Дело № 2-1039/2020

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 октября 2020 года г. Елизово Камчатского края

Елизовский районный суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Бондаренко С.С.,

при секретаре судебного заседания Максимовой А.В.

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску администрации Новоавачинского сельского поселения Елизовского муниципального района Камчатского края к ФИО4, ФИО2, ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о расторжении договора социального найма, признании утратившими право пользования жилым помещением,

УСТАНОВИЛ:

Истец администрация Новоавачинского сельского поселения Елизовского муниципального района Камчатского края с учетом заявления об уточнении исковых требований обратилась в суд к ответчикам ФИО4, ФИО2, ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 с указанным иском. В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Данное жилое помещение было предоставлено ФИО4 на основании договора социального найма жилого помещения № 3-2017 от 19 декабря 2017 года на состав семьи три человека, в том числе ФИО2 и ФИО3 В связи с обращениями граждан о том, что на протяжении длительного периода времени в спорном жилом помещении никто не проживает, в квартире постоянно собираются неблагополучные граждане, сотрудниками администрации была проведена проверка, в ходе которой установлено, что входная дверь в квартиру не закрывается, предметов домашнего обихода не имеется, в помещении отсутствуют полы, имеются следы пожара, деревянные перегородки частично сгнили, деревянное чердачное перекрытие местами провисло под тяжестью шлака и может привести к обрушению чердачного перекрытия. Ответчикам направлены предупреждения об устранении разрушений жилого помещения. Также направлено уведомление о расторжении договора социального найма, ответа на которые не последовало. Ответчики длительное время не проживают в спорном жилом помещении, их выезд не носит временного характера. Несмотря на регистрацию в спорной квартире, ответчики в ней не проживают, в связи с чем истец обратился с вышеизложенными требованиями.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования с учетом их уточнения поддержала в полном объеме по изложенным в иске основаниям, полагает, что жилое помещение, нанимателем которого является ответчик ФИО4, приведено в непригодное для проживания состояние в результате её бездействия и ответчика ФИО2, которые не следят за квартирой и не осуществляют обязанности по проведению текущего ремонта в жилом помещении, в квартире отсутствует входная дверь, оконное остекление, в квартиру не органичен доступ посторонних лиц, ведущих асоциальный образ жизни, ответчики не оплачивают жилищно-коммунальные услуги. На неоднократные предписания о приведении квартиры в надлежащий вид ответчики не реагируют. Добавила, что спорное жилое помещение находилось в непригодном для проживания состоянии с 2014 года, с указанного времени в администрацию поселения стали поступать жалобы от жильцов соседних квартир, в частности, о том, что из-за отсутствия надлежащего контроля за квартирой разморозилась система водоснабжения, о проникновении в квартиру посторонних лиц. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что первоначально жилое помещение было предоставлено его отчиму, ФИО9 на основании ордера в 1980-х годах, куда он и второй ответчик, ФИО4, были вселены в качестве членов семьи нанимателя. Когда ему исполнилось десять лет, родители расторгли брак и он вместе с матерью и сестрой (ФИО4) выехали из квартиры, забрали оттуда все свои личные вещи и больше в квартиру не вселялись. Так как ФИО9 вёл асоциальный образ жизни, жилое помещение пришло в непригодное состояние. По достижению совершеннолетия он пытался вселиться в жилое помещение, проживал в квартире около полугода, но из-за образа жизни ФИО9 не смог проживать с ним в квартире. Так как своего жилья он не имеет, заинтересован в пользовании спорной квартирой, после смерти отчима он приезжал в квартиру, пытался своими силами привести её в порядок, вывез мусор, в целях её сохранности закрыл окна, дверь, но это не препятствовало проникновению в квартиру посторонних лиц, ведущих асоциальный образ жизни. На момент заключения с ФИО4 договора социального найма квартира уже находилась в разбитом и непригодном для проживания состоянии, в ней отсутствовало электричество, водоснабжение, печь.

Ответчик ФИО4, действующая за себя и как законный представитель малолетней ФИО3, в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10 суду пояснила, что является матерью ответчиков. Ранее она состояла в зарегистрированном браке с первым нанимателем квартиры – ФИО9, в период брака они вселились в предоставленную ему на основании ордера квартиру. Брак между ними был расторгнут, когда старшему сыну, ФИО2, исполнилось шесть лет, а дочери, ФИО4, полтора года. С указанного времени она вместе с детьми выехала из квартиры, вывезла оттуда все свои личные вещи и больше в квартиру не вселялась. По достижению совершеннолетия дети не могли вселиться в спорное жилье, так как ФИО9 страдал туберкулезом, злоупотреблял спиртными напитками, в квартире собирались асоциальные граждане, на момент его смерти жилое помещение уже находилось в непригодном для проживания состоянии.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11 суду пояснила, что с сентября 1989 года по настоящее время проживает в квартире по соседству. Так как дом с печным отоплением, в зимнее время года все жилые помещения должны отапливаться, чтобы избежать разморозки системы водоснабжения. Пока был жив первый наниматель квартиры ФИО9, он отапливал квартиру. После его смерти в квартире никто не проживает, не следит за её состоянием, в результате чего в квартире выбита дверь, разбиты стекла, в холодное время года никто не отапливает жилое помещение, квартира находится в запущенном состоянии. С 2017 года она видела, что ответчики вывозили мусор, заколачивали окна, двери, но граждане, ведущие асоциальный образ жизни, снова проникали в квартиру, в связи с чем жильцы дома своими силами закрывали доступ в квартиру. 

По заключению Управления образования администрации Елизовского муниципального района, учитывая отсутствие данных о том, что у несовершеннолетней ФИО3 имеется другое жилье, расторжение договора социального найма и признание утратившей право пользования жилым помещением не соответствует интересам несовершеннолетнего ребенка.

Выслушав представителя истца ФИО1, ответчика ФИО5, допросив свидетелей, изучив и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно ч. 2 ст. 687 Гражданского кодекса Российской Федерации договор найма жилого помещения может быть расторгнут в судебном порядке по требованию наймодателя в случае разрушения или порчи жилого помещения нанимателем или другими гражданами, за действия которых он отвечает.

Аналогичные сведения изложены в подп. 2 ч. 4 ст. 83 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ).

В соответствии со статьей 71 ЖК РФ временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

Согласно ч. 3 ст. 83 ЖК РФ в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 91 ЖК РФ, если наниматель и (или) проживающие совместно с ним члены его семьи используют жилое помещение не по назначению, систематически нарушают права и законные интересы соседей или бесхозяйственно обращаются с жилым помещением, допуская его разрушение, наймодатель обязан предупредить нанимателя и членов его семьи о необходимости устранить нарушения. Если указанные нарушения влекут за собой разрушение жилого помещения, наймодатель также вправе назначить нанимателю и членам его семьи разумный срок для устранения этих нарушений. Если наниматель жилого помещения и (или) проживающие совместно с ним члены его семьи после предупреждения наймодателя не устранят эти нарушения, виновные граждане по требованию наймодателя или других заинтересованных лиц выселяются в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, жилое помещение – квартира 

<

адрес>, находится в муниципальной собственности и принадлежит Новоавачинскому сельскому поселению.

18 декабря 1987 года данное жилое помещение было предоставлено на основании ордера № 219 ФИО9 на состав семьи: он сам, супруга ФИО10 и сын ФИО4 (ФИО6) С.

Согласно поквартирной карточке, ответчик ФИО2 зарегистрирован в указанном выше жилом помещении с 21 июля 2000 года по настоящее время, ответчик ФИО4 – с 27 сентября 2003 года по настоящее время, ответчик ФИО3 – с 18 июля 2013 года. 

Из сведений, содержащихся в поквартирной карточке также следует, что первый наниматель квартиры ФИО9 снят с регистрационного учета в связи со смертью 12 мая 2012 года. 

19 декабря 2017 года между администрацией Новоавачинского сельского поселения и ФИО4 заключен договор социального найма жилого помещения № 3-2017, по условиям которого наймодатель передает нанимателю и членам его семьи в бессрочное владение и пользование изолированное жилое помещение, находящееся в муниципальной собственности, состоящее из одной комнаты, по адресу: 

<

адрес>, для проживания в нем, а также обеспечивает предоставление за плату коммунальных услуг.

Совместно с нанимателем в жилое помещение вселяются следующие члены семьи: брат ФИО2, дочь ФИО3

В судебном заседании установлено, что на момент заключения с ФИО4 договора социального найма, квартира 

<

адрес> находилась в непригодном для проживания состоянии, о чем собственнику данного жилого помещения было известно с 2014 года, что подтвердила представитель истца в судебном заседании.

По сообщению КГУП «Камчатский водоканал» по жилому помещению – квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, начисление платы за коммунальные услуги холодного водоснабжения и водоотведения на производится, лицевой счет отсутствует.

Согласно справке ПАО «Камчатскэнерго» по состоянию на 09 сентября 2020 года по адресу: 

<

адрес> по лицевому счету, открытому на ФИО9, задолженность по оплате коммунальных услуг отопления, горячего водоснабжения и электроснабжение отсутствует.

По сообщению ГУП «Спецтранс», по вышеуказанному жилому помещению имеется задолженность по оплате услуги за обращение с твердыми коммунальными отходами в размере 7187 рублей 19 копеек.

Как следует из актов осмотра жилого помещения от 20.07.2018, от 24.04.2019, от 19.03.2020, от 27.08.2020 в квартире никто не проживает, дверь в жилое помещение отсутствует, предметы домашнего обихода отсутствуют, личных вещей ответчиков в квартире нет, квартира находится в неудовлетворительном состоянии, также отсутствует тропинка к дому со стороны спорной квартиры.

24 июля 2018 года в адрес ответчиков направлено предупреждение о необходимости устранить систематическое нарушение и прав и законных интересов соседей, об устранении разрушения жилого помещения в срок до 15 сентября 2018 года. Аналогичное предупреждение было направлено в адрес ответчиков 26 апреля 2019 года с указанным в нем сроком исполнения до 01 июня 2019 года.

31 августа 2017 года ФИО4 обращалась с письменным заявлением к администрацию Новоавачинского сельского поселения с просьбой признать спорную квартиру аварийной, в ответ на которое истец указал, что обследование провести не представилось возможным из-за отсутствия электроснабжения и естественного освещения.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10 суду пояснила, что является матерью ответчиков. Ранее она состояла в зарегистрированном браке с первым нанимателем квартиры – ФИО9, в период брака они вселились в предоставленную ему на основании ордера квартиру. Брак между ними был расторгнут, когда старшему сыну, ФИО2, исполнилось шесть лет, а дочери, ФИО4, полтора года. С указанного времени она вместе с детьми выехала из квартиры, вывезла оттуда все свои личные вещи и больше в квартиру не вселялась. По достижению совершеннолетия дети не могли вселиться в спорное жилье, так как ФИО9 страдал туберкулезом, злоупотреблял спиртными напитками, в квартире собирались асоциальные граждане, на момент его смерти жилое помещение уже находилось в непригодном для проживания состоянии.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11 суду пояснила, что с сентября 1989 года по настоящее время проживает в квартире по соседству. Так как дом с печным отоплением, в зимнее время года все жилые помещения должны отапливаться, чтобы избежать разморозки системы водоснабжения. Пока был жив первый наниматель квартиры ФИО9, он отапливал квартиру. После его смерти в квартире никто не проживает, не следит за её состоянием, в результате чего в квартире выбита дверь, разбиты стекла, в холодное время года никто не отапливает жилое помещение, квартира находится в запущенном состоянии. С 2017 года она видела, что ответчики вывезли мусор, заколачивали окна, двери, но граждане, ведущие асоциальный образ жизни, снова проникали в квартиру, в связи с чем жильцы дома своими силами закрывали доступ в квартиру. 

На основании ст. ст. 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Изучив и проанализировав материалы и обстоятельства дела в их совокупности с подп. 2 ч. 4 ст. 83 ЖК РФ, предусматривающим в качестве основания для расторжения договора социального найма по инициативе наймодателя разрушение или повреждение жилого помещения нанимателем или другими гражданами, за действия которых он отвечает, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих, что жилое помещение разрушено именно в результате действий ответчиков. Из пояснений в судебном заседании сторон и показаний свидетелей следует, что в квартире никто не проживает со дня смерти первого нанимателя квартиры ФИО9 – то есть с 12 мая 2012 года. Начиная с 2014 года истцу известно о том, что спорная квартира находится в непригодном для проживания состоянии, то есть к моменту заключения с ФИО4 договора социального найма жилое помещение уже находилось в разрушенном состоянии. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» под систематическим бесхозяйственным обращением с жилым помещением, ведущим к его разрушению, следует понимать целенаправленные постоянного характера действия нанимателя и (или) членов его семьи, влекущие повреждение либо уничтожение структурных элементов квартиры (окон, дверей, пола, стен, санитарно-технического оборудования и т.п.).

Между тем, в ходе судебного разбирательства дела не нашел свое подтверждение тот факт, что основной наниматель ФИО4 и член её семьи ФИО2 совершали целенаправленные действия постоянного характера, повлекшие уничтожение окон, дверей, пола, стен, санитарно-технического оборудования в спорной квартире.

Не находит суд оснований признать доказанным факт утраты ответчиками права пользования спорным жилым помещением.

В силу ч. 2 ст. 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

В соответствии с положениями ст. 69 ЖК РФ члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма должны быть указаны в договоре социального найма жилого помещения.

Из разъяснений, данных в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" следует, что разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

По смыслу указанных норм права, несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, могущего возникнуть независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение, в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на вселение.

Как установлено судом, ответчики в несовершеннолетнем возрасте были зарегистрированы в жилом помещении, предоставленном в пользование ФИО9, вместе с родителями были вселены в квартиру, проживали в ней, в возрасте до 14 лет совместно с матерью выехали из квартиры и не имели возможности самостоятельно осуществлять свои права по пользованию жилым помещением. При этом, и достигнув совершеннолетия, ответчики не имели возможности вселиться в квартиру в связи с образом жизни ФИО9, наличием у него заболевания, состояния жилого помещения, не пригодного для проживания в нём, то есть наличием с его стороны препятствий в пользовании ответчиками жилым помещением. Таким образом, обстоятельств, свидетельствующих об отказе ответчиков в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, судом не установлено, Выезд ответчиков из жилого помещения в малолетнем возрасте не может быть признан добровольным, так как в силу возраста они были лишены возможности самостоятельно реализовать свое право на проживанием в жилом помещении, а по достижении совершеннолетия - в связи с непригодным для проживания состоянием жилого помещения, что свидетельствует о временном и вынужденном отсутствии ответчиков в спорной квартире. 

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований в ходе судебного разбирательства настоящего дела не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований администрации Новоавачинского сельского поселения Елизовского муниципального района Камчатского края к ФИО4, ФИО2, ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о расторжении договора социального найма, признании утратившими право пользования жилым помещением – отказать.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Елизовский районный суд Камчатского края в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме. 

Мотивированное решение по делу изготовлено 23 октября 2020 года.

Судья подпись С.С. Бондаренко

Копия верна Судья С.С. Бондаренко