ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Юдакова Л.В. I инстанция – дело № 2-А4/2025

Докладчик Коровкина А.В. апелл. инстанция – дело № 33-215/2026

УИД: 48RS0022-02-2024-000248-74

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 г. судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:

председательствующего Тельных Г.А.,

судей Коровкиной А.В. и Курдюкова Р.В.

при секретаре Фроловой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Липецке апелляционные жалобы истца ФИО3, ответчика ФИО4 на решение Елецкого районного суда Липецкой области от 27 мая 2025 г., которым постановлено:

«Иск ФИО3 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, происшествием, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца 

<

адрес>, (паспорт гражданина РФ №), в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца 

<

адрес>, (ИНН №), в возмещение ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 364 500 (триста шестьдесят четыре тысячи пятьсот) рублей, судебные расходы на общую сумму 12 820 (двенадцать тысяч восемьсот двадцать) рублей, а всего 377 320 (триста семьдесят семь тысяч триста двадцать) рублей.

В удовлетворении иска ФИО3 к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, отказать».

Заслушав доклад судьи Коровкиной А.В., судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО5 о возмещении ущерба. В обоснование заявленных требований истец указал, что 8 июня 2024 г. на 23 км автодороги М-9 «Балтия» (дублер) в г.о. Красногорске Московской области произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого водитель ФИО4, управляя автомобилем Опель Астра госномер №, принадлежащим на праве собственности ФИО5, допустил столкновение с автомобилем БМВ 320 госномер №, принадлежащим ФИО3 Водитель ФИО4 допустил нарушение п.п. 1.5 и 9.10 Правил дорожного движения, выбрав неправильную скорость движения и дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, не справился с управлением, совершил столкновение с движущейся впереди автомашиной БМВ 320 под управлением ФИО6 Согласно заключению эксперта-техника ООО «ПРО-ЭКСПЕРТ» ФИО1 № 101/24 от 28 июня 2024 г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составила 728 999 рублей. Ссылаясь на то, что полис ОСАГО у водителя ФИО4 отсутствовал, истец просил взыскать с собственника транспортного средства Опель Астра госномер № ФИО5 сумму ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 728 999 рублей, расходы по составлению заключения в размере 15 000 рублей и расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 640 рублей.

В последующем к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО4

Истец ФИО3, ответчики ФИО5, ФИО4, третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явились.

Судом постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе истец ФИО3, ссылаясь на несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, нарушение норм материального права, просит решение отменить, принять новое решение, которым удовлетворить его требования в полном объеме.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО4, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, просит решение отменить, оставить исковое заявление без рассмотрения.

Выслушав объяснения ответчика ФИО4 и его представителя по заявлению ФИО7, поддержавших доводы апелляционной жалобы ответчика и возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы истца, допросив эксперта ФИО2, проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 8 июня 2024 г. в 16 часов 50 минут на 23 км автодороги М-9 «Балтия» (дублер) произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля БМВ 320 госномер №, принадлежащего ФИО3, под управлением ФИО6 и автомобиля Опель Астра госномер № под управлением ФИО4

11 июня 2024 г. инспектором группы по ИАЗ 11 батальона ДПС (северный) ГИБДД ГУ МВД России по Московской области в отношении ФИО4 был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Постановлением инспектора группы по ИАЗ 11 батальона ДПС (северный) ГИБДД ГУ МВД России по Московской области от 11 июня 2024 г. ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 1 500 рублей.

Согласно указанному постановлению водитель ФИО4, управляя автомобилем Опель Астра госномер №, в результате неправильно выбранной скорости движения и дистанции до движущегося впереди транспортного средства, не справился с управлением и совершил столкновение с движущейся впереди автомашиной БМВ 320 госномер № под управлением водителя ФИО6

Гражданская ответственность владельца транспортного средства БМВ 320 госномер № была застрахована в АО «АльфаСтрахование», гражданская ответственность владельца транспортного средства Опель Астра госномер № застрахована не была.

Обращаясь в суд, ФИО3 представил заключение эксперта-техника ООО «ПРО-ЭКСПЕРТ» ФИО1 № 101/24 от 28 июня 2024 г., согласно которому рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца, поврежденного в результате ДТП 8 июня 2024 г., составила 728 999 рублей. Указанное заключение ответчиками не оспаривалось.

В связи с возражениями ответчика ФИО4 об отсутствии его вины в совершении ДТП определением суда первой инстанции от 7 ноября 2024 г. по делу была назначена автотехническая экспертиза с поручением ее проведения ИП ФИО2.

Согласно заключению эксперта ФИО2 № 18-25 от 6 мая 2025 г. на дату дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля БМВ 320 госномер № двигался по левой полосе движения. Водитель автомобиля Опель Астра госномер № двигался сонаправленно позади автомобиля БМВ. В некоторый момент времени водитель автомобиля БМВ подал сигнал указателя поворота направо и начал изменять траекторию движения вправо, выполняя маневр перестроения на правую полосу. В процессе выезда из полосы движения водитель автомобиля изменил траекторию движения влево, возвращаясь в свою полосу движения, не завершив маневр перестроения. В этот момент водитель автомобиля Опель, двигавшийся позади автомобиля БМВ с большей скоростью относительно автомобиля БМВ, допустил столкновение передней правой частью своего автомобиля с задней левой частью автомобиля БМВ. Место столкновения расположено на середине левой полосы движения относительно направления движения обоих автомобилей. Угол в момент первичного столкновения составляет 3-8 градусов между продольных осей автомобилей БМВ и Опель. Столкновение характеризуется как: перекрестное, попутное, косое, скользящее, эксцентрическое с малым перекрытием для обоих автомобилей. В процессе взаимодействия автомобиль Опель продолжил поступательное перемещение, контактируя правой габаритной плоскостью с левой габаритной плоскостью автомобиля БМВ и левой габаритной плоскостью с дорожным ограждением барьерного типа. После чего водитель автомобиля Опель совершил полную остановку. Водитель автомобиля БМВ после первичного контактного взаимодействия продолжил некоторое поступательное перемещение до полной остановки. Автомобили заняли конечное положение в соответствии со схемой места совершения административного правонарушения.

С технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля БМВ ФИО6 и водитель автомобиля Опель Астра ФИО4 должны были действовать в соответствии с Правилами дорожного движения Российской Федерации, водитель автомобиля БМВ: п.п. 1.5, 8.1, 8.2, 8.4, водитель автомобиля Опель: п.п. 1.5, 10.1, 10.2, 9.10.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение ИП ФИО2, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в спорном дорожно-транспортном происшествии обоюдной вины водителей ФИО6 и ФИО4, указав, что нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации обоими водителями находится в причинно-следственной связи с произошедшим столкновением автомобилей. Суд сослался на то, что ФИО6 в нарушение требований п.п. 1.5, 8.1, 8.2, 8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, подав сигнал указателя поворота направо, начала изменять траекторию движения вправо, выполняя маневр перестроения на правую полосу, однако изменила траекторию движения влево, возвращаясь в свою полосу движения, не завершив маневр перестроения, в то время как водитель автомобиля Опель Астра ФИО4 также допустил нарушение требований п.п. 1.5, 9.10, 10.1 названных Правил, не убедившись в отсутствии опасности для движения, выбрал неправильную скорость движения и дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, не справился с управлением и допустил наезд на автомобиль истца.

С выводом районного суда о наличии обоюдной вины водителей автомобилей БМВ 320 госномер № и Опель Астра госномер № в произошедшем ДТП судебная коллегия согласиться не может ввиду следующего.

При решении вопроса о вине того или иного участника в состоявшемся ДТП следует устанавливать и оценивать не сам факт наличия либо отсутствия нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации (далее также – Правила) в его действиях, а то, каким именно образом соответствующие нарушения повлияли на развитие механизма ДТП. Следует принимать во внимание, что не всякое нарушение Правил одним из водителей можно считать способствовавшим в той или иной степени наступлению ДТП и находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями. При сопоставлении действий каждого из водителей с требованиями, предписываемыми Правилами, суду в каждом конкретном случае надлежит при определении степени их вины проверять, чьи действия непосредственно повлияли на дорожную обстановку и создали опасность для движения транспортных средств.

В силу п. 1.5 Правил участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п. 8.1 Правил перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В соответствии с п. 8.2 Правил подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

В силу п. 8.4 Правил при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения.

Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (п. 9.10 Правил).

Согласно п. 10.1 Правил водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Допрошенный в заседании суда апелляционной инстанции эксперт ФИО2 данное им заключение поддержал, показал, что если бы водитель транспортного средства Опель Астра соблюдал дистанцию до впереди движущегося транспортного средства и избрал скорость, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, дорожно-транспортное происшествие бы не произошло.

Под опасностью для движения согласно абз. 25 ст. 1.2 Правил понимается ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

В силу изложенных выше пунктов Правил водитель транспортного средства перед перестроением обязан заблаговременно подать сигнал соответствующего поворота и при выполнении указанного маневра должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения.

Под требованием уступить дорогу (не создавать помех) в соответствии с Правилами понимается требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил (п. 1.3).

Следовательно, предполагается, что каждый допущенный в установленном порядке к управлению транспортными средствами водитель должен знать и понимать установленный на всей территории Российской Федерации единый порядок дорожного движения, в том числе порядок выполнения маневров. Соответственно, водитель вправе ожидать и от других участников дорожного движения поведения, соответствующего Правилам.

Применительно к рассматриваемой дорожной ситуации изложенное означает, что водитель транспортного средства, выполняющего перестроение, вправе ожидать, что водитель движущегося позади автомобиля до момента завершения названного маневра будет соблюдать необходимую дистанцию и не будет увеличивать скорость движения сразу после подачи сигнала поворота или в момент, когда движущееся впереди транспортное средство не завершило выезд из занимаемой полосы, поскольку в силу обязанности водителя не создавать при перестроении помехи другим участникам дорожного движения не исключается смещение выполняющего данный маневр автомобиля, не покинувшего свою полосу, обратно в ранее занимаемое положение.

Между тем установлено, что водитель автомобиля Опель Астра двигался позади автомобиля БМВ с большей скоростью относительно последнего в одной полосе движения (левой). Автомобиль БМВ осуществил выезд правыми колесами на правую полосу движения; в момент, когда водитель ФИО6 изменила траекторию движения влево, транспортное средство под ее управлением находилось на середине проезжей части. То есть водитель ФИО4, двигаясь на автомобиле Опель Астра со скоростью, превышающей скорость автомобиля БМВ, при возникновении опасной и аварийной обстановки выполнял маневр объезда движущегося впереди транспортного средства в момент, когда тот не выполнил маневр перестроения и не выехал за пределы своей полосы.

В своих письменных объяснениях по делу об административном правонарушении ФИО4 не оспаривал, что водитель транспортного средства БМВ ФИО6 попыталась вернуться в занимаемую ею полосу, поскольку перестроиться ей не позволил другой автомобиль путем подачи сигнала.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия не может согласиться с выводом суда первой инстанции о наличии обоюдной вины водителей ФИО6 и ФИО4 в спорном дорожно-транспортном происшествии.

Вопреки выводу районного суда, действия водителя ФИО6 по изменению траектории влево после начала выполнения маневра перестроения на правую полосу не являлись основанием для вывода о наличии оснований для распределения вины между участниками ДТП, поскольку они были направлены на выполнение п. 8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, что во взаимной связи с описанной выше дорожной ситуацией не позволяет установить нарушение такими действиями п.п. 1.5, 8.1 и 8.2 этих же Правил.

Названные действия водителя автомобиля БМВ 320 не создали опасность для движения, а также помехи автомобилю Опель Астра, поскольку именно водитель ФИО4 в нарушение требований п.п. 9.10 и 10.1 Правил изначально избрал скорость, превышающую скорость двигавшегося сонаправленно впереди транспортного средства БМВ 320 госномер №, и не выдержал такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения. Следовательно, в непосредственной причинно-следственной связи с соответствующими последствиями находятся именно действия водителя Опель Астра госномер № ФИО4

Поскольку вывод суда первой инстанции о наличии оснований для распределения вины между участниками ДТП является ошибочным, в пользу ФИО3 надлежит взыскать причиненный ущерб в полном объеме, то есть в размере 728 999 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при предъявлении иска к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (ст. 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, если право истца фактически нарушено одним из ответчиков по делу, то судебные расходы, в том числе государственная пошлина, могут быть взысканы только с того ответчика, который нарушил право другой стороны или занимал активную позицию, направленную на отклонение обоснованно заявленных исковых требований.

Следовательно, возможность пропорционального присуждения в пользу истца понесенных им судебных расходов поставлена в зависимость от неполного размера удовлетворенных судом имущественных требований, подлежащих оценке, а не от количества ответчиков по делу в случае, когда надлежащими признаны не все из них.

Таким образом, понесенные истцом судебные расходы, а именно расходы по оплате составления заключения № 101/24 от 28 июня 2024 г. в размере 15 000 рублей и расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 640 рублей подлежат взысканию в его пользу в полном объеме.

Довод апелляционной жалобы истца ФИО3 о неправильном определении надлежащего ответчика по делу отклоняется.

Как установлено судом, 7 июня 2024 г., то есть за день до ДТП, между продавцом ФИО5 и покупателем ФИО4 был заключен договор купли-продажи транспортного средства Опель Астра госномер №.

Реальность исполнения сделки по отчуждению транспортного средства ответчиками была подтверждена, пропуска срока обращения в регистрационное подразделение для внесения изменений в регистрационные данные транспортного средства в связи со сменой владельца транспортного средства (в течение десяти дней со дня приобретения прав владельца транспортного средства – п. 3 ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 3 августа 2018 г. № 283-ФЗ «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», п. 7 Правил государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21 декабря 2019 г. № 1764) на момент спорного ДТП не имелось.

Ссылка истца на то, что до настоящего времени автомобиль Опель Астра госномер № в органах Госавтоинспекции не зарегистрирован за ФИО4, не свидетельствует о том, что надлежащий ответчик по делу районным судом был определен неправильно.

В соответствии с п. 3 ст. 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» (в редакции, действовавшей на момент возникновения правоотношений) транспортное средство допускается к участию в дорожном движении в случае, если оно состоит на государственном учете, его государственный учет не прекращен и оно соответствует основным положениям о допуске транспортных средств к участию в дорожном движении, установленным Правительством Российской Федерации.

Таким образом, регистрация транспортных средств обусловливает их допуск к участию в дорожном движении, носит учетный характер и не является обязательным условием для возникновения на них права собственности.

Гражданский кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета.

Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета.

Данная правовая позиция изложена в п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2017 г.

Мнение истца о том, что регистрация транспортного средства Опель Астра госномер № за ФИО5 может повлечь трудности в исполнении решения о взыскании задолженности с ФИО4, в том числе за счет стоимости данного имущества, и делает судебный акт неисполнимым, не является основанием для возложения ответственности по возмещению причиненного ФИО3 ущерба полностью или в части на ФИО5, собственником транспортного средства Опель Астра на момент ДТП от 8 июня 2024 г. не являвшегося. При этом вопросы установления имущества должника, на которое может быть обращено взыскание по требованиям взыскателя, относятся к компетенции судебного пристава-исполнителя и подлежат рассмотрению в ходе исполнительного производства. Из материалов дела не следует, что имущество ФИО4, за счет стоимости которого возможно исполнение решения суда, ограничено автомобилем Опель Астра госномер №, и сам вопрос о перечне такого имущества к юридически значимым обстоятельствам, установление которых необходимо для правильного разрешения настоящего гражданского спора, не относится.

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ответчика ФИО4 судебная коллегия не усматривает.

В апелляционной жалобе ответчик просил в том числе оставить исковое заявление без рассмотрения, ссылаясь на положения п. 114 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и необходимость привлечения к участию в деле в качестве соответчика страховой компании, застраховавшей гражданскую ответственность владельца транспортного средства БМВ 320 госномер №.

В соответствии с п. 1 ст. 14.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств: в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подп. «б» настоящего пункта; дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух и более транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована по договору обязательного страхования в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Как разъяснено в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховое возмещение в порядке прямого возмещения убытков не производится, если гражданская ответственность хотя бы одного участника дорожно-транспортного происшествия не застрахована по договору обязательного страхования.

Поскольку гражданская ответственность владельца транспортного средства Опель Астра госномер № ФИО4 не была застрахована в установленном законом порядке, потерпевший ФИО3 не мог предъявить АО «АльфаСтрахование» требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, в порядке прямого возмещения убытков, следовательно, ущерб подлежит возмещению причинителем вреда по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством (ст.ст. 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации), и страховая компания потерпевшего не подлежала привлечению к участию в деле ни в качестве третьего лица, поскольку решение по делу не может повлиять на ее права или обязанности по отношению к одной из сторон, ни тем более в качестве соответчика.

Не является состоятельным и довод апелляционной жалобы ответчика ФИО4 о необоснованном, по его мнению, отказе в приостановлении производства по гражданскому делу до рассмотрения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности.

В силу абз. 5 ст. 215 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого в гражданском, административном или уголовном производстве, а также дела об административном правонарушении.

По смыслу приведенной нормы приостановление производства по гражданскому делу до разрешения другого дела, рассматриваемого в гражданском, уголовном или административном производстве, допустимо в том случае, если факты и правоотношения, которые подлежат установлению в порядке гражданского, уголовного или административного производства, имеют юридическое значение для данного дела.

Из содержания ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что постановления по делу об административном правонарушении, вынесенные административными органами, не имеют для суда преюдициального значения при разрешении спора о гражданско-правовых последствиях действий лиц, в отношении которых они вынесены, и подлежат оценке наряду с иными доказательствами по делу.

В силу положений ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При этом, как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации, установление лица, виновного в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, не входит в предмет доказывания по делам об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Таким образом, в рамках дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, лицо может быть привлечено к ответственности за установленный факт нарушения конкретного пункта Правил дорожного движения Российской Федерации, иных выводов в соответствующем постановлении содержаться не должно.

Соответственно, вне зависимости от исхода рассмотрения жалобы ФИО4 на постановление инспектора группы по ИАЗ 11 батальона ДПС (северный) ГИБДД ГУ МВД России по Московской области от 11 июня 2024 г. постановленный акт не будет содержать выводов, имеющих преюдициальное значение для суда, рассматривающего настоящий гражданский спор, и не сможет опровергнуть вывод о вине ФИО4 в совершении ДТП.

При этом установленное судом в рамках производства по делу об административном правонарушение наличие или отсутствие в действиях одного из участников ДТП вмененного тому состава административного правонарушения в любом случае не является определяющим для суда, рассматривающего спор о возмещении ущерба, при разрешении вопроса о вине того или иного водителя, о наличии оснований для распределения степени вины между ними. Как ранее отмечалось, суду при рассмотрении такого спора следует устанавливать и оценивать не сам факт наличия либо отсутствия нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации в действиях водителей, а то, каким именно образом эти нарушения (которые с учетом соответствующих фактических обстоятельств могут быть установлены в том числе только в ходе рассмотрения гражданского дела) повлияли на развитие механизма ДТП и находятся ли они в причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Следовательно, оспаривание одним из участников ДТП постановления, вынесенного в отношении него по делу об административном правонарушении, не является основанием для приостановления производства по гражданскому делу, возбужденному по иску о возмещении причиненного в результате этого ДТП ущерба, в котором имеется спор о вине.

Таким образом, решение Елецкого районного суда Липецкой области от 27 мая 2025 г. подлежит изменению в части размеров взысканных с ФИО4 в пользу ФИО3 денежных сумм, с ФИО4 в пользу ФИО3 следует взыскать в возмещение ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 728 999 рублей, судебные расходы на общую сумму 25 640 рублей, а всего 754 639 рублей. В остальной же части решение надлежит оставить без изменения.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Елецкого районного суда Липецкой области от 27 мая 2025 г. изменить в части размеров взысканных с ФИО4 в пользу ФИО3 денежных сумм.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 в возмещение ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 728 999 рублей, судебные расходы на общую сумму 25 640 рублей, а всего 754 639 рублей.

В остальной части решение оставить без изменения.

Апелляционную жалобу ответчика ФИО4 оставить без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 26 января 2026 г.