РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

дело № 2-561/2017

07 июля 2017г.

г.Сергач

Судья Сергачского районного суда Нижегородской области Черновская Л.Н.

При секретаре Колякиной О.Ю.,

С участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2- ФИО3 по доверенности от 12.05.2017 г.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 

<

данные изъяты> к Редакции газеты «Сергачская жизнь», ФИО2 

<

данные изъяты> о защите чести, достоинстве и компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском о признании порочащей его честь и достоинство негативной информации, опубликованной в газете «Сергачская жизнь» 11.03.2017 г., об опровержении этой информации, о компенсации морального вреда, указав в обоснование, что в газете «Сергачская жизнь» от 11 марта 2017 года № (11284) тиражом 5 073 экземпляров опубликована статья, затрагивающая его личность. В ней содержатся недостоверные сведения о его личности, на основании которых дана негативно-оценочная характеристика его личности, которая воспринимается, как порочащая, затрагивающая, унижающая, его достоинство и деловую репутацию.

В статье он охарактеризован, как «активный помощник, член территориальной комиссии с правом совещательного голоса от имени ФИО4», который «не пожелал оценивать предателя Родины, своего однопартийца», «отказался оценивать предательство ФИО4», в итоге «можно предположить, что осуществив свой коммерческий проект, получил деньги, а избирателей сделал соучастниками предателя Родины». 

Негативная информация о нем в форме утверждений о фактах или событиях, содержаться в следующих фразах:

«отказался оценивать поступок предателя Родины, своего однопартийца»;

«категорически отказался... дать комментарии. Сослался на отсутствие у местного отделения документов на сей счет»;

«радетели за народ»;

«Сергачане оказались обманутыми, крайними в этой ситуации».

Такая характеристика не может восприниматься иначе как негативно-оценочная в языковом сознании Российского читателя.

Негативная информация о нем в форме субъективной оценки содержиться в следующих фразах:

Можно предположить,что люди,продвигавшие перебежчика в Сергаче осуществив свой коммерческий проект, получили деньги, а избирателей сделали соучастниками предателя Родины!»;

- «... была удивлена такой дрожью в коленках...»;

«... поступи по-мужски, не прячься, пусть люди об этом знаю!».

Данные суждения является обобщено характеризующим его как человека трусливого и зависимого от воли других. 

В статье, опубликованной в газете «Сергачская жизнь» от 11 марта 2017 года № (11284), опорочено его доброе имя, честь достоинство, деловая репутация и он просит суд признать факт нарушения его личного неимущественного права, а также опубликования решения суда о допущенном нарушении.

Публикация вышеприведенных сведений в силу своей недостоверности, оскорбительного характера, формирования негативного аморального образа его личности вызвала у него нравственные страдания, выраженные в беспокойстве, неудобстве, переживании за свою честь, достоинство, деловую репутацию. Опубликованная статья в газете «Сергачская жизнь», в которой сформирован негативный образ о нем стала достоянием широкого круга читателей газеты, что в большей степени повлияло на нравственные страдания, обеспокоенность, переживание за честь, достоинство и деловую репутацию.

Со ссылкой на статьи 150, 151, 152 ГК РФ с учетом изменений в порядке ст.39 ГПК РФ исковых требований, окончательно просит суд:

Признать порочащими честь и достоинство ФИО1 в силу негативной) информации следующие фразы, опубликованные в газете «Сергачская жизнь» от 11.03.2017 года № (11284) о том, что: «отказался оценивать поступок предателя Родины, своего однопартийца»; «категорически отказался... дать комментарии. Сослался на отсутствие у местного отделения документов на сей счет»; «радетели за народ» «Сергачане оказались обманутыми, крайними в этой ситуации»; «Можно предположить, что люди, продвигавшие перебежчика в Сергаче, осуществив cвой коммерческий проект, получили деньги, а избирателей сделали соучастникам предателя Родины!»; «... была удивлена такой дрожью в коленках...»; «... поступи п мужски, не прячься, пусть люди об этом знают!».

2. Обязать редакцию газеты «Сергачская жизнь» опубликовать опровержение в виде текста: Признать порочащими честь и достоинство ФИО1 в силу негативной информации следующие фразы, опубликованные в газете «Сергачская жизнь» от 11.03.2017 года № (11284) о том, что: «отказался оценивать поступок предателя Родины, своего однопартийца»; «категорически отказался… дать комментарии. Сослался на отсутствие у местного отделения документов на сей счет»; «радетели за народ»; «Сергачане оказались обманутыми, крайними в этой ситуации»; на второй странице газеты «Сергачская жизнь» тем же шрифтом, которым напечатан постскриптум статьи «Перебежчик» с анонсированием этой публикации на первой странице газеты «Сергачская жизнь» в день выхода опровержения и в предыдущем номере газеты «Сергачская жизнь» в течение 10 - ти рабочих дней после вступления в силу решения суда.

3. Взыскать с редакции газеты «Сергачская жизнь» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>.

4.Взыскать с ФИО2 

<

данные изъяты> в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>.

5. Взыскать с редакции газеты «Сергачская жизнь» и ФИО2 

<

данные изъяты> пользу ФИО1 сумму государственной пошлины, уплаченной при подаче искового заявления, в размере 

<

данные изъяты> в равных долях соответствен от указанной суммы. 

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал измененные исковые требования по основаниям, подробно изложенным в иске. Считает, что распространенная в газете «Сергачская жизнь» о нем информация, не соответствует действительности, порочит его честь и достоинство, написана в оскорбительной форме. В связи с тем, что информация стала известна широкому кругу читателей, он испытал нравственные страдания, переживал, беспокоился о своей репутации.

Ответчик редакция газеты «Сергачская жизнь» был надлежаще извещен о месте и времени судебного заседания, представитель в суд не явился, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии представителя редакции газеты «Сергачская жизнь».

Ответчик ФИО2 надлежаще извещена о месте и времени судебного заседания, в суд не явилась, о причинах неявки суду не сообщила, суд считает возможным рассмотреть дело в ее отсутствии.

Представитель ответчика ФИО2- ФИО3 иск не признает, пояснила суду, что статья, которая была опубликована в газете «Сергачская жизнь» 11.03.17 г. отражает события, произошедшие в обществе после выборов в Государственную Думу. При прочтении данной статьи ни у нее я лично, ни у других граждан, с которыми она говорила, не сформировалась мнение о ФИО1, как о человеке, запятнавшем свою репутацию. Статья считается выдержанной, с соблюдением стилистических приемов. Героем статьи является кандидат в депутаты Гос. Думы ФИО5, который оказал влияние на события в период выборов и после них, тот конфликт, который он вызвал своим переездом в другое место жительства. При написании данной статьи упоминаются фамилии тех людей, которые имели отношение к предвыборной компании, в. т.ч. и ФИО1 Статья посвящена ФИО4, и тем событиям, которые были им порождены. У ФИО2 не было ни малейшего желания, ни заказа власти, чтобы затронуть честь ФИО1

ФИО1 не отрицает, что отказался давать комментарии журналисту по описанным событиям.

ФИО1 необоснованно разделяет аб.3 и 4 из главы «Нечего сказать?!», а именно: « Сергачане оказались обманутыми, крайними в этой ситуации. Интересно, а кого «радетели за народ» привезут в район в следующий раз?» Данный абзац это продолжение предыдущего и отражает мнение журналиста, его оценку.

Что касается формулировки «радетели за народ», то она не отнесена к ФИО1 лично, речь идет о ФИО4. «Радетели за народ» - ироничная форма, не может быть оскорбительной, как и фраза « Была удивлена дрожью в коленках». Это означает – испуг, а не трусость.

Считает, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат. т.к. не содержат слов, выражений, оскорблений, порочащих честь и достоинство истца, а обида не является объектом защиты в суде.

Заслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что 11 марта 2017 г. в газете «Сергачская жизнь» была опубликована статья «Перебежчик», автор статьи ФИО2. В данной статье имеется раздел «Нечего сказать?!», в котором распространена информация о ФИО1, а именно: « Активный помощник, член территориальной избирательной комиссии с правом совещательного голоса от имени ФИО6 ФИО1 согласился побеседовать со мной и дать комментарии, когда дошло до дела- категорически отказался. Сослался на отсутствие у местного отделения компартии документов на сей счет … В общем ни ФИО1, ни … не пожелали оценивать поступок предателя Родины, своего однопартийца. Как могли наши земляки призывать жителей района голосовать за такого кандидата? Можно предположить, что люди, продвигавшие перебежчика в Сергаче, осуществив свой коммерческий проект, получили деньги, а избирателей сделали соучастниками предателя Родины! Сергачане оказались обманутыми, крайним в этой ситуации. Интересно, а кого «радетели за народ» привезут в район в следующий раз?» 

Кроме того в P. S статьи указано : «Когда верстался субботний номер, в редакцию позвонил ФИО1. Увидев в предыдущей газете анонс статьи «Перебежчик», он очень разволновался, его беспокоил один вопрос: будет ли в ней упоминаться его фамилия. Честно говоря, я была удивлена такой дрожью в коленках с его стороны. Ну отказался оценивать предательство ФИО4, поступи по- мужски, не прячься. Пусть люди об этом знают!»

В соответствии со ст.17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Исходя из положений ст.23,29,33 Конституции РФ суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, с другой.

В соответствии с ч. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. 

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 7 постановления Пленума от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц"( далее постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 г. № 3) по делам данной категории обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. 

При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина.

При разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации следует руководствоваться не только нормами российского законодательства (ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации), но и в силу ст. 1 Федерального закона "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" учитывать правовую позицию Европейского Суда по правам человека, выраженную в его постановлениях и касающуюся вопросов толкования и применения данной Конвенции (прежде всего ст. 10), имея при этом в виду, что используемое Европейским Судом по правам человека в его постановлениях понятие диффамации тождественно понятию распространения не соответствующих действительности порочащих сведений, содержащемуся в ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ. 

Как неоднократно указывал Европейский Суд по правам человека, свобода выражения мнения, как она определяется в ч. 1 ст. 10 Конвенции, представляет собой одну из несущих основ демократического общества, основополагающее условие его прогресса и самореализации каждого его члена. Свобода слова охватывает не только информацию или идеи, которые встречаются благоприятно или рассматриваются как безобидные либо нейтральные, но также и такие, которые оскорбляют, шокируют или внушают беспокойство. Таковы требования плюрализма, толерантности и либерализма, без которых нет демократического общества.

Учитывая положения ст. 10 Конвенции и ст. 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (п. 9 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Таким образом, при рассмотрении дел о защите чести и достоинства одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащим установлению, является характер распространенной информации, то есть является ли эта информация утверждением о фактах, либо оценочным суждением, мнением, убеждением.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Пунктом 9 постановления Пленума ВС РФ от 24.02.2005 г. № 3 установлено, что в силу п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации бремя доказывания соответствия действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Согласно лингвистическому заключению № от 23.03.2017 г., выполненному ООО «Новокузнецкий центр экспертиз», в тексте статьи «Перербежик» содержится характеристика ФИО1, его личностных и деловых качеств, носит негативный характер, его действия представлены как неэтичные : «отказался оценивать поступок предателя Родины, своего однопартийца»; «категорически отказался... дать комментарии. Сослался на отсутствие у местного отделения документов на сей счет».

Используя выражение «радетели за народ» автор подразумевает, как «злоупотребляющей властью, безразличный к судьбе простых людей, действующий исключительно в личных интересах», т.е. негативно характеризует ФИО1 Фраза «Сергачане оказались обманутыми, крайними в этой ситуации», выражает совершение членом избирательной комиссии ФИО1 действий, направленных на введение избирателей в заблуждение, негативно характеризует этого человека и его действия, воспринимается как противоречащие общепринятым морально- этическим нормам.

Также в тексте содержится негативно- оценочное мнение автора о том, что она «была удивлена дрожью в коленках» со стороны ФИО1, которое сопровождается комментарием: «.. поступи по- мужски, не прячься, пусть люди об этом знают». Данные суждения характеризуют ФИО1 как человека трусливого или зависимого от воли других.

Мнение автора о том, что «Можно предположить, что люди, продвигавшие перебежчика в Сергаче, осуществив cвой коммерческий проект, получили деньги, а избирателей сделали соучастникам предателя Родины!», негативно характеризует этих людей, как совершивших поступок, противоречащий общепрнятым морально- этическим нормам.

Суд согласен с лингвистическим заключением, согласно которому в статье «Перебежчик» в форме утверждения о существовании фактов, которые могут быть проверены на соответствие действительности, содержится в выражениях: 

- «отказался оценивать поступок предателя Родины, своего однопартийца»; «категорически отказался... дать комментарии. Сослался на отсутствие у местного отделения документов на сей счет».

ФИО1 в судебном заседании подтвердил, что отказался дать комментарий поступку ФИО5 автору статьи ФИО2 При этом ФИО1 указывает, что отказался дать комментарий по той причине, что газета часто на его взгляд, искажает информацию. Вместе с тем, суд считает, что при данных обстоятельствах факт отказа от комментария, отказа от оценки поступка ФИО4, которые описаны в статье, соответствует действительности. При этом причина, по которой ФИО1 отказался, сама по себе не делает все высказывание заведомо ложным, поскольку ключевые слова о фактах, которые составляют существо оспариваемого высказывания, соответствует действительности.

Информация об отказе оценки поступка ФИО4, от дачи комментария в целом соответствует действительности, что подтверждается объяснениями самого ФИО1, в связи с чем данные фразы, не могут быть признаны не соответствующими действительными.

Согласно п. 4 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016 г., отсутствие хотя бы одного обстоятельства из обязательной совокупности условий для удовлетворения иска (сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности) является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. В связи с чем, требования истца о признании порочащими честь и достоинство ФИО1 следующих фраз «отказался оценивать поступок предателя Родины, своего однопартийца»; «категорически отказался... дать комментарии. Сослался на отсутствие у местного отделения документов на сей счет» и их опровержении в газете, удовлетворению не подлежат.

Европейский суд по правам человека в решениях по делам "Лингренс против Австрии" от 08.06.1986, "Гринберг против Российской Федерации" от 21.06.2005, защищая право журналиста на оценочное суждение, указал на необходимость проводить тщательное различие между фактами и оценочными суждениями, существование фактов может быть доказано, тогда как истинность оценочных суждений не всегда поддается доказыванию, последние должны быть мотивированы, но доказательства их справедливости не требуются. Требование о доказывании правдивости оценочного суждения неисполнимо и само по себе нарушает свободу мнения, что является основной частью права, гарантированного Статьей 10 Конвенции.

Суд не согласен с выводами лингвистического заключения № в части того, что негативная информация о ФИО1 в форме утверждений о фактах и событиях, которые могут быть проверены на соответствие действительности содержится во фразах : «радетели за народ», «сергачане оказались обманутыми, крайними в этой ситуации».

Как следует из контекста статьи, данные выражения являются продолжением мнения автора, которое содержится в следующей фразе : «Можно предположить, что люди, продвигавшие перебежчика в Сергаче, осуществив cвой коммерческий проект, получили деньги, а избирателей сделали соучастникам предателя Родины!» и далее «сергачане оказались обманутыми, крайними в этой ситуации. Интересно, а кого «радетели за народ» привезут в район в следующий раз».

Суд считает, что требования о признании порочащими честь и достоинство ФИО1 следующих фраз: ««Можно предположить, что люди, продвигавшие перебежчика в Сергаче, осуществив свой коммерческий проект, получили деньги, а избирателей сделали соучастниками предателя Родины!» «Сергачане оказались обманутыми, крайними в этой ситуации», «радетели за народ», «была удивлена дрожью в коленках, поступи по мужски, не прячься, пусть люди об этом знают!» и их опровержении в газете не подлежат удовлетворению, поскольку носят оценочный характер и, следовательно, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности, высказывания представляют собой субъективное мнение автора - ответчика, суждение о личности истца, в силу чего данные высказывания не могут быть ни объективно подтверждены, ни опровергнуты и не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ.

Исходя из положений ст.17,21, 23 Конституции Российской Федерации следует, что право на выражение своего мнения не допускает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого.

Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Европейский Суд указал, что в рамках пункта 2 Статьи 10 Конвенции существует малозначительная возможность наложения ограничений на политические выступления и дебаты по вопросам, представляющим общественный интерес. При этом границы допустимой критики в отношении государственного служащего, осуществляющего свои властные полномочия, могут быть шире, чем пределы критики в отношении частного лица, поскольку первый неизбежно и сознательно открывает себя для тщательного наблюдения за каждым своим словом и поступком со стороны журналистов и большей части общества и, следовательно, он должен проявлять большую степень терпимости. 

В случае установления негативного характера оспариваемых материалов и сведений необходимо установить, являются ли такие материалы или сведения порочащими и соответствуют ли они действительности или же содержат исключительно оценочные суждения, которые являются мнением авторов.

При этом важно установить, являются ли оценочные суждения оскорбительными, указывая прямо или косвенно, через фразы, направленные на яркое эмоциональное их восприятие, на противоправную деятельность истца. 

Оценив собранные по делу доказательства, с учетом разъяснений, содержащихся в абз. 6 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 3 от 24.02.2005 г., суд приходит к выводу о том, что, несмотря на то, что оспариваемые фразы « Можно предположить, что люди, продвигавшие перебежчика в Сергаче, осуществив свой коммерческий проект, получили деньги, а избирателей сделали соучастниками предателя Родины!; «радетели за народ» являются субъективным мнением автора- ответчика, в силу чего не могут быть признаны порочащими в порядке ст. 152 ГК РФ, они изложены в оскорбительной форме, направлены на умаление чести истца, унижение его человеческого достоинства, чем нарушены принадлежащие ему личные нематериальные блага.

Факт наличия в выражении « Можно предположить, что люди, продвигавшие перебежчика в Сергаче, осуществив свой коммерческий проект, получили деньги, а избирателей сделали соучастниками предателя Родины!» элемента оскорбления подтвержден заключением специалиста-лингвиста № от 04.07.2017 г. по результатам лингвистического исследования, поведенного на основании определения суда.

Из лингвистического заключения № от 04.07.2017 г. следует, что информация, содержащаяся в фразе « Можно предположить, что люди, продвигавшие перебежчика в Сергаче, осуществив свой коммерческий проект, получили деньги, а избирателей сделали соучастниками предателя Родины» является оскорбительной по форме, поскольку с точки зрения любого дееспособного гражданина, сведения о совершении действий, направленных на введение избирателей в заблуждение с целью получения денежного вознаграждения, негативно характеризуют этих людей как совершающих поступок, противоречащий общепринятым морально- этическим нормам и, возможно, нарушающим действующее законодательство. Данная информация является оскорбительной по форме, даже при условии изложения ее как субъективного мнения автора и при отсутствии неприличной ( непристойной) языковой формы выражения мысли. 

Согласно этому же заключению информация о ФИО1., содержащаяся в следующих фразах: «… была удивлена дрожью в коленках…», «.. поступи по – мужски, не прячься, пусть люди об этом знают..» не является оскорбительной по форме. Она содержит негативно оценочное мнение автора, ее можно определить как обидная.

Согласно Толковому словарю ФИО7 и ФИО8 существительное «радетель» означает «сердобольный человек, который заботиться о ком - нибудь, покровитель». Контекст употребления данного существительного в тексте иронический. Используя выражение «радетели за народ» автор подразумевает «злоупотребляющий властью, безразличный к судьбе простых людей, действующий исключительно в личных интересах». Суд полагает, что данная оценка свидетельствует о непорядочности истца, о превышении личных интересов и безразличии к интересам избирателей, что в общественном сознании носит резко отрицательный, негативный характер, негативно характеризуют истца как совершающего поступок, противоречащий общепринятым морально- этическим нормам

Суд принимает во внимание, что ФИО1 не относится к политикам, государственным служащим, в отношении которых согласно Конвенции о защите прав человека и основных свобод высказывания и допустимая критика имеет более широкие рамки, нежели для частных лиц.

Исходя из изложенного, оценивая характер вышеприведенных высказываний автора- ответчика в адрес истца, суд полагает, что субъективное мнение автора- ответчика было выражено в оскорбительной форме, выходящей за допустимые пределы осуществления ответчиком права на свободу выражения своих мнений и убеждений, и избранная для этого форма была явно несоразмерна целям и пределам осуществления ответчиком указанных прав.

Согласно разъяснениям, данных в абзаце шестом пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3, если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. 

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. При этом подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерна причиненному вреду и не вести к ущемлению свободы массовой информации (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 )

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 считают, что информация о ФИО1 в разделе «Нечего сказать?!» из статьи «Перебежчик» изложена в резкой, унизительной форме, оскорбительной форме, чтобы побольнее его задеть и обидеть. 

Свидетель ФИО14 выразил свое отношение к статье «Перебежчик» и его показания доказательственного значения не имеют.

Поскольку судом установлено, что информация, распространенная в газете «Сергачская жизнь» в отношении ФИО1 носит публичный ( тираж газеты 5073 экз.) оскорбительный характер, направлена на формирование негативного общественного мнения, истец ссылается на причинение ему душевных волнений, переживаний, в связи с этим требование ФИО1 в части компенсации морального вреда подлежит частичному удовлетворению.

Согласно статье 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично, с ответчиков подлежат взысканию расходы по госпошлине частично в размере 

<

данные изъяты> с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь. Ст.150,151,152 ГК РФ, ст.194-197 ГПК РФ суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований о признании порочащими честь и достоинство ФИО1 в силу негативной информации следующие фразы, опубликованные в газете «Сергачская жизнь» от 11.03.2017 г. №(11284) о том, что : «отказался оценивать поступок предателя Родины, своего однопартийца»; «категорически отказался… дать комментарии. Сослался на отсутствие у местного отделения документов на сей счет»; «радетели за народ»; «Сергачане оказались обманутыми, крайними в этой ситуации»; «Можно предположить, что люди, продвигавшие перебежчика в Сергаче, осуществив свой коммерческий проект, получили деньги, а избирателей сделали соучастниками предателя Родины!»; «… была удивлена такой дрожью в коленках…»; «… поступи по-мужски, не прячься, пусть люди об этом знают!» и обязании редакции газеты «Сергачская жизнь» опубликовать опровержение в виде текста: Признать порочащими честь и достоинство ФИО1 в силу негативной информации следующие фразы, опубликованные в газете «Сергачская жизнь» от 11.03.2017 года № (11284) о том, что: «отказался оценивать поступок предателя Родины, своего однопартийца»; «категорически отказался… дать комментарии. Сослался на отсутствие у местного отделения документов на сей счет»; «радетели за народ»; «Сергачане оказались обманутыми, крайними в этой ситуации»; на второй странице газеты «Сергачская жизнь» тем же шрифтом, которым напечатан постскриптум статьи «Перебежчик» с анонсированием этой публикации на первой странице газеты «Сергачская жизнь» в день выхода опровержения и в предыдущем номере газеты «Сергачская жизнь» в течение 10-ти рабочих дней после вступления в силу решения суда - отказать.

Исковые требования о компенсации морального вреда удовлетворить частично:

Взыскать с редакции газеты «Сергачская жизнь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>.

Взыскать с ФИО2 

<

данные изъяты> в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>.

Взыскать с редакции газеты «Сергачская жизнь» в пользу ФИО1 расходы по госпошлине в размере 

<

данные изъяты>

Взыскать с ФИО2 

<

данные изъяты> в пользу ФИО1 расходы по госпошлине в размере 

<

данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение месяца со принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Сергачский районный суд

Судья Л.Н. Черновская

Решение в окончательной форме изготовлено 13 июля 2017 г.