, в связи с чем суд считает возможным положить заключение в основу судебного решения.

Изложенное, в отсутствии доказательств, опровергающих выводы экспертизы, является основанием для отказа истцу в удовлетворении требований о признании сделки от ДД.ММ.ГГГГ недействительной. 

Так, в ходе рассмотрения дела по существу истцом не представлено относимых и допустимых доказательств, с достоверностью подтверждающих, что в юридически значимый период – ДД.ММ.ГГГГ по состоянию своего здоровья ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

При таком положении, суд приходи к выводу, что истцом не представлено достаточных доказательств, объективно свидетельствующих о недействительности сделки ДД.ММ.ГГГГ. Оспариваемый договор соответствует нормам действующего законодательства, воля ФИО3, изложенная в нем соответствует ее воле.

Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности для оспаривания договора займа, установленный ст. 181 ГК РФ, о чем было заявлено ответной стороной; оснований для восстановления пропущенного срока не имеется.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

На основании ст. 85, 88, 94, 96 ГПК РФ, исходя из разрешения спора в пользу ФИО2, с ФИО1 в пользу СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №6 (стационар с диспансером)» подлежат взысканию расходы, связанные с проведением судебной экспертизы в размере 24119,00 руб. (л.д. 233 том 1), поскольку, несмотря на определение от ДД.ММ.ГГГГ, возлагавшее на истца обязанность по оплате экспертизы, данное обязательство ФИО1 исполнено не было.

При вынесении решения, в соответствии с ч. 3 ст. 144 ГПК РФ суд также считает необходимым отменить обеспечение настоящего иска в виде ареста на 

<

адрес>, расположенную по адресу: 

<

адрес> запрета совершать какие-либо действия по регистрации указанной квартиры, принятого определением от 27.08.2018 года (л.д. 2 том 1).

На основании изожженного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В УДОВЛЕТВОРЕНИИ исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора займа и залога недвижимого имущества, - ОТКАЗАТЬ в полном объеме.

ВЗЫСКАТЬ с ФИО1 в пользу СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №6 (стационар с диспансером)» расходы по оплате судебной экспертизы в размере 24119,00 (двадцать четыре тысячи сто девятнадцать) руб. 00 коп.

ОТМЕНИТЬ обеспечение иска в виде ареста на 

<

адрес>, расположенную по адресу: 

<

адрес> запрета совершать какие-либо действия по регистрации указанной квартиры,, принятого определением от 27.08.2018 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.П. Тяжкина

Решение в окончательной форме изготовлено 18 мая 2020 года