П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Абакан 19 декабря 2017 г.

Верховный Суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Сиротинина М.П.,

при секретаре Хорошевой О.А.,

с участием:

государственного обвинителя - прокурора отдела Прокуратуры Республики Хакасия Родионова М.В.,

потерпевших: Потерпевший №1 и Потерпевший №2,

подсудимого ФИО13,

защитника-адвоката адвокатской консультации №5 Межреспубликанской коллегии адвокатов Теплова К.П., представившего удостоверение №19/265 и ордер № 004148 от 04 декабря 2017 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО13, родившегося 

<

данные изъяты> судимого:

- приговором мирового судьи судебного участка № 1 г. Абакана Республики Хакасия от 12 мая 2012 г. по ч. 1 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 месяца. В соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год. Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 в границах Усть-Абаканского района Республики Хакасия от 12 ноября 2012 г. испытательный срок продлен на 1 месяц;

- приговором Абаканского городского суда Республики Хакасия от 17 мая 2013 г. (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия от 09 июля 2013 г.) по ч. 1 ст. 158 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ, ст. 70 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года 2 месяца. Освобожден из мест лишения свободы по отбытии срока наказания 31 марта 2016 г.;

- приговором Абаканского городского суда Республики Хакасия от 28 июня 2017 г. по ч. 1 ст. 119 УК РФ, ч. 1 ст. 3141 УК РФ, ч. 1 ст. 3141 УК РФ с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год.

Содержащегося под стражей со 02 июня 2017 г., -

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО13 умышленно причинил смерть двум лицам, то есть совершил убийство ФИО1 и ФИО2 

Данное преступление совершено им в г. Абакане Республики Хакасия 27 мая 2017 г. при следующих обстоятельствах.

27 мая 2017 г. в период с 09 часов до 21 часа ФИО13 в 

<

адрес> г. Абакана Республики Хакасия распивал спиртные напитки с ФИО1 и ФИО2

Во время распития спиртного, в вышеуказанное время, между ФИО13 и ФИО2 произошла ссора из-за того, что ФИО2 рассказал ФИО13 о вступлении им и ФИО1 в половую связь с гражданской женой ФИО13 – ФИО3 

В ходе возникшей ссоры ФИО13 решил убить ФИО1 и ФИО2

Далее, в вышеуказанное время, ФИО13, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в помещении зала вышеназванной комнаты, реализуя свой умысел на убийство двух лиц, а именно ФИО1 и ФИО2, из-за возникших к ним личных неприязненных отношений, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО1, взял в этой же комнате нож, которым умышленно, с целью причинения смерти ФИО1, нанес лежавшему на кровати в зале ФИО1 не менее 3 ударов в область жизненно важного органа – грудной клетки, а именно один удар в область задней стенки грудной клетки по срединной линии и не менее 2 ударов в область передней стенки грудной клетки слева, причинив ему прижизненные телесные повреждения в виде:

- слепого проникающего колото-резаного ранения передней стенки грудной клетки слева в проекции второго левого ребра между средней ключичной и передней подмышечной линиями с повреждением по ходу раневого канала: кожи, подкожно-жировой клетчатки, хрящевой части второго левого ребра, верхней доли левого легкого, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневого канала;

- слепого проникающего колото-резаного ранения передней стенки грудной клетки слева в проекции второго левого ребра, между средней ключичной и передней подмышечной линиями с повреждением по ходу раневого канала: кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц в третьем межреберье слева, хрящевой части третьего левого ребра, верхней доли левого легкого, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневого канала;

- слепого проникающего колото-резаного ранения задней стенки грудной клетки по срединной линии с повреждением по ходу раневого канала: кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц в седьмом межреберье справа по около позвоночной линии, нижней доли правого легкого, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневого канала, 

которые повлекли тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью.

В результате действий ФИО13 на месте происшествия наступила смерть ФИО1 от причиненных ему вышеописанных телесных повреждений, осложнившихся развитием обильной кровопотери. 

Непосредственно после этого ФИО13, продолжая реализацию своего умысла на убийство двух лиц, а именно ФИО1 и ФИО2, в вышеуказанное время, находясь в состоянии алкогольного опьянения, зашел в помещение спальни вышеназванной комнаты, где, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО2, умышленно, с целью причинения смерти ФИО2, нанес лежащему на диване ФИО2 тем же ножом не менее 23 ударов в область жизненно важных органов: грудной клетки и шеи, причинив ему прижизненные телесные повреждения в виде: 

- пяти слепых колото-резаных ранений передней стенки грудной клетки слева, проникающих в левую плевральную полость, с повреждениями по ходу раневых каналов: кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц в первом, втором, третьем межреберьях слева, с повреждениями верхней доли левого на передней поверхности, повреждениями на междолевой поверхности верхней доли левого легкого, повреждением на междолевой поверхности нижней доли левого легкого, сквозным повреждением верхней доли левого легкого и повреждением хрящевой части третьего левого ребра; 

- трех слепых колото-резаных ранений передней стенки грудной клетки слева, проникающих в левую плевральную полость, с повреждениями по ходу раневых каналов: кожи, подкожно-жировой клетчатки, хрящевой части четвертого левого ребра, со сквозными повреждениями передней стенки сердечной сорочки, сквозными повреждениями передней стенки правого желудочка, сквозным повреждением межжелудочковой перегородки, сквозным повреждением боковой стенки левого желудочка, повреждением нижней доли левого легкого на боковой поверхности, повреждением нижней доли левого легкого на передней поверхности, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневых каналов;

- двух слепых колото-резаных ранений задней стенки грудной клетки слева, проникающих в левую плевральную полость, с повреждениями по ходу раневых каналов: кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц в девятом, десятом межреберьях слева, повреждениями нижней доли левого легкого по задней поверхности, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневых каналов, 

которые повлекли тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью, 

а также прижизненные телесные повреждения в виде:

- двенадцати слепых колото-резаных ранений передней стенки грудной клетки по средней линии, справа, боковой поверхности справа, непроникающих в плевральную полость, с повреждением подкожно-жировой клетчатки и подлежащих мышц; 

- резаной раны передней поверхности шеи с повреждением подкожно-жировой клетчатки, 

которые повлекли легкий вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) и не имеют отношения к причине смерти. 

В результате действий ФИО13 на месте происшествия наступила смерть ФИО2 от причиненных ему множественных слепых, проникающих колото-резаных ранений передней и задней стенок грудной клетки, осложнившихся развитием обильной кровопотери. 

Выражая свое отношение к предъявленному обвинению, подсудимый вину в совершении инкриминируемого ему преступления полностью признал, но отказался от дачи показаний, воспользовавшись правом, предоставленным ему ст. 51 Конституции Российской Федерации.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, проанализировав показания подсудимого, суд находит, что событие преступления, а также вина ФИО13 в его совершении при вышеописанных обстоятельствах установлена и подтверждается, помимо собственных показаний подсудимого, показаниями потерпевших и свидетелей, протоколами следственных действий, заключениями судебных экспертиз и другими материалами дела, исследованными в ходе судебного следствия.

В связи с отказом подсудимого от дачи показаний в порядке, предусмотренном ст. 276 УПК РФ, были оглашены его показания, данные в ходе предварительного следствия.

Из содержания оглашенных протоколов допросов ФИО13 следует, что он, будучи неоднократно допрошенным в ходе предварительного следствия, показал, что 26 мая 2017 г. знакомая сообщила о том, что его супруга изменяет ему. 

В тот же день он поговорил со своей супругой ФИО3, которая подтвердила факт измены, но не сообщила имени своего любовника. Однако в разговорах с соседями он узнал, что его супруга изменяла ему с мужчиной по имени «Евгений», а также с ФИО1 и ФИО2, которые жили в том же что и он общежитии, на втором этаже, в секции №.

После этого он, взяв с собой самогон, пошел к ФИО1 и ФИО2, у которых хотел выяснить об изменах своей супруги. 

В дальнейшем он вместе с ФИО1 и ФИО2 в комнате у последних в течение 2 дней употреблял крепкие спиртные напитки.

В обеденное время 27 мая 2017 г., во время распития спиртного, он спросил у ФИО2 о наличии у последнего с ФИО3 интимной связи. В ответ ФИО2 не только подтвердил, что совершал по обоюдному согласию с ФИО3 половой акт, но пояснил, что ФИО3 в этой же комнате вступала в половую связь с ФИО1 После этого между ним, ФИО1 и ФИО2 возникла ссора, в ходе которой они стали общаться друг с другом на повышенных тонах. Он спросил у ФИО1 о том, занимался ли тот сексом с его супругой, но последний грубо отказался отвечать на его вопрос.

Около 15-16 часов 27 мая 2017 г. ФИО1 и ФИО2 легли спать. В это время он, разозлившись на грубость со стороны ФИО1 и нежелание последнего разговаривать, взял лежавший на столе кухонный нож и, держа его в правой руке, нанес лежавшему на боку на кровати в зале ФИО1 удар в спину, а затем, когда тот повернулся на спину, ещё дважды ударил его ножом в область сердца.

Непосредственно после этого он с ножом в руках прошел в спальню, где на диване на спине лежал ФИО2 Подойдя к ФИО2, он нанес тому множество ударов ножом по различным частям тела. Закончив наносить удары ФИО2, он положил нож на его грудь.

После совершения вышеописанных действий он, спустя примерно 30 минут, убедившись в том, что мужчины мертвы, переоделся, замкнул входную дверь комнаты и ушел, оставив одежду, в которой совершил убийства, на месте происшествия (т.2 л.д. 95-99, 126-128, 135-142). 

При проверке показаний на месте ФИО13, полностью подтвердив вышеприведенные показания, точно указал место совершения им преступления 

<

адрес>, а также продемонстрировал, в том числе и на манекене, каким образом он причинил смерть вначале ФИО1, а затем ФИО2, нанося им удары ножом. 

ФИО13 также уточнил, что перед тем, как покинуть место происшествия, накрыл труп ФИО2 полотенцем.

Кроме того, ФИО13 при проведении названного следственного действия указал на оставшуюся в комнате одежду, в которой находился в момент совершения преступления (т.2 л.д. 105-114).

После оглашения указанных показаний подсудимый пояснил, что действительно давал их в ходе предварительного следствия, а также подтвердил их достоверность и правильность.

Кроме того, подсудимый заявил, что он решил совершить убийства и ФИО1, и ФИО2 из-за происшедшей между ними ссоры и грубого поведения ФИО1, оскорбившего его.

Оценивая все вышеприведенные показания ФИО13, суд находит их достоверными, поскольку они соответствуют иным исследованным доказательствам, в том числе данным осмотра места происшествия и заключениям судебных экспертиз.

В частности, суд находит достоверными показания подсудимого, данные им в ходе предварительного следствия, как относительно событий, предшествующих совершению им преступления, так и об обстоятельствах (месте, времени и способе) совершения убийств ФИО1 и ФИО2 При этом суд находит, что в приведенных показаниях подсудимый последовательно и детально описал не только обстоятельства (время и место) совершения им убийств, но и способ, и орудие совершения преступления, конкретизировав свои действия при проведении проверки показаний на месте. 

Как видно из оглашенных в судебном заседании протоколов следственных действий, показания подсудимого получены с надлежащим соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением ему прав в полном объеме, с участием защитника, что само по себе исключает возможность оказания на подсудимого какого-либо давления со стороны сотрудников правоохранительных органов. С протоколами следственных действий ФИО13 ознакомился и собственноручно удостоверил правильность изложения в них своих показаний, что подтверждено им в судебном заседании. Из содержания протокола проверки показаний на месте следует, что ФИО13 самостоятельно и без подсказок (указаний) сотрудников правоохранительных органов продемонстрировал последовательность своих действий по совершению преступления и конкретизировал свои действия, изобличив тем самым себя в совершении убийств ФИО1 и ФИО2. Законность проведения вышеуказанных следственных действий не оспаривается в судебном заседании стороной защиты. 

С учетом изложенных обстоятельств, оснований для признания показаний ФИО13, данных им на досудебной стадии производства по делу, в качестве недопустимых не имеется.

Помимо собственных показаний ФИО13, данных им в ходе предварительного следствия, его вина в совершении преступления при установленных и описанных судом обстоятельствах подтверждается иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, допрошенная судом потерпевшая Потерпевший №1 пояснила, что ФИО2 являлся ее племянником, который проживал в общежитии в приобретенной ею ранее комнате по адресу: 

<

адрес> 

02 июня 2017 г. ей от сотрудников полиции стало известно, что ФИО2 и его знакомого ФИО1 нашли мертвыми по месту жительства ФИО2 

В свою очередь, потерпевшая Потерпевший №2, сестра погибшего ФИО1, показала суду, что ее брат с марта 2017 г. проживал у ФИО2 в общежитии, расположенном по адресу: 

<

адрес>.

02 июня 2017 г. ей сообщили о том, что ФИО1 нашли мертвым в комнате по месту его жительства.

Вина подсудимого в совершении вышеописанного преступления, а также достоверность вышеприведенных показаний как потерпевших, так и самого ФИО13 подтверждаются показаниями свидетелей.

В частности, допрошенный судом ФИО4 являющийся участковым уполномоченным полиции, как в судебном заседании, так и на досудебной стадии производства по делу (т.1 л.д. 113-116) пояснил, что в связи со служебной необходимостью он вместе со своим начальником ФИО5 и вторым участковым уполномоченным ФИО6 01 июня 2017 г. прибыл в общежитие, где проживал ФИО13 Поскольку последний отсутствовал по месту своего жительства, они у его соседей выяснили, что последний раз его видели в комнате, где проживали ФИО1 и ФИО2 Когда они пришли к названной им комнате, то присутствующая там женщина сообщила о том, что дверь в комнату ФИО2 в течение нескольких дней закрыта, но внутри постоянно горит свет, и из комнаты исходит специфический трупный запах. 

Получив информацию, они вскрыли комнату ФИО2 При осмотре комнаты, в зале на кровати, ими был обнаружен труп ФИО1, а на диване в спальне найден накрытый полотенцем труп ФИО2, на плече которого лежал кухонный нож, клинок которого упирался в лицо ФИО2

Приведенные показания ФИО4 подтверждают показания подсудимого, данные им на досудебной стадии производства по делу, о нахождении ФИО1 и ФИО2 в момент причинения им ФИО13 смерти, а также о том, что после совершения подсудимым преступления он накрыл труп ФИО2 полотенцем, предварительно положив ему на грудь орудие преступления (нож). 

Свидетели ФИО7 и ФИО8 подтвердили вышеприведенные показания ФИО4 относительно обстоятельств обнаружения трупов ФИО1 и ФИО2

При этом ФИО12 уточнила, что сообщила участковым о том, что из комнаты ФИО2 исходил трупных запах, а также пояснила, что 27 мая 2017 г. около 09 часов она видела, что к ФИО2 пришел ранее не знакомый ей ФИО13, у которого она попросила закурить.

Приведенные показания ФИО12 подтверждают вышеприведенные показания подсудимого о том, что 26-27 мая 2017 г. он употреблял спиртное в комнате ФИО2

Согласно оглашенным с согласия всех участников процесса показаниям свидетеля ФИО3, гражданской супруги подсудимого, суду известно, что с лета 2016 г. она поддерживала с ФИО13 семейные отношения. Подсудимый усыновил ее ребенка. Они проживали либо у ее матери, либо в арендованной комнате, расположенной в общежитии по адресу: 

<

адрес>.

Во время проживания в общежитии она общалась с ФИО2 и ФИО1, иногда распивала с ними спиртные напитки, но в половую связь не вступала.

ФИО13 ревновал ее к ФИО1, поэтому у них иногда возникали конфликты (т.1 л.д. 140-144). 

Из содержания оглашенных в порядке, предусмотренном ст. 281 УПК РФ показаний ФИО9 работавшей вместе с ФИО13 и его супругой ФИО3, следует, что мае 2017 г. ФИО3 рассказала ей о том, что изменила своему мужу с мужчиной по имени «Евгений», о чем ранее она сообщила ФИО13

Кроме того, она разговаривала с ФИО2, который, отрицая наличие у него с ФИО3 интимных отношений, заявил ей о ложности распространяемых в отношении них слухов. 

Свидетель также дала показания о том, что ФИО13 спрашивал у нее о том, известно ли ей об измене его гражданской супруги. В ответ она рассказала, что ФИО3 действительно изменила ему с парнем по имени «Евгений» и об этом ей известно от нее самой. За это ФИО13 был очень обижен на супругу, в течение нескольких дней был хмурым, а затем перестал ходить на работу (т.1 л.д. 150-153).

Приведенные показания ФИО9 подтверждают показания подсудимого о том, что когда ему стало известно о возможной измене ФИО3, он решил выяснить отношения с ФИО1 и ФИО2 

Сомнений в достоверности всех вышеприведенных логичных и последовательных показаний потерпевших и свидетелей, у которых не имелось оснований для оговора подсудимого, у суда нет. Показания указанных лиц детально согласуются как друг с другом, так и с показаниями самого подсудимого. Отсутствуют данные о какой-либо личной заинтересованности потерпевших и свидетелей в исходе настоящего уголовного дела. Достоверность показаний потерпевших и свидетелей не оспаривается сторонами.

Протоколы допросов свидетелей ФИО3 и ФИО9 составлены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального законодательства, а содержание показаний свидетелей удостоверены их подписями.

Таким образом, оснований для признания вышеприведенных показаний потерпевших и свидетелей в качестве недопустимых либо недостоверных не имеется.

Из совокупности вышеприведенных показаний потерпевших и свидетелей следует, что им детально соответствуют показания ФИО13, данные в ходе предварительного следствия, относительно событий, имевших место 27 мая 2017 г., как до, так и после совершения преступления, что свидетельствует о достоверности последних. 

Вместе с этим вина подсудимого в совершении убийств двух лиц, а также достоверность и объективность показаний участников процесса, подтверждаются письменными доказательствами, оглашенными в судебном заседании в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ.

В частности, показания ФИО12 об обстоятельствах ее обращения в правоохранительные органы подтверждаются рапортом помощника оперативного дежурного УМВД России по г. Абакану, согласно которому 01 июня 2017 г. в 15 часов 28 минут от вышеназванного лица поступило сообщение о том, что из 

<

адрес> исходит запах (т.1 л.д. 42).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 01 июня 2017 г., была осмотрена 

<

адрес> 

В осмотренной комнате в зале был обнаружен труп ФИО1, а в спальне - труп ФИО2, при осмотре которых были отмечены имевшиеся у них телесные повреждения в виде ран. 

Осмотром также установлено, что на груди трупа ФИО2 лежал кухонный нож, лезвие которого касалось рта погибшего. 

При осмотре входной двери было установлено, что замок находился в положении «закрыто».

В ходе осмотра зала комнаты на столе были обнаружены кружки, стопки и бутылки. 

Кроме того, при проведении осмотра в прихожей обнаружена сумка черного цвета, в которой помимо одежды была обнаружена копия паспорта подсудимого ФИО13

По результатам осмотра с места происшествия были изъяты нож и откопированные на дактилоскопические пленки следы рук и следы обуви, копия паспорта ФИО13, 2 стопки, 3 кружки и 2 бутылки, одежда с трупов (т.1 л.д. 45-75).

Исходя из данных, указанных в протоколе осмотра места происшествия, следует, что они детально подтверждают показания подсудимого об обстоятельствах и способе совершения убийств, свидетельствуя об их достоверности и правдивости. 

В частности, установленные при осмотре обстоятельства подтверждают показания подсудимого о том, что, нанеся удары ФИО2, он оставил нож на груди потерпевшего, а после совершения преступления он, уходя, замкнул входную дверь. 

В ходе дополнительного осмотра вышеназванного места происшествия, проведенного с участием ФИО13, последний, указав на обнаруженную сумку, из которой ранее была изъята копия его паспорта, пояснил, что она принадлежит ему. 

Кроме того, ФИО13 указал на находящуюся в осматриваемой комнате одежду (джинсы и футболка), пояснив, что она также принадлежит ему. 

По результатам осмотра вышеназванные предметы одежды, на которых были обнаружены пятна бурого цвета, похожие на кровь, были изъяты с места происшествия (т.1 л.д. 77-87).

Приведенные данные осмотров об обнаружении на месте происшествия вещей и копии паспорта ФИО13 подтверждают показания последнего о том, что он 26 мая 2017 г. собрал свои вещи и прекратил совместное проживание с ФИО3, и пришел к ФИО1 и ФИО2, свидетельствуя, в том числе, о правдивости его показаний о последующем совершении рассматриваемого преступления.

Согласно заключению судебного медицинского эксперта, причиной смерти ФИО1 явились: два слепых проникающих колото-резаных ранения передней стенки грудной клетки слева в проекции второго левого ребра, между средней ключичной и передней подмышечной линиями с повреждениями по ходу раневых каналов: кожи, подкожно-жировой клетчатки, хрящевой части второго левого ребра, верхней доли левого легкого; межреберных мышц в третьем межреберье слева, хрящевой части третьего левого ребра, верхней доли левого легкого, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневых каналов; и слепое проникающее колото-резаное ранение задней стенки грудной клетки по срединной линии с повреждением по ходу раневого канала: кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц в седьмом межреберье справа по около позвоночной линии, нижней доли правого легкого, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневого канала, осложнившиеся развитием обильной кровопотери.

При исследовании трупа обнаружены прижизненные телесные повреждения в виде:

- слепого проникающего колото-резаного ранения передней стенки грудной клетки слева в проекции второго левого ребра между средней ключичной и передней подмышечной линиями с повреждением по ходу раневого канала: кожи, подкожно-жировой клетчатки, хрящевой части второго левого ребра, верхней доли левого легкого, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневого канала;

- слепого проникающего колото-резаного ранения передней стенки грудной клетки слева в проекции второго левого ребра, между средней ключичной и передней подмышечной линиями с повреждением по ходу раневого канала: кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц в третьем межреберье слева, хрящевой части третьего левого ребра, верхней доли левого легкого, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневого канала; 

- слепого проникающего колото-резаного ранения задней стенки грудной клетки по срединной линии с повреждением по ходу раневого канала: кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц в седьмом межреберье справа по около позвоночной линии, нижней доли правого легкого, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневого канала.

Данные раны могли быть получены за десятки минут до наступления смерти, от трех воздействий, с достаточной силой, плоского, колюще-режущего орудия (предмета), квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку вреда, опасного для жизни человека, и состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью.

При судебно-химическом исследовании в крови и в моче от трупа ФИО1 обнаружен этиловый спирт в концентрации: в крови 1,33 г/л, в моче 1,85 г/л.

Смерть ФИО1 могла наступить в пределах 1 недели до момента экспертизы трупа (экспертиза проведена 02 июня 2017 г.) (т.1 л.д. 201-206).

В соответствии с выводами судебного медицинского эксперта причиной смерти ФИО2 явились множественные слепые, проникающие колото-резаные ранения передней и задней стенок грудной клетки, осложнившиеся развитием обильной кровопотери.

При исследовании трупа обнаружены прижизненные телесные повреждения в виде:

- пяти слепых колото-резаных ранений передней стенки грудной клетки слева, проникающих в левую плевральную полость, с повреждениями по ходу раневых каналов: кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц в первом, втором, третьем межреберьях слева, с повреждениями верхней доли левого на передней поверхности, повреждениями на междолевой поверхности верхней доли левого легкого, повреждением на междолевой поверхности нижней доли левого легкого, сквозным повреждением верхней доли левого легкого, и повреждением хрящевой части третьего левого ребра;

- трех слепых колото-резанных ранений передней стенки грудной клетки слева, проникающих в левую плевральную полость, с повреждениями по ходу раневых каналов: кожи, подкожно-жировой клетчатки, хрящевой части четвертого левого ребра, со сквозными повреждениями передней стенки сердечной сорочки, сквозными повреждениями передней стенки правого желудочка, сквозным повреждением межжелудочковой перегородки, сквозным повреждением боковой стенки левого желудочка, повреждением нижней доли левого легкого на боковой поверхности, повреждением нижней доли левого легкого на передней поверхности, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневых каналов;

- двух слепых колото-резаных ранений задней стенки грудной клетки слева, проникающих в левую плевральную полость, с повреждениями по ходу раневых каналов: кожи, подкожно-жировой клетчатки, межреберных мышц в девятом, десятом межреберьях слева, повреждениями нижней доли левого легкого по задней поверхности, с наличием кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневых каналов.

Данные повреждения могли быть получены за десятки минут до наступления смерти, от не менее десяти воздействий, с достаточной силой, плоского, колюще-режущего орудия (предмета), квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку вреда, опасного для жизни человека, и состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью.

Кроме того, при исследовании трупа обнаружены прижизненные телесные повреждения в виде:

- двенадцати слепых колото-резаных ранений передней стенки грудной клетки по средней линии, справа, боковой поверхности справа, непроникающих в плевральную полость, с повреждением подкожно-жировой клетчатки и подлежащих мышц;

- резаной раны передней поверхности шеи с повреждением подкожно-жировой клетчатки. 

Данные повреждения могли быть получены в период времени, ограниченный наступлением смерти, от других вышеуказанных повреждений, от не менее двенадцати воздействий, с достаточной силой, плоского, колюще-режущего орудия (предмета) и воздействия предмета обладающего режущими свойствами, вероятно лезвия того же ножа, квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку временного нарушения функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность), и не состоят в причинно-следственной связи со смертью.

При судебно-химической экспертизе в крови и в моче от трупа ФИО2 обнаружен этиловый спирт в концентрации: в крови 2,78 г/л, в моче 3,26 г/л.

Смерть ФИО2 могла наступить в пределах 1 недели до момента экспертизы трупа (экспертиза проведена 02 июня 2017 г.) (т.1 л.д. 190-195)

Дополнительно допрошенный в судебном заседании судебный медицинский эксперт ФИО10, проводивший исследование трупа ФИО2, подтвердив вышеприведенные выводы, уточнил, что причиной наступления смерти как ФИО1, так и ФИО2 явилось именно причинение им телесных повреждений в виде проникающих ранений грудной клетки с повреждением внутренних органов. 

Эксперт также уточнил, что смерть ФИО2 из-за повреждения анатомической целостности сердца наступила мгновенно или спустя незначительное время от момента нанесения ему повреждений. Смерть ФИО1 также наступила спустя непродолжительное время от момента причинения ему телесных повреждений. 

Настоящие заключения судебных экспертиз подготовлены компетентными экспертами в области судебной медицины, их выводы основаны на совокупности проведенных исследований, подтверждены имеющимися в заключении методиками, а потому оснований сомневаться в научности и обоснованности их выводов не имеется. Также не имеется оснований для назначения по делу дополнительных исследований, поскольку настоящие экспертные исследования проведены в порядке, установленном действующим уголовно-процессуальным законодательством. При назначении и проведении судебных экспертиз каких-либо нарушений прав подсудимого на ознакомление с постановлениями либо заключениями экспертов органом предварительного следствия не допущено, оснований для отвода экспертов, проводивших исследования, по материалам дела не усматривается. Таким образом, суд признает настоящие заключения допустимыми по делу доказательствами. 

Данные осмотра места происшествия, а равно выводы эксперта о механизме и локализации телесных повреждений, обнаруженных у погибших, причине их смерти, орудии совершения преступления, объективно соответствуют и подтверждают показания ФИО13, данные им в ходе предварительного следствия, относительно обстоятельств (места, времени и способа) совершения им убийств ФИО1 и ФИО2 Данные выводы экспертов не вызывают у суда сомнений в их объективности и достоверности и указывают на то, что подсудимый умышленно причинил смерть потерпевшим.

При задержании у ФИО13 были изъяты, в том числе, кроссовки (т.2 л.д. 89-93).

В ходе предварительного следствия у подсудимого получены для сравнительного исследования образцы буккального эпителия, отпечатки пальцев и ладоней его рук, а в Бюро СМЭ РХ изъяты образцы крови и кожные лоскуты с ран трупов ФИО1 и ФИО2 (т.1 л.д. 162-163, 165-166, 168-170, 173-175).

Все изъятые в ходе предварительного следствия вещи и предметы осмотрены (т.1 л.д. 176-180, 183-184), признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т.1 л.д. 181-182, 185).

Согласно заключениям судебных биологических экспертиз (ДНК -исследование), на клинке ножа (изъятого при осмотре места происшествия), на одежде ФИО13 (джинсах и футболке), на четырех отрезках обоев, изъятых при осмотре места происшествия в спальне, обнаружена кровь, которая произошла от ФИО2 Кроме того, на двух отрезках обоев, изъятых при осмотре места происшествия в зале, обнаружена кровь, которая произошла от ФИО1 (т.1 л.д. 226-230, 236-241, т.2 л.д. 5-10 ).

Приведенные заключения судебных биологических экспертиз, а также данные осмотра места происшествия объективно подтверждают показания подсудимого относительно места совершения преступления и об обстоятельствах причинения им смерти ФИО1 и ФИО2

Исходя из совокупности вышеприведенных доказательств, суд приходит к однозначному выводу, что местом совершения ФИО13 убийств является именно 

<

адрес>, то есть место, указанное подсудимым и свидетелями.

Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы, раны на лоскутах кожи от трупов ФИО1 и ФИО2 являются колото-резаными, причинены плоским колюще-режущим орудием (предметом), которым мог быть клинок представленного на экспертизу ножа (ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия) (т.2 л.д. 60-63).

Заключением судебной криминалистической экспертизы подтверждено, что механические повреждения, обнаруженные на футболке ФИО2, на пуловере и свитере ФИО1, могли быть образованы представленным эксперту ножом (изъятым при проведении осмотра места происшествия) (т.2 л.д. 52-54).

Приведенные заключения подготовлены компетентными экспертами в области судебной медицины и криминалистики, их выводы основаны на совокупности проведенных исследований, подтверждены имеющимися в заключениях методиками проведения судебных экспертиз, поэтому оснований сомневаться в научности и обоснованности выводов эксперта не имеется. Оснований для признания рассматриваемых заключений в качестве недопустимых доказательств по материалам дела нет.

Выводы экспертов в совокупности с вышеприведенными доказательствами однозначно подтверждают вину подсудимого в совершении им убийств ФИО1 и ФИО2, а также то, что орудием преступления является именно нож, изъятый при осмотре места происшествия.

Показания подсудимого и свидетеля ФИО12 о том, что непосредственно до совершения ФИО13 рассматриваемого преступления он находился в комнате ФИО2, где совместно с последним и ФИО1 распивал спиртное, подтверждаются заключениями судебных криминалистических экспертиз. 

В соответствии с выводом судебной дактилоскопической экспертизы на изъятых в ходе осмотра места происшествия предметах и дактилоскопических пленках были обнаружены следы пальцев рук ФИО13, ФИО1 и ФИО2 (т.2 л.д. 37-41).

Согласно выводам судебной трасологической экспертизы два следа обуви, изъятые в ходе осмотра места происшествия, могли быть оставлены обувью, изъятой у ФИО13 при его задержании (т.2 л.д. 27-30).

Таким образом, проверив и оценив доказательства путем сопоставления их с другими, а все собранные доказательства в совокупности и достаточности для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимого в совершении преступления при установленных и вышеописанных обстоятельствах полностью доказана.

Достоверных доказательств, свидетельствующих о причастности к совершению преступления третьих лиц, а равно о других обстоятельствах его совершения не имеется.

Переходя к вопросу о юридической оценке действий подсудимого, суд приходит к следующим выводам.

Характер сложившихся между подсудимым и потерпевшими взаимоотношений, их нахождение в состоянии алкогольного опьянения, способствовавшего возникновению агрессии, поведение подсудимого после совершения преступления указывают на то, что он не находился в состоянии сильного душевного волнения либо в состоянии необходимой обороны, вызванном неправомерными действиями потерпевших. Как видно из приведенных выше доказательств, преступное деяние было совершено подсудимым на почве сложившихся у него с потерпевшими личных неприязненных отношений, усугубившихся его нахождением в состоянии алкогольного опьянения. 

Приведенный вывод подтверждается заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы, исключившей нахождение ФИО13 в состоянии аффекта (т.1 л.д. 211-214).

Кроме того, ненахождение подсудимого в состоянии аффекта подтверждается его целенаправленными действиями по совершению преступления, а именно тем, что он в начале нанес удары ножом ФИО1, затем прошел в другую комнату, где нанес удары тем же ножом ФИО2 

Вместе с этим отсутствие признаков какого-либо внезапно возникшего душевного волнения у ФИО13 подтверждается и его поведением, последовавшим после совершения преступления. Так, суд учитывает, что он, причинив потерпевшим вышеописанные телесные повреждения, удостоверившись в наступлении смерти ФИО1 и ФИО2, прежде чем покинуть место происшествия, переоделся, замкнул входную дверь комнаты ФИО2, обеспечив себе достаточное время скрыться, прежде чем содеянное им будет обнаружено.

Также суд учитывает, что подсудимый не находился в момент совершения рассматриваемых действий в состоянии необходимой обороны. На это указывают, в том числе и его собственные показания о том, что перед совершением преступления и во время его совершения ему никто из потерпевших не угрожал и насилия не применял, а удары ножом он наносил потерпевшим в тот момент, когда они легли спать.

Тот факт, что в момент совершения преступления потерпевшие не применяли к подсудимому какого-либо насилия, подтверждается заключением судебной медицинской экспертизы ФИО13, согласно которому у него каких-либо телесных повреждений обнаружено не было (т.1 л.д. 220).

С учетом вышеприведенной совокупности обстоятельств совершения ФИО13 преступления в отношении ФИО1 и ФИО2, в частности, применявшееся орудие совершения преступления – нож, длиной клинка 14,5 см (т.1 л.д. 177), тяжесть, множественность и локализация телесных повреждений, причиненных подсудимым потерпевшим, целенаправленность его действий по нанесению последовательно каждому из погибших ударов вышеописанным ножом в шею и грудную клетку, то есть в жизненно важные органы, свидетельствуют о наличии у подсудимого умысла на убийство как ФИО1, так и ФИО2

Рассматривая доводы защиты об изменении квалификации действий ФИО13 на ч. 4 ст. 111 УК РФ суд приходит к следующим выводам.

Нанесение подсудимым ударов в жизненно важные органы потерпевшим и выбор для этого в качестве орудия преступления предмета с колюще-режущими свойствами, которым возможно нарушить анатомическую целостность тканей человека, свидетельствуют о наличии у него умысла на лишение жизни потерпевших. Нанесенные подсудимым удары потерпевшим являлись достаточными для лишения их жизни, что с учётом характера причиненных им ранений было очевидным для ФИО13, поэтому умысел на убийство был им реализован фактически совершенными действиями.

Кроме того, суд учитывает, что при нанесении ударов ножом в жизненно важные органы потерпевших у подсудимого не было оснований рассчитывать на то, что смерть ФИО1 и ФИО2 не наступит от его действий. Подсудимый осознавал общественную опасность своих действий и предвидел возможность наступления в результате этих действий общественно-опасных последствий, то есть смерть обоим потерпевшим он причинил умышленно.

Таким образом, доводы защиты об изменении квалификации действий подсудимого удовлетворению не подлежат.

Показания подсудимого об обстоятельствах формирования у него умысла на совершение преступления свидетельствуют об имевшей место конфликтной ситуации между ним и погибшими, предшествовавшей совершению им преступления и возникшей именно из-за действий потерпевших. В связи с чем суд приходит к выводу о необходимости признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого, аморального поведения потерпевших, предшествующего совершению преступления.

С учетом изложенного, суд находит доказанным совершение ФИО13 преступления при установленных и описанных обстоятельствах и квалифицирует его действия по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, двух лиц.

Кроме того, стороной обвинения представлены в качестве доказательств показания свидетеля ФИО11 данные ею как в судебном заседании, так и в ходе предварительного следствия (т.1 л.д. 125-129). Однако суд приходит к выводу о неотносимости показаний указанного свидетельства, поскольку они каким-либо образом не подтверждают и не опровергают вину подсудимого, а также не позволяют установить какие-либо значимые для дела обстоятельства рассматриваемых событий.

Согласно заключению судебной психолого-психиатрической экспертизы у ФИО13 определяется эмоционально-неустойчивое расстройство личности. Однако указанное расстройство личности не столь выражено, не сопровождается психотической симптоматикой, нарушением критики и поэтому не лишает его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. 

Во время инкриминируемого деяния у ФИО13 не наблюдалось признаков какого-либо временного болезненного расстройства в психической деятельности, он правильно ориентировался в окружающей обстановке и собственной личности, не проявлял бреда и галлюцинаций, действовал последовательно и целенаправленно, поэтому мог в полной мере осознавать фактический характер своих действий, понимать их общественную опасность и руководить ими. 

По своему психическому состоянию в настоящее время он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, давать объективные показания. 

Индивидуально-психологические особенности ФИО13 не оказали существенного влияния на его сознание и деятельность в момент совершения инкриминируемого ему деяния. 

В момент совершения инкриминируемого деяния ФИО13 не находился в состоянии аффекта, так как отсутствовала совокупность критериев для диагностики данного состояния с обязательными и дополнительными признаками дезорганизации его психической деятельности в исследуемой ситуации.

В принудительных мерах медицинского характера не нуждается (т.1 л.д. 211-214).

Научность и обоснованность выводов компетентных врачей-психиатров и психолога, непосредственно исследовавших личность ФИО13, материалы дела в полном объеме, сомнений у суда не вызывают и не дают оснований для назначения по уголовному делу дополнительных психологических исследований личности подсудимого. В судебном заседании подсудимый ведет себя адекватно, дает логически выдержанные пояснения в соответствии с избранной им линией защиты. У суда не возникло сомнений в выводах экспертизы относительно психического состояния ФИО13

Кроме того, суду не представлено сведений, свидетельствующих о неясности, неполноте проведенного экспертного исследования. Также суду не представлено новых документальных сведений, которые не были предметом исследования врачей-психиатров, позволяющих усомниться в психической полноценности подсудимого.

Сведения о наличии у ФИО13 расстройства личности (т.3 л.д. 8) были известны комиссии врачей-психиатров и получили в вышеприведенном заключении соответствующую оценку, а потому они не дают оснований как для назначения повторной или дополнительной психиатрической экспертизы, так и поводов сомневаться в психическом состоянии подсудимого.

С учетом изложенного, суд признает ФИО13 вменяемым.

Определяя вид и меру наказания ФИО13, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории особо тяжких, обстоятельства его совершения, влияние наказания на исправление подсудимого, на условия его жизни и жизни его семьи, уровень его психического развития, данные о личности ФИО13 (т.2 л.д. 218-219), который судим (т.2 л.д. 220-226, 241-245), на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит (т.2 л.д. 230, 232, т.3 л.д. 5-6), характеризуется по месту жительства сотрудником полиции как лицо, ведущее аморальный образ жизни, злоупотребляющее спиртными напитками (т.2 л.д. 234).

Свидетель ФИО12 мать подсудимого, характеризовала его с положительной стороны, как спокойного, уравновешенного и неагрессивного человека, которого она никогда не видела в состоянии алкогольного опьянения.

Кроме того, суд учитывает возраст подсудимого и его состояние здоровья, наличие у него тяжелого заболевания, а также его семейное положение, в том числе наличие на его иждивении малолетнего ребенка.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО13, суд признает: полное признание им своей вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной (т.2 л.д. 83-84), активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие на иждивении малолетнего ребенка, состояние его здоровья, наличие заболеваний, в том числе ВИЧ-инфекции (т.3 л.д. 8, 11, 13), состояние здоровья его родственников, наличие у них заболеваний, условия его воспитания в многодетной семье, аморальное поведение потерпевших, предшествующее совершению преступления.

ФИО13, имея неснятую и непогашенную судимость за совершение, в том числе тяжкого преступления, по приговору Абаканского городского суда Республики Хакасия от 17 мая 2013 г., вновь совершил умышленное преступление, относящееся к категории особо тяжких, поэтому в соответствии с требованиями ст. 18 УК РФ в его действиях имеет место рецидив преступлений, что признается судом отягчающим наказание обстоятельством (п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ). При этом вид рецидива определяется судом в соответствии с требованиями п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ как опасный.

В соответствии с ч. 11 ст. 63 УК РФ само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. 

Суд, принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение ФИО13, а также личность подсудимого, приходит к выводу об отсутствии достаточных оснований для признания состояния опьянения подсудимого в момент совершения преступления обстоятельством, отягчающим наказание. 

Других обстоятельств, отягчающих наказание ФИО13, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

В связи с тем, что в действиях подсудимого установлено обстоятельство, отягчающее наказание, а равно с учётом требований ч. 3 ст. 62 УК РФ, суд не усматривает оснований для применения при назначении наказания положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Кроме того, в связи с наличием в действиях подсудимого отягчающего наказание обстоятельства, а также с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

Поскольку ФИО13 совершил настоящее преступление при опасном рецидиве, то в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ оснований для применения в отношении него положений об условном осуждении нет.

В связи с изложенными обстоятельствами, а также принимая во внимание характер совершённого ФИО13 преступления и степень его общественной опасности, данные о личности подсудимого, совокупность смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, влияние наказания на исправление ФИО13, суд приходит к выводу о том, что его исправление невозможно без изоляции от общества, а потому назначает ему наказание с применением ч. 2 ст. 68 УК РФ в виде лишения свободы на определённый срок.

Исключительных обстоятельств как отдельных, так и в совокупности, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ при назначении наказания, назначив наказание ниже низшего предела либо более мягкое, чем предусмотрено санкцией, либо освободить от обязательного дополнительного наказания в виде ограничения свободы, по отношению к подсудимому не усматривается. 

Также не усматривается оснований для применения при назначении наказания ФИО13 положений, предусмотренных ч. 3 ст. 68 УК РФ.

ФИО13 не относится к категории лиц, в отношении которых ограничение свободы в соответствии с ч. 6 ст. 53 УК РФ не применяется. Установлено, что до заключения под стражу ФИО13 имел место жительства на территории муниципального образования г. Абакан Республики Хакасия.

По делу не имеется оснований для применения к ФИО13 положений об условном осуждении и об отсрочке исполнения приговора, не усматривается условий для освобождения от наказания по состоянию здоровья.

Кроме того, суд учитывает, что настоящее преступление совершено ФИО13 до вынесения приговора Абаканского городского суда Республики Хакасия от 28 июня 2017 г., которым ему назначено наказание в виде лишения свободы на определенный срок, поэтому суд приходит к выводу о назначении подсудимому окончательного наказания с применением правил, предусмотренных ч. 5 ст. 69 УК РФ.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы подлежит отбыванию ФИО13 в исправительной колонии строгого режима, поскольку им совершено особо тяжкое преступление при опасном рецидиве преступлений и ранее он отбывал наказание в виде лишения свободы. 

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ в срок отбытого наказания, назначенного подсудимому, должно быть зачтено время содержания подсудимого под стражей с момента его фактического задержания. 

Таким образом, в срок отбытого наказания следует зачесть время содержания ФИО13 под стражей с 02 июня 2017 г. по 18 декабря 2017 г.

Согласно ст. 471, 49 УИК РФ, дополнительное наказание в виде ограничения свободы подлежит исполнению после отбытия основного наказания. 

Именно такое наказание ФИО13, по мнению суда, является справедливым и в наибольшей степени обеспечит достижение его целей.

Обсуждая вопрос о распределении процессуальных издержек, суд приходит к следующим выводам. 

По постановлению Верховного Суда Республики Хакасия от 19 декабря 2017 г. произведена оплата вознаграждения адвокату Теплову К.П. за осуществление защиты подсудимого в суде первой инстанции по назначению в размере 7 680 рублей.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи по назначению, относятся к процессуальным издержкам.

Согласно ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счёт средств федерального бюджета. 

Поскольку подсудимый ни в ходе предварительного следствия (т.2 л.д. 88), ни в судебном заседании от назначенного защитника не отказывался, а равно с учётом того, что он трудоспособен и имеет возможность получать доход, в том числе работая во время и после отбывания наказания, суд приходит к выводу, что оснований для освобождения ФИО13 от выплаты процессуальных издержек не имеется. 

Согласно положениям ст. 81 и 82 УПК РФ, вещественные доказательства, сохранившие на себе следы преступления, явившиеся средством к установлению фактических обстоятельств по делу, подлежат уничтожению. 

Оснований для изменения избранной в отношении ФИО13 меры пресечения не имеется, поскольку обстоятельства, ранее учитываемые судом при его заключении под стражу, а также при продлении данного срока, сохранили свою силу и до настоящего времени не изменились.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО13 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 17 (семнадцать) лет, с ограничением свободы на срок 1 (один) год.

В соответствии с требованиями ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний по настоящему приговору и приговору Абаканского городского суда Республики Хакасия от 28 июня 2017 г. окончательно назначить ФИО13 наказание в виде лишения свободы на срок 17 (семнадцать) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 (один) год, с возложением на него в соответствии со ст. 53 УК РФ обязанности два раза в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и установлением ему ограничений: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования (по месту жительства после отбытия лишения свободы) и не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы исполнять после отбытия осужденным основного наказания.

Срок наказания ФИО13 исчислять с 19 декабря 2017 г. 

Зачесть ФИО13 в срок отбывания наказания время его содержания под стражей с 02 июня 2017 г. по 18 декабря 2017 г. 

Меру пресечения в виде заключения под стражей в отношении ФИО13 оставить без изменения и до вступления приговора в законную силу содержать его в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Хакасия.

Взыскать с ФИО13 в пользу федерального бюджета 7 680 (семь тысяч шестьсот восемьдесят) рублей в счет возмещения процессуальных издержек.

Вещественные доказательства: нож, одежду ФИО1 (пуловер и свитер), футболку ФИО2, лоток, две пластиковые бутылки, две стеклянные стопки, стеклянную кружку, две фарфоровые кружки, копию паспорта ФИО13, шесть отрезков обоев, 21 отрезок темной ДПЛ, 7 отрезков липкой ленты, кроссовки, два ключа, одежду ФИО13 (джинсы, футболку), кожные лоскуты и образцы крови ФИО1 и ФИО2, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Абакану СУ СК РФ по РХ (т.1 л.д. 181-182, 185), после вступления приговора в законную силу уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Верховный Суд Республики Хакасия в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционных жалоб осужденный вправе в срок апелляционного обжалования ходатайствовать о своем личном участии и участии своего защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий М.П. Сиротинин