Дело № 12-536/2021

(в районном суде № 5-287/2021) судья Корнильева С.А.

Р Е Ш Е Н И Е

Судья Санкт-Петербургского городского суда Охотская Н.В., при секретаре Волгиной А.В., рассмотрев 18 марта 2021 года в открытом судебном заседании в помещении суда жалобу на постановление судьи Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 1 февраля 2021 года по делу об административном правонарушении в отношении 

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженки 

<

...>, зарегистрированной по адресу: 

<

адрес>, проживающей по адресу:. 

<

адрес>

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением судьи Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 1 февраля 2021 года ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде административного ареста на срок 5 суток. 

ФИО1 обратилась в Санкт-Петербургский городской суд с жалобой об отмене постановления судьи районного суда и прекращении производства по делу.

В обоснование жалобы указала, что привлечением к административной ответственности нарушены права, предусмотренные статьями 10 и 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Участие в публичном мероприятии какими-либо противоправными действиями не сопровождалось, нарушений норм законодательства не происходило, являлось правомерным, не содержащим признака противоправности. Не применены положения ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. При рассмотрении дела в районном суде не участвовал прокурор, не допрошены сотрудники полиции, что является нарушением прав на состязательный процесс и справедливое судебное разбирательство. Не дана оценка нарушениям требований Главы 27 КоАП РФ, ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод при применении обеспечительных мер по делу. 

Защитник Уваров М.В. в судебном заседании, доводы жалобы поддержал, представил письменную позицию по делу, которая приобщена к материалам дела.

ФИО1 в Санкт-Петербургском городском суде доводы жалобы поддержала, по изложенным в ней основаниям.

Исследовав материалы дела, изучив доводы жалобы и представленных дополнений, прихожу к следующим выводам.

Вопреки доводам жалобы, в ходе рассмотрения настоящего дела судьей Красносельского районного суда Санкт-Петербурга в соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. В соответствии с требованиями статьи 26.1 КоАП РФ судом установлено наличие события административного правонарушения, лицо, являющееся участником публичного мероприятия, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Так, в соответствии с ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ административным правонарушением признается участие в несанкционированных собрании, митинге, демонстрации, шествии или пикетировании, повлекших создание помех функционированию объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры. 

Порядок организации и проведения публичных мероприятий определен Федеральным законом от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее - Федеральный закон от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ).

Статьей 31 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, наряду с провозглашением права каждого свободно выражать свое мнение, исходит из того, что осуществление такой свободы налагает обязанности и ответственность и может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены в законе и необходимы в демократическом обществе в целях охраны здоровья и нравственности.

Исходя из провозглашенной в преамбуле Конституции Российской Федерации цели утверждения гражданского мира и согласия и учитывая, что в силу своей природы публичные мероприятия (собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование) могут затрагивать права и законные интересы широкого круга лиц - как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них непосредственно не участвующих, - государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в соответствии с критериями, предопределяемыми требованиями ст.ст. 17, 19, 55 Конституции Российской Федерации, на основе принципа юридического равенства и вытекающего из него принципа соразмерности, то есть в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права, в том числе закрепленными во Всеобщей декларации прав человека, согласно п. 1 ст. 20 которой каждый человек имеет право на свободу мирных собраний, и в Международном пакте о гражданских и политических правах, ст. 21 которого, признавая право на мирные собрания, допускает введение обоснованных ограничений данного права, налагаемых в соответствии с законом и необходимых в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования, гарантированное Конституцией РФ и международно-правовыми актами как составной частью правовой системы Российской Федерации (ст. 15 Конституции Российской Федерации), не является абсолютным и может быть ограничено федеральным законом в конституционно значимых целях.

Соответственно, такой федеральный закон должен обеспечивать возможность реализации данного права и одновременно соблюдение надлежащего общественного порядка и безопасности без ущерба для здоровья и нравственности граждан на основе баланса интересов организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны, и третьих лиц - с другой, исходя из необходимости гарантировать государственную защиту прав и свобод всем гражданам (как участвующим, так и не участвующим в публичном мероприятии), в том числе путем введения адекватных мер предупреждения и предотвращения нарушений общественного порядка и безопасности, прав и свобод граждан, а также установления публично-правовой ответственности за действия, их нарушающие или создающие угрозу их нарушения.

В рамках организации публичного мероприятия, каковым Федеральный закон от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ признает открытую, мирную, доступную каждому, проводимую в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акцию, осуществляемую по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений (п. 1 ст. 2), предусматривается ряд процедур, в том числе и предварительное уведомление органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления о проведении публичного мероприятия и процедуру согласования, которые направлены на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяют избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности.

В соответствии ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ уведомление о проведении публичного мероприятия подается его организатором в письменной форме в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления в срок не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения публичного мероприятия. 

В соответствии с п. 1 ст. 2 закона Санкт-Петербурга № 390-70 от 21.06.2011 «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях в Санкт-Петербурге» уведомление о проведении публичного мероприятия подается его организатором в письменной форме в уполномоченные Правительством Санкт-Петербурга исполнительные органы государственной власти Санкт-Петербурга (далее - уполномоченные органы) в срок, установленный Федеральным законом. 

В соответствии с ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем.

Частью 3 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ установлено, что во время проведения публичного мероприятия его участники обязаны выполнять все законные требования организатора публичного мероприятия, уполномоченных им лиц, уполномоченного представителя органа исполнительной власти субъекта РФ или органа местного самоуправления и сотрудников органов внутренних дел; соблюдать общественный порядок и регламент проведения публичного мероприятия; соблюдать требования по обеспечению транспортной безопасности и безопасности дорожного движения, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, если публичное мероприятие проводится с использованием транспортных средств.

Как следует из материалов дела и установлено судьей районного суда, 31 января 2021 года в 15 часов 10 минут у дома 6 по Адмиралтейскому пр. в г. Санкт-Петербурге, ФИО1 в нарушение п. 1 ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ, в составе группы лиц, состоящей из не менее 300 человек, добровольно участвовала в проведении несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия в виде митинга переходящего в шествие, по заранее определенному маршруту, целью которого было привлечение внимания в поддержку Навального А., при этом ФИО1 совместно с другими участниками публичного мероприятия скандировала лозунги следующего содержания: «

<

...>», «

<

...>», «

<

...>», «

<

...>», «

<

...>», «

<

...>» выражая свое мнение и формируя мнение окружающих к данной проблеме, участвовала в проведении несогласованного с органами исполнительной власти Санкт-Петербурга публичного мероприятия, то есть проведенного с нарушением требований Федерального закона от 19 июня 2004 года №54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях». Группа граждан двигалась организованной колонной по тротуарам и проезжей части, создавая препятствия движению транспортных средств и пешеходам, повлекшие создание помех транспортной инфраструктуры, нарушение режима работы общественного транспорта, функционированию объектов жизнеобеспечения и социальной инфраструктуры.

В связи с допущенными нарушениями установленного порядка проведения публичного мероприятия, сотрудник полиции инспектор ОООП УМВД России по Адмиралтейскому району г. Санкт-Петербурга ст. лейтенант полиции В., осуществляющий, в соответствии со ст.ст. 2,12 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», обязанности по обеспечению правопорядка в общественных местах и предупреждению, пресечению преступлений, административных правонарушений, неоднократно публично уведомил всех лиц, участвующих в данном публичном мероприятии, в том числе ФИО1, посредством громко-усиливающей аппаратуры потребовал прекратить публичное мероприятие, проводимое с нарушением закона. Данное законное требование сотрудника полиции ФИО1 проигнорировала.

Таким образом, ФИО1 нарушила требования п. 1 ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 19.06.2004 №54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», то есть совершила административное правонарушение, предусмотренное ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ.

Указанные обстоятельства подтверждаются собранными по делу доказательствами, в том числе, протоколом об административном правонарушении №... от 31 января 2021 года, протоколом ДЛ САП о доставлении лица, совершившего административное правонарушение от 31 января 2021 года; протоколом об административном задержании АЗ №... от 31 января 2021 года; копией справки ИБД-Р; сведениями базы АС «Российский паспорт»; рапортом инспектора ОРВП и ВЖ УВМ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Р.; копией письменных объяснений сотрудника полиции инспектора ОООП УМВД России по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга лейтенанта полиции В. ; текстом обращения к гражданам; справкой начальника отдела по ИАЗ УМВД России по Красносельскому району Санкт-Петербурга; ответами заместителя председателя Комитета по вопросам законности, правопорядка и безопасности от 29 января 2021 года; видеозаписью, и другими представленными доказательствами, оцененными в совокупности с другими материалами дела об административном правонарушении по правилам ст. 26.11 КоАП РФ. 

Данные доказательства оформлены сотрудниками полиции в рамках выполнения ими своих служебных обязанностей, в соответствии с требованиями закона, причиной их составления послужило непосредственное выявление административного правонарушения, нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, они согласуются между собой и с фактическими данными, являются достоверными и допустимыми, отнесены ст. 26.2 КоАП РФ к числу доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела.

В соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса. 

Несогласованное (несанкционированное) публичное мероприятие, в котором принимала участие ФИО1, отвечает признакам публичного мероприятия в том значении, которое указано в Федеральном законе от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ. 

Вывод постановления о том, что указанное публичное мероприятие не согласовано в установленном порядке, подтверждается материалами дела и не опровергается какими-либо другими доказательствами.

Обязательным условием для квалификации действий (бездействия) участника несанкционированного публичного мероприятия по ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ является наличие последствий, выражающихся в создании помех функционированию объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры, а также причинно-следственной связи между совершенными действиями (бездействием) и наступившими последствиями (п.35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 28).

При этом, следует отменить, что диспозиция ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ не содержит в качестве объективной стороны правонарушения прямого указания на то, что непосредственно само лицо, участвующее в несанкционированном публичном мероприятии, привлекаемое впоследствии за это к административной ответственности, создает своими действиями помехи функционированию транспортной инфраструктуры; юридически важным для квалификации по ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ является участие в несанкционированном публичном мероприятии, которое (т.е. само несанкционированное публичное мероприятие, а не конкретный его участник) повлекло за собой создание помех функционированию объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам.

Положения Федерального закона от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ неоднократно были предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации.

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 2 апреля 2009 г. №484-О-П, гарантированное Конституцией Российской Федерации, ее статьей 31, право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование может быть ограничено федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации).

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права.

Данное право, как указывал Европейский Суд по правам человека, являясь основополагающим правом в демократическом обществе, тем не менее в силу п. 2 ст. 11 названной Конвенции может подлежать ограничениям, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц (Постановления от 26 июля 2007 г. по делу «М. против Российской Федерации», от 14 февраля 2006 г. по делу «Христианско-демократическая народная партия против Молдовы» и от 20 февраля 2003 г. по делу «Джавит Ан (Djavit An) против Турции»).

Частью 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление названного права не должно нарушать права и свободы других лиц.

С учетом изложенного, участие в публичном мероприятии в форме митинга, шествия, проводимых в нарушение требований Федерального закона от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ, не свидетельствует о нарушении прав ФИО1 на свободу собраний.

О том, что ФИО1 проинформирована о незаконности названного выше публичного мероприятия, следует из представленных в материалы дела доказательств, в том числе, рапорта, копии письменных объяснений сотрудников полиции.

Таким образом, вывод судьи районного суда о том, что в действиях ФИО1 усматривается состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ, является обоснованным и подтвержден материалами дела, в связи с чем, доводы жалобы в данной части, несостоятельны. 

Из доводов поданной в Санкт-Петербургский городской суд жалобы не следует, что при рассмотрении данного дела судьей районного суда допущены какие-либо нарушения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и (или) предусмотренные им процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело. 

Вопреки доводам жалобы оснований ставить под сомнение достоверность содержания протокола об административном правонарушении, составленного в отношении ФИО1, представленного наряду с иными письменными документами в материалах дела об административном правонарушении, не имеется.

В имеющемся в материалах дела протоколе об административном правонарушении указаны сведения, предусмотренные ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ, в том числе описано событие вменяемого административного правонарушения, протокол подписан уполномоченным должностным лицом, процедуры, предписанные нормами КоАП РФ, соблюдены. 

При этом, нормами КоАП РФ не предусмотрено, что протокол об административном правонарушении, а также иные процессуальные документы по делу могут быть составлены лишь должностными лицами, осуществлявшими задержание либо являющимися очевидцами совершенного правонарушения, в связи с чем представленные в материалах дела процессуальные документы, обосновано признаны в качестве надлежащих доказательств по делу. 

Ссылка в жалобе о нарушении судом принципа состязательности и равноправия сторон, в связи с отсутствием в судебном заседании должностных лиц административного органа, составивших настоящий материал, основаны на ином толковании права и не влекут отмену или изменение судебного акта.

Статьей 6 Конвенции о защите прав и основных свобод, ст. 46, 47 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на судебную защиту посредством независимого и беспристрастного суда, компетенция которого установлена законом.

Из разъяснений п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, а также органы и должностные лица, вынесшие постановление по делу об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ. Вместе с тем при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.

Таким образом, требованиями КоАП РФ не предусмотрена необходимость обязательного участия в рассмотрении дела должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, и сотрудников полиции, применявших обеспечительные меры по делу об административном правонарушении, составлявших рапорты, дававших письменные объяснения.

В соответствии с положениями КоАП РФ судья, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

Процессуальные документы, составленные сотрудниками полиции и находящиеся в материалах дела об административном правонарушении, соответствуют требованиям КоАП РФ. 

Соответственно, вывод об отсутствии необходимости в вызове в судебное заседание сотрудников полиции, является обоснованным, и не свидетельствует о нарушении прав ФИО1, в связи с чем, доводы жалобы в данной части подлежат отклонению.

Довод жалобы о том, что в рассмотрении дела об административном правонарушении не принимал участие прокурор, также не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрено поддержание обвинения, не предусмотрено наличие стороны обвинения, на которую возлагались бы соответствующие функции при рассмотрении дел об административных правонарушениях.

При этом согласно требованиям КоАП РФ прокурор извещается о месте и времени рассмотрения дела об административном правонарушении, совершенном несовершеннолетним, а также дела об административном правонарушении, возбужденного по инициативе прокурора. Дело об административном правонарушении в отношении ФИО1 не относится к перечисленным категориям дел, в связи с чем, его рассмотрение в отсутствие прокурора не является нарушением процессуальных требований КоАП РФ, в том числе нарушением принципов равноправия и состязательности сторон. 

Таким образом, права ФИО1 на справедливое судебное разбирательство, на состязательный процесс не нарушены.

Частью 1 ст. 27.1 КоАП РФ закреплено, что в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

В качестве таких мер, связанных с временным принудительным ограничением свободы, ч. 1 ст. 27.2 КоАП РФ предусмотрено доставление и п. 2 ч. 1 ст. 27.1 КоАП РФ - административное задержание.

Учитывая изложенные нормы, тот факт, что санкция ч. 1 ст. 20.2.2 КоАП РФ предусматривает административный арест, составление протокола на месте выявления административного правонарушения с учетом конкретных обстоятельств дела было невозможным, применение мер обеспечения производства по настоящему делу в виде доставления и задержания связано, в частности, с необходимостью обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, применение к заявителю таких мер в данном случае не противоречило положениям как Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, так и требованиям международного законодательства и было законно выполнено сотрудниками полиции.

При этом, протоколы доставления и задержания заявителя в полной мере отвечают приведенным требованиям, с учетом того, что он был осведомлен о том, за какие противоправные действия к нему применены меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, составлены уполномоченным на то должностным лицом, в соответствии с требованиями закона, нарушение сотрудниками полиции при доставлении и задержании заявителя требований Федерального закона «О полиции» не установлено.

Доводы жалобы о нарушении привлечением ФИО1 к административной ответственности прав и основных свобод, гарантированных Конвенцией от 04.11.1950 года, являются несостоятельными, поскольку осуществление права выражать свое мнение и участвовать в собраниях, как указано в ч. 2 ст. 10 и 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц.

Существенных нарушений процессуальных требований КоАП РФ как при составлении протокола об административном правонарушении и иных процессуальных документов, так и в ходе рассмотрения дела в районном суде, не установлено.

Постановление судьи районного суда отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, является мотивированным. При рассмотрении настоящего дела судьей районного суда не были нарушены требования ст. 1.5 КоАП РФ, каких-либо данных, которые могли бы свидетельствовать о предвзятости судьи, в материалах дела не имеется, принцип презумпции невиновности судьей не нарушен, неустранимых сомнений по делу не усматривается. Ходатайств, заявленных в соответствии со ст. 24.4 КоАП РФ, и не разрешенных судьей, в материалах дела не имеется.

Нарушений Конституции Российской Федерации, Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении дела в отношении ФИО1, а также норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которые могли бы послужить основанием для отмены постановления судьи, по делу не установлено.

Наказание ФИО1 определено в пределах санкции ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ в соответствии с требованиями глав 3 и 4 КоАП РФ с учетом характера и степени общественной опасности совершенного правонарушения, данных о личности виновного. 

Оснований для признания назначенного ФИО1 административного наказания чрезмерно суровым не усматривается, поскольку оно согласуется с его предупредительными целями (ст. 3.1 КоАП РФ), соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, а также тяжести содеянного. 

Основания для изменения наказания, применения положений ст. 2.9 КоАП РФ по настоящему делу не усматриваются. 

Таким образом, в ходе рассмотрения настоящего дела об административном правонарушении по жалобе на постановление судьи Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 1 февраля 2021 года, не установлено оснований для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта, а также оснований для прекращения производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1

С учётом изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л :

Постановление судьи Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 1 февраля 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1 оставить без изменения. 

Жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения. 

Судья Н.В. Охотская