Мотивированное 

решение

 изготовлено 07 октября 2020 года

Дело № 2-3759/2020.

УИД 66RS0005-01-2020-004876-13.

Решение

Именем Российской Федерации

01 октября 2020 года Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга в составе

председательствующего судьи Сухневой И.В.,

при секретаре Дружининой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании высказывания оскорблением, защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, 

Установил:

Истец обратился в суд с вышеупомянутым иском. В обоснование указал, что являлся сотрудником ООО «Опус ТД». 19.05.2020 посредством видеосвязи состоялось собрание работников данной организации, на котором руководитель отдела продажи ФИО2 выразился в его адрес нецензурной бранью. По данному факту по результатам проведенной служебной проверки ФИО2 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора. В связи с конфликтом с ответчиком, который носит затяжной характер, ухудшилось его психологическое состояние, в связи с чем он обратился за медицинской помощью, ему поставлен диагноз «ситуационно обусловленный тревожно-депрессивный синдром». На основании изложенного просит признать высказывание ФИО2, содержащее нецензурную брань, оскорблением, порочащим честь, достоинство и деловую репутацию истца, взыскать в свою пользу с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 100000 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 3000 руб.

В судебное заседание стороны не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили о рассмотрении дела в их отсутствие. Ответчик ФИО2 также представил возражения на иск, в которых факт допущения в адрес истца высказывания, содержащего нецензурную брань, не оспаривал, однако указал, что какого-либо оскорбительного смысла в нее не вкладывал, намерения унизить истца не имел, а произнес ее в качестве эмоционального выражения разочарования в сотруднике и с желанием прекратить с ним разговор. Подобное поведение с его стороны было спровоцировано действиями истца, нарушавшего рабочий процесс. Также полагал, что доказательства наличия причинной связи между произнесенной им фразой и обращением истца за медицинской помощью отсутствуют.

Исследовав материалы дела, осуществив воспроизведение видеозаписи, представленной истцом, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В силу ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

В силу п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно п. 2 той же статьи нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 5 п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Согласно разъяснениям, содержащимися в п. 8 того же Постановления, судам необходимо отграничивать дела о защите чести, достоинства и деловой репутации (статья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации) от дел о защите других нематериальных благ, перечисленных в статье 150 этого Кодекса, нарушенных в связи с распространением о гражданине сведений, неприкосновенность которых специально охраняется Конституцией Российской Федерации и законами, и распространение которых может причинить моральный вред даже в случае, когда эти сведения соответствуют действительности и не порочат честь, достоинство и деловую репутацию истца.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 3 п. 9 указанного постановления, следует, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 9 этого же Постановления, если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по смыслу закона субъективное мнение или оценочное суждение не должно излагаться в унизительной и оскорбительной форме для адресата.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Как следует из материалов дела, ФИО1 до 29.07.2020 был трудоустроен в ООО «Опус ТД» региональным менеджером филиала «Уральский». 

19.05.2020 состоялось обучающее собрание работников данной организации посредством сеанса видеосвязи, на котором руководитель отдела продажи ФИО2 в присутствии ряда работников ООО «Опус ТД» допустил в адрес ФИО1 высказывания, содержащие нецензурную брань, что следует из видеозаписи данного собрания, представленной истцом, копий материалов проверки, проведенной работодателем по данному факту и ответчиком не оспаривалось.

Направленность высказывания ответчика, содержащего нецензурную брань, в адрес истца прямо следует из представленной видеозаписи, а также сообразуется с фактическими обстоятельствами, в силу которых во время рабочего собрания между сторонами возникла конфликтная ситуация.

Доказательств того, что ответчиком при распространении оспариваемых сведений были приняты достаточные меры конфиденциальности в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлено.

Оценивая характер высказываний ответчика, суд находит, что последние не содержат каких-либо утверждений о фактах, которые бы могли быть проверены на соответствие действительности, как следствие, правовых оснований признать высказывание ответчика в адрес истца порочащим его честь и достоинство и в данной части удовлетворить заявленные требования не имеется.

Также отсутствуют основания удовлетворить требование о признании высказывания ответчика оскорблением, поскольку данное требование не является самостоятельным, а подлежит установлению в качестве одного из юридически значимых обстоятельств при разрешении требования истца о компенсации морального вреда.

Как следует из обстоятельств дела, оспариваемое истцом обращение выражено ответчиком в грубой и резкой форме, содержит выражения ненормативной лексики, в связи с чем, будучи адресованным истцу, оскорбляет его, унижает его достоинство, как следствие, выходит за допустимые пределы осуществления ответчиком права на свободу слова и выражение своего мнения и не может считаться приемлемым.

Таким образом, допущение в адрес истца подобного высказывания дает ему право требовать компенсации ответчиком причиненного при изложенных обстоятельствах морального вреда.

При определении размера денежной компенсации морального вреда, суд исходит из вышеописанного характера и обстоятельств нарушения, в том числе допущения высказывания в присутствии иных лиц, а также требований разумности и справедливости, в связи с чем взыскивает с ответчика в пользу истца 3000 рублей. 

Оснований учесть при определении размера компенсации морального вреда факт обращения истца за медицинской помощью, в подтверждение чего истцом представлены протокол осмотра невролога от 15.07.2020, справка об обращении 14.07.2020 за медицинской помощью в ГАУЗ ТО ГП № 14, суд не находит, поскольку данные обращения имели место по истечении практически двух месяцев после факта неправомерного поведения со стороны ответчика.

Кроме того, истцом в рамках настоящего дела понесены расходы на уплату государственной пошлины в сумме 900 руб. в соответствии с чеком-ордером от 11.08.2020, а также согласно квитанции от 04.08.2020 истцом понесены расходы на оплату услуг представителя по составлению настоящего искового заявления в сумме 3000 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К последним относятся в силу ст. 94 того же Кодекса, в том числе связанные с рассмотрением расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

С учетом изложенного, поскольку исковые требования истца удовлетворены частично, суд взыскивает с ответчика в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины за требование компенсации морального вреда в сумме 300 руб. в соответствии с положениями п. 3 подп. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, а также расходы на оплату услуг представителя за составление искового заявления в размере 2000 рублей, полагая последнюю сумму разумной и справедливой с учетом сложности дела и объема участия представителя.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании высказывания оскорблением, защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 3000 руб., судебные расходы в сумме 2300 руб. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательном виде путем подачи жалобы через Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга.

Председательствующий И.В. Сухнева