Дело № 22-1344

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

 

Именем Российской Федерации

13 августа 2020 года г. Киров 

Судебная коллегия по уголовным делам Кировского областного суда в составе:

председательствующего судьи Измайлова О.В.,

судей Копыловой И.Н., Шалагинова А.В.,

при секретаре Буланцовой Е.С. 

с участием прокурора отдела прокуратуры Кировской области Еремеевой Ю.А.,

осужденного ФИО1,

защитника-адвоката Новикова А.А., представившего удостоверение № 598 и ордер № 0708,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе защитника-адвоката Новикова А.А., поданной в интересах осужденного ФИО1, апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника Котельничского межрайонного прокурора Захарова Р.А. на приговор Котельничского районного суда Кировской области от 23 июня 2020 года, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты> судимый

12.08.2019 Котельничским районным судом Кировской области по ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159.1 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы;

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.1 УК РФ, и ему назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы.

На основании с ч. 5 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Котельничского районного суда Кировской области от 12.08.2019 ФИО1 назначено окончательное наказание в виде 8 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в отношении ФИО1 на период до вступления приговора в законную силу изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. Взят под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

В срок отбывания наказания ФИО1 зачтен срок наказания, отбытый по приговору Котельничского районного суда Кировской области от 12.08.2019, а именно период с 16 августа 2019 года по 22 июня 2020 года, а также с учетом п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время его содержания под стражей по настоящему делу, а именно период с 23 июня 2020 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

За 

<

данные изъяты> признано право на удовлетворение гражданского иска, вопрос о размере возмещения гражданского иска передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Этим же приговором ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187, ч. 1 ст. 187 УК РФ, признан невиновным и оправдан в связи с отсутствием в его действиях составов преступлений, на основании, предусмотренном п. 3 ч. 2 ст. 302 УК РФ, за ним в соответствии с главой 18 УПК РФ признано право на реабилитацию.

Заслушав доклад судьи Копыловой И.Н., мнения участников процесса, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда ФИО1 осужден за совершение в период с 17 декабря 2013 года по 30 декабря 2013 года в 

<

адрес> мошенничества в сфере кредитования, то есть хищение денежных средств заемщиком путем предоставления банку заведомо ложных и недостоверных сведений, лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере. 

Преступление, как изложено в приговоре, совершено при следующих обстоятельствах:

24 марта 2003 года Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 8 по Кировской области за основным государственным регистрационным номером 1034307503207 зарегистрировано Общество с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>», расположенное по адресу: 

<

адрес>; единоличный исполнительный орган Общества – директор.

19 марта 2003 года решением №1 учредителя ООО «

<

данные изъяты>» ФИО70 подконтрольной ФИО1, директором ООО «

<

данные изъяты>» назначен ФИО1, а также утвержден устав Общества.

22 мая 2008 года решением единственного участника ООО «

<

данные изъяты>» №1 утвержден устав ООО «

<

данные изъяты>» в новой редакции, согласно которому место нахождения Общества определено по адресу: 

<

адрес>

12 ноября 2009 года решением участника ООО «

<

данные изъяты>» №11 утвержден устав ООО «

<

данные изъяты>» в новой редакции, согласно которому единоличным исполнительным органом Общества является директор.

Согласно уставу ООО «

<

данные изъяты>» от 12.11.2009, директор Общества:

- осуществляет оперативное руководство деятельностью Общества;

- имеет право первой подписи финансовых документов;

- осуществляет подготовку необходимых материалов и предложений для рассмотрения Общим собранием и обеспечивает исполнение принятых им решений; обеспечивает выполнение текущих и перспективных планов Общества;

- представляет интересы Общества, как в Российской Федерации, так и за ее пределами, в том числе в иностранных государствах;

- распоряжается имуществом и средствами Общества для обеспечения его текущей деятельности в пределах, установленных действующим законодательством и Уставом Общества;

- выдает доверенности на право представительства от имени Общества в пределах собственных полномочий, в том числе доверенности с правом передоверия, открывает в банках расчетные счета и другие счета Общества;

- осуществляет прием и увольнение работников Общества, заключает и расторгает контракты с ними; издает приказы о назначении на должности работников, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания;

- организует бухгалтерский учет и отчетность в Обществе».

Таким образом, в период с 19 марта 2003 года до 31 июля 2014 года ФИО1, являясь директором ООО «

<

данные изъяты>», выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в коммерческой организации, то есть обладал служебным положением.

С целью осуществления уставной деятельности 11 сентября 2009 года директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 открыл расчетный счет №№ в дополнительном офисе №№ Кировского отделения №№ Открытого акционерного общества «

<

данные изъяты>» (с 14.08.2015 наименование изменено на Публичное акционерное общество «

<

данные изъяты>») по адресу: 

<

адрес>

В период с 01 октября 2013 года по 17 декабря 2013 года ФИО1, преследуя корыстную цель, решил совершить хищение денежных средств ПАО 

<

данные изъяты> под видом получения целевого кредита путем представления в банк заведомо ложных и недостоверных сведений о заемщике ООО «

<

данные изъяты>» и его имущественном положении. Возвращать банку кредитные средства ФИО1 не собирался, планируя потратить их по собственному усмотрению. После хищения денежных средств ФИО1 намеревался снять с себя полномочия директора ООО «

<

данные изъяты>», утратив связь с Обществом и исключив возможность личной ответственности по долгам Общества.

Реализуя свой умысел, направленный на хищение чужого имущества, 17 декабря 2013 года в период времени с 09 часов до 17 часов ФИО1, используя свое служебное положение директора ООО «

<

данные изъяты>», обратился в дополнительный офис № № Кировского отделения №№ ПАО 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

адрес>, с письменным заявлением на получение кредита в размере 20000000 руб. для реконструкции объектов недвижимости, а также заполнил анкету заемщика – юридического лица ООО «

<

данные изъяты>», фактически не намереваясь расходовать на эти цели кредитные денежные средства в полном объеме.

Зная, что получение кредита возможно только при наличии гарантии его возврата, то есть обеспечения залоговым имуществом, ФИО1 решил использовать в качестве залога следующие неликвидные объекты недвижимого имущества, принадлежащие ему на праве собственности, в сохранности которых он не был заинтересован:

а) здание деревоцеха, общей площадью 1271,9 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> инвентарный номер – №, кадастровый номер – №

б) земельный участок, на котором находится закладываемый объект недвижимости, расположенный по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 2000 кв.м., кадастровый номер: №, предыдущий кадастровый номер №

Помимо этого, обманывая работников ПАО 

<

данные изъяты> с целью склонения их к заключению кредитного договора, ФИО1 обязался в срок до 01 апреля 2014 года оформить в качестве дополнительного обеспечения приобретаемый объект недвижимости: здание столовой, расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер: №. При этом ФИО1 заведомо не собирался исполнять условие о передаче в залог банку указанного здания столовой и понимал, что в случае непогашения кредита ПАО 

<

данные изъяты> не сможет обратить взыскание на данное здание. Действуя умышленно, ФИО1 осознавал, что в результате его преступных действий банку будет причинен имущественный вред, поскольку стоимость имущества, передаваемого им в залог банку, - здания деревоцеха и занимаемого им земельного участка, существенно меньше размера получаемого кредита, и данное имущество в полной мере не обеспечивает исполнение ООО «

<

данные изъяты>» своих обязательств по кредитному договору.

Кроме того, в период с 17 декабря 2013 года по 26 декабря 2013 года ФИО1 с целью дальнейшего обмана работников ПАО 

<

данные изъяты> представил в дополнительный офис №№ ПАО 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес> копию предварительного договора купли-продажи (нежилого помещения) от 23 декабря 2013 года, согласно которому он обязался приобрести у ФИО61 здание столовой; копии документов, подтверждающих право собственности ФИО1 на здание деревоцеха и земельный участок; решение №11 единственного участника и учредителя ООО «

<

данные изъяты>» ФИО2 от 17.12.2013, согласно которому она одобрила крупную сделку – заключение ООО «

<

данные изъяты>» с ПАО 

<

данные изъяты> кредитного договора на сумму 20000000 руб. и предоставила ФИО1 полномочия по подписанию договоров и соглашений.

Продолжая задуманное, ФИО1 18 декабря 2013 года в период времени с 08 час. до 18 час. совместно с работником дополнительного офиса №№ ПАО 

<

данные изъяты> ФИО62 произвел осмотр передаваемых в залог объектов недвижимости – здания деревоцеха и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> и принадлежащих ФИО1 на праве собственности. При этом ФИО1 заверил ФИО62 о своем намерении передать указанные объекты недвижимого имущества в залог ПАО 

<

данные изъяты> и убедил ее в том, что ориентировочная стоимость залогового имущества составляет 30000000 руб. При этом ФИО1 осознавал, что действительная стоимость данных объектов значительно ниже.

ФИО62 изучив представленные ФИО1 от имени ООО «

<

данные изъяты>» документы, считая их достоверными, будучи обманутой ФИО1 относительно стоимости закладываемого имущества и намерения последнего передать здание столовой в залог ПАО 

<

данные изъяты>, убедившись в наличии имущества, предлагаемого в залог ФИО1, составила акт осмотра.

25 декабря 2013 года на основании представленных ФИО1 в дополнительный офис №№ ПАО 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

данные изъяты> документов, содержащих заведомо ложные и недостоверные сведения о целях кредитования, и акта ФИО62., комитетом по предоставлению кредитов и инвестиций Кировского отделения № № ПАО Сбербанк вынесено решение о предоставлении кредита ООО «

<

данные изъяты>» в размере 20000000руб.

26 декабря 2013 года в период времени с 08 час. до 17 час. в дополнительном офисе №№ ПАО 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

данные изъяты>, между ПАО 

<

данные изъяты>, в лице начальника отдела клиентской и кредитной работы дополнительного офиса № № Кировского отделения № № ПАО 

<

данные изъяты> ФИО66., и ООО «

<

данные изъяты>», в лице директора ФИО1, заключен договор № № об открытии невозобновляемой кредитной линии (со свободным режимом выборки), согласно которому ПАО 

<

данные изъяты> предоставило ООО «

<

данные изъяты>» невозобновляемую кредитную линию для вложения во внеоборотные активы с лимитом в 20000000 руб., по ставке 10,5% годовых на срок по 25 декабря 2023 года, а ООО «

<

данные изъяты>» обязалось возвратить ПАО 

<

данные изъяты> полученные в кредит денежные средства.

В соответствии с п. 8 кредитного договора № от 26 декабря 2013 года в качестве обеспечения своевременного и полного возврата кредита, уплаты процентов и внесения иных платежей, предусмотренных кредитным договором № от 26 декабря 2013 года, ООО «

<

данные изъяты>» (Заемщик) предоставил ПАО 

<

данные изъяты> (Кредитор) имущественное обеспечение в соответствии с договором ипотеки № от 26 декабря 2013 года.

26 декабря 2013 года в период времени с 08 час. до 17 час. в дополнительном офисе № ПАО 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>, в целях обеспечения своевременного и полного возврата ООО «

<

данные изъяты>» кредитных денежных средств по договору №№ от 26 декабря 2013 года, между ПАО 

<

данные изъяты> в лице начальника отдела клиентской и кредитной работы дополнительного офиса № № Кировского отделения № № ПАО 

<

данные изъяты> ФИО66 и ООО «

<

данные изъяты>» в лице директора ФИО1 заключены следующие договоры:

1) Договор ипотеки № от 26 декабря 2013 года, согласно условиям которого ООО «

<

данные изъяты>», в лице директора ФИО1, передает в залог ПАО 

<

данные изъяты> следующее залоговое имущество, которым обеспечивается исполнение обязательств по кредитному договору №№ от 26.12.2013:

а) здание деревоцеха, назначение: нежилое производственное, 1-этажное (подземных этажей – 1), общей площадью 1271,9 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>, инвентарный номер – №, кадастровый номер – №

б) земельный участок, на котором находится закладываемый объект недвижимости, расположен по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 2000 кв.м., кадастровый номер: № предыдущий кадастровый номер №, категория земель: земли населенных пунктов в соответствии с кадастровым паспортом земельного участка.

2) Договор поручительства № от 26 декабря 2013 года, согласно которому поручитель ФИО70 обязалась отвечать перед банком за исполнение ООО «

<

данные изъяты>» всех обязательств по кредитному договору № от 26 декабря 2013 года.

3) Договор поручительства №№ от 26 декабря 2013 года, согласно которому поручитель ФИО1 обязался отвечать перед банком за исполнение ООО «

<

данные изъяты>» всех обязательств по кредитному договору № от 26 декабря 2013 года.

При подписании кредитного договора № от 26 декабря 2013 года, договора ипотеки № от 26 декабря 2013 года, договора поручительства № от 26 декабря 2013 года, договора поручительства № от 26 декабря 2013 года, а также приложений к ним, ФИО1 осознавал, что в результате хищения им денежных средств ПАО 

<

данные изъяты> в сумме 20000000 руб., перечисленных ООО «

<

данные изъяты>» по кредитному договору № № от 26 декабря 2013 года, банку будет причинен материальный ущерб на эту сумму и желал этого. Также ФИО1 осознавал, что договоры поручительства, заключенные ПАО 

<

данные изъяты> с ним и его супругой ФИО2, не обеспечат возврата кредитных средств банку и не повлекут негативных последствий для него, поскольку ни сам ФИО1, ни его супруга 

<

данные изъяты> достаточным имуществом не располагали.

На основании заключенного кредитного договора № № от 26 декабря 2013 года и распоряжения директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 № 1 от 27 декабря 2013 года на перечисление кредита, ПАО 

<

данные изъяты> перечислило на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» №№ открытый в ПАО 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес> в качестве предоставления кредита денежные средства в сумме 10000000руб. Затем, на основании распоряжения директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 № 2 от 30 декабря 2013 года на перечисление кредита ПАО 

<

данные изъяты> перечислило на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» №, открытый в ПАО 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес> в качестве предоставления кредита денежные средства в сумме 10000000руб. Не имея намерения и возможности возвращать полученные кредитные денежные средства, директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 используя свое служебное положение, похитил их и распорядился ими по своему усмотрению, потратив не на цели кредитования, чем причинил ПАО 

<

данные изъяты> материальный ущерб на сумму 20000000 руб., то есть совершил хищение в особо крупном размере.

С целью исключения возможности принудительного истребования задолженности по кредитному договору № от 26 декабря 2013 года путем обращения взыскания на предмет залога, директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 умышленно не исполнил свою обязанность по предоставлению в залог ПАО 

<

данные изъяты> приобретаемого здания столовой, расположенного по адресу: 

<

адрес> Полученные в кредит денежные средства в общей сумме 20000000 руб. ФИО1 в банк не возвратил.

Действуя далее, с целью сокрытия совершенного хищения ФИО1 организовал принятие подконтрольным ему учредителем ООО «

<

данные изъяты>» решения о снятии с него полномочий директора ООО «

<

данные изъяты>» и возложении полномочий на новое лицо.

10 июля 2014 года на основании договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО«

<

данные изъяты>», удостоверенного нотариусом Кировского нотариального округа Кировской области ФИО69 ФИО70., подконтрольная ФИО1 и действующая по его указанию, продала принадлежащую ей долю в уставном капитале ООО «

<

данные изъяты>» ФИО71

31 июля 2014 года формальными решениями единственного учредителя ООО «

<

данные изъяты>» с ФИО1 сняты полномочия директора ООО «

<

данные изъяты>», директором Общества назначен ФИО71 изменено название ООО «

<

данные изъяты>» на ООО «

<

данные изъяты>», тем самым ФИО1 организовал свое увольнение из ООО «

<

данные изъяты>» и утратил связь с Обществом.

В связи с невозвратом ООО «

<

данные изъяты>» кредитных денежных средств ПАО 

<

данные изъяты> обратилось с исковым заявлением в Третейский суд при автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата», который 27 января 2015 года вынес решение о взыскании с ООО «

<

данные изъяты>», ФИО70 и ФИО1 в солидарном порядке в пользу ПАО 

<

данные изъяты> задолженности по кредитному договору №№ от 26 декабря 2013 года в размере 20723443 руб. 26 коп., в том числе основной долг 20000000 руб., проценты за кредит 664671 руб. 89 коп., задолженность по неустойке 58771 руб. 37 коп. До настоящего времени решение Третейского суда не исполнено, задолженность ООО «

<

данные изъяты>» перед ПАО 

<

данные изъяты> не погашена. Удовлетворить требования банка путем взыскания с ФИО1 и его супруги ФИО70 суммы имеющейся задолженности не представляется возможным, поскольку у них отсутствует достаточное для этого количество ликвидного имущества.

Таким образом, ФИО1, являясь директором ООО «

<

данные изъяты>», используя свое служебное положение, из корыстных побуждений, путем представления в дополнительный офис № Кировского отделения № № ПАО 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>, заведомо ложных и недостоверных сведений о заемщике – ООО «

<

данные изъяты>» и залоге, вводя сотрудников банка в заблуждение относительно своих преступных намерений, в период с 17 декабря 2013 года по 30 декабря 2013 года, совершил хищение денежных средств ПАО 

<

данные изъяты> в сумме 20000000 руб., полученных ООО «

<

данные изъяты>» по кредитному договору № от 26 декабря 2013 года, то есть совершил мошенничество в сфере кредитования – хищение денежных средств заемщиком путем представления банку заведомо ложных и недостоверных сведений, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Защитник—адвокат Новиков А.А. с приговором не согласился, подал в интересах осужденного ФИО1 апелляционную жалобу, в которой просит приговор в части признания ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, отменить, ввиду незаконности и необоснованности приговора, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, ФИО1 оправдать.

В обоснование жалобы ссылается на положения ст. 297, ч. 2 ст. 307 УПК РФ, ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16.12.1966, ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1050, п.п. 1,6,8,17 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», указывает, что суд данные требования не выполнил, что привело к неправосудному приговору.

Считает выводы суда о том, что ФИО1 до заключения кредитного договора от 26.12.2013 на 20000000 руб. предоставил в ПАО «

<

данные изъяты>» заведомо ложные и недостоверные сведения о предмете залога и целях кредитования, что ФИО1 собственноручно в качестве цели кредита умышленно указал «вложение во внеоборотные активы», не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку заемшик в данном случае был ограничен банковскими требованиями к заявке, анкете и другим документам, и следовал этим требованиям. В обоснование своих доводов ссылается на заявление ООО «

<

данные изъяты>» от 17.12.2013, где указано, что кредит в сумме 20000000 руб. планировался для реконструкции объектов недвижимости; приводит показания свидетеля ФИО62 о том, что анкету заемщика она распечатывала сама, а в программе существуют определенные шаблоны договоров, которые программно устанавливают цели кредитования без возможности влиять на эти цели.

Ссылается на показания ФИО1 о том, что все кредитные средства использованы в текущей деятельности ООО «

<

данные изъяты>», которая заключалась в приобретении, реконструкции и ремонте нескольких объектов недвижимости, входящих в имущественный комплекс по адресу: 

<

адрес> и указывает, что вывод суда о нецелевом использовании кредита основан исключительно на предположении, так как в деле нет ни одного доказательства, что кредитные средства были израсходованы не на цели приобретения, реконструкции и ремонта объектов недвижимости. 

Отмечает, что вывод суда о нецелевом использовании кредита противоречит исследованным судом доказательствам, а именно: показаниям свидетеля ФИО61 что после приобретения ООО «

<

данные изъяты>» здания столовой, была полностью заменена кровля со всей стропильной системой, отремонтированы стены; показаниям свидетеля ФИО62 пояснившей, что все представленные ФИО1 документы соответствовали действительности, подтвердившей, что здание столовой на момент выдачи кредита было заброшено, были голые стены, не было окон и дверей, его ремонт начался после выдачи кредита; показаниям ФИО66 сообщившей, что какие-либо недостоверные сведения ООО «

<

данные изъяты>» для получения кредита и его обеспечения не предоставляло, основные условия кредитного договора, необходимые для предоставления кредита, были выполнены заемщиком в полном объеме; показаниям свидетеля ФИО80. об осуществлении им ремонтных работ как в здании деревоцеха, так и в здании столовой, которые имели плохое состояние; показаниям свидетеля ФИО81., пояснившего, что кредитные средства в размере 5 млн. руб. планировались заемщиком на приобретением здания, а остальные денежные средства на приведение в соответствие этого здания и соседнего здания деревоцеха. Делает вывод, что в ходе судебного следствия установлено и доказано, что ФИО1 использовал кредитные средства на приобретение здания столовой, его реконструкцию и ремонт, а также на ремонт здания деревоцеха, то есть на цели, указанные в заявлении и в кредитном договоре.

Обращает внимание на то, что финансовые операции по перечислению денежных средств на счета подконтрольных организаций, снятие наличных не свидетельствуют о нецелевом использовании денежных средств, а расчет наличными средствами за работы и материалы, а также по другим обязательствам, связанным с реконструкцией и ремонтом объектов недвижимости является целевым использованием, так как напрямую связаны с финансированием реконструкции и ремонт, в связи с чем полагает, что вывод суда об использовании кредитных средств ФИО1 по своему усмотрению в свою пользу и пользу третьих лиц, является предположением, и противоречит установленным обстоятельствам. Ссылается на то, что факты приобретения здания столовой в состоянии руин, его реконструкция и ремонтом, реконструкция и ремонт здания деревоцеха установлены и доказаны, и в деле отсутствуют доказательства того, что эти мероприятия произведены не за счет кредитных средств банка.

Не соглашается и с выводом суда о доказанности факта предоставления ФИО1 банку заведомо ложных и недостоверных сведений о предмете залога.

Ссылается на то, что выбор конкретного имущества для обеспечения возврата кредита осуществлял банк, сведения о его стоимости ФИО1 банку не предоставлял, рыночная стоимость определялась экспертом дочерней оценочной компании 

<

данные изъяты> самостоятельно и без влияния ФИО1, дополнительно проверялась и специалистами залоговой службы банка, оно осматривалось сотрудниками банка, производилась актуализация его стоимости и фактического состояния, как до, так и после заключения договора. Залоговая стоимость имущества определялась банком также самостоятельно без участия ФИО1 в соответствии со своими нормативными требованиями и с учетом всех рисков, которые были заложены в понижающем коэффициенте от рыночной стоимости.

Указывает, что суд проигнорировал представленные доказательства: Регламент кредитования ПАО «

<

данные изъяты>», согласно которому обязательным условием предоставления кредита является наличие обеспечения своевременного и полного исполнения обязательства заемщика; экспертное заключение ЗАО «

<

данные изъяты>» № от 27.11.2013, согласно которому рыночная стоимость здания деревоцеха с земельным участком по состоянию на 22.11.2013 составила 30 800000 руб., служебную записку начальника отдела по работе с залогами ФИО81. от 16.12.2013, согласно которой экспертное заключение проверено и подтверждена рыночная стоимость здания деревоцеха с земельным участком, акт осмотра предлагаемого в залог имущества от 18.12.2013, карточку состояния предмета залога от 29.07.2014, актуализацию имущества на предмет его фактического состояния от 01.08.2014. Ссылается на то, что рыночная стоимость здания деревоцеха, установленная экспертным заключением ЗАО «

<

данные изъяты>» не противоречит и рыночной стоимости, определенной экспертами АНО «

<

данные изъяты>», косвенно подтверждается и государственным контрактом от 16.12.2014 между КОГАУ «МФЦ» и ПК «

<

данные изъяты>» о приобретении помещения № 2 по адресу 

<

адрес>

Отмечает, что сведения о залоговой и рыночной стоимости объектов недвижимости, указанные в исследованных судом договоре залога недвижимого имущества № № от 24.08.2015 и отчете об оценке № № от 27.03.2018 ООО «

<

данные изъяты>», полностью согласуются как с экспертным заключением ЗАО «

<

данные изъяты>» № № от 27.11.2013, так и с независимым расчетом залогового отдела ПАО «

<

данные изъяты>», соответствуют и верхней границе рыночной стоимости, отраженной в заключении эксперта АНО «

<

данные изъяты>», но суд в приговоре не дал этим доказательствам оценки, не привел мотивы, по которым он отверг совокупность объективных данных, дополнительно подтверждающих стоимость переданного банку в залог недвижимого имущества, определенную самим банком и зафиксированную в договоре ипотеки.

Ссылается на то, что суд не привел анализ и не дал оценку показаниям свидетелей ФИО62 ФИО81 ФИО66., ФИО87 согласно которым ФИО1 не указывал предварительную стоимость здания деревоцеха с земельным участком, не влиял на определение их рыночной стоимости, при этом стоимость имущества определялась банком самостоятельно на основании экспертного заключения ЗАО «

<

данные изъяты>» исключительно по инициативе ПАО «

<

данные изъяты>», который определял конкретный объем необходимого обеспечения и его оценку без влияния ФИО1

Считает, что вывод суда об осведомленности ФИО1 о реальной стоимости объекта недвижимости на момент его оценки, который не соответствовал ни сумме кредита, ни залоговой стоимости является надуманным, противоречит фактическим обстоятельствам и исследованным доказательствам, полагает, что он сделан исключительно на цене 1500000 руб., за которую ФИО1 приобрел здание до его реконструкции в 2009 г., а также цене 5008000 руб., по которой здание было продано в рамках процедуры банкротства ФИО1 в 2018 году.

Указывает, что цена 1500 000 руб., за которую ФИО1 приобрел здание деревоцеха у ИП ФИО83 не является доказательством недостоверности и ложности сведений о предмете залога, с учетом показаний ФИО83 о его состоянии на момент продажи, документов, подтверждающих приобретение этого здания и его стоимость, и увеличения его стоимости в связи с реконструкцией.

Делает вывод, что в ходе рассмотрения дела установлено и доказано, что сведения о стоимости здания деревоцеха с земельным участком соответствовали действительности, и ФИО1 осознавал, что, отдавая это имущество в залог банку, а также заключая договор личного поручительства, его обязательства по кредиту полностью обеспечены и этого имущества достаточно для покрытия долга.

Полагает, что последующая реализация здания деревоцеха с земельным участком в 2018 году по цене 5008 000 руб., не может являться доказательством виновности ФИО1, не свидетельствует об умысле на хищение, не имеет юридического значения для квалификации действий ФИО1, так как она произошла в конце 2018 года в рамках процедуры банкротства ФИО1, инициированной Сбербанком.

Утверждает, что исключительно 

<

данные изъяты> и оценщик, а не ФИО1 изначально определяли рыночную и залоговую стоимость здания деревоцеха, исключительно 

<

данные изъяты> устанавливал и утверждал продажную цену этого имущества в процедуре банкротства, постоянно снижал эту цену и принимал решение о его реализации по цене ниже рыночной в шесть раз. Кроме того, указывает, что процедура реализации имущества ФИО1 не завершена, имеются активы, за счет которых можно погасить оставшуюся задолженность по договору от 26.12.2013.

Не соглашается с выводом суда о том, что нарушение ФИО1 обязанности по передаче в дополнительный залог банку приобретаемого здания столовой является доказательством его заведомого намерения не исполнять кредитные обязательства и признаком безвозмездного получения кредитных средств банка, так как здание столовой не входило в расчет обеспечения кредита, не зафиксировано в кредитном договоре в качестве основного или дополнительного обеспечения. При этом, ФИО1 не препятствовал надлежащему оформлению дополнительных соглашений к кредитным договорам в части залога столовой, банку было предоставлено решение учредителя ООО «

<

данные изъяты>» о предоставлении в залог здания столовой от 05.03.2014, но тем не менее банк не предпринял никаких действий для надлежащего оформления дополнительных соглашений к кредитным договорам. Полагает, что сам по себе факт последующего не оформления залога на здание столовой не подтверждает наличие у заемщика умысла на хищение кредитных средств, возникшего до получения кредита, так как кредит изначально имел как основное обеспечение в виде здания деревоцеха с земельным участком, стоимость которых превышала размер кредита, так и дополнительные обеспечения в виде поручительства ФИО1 и ФИО70

Считает, что не является доказательством умысла на хищение факт передачи ООО «

<

данные изъяты>» здания столовой в качестве взноса в ПК «

<

данные изъяты>» 20.06.2014, куда вошли в качестве членов-пайщиков ООО «

<

данные изъяты>» и сам ФИО1, при этом ООО «

<

данные изъяты>» как учредитель сохранил имущественное право на денежный эквивалент переданного имущества, в случае его выхода или исключения.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу адвоката Новикова А.А. помощник прокурора Котельничского межрайонного прокурора Захаров Р.А., представитель потерпевшего ПАО «

<

данные изъяты>» ФИО91., считая приговор суда в части осуждения ФИО1 по преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 159.1 УК РФ законным и обоснованным, назначенное осужденному наказание справедливым, просят приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника-адвоката Новикова А.А. – без удовлетворения.

Заслушав мнения осужденного ФИО1, защитника-адвоката Новикова А.А., поддержавших апелляционную жалобу, выступление прокурора Еремеевой Ю.А., полагавшей апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, представленных на нее возражений, судебная коллегия находит приговор в части осуждения ФИО1 по ч. 4 ст. 159.1 УК РФ подлежащим отмене по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 389.15 УПК РФ, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Исходя из положений п.п. 1,2 ст. 389.16 УПК РФ, приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, а также если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор является законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

В соответствии с закрепленным в ст. 49 Конституции РФ и в ст. 14 УПК РФ принципом презумпции невиновности обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения, а все сомнения в виновности, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

По мнению судебной коллегии эти требования судом первой инстанции не выполнены.

В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном обвинении в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.1 УК РФ, не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ.

Из показаний осужденного ФИО1, данных на стадии предварительного расследования в качестве подозреваемого, обвиняемого, а так же в ходе очных ставок с ФИО62 ФИО93., ФИО61 и оглашенных в судебном заседании в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ (т. 12 л.д. 173-175, т. 10 л.д. 151-154, 159-163, т. 13 л.д. 16-20, 21-30, 37-46), следует, что в 2012 году ООО «

<

данные изъяты>» получило в АО КБ «

<

данные изъяты>» кредит в размере около 10000000 руб. на реконструкцию и восстановление здания деревоцеха до уровня торгового центра. В августе-сентябре 2013 года к нему обратились сотрудники 

<

данные изъяты> с предложением о переводе в 

<

данные изъяты> его кредитных обязательств из других банков на более выгодных условиях. Он решил оформить кредит в ПАО 

<

данные изъяты>, в качестве обеспечения возврата будущего кредита решил предоставить в залог 

<

данные изъяты> принадлежащие ему, как физическому лицу, объекты недвижимого имущества: здание деревоцеха и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>. Оценка этих объектов недвижимости проводилась работниками дочерней организации 

<

данные изъяты> – ЗАО «

<

данные изъяты>». Здание и земельный участок были оценены в 30800000 руб., он участия в оценке объектов недвижимости не принимал, влияния на проводимую оценку не оказывал. К тому времени указанное здание уже находилось в залоге у АО КБ «

<

данные изъяты>». При залоге здания деревоцеха и земельного участка в банке «

<

данные изъяты>» эти объекты недвижимости были оценены примерно в 11000000 руб., но на момент передачи деревоцеха и земельного участка в залог банку «

<

данные изъяты>» деревоцех был отремонтирован примерно на 60%. Кредит в банке «

<

данные изъяты>» он брал для целей реконструкции и восстановления деревоцеха. Когда передавал этот деревоцех в залог 

<

данные изъяты> в конце декабря 2013 года, то помещение деревоцеха было уже почти полностью отремонтировано, оставалось только восстановить контур отопления.

Для передачи в залог 

<

данные изъяты> он должен был вывести из-под залога здание деревоцеха, оформленного в банке «

<

данные изъяты>». Для этого он оформил на себя, как на физическое лицо, кредиты в кооперативе «

<

данные изъяты>» на сумму около 2200000 руб. и полученными деньгами окончательно рассчитался по кредиту, полученному в банке «

<

данные изъяты>». Здание деревоцеха и земельный участок перестали быть обременены залогом. Оставшуюся часть задолженности по кредиту, ранее полученному ООО «

<

данные изъяты>» в банке КБ «

<

данные изъяты>», он погасил за счет кредита в сумме 6500000 руб., оформленного на ООО «

<

данные изъяты>» в ПАО 

<

данные изъяты>. Изначально планировал получить в ПАО 

<

данные изъяты> кредит в размере 26000000 руб. Однако в связи с тем, что кредит в размере 6500000 руб. был получен им ранее, то следующий кредит он мог оформить лишь на 20000000 руб. Считает, что кредит, оформленный на сумму 6500000 руб., и последующий полученный ООО «

<

данные изъяты>» кредит в размере 20000000 руб. представляли собой единое кредитование, имеющее своей целью перевод всех кредитных обязательств ООО «

<

данные изъяты>» в ПАО 

<

данные изъяты>.

В результате между ООО «

<

данные изъяты>» и ПАО 

<

данные изъяты> был заключен договор ипотеки № № от 26.12.2013, в соответствии с которым деревоцех и земельный участок были оценены в 30800000 руб. Ложные сведения банку он не предоставлял, кредит получен ООО «

<

данные изъяты>» на законных основаниях. Считает, что возвратность кредита была полностью обеспечена предоставленным им залоговым имуществом. 

Кредит в размере 20000000 руб. был необходим ему именно в целях реструктуризации уже имевшихся задолженностей ООО «

<

данные изъяты>» на более выгодных условиях. Полученные в кредит денежные средства он использовал как на погашение имевшихся у него долгов, так и на реконструкцию здания деревоцеха. Весь комплект документов на кредит готовила ФИО62 Заявление о предоставлении кредита было типовым бланком. Все документы направлялись ему 

<

данные изъяты> электронной почтой, он их распечатал на работе, подписал, поставил печать и отнес в 

<

данные изъяты>.

Деньги, полученные в кредит в ПАО 

<

данные изъяты>, были впоследствии направлены им на погашение прежних займов, полученных в банках, у физических лиц, в кредитных кооперативах, а также на завершение ремонта здания деревоцеха, которое предоставлялось в залог банку. Так, часть средств в сумме 2200000 руб. из полученного в 

<

данные изъяты> кредита была им направлена на погашение имевшейся на тот момент задолженности перед кооперативом «

<

данные изъяты>».

Предусмотренную кредитным договором обязанность о передаче в залог 

<

данные изъяты> здания столовой он не исполнил, так как полагал, что залогового имущества в виде здания деревоцеха оценочной стоимостью 30220000 руб. и земельного участка стоимостью 580000 руб. будет достаточно для обеспечения возвратности кредита на сумму 20000000 руб., полученного в ПАО 

<

данные изъяты>. Также на момент заключения кредитного договора от 26.12.2013 сделка по покупке здания столовой была под сомнением ввиду обнаружения в нем серьезных скрытых дефектов. Он занимался этим вопросом и прочими делами, поэтому про данный пункт договора забыл, а работники 

<

данные изъяты> не напомнили ему о необходимости предоставить в залог здание столовой в нужное время. Здание столовой изначально приобреталось им у ФИО61. за 5000000 руб., в дальнейшем стоимость этого здания была уменьшена из-за обнаружения скрытых дефектов, и часть денег ФИО61 ему вернул. Лишь во втором полугодии 2014 года ФИО62 напомнила ему о необходимости предоставить в залог банку здание столовой. Однако к тому моменту исполнить эту обязанность он не мог, поскольку здание столовой уже было передано им в кооператив «

<

данные изъяты>».

Из оглашенных показаний, данных ФИО1 на очной ставке со свидетелем ФИО62., следует, что он встречался с руководителем 

<

данные изъяты> ФИО93 и обсудил с ним возможность перевода кредитов ООО «

<

данные изъяты>» в ПАО 

<

данные изъяты>. Под переводом кредитов он понимал получение кредита в ПАО 

<

данные изъяты>, и за счет средств нового кредита погашение задолженностей ООО «

<

данные изъяты>». Он не согласен с тем, что обманывал 

<

данные изъяты>, поскольку было предоставлено залоговое имущество - деревоцех и земельный участок, общая стоимость которых на 30% превышала размер кредита, полученного ООО «

<

данные изъяты>». Он не отказывался гасить кредит, поскольку через полгода после получения кредита, он обратился в 

<

данные изъяты> с письмом, в котором предложил банку иной график гашения задолженности по кредиту. Письменного ответа он не получил, а устно ФИО62. сообщила, что в удовлетворении его просьбы банк отказал.

Несмотря на занятую подсудимым ФИО1 позицию, суд первой инстанции посчитал его вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.1 УК РФ, полностью доказанной.

В обоснование такого вывода суд сослался на представленные стороной обвинения и исследованные в суде следующие доказательства:

Согласно решению учредителя № 1 от 19 марта 2003 года создано ООО «

<

данные изъяты>», утвержден устав Общества, назначен директор Общества - ФИО1 (т. 8 л.д. 222, т. 12 л.д. 80), МРИ ФНС № 8 по Кировской области принято решение о государственной регистрации юридического лица при создании – Общество с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» № 1092 от 24 марта 2003 года (т. 8 л.д. 208). ООО «

<

данные изъяты>» зарегистрировано МРИ ФНС № 8 по Кировской области 24 марта 2003 года за основным государственным регистрационным номером 1034307503207, ИНН 

<

***>, о чем указано в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 02 июля 2014 года № 026175 (т. 12 л.д. 75-78) и свидетельстве о государственной регистрации юридического лица серии 43 № 000471158 (т. 12 л.д. 79).

Как указано в Уставе ООО «

<

данные изъяты>» от 12 ноября 2009 года, в полномочия директора Общества входит: представление интересов Общества, как в Российской Федерации, так и за ее пределами, в том числе в иностранных государствах; распоряжение имуществом и средствами Общества для обеспечения его текущей деятельности в пределах, установленных действующим законодательством и Уставом Общества, в связи с чем он имеет право первой подписи финансовых документов; осуществление оперативного руководства деятельностью Общества; подготовка необходимых материалов и предложений для рассмотрения Общим собранием и обеспечение исполнения принятых им решений; выполнение текущих и перспективных планов Общества; выдача доверенности на право представительства от имени Общества в пределах собственных полномочий, в том числе доверенности с правом передоверия, открытие в банках расчетных счетов и других счетов Общества; прием и увольнение работников Общества, заключение и расторжение контрактов с ними; издание приказов о назначении на должности работников, об их переводе и увольнении, применение мер поощрения и наложение дисциплинарных взысканий; организация бухгалтерского учета и отчетности в Обществе (т. 12 л.д. 68-74).

Из справки ПАО 

<

данные изъяты> от 29 октября 2018 года следует, что правом первой подписи обладал директор ФИО1, то есть являлся лицом, имеющим право распоряжения денежными средствами, находящимися на расчетном счете № №, открытом ООО «

<

данные изъяты>» (т. 7 л.д. 231). 

Представитель потерпевшего ФИО103ФИО103 ведущий специалист отдела экономической безопасности управления безопасности Кировского отделения № № ПАО Сбербанк, показал, что по кредитному договору от 26.12.2013 ООО «

<

данные изъяты>» получило в Кировском отделении № № целевой кредит на сумму 20000 000 руб. на реконструкцию зданий. Согласно договору Сбербанк обязался открыть заемщику невозобновляемую кредитную линию для вложения во внеоборотные активы с даты предоставления в банк зарегистрированного в установленном действующим законодательством порядке договора ипотеки, при этом вложение средств во внеоборотные активы - это вложения в капитальные строения, приобретение имущества, недвижимости, оборудования, но не товары в обороте и не погашение кредитов в банках. Возврат денежных средств банку обеспечивался путем предоставления залога и поручительства, поручителями выступали ФИО1 и ФИО70. В качестве обеспечения обсуждалась передача в залог помещения деревоцеха и столовой. 

Так как по кредиту денежные средства не выплачивались, образовалась кредиторская задолженность, и Сбербанк обратился в суд с заявлением о досрочном взыскании всей суммы задолженности и об обращении взыскания на заложенное имущество банка. В настоящее время реализовано здание деревоцеха в сумме порядка 5 млн. рублей. 

ООО «

<

данные изъяты>» было переименовано и перерегистрировано в другом регионе, сменился генеральный директор. 

Проанализировав все документы и действия, предпринятые руководством ООО «

<

данные изъяты>», банк принял решение, что в отношении ПАО 

<

данные изъяты> совершены мошеннические действия, было подано заявление в правоохранительные органы. Вывод банка о совершении мошеннических действий сделан после анализа действий, предпринятых руководителем ФИО1: смена генерального директора, отчуждение организации, то есть данная организация была переоформлена на ФИО71., которому заплатили деньги за то, что он получил организацию, подписал бумаги, никуда не вникал, никакой деятельности не осуществлял. 

Кроме того, залоговая цена предложенного имущества оказалась намного выше рыночной цены. ФИО1 начал скрывать свои активы, за счет которых банк смог бы погасить его задолженность: ООО «

<

данные изъяты>» было перерегистрировано в другом регионе, здание столовой не было передано в залог. 

В рамках уголовного дела банком заявлялся гражданский иск на сумму 20000 000 руб., который скорректирован, так как поступили денежные средства от реализации имущества. 

Дочерней организацией 

<

данные изъяты> – ЗАО «

<

данные изъяты>» здание деревоцеха оценено в 30000 000 рублей. Однако ФИО1 знал, за сколько он купил это здание, он его закладывал в другом банке за меньшие суммы. Даже реконструированный объект данной недвижимости был реализован по цене в разы ниже - около 5 млн. рублей. 

Из показаний свидетеля ФИО93 данных на стадии предварительного расследования и в ходе очной ставки с ФИО1, оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 10 л.д. 155-158, 159-163), следует, что в период с 2009 года по апрель 2014 года он являлся руководителем Котельничского отделения 

<

данные изъяты> ФИО1 обращался в отделение 

<

данные изъяты> для получения одного из кредитов, и он с ним общался. Первоначально ФИО1 или ООО «

<

данные изъяты>» получали в ПАО 

<

данные изъяты> кредит на сумму 6 500 000 руб. В то время ФИО1 уже имел действующий кредит в банке «

<

данные изъяты>» и ему были необходимы денежные средства на приобретение, реконструкцию и ремонт здания столовой, расположенного по адресу: 

<

адрес> где он собирался организовать что-то вроде бизнес-центра. Их банк обговаривал с ФИО1, что в зависимости от того, как ФИО1 и ООО «

<

данные изъяты>» будут исполнять свои обязательства по кредиту в размере 6 500 000 руб., ПАО 

<

данные изъяты> рассчитает ему лимит на более крупный кредит. Первоначально ООО «

<

данные изъяты>» добросовестно исполнял обязательства по кредиту в размере 6 500 000 руб., своевременно вносил необходимые платежи. В конце 2013 года ФИО3 обратился в Котельничское отделение Сбербанка для получения кредита уже в размере 20 000 000 руб. на приобретение, ремонт и реконструкцию здания столовой. По вопросам кредитования с ФИО1 общалась специалист банка ФИО62 Решение о предоставлении кредита ООО «

<

данные изъяты>» принималось кредитным комитетом. Если бы работники банка заранее были осведомлены о том, что часть полученных в кредит денежных средств ФИО1 намерен потратить на погашение собственных долгов, то кредит в размере 20 000 000 руб. ООО «

<

данные изъяты>» не был бы выдан. Кредит в размере 20 000 000 руб. выдавался именно на приобретение и ремонт здания столовой и использование этих средств на другие цели, в том числе на погашение уже имевшихся задолженностей, не допускалось.

Свидетель ФИО62 в судебном заседании показала, что в период с 2013 по 2015 годы она работала в ПАО 

<

данные изъяты> в должности инспектора по кредитованию юридических лиц, в ее обязанности входило оформление документации для выдачи кредита. ООО «

<

данные изъяты>», директором которого был ФИО1, занималось полиграфической деятельностью, имело терминалы на оплату телефонной связи, а так же производство строительных материалов, имело объекты недвижимости - здание, где на тот момент располагались деревообрабатывающий цех и столовая. ООО «

<

данные изъяты>» неоднократно ранее обращалось за кредитами. Кредит на сумму 20000 000 руб. был заявлен на реконструкцию объекта недвижимости – здания столовой. Она готовила документацию на кредитный комитет. Документы подписывались в соответствии с нормативными регламентами 

<

данные изъяты>, служба безопасности все проверяла. В качестве залога предлагалось здание деревоцеха, было дополнительное условие, что после заключения кредитного договора здание столовой необходимо было оформить в залог, это условие было обязательным к исполнению. Заявление на выдачу кредита составлял ФИО1, он подавал и всю необходимую документацию. Она распечатывала ему анкету заемщика, он предоставил упрощенный баланс, упрощенный отчет о прибылях и убытках, заявление, где указываются все имеющиеся кредиты, ИНН, ОГРН, данные, кто будет поручителем, залогодателем, имущество, которое предлагается в залог. Возврат денежных средств обеспечивался залогом деревоцеха. Передать в качестве залога по кредиту здание деревоцеха предложил сам ФИО1, поскольку иные товарно-материальные ценности на 6 млн. рублей уже были в залоге. Рыночная стоимость залогового имущества определялась ЗАО «

<

данные изъяты>», организацией, которая сотрудничала со 

<

данные изъяты>, туда 

<

данные изъяты> направлялись документы на оценку недвижимого имущества. Каким образом производилась оценка, ей не известно, приходил уже готовый ответ. Максимально возможную сумму кредита рассчитывала специальная программа по формуле, соответствие размера оценки реальной стоимости здания они не проверяли. 25.12.2013 на совещании кредитного комитета Кировского отделения Сбербанка по видеоконференц-связи участвовали ее руководители: ФИО113 и ФИО66. По результатам совещания было принято положительное решение о выделении ООО «

<

данные изъяты>» кредита. Решение о включении в договор условия дополнительного обеспечения в виде здания столовой было принято именно на заседании кредитного комитета. Договор кредитной линии, заключенный с ООО «

<

данные изъяты>», являлся целевым, в заявлении на предоставление кредита, ФИО1 самостоятельно определил цель кредита – реконструкция приобретаемого здания столовой. В договоре об открытии невозобновляемой кредитной линии от 26.12.2013 указана цель - внеоборотные активы, так как был предусмотрен такой шаблон. ФИО1 в анкете заемщика не указал о наличии кредита в Фонде малого предпринимательства.

По указанной кредитной линии ООО «

<

данные изъяты>» была предоставлена отсрочка оплаты основного долга на несколько месяцев. После подписания договора о предоставлении кредита, денежные средства в сумме 20000 000 руб. были переведены ООО «

<

данные изъяты>» на счет, из них ФИО1 снял 5000000 рублей наличными. По кредитному договору проценты своевременно гасились, а когда пришло время гасить основной долг, кредит вышел на просрочку. Обязательства по передаче здания столовой в залог ФИО3 не выполнил. Когда истек срок предоставления залога, выяснилось, что здание столовой оформлено на другое юридическое лицо, оно было передано в кредитный кооператив, которым так же руководил ФИО1 В дальнейшем ООО «

<

данные изъяты>» было оформлено на другого учредителя – ФИО71 

Здание деревоцеха она осматривала перед выдачей кредита, делала фотографии, возможно высылала эти фотографии в ЗАО «

<

данные изъяты>». После выдачи кредита раз в полгода проверяла это здание. 

Если бы ООО «

<

данные изъяты>» указало на наличие кредита в Фонде поддержки малого предпринимательства, то сумма кредита была бы меньше. В том случае, если бы банку стало известно о том, что ООО «

<

данные изъяты>» умышленно их обманывает, то кредитный комитет заявку не стал бы рассматривать.

Когда она первый раз осматривала здание деревоцеха, то оно было в хорошем состоянии и у нее не возникло сомнений в его стоимости. Здание столовой при осмотре до момента выдачи кредита было заброшено, были голые стены, оконные проемы без окон, не было дверей.

Также свидетель в судебном заседании пояснила, что ФИО1 для получения кредита на сумму 20000000 руб. банку предоставил действительные сведения.

Из оглашенных в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний, данных ФИО62 на стадии предварительного следствия и подтвержденных в судебном заседании, следует, что заявление ООО «

<

данные изъяты>» от 17.12.2013 она получила от ФИО1, директора ООО «

<

данные изъяты>», оно было предъявлено в готовом виде, заполненным, с его личной подписью и оттиском круглой печати ООО «

<

данные изъяты>». Заявление она приобщила к иным материалам, из которых формировалось кредитное досье по договору № № об открытии невозобновляемой кредитной линии (со свободным режимом выборки) от 26.12.2013. Подлинность подписи ФИО1 в заявлении она не проверяла, подлинность имевшегося в нем оттиска печати – тоже не проверяла, поскольку ответственность за достоверность представляемых сведений несет именно заемщик, в данном случае, директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 Кредит в размере 20000000 руб. выдавался на цели приобретения и реконструкции здания столовой, расположенного по адресу: 

<

адрес> ни о каких других целях, в том числе реструктуризации каких-либо задолженностей, в ходе переговоров, предшествовавших выдаче этого кредита, ФИО1 не упоминал. Если бы представителям банка было известно о наличии у ФИО1 иных целей кредитования, помимо приобретения и реконструкции здания столовой, то кредит в размере 20000000 руб. на таких условиях не был бы выдан. 

Из представленных ФИО1 документов она формировала кредитное досье, на их основании готовила документацию для кредитного комитета. Кредит ООО «

<

данные изъяты>» выдавался под приобретение и реконструкцию конкретного объекта недвижимости – здания столовой по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> и ФИО1 был осведомлен о необходимости передачи этого объекта в залог банку, данное условие было согласовано с ФИО1 до оформления кредитного договора и до получения кредита ООО «

<

данные изъяты>». ФИО1 с таким дополнительным обеспечением возвратности кредита был согласен, кредитный договор заключался им добровольно.

Считает, что ФИО1 изначально желал уклониться от выплаты кредита. Обман со стороны ФИО1 заключался в том, что перед получением кредита он указал в заявлении на кредитование совершенно иные цели, чем были в действительности. Затем ООО «

<

данные изъяты>» было продано ФИО1 подставному лицу. Такая скорая продажа ООО «

<

данные изъяты>» постороннему лицу и свидетельствует об отсутствии у ФИО3 намерения возвращать кредит. Помимо этого после оформления кредита ФИО1 должен был передать в залог банку здание столовой, но и это им не было сделано (т.10 л.д. 151-154, т.15 л.д. 18-21).

Свидетель ФИО66 показала, что с 2012 по 2018 годы работала в должности кредитного аналитика в дополнительном офисе № № ПАО «

<

данные изъяты>», в ее обязанности входили сбор документов для заявки по юридическим лицам, составление этой заявки, предоставление документов для принятия решения на кредитный комитет. ООО «

<

данные изъяты>» осенью 2013 года обратилось к банку за предоставлением кредитных средств. Рассмотрением заявки на кредит занималась инспектор ФИО62 которая готовила документы. В залог ФИО1 предоставлялась недвижимость, его оценкой занималось ЗАО «

<

данные изъяты>». Она принимала участие в заседании кредитного комитета в г. Кирове по решению вопроса о выдаче кредита ООО «

<

данные изъяты>», впоследствии им прислали решение комитета о предоставлении кредита, в нем был указан еще дополнительный залог. Кредит был инвестиционный: на ремонт и строительство приобретаемого имущества, приобретаемое имущество должно было быть передано в залог. Она со стороны Сбербанка подписала указанный договор. До подписания кредитного договора представитель заемщика ФИО1 вызывался, знакомился с договором. 

До предоставления ФИО1 кредитов в 2013 году переговоры с ним вели руководитель ФИО113 и управляющий ФИО93 Считает, что кредит от ноября 2013 года на сумму 6500 000 руб. и от декабря 2013 года на 20000 000 рублей не связаны между собой, поскольку они различны: один кредит был на оборотные средства, другой инвестиционный. Здание деревоцеха на момент выдачи кредита 20000 000 руб. не было в залоге. ФИО1 не выполнил дополнительное обеспечение по кредитному договору и не передал здание столовой в залог. 

Свидетель ФИО81 в судебном заседании пояснил, что с апреля 2012 года по 01.01.2020 года занимал должность начальника отдела «

<

данные изъяты>». Их служба работала только со средним и крупным бизнесом, полномочий по оценке имущества субъектов малого бизнеса не имела, влиять на оценку они не могли. Он, ФИО81., входил в состав кредитного комитета и мог только выражать свое мнение относительно стоимости залога. Когда специалист залоговой службы ФИО117 проанализировала стоимость залога, то их отдел подготовил служебную записку в адрес Котельничского отделения, где указал, что рыночная стоимость залога находится в диапазоне тех цен, которые были на тот момент в рынке, но является немного высокой. 

Собрание кредитного комитета в Кировском отделении по вопросу предоставления ООО «

<

данные изъяты>» кредита в размере 20000 000 руб. проходило 25 или 26 декабря 2013 года по видеоконференц-связи между 

<

адрес>. Кредитный инспектор совместно с управляющим Котельничским отделением сообщили о финансово-хозяйственном состоянии заемщика, дали анализ его экономической деятельности, что предлагается в залог, на собрании кредитного комитета велась презентация, которая у него не сохранилась. Выдача кредита должна была производиться с целью приобретения здания за 5000 000 руб. и проведения соответствующих ремонтных работ в отношении этого здания и соседнего здания деревоцеха. В качестве обеспечения обязательств были представлены объекты недвижимого имущества - здание с земельным участком, расположенные в 

<

адрес>. По результатам заседания кредитного комитета банка принято решение о выдаче кредита, а также о предоставлении заемщиком в залог приобретаемого здания столовой, но в дальнейшем данное здание в залог не было оформлено. 

Оценка залогового имущества была проведена независимой оценочной организацией ЗАО «

<

данные изъяты>», рыночная стоимость залогового имущества составила тридцать с небольшим миллионов рублей. Роль оценщика при оформлении кредита состоит в консультировании банка о стоимости предмета залога. Банк за оценкой имущества не обращается, заемщик – физическое или юридическое лицо сам обращается в оценочную компанию к независимому оценщику, так как заказчиком оценки может выступать только собственник. 

Из показаний свидетеля ФИО87, данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 11 л.д. 81-84), следует, что в период с марта 2002 года по декабрь 2014 года она работала в должности ведущего специалиста ЗАО «

<

данные изъяты>» (ЗАО «

<

данные изъяты>») в г. Кирове, являющегося дочерним обществом ПАО 

<

данные изъяты>. В ее обязанности входило консультирование заказчиков по ликвидности имущества и его вероятной рыночной стоимости для целей кредитования в ПАО 

<

данные изъяты>. Клиент Сбербанка, желающий получить кредит, обращался в структурное подразделение банка, где клиенту предлагалось обратиться к независимым оценщикам либо в офис ЗАО «

<

данные изъяты>». При оказании консультационных услуг оформлялось краткое экспертное заключение. Для экспертного заключения, составляемого при оказании консультационных услуг, характерна упрощенная форма расчетов и краткие выводы, отражающие субъективное мнение специалиста. Консультация проводилась без выезда к месту нахождения объекта, передаваемого в залог. При оказании консультационных услуг непосредственный осмотр объекта она не проводила, а пользовалась только правоустанавливающими и иными документами, фотографиями, которые ей представляли потенциальные заемщики либо работники банка. 

Согласно экспертному заключению № № от 27.11.2013, ею были оказаны консультационные услуги по оценке рыночной стоимости объектов недвижимого имущества, принадлежащих ФИО1: здание деревоцеха, площадью 1 282,2 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>; земельный участок, площадью 2000 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>

По результатам исследования данных объектов недвижимости она подготовила экспертное заключение № от 27.11.2013, в соответствии с которым рыночная стоимость здания деревоцеха была оценена в 30020000 руб., стоимость земельного участка – 580000 руб.

Выводы о стоимости этого имущества она делала путем сопоставления цен на аналогичные объекты, содержащихся в объявлениях, размещенных на сайтах www.dom43, www.avito.ru, www.stranicy.gorodkirov.ru, www.izrukvruki.ru, www.nppn.ru и др. Утверждает, что ее выводы, содержащиеся в экспертном заключении № № от 27.11.2013, не были обязательными и окончательными для работников 

<

данные изъяты> при решении вопроса о предоставлении кредита ФИО1 или представляемым им лицам. Данные выводы являлись всего лишь консультацией, отражающей ее субъективное мнение о вероятной стоимости вышеуказанных объектов недвижимого имущества, основанное на анализе рыночной конъюнктуры по состоянию на ноябрь 2013 года. Никто из работников 

<

данные изъяты> с просьбами и рекомендациями, касающимися выводов о стоимости данного имущества, к ней не обращался. После кризиса конца 2014 года цены на коммерческую недвижимость резко и очень сильно упали. Большинство объектов коммерческой недвижимости, особенно в районах Кировской области, вообще невозможно было продать. В связи с этим оцененные ей объекты недвижимого имущества могли реализовываться по значительно более низким ценам.

В соответствии с протоколом выемки от 13 сентября 2018 года в ПАО 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес> изъято досье, содержащее кредитную документацию по договору № 

<

данные изъяты> от 26 декабря 2013 года об открытии невозобновляемой кредитной линии (со свободным режимом выборки) (т. 4 л.д. 5-7), которое осмотрено, результаты осмотра зафиксированы в протоколе от 03 января 2019 года, в ходе осмотра установлено, что досье содержит документацию, связанную с заключением кредитного договора № № от 26 декабря 2013 года об открытии невозобновляемой кредитной линии (со свободным режимом выборки), в том числе документы, представленные ФИО1 в ПАО 

<

данные изъяты> с целью получения кредита ООО «

<

данные изъяты>» (т. 4 л.д. 8-17). 

Согласно заявлению от 17 декабря 2013 года, адресованному в Котельничское отделение ОАО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>» в лице директора ФИО1 просит предоставить кредит в размере 20000000 руб. для целей реконструкции объектов недвижимости (т. 4 л.д. 113-114).

В анкете заемщика от 17 декабря 2013 года, подписанной директором ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 и заверенной печатью общества, указано, что целью кредита является вложение во внеоборотные активы (приобретение и реконструкция объекта недвижимости), в качестве обеспечения выступает здание деревоцеха, собственником которого является ФИО1, рыночная стоимость недвижимости составила 30 800 000 руб. (т. 4 л.д. 115-117).

Согласно экспертному заключению № № от 27 ноября 2013 года для получения кредита в 

<

данные изъяты> № №, составленному ЗАО «

<

данные изъяты>» по заказу ООО «

<

данные изъяты>», произведена оценка: здания деревоцеха, общей площадью 1271,9 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> имеет рыночную стоимость 30220000 руб.; земельного участка, общей площадью 2000 кв.м., имеет рыночную стоимость 580000 руб. Всего рыночная стоимость объектов недвижимости на 22 ноября 2013 года составила сумму 30800 000 руб. (т. 4 л.д. 192).

Согласно заключению от 18 декабря 2013 года, подготовленному сотрудником банка ФИО62 ООО «

<

данные изъяты>» в своем заявлении от 17 декабря 2013 года запрашивает сумму кредита в размере 20000000 руб. с целью вложения во внеоборотные активы: план финансирования: 1) приобретение объекта недвижимости у ФИО254 с предполагаемой датой финансирования: декабрь 2013 года, размер кредитных средств – 5000000 руб.; 2) реконструкция объекта недвижимости с предполагаемой датой финансирования 2014 год, размер кредитных средств: 15000 000 руб. В заключении указано, что по результатам анализа деятельности ООО «

<

данные изъяты>» максимально возможная сумма кредита составляет 37285 485 руб. В обеспечение предоставляется залог недвижимости рыночной стоимостью 30800000 руб., залоговой стоимостью 20020000 руб., процент покрытия обеспечения суммы кредита составил 100 %. Кроме того, в комментариях и выводах кредитного инспектора отражено, что ООО «

<

данные изъяты>» ведет свою деятельность с 2003 года, постоянно расширяет спектр услуг в зависимости от спроса на рынке, за это время общество зарекомендовало себя серьезным партнером, работает с прибылью и увеличивает валюту баланса, имеет значительную сумму собственных средств, активно пользуется кредитными средствами (т. 4 л.д. 132-144).

Из заключения юридического отдела Кировского отделения № №, следует, что заключение договора о невозобновляемой кредитной линии с ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 20000 000 руб. имеет высокие правовые риски, правоспособность юридического лица и полномочия директора подтверждены, договор может быть заключен. Кроме этого, в заключении указано о проведении юридической экспертизы документов залогодателя ФИО1, которые были им представлены, в том числе, свидетельство о государственной регистрации права на здание деревоцеха, договор купли-продажи недвижимого имущества от 23 октября 2009 года, в котором указана стоимость приобретенной ФИО1 недвижимости – деревоцеха в размере 1500000 руб. (т. 4 л.д. 125-129).

Решением от 25 декабря 2013 года Комитет по предоставлению кредитов и инвестиций 

<

данные изъяты> утвердил лимитную позицию по ГСЗ ООО «

<

данные изъяты>» в 26625000 руб. и условия кредитования ООО «

<

данные изъяты>», в том числе: цель кредита – вложение во внеоборотные активы, сумма кредита 20000 000 руб., его срок, процентную ставку, указана информация об обеспечении кредита и дополнительные обязательные условия: заключение соглашения к банковскому счету о согласии (акцепте) на списание с расчетного счета Заемщика денежных средств, заключение соглашений о списании средств без распоряжения Заемщика с расчетного счета в ОАО КБ «

<

данные изъяты>», Кировском РФ ОАО «

<

данные изъяты>», оформление в срок до 31.12.2013 в качестве дополнительного обеспечения поручительства Кировского областного фонда поддержки малого и среднего предпринимательства, оформление в срок до 01.04.2014 в качестве дополнительного обеспечения приобретаемого объекта недвижимости – здания столовой (т. 4 л.д. 145-146). Заседание комитета проведено 25 декабря 2013 года, его результаты зафиксированы в протоколе от 25 декабря 2013 года (т. 10 л.д. 30-36), аудиозапись заседания комитета содержится на CD-R диске «TDK», который в ходе следствия был осмотрен, результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра от 21 февраля 2019 года (т. 10 л.д. 37-54), аудиозапись, содержащаяся на диске, прослушана и в ходе судебного заседания. 

Согласно договору об открытии невозобновляемой кредитной линии (со свободным режимом выборки) № от 26 декабря 2013 года ОАО «

<

данные изъяты>» обязалось открыть ООО «

<

данные изъяты>» невозобновляемую кредитную линию с лимитом 20000000 руб. для вложения во внеоборотные активы (т. 4 л.д. 148-158).

Из договора ипотеки № № от 26 декабря 2013 года следует, что ФИО1 передал в залог ОАО «

<

данные изъяты>» объекты недвижимого имущества: а) здание деревоцеха, общей площадью 1271,9 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> оценочная стоимость которого установлена в сумме 30220000 руб., залоговая стоимость – 19643000 руб. б) земельный участок, на котором находится закладываемый объект недвижимости, общей площадью 2000 кв.м., оценочная стоимость которого установлена в сумме 580000 руб., залоговая стоимость - 377 000 руб. Общая залоговая стоимость объектов недвижимости составила 20020000 руб. (т. 4 л.д. 172-177).

ФИО70. на основании договора поручительства № № от 26 декабря 2013 года (т. 4 л.д. 159-163), а ФИО1 на основании договора поручительства № № от 26 декабря 2013 года (т. 4 л.д. 164-168) обязались, как поручители, отвечать перед ОАО «Сбербанк России» за исполнение ООО «

<

данные изъяты>» всех обязательств по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № от 26 декабря 2013 года.

Согласно договору поручительства № № от 30 декабря 2013 года Кировский областной фонд поддержки малого и среднего предпринимательства обязался отвечать перед ОАО 

<

данные изъяты>» за исполнение ООО «

<

данные изъяты>» обязательств по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № № от 26 декабря 2013 года (т. 4 л.д. 178-184, т. 10 л.д. 166-169).

В распоряжении ООО «

<

данные изъяты>» на перечисление кредита № 1 от 27 декабря 2013 года указано о предоставлении кредитных средств в сумме 10000000 руб. (т. 4 л.д. 211). Данные кредитные средства предоставлены ООО «

<

данные изъяты>» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № № от 26 декабря 2013 года на основании распоряжения ОАО «

<

данные изъяты>» на предоставление кредитных средств № от 27 декабря 2013 года (т. 4 л.д. 209).

В распоряжении ООО «

<

данные изъяты>» на перечисление кредита № № от 30 декабря 2013 года указано о предоставлении кредитных средств в сумме 10000000 руб. (т. 4 л.д. 212). Данные кредитные средства предоставлены ООО «

<

данные изъяты>» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № № от 26 декабря 2013 года на основании распоряжения ОАО «

<

данные изъяты>» на предоставление кредитных средств № 2 от 30 декабря 2013 года (т. 4 л.д. 210).

Свидетель ФИО245., специалист отдела по возврату проблемных активов у юридических лиц Кировского отделения № № ПАО «

<

данные изъяты>», пояснил, что ООО «

<

данные изъяты>» является должником банка. Он занимался возвратом этой проблемной задолженности с начала 2017 года, когда уже были выданы исполнительные листы. ООО «

<

данные изъяты>» брал кредит в сумме 20000000 руб., в качестве обеспечения возврата кредита был заключен договор ипотеки на здание деревоцеха, расположенном в 

<

адрес> заключены договоры поручительства с ФИО1 и с ФИО70. Дополнительно кредитным договором была предусмотрена передача ФИО1 в срок до апреля 2014 года в залог здания столовой по адресу: 

<

адрес>, но ФИО1 эту обязанность не исполнил, здание столовой в залог банку не передал, а продал его третьему лицу. При выдаче кредита залоговое имущество - здание деревоцеха и земельный участок были оценены ЗАО «Икс» в сумму порядка 30000000 руб. Сопровождение по кредитному договору осуществляла представитель Котельничского отделения ФИО62 Здание деревоцеха было реализовано при проведении процедуры банкротства за 5000 000 рублей, часть этих средств получил банк. Что касается работы с поручителями, то исполнительные листы на ФИО1 и ФИО70 находились на исполнении в службе судебных приставов, однако, имущества, на которое могло быть обращено взыскание, не было обнаружено, исполнение прекращено, ФИО1 и ФИО70 признаны банкротами. Ему известно, что впоследствии ООО «

<

данные изъяты>» было переименовано в ООО «

<

данные изъяты>» и изменено местонахождение с 

<

адрес> юридическое лицо деятельность не осуществляло. Взыскание задолженности с ООО «

<

данные изъяты>» (ранее ООО «

<

данные изъяты>») не производится, поскольку юридическое лицо исключено из ЕГРЮЛ. Когда он, ФИО245 занимался активом, то выезжал в 2018 году неоднократно в 

<

адрес> и видел, в каком неудовлетворительном состоянии находится здание деревоцеха. На задней стороне здания, где стоянка и трансформаторная подстанция, была трещина от фундамента до крыши, стены не облагорожены, кирпич покрашен краской, вместо стекол полиэтиленовые пакеты. То, что не была произведена передача в дополнительный залог здания столовой, отразилось на общем объеме задолженности ООО «

<

данные изъяты>» перед банком. 

В заявлении от 27 сентября 2017 года ФИО245., специалист отдела по возврату проблемных активов у юридических лиц Кировского отделения № № ПАО «

<

данные изъяты>», просит провести проверку в отношении директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1, в связи с тем, что 26 декабря 2013 года ФИО1 с целью завладения денежными средствами ПАО 

<

данные изъяты>, не имея намерений возвращать заемные средства, оформил невозобновляемую кредитную линию № на сумму 20000000 руб., при этом платежи в погашение долга по оформленным обязательствам на сумму 20000000 руб. не производил (т. 1 л.д. 87). 

Из показаний свидетеля ФИО128ФИО128 данных на стадии предварительного расследования (т. 10 л.д. 113-117, 118-122, т. 11 л.д. 207-209) и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что она работает ведущим специалистом отдела экономической безопасности Управления безопасности Кировского отделения № 8612 ПАО 

<

данные изъяты>, в ее обязанности входит взаимодействие с полицией и другими правоохранительными органами, судами, в том числе, по вопросам уголовного преследования лиц, совершивших хищения денежных средств банка. Ей известно, что 17.12.2013 ФИО1, являвшийся директором ООО «

<

данные изъяты>», обратился в ПАО Сбербанк с заявлением о предоставлении ООО «

<

данные изъяты>» кредита в размере 20000000 руб. для целей реконструкции объекта недвижимости – здания столовой, находящегося по адресу: 

<

адрес> Сотрудник банка ФИО62 работала кредитным экспертом и принимала у ФИО1 заявление о предоставлении кредита, а также иные необходимые для его выдачи документы, проводила их первичный анализ, формировала кредитное досье, готовила заявку о выдаче кредита ООО «

<

данные изъяты>» для комитета по предоставлению кредитов и инвестиций ПАО 

<

данные изъяты> (кредитного комитета). 25.12.2013 состоялось заседание этого комитета, на котором было принято решение о предоставлении ООО «

<

данные изъяты>» кредита в размере 20000000 руб. 26.12.2013 между ПАО Сбербанк и ООО «

<

данные изъяты>» в лице директора ФИО1 заключен договор № об открытии невозобновляемой кредитной линии (со свободным режимом выборки) с лимитом 20000000 руб. В качестве обеспечения исполнения обязательств по данному кредитному договору с ФИО1 был заключен договор ипотеки № от 26.12.2013, согласно которому ФИО1 передал в залог банку здание деревоцеха и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес> Кроме того, с ФИО1 и его супругой банк заключил договоры поручительства, согласно которым супруги Р-ны обязались отвечать за исполнение ООО «

<

данные изъяты>» обязательств по указанному кредитному договору. Помимо этого, пп.1.5 п.10 кредитного договора № № от 26.12.2013 предусматривалась обязанность ФИО1 в срок до 01.04.2014 оформить в качестве дополнительного обеспечения залог здания столовой по адресу: г. 

<

адрес> однако эти обязанности им не исполнены, денежные средства банку не возвращены. По ее мнению директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 имел намерение похитить деньги в сумме 20000000 руб., принадлежащие ПАО 

<

данные изъяты>, поскольку, представляя в Сбербанк документы с целью заключения договора, действуя умышленно, намеренно и целенаправленно обманывал работников банка, преследуя цель хищения кредитных денежных средств в размере 20000000 руб. ФИО1 изначально стремился похитить денежные средства банка в сумме 20000000 руб., чтобы потратить их по собственному усмотрению. 

Так, ФИО1 еще в конце декабря 2013 года в короткий временной промежуток, а именно 27.12.2013 и 30.12.2013, получил все кредитные средства в общей сумме 20000000 руб., которые были перечислены в адрес ООО «

<

данные изъяты>» двумя равными траншами по 10000000 руб., и распорядился ими по своему усмотрению. Здание деревоцеха и занимаемый им земельный участок, предоставленные ФИО1 в залог банку, были заведомо для ФИО1 оценены гораздо выше их действительной стоимости. Сам ФИО1 был хорошо осведомлен о том, что реальная стоимость этих предметов залога (деревоцеха и земельного участка) намного ниже 30000000 руб. и даже 20000000 руб. и не покрывает суммы полученного кредита, следовательно, не обеспечивает возвратность полученного кредита. Эти объекты недвижимого имущества (деревоцех и земельный участок) приобретались ФИО1 у ИП ФИО83 за 1500000 руб., то есть по цене в 20 раз ниже их залоговой стоимости при передаче в залог ПАО 

<

данные изъяты>. ФИО83 же до продажи этих объектов покупал их по еще более низкой цене – за 250000 руб. По договору ипотеки от 22.02.2011, заключенному между ОАО «

<

данные изъяты>» и ФИО1, стоимость здания деревоцеха определялась в 2697000 руб. (залоговая стоимость – 1618200 руб.), а земельного участка – 86000 руб. (залоговая стоимость – 51600 руб.). По договору об ипотеке от 12.09.2012, заключенному между ОАО КБ «

<

данные изъяты>» и ФИО132., здание деревоцеха оценено в 10560000 руб., а земельный участок - в 560000 руб. ФИО1 был осведомлен об этих сделках, что позволяет утверждать, что он знал и о том, что деревоцех и земельный участок не могут стоить ни 30000000 руб., ни 20000000 руб., а их действительная, реальная стоимость в разы ниже. Учитывая все это, предоставление ФИО1 в залог банку данных объектов не обеспечивало возвратность кредита, полученного ООО «

<

данные изъяты>» по договору № № об открытии невозобновляемой кредитной линии (со свободным режимом выборки) с лимитом 20000000 руб. Будучи осведомленным об этих обстоятельствах, ФИО1 предоставил банку деревоцех и земельный участок, которые были ему, по сути, не нужны и в сохранности которых он заинтересован не был.

Также ФИО1 уклонился от исполнения предусмотренной кредитным договором обязанности по передаче в залог банку приобретаемого здания столовой, передав его в ПОЭП «

<

данные изъяты>», руководителем которого он сам и являлся. Далее ФИО1 организовал продажу доли в уставном капитале этой фирмы ФИО71 переименование ООО «

<

данные изъяты>» в ООО «

<

данные изъяты>» и перерегистрацию указанной организации в 

<

адрес> 

Обращаясь в банк с заявлением о предоставлении кредита в размере 20000000 руб., ФИО1 указал конкретную цель получения этих денежных средств - реконструкция объекта недвижимости. Вместе с тем, достоверно установлено, что полученные деньги ФИО3 расходовал на иные цели. Так, из 20000000 руб. полученного кредита 5000000 руб. он перечислил ФИО61 в качестве оплаты стоимости приобретаемого здания столовой. 5000000 руб. ФИО1 получил наличными в кассе 

<

данные изъяты>. 30.12.2013 часть похищенных у ПАО 

<

данные изъяты> денежных средств в сумме 2500000 руб. ФИО1 перечислил с расчетного счета № открытого ООО «

<

данные изъяты>» в 

<

данные изъяты>, на расчетный счет №, открытый ООО «

<

данные изъяты>» в банке «

<

данные изъяты>». Далее 31.12.2013 часть похищенных у ПАО 

<

данные изъяты> денежных средств в сумме 2000000 руб. с названного расчетного счета, открытого ООО «

<

данные изъяты>» в банке «

<

данные изъяты>», ФИО1 перевел на расчетный счет кредитного потребительского кооператива граждан «

<

данные изъяты>» в банке «

<

данные изъяты>». 31.12.2013 ФИО3 перечислил часть похищенных у ПАО 

<

данные изъяты> денежных средств в сумме 200000 руб. с расчетного счета №, открытого ООО «

<

данные изъяты>» в банке «

<

данные изъяты>» на счет кредитного потребительского кооператива граждан «

<

данные изъяты>» в банке «

<

данные изъяты>». Данные направления расходования кредитных средств не соответствует заявленной цели получения кредита.

15.01.2014 ФИО3 перечислил кредитные средства в сумме 6000000 руб. с расчетного счета №, открытого ООО «

<

данные изъяты>» в 

<

данные изъяты>, на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>», открытый в АО «

<

данные изъяты>». Затем, менее чем через неделю, а именно 21.01.2014, эти денежные средства в сумме 6000000 руб. были возвращены ФИО1 на другой счет ООО «

<

данные изъяты>», открытый в банке «

<

данные изъяты>», по фиктивному основанию под видом возврата ошибочно перечисленной суммы по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтных работ. Осуществляя и контролируя указанные операции, ФИО1 стремился придать похищенным у 

<

данные изъяты> средствам вид правомерно приобретенных, замаскировать их связь с кредитом, полученным ООО «

<

данные изъяты>», при этом расходуя деньги на цели, явно не соответствующие заявленным при получении кредита.

Из показаний свидетеля ФИО249 данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 11 л.д. 239-241) следует, что она состоит в должности старшего специалиста-ревизора отдела документальных исследований УЭБ и ПК УМВД России по Кировской области, в ее служебные обязанности входит проведение документальных исследований финансово-хозяйственной деятельности организаций. 15.01.2019 она проводила исследование документов в отношении ООО «

<

данные изъяты>», а именно: выписки о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытому в ПАО Сбербанк, за период с 01.01.2013, и № №, открытому в АО КБ «

<

данные изъяты>», за период с 10.08.2006 по 13.11.2018; выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытому в АО «

<

данные изъяты>», за период с 22.12.2009 по 26.07.2017.

При исследовании сведений, содержащихся в указанных выписках о движении денежных средств, она установила, что на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в ПАО 

<

данные изъяты>, поступали денежные средства по кредитному договору № от 26.12.2013 в общей сумме 20000000 руб.: 27.12.2013 по платежному документу № № на сумму 10000000 руб.; 30.12.2013 по платежному документу № № на сумму 10000000 руб. 

Указанные денежные средства были использованы ООО «

<

данные изъяты>» в общей массе денежных средств по следующим основным направлениям:

-5000000 руб. - 27.12.2013 получены из кассы банка, с основанием – прочие выдачи;

-2500000 руб. - 30.12.2013 перечислены на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в АО КБ «

<

данные изъяты>»;

-5000000 руб. - 30.12.2013 перечислены ФИО61, с основанием – по предварительному договору купли-продажи нежилого помещения б/н от 23.12.2013;

-6000000 руб. - 15.01.2014 перечислены на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в АО «

<

данные изъяты>», с основанием – по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтно-строительных работ.

ООО «

<

данные изъяты>» денежные средства в сумме 6000000 руб., поступившие от ООО «

<

данные изъяты>» 15.01.2014, в полном объеме перечислило 21.01.2014 обратно в адрес ООО «

<

данные изъяты>» на расчетный счет № № в АО КБ «Хлынов», с основанием – возврат ошибочно перечисленной суммы по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтных работ по письму № 1 от 15.01.2014.

Часть денежных средств в сумме 2200000 руб. из перечисленных 30.12.2013 с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» в ПАО 

<

данные изъяты> денежных средств в сумме 2500000 руб. на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>», 31.12.2013 направлены в адрес КПК «

<

данные изъяты>», с основанием – оплата по договорам поручительства № 308 от 18.10.2013 и № 333 от 08.11.2013.

Денежные средства в сумме 6000000 руб., возвращенные 21.01.2014 ООО «

<

данные изъяты>» на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «Хлынов», направлены в адрес: 

-СХКПК «

<

данные изъяты>» в размере 1400000 руб. по договорам поручительства № 132 от 05.12.2013 и № 148 от 30.12.2013;

-ООО «

<

данные изъяты>» в сумме 1393055 руб. 68 коп. за принтер;

-АО КБ «

<

данные изъяты>» в сумме 2500000 руб. на депозит «Бизнес доходный» на основании договора № № срочного банковского вклада от 05.02.2014.

В справке № 3 об исследовании документов ООО «

<

данные изъяты>» от 15.01.2019, составленной ФИО249 указаны даты, суммы, поступившие ООО «

<

данные изъяты>» по кредитному договору № № от 256.12.2013 на сумму 20000000 руб., а также дальнейшее расходование этих денежных средств (т. 3 л.д. 8-17).

Движение денежных средств по счету № №, открытому ООО «

<

данные изъяты>» в ПАО 

<

данные изъяты>, отражено в выписке банка, согласно которой:

-27.12.2013 поступили денежные средства в сумме 10000000 руб., с назначением платежа: выдача кредита по договору № № НКЛ от 26.12.2013, согласно распоряжению кредитного отдела 1 от 27.12.2013,

-30.12.2013 поступили денежные средства в сумме 10000000 руб., с назначением платежа: выдача кредита по договору № № НКЛ от 26.12.2013, согласно распоряжению кредитного отдела 2 от 30.12.2013,

-27.12.2013 выданы наличные денежные средства в сумме 5000000 руб., с назначением платежа: прочие выдачи.

3-0.12.2013 перечислены в адрес ФИО61 денежные средства в сумме 5000000 руб., с назначением платежа: перечисление средств по предварительному договору купли-продажи нежилого помещения б/н от 23.11.2013,

-30.12.2013 перечислены на расчетный счет № №, открытый ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>», денежные средства в сумме 2500000 руб., с назначением платежа: перевод денежных средств для осуществления текущей деятельности,

-15.01.2014 перечислены в адрес ООО «

<

данные изъяты>» денежные средства в сумме 6000000 руб., с назначением платежа: по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтно-строительных работ (т. 7 л.д. 232-244).

Платежным поручением № 9 от 15.01.2014 с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в отделении № № 

<

данные изъяты>, на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в Кировском РФ АО «

<

данные изъяты>», перечислены денежные средства в сумме 6 000 000 руб., с назначением платежа: по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтно-строительных работ (т. 3 л.д. 40).

Платежным поручением № 1 от 16.01.2014 с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в Кировском РФ АО «

<

данные изъяты>» на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в АО КБ «

<

данные изъяты>», перечислены денежные средства в сумме 6 000 000 руб., с назначением платежа: возврат ошибочно перечисленной суммы по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтно-строительных работ по письму № 1 от 15.01.2014. (т.11 л.д.237). Данное платежное поручение изъято протоколом выемки (т. 11 л.д. 233-234), осмотрено, результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра документов от 03.09.2019 (т. 11 л.д. 235-236).

Согласно сведениям об открытых (закрытых) счетах в кредитных организациях следует, что ООО «

<

данные изъяты>» в Кировском РФ АО «

<

данные изъяты>» 22.12.2009 открыт расчетный счет № № и закрыт 26.07.2017 (т. 8 л.д. 134).

Из выписки о движении денежных средств по счету № №, открытому ООО «

<

данные изъяты>» в АО «

<

данные изъяты>», следует, что 

15.01.2014 с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в 

<

данные изъяты>, поступили денежные средства в сумме 6000000 руб., с назначением платежа: по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтно-строительных работ, 

21.01.2014 денежные средства в сумме 6000000 руб. перечислены на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в АО КБ «

<

данные изъяты>», с назначением платежа: по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтно-строительных работ (т. 8 л.д. 3-20).

Движение денежных средств по счету №, открытому ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>», отражено в выписке, согласно которой:

30.12.2013 поступили со счета ООО «

<

данные изъяты>», открытого в 

<

данные изъяты>, денежные средства в сумме 2500000 руб., перечисленные платежным поручением № 14 от 30.12.2013, с назначением платежа: перевод денежных средств для осуществления текущей деятельности,

31.12.2013 перечислены в адрес кредитного потребительского кооператива граждан «

<

данные изъяты>» денежные средства: 2 000000 руб. по платежному поручению № 400 от 30.12.2013, с назначением платежа: оплата основного долга и процентов по договору поручительства № 333 от 08.11.2013; 200000 руб. по платежному поручению № 401 от 30.12.2013, с назначением платежа: оплата основного долга по договору поручительства № 308 от 18.10.2013,

21.01.2014 поступили со счета ООО «

<

данные изъяты>», открытого в Кировском РФ АО «

<

данные изъяты>», денежные средства в сумме 6000000 руб. по платежному поручению № 1 от 16.01.2014, с назначением платежа: возврат ошибочно перечисленной суммы по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтных работ по письму № 1 от 15.01.2014 (т.7 л.д.3-119).

Платежным поручением № 400 от 30.12.2013 с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в АО КБ «

<

данные изъяты>», на расчетный счет КПК граждан «

<

данные изъяты>» № №, перечислены денежные средства в сумме 2000000 руб. (т.3 л.д.31).

Платежным поручением № 401 от 30.12.2013, с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в АО КБ «

<

данные изъяты>», на расчетный счет КПК граждан «

<

данные изъяты>» № №, перечислены денежные средства в сумме 200000 руб. (т. 3 л.д. 32).

Платежным поручением № 391 от 21.01.2014 с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в АО КБ «

<

данные изъяты>», на расчетный счет СКПК «

<

данные изъяты>» № №, открытый в Кировском РФ АО «

<

данные изъяты>», перечислены денежные средства в сумме 855 000 руб., с назначением платежа: оплата по договору поручительства 148 от 30.12.2013 к договору 54% займа от 30.12.2013 (т. 3 л.д. 33).

Платежным поручением № 390 от 21.01.2014 с расчетного счета № №, открытого ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>», на расчетный счет СКПК «

<

данные изъяты>» № №, открытый в Кировском РФ АО «

<

данные изъяты>», перечислены денежные средства в сумме 545 000 руб., с назначением платежа: оплата по договору поручительства 132 от 05.12.2013 к договору 54 % займа от 05.12.2013. (т. 3 л.д. 34).

Платежным поручением № 277 от 23.01.2014 с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в АО КБ «

<

данные изъяты>», на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в АО «

<

данные изъяты>», перечислены денежные средства в сумме 1 393 055 руб. 68 коп. Назначение платежа: за принтер по счету-договору № от 23.01.2014 (т. 3 л.д. 35).

Платежным поручением № 398 от 07.02.2014 (т. 3 л.д. 28) с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в АО КБ «

<

данные изъяты>», на счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в АО КБ «

<

данные изъяты>», перечислены денежные средства в сумме 2500000 руб., с назначением платежа: перечисление денежных средств на депозит «

<

данные изъяты>» на основании договора № № (т. 3 л.д. 27). Данная сумма с депозитного счета перечислена платежным поручением № 1 от 11.03.2014 на счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в АО КБ «

<

данные изъяты>», с назначением платежа: возврат суммы депозита и начисленных процентов по дог. № 2014-002550 от 05.02.2014 по окончанию срока (т. 3 л.д. 29). Перечисления указанной суммы подтверждается выпиской по счету № №, открытому ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>» (т. 3 л.д. 30).

Протоколом выемки от 20.03.2019 у свидетеля ФИО140 изъяты расходные кассовые ордера № 1849 от 18.10.2013 и № 1976 от 08.11.2013 о получении ФИО1 из кассы КПК «

<

данные изъяты>» денежных средств (т. 11 л.д. 125-129). Изъятые документы осмотрены, результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра от 20.03.2019, в ходе осмотра установлено, что ФИО1 получил из кассы КПК «

<

данные изъяты>»: по расходному кассовому ордеру № 1849 от 18.10.2013 денежные средства в сумме 200000 руб., с основанием: выдача по договору займа от 308 от 18.10.2013; по расходному кассовому ордер № 1976 от 08.11.2013 денежные средства в сумме 2000000 руб., с основанием: выдача по договору займа от 333 от 08.11.2013 (т. 11 л.д. 130-131).

Заключением эксперта № № от 17.07.2019 установлено, что подписи от имени ФИО1 в расходных кассовых ордерах № № от 18.10.2013 на сумму 200000 руб. и № 1976 от 18.11.2013 на сумму 2000000 руб. выполнены ФИО1. Рукописная запись «Двести тысяч» в расходном кассовом ордере № № от 18.10.2013 выполнена ФИО1 Рукописная запись «Два миллиона» в расходном кассовом ордере № 1976 от 18.11.2013 выполнена ФИО1 (т.11 л.д.147-155).

Из показаний свидетеля ФИО83., данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 11 л.д. 1-3), следует, что в феврале 2009 года к нему обратился ранее незнакомый ФИО1, который сообщил, что хотел бы приобрести здание деревоцеха по адресу: 

<

адрес> принадлежавшее ОАО «

<

данные изъяты>». Он узнал, что это здание не эксплуатировалось, находилось в аварийном состоянии, было заброшенным. В итоге он, как индивидуальный предприниматель, заключил с ОАО «

<

данные изъяты>» договор купли-продажи недвижимого имущества от 19.06.2009, согласно которому он купил имущество, находящееся по адресу: 

<

адрес> здание проходной будки, площадью 7,7 кв.м., по цене 10000 руб. и здание деревоцеха, площадью 1282,2 кв.м. по цене 240000 руб. 23.10.2009 между ним и ФИО1, как физическим лицом, заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № 1-09, согласно которому он продал ФИО1 здание деревоцеха, площадью 1282,2 кв.м. за 1500000 руб. Ему известно, что ФИО1 в здании деревоцеха проводил косметический ремонт, затем сдавал в аренду различным фирмам.

В соответствии с договором купли-продажи недвижимого имущества № 1-09 от 23.101.2009 ИП ФИО83 продал, а ФИО1 купил здание деревоцеха, площадью 1282,2 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, по цене 1500 000 руб. (т. 4 л.д. 201).

В соответствии с договором купли-продажи земельного участка № 3-09 от 27.11.2009 ИП ФИО83 продал, а ФИО1 купил земельный участок, площадью 2000 кв.м., расположенный в 

<

адрес>, с кадастровым номером № по цене 500 руб. (т. 4 л.д. 200).

Согласно выписке из лицевого счета № №, открытого ИП ФИО83 в АО АКБ «

<

данные изъяты>» следует, что на указанный счет от ФИО1 поступали следующие денежные средства: 27.10.2009 - 500000 руб., 01.12.2009 - 500000 руб., 23.12.2009 - 500000 руб., с назначением платежей: по договору купли-продажи № 1-09 от 23.10.2009 за здание деревоцеха. (т. 11 л.д. 19-20).

Из показаний свидетеля ФИО61ФИО61 данных на стадии предварительного расследования и в ходе очной ставки с ФИО1, оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 12 л.д. 164-166, 173-175) следует, что ранее он являлся собственником одноэтажного здания столовой, расположенного по адресу: 

<

адрес> здание не эксплуатировалось и требовало капитального ремонта, у него были в значительной степени разрушены стены, крыша, коммуникации. Примерно в декабре 2013 года ФИО1 предложил ему продать это здание за 5000000 руб. и между ним, как физическим лицом, и ООО «

<

данные изъяты>», директором которого являлся ФИО1, был заключен договор купли-продажи. Денежные средства в сумме 5000000 руб. поступили на его расчетный счет со счета ООО «

<

данные изъяты>» в декабре 2013 года одним платежом. Переход права собственности на это здание столовой оформлен в январе-феврале 2014 года. В начале января 2014 года ФИО1 выявил в приобретенном здании столовой существенные недостатки, которые заключались в скрытых дефектах фундамента, стен и крыши, по стенам здания пошли трещины, одна из стен просела, вся крыша проросла мхом и требовала замены. Осмотрев совместно с ФИО1 проданное здание столовой и признав претензии ФИО1 обоснованными, он вернул в начале 2014 года примерно 3800000 руб., внеся их в кассу ООО «

<

данные изъяты>». То есть, в итоге, он получил от ООО «

<

данные изъяты>» сумму 1100000 руб. После покупки этого здания ООО «

<

данные изъяты>» там была полностью заменена кровля со всей стропильной системой, отремонтированы стены. В настоящее время в здании располагаются помещения многофункционального центра (МФЦ) и офисы иных организаций.

Согласно предварительному договору купли-продажи (нежилого помещения – здания) от 23.12.2013 ФИО4 (продавец) обязался не позднее 31.01.2014 заключить договор купли-продажи и передать в собственность ООО «

<

данные изъяты>» здание столовой, расположенное по адресу: 

<

адрес> общей площадью 576,3 кв.м. по цене 5000000 руб. (т. 4 л.д. 214-216).

Денежные средства в сумме 5000000 руб перечислены платежным поручением № 15 от 30.12.2013 со счета № №, открытого ООО «

<

данные изъяты>» в ПАО 

<

данные изъяты>, на счет ФИО61 № №, открытый в ОАО КБ «

<

данные изъяты>», с назначением платежа: перечисление средств по предварительному договору купли-продажи нежилого помещения б/н от 23.12.13. (т. 4 л.д. 218).

Согласно договору купли-продажи нежилого здания от 09.01.2014 ФИО61. продал ООО «

<

данные изъяты>» здание столовой, расположенное по адресу: 

<

адрес> по цене 5000000 руб. (т. 6 л.д. 95-96).

Письмом от 28.01.2014 директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 обратился к ФИО61 с предложением об уменьшении цены здания столовой по адресу: 

<

адрес> в связи с выявленными в данном здании скрытыми дефектами (т. 12 л.д.178).

Дополнительным соглашением от 06.02.2014 к договору купли-продажи нежилого здания от 09.01.2014 стороны ООО «

<

данные изъяты>» - покупатель и ФИО61 – продавец договорились о том, что цена приобретения недвижимости, продаваемой по договору, составляет 1100000 руб., и продавец выплачивает покупателю излишне перечисленную сумму в размере 3900000 руб. путем внесения в кассу (т. 12 л.д. 179).

Денежные средства в сумме 3900000 руб. приняты от ФИО61 в кассу ООО «

<

данные изъяты>» на основании квитанции к приходному кассовому ордеру № 137 от 30.04.2014, с основанием возврат по договору б/н от 06.02.14. (т.12 л.д.180).

Свидетель ФИО250 в судебном заседании показала, что она с 2010 до начала августа 2017 года работала главным бухгалтером в КПК «

<

данные изъяты>», который занимался привлечением личных сбережений и выдачей займов членам кооператива. Она вела бухгалтерскую отчетность, иногда выдавала займы. ФИО1 был членом – пайщиком кооператива, он был ответственным заемщиком, брал различные займы, возвращал вовремя. Пояснила, что платежным поручением № 400 от 30.12.2013 ООО «

<

данные изъяты>» погасило задолженность по основному долгу и проценты по договору поручительства № 333 от 08.11.2013 на сумму 2000 000 руб.; платежным поручением № 401 от 30.12.2013 ООО «

<

данные изъяты>» погасил 200000 рублей в уплату основного долга по договору поручительства № 308 от 18.10.2013. ООО «

<

данные изъяты>» не было членом кооператива, почему общество возвращало деньги, взятые ФИО1, ей не известно. 

Из показаний свидетелей ФИО255 и ФИО256ФИО256 данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 1 л.д. 210-212, т. 11 л.д. 213-215), следует, что платежное поручение № 1 от 16.01.2014 поступило в дополнительный офис в г. 

<

данные изъяты> АО «

<

данные изъяты>» от директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО80 Сотрудник банк принял платежное поручение, в нем было указано о переводе денежных средств в сумме 6 000 000 руб. на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>», открытый в АО КБ «

<

данные изъяты>», с основанием: «Возврат ошибочно перечисленной суммы по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтных работ по письму № 1 от 15.01.2014.». При проверке сотрудником банка документа установлено, что его предоставило лицо, уполномоченное на распоряжение денежными средствами по расчетному счету ООО «

<

данные изъяты>», в связи с чем банк 21.01.2014 осуществил перевод денежных средств с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>», открытого в Кировском РФ АО «

<

данные изъяты>», на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>».

Свидетель ФИО80. в судебном заседании показал, что ФИО1 является его родственником. С июля 2010 года он приехал в 

<

адрес> на постоянное место жительства и ФИО1 взял его на работу ремонтировать торговый центр «

<

данные изъяты>», который находится на 

<

адрес> Он осуществлял полный ремонт зданий, сначала деревоцеха, а затем столовой. Здание было плохое, не было окон, полов, крыша требовала ремонта, все это приводилось в порядок, заливалась стяжка, стены штукатурились, выравнивались, красились, делались потолки внутри здания, ремонтировалась также крыша, делали утепление, вставляли окна из поликарбоната, укрепляли фундамент со стороны въезда к пенсионному фонду, сделали отмостку. Облагораживали готовые помещения под офисы на первом этаже, делали гипсокартон, красили, делали потолки, двери, укладывали плитку, проводили отопление, поставили радиаторы. В ремонт здания деревоцеха было вложено более 1 млн. рублей. В период проведения ремонта ФИО1 являлся директором ООО «

<

данные изъяты>». 

Из показаний свидетеля ФИО252ФИО252 данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 11 л.д. 187-193) следует, что она работала на руководящих должностях ООО «

<

данные изъяты>». В январе 2014 года ООО «

<

данные изъяты>» приобретало у ООО «

<

данные изъяты>» принтер японского производства. Оплата принтера была осуществлена путем перечисления денежных средств на счет компании. Ориентировочная стоимость принтера на январь 2014 года составила 30 – 35 тысяч евро. 

Из показаний свидетеля ФИО253ФИО253 данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 12 л.д. 124-128) следует, что он работает в должности руководителя филиала АО ТК «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>. В ноябре 2014 года им велись переговоры по поводу заключения договора аренды помещения цокольного этажа здания по адресу: 

<

адрес> где раньше располагалась столовая, с представителем ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1, который в ООО «

<

данные изъяты>» никак не значился, но фактически все переговоры велись именно с ФИО1 С ним он оговаривал какие именно ремонтные работы необходимо произвести в помещении цокольного этажа. По завершении всех необходимых работ АО ТК «

<

данные изъяты>» заключило с ООО «

<

данные изъяты>» договор аренды данного помещения цокольного этажа. 

Протоколом выемки от 05.12.2018 в Котельничском межмуниципальном отделе управления Росреестра по Кировской области изъяты регистрационные дела на здание столовой, здание деревоцеха, земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес> (т. 5 л.д. 5-9). Данные регистрационные дела осмотрены, результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра документов от 08.12.2018, в ходе осмотра установлен порядок перехода прав на указанные объекты. (т. 5 л.д. 10-20).

Здание деревоцеха, расположенное по адресу: 

<

адрес> осмотрено, результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра помещения от 30.01.2019, произведена фотосъемка состояния здания (т. 11 л.д. 67-80).

На основании договора об ипотеке от 12.09.2012, заключенного между ОАО КБ «

<

данные изъяты>» и ФИО70., действующей от лица и в интересах ФИО1, в залог, в обеспечение надлежащего исполнения обязательств ООО «

<

данные изъяты>» по кредитному договору, передано недвижимое имущество: здание деревоцеха, общей площадью 1 271,9 кв.м., земельный участок, общей площадью 2000 кв.м., по адресу: 

<

адрес> По соглашению сторон установлена стоимость здания деревоцеха в сумме 10560000 руб., стоимость земельного участка в сумме 560000 руб. (т. 1 л.д.151-154).

Заключением эксперта по результатам строительно-технической судебной экспертизы № № от 12.03.2019, согласно которому рыночная стоимость по состоянию на декабрь 2013 года: здания деревоцеха, общей площадью 1271,9 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, составляет 13009644 руб.; земельного участка, на котором находится здание деревоцеха, общей площадью 2000,0 кв.м., составляет 1023775 руб. (т.11 л.д.27-57).

Протоколом выемки от 25.03.2019 в Котельничском отделе Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кировской области изъяты регистрационные дела на объекты недвижимого имущества, имеющие кадастровые номера № расположенные по адресу: 

<

адрес> (т. 6 л.д. 125-129), которые осмотрены, результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра документов от 25.03.2019, в ходе осмотра установлен порядок перехода прав на данные объекты (т. 6 л.д. 130-134).

Решением учредителя ООО «

<

данные изъяты>» ФИО70. № 3 от 20.06.2014 в качестве целевого взноса в ПО «

<

данные изъяты>» передано, в том числе, нежилое здание - здание столовой, общей площадью 576,3 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> кадастровый (или условный) номер №. (т. 6 л.д. 108).

Договором № 1 от 23.06.2014 о внесении целевого взноса в виде передачи в собственность ПОЭП «

<

данные изъяты>» нежилых зданий, заключенного между ПОЭП «

<

данные изъяты>» в лице председателя совета ФИО1 и ООО «

<

данные изъяты>» в лице представителя по доверенности ФИО70., в собственность ПОЭП «

<

данные изъяты>» передано нежилое здание - здание столовой, общей площадью 576,3 кв.м., 

<

адрес> (т. 6 л.д. 111-112)

В протоколе учредительного собрания членов-пайщиков Потребительского общества эффективных покупок «

<

данные изъяты>» № 5 от 23.06.2014 отражено принятие от ООО «

<

данные изъяты>» целевого взноса в неденежной форме – здания столовой (т. 6 л.д. 109-110).

Согласно кадастровому паспорту, помещение по адресу: 

<

адрес> кадастровый № образовано из объекта недвижимости с кадастровым номером №т. 6 л.д. 226-228).

На основании государственного контракта на поставку нежилого помещения № от 16.12.2014 ПОЭП «

<

данные изъяты>» в лице председателя совета ФИО1 передало в собственность Кировской области нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровый (или условный) номер: № (т. 6 л.д. 239-244), составлен акт о приеме-передаче здания (сооружения) № 107 от 25.12.2014 (т. 6 л.д. 232-234).

Распоряжением Департамента государственной собственности Кировской области от 26.12.2014 № 04-1129 в казну Кировской области включено нежилое помещение общей площадью 222,1 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> Указанное помещение передано из казны Кировской области Кировскому областному государственному автономному учреждению «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» на праве оперативного управления (т. 12 л.д. 159-160), что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 09.02.2015 (т. 12 л.д. 161).

Здание, расположенное по адресу: 

<

адрес> общей площадью 268,7 кв.м., осмотрено, результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра от 30.012019, в ходе осмотра произведена фотосъемка (т. 12 л.д. 113-123). Данное помещение по договору субаренды нежилого помещения № 1 от 11.11.2014 ООО «

<

данные изъяты>» передано в аренду ЗАО «ТК «

<

данные изъяты>» (т. 12 л.д. 130-148).

Из показаний свидетеля ФИО71ФИО71 данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 12 л.д. 1-3) следует, что летом 2014 года его знакомая ФИО258 предложила ему за материальное вознаграждение стать директором ранее неизвестной ему организации - ООО «

<

данные изъяты>». ФИО258. пояснила, что он должен стать лишь номинальным руководителем ООО «

<

данные изъяты>», то есть, фактически этой фирмой будут руководить другие лица, а ему нужно будет по мере необходимости подписывать различные документы, не вникая ни в содержание, ни в суть этих документов, ни в обстоятельства работы этой организации. ФИО258 заверила его, что примерно через год это общество прекратит свою деятельность и будет ликвидировано. Намерения вести какую-либо деятельность от имени ООО «

<

данные изъяты>» у него не было, он изначально понимал, что от него требуется стать формальным директором этой организации. На предложение ФИО164. он ответил согласием и 10.07.2014 по предварительной договоренности с ней приехал к нотариусу. На момент приезда его уже ожидали ранее незнакомые ему ФИО70., которая являлась учредителем ООО «

<

данные изъяты>», и ФИО1, который был директором этого общества. Он подписывал какие-то документы, в содержание которых не вчитывался, затем уехал. Через некоторое время ФИО258 передала ему 8500 руб. за его участие в регистрации изменений в документах ООО «

<

данные изъяты>». Летом 2014 года юридический адрес ООО «

<

данные изъяты>» был изменен на новый - 

<

адрес>, а также наименование поменялось на ООО «

<

данные изъяты>». Что находится по указанному адресу, он не знает, в 

<

адрес> никогда не был. Никакой деятельности в данной организации он не осуществлял, интересы ее не представлял. Об ООО «

<

данные изъяты>» (ООО «

<

данные изъяты>») ему ничего не известно. 

Из показаний свидетеля ФИО258ФИО258 данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 12 л.д. 4-6), следует, что с 2012 года она знакома с ФИО259 осуществлявшей деятельность по регистрации и ликвидации юридических лиц. С 2012 по 2016 годы она помогала в этом ФИО259 Ее помощь заключалась в том, что по просьбе ФИО259. она подыскивала лиц, которые впоследствии за денежное вознаграждение становились так называемыми «номинальными» директорами юридических лиц. Такие номинальные руководители фактически никакого участия в работе организации не принимали, а руководить ими продолжали их прежние директора. Как правило, это делалось для того, чтобы избавиться от фирмы, имеющей долги. В 2014 году к ФИО259 обратился незнакомый ей ФИО1 - директор ООО «

<

данные изъяты>», который намеревался избавиться от этой организации, переоформив ее на номинального директора. ФИО259 попросила ее найти человека, которого можно было бы оформить в качестве номинального директора ООО «

<

данные изъяты>», при этом ФИО259 предупредила ее о том, что на ООО «

<

данные изъяты>» имеются крупные долги. Тогда она предложила своему знакомому ФИО71 за вознаграждение стать номинальным директором ООО «

<

данные изъяты>». Она объяснила ему, что тот лишь формально, по документам, станет руководителем ООО «

<

данные изъяты>», а фактически руководство этой фирмой будут осуществлять другие люди и для самого ФИО71 никаких обременений это не повлечет. На ее предложение ФИО71 ответил согласием. Она передала ФИО259. паспортные данные ФИО71 Затем ФИО259 передала ей весь пакет документов для оформления ФИО71 директором ООО «

<

данные изъяты>». Эти документы она передала ФИО71 который 10.07.2014 ездил к нотариусу ФИО69 по адресу: 

<

адрес> Также ФИО71 самостоятельно ездил в налоговую инспекцию, подавал туда все необходимые документы. В итоге ФИО71 был оформлен в качестве директора ООО «

<

данные изъяты>», а наименование этой организации было изменено. Через некоторое время она передала ФИО71 сумму 8- 9тыс. руб. за его участие в регистрации изменений в учредительных документах ООО «ФИО188».

Из показаний свидетеля ФИО259 данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т.12 л.д.9-612) следует, что она ранее работала в должности генерального директора ООО «

<

данные изъяты>», она рекламировалась под брендом ООО «

<

данные изъяты>». Данные фирмы вели деятельность, разрешенную действующим законодательством в рамках корпоративного права, в частности, оказание услуг по созданию, регистрации и ликвидации юридических лиц, отчуждению долей в их уставных капиталах, регистрации изменений в учредительные документы. По агентскому договору с ООО «

<

данные изъяты>» работала ФИО258 в обязанности которой входило: сопровождение клиентов к нотариусу, сдача документов в ИФНС, выполнение ряда других мелких поручений. ФИО258 могла заниматься поиском лиц, которые впоследствии становились покупателями долей в уставных капиталах юридических лиц. Обычно в офис ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «Департамент регистрации фирм» обращался клиент, которому было необходимо продать долю в уставном капитале организации, зарегистрировать соответствующие изменения в учредительные документы, изменить наименование организации. После этого она обычно звонила ФИО258. по телефону, либо встречалась с ней лично, давала ей поручения. ФИО258 лично искала лицо, готовое приобрести долю в уставном капитале организации. С ФИО71 она не знакома.

Согласно заявлению участника Общества от 10.07.2014, ФИО70 письменно известила ООО «

<

данные изъяты>» о предстоящей продаже принадлежащей ей доли в уставном капитале ООО «

<

данные изъяты>» в размере 100% номинальной стоимостью 10000 руб. третьему лицу – ФИО71 (т. 12 л.д. 82).

Из договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «

<

данные изъяты>» от 10.07.2014 следует, что ФИО70 продала ФИО71 принадлежащую ей долю в уставном капитале ООО «

<

данные изъяты>» в размере 100% зарегистрированной величины уставного капитала (т. 12 л.д. 67).

Из реестра № № индекс 01-01 для регистрации нотариальных действий нотариуса ФИО69 Кировский нотариальный округ, на 2014 год, следует, что 10.07.2014 совершено нотариальное удостоверение договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «

<

данные изъяты>» от 10.07.2014 (т. 12 л.д. 89-93).

Из справки нотариуса ФИО69 следует, что в реестре регистрации нотариальных действий за 2014 год и документах номенклатурного дела за 2014 год имеется копия договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «

<

данные изъяты>» от 10.07.2014 (т. 12 л.д. 66).

Решением единственного учредителя ООО «

<

данные изъяты>» от 31.07.2014 изменен юридический адрес ООО «

<

данные изъяты>». Местонахождение общества определено по адресу: 

<

адрес> название ООО «

<

данные изъяты>» изменено на ООО «

<

данные изъяты>», утвержден в новой редакции устав ООО «

<

данные изъяты>» (т. 8 л.д. 184).

Согласно выписки из Единого государственного реестра юридических лиц от 02.04.2019 в отношении ООО «

<

данные изъяты>» следует, что генеральным директором общества является ФИО71 (т. 8 л.д. 141-144).

Из регистрационного дела ООО «

<

данные изъяты>» (ИНН №), содержащегося на диск №, представленном ИФНС по Октябрьскому району г. Владимира от 08.07.2019, следует, что с момента постановки на учет указанная организация отчетность не представляла (т. 8 л.д. 159). Данный диск осмотрен, результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра предметов от 16.07.2019, в ходе осмотра сделаны бумажные копии учредительных документов ООО «

<

данные изъяты>», установлены сведения об учредителях и руководителях ООО «

<

данные изъяты>» (ООО «

<

данные изъяты>») (т. 8 л.д.160-162).

Согласно сведениям из ИФНС по Октябрьскому району г. Владимира о банковских счетах ООО «

<

данные изъяты>» ИНН 

<

данные изъяты> (ранее–ООО «

<

данные изъяты>»), в Кировском отделении № № ПАО «

<

данные изъяты>» 11.09.2009 открыт расчетный счет № №, закрыт 16.02.2017 (т.8 л.д.138).

Из показаний свидетеля ФИО260ФИО260 данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 11 л.д. 89-94) следует, что он является арбитражным управляющим. 19.12.2017 решением Арбитражного суда Кировской области по делу № № он утвержден в качестве финансового управляющего должника ФИО1 Этим же решением суд признал ФИО1 несостоятельным (банкротом), в отношении него была введена процедура реализации имущества сроком на 6 месяцев, постановлено включить требование ПАО 

<

данные изъяты> в общей сумме 23312398 руб. 43 коп. в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1, из которых 20020000 руб. как обеспеченную залогом имущества должника. Решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» по делу № № от 30.01.2015 исковые требования Сбербанка удовлетворены, в пользу банка с ООО «

<

данные изъяты>», ФИО70 и ФИО1 в солидарном порядке взыскана задолженность по кредитному договору № № от 26.12.2013 в размере 20723443 руб. 26 коп., в том числе: 20000000 руб. – основной долг, 664671 руб. 89 коп. – проценты за кредит, 58771 руб. 37 коп. – неустойка, а также расходы по уплате третейского сбора в размере 195000 руб., 

<

данные изъяты> был выдан исполнительный лист, который был предъявлен в службу судебных приставов для исполнения. 

ПАО 

<

данные изъяты> указывало на то, что требование в сумме 20020000 руб. обеспечено залогом имущества должника, это - здание деревоцеха и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>

В ходе процедуры банкротства бухгалтерскую документацию ФИО1 не представил. У ФИО1 было обнаружено и включено в конкурсную массу имущество: здание деревоцеха и земельный участок, твердотопливный котел, водяные насосы, дымоходная труба тракторный навес, из них здание деревоцеха и земельный участок были реализованы ФИО261 за 5008000 руб. От участия в процедуре банкротства ФИО3 фактически самоустранился.

Из показаний свидетеля ФИО261ФИО261 данных на стадии предварительного расследования и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 11 л.д. 64-66), следует, что осенью 2018 года он участвовал в аукционе по продаже недвижимости, по результатам которого был признан победителем. По итогам аукциона 23.11.2018 с финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства ФИО1 – ФИО260 он заключил договор купли-продажи здания деревоцеха, общей площадью 1271,9 кв.м., и земельного участка, общей площадью 2000 кв.м., расположенных по адресу: 

<

адрес>. Общая стоимость имущества составила 5008000 руб., которые он уплатил в полном объеме. 

Согласно копии договора купли-продажи от 23.11.2018 ФИО1, в лице финансового управляющего ФИО260 продал ФИО261 имущество: здание деревоцеха, общей площадью 1271,9 кв.м., и земельный участок, площадью 2000 кв.м., расположенные по адресу: Кировская область, 

<

адрес>. Общая стоимость имущества составила 5008000 руб. (т. 11 л.д. 95-97).

Решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 30.01.2015 (дело №) с ООО «

<

данные изъяты>» (ИНН №; ОГРН №); ФИО70 ФИО1 в солидарном порядке взыскана в пользу ОАО «

<

данные изъяты>» задолженность по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии (со свободным режимом выборки) № № от 26.12.2013 в размере 20723443 руб. 26 коп., в том числе основной долг 20000000 руб., проценты за кредит 664671 руб. 89 коп., задолженность по неустойке 58771 руб. 37 коп. (т. 10 л.д. 58-63).

Решением Арбитражного суда Кировской области от 19.12.2017 по делу № № ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, требование ПАО «

<

данные изъяты>» в общей сумме 23312398 руб. 43 коп. включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1, из которых 20020000 руб. 00 коп., как обеспеченное залогом имущества должника (т. 13 л.д. 145-149).

Решением Арбитражного суда Кировской области от 31.01.2019 (по делу № №) ФИО70 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина (т. 13 л.д. 141-144).

Из справки Кировского областного фонда поддержки малого и среднего предпринимательства 421-пр от 14.05.2019 следует, что в целях обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору № № от 26.12.2013, заключенному между ПАО 

<

данные изъяты> и ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 20000000 руб., 30.12.2013 между Кировским областным фондом поддержки малого и среднего предпринимательства (поручитель), ООО «

<

данные изъяты>» и банком заключен договор поручительства № №, по условиям которого поручитель обязался предоставить банку поручительство на условиях субсидиарной ответственности для обеспечения исполнения обязательств ООО «

<

данные изъяты>» по возврату кредита в пределах 1000000 руб., что составляет 5% от суммы кредита (лимит ответственности). 09.01.2019 банк направил в адрес Фонда требование об уплате задолженности в размере 831739 руб. 10 коп. за ООО «

<

данные изъяты>» (в настоящее время ООО «

<

данные изъяты>») по договору поручительства. 01.02.2019 Фонд перечислил 831739 руб. 10 коп. банку в счет погашения просроченной задолженности ООО «

<

данные изъяты>» по кредитному договору № № от 26.12.2013 (т. 10 л.д. 165).

В требовании об исполнении обязательств от 09.01.2019 ПАО 

<

данные изъяты> требует от Кировского областного фонда поддержки малого и среднего предпринимательства оплатить сумму долга в размере 831739 руб. 10 коп., предусмотренную договором поручительства № № от 30.12.2013 (т. 10 л.д. 172-173). Платежным поручением № № от 01.02.2019 указанны сумма перечислена Кировским областным фондом поддержки малого и среднего предпринимательства в адрес ПАО 

<

данные изъяты> (т. 10 л.д. 171).

Согласно справки ПАО «

<

данные изъяты>» от 11.06.2019 № №-№ следует, что в счет погашения задолженности по договору невозобновляемой кредитной линии № № от 26.12.2013 поступили денежные средства в сумме 6447657 руб. 11 коп., в том числе в рамках исполнения договора заемщиком – 1026986 руб. 30 коп., в рамках исполнительного производства – 95686 руб. 50 коп., в рамках процедуры банкротства – 4493245 руб. 21 коп., в рамках договора поручительства с Кировским областным фондом поддержки малого и среднего предпринимательства – 831739 руб. 10 коп. (т. 10 л.д. 70).

Суд первой инстанции, исследовав данные доказательства, пришел к выводу, что ФИО1 совершил мошенничество в сфере кредитования, то есть хищение денежных средств заемщиком путем предоставления банку заведомо ложных и недостоверных сведений, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, квалифицировав его действия по ч. 4 ст. 159.1 УК РФ.

Суд посчитал установленным, что ФИО1, являясь руководителем ООО «

<

данные изъяты>», то есть, используя свое служебное положение, в целях получения кредита предоставил в ПАО 

<

данные изъяты> заведомо ложные и недостоверные сведения о предмете залога и целях кредитования, которые имели основополагающее значение для принятия решения о выдаче кредита, введя тем самым в заблуждение сотрудников Сбербанка, затем ФИО1, получив денежные средства, заведомо не собираясь их возвращать, потратил их по своему усмотрению в свою пользу и пользу третьих лиц, причинив ПАО 

<

данные изъяты> ущерб в размере 20000000 руб., что является крупным размером.

Суд также указал, что о заведомости намерений ФИО1 не исполнять кредитные обязательства прямо указывает совокупность совершенных им действий, что он, пользуясь льготным кредитным периодом, будучи освобожденным от выплаты сумм по основному долгу, незамедлительно осуществил перевод кредитных денежных средств в полном объеме на счет общества, откуда перевел их на иные цели, в том числе по фиктивным основаниям, осуществив перевод 6000000 руб. в ООО «

<

данные изъяты>», не обусловленные кредитом, то есть распорядился ими в свою пользу и в пользу третьих лиц, ему аффилированных; уклонился от исполнения предусмотренной кредитным договором обязанности по передаче в залог банку приобретаемого здания столовой, передав его в ПК «

<

данные изъяты>», руководителем которого является; организовал продажу доли в уставном капитале ООО «

<

данные изъяты>» «подставному лицу» - ФИО71., переименование общество в ООО «

<

данные изъяты>», перерегистрацию его в другой регион и полное прекращение его деятельности, тем самым создав видимость утраты связи с обществом, в целях избежания ответственности за кредитные обязательства.

Как подтверждено исследованными доказательствами и не оспаривается стороной защиты, ФИО1 с 19.03.2003 по 31.07.2014 являлся директором юридического лица ООО «

<

данные изъяты>», выполнял организационно-распорядительные функции в коммерческой организации, то есть обладал служебным положением.

Представленными доказательствами подтверждено, что ПАО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>» заключили договор № № об открытии невозобновляемой кредитной линии (со свободным режимом выборки) для вложения во внеоборотные средства, с лимитом выборки в 20000000 руб. (т. 4 л.д. 159-163), на основании которого ПАО «

<

данные изъяты>» перечислило ООО «

<

данные изъяты>» 27.12.2013 сумму 10000000 руб. и 30.12.2013 сумму 10000000 руб. 

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору заключены: 

договор ипотеки № № от 26.12.2013, в залог переданы: здание деревоцеха, общей площадью 1271,9 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> а также земельный участок, на котором находится здание деревоцеха (т. 4 л.д. 172-177);

договор поручительства № № от 26.12.2013 с ФИО70. (т. 4 л.д. 159-163);

договор поручительства № № от 26.12.2013 с ФИО1 (т. 4 л.д. 164-168).

Кроме того, в качестве дополнительного обеспечения исполнения обязательств заключен договор поручительства № № от 30.12.2013 с Кировским областным фондом поддержки малого и среднего предпринимательства, с лимитом 1000000 руб. (т. 4 л.д. 178-184, 10 л.д. 166-169).

Согласно ч. 3 ст. 159.1 УК РФ уголовная ответственность предусмотрена за совершение мошенничества в сфере кредитования, то есть хищения денежных средств заемщиком путем представления банку или иному кредитору заведомо ложных и (или) недостоверных сведений, организованной группой либо в особо крупном размере.

Как указано в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 по ст. 159.1 УК РФ подлежат квалификации действия заемщика, состоящие в получении наличных либо безналичных денежных средств путем представления банку или иному кредитору заведомо ложных и (или) недостоверных сведений с целью безвозмездного обращения денежных средств в свою пользу или в пользу третьих лиц при заведомом отсутствии у него намерения возвратить их в соответствии с требованиями договора.

Обман при совершении мошенничества в сфере кредитования заключается в представлении кредитору заведомо ложных или недостоверных сведений об обстоятельствах, наличие которых предусмотрено кредитором в качестве условия для предоставления кредита (например, сведения о месте работы, доходах, финансовом состоянии индивидуального предпринимателя или организации, наличии непогашенной кредиторской задолженности, об имуществе, являющемся предметом залога).

В приговоре суд первой инстанции указал, что ФИО1, преследуя корыстную цель, решил совершить хищение денежных средств ПАО 

<

данные изъяты> под видом получения целевого кредита путем представления в банк заведомо ложных и недостоверных сведений о заемщике – ООО «

<

данные изъяты>» и его имущественном положении.

Как следует из материалов уголовного дела, для решения вопроса о выдаче кредита ФИО1 представил в банк заявление на получение кредита в размере 20000000 руб. для целей реконструкции объектов недвижимости от 17.12.2013 (т. 4 л.д. 113-114), заполнил анкету заемщика от 17.12.2013 (т. 4 л.д. 115-117), в которых указал сведения о юридическом лице, учредителе, директоре, наличии у юридического лица банковских счетов, сведения о кредитной истории заемщика и сведения об обеспечении. В анкете заемщика ФИО1 указал о цели получения кредита на сумму 20000000 руб. – вложение во внеоборотные активы (приобретение и реконструкция объекта недвижимости).

Как видно из юридического заключения банка (т. 4. л.д. 125-129), заключения, подготовленного работником банка ФИО62 (т. 4 л.д. 132-144) ФИО1 кроме анкеты и заявления представлены в банк учредительные документы, упрощенный баланс, отчет о прибылях и убытках, отчет о полученных доходах, документы, подтверждающие право собственности на недвижимое имущество – здание деревоцеха и земельный участок. Согласно данным заключениям, правоспособность юридического лица, полномочия его директора ФИО1 были проверены и подтверждены, проверено и имущественное положение ООО «

<

данные изъяты>».

Какие конкретно сведения о самом заемщике ООО «

<

данные изъяты>» и его имущественном положении, представленные Сбербанку, являются заведомо ложными или недостоверными в обвинительном заключении не указано, такие сведения не представлены стороной обвинения, не изложены они и в приговоре суда первой инстанции. При этом, свидетель ФИО62 в ходе судебного заседания пояснила, что все представленные ФИО1 документы для решения вопроса о выдаче кредиты являлись действительными. Ни представитель потерпевшего ФИО103 ни один из свидетелей как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании не пояснили о ложности либо недостоверности представленных ФИО1 документов. Доводы свидетеля ФИО62 о том, что ФИО1 в анкете заемщика не указал о наличии кредита в Кировском областном фонде поддержки малого и среднего предпринимательства, судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку анкета заемщика содержала сведения об ООО «ФИО219», а кредит в указанном Фонде брал ФИО1, как индивидуальный предприниматель (т. 1 л.д. 201-206), сведения о котором в анкете заемщика - юридического лица указывать не требовалось.

В связи с изложенным, судебная коллегия приходит к выводу, что вышеуказанные документы, представленные ФИО1 для решения вопроса о получении кредита, не содержат каких-либо ложных или недостоверных сведений о заемщике ООО «

<

данные изъяты>» и его имущественном положении, и соглашается с доводами стороны защиты об отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 с целью получения кредита предоставил в банк такие сведения.

Судебная коллегия считает необоснованными и выводы суда, согласившегося со стороной обвинения, что ФИО1 в качестве залога решил использовать неликвидные объекты недвижимого имущества, в сохранности которых не был заинтересован, а именно: здание деревоцеха и земельный участок, на котором находилось указанное здание; что при их осмотре заверил работника банка ФИО62 о своем намерении передать их в залог и убедил в том, что ориентировочная стоимость деревоцеха с земельным участком составляет 30000000 руб., при этом сам ФИО1 осознавал, что их действительная стоимость значительно ниже, тем самым обманул ее относительно стоимости закладываемого имущества; поскольку данные выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Действительно, ФИО1 приобрел у ИП ФИО83. по договору купли-продажи недвижимого имущества № № от 23.10.2009 здание деревоцеха, площадью 1282,2 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> стоимостью 1500000 руб. (т. 4 л.д. 201), по договору купли-продажи земельного участка № № от 27.11.2019 земельный участок, площадью 2000 кв.м., стоимостью 500 руб. (т. 4 л.д. 200). 

Судебная коллегия отмечает, что не только ФИО1 знал о цене, за которую он приобрел указанную недвижимость, но об этом было известно и банку, так как данные договоры были предоставлены банку при решении вопроса о получении кредита, что подтверждается юридическим заключением банка от 19.12.2013 (т. 4 л.д. 125-129) и свидетельствует о том, что ФИО1 не скрывал и не умалчивал сведения о первоначальной стоимости недвижимости.

Судебная коллегия также соглашается с доводами стороны защиты, что стоимость приобретенного недвижимого имущества изменилась в связи с производимым ремонтом. 

Свидетель ФИО62 в судебном заседании подтвердила, что она осматривала здание деревоцеха, его состояние было хорошим, и у нее не возникло сомнение в его стоимости, свидетель ФИО5 пояснил, что занимался ремонтом деревоцеха.

Об изменении рыночной стоимости деревоцеха и земельного участка свидетельствуют и последующие оценки данных объектов. Как следует из показаний свидетеля ФИО224 договором ипотеки от 22.02.2011, заключенным с ОАО «

<

данные изъяты> рыночная стоимость деревоцеха определялась в 2697000 руб., залоговая стоимость – 1618200 руб.; договором ипотеки от 12.09.2012, заключенным с АО КБ «

<

данные изъяты>», рыночная стоимость деревоцеха установлена в размере 10560000 руб., земельного участка – 560000 руб.

Кроме того, вывод суда об обмане ФИО1 относительно стоимости закладываемого имущества противоречит выводам, изложенным в экспертном заключении № 164-К от 27.11.2013 ЗАО «Ипотечная компания Сбербанка», которым была произведена оценка здания деревоцеха и земельного участка, и установлена их рыночная стоимость на 22.11.2013 в размере 30800000 руб. (т. 4 л.д. 192); показаниям свидетеля ФИО87 составившей заключение. С данной оценкой фактически согласился и отдел по работе с залогами 

<

данные изъяты>, что подтверждается служебной запиской начальника отдела ФИО81 от 16.12.2013 (т. 4 л.д. 193), в которой указано, что рыночная стоимость приближена к верхней границе диапазона рыночной стоимости на аналогичное имущество и сопоставима с рынком коммерческой недвижимости Кировской области, что подтвердил свидетель ФИО81 в судебном заседании.

Кроме того, 29.07.2014 предмет залога был проверен сотрудником банка ФИО62., составлена карточка состояния предмета залога (т. 4 л.д. 48), установлено соответствие заложенного имущества заключенному договору (в натуральном и стоимостном выражении), 07.08.2014 осуществлена актуализация рыночной стоимости предметов залога, о чем указано в служебной записке начальника отдела по работе с залогами ФИО81т. 4 л.д. 26-29), согласно которой рыночная стоимость здания деревоцеха составила 26585000 руб., земельного участка – 1399000 руб.

Эти обстоятельства, свидетельствующие об изменении рыночной стоимости объектов недвижимости – здания деревоцеха и земельного участка с момента их приобретения до передачи их в 2013 году в залог Сбербанку, об установлении рыночной стоимости на 22.11.2013 ЗАО «

<

данные изъяты>», являющейся дочерней организацией 

<

данные изъяты>, не опровергнуты стороной обвинения, суд не дал им соответствующей оценки, несмотря на то, что они могли существенно повлиять на выводы суда о наличии либо отсутствии обмана со стороны ФИО1 относительно предмета залога.

Таким образом, судебная коллегия считает выводы суда о том, что объекты недвижимого имущества – здание деревоцеха и земельный участок являются неликвидными объектами, сам ФИО1 не был заинтересован в их сохранности, обманул сотрудников банка о действительной стоимости недвижимости, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а являются лишь предположением, поскольку противоречат исследованным судом доказательствами.

Доводы стороны обвинения, в том числе и представителя потерпевшего ФИО103 о том, что ФИО1 знал, за сколько он купил это здание, при залоге в других банках, его залоговая стоимость была меньше, и реализован данный объект был на сумму, намного ниже залоговой и рыночной стоимости, не подтверждают выводы суда, что ФИО1 предоставил 

<

данные изъяты> заведомо ложные или недостоверные сведения, касающихся стоимости объектов недвижимости, передаваемых в залог. 

Отсутствуют доказательства, свидетельствующие о введении ФИО1 в заблуждении сотрудников банка относительно стоимости объектов недвижимости, о неправильной их оценке ЗАО «

<

данные изъяты>» и установлении рыночной стоимости в размере 30800000 руб., какой-либо договоренности между ФИО1 и ЗАО «

<

данные изъяты>», являющейся дочерней организацией 

<

данные изъяты>, оказании со стороны ФИО1 на оценщика и на сотрудников банка какого-либо влияния или давления с целью завышения как рыночной, так и залоговой стоимости для решения вопроса о получении кредита. При этом, как правильно указал свидетель ФИО81 роль оценщика, указавшего рыночную стоимость, состоит только в консультировании банка о стоимости предмета залога. Изложенное подтверждает, что определение размера залоговой стоимости объектов недвижимости могло исходить только от банка, который не находился в зависимости ни от самого ФИО1, ни оценки, произведенной ЗАО «

<

данные изъяты>».

В связи с изложенным, судебная коллегия приходит к выводу, что ФИО1, являясь директором ООО «

<

данные изъяты>», представил все необходимые и достоверные сведения относительно объектов недвижимости, являвшихся предметом залога, в том числе и документы, в которых значилась их первоначальная стоимость. То обстоятельство, что определение рыночной стоимости объектов недвижимости осуществлено по заказу ФИО1, подтверждает только то, что за оценкой обратился собственник недвижимости, но не свидетельствует о его участии в оценке недвижимости или влиянии на определение рыночной стоимости. Исходя из положений ст. 340 ГК РФ, стоимость предмета залога определяется по соглашению сторон, если иное не предусмотрено законом, что свидетельствует о том, что залоговую стоимость объектов недвижимости определили не ООО «

<

данные изъяты>» либо ФИО1, а в большей степени Сбербанк, являвшийся наиболее заинтересованной стороной в своевременном и надлежащем исполнении кредитного договора, а в случае неисполнения обязательств по нему, возможности реализации предмета залога и погашении задолженности в полном объеме.

ФИО1 также вменено, что он при осмотре ФИО62 объектов передаваемых в залог объектов недвижимости – здания деревоцеха и земельного участка заверил ее о наличии у него намерения передать здание столовой в залог 

<

данные изъяты>, и будучи введенной в заблуждение, она составила акт осмотра, а затем с целью дальнейшего обмана работников ПАО 

<

данные изъяты> предоставил копию предварительного договора купли-продажи от 23.12.2013 здания столовой; с целью склонения к заключению кредитного договора, обязался в срок до 01.04.2014 оформить в качестве дополнительного обеспечения приобретаемый объект недвижимости – здание столовой, расположенное по адресу: 

<

адрес> заведомо не собираясь исполнять условие о передаче здания в залог банку.

Судебная коллегия приходит к выводу, что предоставление копии предварительного договора купли-продажи здания столовой от 23.12.2013 не свидетельствует об обмане сотрудников банка.

Нельзя утверждать и то, что ФИО1 каким-либо образом обманывал сотрудника 

<

данные изъяты> ФИО62. о намерении предоставить в залог здание столовой, а также то, что, обязавшись в срок до 01.04.2014 оформить в качестве дополнительного обеспечения приобретаемый объект недвижимости, заведомо не собирался исполнять условие о передаче здания столовой в залог банку либо препятствовал этому. 

Судебная коллегия отмечает, что вопрос о дополнительном обеспечении исполнения обязательств по кредитному договору путем оформления в залог приобретаемого здания столовой встал только на кредитном комитете, проведенном 25.12.2013, на котором ФИО1 не участвовал, что свидетельствует о невозможности обсуждения этого вопроса при осмотре 18.12.2013 других объектов (т. 4 л.д. 207), но при этом 26.12.2013 при подписании договора он согласился с таким условием. После регистрации приобретенного здания, учредитель ООО «

<

данные изъяты>» ФИО70 решением № 12 от 05 марта 2014 года (т. 4 л.д. 112) одобрила передачу в залог в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № № от 26.12.2013 здания столовой, расположенного по адресу: 

<

адрес> что свидетельствует об отсутствии со стороны ФИО1 заведомости не исполнения этого условия при заключении кредитного договора. Кроме этого, согласно положениям ст. 334.1 ГК РФ залог возникает на основании договора, который является двусторонней сделкой, сам ФИО1 решить вопрос о регистрации залога без подписания договора не имел возможности, а 

<

данные изъяты> в этом случае в указанный период какой-либо инициативы не проявил, не потребовал у заемщика заключения договора, достаточно длительное время никаких действий со своей стороны для надлежащего оформления залога не предпринимал.

Судебная коллегия приходит к выводу, что не исполнение ФИО1 условия об оформлении здания столовой в залог, предусмотренного кредитным договором, а затем дальнейшая передача этого здания в качестве пая в ПОЭП «

<

данные изъяты>» не подтверждает наличие у него заведомого намерения не возвращать денежные средства, полученные по кредитному договору, то есть умысла на их хищение.

Также судебная коллегия отмечает, что дополнительные обязательные условия, которые приняты на кредитном комитете при решении вопроса о кредитовании ООО «

<

данные изъяты>», а именно: заключение соглашения к банковскому счету о согласии (акцепте) на списание с расчетного счета Заемщика денежных средств, заключение соглашений о списании средств без распоряжения Заемщика с расчетного счета в ОАО КБ «

<

данные изъяты>», Кировском РФ ОАО «

<

данные изъяты>», оформление в срок до 31.12.2013 в качестве дополнительного обеспечения поручительство Кировского областного фонда поддержки малого и среднего предпринимательства (т. 4 л.д. 178-184), заемщиком ООО «

<

данные изъяты>» в лице директора ФИО1 исполнено. Исполнено им и обязательство о страховании переданного в залог имущества, что подтверждается договором и полисом № № страхования имущества юридических лиц от 10.01.2014, выданного ООО «СК «

<

данные изъяты>» (т. 4 л.д. 188-190). 

Суд первой инстанции установил, что ФИО1 кредитные средства возвращать не собирался, намеревался снять с себя полномочия директора ООО «

<

данные изъяты>», утратив связь с ним и исключив возможность личной ответственности по его долгам. 

Указанный вывод судебная коллегия находит противоречащим исследованным доказательствам, поскольку ФИО1 и его супруга ФИО70 являлись поручителями по договору о НКО от 26.12.2013, с ними заключены соответствующие договоры поручительства, о чем также указано в приговоре, что исключает возможность освобождения его от личной ответственности по обязательствам, возникшим в связи с исполнением кредитного договора независимо от перерегистрации ООО «

<

данные изъяты>» на иное лицо. То обстоятельство, что ФИО1 и ФИО70 не исполнили свои обязательства по договорам поручительства, в настоящее время признаны несостоятельными (банкротами), также не является подтверждением того, что ФИО1 при получении денежных средств по кредитному договору заведомо не намеревался их возвращать.

Нельзя утверждать и то, что ФИО1 представил документы, содержащие заведомо ложные и недостоверные сведения о целях кредитования.

Как указано в анкете заемщика и его заявлении от 17 декабря 2013 года, целью кредитования явилось вложение во внеоборотные активы (приобретение и реконструкция объекта недвижимости) (т. 4 л.д. 113-114, 115-117).

Согласно указанным целям ООО «

<

данные изъяты>» перечислил ФИО254. по платежному поручению № 15 от 30.12.2013 сумму 5000000 руб. на основании предварительного договора купли-продажи от 23.12.2.013. 

27.12.2013 ФИО1 получил наличными денежные средства в сумме 5000000 руб. При этом, стороной обвинения не опровергнуты доводы защиты, что денежные средства необходимы были в том числе для оплаты ремонта при реконструкции недвижимости, а осуществление ремонта как деревоцеха, так и приобретенного здания столовой подтверждается показаниями свидетелей ФИО80. и ФИО61

Изложенное свидетельствует, что часть денежных средств, полученных по кредиту, была использована на цели, предусмотренные кредитным договором, направление остальных денежных средств, в том числе, на погашение имевшихся других кредитных обязательств может свидетельствовать только о нецелевом использовании денежных средств полученных по кредиту, но не о намерении ФИО1 не исполнять в полном объеме обязательства по кредиту.

Таким образом, вопреки доводам стороны обвинения, доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО1 предоставил ПАО «

<

данные изъяты>» заведомо ложные и (или) недостоверные сведения с целью безвозмездного обращения денежных средств в свою пользу или в пользу третьих лиц при заведомом отсутствии у него намерения возвратить их в соответствии с требованиями договора, отсутствуют, выводы суда о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.1 УК РФ, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Судебная коллегия приходит к выводу, что показаниями представителя потерпевшего ФИО103 свидетелей ФИО81 ФИО62 ФИО66 ФИО93 ФИО245 ФИО246., ФИО87 ФИО83 ФИО249, ФИО250 ФИО80 ФИО252 ФИО253 ФИО254 ФИО255 ФИО256 ФИО71 ФИО258 ФИО259 ФИО260., ФИО261 не подтверждаются выводы суда о предоставлении ФИО1 заведомо ложных и недостоверных сведений о заемщике и его имущественном положении, а также о предмете залога, показания свидетелей ФИО62 ФИО93 ФИО246 ФИО249 о частичном нецелевом использовании денежных средств, полученных по кредиту, показания представителя потерпевшего ФИО103 свидетелей ФИО81., ФИО62 ФИО66 ФИО93 ФИО245., ФИО246 о том, что ФИО1 не оформил в залог здание столовой в качестве дополнительного обеспечения по кредитному договору, не свидетельствуют о наличии у ФИО1 заведомого намерения не возвращать денежные средства, полученные по кредитному договору.

Показаниями свидетелей, письменными материалами дела подтверждается, что ООО «

<

данные изъяты>» в дальнейшем было перерегистрировано, у него сменился учредитель, директор, наименование и местонахождение, но тем не менее данные обстоятельства также не подтверждают позицию стороны обвинения о наличии у ФИО1 заведомого намерения не исполнять обязанности по кредитному договору, с учетом того, что на момент заключения договора исполнение по нему обязательств было обеспечено залогом недвижимости, поручительствами учредителя ФИО70 и директора ФИО267

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что приговор суда первой инстанции содержит существенные противоречия. Так на л. 3 приговора суд указал, что ФИО1, преследуя корыстную цель, решил совершить хищение денежных средств ПАО «

<

данные изъяты>» под видом получения целевого кредита путем предоставления в банк заведомо ложных и недостоверных сведений о заемщике ООО «

<

данные изъяты>» и его имущественном положении, на л. 7 сделал вывод, что ФИО1 из корыстных побуждений, путем предоставления заведомо ложных и недостоверных сведений о заемщике ООО «

<

данные изъяты>» и залоге, совершил хищение денежных средств, а на л. 49 установил, что ФИО1 в целях получения кредита предоставил заведомо ложные и недостоверные сведения о предмете залога и целях кредитования. Также действия ФИО1 суд квалифицировал по ч. 4 ст. 159.1 УК РФ, как мошенничество в сфере кредитования, то есть хищение денежных средств заемщиком путем предоставления банку заведомо ложных и недостоверных сведений, совершенное лицом с использованием своего служебного положения (л. 2,7,49), а на л. 49 (абз.1) установил, что ФИО1 причинил ПАО 

<

данные изъяты> ущерб в размере 20000000 рублей, что является крупным размером.

Таким образом, стороной обвинения в суде не были представлены бесспорные доказательства о наличии в действиях ФИО1 всех признаков состава инкриминированного ему преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.1 УК РФ, выводы суда, изложенные в приговоре о виновности ФИО1 в совершении указанного преступления, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем приговор подлежит отмене, а ФИО1 – оправданию за отсутствием в его действиях состава данного преступления.

Поскольку допущенное судом нарушение может быть устранено судом апелляционной инстанции, судебная коллегия считает необходимым в соответствии с положениями п. 2 ч. 1 ст. 389, ст. 389.23 УПК РФ постановить по делу новый приговор.

Этим же приговором ФИО1 оправдан по обвинению в совершении 15 января 2014 года в 

<

адрес> изготовления в целях сбыта и сбыте поддельного платежного документа, не являющегося ценной бумагой, и по обвинению в совершении в период с 16 января 2014 года по 21 января 2014 года в 

<

адрес> изготовления в целях сбыта и сбыте поддельного платежного документа, не являющегося ценной бумагой.

В соответствии с обвинением, предъявленным ФИО1 органами предварительного следствия и поддержанным государственным обвинителем, по ч. 1 ст. 187, ч. 1 ст. 187 УК РФ, он обвинялся в следующем.

1. В соответствии с п.п. 1.1, 1.9, 1.10, 1.12 Положения Банка России от 19.06.2012 № 383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» платежное поручение является распоряжением о переводе денежных средств и расчетным (платежным) документом.

В один из дней в период с 26 декабря 2013 года по 15 января 2014 года ФИО1 решил распорядиться похищенными у ПАО 

<

данные изъяты> денежными средствами, приобретенными им в результате совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.1 УК РФ. Реализовать задуманное он планировал, направляя в банк поддельные платежные поручения на перечисление в адрес подконтрольных ему организаций денежных средств, похищенных у ПАО 

<

данные изъяты>. Подделывать платежные поручения ФИО1 намеревался, указывая в них фиктивные назначения платежа.

После чего, 15 января 2014 года в период с 08 час. до 17 час. ФИО1, находясь в офисе по адресу: 

<

адрес> используя компьютерную технику, имеющуюся в этом офисе, располагая доступом к системе дистанционного банковского обслуживания расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в ПАО 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес> в целях использования для осуществления переводов денежных средств и дальнейшего сбыта в банк изготовил в электронной форме поддельное платежное поручение № 9 от 15.01.2014 на сумму 6000000 руб., являющееся расчетным (платежным) документом.

Затем, 15 января 2014 года в период с 08 час. до 17 час. ФИО1, находясь в помещении офиса ООО «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес> применив свой ключ электронной цифровой подписи, подписал вышеуказанное электронное платежное поручение, после чего, используя доступ к информационно-телекомуникационной сети Интернет, сбыл его, направив в кредитную организацию – офис ПАО 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

адрес> который принял данное поддельное распоряжение о переводе денежных средств к исполнению и осуществил по нему перевод денежных средств на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» №№, открытый в АО «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>

При этом вышеуказанное платежное поручение является поддельным, поскольку в его назначении платежа было указано заведомо несуществующее основание «по договору подряда от 10.01.2014 г. за проведение ремонтно-строительных работ» в отсутствие фактического заключения такого договора и выполнения работ.

2. Он же, ФИО1, 16 января 2014 года в период с 08 час. до 17 час., находясь в офисе ООО «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, не являясь руководителем и учредителем ООО «

<

данные изъяты>», достоверно зная, что директор указанного общества ФИО80 является номинальным руководителем и не принимает никакого участия в управлении ООО «

<

данные изъяты>», с целью совершения незаконных финансовых операций с денежными средствами, похищенными им у ПАО 

<

данные изъяты>, желая их легализовать, то есть придать правомерный вид владению, пользованию и распоряжению ими, имея в своем распоряжении компьютерную технику, решил изготовить и направить в банк поддельное платежное поручение на перечисление в адрес подконтрольного ФИО1 ООО «

<

данные изъяты>» денежных средств в сумме 6000000 руб., ранее похищенных у ПАО 

<

данные изъяты> и поступивших на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» по фиктивному основанию, в качестве возврата ошибочно перечисленной суммы по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтных работ по письму № 1 от 15.01.2014.

Реализуя задуманное, 16 января 2014 года в период с 08 час. до 17 час ФИО1, находясь в помещении офиса ООО «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес> используя компьютерную технику, имеющуюся в этом офисе, изготовил в целях использования для осуществления переводов денежных средств и дальнейшего сбыта в банк поддельное распоряжение о переводе денежных средств, а именно поддельное платежное поручение, являющееся расчетным (платежным) документом: № 1 от 16.01.2014 на сумму 6000 000 руб.

При этом вышеуказанное платежное поручение является поддельным, поскольку в его назначении платежа было указано заведомо несуществующее основание.

Затем, в период с 16 января 2014 года по 21 января 2014 года в неустановленном месте ФИО1 с целью сбыта передал вышеуказанное платежное поручение директору ООО «

<

данные изъяты>» ФИО80., неосведомленному о преступных намерениях ФИО3. Действуя по указанию ФИО1, ФИО80 подписал данное платежное поручение, после чего, 21 января 2014 года в период с 08 час. до 17 час. предоставил его в кредитную организацию – офис АО «

<

данные изъяты>», расположенный по адресу: 

<

адрес> где передал главному операционисту ФИО271 АО «

<

данные изъяты>» принял от ФИО80. поддельное распоряжение о переводе денежных средств к исполнению и осуществил по нему перевод денежных средств на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» №№, открытый в АО КБ «

<

данные изъяты>».

С приговором в данной части не согласился государственный обвинитель – помощник прокурора Котельничской межрайонной прокуратуры ФИО273 им принесено апелляционное представление, в котором он просит приговор отменить в части оправдания ФИО1 по ч. 1 ст. 187, ч. 1 ст. 187 УК РФ, в виду его незаконности, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, и дело направить на новое судебное рассмотрение.

В обоснование апелляционного представления указывает, что ФИО1 в период с 26.12.2013 по 15.01.2014 совершил изготовление в целях сбыта и сбыт поддельных платежных документов, не являющихся ценными бумагами. Факт их изготовления установлен судом, что нашло отражение на стр. 59 приговора. Обращает внимание, что сбыт поддельных платежных поручений выражается в предъявлении их для исполнения, в том числе в кредитные организации, и считается оконченным с момента их принятия банком к исполнению. Считает выводы суда о невозможности квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 187 УК РФ в редакции от 08.06.2015 № 153-ФЗ несостоятельными, так как данная редакция не ухудшает положение ФИО1, поскольку санкция ч. 1 ст. 187 УК РФ как на момент совершения преступления, так и после внесения изменений Федеральным законом от 08.06.2015 № 153-ФЗ предусматривает аналогичное по видам и размерам наказание. Отмечает, что суд без должной оценки оставил доводы государственного обвинителя о том, правильность квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 187 УК РФ подтверждается кассационным определением Верховного Суда РФ от 20.07.2011 № 5-011-191.

Заслушав мнения осужденного ФИО1, защитника-адвоката Новикова А.А., не согласившихся с апелляционным представлением, выступление прокурора Еремеевой Ю.А., поддержавшей апелляционное представление, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, судебная коллегия находит выводы суда об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187 и ч. 1 ст. 187 УК РФ, правильными.

В судебном заседании допрошен подсудимый ФИО1, который вину в совершении преступлений не признал, от дачи показаний, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ, отказался.

Согласно оглашенным в соответствии с п.3 ч.1 ст. 276 УПК РФ показаниям, данных ФИО1 на стадии предварительного следствия (т. 13 л.д.16-20, 21-30, 37-46), и подтвержденным им в судебном заседании, он являлся руководителем, учредителем, в том числе ООО «

<

данные изъяты>», КПК «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>», которое затем переименовано в ООО «

<

данные изъяты>», фактическим руководителем которого он являлся. ФИО80 к руководству этой организации не приступал. Он, ФИО1, распоряжался денежными средствами этой организации и отдавал указания ФИО80 в том числе он действовал по его указанию, когда возвращал денежные средства в сумме 6000 000 руб. со счета ООО «

<

данные изъяты>» на счет ООО «

<

данные изъяты>». Бухгалтер ООО «

<

данные изъяты>» ФИО103 могла осуществлять отдельные финансовые операции, но исключительно с его одобрения: оплачивать налоги, производить расчеты с поставщиками, по его поручению могла перечислить денежные суммы в пределах 100000 руб. Ключ его электронной цифровой подписи был в единственном экземпляре, и мог храниться у него, как директора ООО «

<

данные изъяты>», и у ФИО103. 

Платежное поручение № № от 15.01.2014 о перечислении 6000000 руб. на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в АО «

<

данные изъяты>», и платежное поручение № № от 16.01.2014 о перечислении 6000000 руб. на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в АО КБ «Хлынов», он подготовил на компьютере в своем офисе по адресу: 

<

адрес> 

Судом исследованы представленные стороной обвинения доказательства в совершении ФИО1 преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187 УК РФ, ч. 1 ст. 187 УК РФ: 

Так, свидетель ФИО80 в судебном заседании показал, что ФИО1, являющийся ему родственником, устроил его директором организации «

<

данные изъяты>», объяснив, что Котельничское налоговое отделение слишком придирчиво, и если зарегистрироваться в г. Кирове и платить налоги в Киров, то будет меньше проверок, а у него, ФИО80 была Кировская прописка. ФИО1 платил ему заработную плату. ФИО279 или ФИО103 которые были бухгалтерами у ФИО1, либо сам ФИО1 просили его подписать документы, нужные для ведения дел фирмы, он их подписывал, не читая, полностью доверяя ФИО1 Фактически ООО «

<

данные изъяты>» управлял ФИО1 Числился он директором до 2014 года, пока организацию не ликвидировали. О финансовой деятельности организации, он ничего не знает, самостоятельно никаких решений не принимал. 

Из оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО281., данных на стадии предварительного следствия, следует, что с 2004 года по 2014 год она работала бухгалтером ООО «

<

данные изъяты>». В 2013 году ООО «

<

данные изъяты>» получало несколько кредитов в ПАО 

<

данные изъяты>. По поручению руководителя ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 она занималась подготовкой документов, которые затем предоставлялись в 

<

данные изъяты> для получения кредита. ФИО80 является племянником ФИО1 и некоторое время был директором ООО «

<

данные изъяты>». ФИО1 мог оставлять для ФИО80 какие-либо документы, связанные с работой ООО «

<

данные изъяты>», и она могла ему передавать их для подписания, что происходило только по поручению ФИО1 В содержание этих документов не вникала, их не читала, а лишь предъявляла их ФИО80 для подписания. 

Единственным руководителем ООО «

<

данные изъяты>» был директор ФИО1, который единолично определял направления деятельности данной организации, распоряжался имуществом, в том числе, денежными средствами, находящимися на расчетных счетах ООО «

<

данные изъяты>». У ООО «

<

данные изъяты>» были открыты расчетные счета в ПАО 

<

данные изъяты> и банке «

<

данные изъяты>». Никто кроме ФИО1 не мог принимать решений о распоряжении имуществом, в том числе денежными средствами, находящимися на расчетных счетах ООО «

<

данные изъяты>». Доступ к денежным средствам, размещенным на расчетных счетах ООО «

<

данные изъяты>», осуществлялся, в том числе, дистанционно, посредством системы «Интернет-клиент». С рабочего компьютера ФИО1 осуществлялся дистанционный доступ к расчетным счетам ООО «

<

данные изъяты>» через систему «Интернет-клиент». Пользователи в данной системе идентифицируются через электронную цифровую подпись (ЭЦП), ключ которой имел форму «флешки» и в единственном экземпляре хранился у директора ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 Для доступа к счетам организации ключ ЭЦП помещался в USB-порт рабочего компьютера ФИО1, после чего составлялось платежное поручение о перечислении денежных средств тому или иному контрагенту ООО «

<

данные изъяты>». Все платежи она исполняла исключительно по указанию ФИО1, без его распоряжения денежные средства со счетов ООО «

<

данные изъяты>» перечисляться не могли. Кроме того, ФИО1 мог и сам, самостоятельно, осуществлять платежи со своего рабочего компьютера, не привлекая к этому ее. Если же ФИО1 обращался к ней, то он давал ей соответствующее указание относительно того когда, кому и какую сумму денежных средств необходимо перечислить. В таких случаях она составляла в электронной форме платежное поручение, но затем ФИО1 все равно всегда проверял его, подписывал, используя свой ключ ЭЦП, и направлял его в банк. Она не имела самостоятельного доступа к счетам ООО «

<

данные изъяты>» и получала его только по усмотрению ФИО1 при соответствующей необходимости.

Платежное поручение № 9 от 15.01.2014 на сумму 6000000 руб. она не составляла, таких крупных денежных сумм от ООО «

<

данные изъяты>» она не перечисляла, перечислением таких значительных сумм ФИО1 всегда занимался лично. Составить платежное поручение мог только ФИО1, и только он мог его подписать, как единственное лицо, имеющее право распоряжения денежными средствами ООО «

<

данные изъяты>» и единственный держатель ключа ЭЦП. 

К ООО «

<

данные изъяты>» она никакого отношения не имела, бухгалтерским учетом этой организации не занималась. Платежное поручение № 1 от 16.01.2014 на сумму 6000000 руб., согласно которому с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в АО «

<

данные изъяты>», на расчетный счет №№, открытый ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>», перечислены денежные средства в сумме 6000000 руб. было составлено 16.01.2014, скорее всего, самим ФИО1, на его рабочем месте. Соответственно, ФИО1 и заполнял реквизиты платежного поручения, номера и реквизиты расчетных счетов, назначение платежа. В конце 2013 года номинальным директором ООО «

<

данные изъяты>» стал племянник ФИО1 – ФИО80., однако он фактически этой фирмой не руководил, руководство ООО «

<

данные изъяты>» также осуществлял ФИО1, он и распоряжался имуществом и денежными средствами общества (т. 12 л.д. 100-102, 104-107).

Свидетель ФИО286 ФИО286 пояснила, что с марта 2011 года по 2014 год она работала юристом в ООО «

<

данные изъяты>». ФИО80. - племянник ФИО1 подрабатывал у него разнорабочим. Некоторое время ФИО80 являлся директором ООО «

<

данные изъяты>». Организации, руководителем которых являлся ФИО1, располагались по одному адресу: 

<

адрес> ФИО1 мог оставлять для ФИО80 документы, связанные с работой ООО «

<

данные изъяты>».

Из показаний свидетеля ФИО246ФИО246 ведущего специалиста отдела экономической безопасности Кировского отделения 

<

данные изъяты>, данных на стадии предварительного следствия и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что ООО «

<

данные изъяты>» в Кировском отделении № № 

<

данные изъяты> имеет расчетный счет №№, открытый 11.09.2009. Денежными средствами на указанном расчетном счете имел право распоряжаться только директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1 Данный расчетный счет был подключен к системе дистанционного доступа «Интернет-Клиент». По этой системе банк принимает от клиента платежные документы в электронном виде посредством сети Интернет. После поступления платежного документа в банк сотрудники банка проверяют соответствие электронной цифровой подписи, а затем выполняют распоряжение клиента о переводе денежных средств. Платежное поручение № 9 от 15.01.2014 поступило в ПАО 

<

данные изъяты> от ООО «

<

данные изъяты>» посредством сети Интернет по системе Интернет-Клиент. Банк принял данное платежное поручение, в котором было указано распоряжение клиента о переводе денежных средств в сумме 6000000 руб. на расчетный счет ООО «Котельничские строительные материалы», открытый в АО «

<

данные изъяты>». В качестве основания перевода было указано: «По договору подряда от 10.01.2014 г. за проведение ремонтно-строительных работ». При проверке банком электронной цифровой подписи установлено, что подпись действующая и соответствует электронной цифровой подписи, выданной директору ООО «

<

данные изъяты>» ФИО1, в связи с чем банк 15.01.2014 осуществил перевод денежных средств с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>», открытого в ПАО 

<

данные изъяты>, на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>», открытый в АО «

<

данные изъяты>» (т. 10 л.д. 113-117, 118-122, т. 11 л.д. 207-209).

Из показаний свидетеля ФИО255 данных на стадии предварительного следствия и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что он работает в должности начальника службы безопасности Кировского РФ АО «

<

данные изъяты>». ООО «

<

данные изъяты>» имело расчетный счет №

<

адрес>, открытый в ДО в г. Котельниче Кировского РФ АО «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>. Данный счет закрыт 26.07.2017. Денежными средствами на указанном расчетном счете имел право распоряжаться только директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО80 Указанный расчетный счет не был подключен к системе дистанционного доступа «Интернет-Клиент». Платежное поручение № 1 от 16.01.2014 на сумму 6000000 руб. поступило в дополнительный офис в г

<

адрес> Кировского РФ АО «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, от уполномоченного лица ООО «

<

данные изъяты>». В банк данное платежное поручение представил директор ООО «

<

данные изъяты>» ФИО80. Сотрудник банк принял это платежное поручение, в котором было указано распоряжение клиента о переводе денежных средств в сумме 6000000 руб. на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>», открытый в АО КБ «

<

данные изъяты>». Основанием перевода было указано: «Возврат ошибочно перечисленной суммы по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтных работ по письму № 1 от 15.01.2014. Сумма 6000000, без налога (НДС)». При проверке сотрудником банка документа установлено, что его предоставило лицо, уполномоченное на распоряжение денежными средствами по расчетному счету ООО «

<

данные изъяты>», в связи с чем банк 21.01.2014 осуществил перевод денежных средств с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» в Кировском РФ АО «Россельхозбанк» на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>» (том 11 л.д. 210-212).

Аналогичные показания были даны на стадии предварительного расследования свидетелем ФИО256 начальником отдела продаж и обслуживания Кировского РФ АО «

<

данные изъяты>» (т. 11 л.д. 213-215), и в судебном заседании свидетелем ФИО271 операционистом в дополнительном офисе АО «

<

данные изъяты>», которые подтвердили факт проведения платежного поручения о перечислении со счета ООО «

<

данные изъяты>» на счет в ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>» денежных средств в сумме 6000000 рублей. 

Кроме того, судом были исследованы письменные доказательства: 

Согласно решению учредителя № 1 от 19 марта 2003 года создано ООО «

<

данные изъяты>», утвержден устав Общества, назначен директор Общества - ФИО1 (т. 8 л.д. 222), МРИ ФНС № 8 по Кировской области принято решение о государственной регистрации юридического лица при создании – Общество с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» № 1092 от 24 марта 2003 года (т. 8 л.д. 208). ООО «

<

данные изъяты>» зарегистрировано МРИ ФНС № 8 по Кировской области 24 марта 2003 года за основным государственным регистрационным номером №, ИНН №, о чем указано в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 02 июля 2014 года № 026175 (т. 12 л.д. 75-78) и свидетельстве о государственной регистрации юридического лица серии 43 № № (т. 12 л.д. 79).

Из сведений о банковских счетах налогоплательщика следует, что ООО «

<

данные изъяты>» (ранее – ООО «

<

данные изъяты>», ИНН №) 11.09.2009 в Кировском отделении № 8612 ПАО «

<

данные изъяты>» открыт расчетный счет № № (т. 8 л.д. 138). Правом распоряжения денежными средствами, находящимися на указанном расчетном счете, и первой подписи обладает директор ФИО1, что подтверждается справкой ПАО 

<

данные изъяты> от 29.10.2018 (том 7 л.д. 231);

Решением учредителя ООО «

<

данные изъяты>» № 1 от 14.11.2013 ФИО80 принят в члены Общества и назначен его директором, наименование Общества изменено с ООО «

<

данные изъяты>» на ООО «

<

данные изъяты>» (т. 8 л.д. 78); 

Согласно Уставу ООО «

<

данные изъяты>», директор является единоличным исполнительным органом Общества, без доверенности действует от имени Общества, без согласования с Общим собранием участников Общества имеет право первой подписи финансовых документов, распоряжается имуществом и средствами Общества (т. 8 л.д. 79-90);

Из протокола общего собрания учредителей № 1 от 25.11.2013 ООО «

<

данные изъяты>» следует, что ФИО1 вышел из учредителей ООО «

<

данные изъяты>» (т. 8 л.д. 77);

В сведениях об открытых (закрытых) счетах в кредитных организациях указано, что ООО «

<

данные изъяты>» 22.12.2009 в Кировском РФ АО «

<

данные изъяты>» открыт расчетный счет № №, закрыт 26.07.2017 (том 8 л.д. 134);

Из выписки о движении денежных средств по счету ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытому в ПАО 

<

данные изъяты>, следует, что 15.01.2014 с указанного расчетного счета в адрес ООО «

<

данные изъяты>» перечислены денежные средства в сумме 6000000 руб., с назначением платежа «По договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтно-строительных работ» (т. 7 л.д. 234-235).

В платежном поручении № 9 от 15.01.2014 указано о перечислении с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в отделении № 8612 Сбербанка России, на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытый в Кировском РФ АО «

<

данные изъяты>», денежных средств в сумме 6 000 000 руб. (т. 3 л.д. 40).

Из выписки о движении денежных средств по счету ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытому в АО «

<

данные изъяты>», следует, что 15.01.2014 на указанный расчетный счет со счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в ПАО 

<

данные изъяты>, поступили денежные средства в сумме 6000000 руб. по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтно-строительных работ. 21.01.2014 с указанного расчетного счета денежные средства в сумме 6000000 руб. перечислены на расчетный счет № №, открытый ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>», с назначением платежа: возврат ошибочно перечисленной суммы по договору подряда от 10.01.2014 за проведение ремонтно-строительных работ (т. 8, л.д. 8, 20).

В платежном поручении № 1 от 16.01.2014 указано о перечислении денежных средств в сумме 6000000 руб. с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>» № №, открытого в Кировском РФ АО «

<

данные изъяты>», на расчетный счет № №, открытый ООО «

<

данные изъяты>» в АО КБ «

<

данные изъяты>» (т. 11 л.д. 237-238). Данное платежное поручение изъято протоколом выемки от 03.09.2019 (т. 11 л.д. 233-234), осмотрено, результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра документов от 03.09.2019 (т. 11 л.д. 235-236).

Вопреки доводам апелляционного представления, судом первой инстанции тщательно проанализированы все представленные сторонами доказательства, которым дана верная оценка.

Анализируя исследованные доказательства в их совокупности, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводам об отсутствии доказательств, подтверждающих наличие в действиях ФИО1 инкриминируемых ему деяний, квалифицируемых по ч. 1 ст. 187, ч. 1 ст. 187 УК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 187 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.12.2011 № 420-ФЗ) уголовная ответственность наступает за изготовление в целях сбыта или сбыт поддельных кредитных или расчетных карт, а также иных платежных документов, не являющихся ценными бумагами.

Под изготовлением поддельных иных платежных документов, не являющихся ценными бумагами, понимается частичная подделка, например, изменение реквизитов: номера счета, подписи владельца, печати, размера денежной суммы; или полная подделка иного платежного документа.

Как правильно установлено судом первой инстанции, ФИО1 являлся руководителем ООО «

<

данные изъяты>» и фактическим руководителем ООО «

<

данные изъяты>», номинальным руководителем ООО «

<

данные изъяты>» - ФИО80 Участие ФИО1 в управлении и распоряжении имуществом данных организаций, в том числе денежными средствами сторонами не оспаривается, как не оспаривается и изготовление платежных поручений № 9 от 15.01.2014 и № 1 от 16.01.2014, перечисление денежных средств в сумме 6000000 руб. с расчетного счета ООО «

<

данные изъяты>», открытого в ПАО «

<

данные изъяты> на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>», и возврата этой суммы на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>», но открытый в АО КБ «

<

данные изъяты>».

Судом верно установлено, что формы платежного поручения № 9 от 15.01.2014 и платежного поручения № 1 от 16.01.2014 соответствуют требованиям действующего законодательства, наименования юридических лиц, суммы, банковские реквизиты указаны верно, платежные поручения подписаны уполномоченными лицами, имеющими право первой подписи, они проверены уполномоченными на то сотрудниками банка и приняты к исполнению, юридические лица ООО «

<

данные изъяты>» и ООО «

<

данные изъяты>» являлись действующими, а не фиктивными. 

Судебная коллегия приходит к выводу, что указание в платежном поручении № 9 от 15.01.2014 в качестве основания для проведения платежа на договор подряда от 10.01.2014, не переводит его в разряд поддельных иных платежных документов, а с учетом осуществления перевода с использованием системы электронных расчетов Интернет-Клиент признаки сбыта в действиях ФИО1 отсутствуют, так как само платежное поручение из обладания ФИО1 не выходило. Не является поддельным и платежное поручение № 1 от 16.01.2014, в котором указано о возврате денежных средств как ошибочно перечисленных по договору подряда, поскольку данное основание платежа не является фиктивным.

Как правильно указал суд первой инстанции, все представленные стороной обвинения доказательства подтверждают лишь факт изготовления ФИО1 платежных поручений с целью перевода денежных средств с одного расчетного счета на другой расчетный счет одного и того же юридического лица ООО «

<

данные изъяты>», а не факт изготовления поддельных иных платежных документов, о чем указывает государственный обвинитель в апелляционном представлении.

В связи с указанным, доводы, изложенные в апелляционном представлении, что сбыт поддельных платежных поручений выражается в предъявлении их для исполнения, в том числе в кредитные организации и считается оконченным с момента их принятия банком к исполнению, не влияют на выводы об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187 УК РФ

Мнение государственного обвинителя, не согласившегося с выводом суда о невозможности квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 187 УК РФ (в ред. ФЗ от 08.06.2015 № 153-ФЗ), что указанная редакция не ухудшает положение ФИО1, поскольку санкция ч. 1 ст. 187 УК РФ как на момент совершения преступления, так и после внесения Федеральным Законом от 08.06.2015 № 153-ФЗ предусматривает аналогичное по видам и размерам наказание, судебная коллегия признает несостоятельным, поскольку суд первой инстанции, обосновывая невозможность квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 187 (в ред. ФЗ от 08.06.2015 № 153-ФЗ), указал на различное изложение диспозиций указанной статьи, а не на санкции.

Ссылка государственного обвинителя, что суд оставил без должной оценки его доводы о том, что кассационным определением Верховного Суда РФ от 20.07.2011 № 5-011-191 подтверждается правильность квалификации действий ФИО1 по ч. 1 ст. 187 УК РФ, также является несостоятельной, поскольку данное кассационное определение вынесено по иному делу, не связанному с уголовным делом в отношении ФИО1, преюдицией не является, в связи с чем оценке не подлежало.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что в действиях подсудимого ФИО1 отсутствует состав преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187, ч. 1 ст. 187 УК РФ, с данным выводом судебная коллегия согласна, ФИО1 по данным преступлениям также подлежит оправданию.

В соответствии с ч. 2 ст. 306 УПК РФ уточненные исковые требования представителя потерпевшего ПАО Сбербанк России о взыскании с ФИО1 15316197 руб. 50 коп. руб. подлежат оставлению без рассмотрения.

Меры обеспечения: арест на имущество ПОЭП «

<

данные изъяты>», ИНН №, - нежилое помещение площадью 358,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес>кадастровый номер №), подлежит отмене.

Мера пресечения, избранная приговором в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу, также подлежит отмене.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

Приговор Котельничского районного суда Кировской области от 23 июня 2020 года в отношении ФИО1 отменить.

Признать невиновным ФИО1 и оправдать его по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159.1, ч. 1 ст. 187, ч. 1 ст. 187 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступлений.

Признать за ФИО1 право на реабилитацию в соответствии с главой 18 УПК РФ, направив ему извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Апелляционную жалобу защитника-адвоката Новикова А.А. удовлетворить, апелляционное представление государственного обвинителя – помощника Котельничского межрайонного прокурора Захарова Р.А. – оставить без удовлетворения.

Меру пресечения в виде заключения под стражу – отменить.

Гражданский иск ПАО 

<

данные изъяты> оставить без рассмотрения.

Арест на имущество потребительского кооператива «

<

данные изъяты>», ИНН №, - нежилое помещение площадью 358,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> отменить. 

Вещественные доказательства по делу: 

- кредитное досье по кредитному договору № № (невозобновляемая кредитная линия (со свободным режимом выборки)) от 26.12.2013 на сумму 20000000 руб.; диск DVD-R, содержащий электронные копии учредительных документов ООО «

<

данные изъяты>»; расходный кассовый ордер № № от 18.10.2013 на сумму 200000 руб.; расходный кассовый ордер № № от 08.11.2013 на сумму 2 000000 руб.; CD-R диск «TDK», содержащий аудиофайл с записью заседания Комитета Кировского отделения № 

<

данные изъяты>» по предоставлению кредитов и инвестиций от 25.12.2013; платежное поручение № № от 16.01.2014 о перечислении денежных средств в сумме 6000000 руб. – хранить при материалах уголовного дела.

- регистрационные дела № № и регистрационные дела на объекты недвижимого имущества: здание столовой, расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер: № (1 том); здание деревоцеха, площадью 1 282,2 кв.м., расположенное по адресу: 

<

адрес> инв. № №, кадастровый номер: № (в 2 томах); земельный участок, площадью 2000 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес> кадастровый номер: № (предыдущий кадастровый номер: №) (1 том) – считать возвращенными в Котельничский отдел Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кировской области адресу: 

<

адрес>

Председательствующий:

Судьи: