Дело № 2-63/2019 год

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 января 2019 года гор. Гурьевск 

Гурьевский районный суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Пасичник З.В.,

при секретаре Хасановой Н.К., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО26 к администрации Гурьевского городского округа о предоставлении благоустроенного жилого помещения по договору социального найма, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО26 обратилась в суд с указанным исковым заявлением, с учетом последних уточнений, обосновав его тем, что являлась собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес >, в котором проживала совместно с супругом и двумя детьми. Общая площадь жилого дома составляла 101,55 кв.м. Дом был построен в 1987 году в поселении, выделенном властями Калининградской области для проживания цыган, на основании Указа от 05.10.1956 года № 450 «О приобщении к труду цыган, занимающихся бродяжничеством» Президиума Верховного Совета СССР призвал цыган перейти к оседлому образу жизни. 

По данному указу власти предоставили для цыганских поселений земли, которые стали для них постоянным местом жительства.

По распоряжению государственных органов Калининградской области от 29.05.2006 года дом истицы был незаконно снесен, в числе других 43 домов в пос. Дорожном. 

Истица направила в администрацию заявление о предоставлении жилого помещения взамен снесенного и признании нуждающейся в жилом помещении, в соответствии с п.3 ст.52 Жилищного кодекса РФ, а также в соответствии с Постановлением Правительства Калининградской области от 28.04.2006 года №288 «О выделении денежных средств» на формирование специализированных жилищных фондов для лиц, не имеющих постоянного места жительства». 

В 2006 году ФИО26 был предоставлен для осмотра и проживания в Краснознаменском районе Калининградской области дом, который фактически жилым не являлся, по причине отсутствия бытовых условий, инфраструктуры и удаленности от населенных пунктов. От проживания в данном доме, истица отказалась.

Ссылаясь на Постановлением Европейского Суда по правам человека от 11.10.2016 года, по делу «ФИО1 и др. против Российской Федерации» считает, что действия администрации Гурьевского городского округа Калининградской области по сносу ее дома, не только нарушают жилищные права, но и являются жестоким обращением, и повлекли угрозу жизни и жизни членов ее семьи.

Просит обязать администрацию Гурьевского городского округа предоставить равноценное благоустроенное жилье по договору социального найма, равнозначное по площади (не менее 90 кв.м.), взамен снесенного в 2006 году жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес >, а также взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. 

В судебном заседании истица ФИО26 заявленные исковые требования, с учетом последних уточнений поддержала в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным выше, просила их удовлетворить.

Представитель ответчика администрации Гурьевского городского округа в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом. В письменном отзыве в удовлетворении заявленных требований просят отказать, из-за отсутствия оснований для предоставления жилого помещения ФИО26 на территории Гурьевского городского округа Калининградской области, поскольку в очереди граждан нуждающихся в предоставлении жилых помещений по договорам социального найма, и состоящих на учете при администрации Гурьевского городского округа, истица не числится. Самовольно возведенные строения в 

<

адрес > были снесены в 2006 году на основании вступивших в законную силу судебных актов. 

Заслушав объяснения участвующих в рассмотрении дела лиц, исследовав материалы дела, обозрев материалы гражданского дела № 2-162/2006, суд считает требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В силу ч.1 ст.1, ч. 1 ст. 11, ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) и ст.3 ГПК РФ предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком.

Правосудие по гражданским делам в соответствии с требованиями ст.12 ГПК РФ осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. При этом каждая из сторон согласно ст. 56 ГПК РФ должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

Судом установлено, что истица ФИО26 состояла в зарегистрированном браке с ФИО2 с 10.06.1987 года. 

Родителями ФИО3 ДД.ММ.ГГ года рождения и ФИО4ДД.ММ.ГГ года рождения, являются ФИО26 и ФИО5

Брак между ФИО26 и ФИО6 был прекращен 31.10.2016 года на основании совместного заявления супругов, не имеющих общих детей, не достигших совершеннолетия (свидетельство о расторжении брака от 31.10.2016 года №).

В ходе судебного разбирательства по настоящему делу установлено, что вступившим в законную силу решением Гурьевского районного суда от 15.02.2006 года удовлетворены исковые требования прокурора Гурьевского района в интересах МО «Гурьевский городской округ» к ФИО26 о сносе самовольной постройки. Решением суда признано возведенное строение, обозначенное на схеме незаконной застройки 

<

адрес > самовольной постройкой и принято решение о сносе указанного строения как самовольно возведенного. 

Вышеназванным решением Гурьевского районного суда Калининградской области от 15.02.2006 года установлено, что администрацией Гурьевского городского округа в январе 2006 годы проведена выездная комиссионная проверка о выявлении незаконного строительства в 

<

адрес >, по результатам которой составлена схема незаконной застройки 

<

адрес >. В ходе проверки были выявлены грубые нарушения градостроительного, земельного, гражданского законодательств. Без разрешения на строительство и оформления земельных отношений с МО «Гурьевский городской округ», возведено одноэтажное строение, Г-образной формы, на бетонном фундаменте, кирпичное, оштукатуренное, размером 15 х 13 м., с шиферной крышей, обозначенное под № на схеме незаконной застройки 

<

адрес >, находящееся в фактическом владении и пользовании ФИО26 

Установлено, что с заявлением в администрацию городского округа по оформлению под строением № никто не обращался, земельные отношения не оформлялись, разрешение на строительство строения № не выдавалось, договор о возведении ИЖД не заключался. В связи, с чем суд пришел к выводу об обоснованности заявленных требований и удовлетворил иск прокурора Гурьевского района в интересах МО «Гурьевский городской округ». 

По сведениям ОСП Гурьевского района Калининградской области в 2006 году на исполнение находился ряд исполнительных производств, предметом исполнения которых являлся снос самовольных строений, расположенных в пос. Дорожное Гурьевского городского округа, которые были окончены в связи с их фактическим исполнением. Указанные исполнительные производства были уничтожены ввиду истечения срока архивного хранения.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением в суд, ФИО26 указывает, что являлась собственником жилого дома по адресу: 

<

адрес >, проживала в нем совместно с супругом и двумя детьми и который 29.05.2006 года по распоряжению государственных органов Калининградской области был незаконно снесен, в числе других 43 домов в 

<

адрес >, ссылаясь на Постановление Европейского Суда по правам человека по делу Постановление Европейского Суда по жалобе N 19841/06 "ФИО7 и другие против России".

Постановление Европейского Суда по жалобе N 19841/06 "Багдонавичюс и другие против России" (вынесено 11.10.2016 года, вступило в силу 06.03.2017 года), рассмотрена жалоба заявителями по которой являлись члены шести цыганских семей, которые проживали в поселке 

<

адрес >, расположенном в Гурьевском городском округе Калининградской области Российской Федерации.

Заявители жаловались, в частности, на нарушение статьи 8 Конвенции о защите прав человека и свобод (далее-Конвенция) отдельно и во взаимосвязи со статьей 14 Конвенции вследствие разрушения их домов и их принудительного выселения, которое, по их утверждению, было осуществлено по причине их принадлежности к цыганской общине. По тем же основаниям они жаловались на нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

Европейским Судом установлено нарушение статьи 8 Конвенции в связи с принятием судами по искам органов прокуратуры решений о сносе домов и выселении заявителей - членов шести цыганских семей без оценки пропорциональности такого вмешательства в их права в контексте возможных последствий исполнения соответствующих судебных решений, а также в связи с тем, что до их принудительного исполнения органы власти не провели с заявителями надлежащих консультаций относительно возможности предоставления надлежащих вариантов размещения заявителей с учетом их потребностей и состава семей.

Одновременно отклонена жалоба заявителей на нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи со сносом самовольно возведенных домов и уничтожением принадлежащего заявителям имущества.

Их выселение из домов и снос домов является нарушением их права на уважение их личной и семейной жизни, и жилища, гарантированного ст. 8 Конвенции, которая предусматривает: 

1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, канонического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц».

Разрешая вопрос о том, являлись ли спорные дома "жилищем" заявителей, Европейский Суд отметил, что "понятие "жилище" по смыслу ст. 8 Конвенции не сводится к занимаемому на законных основаниях или зарегистрированному жилью, а является автономным понятием, содержание которого не зависит от его квалификации во внутреннем законодательстве. При рассмотрении вопроса о том, является ли конкретное жилое помещение "жилищем" в значении ст. 8 Конвенции, следует учитывать фактические обстоятельства дела, в частности, наличие у заинтересованных лиц достаточных и непрерывных связей с таким местом" (пункт 88 постановления).

Суд установил, что "...тот факт, что заявители официально зарегистрированы не в домах, являющихся предметом настоящей жалобы, не имеет решающего значения. Важность этого факта дополнительно снижается, если учесть, что внутригосударственные суды признали осуществление такой регистрации невозможной до тех пор, пока спорное жилье является самовольной постройкой. Что касается довода о том, что некоторые заявители владели на праве собственности иным недвижимым имуществом в других местах, то это необязательно означает, что заявители использовали его для проживания" (пункт 89 постановления).

Европейский Суд также отметил, что "...внутригосударственные суды оставили без удовлетворения ходатайства о вступлении членов семей шестерых заявителей... в разбирательства, касавшиеся сноса их домов, а также об учете состава их семей... Тем самым они были лишены возможности прояснить ситуацию относительно лиц, дома которых представляли собой жилище, и, в частности, определить, мог ли данный вывод, как утверждали власти, не распространяться на некоторых заявителей... При имевшихся обстоятельствах возложение бремени доказывания на одних лишь заявителей было бы чрезмерным" (пункт 90 постановления).

Суд установил, что "...заявители не представили доказательств, свидетельствующих о наличии у них какого-либо права на земельные участки, на которых были расположены их дома. Кроме того, в ходе внутригосударственного судебного разбирательства... национальные судебные органы отказались признать за заявителями право собственности на спорные дома в силу приобретательной давности... в связи с тем, что заявители никогда не обладали какими-либо правами в отношении соответствующих земельных участков. В рамках судебных разбирательств, инициированных прокуратурой, национальные судебные органы также отказались признать права заявителей, предусмотренные ч. 3 ст. 222 ГК РФ, поскольку условия, необходимые для ее применения, не были выполнены. Соответственно... заявители занимали муниципальные земли в отсутствие законных на то оснований" (пункт 99 постановления).

Суд напомнил, что "...несовершение органами государственной власти в течение многих лет действий по выселению заявителей, проживавших на муниципальной земле в отсутствие законных на то оснований, de facto свидетельствует о толерантном отношении властей к такого рода незаконному землепользованию... Суд признал данный фактор существенным и пришел к выводу о необходимости его учета при рассмотрении дела; даже если допустить, что подобные обстоятельства не могли породить у заявителей законной надежды на последующее проживание на данной земле, в результате бездеятельности органов государственной власти у заявителей возникли тесные связи с соответствующей землей, в пределах которой проживала сложившаяся община... В соответствии с принципом пропорциональности подобные ситуации, свидетельствующие о существовании устойчивого сообщества в течение продолжительного периода времени, существенным образом отличаются от стандартного выселения лица из жилища, занятого им в отсутствие законных на то оснований" (пункт 100 постановления).

Европейский Суд отметил, что "...в обоснование решения о сносе домов заявителей национальные судебные органы не привели иных оснований, помимо отсутствия разрешения на строительство и отсутствия законных оснований для занятия соответствующих земельных участков... Утрата жилища является одним из наиболее серьезных вмешательств в право на уважение жилища, а также что любое лицо, которому грозит опасность стать жертвой такого посягательства, должно иметь возможность добиться рассмотрения соразмерности данной меры судом. В частности, национальные судебные органы обязаны подробно рассмотреть аргументы, сформулированные заявителем в ходе судебного разбирательства на внутригосударственном уровне относительно соразмерности такого вмешательства, и дать им надлежащую оценку... Вместе с тем, как следует из обстоятельств настоящего дела, национальные судебные органы приняли решение о сносе домов заявителей без проведения анализа пропорциональности подобной меры: установив незаконный характер соответствующих построек, они признали данный фактор решающим и не стали рассматривать аргументы, сформулированные заявителями. Они отклонили не только доводы, связанные с внушительным возрастом соответствующих построек, возведенных на муниципальных землях, но и аргументы, отсылающие к составу семьи заявителей, а также к отсутствию альтернативного варианта размещения... Подобный подход сам по себе является сомнительным и влечет за собой нарушение принципа пропорциональности: так, вмешательство властей в виде сноса домов заявителей считается "необходимым в демократическом обществе" в случае, если оно отвечает "настоятельной общественной необходимости", полномочиями по оценке которой в первую очередь наделены внутригосударственные судебные органы... Национальные судебные органы не сформулировали никаких пояснений или мотивов относительно "необходимости" вмешательства" (пункт 102 постановления).

Суд подчеркнул, что "...особого внимания заслуживают такие факторы как последствия выселения членов цыганской общины из их домов, наличие риска остаться без крова, а также продолжительность проживания заинтересованных лиц и членов их семей, наличие у них устойчивого сообщества в указанном месте... В соответствии с многочисленными документами, принятыми на международном уровне или на уровне Совета Европы, предоставление альтернативного варианта размещения представителям цыганской общины, подвергаемым принудительному выселению, является обязательным, если такому предоставлению не препятствуют обстоятельства непреодолимой силы... Суд подтвердил принцип, закрепляющий необходимость учета принадлежности заинтересованных лиц к социально неблагополучной группе населения и их конкретных потребностей при рассмотрении национальными судебными органами вопроса о соразмерности вмешательства при принятии решений о незаконном заселении земель, а при возникновении необходимости выселения - определение даты и порядок выселения, а также, по мере возможности, варианты переселения" (пункт 104 постановления).

Суд отметил, что "...возможные последствия сноса домов заявителей и их принудительного выселения не были учтены судами Российской Федерации ни в ходе, ни по итогам судебных разбирательств, инициированных прокуратурой. Что касается даты и порядка выселения... власти Российской Федерации не доказали факт надлежащего уведомления заявителей о возбуждении исполнительного производства с целью сноса домов, а также о порядке сноса" (пункт 105 постановления).

Европейский Суд пришел к выводу, что "...до применения мер по принудительному выселению заявителей национальные органы власти не провели с ними надлежащих консультаций относительно возможности предоставления альтернативных вариантов размещения с учетом потребностей самих заявителей... В данном деле было допущено нарушение статьи 8 Конвенции, поскольку в рамках судебных разбирательств, касавшихся сноса домов заявителей, судами Российской Федерации не был рассмотрен вопрос соразмерности вмешательства в соответствии с требованиями данной статьи, заблаговременно, до принудительного выселения заявителей, органы власти государства-ответчика надлежащим образом не проконсультировались с заинтересованными лицами относительно возможностей переселения с учетом их потребностей" (пункты 107 - 108 постановления).

Одновременно заявители жаловались, ссылаясь на статью 1 Протокола N 1, на нарушение их права на уважение собственности в связи со сносом домов и уничтожением находящегося в них движимого имущества в ходе принудительного выселения.

Европейский Суд установил, что "...заявители полагают, что, отказавшись признать за заявителями право собственности в соответствии со статьей 234 ГК РФ по основанию приобретательной давности, национальные судебные органы неправильно применили нормы действующего законодательства. Вместе с тем, Суд полагает, что сформулированное национальными судебными органами толкование статьи 234 ГК РФ, согласно которому заявители не имели права на приобретение имущества по основанию приобретательной давности в отсутствие надлежащим образом оформленного права собственности на земельный участок, на котором были построены соответствующие дома, не может быть признано ни произвольным, ни необоснованным... Таким образом, Суд не находит оснований для отступления от выводов национальных судебных органов и полагает, что заявители не обладали надлежащими правами на соответствующие дома в значении национального законодательства. Кроме того, заявители не отрицают отсутствие у них каких-либо прав на соответствующие земельные участки" (пункт 114 постановления).

Таким образом, вопреки доводам ФИО26, Постановление Европейского Суда по жалобе N 19841/06 "ФИО8 и другие против России" не содержит выводов о незаконности сноса домов в 

<

адрес >.

Более того, Европейским Судом было установлено, что "... заявители не обладали каким-либо действительным правоустанавливающим документом на спорные дома, в связи с чем не могли считать себя находящимися в положении "правовой безопасности". Во-вторых, из материалов дела не следует, что заявители когда-либо уплачивали какие-либо налоги в связи с владением спорными домами, а равно пользовались коммунальными услугами. В-третьих, Суд полагает, что в рамках данного дела отсутствовало состояние неопределенности относительно применения ст. 222 ГК РФ, которая могла бы породить у заявителей надежду неприменения положений данной статьи в отношении их домов. Отсутствие каких-либо действий со стороны органов государственной власти в течение определенного периода времени не могло создать у заинтересованных лиц чувство защищенности от применения принудительных мер, которые имели место в 2005 и 2006 годах. Наконец, такой фактор как продолжительность владения домами, в отсутствие одного или нескольких из указанных выше элементов, сам по себе является недостаточным для признания имущественного интереса "надлежащим и достаточным" (пункт 117 постановления).

Европейским Судом дано заключение, что "...имущественные интересы заявителей не являлись надлежащими и достаточными для того, чтобы рассматриваться в качестве "имущества" в значении статьи 1 Протокола N 1" (пункт 118 постановления).

В материалы настоящего дела, стороной истца в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено относимых и допустимых доказательств, в подтверждение доводов о принадлежности ФИО26 на праве собственности, в установленном законом порядке жилого дома в пос.Дорожном Гурьевского района Калининградской области.

Предоставленные в материалы дела паспорт на одноквартирный жилой дом в 

<

адрес > от 2000 года, изготовленный институтом «Торгпроект», а также обращение ФИО26 в администрацию Гурьевского городского округа от 19.03.1999 года о предоставлении ей в аренду или в собственность земельного участка в пос.

<

адрес >, таковыми не являются.

Возведенное ФИО26 строение, в 

<

адрес >, являлось самовольно возведенным строением и его снос был осуществлен на основании вступившего в законную силу решения Гурьевского районного суда от 15.02.2006 года.

В обоснование иска ФИО26 также указала, что судебные приставы пришли к ней без предварительного уведомления и 29.05.2006 года дом был снесен бульдозерами в течение часа. Ее семье не предоставили время, чтобы собрать личные вещи и движимое имущество. После сноса дома, она с семьей длительное время, в течение 13 лет, проживала во временных убежищах. Ее дети не могли ходить в школу, она с семьей не могла рассчитывать на социальную и медицинскую помощь, в которой нуждалась. 

Однако такие утверждения истицы опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами.

Из материалов гражданского дела №2-162/2006 год следует, что копия решения суда от 15.02.2006 года была направлена ФИО26 заказным письмом с уведомлением, однако почтовая корреспонденция была возвращена в адрес суда с отметкой «адресат по указанному адресу не проживает». 

В ходе судебного разбирательства ФИО26 в судебные заседания не являлась, поскольку место ее нахождения суду было неизвестно, в судебном заседании 15.02.2006 года ее интересы представлял адвокат по назначению Абдурахманов С.И. 

По данным Территориального управления Новомосковского района Гурьевского городского округа № 526 от 07.05.2018 года ФИО26 была зарегистрирована в пос. 

<

адрес > в период с 19.08.1987 года по 03.09.2004 года. 

Таким образом, на момент сноса самовольно возведенного строения в 

<

адрес > в 2006 году, истица зарегистрирована в нем не была.

Согласно выписке из ЕГРН Росреестра по Калининградской области от 25.10.2018 года ФИО26 на праве собственности принадлежали следующие объекты недвижимости: 

с 21.09.2000 года по 01.07.2003 года неоконченный строительством индивидуальный жилой дом (степенью готовности 23 %) по адресу: 

<

адрес >, площадью 111,2 кв.м., на основании договора купли-продажи домовладения незаконченного строительством от 28.07.2000 года (свидетельство о государственной регистрации права от 22.09.2000 года КО-А № 034741; 

с 23.06.2006 года по 23.01.2015 года земельный участок с кадастровым номером №, для ведения садоводства по адресу: г

<

адрес >, площадью 500 кв.м., на основании договора купли-продажи земельного участка от 01.06.2006 года (свидетельство о государственной регистрации права от 23.06.2006 года 39-АА № 395284). 

По сведениям, содержащимся в выписке из ЕГРН от 25.10.2018 года, бывшему супругу истицы ФИО9 на праве собственности принадлежали следующие объекты недвижимости: 

с 14.06.2001 года (на основании договора купли-продажи) по 11.09.2006 года земельный участок с кадастровым номером №, под строительство индивидуального жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес >, площадью 1083 кв.м.; 

с 14.06.2001 года по 11.09.2006 года жилой дом по адресу: 

<

адрес >, площадью 137 кв.м. (на основании акта о вводе в эксплуатацию, постановления администрации № 353 от 28.04.2001 года); 

с 02.07.2010 года по 01.06.2011 года земельный участок с кадастровым номером №, для ведения садоводства, расположенного по адресу: 

<

адрес >, площадью 611 кв.м. (на основании акта приема – передачи земельного участка № 2345, постановления главы администрации Городского округа «Город Калининград» № 74 от 21.01.2010 года «О предоставлении ФИО10 в собственность для ведения садоводства земельного участка).

Сын истицы - ФИО11 ДД.ММ.ГГ года рождения, на момент сноса самовольно возведенного строения 

<

адрес >, достиг совершеннолетия.

В период с 19.01.2015 года по 17.03.2017 года ФИО27, являлся собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес >, площадью 49,4 кв.м. на основании декларации об объекте недвижимого имущества, договора купли – продажи земельного участка. 

ФИО12 а также ФИО13. с 14.04.2012 года и по настоящее время зарегистрированы по адресу: 

<

адрес > и проживают в указанном жилом помещении по договору социального найма жилого помещения № 11 от 23.03.2011 года, заключенным с муниципальным образованием «Каменское сельское поселение». 

Согласно ответу на запрос суда АО «Ростехинвнтаризация – Федеральное БТИ» от 07.11.2018 года данное жилое помещение, на праве собственности не оформлено.

С 13.12.2013 года по настоящее время дочь истицы - ФИО14 зарегистрирована по адресу 

<

адрес >

Собственником указанной квартиры, площадью 29,1 кв.м., является МО Городской округ «Город Калининград» (свидетельство о государственной регистрации права 39-АБ № 130837 от 07.12.2012 года).

ФИО15 проживает в данном жилом помещении по договору социального найма жилого помещения № 1175 от 21.12.2012 года как член семьи нанимателя ФИО16. (жена сына).

Как пояснила в суде сама ФИО26 на момент сноса самовольно возведенного строения, в 

<

адрес >, то есть на 29.05.2006 года, она с семьей была зарегистрирована и фактически проживала в жилом доме по адресу: 

<

адрес >, собственником которого на тот момент являлся ее супруг - ФИО17

Факт регистрации истицы 

<

адрес >, подтверждается также договором купли-продажи от 01.06.2006 года, заключенным между ФИО18 и ФИО26 земельного участка с кадастровым номером №, для ведения садоводства по адресу: 

<

адрес >, площадью 500 кв.м.

Установленные выше обстоятельства, в своей совокупности опровергают утверждения ФИО26, о том, что самовольно возведенное строение в 

<

адрес >, являлось для нее и членов ее семьи единственным и фактическим местом жительства, поскольку ФИО26 с семьей в нем не проживали, в установленном законом порядке были зарегистрированы по месту фактического жительства в ином жилом доме, собственником которого являлся супруг истицы.

Жилой дом и земельный участок по 

<

адрес >, был приобретен ФИО19 в период брака с истицей и по условиям договора от 24.08.2006 года был продан за 3 688 040 руб., что эквивалентно 137 000 долларов США по курсу 26,92 руб. за один доллар США. Таким образом, вышеуказанные жилой дом и земельный участок являлись совместным имуществом ФИО20 и ФИО26, приобретенным супругами в период брака, и совершение сделки по распоряжению недвижимым имуществом не было осуществлено вопреки волеизъявлению истицы.

Регистрация права собственности на вышеназванные объекты недвижимости ФИО26, ФИО21 и ФИО22 а также наличие постоянной регистрации по месту жительства, как на момент сноса самовольно возведенного строения в 

<

адрес >, так и после его сноса, опровергает утверждения истицы о нарушении ее жилищных прав, со стороны ответчика.

Ссылка истицы на Постановление Европейского Суда по жалобе N 19841/06 "ФИО23 и другие против России", преюдициального значения для настоящего дела не имеет, поскольку юридически значимые обстоятельства, подлежащие установлению в рамках настоящего дела, не совпадают с юридически значимыми обстоятельствами, которые были установлены при вынесении решения Европейским Судом по правам человека при рассмотрении дела по жалобе "ФИО24 и другие против России".

Из анализа текста решения Европейского Суда по правам человека по указанному делу следует, что основанием для его принятия послужило нарушение статьи 8 Конвенции, установленное Европейским Судом, которое состояло в том, что внутригосударственные суды вынесли решение о сносе домов заявителей не проанализировав соразмерность данной меры, и в том, что органы власти государства ответчика надлежащим образом не проконсультировались с заинтересованными лицами, относительно возможности переселения. Не имея возможности строить догадки относительно исхода процедуры в ином случае, Европейский Суд посчитал, что, несмотря на незаконность землепользования решения о выселении заявителей, вероятно, могло сопровождаться сроками и гарантиями, которые позволили бы заявителям подготовиться к отъезду в лучших условиях. Из материалов дела следовало, что заявители покинули свои дома в спешке после начала процедуры выселения. Их дома были снесены в кратчайшие сроки, и заявители должны были понести расходы на переселение. В связи с этим, Европейский Суд полагал, что данный вид причиненного заявителем материального ущерба был связан с установленным нарушением и требовал компенсации. В то же время Европейский Суд отметил, что все требования заявителей о предположительно понесенных ими расходах не подкреплены какими – либо документами, подтверждающие требуемую сумму. Тем не менее, несмотря на сложности с определением точного размера расходов, Европейский Суд посчитал, что заявителям был причинен некоторый материальный ущерб и решил присудить по данному требованию 500 евро в пользу каждого заявителя.

Принимая во внимание, вывод о нарушении статьи 8 Конвенции, Европейский Суд пришел к выводу, что заявителям, несомненно был причинен моральный вред, который не может быть в достаточной степени компенсирован установлением факта нарушения. Европейский Судом отмечено, что суммы требуемые заявителями в качестве компенсации морального вреда, являются чрезмерными. Принимая во внимание совокупность доказательств, имеющихся в его распоряжении, и исходя из принципа справедливости, Европейский Суд посчитал разумным присудить 7500 евро в качестве компенсации морального вреда каждому заявителю (пункты 132-133 постановления).

Между тем, право истицы на денежную компенсацию морального вреда не возникло, ущемление прав ФИО26 вследствие краткого срока сноса домов в 

<

адрес > необходимости подготовки к отъезду, в лучших условиях и дополнительных расходов на переселение, не имело место, а потому оснований считать, что нарушены положения статьи 8 Конвенции, как об этом утверждается в исковом заявлении, не имеется.

Доказательств, подтверждающих совершение администрацией Гурьевского городского округа неправомерных действий в процессе сноса самовольно возведенного строение, обозначенное на схеме незаконной застройки 

<

адрес >, ФИО26 в материалы дела не представлено. Совершенные действия ответчика в установленном законом порядке незаконными не признаны, доказательств их неправомерности отсутствуют.

Исходя из недоказанности факта причинения истцу нравственных и физических страданий действиями администрации Гурьевского городского округа, оснований для применения положений ст. ст. 151 и 1101 ГК РФ судом не установлено, в связи с чем требования о компенсации морального вреда, удовлетворению не подлежат.

ФИО26 дополнительно заявлено требование о возложении на ответчика обязанности предоставить по договору социального найма благоустроенное жилое помещение равнозначное взамен снесенного в 2006 году жилого дома в 

<

адрес >, не менее 90 кв.м.

Для возникновения жилищного правоотношения социального найма жилого помещения, в частности, муниципального жилищного фонда, по смыслу ч. 1 ст. 49 ЖК РФ, необходимо наличие таких юридических фактов, как малоимущность и нуждаемость в жилом помещении.

В соответствии со ст. 49 ЖК РФ жилые помещения муниципального жилищного фонда по договорам социального найма предоставляются малоимущим гражданам, признанным по установленным данным Кодексом основаниям нуждающимися в жилых помещениях, в предусмотренном им порядке; при этом к малоимущим относятся граждане, признанные таковыми органом местного самоуправления в порядке, установленном законом соответствующего субъекта Российской Федерации, с учетом дохода, приходящегося на каждого члена семьи, и стоимости подлежащего налогообложению имущества, находящегося в собственности членов семьи (часть 2).

В соответствии со ст. 52 ЖК РФ принятие на учет граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях осуществляется на основании их заявлений, по итогам рассмотрения которых уполномоченный орган принимает решение о постановке на учет, в связи с чем, гражданин приобретает право состоять на учете в качестве нуждающегося в жилом помещении (ст. ст. 53 и 55 ЖК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 57 ЖК РФ жилые помещения по договору социального найма предоставляются гражданам в порядке очередности, исходя из времени их постановки на учет.

Вне очереди жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, жилые помещения которых признаны в установленном порядке непригодными для проживания и ремонту или реконструкции не подлежат; гражданам, страдающим тяжелыми формами хронических заболеваний, указанных в предусмотренном пунктом 4 части 1 статьи 51 настоящего Кодекса перечне (ч. 2 ст. 57 ЖК РФ).

ФИО26 с 24.01.2018 года по настоящее время зарегистрирована по адресу: 

<

адрес >, собственником которого является ее знакомая ФИО25 

Из пояснений истицы следует, что в настоящее время она фактически проживает по договору найма жилого помещения от 30.05.2017 года по адресу: 

<

адрес >, собственниками которого являются посторонние для нее лица.

По сведениям администрации Гурьевского городского округа № 17/11773 от 27.09.2018 года ФИО26 на учете граждан нуждающихся в улучшении жилищных условий при администрации Гурьевского городского округа не состоит. 

В процессе рассмотрения настоящего дела, установлено, что 02.10.2018 года ФИО26 обратилась с заявлением в администрацию Гурьевского городского округа о постановке на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении в соответствии с п. 3 ст. 52 ЖК РФ и Постановлением Правительства Калининградской области от 28.04.2006 года № 228.

Из ответа администрации Гурьевского городского округа от 11.10.2018 года № 17/12527 следует, что ФИО26 было предложено для решения вопроса о признании ее малоимущей и постановке на учет нуждающейся в жилом помещении подготовить пакет документов в соответствии с прилагаемым перечнем. Кроме того, разъяснено, что на учет нуждающихся в жилой площади могут быть поставлены граждане, имеющие о регистрацию на территории Гурьевского городского округа, или при наличии решения суда, где будет установлено место фактического проживания гражданина и членов его семьи. 

В соответствии с Постановлением Правительства Калининградской области № 288 от 28.04.2006 года для расселения граждан, постоянно проживавших в 

<

адрес >, не имеющих постоянного места жительства и желающих переселится в специализированные жилищные фонды муниципальных образований предлагались районы: Краснознаменский, Нестеровский, Озерский, Славский и Черняховский городские округа. Указанным муниципалитетам в 2006 году было выделено 5 713 157 руб. на формирование специализированных жилищных фондов, при этом Гурьевский городской округ не вошел в выше перечисленный список.

Стороной истца в дело не представлено доказательств о предоставлении ФИО26 взамен снесенного самовольно возведенного строения в 

<

адрес >, жилого помещения для проживания в Краснознаменском районе Калининградской области.

Более того, на тот момент, ФИО26 имела постоянное место жительства и регистрацию в жилой доме по 

<

адрес >, собственником которого являлся ее супруг и не могла являться лицом, не имеющим постоянного места жительства.

В настоящее время, будучи зарегистрированной в жилом доме, площадью 100 кв.м., по адресу: 

<

адрес >, ФИО26 имеет право пользования этим жилым помещением, несмотря на нахождение его в собственности иного лица.

Фактическое проживание по договору найма в жилом помещении, расположенном по адресу: 

<

адрес >, не свидетельствуют об обоснованности заявленных требований.

На учете граждан, нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, при администрации города Калининграда, ФИО26 также не состоит, с заявлением и документами о принятии ее на данный учет в установленном законом порядке не обращалась, что не оспаривалось истицей в ходе судебного разбирательства.

При этом, действующим законодательством, не предусмотрено обязанности по предоставлению органами местного самоуправления гражданам, жилых помещений по договорам социального, взамен самовольно возведенных и снесенных строений. 

Таким образом, оснований для возложения на администрацию Гурьевского городского округа обязанности по предоставлению ФИО26 жилого помещения по договору социального найма не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ суд, 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО26 к администрации Гурьевского городского округа о предоставлении благоустроенного жилого помещения по договору социального найма, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Гурьевский районный суд Калининградской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 05.02.2019 года. 

Председательствующий: Пасичник З.В.