Судья 1 инстанции Чудова А.Е. № 22-1247/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

06 мая 2020 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Мельниковой Г.П., 

при ведении протокола помощником судьи Цырендашиевым Э.Ц.,

с участием прокурора Власовой Е.И.,

защитника подсудимого А.В. – адвоката Беляевой О.В., 

рассмотрев уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Киливника Р.В., апелляционной жалобе адвоката Беляевой О.В. в защиту интересов подсудимого А.В. на постановление 

<

адрес изъят> городского суда Иркутской области от 16 марта 2020 года, которым уголовное дело в отношении

А.В., родившегося Дата изъята в 

<

адрес изъят>, гражлданина РФ, проживающего по адресу: 

<

адрес изъят>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 и ч. 1 ст. 228 УК РФ,

возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Выслушав прокурора Власову Е.И. в поддержку доводов апелляционного представления и апелляционной жалобы адвоката об отмене постановления, адвоката Беляеву О.В., поддержавшую апелляционную жалобу и доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия А.В. обвиняется в пособничестве лицу, выступающему в оперативно-розыскных мероприятиях под псевдонимом «С.С.» в незаконном приобретении без цели сбыта наркотического средства гашиш в значительном размере, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 и ч. 1 ст. 228 УК РФ.

16 марта 2020 года в ходе судебного разбирательства суд возвратил уголовное дело прокурору для устранений препятствий его рассмотрения в порядке требований ст. 237 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Киливник Р.В. выражает несогласие с постановлением суда, считает его не соответствующим положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Приводя положения ст. 237 УПК РФ, указывает, что возвращая уголовное дело прокурору, суд необоснованно расценил действия А.В. как лица, сбывшего 18 февраля 2019 года путем продажи за 1250 рублей накротическое средство в значительном размере лицу под псевдонимом «С.С.», поскольку А.В. данные действия не инкриминировались, ему предъявлено обвинение по ч. 5 ст. 33 и ч. 1 ст. 228 УК РФ. Отмечает, что А.В. вину в совершении данного преступления признал в полном объеме и согласился с предъявленным обвинением. Полагает, что судом не учтено, что А.В. длительное время употреблял наркотическое средство гашиш, наркотики для себя приобретал у неустановленного следствием лица и, когда знакомые просили его приобрести наркотики, он помогал им, поскольку они не могли самостоятельно приобрести их у неустановленного следствием лица. Указывает, что признательные показания А.В. подтверждаются показаниями свидетелей В.Н., И.В., что по их просьбе и для них А.В. приобретал наркотики, при этом они делились с ним приобретенным наркотиком. Полагает, что в ходе предварительного следствия не добыто доказательств, что А.В. сбывал наркотические средства, совместно с неустановленным следствием лицом, в отношении которого было выделено уголовное дело по факту сбыта А.В. в отдельное производство (л.д. 87 том 2), получая от неустановленного следствием лица за незаконный сбыт вознаграждение в виде наркотиков, то есть следствие не доказало, что А.В. передал «С.С.» принадлежащее ему наркотическое средство или действовал на стороне сбытчика, в суде это также не установлено. Полагает, что действия А.В. органами предварительного следствия правильно квалифицированы как посредничество в приобретении наркотических средств. Полагает, что неустранимых в судебном заседании обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела судом не имелось. Просит постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ отменить. Уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

В апелляционной жалобе адвокат Беляева О.В. в защиту интересов подсудимого А.В. выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным, принятым с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, постановление суда не отвечает требованиям ст.ст. 7, 237 УПК РФ. Полагает, что в ходе судебного следствия не установлено обстоятельств, свидетельствующих об иной квалификации действий А.В. и суд в своем постановлении на них не смог сослаться. Находит ссылку суда на п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 15 июня 2006 года формальной, продиктованной нежеланием суда рассматривать уголовное дело, поскольку п. 6 этого же Постановления содержит определение действий лица, приобретающего наркотическое средство, в связи с чем полагает, что действия А.В. органами предварительного следствия квалифицированы правильно. Отмечает, что при возвращении уголовного дела прокурору суд не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела. Считает, что суд сделал выводы об оценке доказательств по делу, а бездоказательный вывод суда о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору для квалификации действий «по наиболее тяжкому составу преступления» свидетельствует о предвзятости суда, так как суд фактически высказал свое суждение о новой квалификации действий подсудимого, которая ухудшает его положение. Также отмечает, что возвращая уголовное дело прокурору, суд не указал прокурору какого района Иркутской области он возвратил уголовное дело. Просит постановление суда отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

Проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору только в том случае, если при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта были допущены такие нарушения требований уголовно-процессуального закона, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта.

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья возвращает уголовное дело прокурору, если фактические обстоятельства дела, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления.

Под фактическими обстоятельствами в данном случае понимаются обстоятельства, входящие в предмет доказывания по уголовному делу, которые не были известны органу предварительного расследования либо игнорированы им, что повлекло необоснованную квалификацию действий обвиняемого по более мягкой статье.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд в постановлении указал на то, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении и установленные в судебном заседании, указывают на наличие оснований для квалификации действий подсудимого А.В., как более тяжкого преступления.

Вопреки доводам жалобы адвоката, в соответствии с положениями ч. 3 ст. 15 УПК РФ, предусматривающими, что суд, не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или защиты, при возвращении дела прокурору, суд в соответствии с п. 1.3 ч. 1 ст. 237 УПК РФ указал обстоятельства, являющиеся основанием для переквалификации обвинения, не указывая статью Особенной части УК РФ, по которой деяние подлежит новой квалификации, а также не делал выводов об оценке доказательств, либо о виновности А.В. в более тяжком преступлении.

Несмотря на доводы апелляционного представления, в постановлении приведены основания для возвращения дела прокурору и ссылка суда на п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Суд не предрешал вопросы, которые могут быть установлены при новом рассмотрении дела, не давал оценку исследованным в судебном заседании доказательствам, не излагал суждения о квалификации действий А.В., как незаконный сбыт наркотических средств, как о том указал автор представления. 

Обжалуемое постановление достаточно мотивировано и судом приведены фактические обстоятельства, свидетельствующие о наличие в действиях А.В. более тяжкого преступления.

Рассуждения автора апелляционной жалобы о неверном толковании судом положений Пленума Верховного Суда РФ в Постановлении от 15 июня 2006 года № 14 (ред. от 16 мая 2017 года) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», не могут быть признаны убедительными.

Согласно п. 13 данного Постановления, под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать незаконную деятельность лица, направленную на их возмездную либо безвозмездную реализацию (продажа, дарение, обмен, уплата долга, дача взаймы и т.д.) другому лицу (далее - приобретателю). При этом сама передача лицом реализуемых средств, веществ, растений приобретателю может быть осуществлена любыми способами, в том числе непосредственно, путем сообщения о месте их хранения приобретателю, проведения закладки в обусловленном с ним месте, введения инъекции.

Разъяснения, содержащиеся в п. 14 Постановления указывают, что в тех случаях, когда материалы уголовного дела о преступлении рассматриваемой категории содержат доказательства, полученные на основании результатов оперативно-розыскного мероприятия, судам следует иметь в виду, что для признания законности проведения такого мероприятия необходимо, чтобы оно осуществлялось для решения задач, определенных в ст. 2 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных соответственно ст.ст. 7 и 8 указанного Федерального закона. Исходя из этих норм, в частности, оперативно-розыскное мероприятие, направленное на выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступления, а также выявление и установление лица, его подготавливающего, совершающего или совершившего, может проводиться только при наличии у органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, сведений об участии лица, в отношении которого осуществляется такое мероприятие, в подготовке или совершении противоправного деяния.

Как следует из представленных материалов, настоящее уголовное дело возбуждено 26 февраля 2019 года по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, по факту незаконного сбыта 18 февраля 2019 года неустановленным лицом наркотического средства гашиш в значительном размере 9,683 грамм, лицу под псевдонимом «С.С.», действующему в рамках оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка». Уголовное дело возбуждено на основании рапортов об обнаружении признаков преступления от 18 февраля 2019 года, за № КУСП Номер изъят и от 19 февраля 2019 года, за № КУСП Номер изъят ОМВД России по 

<

адрес изъят> району, а также на основании материалов оперативно-розыскных мероприятий (л.д. 1 том 1).

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», проверочная закупка является одним из видов оперативно-розыскных мероприятий, проводимых при осуществлении оперативно-розыскной деятельности, задачами которой, в силу положений ст.ст. 2, 7 данного Федерального закона, являются и выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших.

При расследовании уголовного дела было установлено лицо, подлежащее уголовной ответственности, А.В. предъявлено обвинение по ч. 5 ст. 33 и ч. 1 ст. 228 УК РФ, что он устранил покупателю под псевдонимом «С.С.» препятствия по незаконному приобретению наркотических средств, связанные с необходимостью знакомства с лицом, сбывающим наркотические средства и вхождением к нему в доверие, тем самым способствовал совершению преступления, передав лицу, участвующему в ОРМ «проверочная закупка» под псевдонимом «С.С.» наркотическое средство гашиш в значительном размере массой 9,683 грамм, получив от покупателя 1250 рублей в качестве компенсации за затраченные А.В. личные денежные средства. Действия А.В. квалифицированы органом предварительного следствия по ч. 5 ст. 33 и ч.1 ст. 228 УК РФ, как пособничество в незаконном приобретении наркотических средств в значительном размере (л.д. 43-46 том 2).

Такое же обвинение А.В. изложено и в обвинительном заключении (л.д.169-170 том 2). 

При судебном разбирательстве данного уголовного дела установлено, что обстоятельства предъявленного обвинения, а также исследованные доказательства, не соответствуют формулировке, квалификации действий А.В. и свидетельствуют о необходимости квалификации его действий как более тяжкое преступление.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона никто не может быть признан виновным в совершении преступления иначе как по приговору суда, который должен быть законным, обоснованным и основанном на правильном применении уголовного закона. Между тем, неправильная квалификация судом фактически совершенного деяния и неверное установление основания уголовной ответственности влекут вынесение неправосудного решения. Учитывая, что согласно требований уголовно-процессуального закона, в судебном разбирательстве не допускается изменение квалификации деяния в сторону ухудшения положения подсудимого, судом принято обоснованное решение.

Таким образом, суд, выявив несоответствие квалификации действий обвиняемого фактическим обстоятельствам дела, изложенным в обвинительном заключении, обоснованно посчитал данное обстоятельство препятствием для рассмотрения дела по существу и правомерно, с учетом требований ст. 252 УПК РФ, возвратил данное уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения доводов апелляционного представления и апелляционной жалобы для отмены постановления суда, признавая его законным, обоснованным и мотивированным.

Неуказание судом в резолютивной части постановления прокурору какого района Иркутской области он возвратил уголовное дело в порядке ст. 237 УПК РФ, на что обращает внимание адвокат Беляева О.В., не является основанием к отмене постановления и не требует внесения в него изменений, поскольку уголовное дело возвращено прокурору, утвердившему обвинительное заключение по нему и направившему дело в суд, то есть прокурору 

<

адрес изъят> Иркутской области.

При таких обстоятельствах суд обоснованно возвратил уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку по обвинительному заключению, составленному с нарушением требований закона, невозможно постановить приговор либо принять иное решение по делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление 

<

адрес изъят> городского суда Иркутской области от 16 марта 2020 года о возвращении в порядке ст. 237 УПК РФ уголовного дела в отношении А.В., обвиняемого по ч. 5 ст. 33 и ч. 1 ст. 228 УК РФ прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом - оставить без изменения. 

Апелляционное представление государственного обвинителя Киливника Р.В., апелляционную жалобу адвоката Беляевой О.В. в защиту интересов подсудимого А.В. - оставить без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Мельникова Г.П.