Дело № 2-830/2024

УИД 48RS0003-01-2024-000655-07

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

23 декабря 2024 года г. Липецк

Правобережный районный суд города Липецка в составе: 

председательствующего Кочетова Д.Ю., 

при секретаре Грибковой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Липецке гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, ФКУ «УПРДОР Москва – Харьков», АО «Дороги Черноземья» о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием в сумме 1 246 100 руб., расходов по оплате услуг эксперта в сумме 17 000 руб., расходов по оплате услуг представителя в сумме 25 000 руб. В обосновании заявленных требований указывает, что 11.01.2024 года по адресу: 

<

...> стр. 2 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей МАЗДА СХ-5, госномер № под управлением ФИО5, собственником которого является он же и Фольксваген Тигуан, госномер № под управлением ФИО6, собственником которого является ФИО4 Согласно обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия виновным признан водитель ФИО5 На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность владельца автомобиля МАЗДА СХ-5, госномер № была застрахована в АО «МАКС», страховой полис ААК № 3026079325. Гражданская ответственность владельца автомобиля Фольксваген Тигуан, госномер № была застрахована в СПАО «Ингосстрах», страховой полис ХХХ № 035765723. ФИО4 обратился с заявлением о страховом случае в СПАО «Ингосстрах», а также предоставил страховщику необходимый комплект документов и автомобиль на осмотр. 14.02.2024 года СПАО «Ингосстрах» произвело выплату страхового возмещения по полису ОСАГО в размере 400 000 руб. ФИО4 организовал проведение независимой экспертизы автомобиля на определение стоимости материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. Независимая экспертиза была проведена ИП ФИО3 В ходе проведения экспертизы экспертом была установлена стоимость материального ущерба, причиненного ФИО4, в размере 1 646 100 руб., сумма которого подлежит взысканию с ответчика за вычетом суммы страхового возмещения, как с лица, виновного в причинении вреда.

В последующем истец уточнил заявленные исковые требования. Просил суд взыскать с ответчика разницу между, выплаченным страховым возмещением и реальным ущербом в размере 1 582 000 руб., расходы по проведению судебной экспертизы в сумме 17 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 25 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 14 431 руб.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены ФКУ «УПРДОР Москва – Харьков», АО «Дороги Черноземья».

В судебном заседании истец ФИО4, представитель истца ФИО4 по доверенности ФИО7 настаивали на удовлетворении уточненных исковых требований, ссылаясь на доводы, изложенные в иске. Суду объяснили, что ДТП произошло по вине ответчика ФИО5

Представитель ответчика ФИО5 по устному ходатайству ФИО8 возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на отсутствие вины ФИО5 в ДТП.

Представитель ответчика АО «Дороги Черноземья» по доверенности ФИО9 возражала против удовлетворения исковых требований к АО «Дороги Черноземья», ссылаясь на то, что ДТП произошло исключительно по вине ФИО5 

Третье лицо ФИО6 полагала заявленные исковые требования к ФИО5 подлежащими удовлетворению, указывая, что она на запрещающий сигнал светофора движение не совершала, при этом ФИО5 не предоставил ей преимущество движения и не дал закончить маневр, что привело к ДТП.

Ответчик ФИО5, представитель ответчика ФКУ «УПРДОР Москва – Харьков» в судебное заседание не явились, о дате и времени судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом. Представитель ответчика ФКУ «УПРДОР Москва – Харьков» в письменном заявлении просил о рассмотрении дела в его отсутствие. Ответчик ФИО5 в письменном заявлении просил отложить судебное заседание в связи с нахождением в командировке.

При таких обстоятельствах, учитывая что представитель ответчика ФИО5 участвует в судебном заседании, суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов и т.п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010г. №1 г. Москва «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон «Об ОСАГО») владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены названным Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В силу п. 6 указанной статьи владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством. 

Пунктом 1 статьи 12 Закона «Об ОСАГО» предусмотрено, что потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной данным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Согласно п. 15.1 ст. 12 Закона «Об ОСАГО», страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

В соответствии с п. 16.1 ст. 12 Закона «Об ОСАГО» страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) (наличный или безналичный расчет) в случае: 

а) полной гибели транспортного средства;

б) смерти потерпевшего;

в) причинения тяжкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего в результате наступления страхового случая, если в заявлении о страховом возмещении потерпевший выбрал такую форму страхового возмещения;

г) если потерпевший является инвалидом, указанным в абзаце первом пункта 1 статьи 17 настоящего Федерального закона, и в заявлении о страховом возмещении выбрал такую форму страхового возмещения;

д) если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает установленную подпунктом "б" статьи 7 настоящего Федерального закона страховую сумму или максимальный размер страхового возмещения, установленный для случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, либо если в соответствии с пунктом 22 настоящей статьи все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред при условии, что в указанных случаях потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания;

е) выбора потерпевшим возмещения вреда в форме страховой выплаты в соответствии с абзацем шестым пункта 15.2 настоящей статьи или абзацем вторым пункта 3.1 статьи 15 настоящего Федерального закона;

ж) наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Как закреплено в ст. 7 Закона «Об ОСАГО» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет:

а) в части возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью каждого потерпевшего, 500 тысяч рублей;

б) в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Судом установлено, что ФИО4 является собственником автомобиля Фольксваген Тигуан, госномер № (свидетельство о регистрации ТС серии 

<

данные изъяты> № от 17.11.2023г.).

11.01.2024 года в 08 час. 00 мин. по адресу: 

<

...> стр. 2 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей МАЗДА СХ-5, госномер № под управлением ФИО5, собственником которого является он же и Фольксваген Тигуан, госномер № под управлением ФИО6, собственником которого является ФИО4

Согласно постановлению по делу об административном правонарушении от 11.01.2024 года, ФИО5 по адресу: 

<

...> стр. 2 при включенном, разрешенном сигнале светофора не уступил дорогу транспортному средству, завершающему движение через перекресток. Согласно указанному постановлению, ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 1 000 руб. 

Решением заместителя командира 1 взвода ДПС ОР ДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Липецку старшего лейтенанта ФИО10 указанное постановление по делу об административном правонарушении от 11.01.2024 года было оставлено без изменения, а жалоба ФИО5 без удовлетворения (том I л.д. 76-79).

Допрошенный в ходе судебного заседания 04.04.2024 года в качестве свидетеля старший инспектор ДПС УМВД России по Липецкой области лейтенант полиции ФИО2 суду показал, что схему ДТП от 11.01.2024 г. составлял он. На схеме не обозначено место столкновения автомобилей, т.к. он не видел место столкновения, его занесло снегом. Из – за погодных условий четко определить место столкновения было невозможно. ДТП было рано утром, сотрудники приехали уже спустя 3-4 часа, шел снег, машины уже все раскатали. Транспортное средство не уступило дорогу транспортному средству, двигающемуся по встречному направлению при повороте. Оба транспортных средства, как поясняли водители, ехали на зеленый сигнал светофора. Транспортное средство №1 поворачивал налево, а транспортное средство №2 ехало в прямом направлении. Была видеозапись с видеорегистратора ТС №2, на которой видно, что зеленый сигнал светофора моргал. На видеорегистраторе видно, что ТС едет, зеленый сигнал светофора начинает моргать, ни желтого, ни красного сигнала не было, ТС проезжает и происходит столкновение. На видео моргал зеленый сигнал светофора, ни желтого, ни красного сигнала светофора не было. В момент проезда ТС на уровне светофора зеленый моргал. В момент проезда линии стоп – линии на светофорном объекте был мигающий сигнал. Если даже там загорелся бы желтый сигнал светофора, с учетом того, что скорость там была 50-60 км/ч и с учетом того времени года, погодных условий и условий дорожного покрытия, водитель автомобиля Фольксваген вынуждена бы была применить экстренное торможение, что в сложившейся ситуации не запрещает ей проехать по правилам ПДД даже на желтый сигнал светофора. Водитель Мазда перед началом движения должен был убедиться, что не препятствует движению встречному транспортному средству(том I л.д. 85 оборот-86).

В силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом

В результате произошедшего ДТП автомобиль Фольксваген Тигуан, госномер №, принадлежащий ФИО4, получил механические повреждения.

Как указывает истец ФИО4, он обратился с заявлением о страховом случае в СПАО «Ингосстрах», а также предоставил страховщику необходимый комплект документов, после чего страховщиком был осмотрен поврежденный автомобиль и случай был признан страховым.

14.02.2024 года СПАО «Ингосстрах» произвело выплату страхового возмещения по полису ОСАГО в размере 400 000 руб., что сторонами не оспаривалось.

Поскольку суммы выплаченного страхового возмещения оказалось недостаточным для производства восстановительного ремонта автомобиля, ФИО4 обратился к независимому эксперту ИП ФИО3

Согласно экспертному заключению №14, выполненному ИП ФИО3, расчетная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Фольксваген Тигуан, госномер № составила 1 646 100 руб.

Не согласившись, в том числе, с заявленной суммой ущерба, ответчик ФИО5 и его представитель ФИО8 заявили ходатайство о назначении по делу комплексной судебной автотехнической и автотовароведческой экспертизы, производство которой было поручено эксперту ИП ФИО

Согласно заключению № 011/13.2, 18.1 от 01.07.2024, составленному экспертом ИП ФИО., режим работы светофорного объекта, установленного на участке 285-242 км – 285 – 1 232 км. автодороги Р-119 Орел-Ливны-Липецк-Тамбов на участке 232+805 км – 326+600 км., на момент рассматриваемого происшествия - не соответствовал имеющимся в деле технической документации и как следствие требованиям ГОСТа Р52289. 

Согласно представленной схеме организации работы светофорного объекта должен был бы работоспособен второй светофор, установленный перед пересечением с транспортным потоком со встречного направления в сторону г. Тамбова. Кроме того, должен был включиться желтый сигнал светофора на входе в перекресток после зеленого мигающего на пути движения автомобиля Фольксваген Тигуан. 

Не включение желтого сигнала на первом светофоре указанного направления - является отказом согласно ГОСТа Р52289. 

Неработоспособность второго светофорного объекта может являться изменением схемы организации движения, относительно представленной.

С учетом, имеющихся в материалах дела документов и видеозаписей с регистраторов участников дорожно-транспортного происшествия, а также ответа на первый вопрос, в сложившейся перед происшествием дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля Мазда СХ-5, р.з. №, находившегося в неподвижном состоянии, при включении зеленого разрешающего сигнала светофора должен был, руководствуясь п. 13.8 ПДД РФ уступить дорогу транспортным средствам, завершающим движение через перекресток, согласно п. 13.4 ПДД РФ, при повороте налево по зеленому сигналу светофора – должен был уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо, т.е. должен был уступить дорогу автомобилю Фольксваген Тигуан, р.з. №.

После возникновения опасности для движения, в виде пересечения траекторий движения транспортного средства, оба их водителя должны были руководствоваться аб. 2 п. 10.1 ПДД РФ и принять меры к снижению скорости вплоть до полной остановки. 

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля Фольксваген Тигуан, р.з. №, исходя из среднерыночных цен в Липецкой области на дату производства экспертизы составляет 1 982 200 руб.

Поскольку, ответчик, представитель ответчика не были согласны с выводами эксперта ИП ФИО в части выводов о режимах работы светофорных объектов, а кроме того, ввиду того, что заключение эксперта в данной части противоречило фактическим обстоятельствам дела и не согласовалось с фактической вещественной обстановкой на месте ДТП в части наличия дублирующего сигнала светофора в месте пересечения траекторий движения автомобилей Фольксваген Тигуан и Мазда СХ-5 (согласно экспертному заключению дублирующий сигнал светофора имеется, при этом на схеме расположения светофорного объекта и фотографиях, видеозаписях он отсутствует), судом по первым двум вопросам было назначено проведение повторной судебной автотехнической экспертизы в целях установления режимов работы светофорного объекта.

Согласно экспертному заключению ИП ФИО1 №80-24 от 17.12.2024 года на дату ДТП водители автомобиля Мазда и водитель автомобиля Фольксваген совершали проезд регулируемого перекрестка. В момент включения разрешающего зеленого сигнала светофора в своем направлении движения водитель автомобиля Мазда начал движение для совершения маневра поворота налево. В этот момент водитель автомобиля Фольксваген совершил выезд на перекресток в момент выключения (отказа) светофорного объекта. Перед выездом водителя автомобиля Фольксваген на перекресток и перед выключением (отказом) светофорного объекта, светофорный объект работал в режиме окончания фазы зеленого сигнала светофора (зеленый мигающий). Желтый сигнал светофора не был включен. В процессе сближения водитель автомобиля Фольксваген двигался по левой полосе движения прямолинейно, приближаясь к пересечению проезжих частей. В этот момент водитель автомобиля Мазда продолжал движение, совершая маневр поворота налево с выездом на полосу встречного движения. Столкновение произошло на полосе движения автомобиля Фольксваген. Автомобиль Фольксваген взаимодействовал передней левой частью с правой передней частью автомобиля Мазда. Столкновение характеризуется как: перекрестное, встречное, косое, блокирующее. После контактного взаимодействия автомобили заняли конечное положение, зафиксированное на схеме места совершения административного правонарушения.

С технической точки зрения причиной ДТП является пересечение траекторий автомобилей и обоюдное сближение до непосредственного контактного взаимодействия. Неработающий светофор в направлении движения автомобиля Фольксваген фактически не создает пресечение траектории движения остальным транспортным средствам, так как автомобиль движется без изменения направления движения прямолинейно, а это движение не сопряжено с выездом из занимаемой полосы движения. В этот же момент водитель автомобиля Мазда имел право движения на зеленый разрешающий сигнал светофора, но с соблюдением всех норм Правил движения. К таким относится п. 10.1 и п. 13.4. 

Для предотвращения столкновения с другим транспортным средством водитель не обязан принимать экстренные меры ранее, чем он может обнаружить опасные действия водителя этого транспортного средства, не соответствующие требованиям Правил движения. Водитель не обязан рассчитывать на то, что за время преодоления транспортным средством расстояния, на котором еще можно было предотвратить столкновение, водитель другого транспортного средства предпримет опасные действия, противоречащие требованиям Правил движения. Если это и произойдет, водитель не обязан принимать экстренные меры раньше, чем он может обнаружить такие действия.

Однако в поле зрения водителя автомобиля Мазда находился автомобиль Фольксваген, который двигался во встречном направлении, проезжая перекресток. Водитель автомобиля Мазда не был лишен возможности наблюдать автомобиль Фольксваген и своевременно выполнить необходимые действия для соблюдения п. 10.1 и п. 13.4 ПДД РФ, вне зависимости от того в каком режиме работы находился светофор для водителя автомобиля Фольксваген.

Перед имевшим место ДТП, светофорный объект со стороны движения автомобиля Фольксваген Тигуан г.р.з. № в обычном режиме не работал. Перед выездом на перекресток автомобиля находился в нерабочем состоянии.

Режим работы светофорного объекта со стороны движения автомобиля Фольксваген Тигуан г р з №, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации не мог послужить причиной произошедшего дорожно-транспортного происшествия от 11.01.2024 года, с учетом сигналов светофорного объекта со стороны движения автомобиля МАЗДА СХ-5 г.р.з. №

Суд соглашается с выводами судебной экспертизы ИП ФИО в части установления стоимости ущерба и ИП ФИО1 в части определения режима работы светофорного объекта и механизма ДТП, поскольку оснований сомневаться в обоснованности заключения экспертов у суда не имеется. 

Эксперты предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения, заключения эксперта соответствуют в принятой судом в качестве надлежащих доказательств части, требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержат подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную литературу. Экспертизы проведены с соблюдением установленного процессуального порядка лицами, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов. Экспертами проведено полное и обоснованное исследование с учетом обобщенного анализа вещественной обстановки. Выводы экспертов обоснованы и мотивированны. На все вопросы экспертами были даны подробные развернутые ответы в ходе их допросов в судебных заседаниях. 

В соответствии со статьями 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Ответчик ФИО11, его представитель по устному ходатайству ФИО8 возражали против наличия вины ФИО11 в совершении ДТП, ссылаясь на то, что ДТП произошло вследствие ненадлежащей работы светофорного объекта.

Суд не соглашается с таким выводом ответчика и его представителя, полагая его ошибочным, ввиду следующего.

В соответствии с частью 2 статьи 12.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестков, влечет наложение административного штрафа в размере одной тысячи рублей.

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 года №1090 (далее - Правила дорожного движения), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 13.4 Правил дорожного движения установлено, что при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо. Таким же правилом должны руководствоваться между собой водители трамваев.

Как усматривается из материалов дела и записей видеорегистраторов автомобилей, участников ДТП, автомобиль Фольксваген Тигуан под управлением ФИО6 въехал на перекресток на зеленый мигающий сигнал светофора, каких-либо запрещающих сигналов для водителя автомобиля Фольксваген Тигуан в момент её проезда перекрестка включено не было. 

При этом, водитель ФИО5, начиная движение, имел возможность и должен был видеть автомобиль Фольксваген Тигуан, заканчивающий проезд перекрестка на разрешающий сигнал светофора.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2019 года №20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», при квалификации действий водителя по части 2 статьи 12.13 или части 3 статьи 12.14 названного кодекса необходимо учитывать, что преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (пункт 1.2 Правил дорожного движения).

Водитель транспортного средства, движущегося в нарушение Правил дорожного движения по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

При этом в силу пункта 6.14 Правил дорожного движения водителям, которые при включении желтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение.

Из материалов дела следует, что транспортное средство Фольксваген Тигуан под управлением ФИО6 подъезжая к регулируемому перекрестку в момент включения зеленого мигающего сигнала светофора, двигалось в прямом направлении, въехало на перекресток на мигающий зеленый сигнал светофора, следовательно в рассматриваемой дорожной ситуации в силу положений пунктов 6.2, 6.13, 6.14 Правил дорожного движения имело преимущественное право проезда перекрестка.

При этом водитель ФИО5, наблюдая автомобиль Фольксваген Тигуан, завершающий проезд перекрестка, в силу требований Правил дорожного движения, не должен был начинать движение, дав ему возможность покинуть границы перекрестка, однако этого не сделал, более того, допустил с ним столкновение, спровоцировав дорожно-транспортное происшествие.

Утверждение ФИО5 и его представителя ФИО8 о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло не по его вине и пункт 13.4 Правил дорожного движения в данной ситуации неприменим, опровергается установленными фактическими обстоятельствами дела и имеющимися в деле доказательствами.

Таким образом, проанализировав изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло вследствие действий водителя ФИО5, нарушившего Правила дорожного движения и не предоставившему возможность автомобилю Фольксваген Тигуан, двигавшемуся на разрешающий сигнал светофора и пользовавшемуся преимущественным правом проезда перекрестка, возможность покинуть его границы, что привело к совершению дорожно-транспортного происшествия и причинения имущественного ущерба истцу.

Согласно ч. 6 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002г. №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Исходя из буквального толкования положения ст. 1079 ГК РФ, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет лицо, владеющее этим источником на каком-либо из законных оснований.

В силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов и т.п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Исходя из буквального толкования положения ст. 1079 ГК РФ, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет лицо, владеющее этим источником на каком-либо из законных оснований.

Таким образом, при возложении ответственности за вред в соответствии с указанной нормой необходимо исходить из того, в чьем законном пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда. Правоотношение между собственником транспортного средства и лицом, управляющим им на момент дорожно-транспортного происшествия, имеет юридическое значение для правильного установления лица, на котором лежит обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Из разъяснений, данных в пунктах 19 и 20 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо других законных основаниях (например по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством); лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование, и он пользуется им по своему усмотрению.

В силу п.4 ст.931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинения вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Как разъяснено в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года №31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» после получения потерпевшим страхового возмещения в размере, установленном Законом об ОСАГО, обязательство страховщика по выплате страхового возмещения в связи с повреждением имущества по конкретному страховому случаю прекращается (пункт 1 статьи 408 ГК РФ), в связи с чем потерпевший в соответствии со статьей 11.1 Закона об ОСАГО не вправе предъявлять страховщику дополнительные требования о возмещении ущерба, превышающие указанный выше предельный размер страхового возмещения (абзац первый пункта 8 статьи 11.1 Закона об ОСАГО). С требованием о возмещении ущерба в части, превышающей размер надлежащего страхового возмещения, потерпевший вправе обратиться к причинителю вреда (п. 27).

При реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом (п. 64).

Если в ходе разрешения спора о возмещении причинителем вреда ущерба по правилам главы 59 ГК РФ суд установит, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора обязательного страхования, с причинителя вреда подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемого по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения. Если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает стоимость данного транспортного средства без учета повреждений на момент разрешения спора, с причинителя вреда может быть взыскана разница между стоимостью такого транспортного средства и надлежащим размером страхового возмещения с учетом стоимости годных остатков (п. 65).

Согласно экспертному заключению № 011/13.2, 18.1 от 01.07.2024, составленному экспертом ИП ФИО, принятому судом в качестве надлежащего доказательства и не оспоренного сторонами по делу, стоимость восстановительного ремонта автомобиля Фольксваген Тигуан, госномер №, исходя из среднерыночных цен в Липецкой области на дату производства экспертизы составляет 1 982 200 руб.

Таким образом, поскольку виновником в произошедшем ДТП является собственник и водитель автомобиля Мазда СХ-5 ФИО5, он является лицом, обязанным возместить разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Как отражено в постановлении Конституционного Суда РФ от 10.03.2017г. №6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО12 и других», положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования (во взаимосвязи с положениями Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств") предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, потерпевшему, которому по указанному договору страховой организацией выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда исходя из принципа полного его возмещения, если потерпевшим представлены надлежащие доказательства того, что размер фактически понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

Иное приводило бы к нарушению гарантированных статьями 17 (часть 3), 19 (часть 1), 35 (часть 1), 46 (часть 1), 52 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации прав потерпевших, имуществу которых был причинен вред при использовании иными лицами транспортных средств как источников повышенной опасности.

Вместе с тем, в силу вытекающих из Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьи 55 (часть 3), принципов справедливости и пропорциональности (соразмерности) и недопустимости при осуществлении прав и свобод человека и гражданина нарушений прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3) регулирование подобного рода отношений требует обеспечения баланса интересов потерпевшего, намеренного максимально быстро, в полном объеме и с учетом требований безопасности восстановить поврежденное транспортное средство, и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями.

Это означает, что лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера подлежащего выплате возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Кроме того, такое уменьшение допустимо, если в результате возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых деталей, узлов, агрегатов произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред (например, когда при восстановительном ремонте детали, узлы, механизмы, которые имеют постоянный нормальный износ и подлежат регулярной своевременной замене в соответствии с требованиями по эксплуатации транспортного средства, были заменены на новые).

Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой суда, который в силу присущих ему дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешает дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств, что, однако, не предполагает оценку судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований или возражений, если иное не установлено федеральным законом.

Сумма ущерба ответчиками не оспаривалась.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона № 40-ФЗ основным принципом обязательного страхования является гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных настоящим Федеральным законом.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пункт 13 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В оценке положений Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» во взаимосвязи их с положениями главы 59 ГК Российской Федерации Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31 мая 2005 года № 6-П исходил из того, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований по обязательствам из причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним их которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае – для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и, тем более, отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 ГК Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда. Федеральный закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», будучи специальным нормативным актом, вместе с тем не отменяет действия общих норм 11 гражданского права об обязательствах из причинения вреда между потерпевшим и причинителем вреда, а потому потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, противоправное поведение которого вызвало этот ущерб, с предъявлением ему соответствующего требования. 

Таким образом, суд находит заявленную истцом сумму ущерба, причиненного автомобилю истца, доказанной, и составляющей 1 582 000 руб. (сумма ущерба 1 982 000 руб. – сумма страховой выплаты 400 000 руб.).

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся:

- суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам;

- расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации;

- расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд;

- расходы на оплату услуг представителей;

- расходы на производство осмотра на месте;

- компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со ст.99 ГПК РФ;

- связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами;

- другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 4 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В соответствии с абзацем вторым того же пункта Постановления от 21 января 2016 года №1, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В силу разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек не является исчерпывающим.

Следовательно, действующим законодательством предусмотрена возможность снижения и уменьшения суммы судебных расходов, с учетом принципа разумности.

Истцом заявлены ко взысканию судебные расходы:

- по оплате досудебной экспертизы в размере 17 000 руб. (квитанция разных сборов №032254 от 09.02.2024г.), 

- расходы по оплате услуг представителя в сумме 25 000 руб. (договор на консультационно-юридическое обслуживание от 15.02.2024г., заключенный с ФИО7, расписка от 15.02.2024 года в получении денежных средств по договору в сумме 25 000 руб.),

- расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 431 руб. (чек по операции ПАО Сбербанк доп. Офис №8593/089 от 12.02.2024г., том I л.д. 61). 

Суд признает данные расходы соразмерными, необходимыми и связанными с причинением ущерба истцу.

Учитывая объём проделанной представителем истца работы, сложность дела, а также требования разумности и справедливости, тот факт, что расходы документально подтверждены, суд приходит к выводу о том, что с ответчика ФИО5 в пользу истца ФИО4 подлежат взысканию судебные расходы, понесенные в связи с рассмотрением дела по оплате досудебной экспертизы в размере 17 000 рублей, по оплате услуг представителя в сумме 25 000, по оплате государственной пошлины в размере 14 431 рубль.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

Взыскать со ФИО5 (паспорт серии 

<

данные изъяты> №) в пользу ФИО4 (паспорт серии 

<

данные изъяты> №) сумму ущерба в размере 1 582 000 рублей, расходы по оплате досудебной экспертизы в размере 17 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 25 000 расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 431 рубль, а всего 1 638 431 (один миллион шестьсот тридцать восемь тысяч четыреста тридцать один) рубль.

В остальной части в удовлетворении требований ФИО4 к ФКУ «УПРДОР Москва – Харьков», АО «Дороги Черноземья» о взыскании суммы ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, расходов по оплате досудебной экспертизы, расходов по оплате услуг представителя и расходов по оплате государственной пошлины, – отказать.

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме через Правобережный районный суд г. Липецка. 

Председательствующий Д.Ю. Кочетов 

Мотивированное решение суда изготовлено 15.01.2025 года.