Судья Поварова А.Е. Дело №22-3015/2018

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г.Нижний Новгород 06 июня 2018 года

Нижегородский областной суд в составе судьи Нестерука Р.Ю. 

с участием прокурора Дмитриевой М.И.,

потерпевших Л.Ю.И., Ш.В.В.,

представителя потерпевшего Ш.В.В. - С.С.А.,

осужденного ФИО1, 

защитника адвоката Рогацкого А.Л.,

при секретаре судебного заседания Рыбковой К.О., 

рассмотрев в открытом судебном заседании 06 июня 2018 года в апелляционном порядке уголовное дело в отношении ФИО1 по его апелляционной жалобе, апелляционным жалобам (основной и дополнительной) его защитника адвоката Рогацкого А.Л., апелляционной жалобе потерпевших Л.Ю.И. и К.А.П., возражениям государственного обвинителя Шляпникова С.А. на указанные жалобы на приговор Дальнеконстантиновского районного суда Нижегородской области от 26 января 2018 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ уроженец 

<

данные изъяты>, гражданин 

<

данные изъяты>,

был осужден по ч.5 ст.264 УК РФ к лишению свободы на срок 4 года 8 месяцев с лишением права «управления транспортными средствами на срок 2 года» с отбыванием основного наказания в колонии-поселении; 

мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу;

постановлено к месту отбывания основного наказания ФИО1 следовать самостоятельно;

срок отбывания основного наказания исчислен со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, зачтено в срок отбывания основного наказания время следования к месту отбывания этого наказания из расчета один день за один день;

за потерпевшим, гражданским истцом Ш.В.В. признано право на удовлетворение исковых требований, вопрос о размере возмещения гражданского иска передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства;

судьба вещественных доказательств определена;

У С Т А Н О В И Л:

Обжалуемым приговором ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение им, как лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть двух лиц и причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Как следует из обжалуемого приговора, преступление совершено на территории 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ. при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании при рассмотрении дела судом первой инстанции ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, пояснил, что на обочину он не выезжал, дорожно-транспортное происшествие произошло не по его вине, потеря им управления автомобилем произошла вследствие внезапной поломки автомобиля. 

Не согласившись с вышеуказанным приговором, осужденный ФИО1 в своей апелляционной жалобе указал, что приговор подлежит отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также ввиду его несправедливости. Так, выводы суда не подтверждаются доказательствами, суд не учел существенные обстоятельства дела, суд не указал в приговоре, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие. Судом не оценены в приговоре показания судебного эксперта Т.Д.В. относительно того, что его (осужденного) автомобиль мог стать неуправляемым неожиданно для него по причине, которая могла возникнуть до ДТП в неустановленное время, хотя данные показания судом приведены в обжалуемом приговоре. Кроме того, суд в приговоре оценил как несостоятельную позицию стороны защиты относительно левого колеса его (осужденного) автомобиля, хотя сторона защиты не выдвигала никаких доводов о том, что ДТП произошло ввиду неисправности этого левого колеса. Вместе с тем судом не оценены доводы стороны защиты относительно того, что неисправность автомобиля ФИО1 имела место и возникла в неустановленное время до ДТП, что прямо следует из выводов судебной экспертизы, данные выводы были отвергнуты судом по причине неустановления данного времени и непредоставления суду доказательств одномоментных нагрузок на разрушенные механизмы его автомобиля. Но таким образом суд вышел за рамки своей компетенции, так как данное уголовное дело рассматривается не в рамках закона «О защите прав потребителей», а в рамках УК РФ и УПК РФ, то есть он (ФИО1) не обязан доказывать свою невиновность, а его бесспорная вина в суде не получила своего подтверждения. Кроме того, суд первой инстанции говорит о том, что «заключение эксперта не свидетельствует, безусловно, о его (ФИО1) невиновности», но тогда что свидетельствует о безусловной его вине, суд в обжалуемом приговоре не привел. Полагает, что суд не провел полного, всестороннего и объективного исследования всех обстоятельств дела в их совокупности, нарушив его право на защиту, на доступ к правосудию и на справедливое судебное разбирательство. Автор жалобы просил обжалуемый приговор отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор.

Не согласившись с приговором, в своих основной и дополнительной апелляционных жалобах защитник осужденного ФИО1 адвокат Рогацкий А.Л., указал, что приговор подлежит отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Так, суд первой инстанции нарушил право ФИО1 на защиту и доступ к правосудию, справедливое судебное разбирательство, так как судом первой инстанции не дана оценка доводам стороны защиты о незаконном предъявлении обвинения ФИО1 органами предварительного следствия. Указал, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в отсутствие защитника было предъявлено обвинение и он был допрошен в качестве обвиняемого, после чего ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении - также в отсутствии защитника, дело было направлено прокурору с обвинительным заключением. При этом постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ. было удовлетворено ходатайство ФИО1, статус которого не был указан в постановлении, где ФИО1 требует соблюдения его прав на защиту и присутствия защитника адвоката по соглашению в установленный законом срок. После удовлетворения данного ходатайства ФИО1 следователь ДД.ММ.ГГГГ. уведомил его об окончании следственных действий, заполнил бланки ознакомления с делом без подписей ФИО1 и направил дело прокурору 

<

адрес> для утверждения обвинительного заключения. После этого действия следствия были признаны прокурором незаконными, было указано на необходимость предъявления обвинения ФИО1, тогда как следователь ФИО2 вместо этого перепредъявила ФИО1 обвинение. При изначальном предъявлении обвинения ФИО1 являлся подозреваемым со всеми правами, предоставляемыми подозреваемому, а при перепредъявлении обвинения - обвиняемым, имеющим иные права, в связи с чем, по мнению защитника, на предварительном следствии были грубо нарушены права ФИО1, не надлежащим образом исполнены указания прокурора о необходимости предъявления обвинения ФИО1 в установленном законом порядке. Считает, что суд ошибочно указал в приговоре на то, что доводы стороны защиты основаны лишь на показаниях самого подсудимого, в связи с чем суд расценил это, как способ реализации права на осуществление защиты, однако на самом деле защита обосновывала свои доводы показаниями эксперта Т.Д.В., судебной автотехнической экспертизой, протоколом осмотра места ДТП и иными доказательствами, имеющимися в деле. Суд не оценил показаний потерпевшего Ш.В.В. в той части, что потерпевший утверждал о наличии разметки, отделяющей обочину, а также о том, что автомобиль под управлением ФИО1 полностью выехал на обочину. Данные показания потерпевшего полностью опровергаются протоколом осмотра места ДТП, где указано на отсутствие каких-либо следов транспортных средств на обочине, а также отсутствие линии разметки, отделяющих обочину. Кроме того, показания потерпевшего Ш.В.В. опровергаются показаниями свидетелей Ш.Т.В., ф. Суд первой инстанции не дал оценки данным противоречиям. Свидетель С.В.В. показал суду, что никаких иных следов на месте происшествия, кроме зафиксированных в протоколе осмотра места ДТП, не имелось, иначе такие следы были бы зафиксированы. Таким образом, показания свидетеля С.В.В. полностью соответствуют протоколу осмотра места ДТП, где указано на отсутствие разметки, отделяющей обочину и отсутствие на обочине следов выезда и движения автомобилей. Однако суд первой инстанции и эти показания в совокупности с имеющимися материалами дела не оценил. Суд руководствуется предположениями о «ровной» дороге, отсутствием времени проявления технической неисправности и безосновательно сделал вывод о том, что неисправность автомобиля ФИО1 проявилась именно в результате ДТП, тогда как даже эксперт Т.Д.В., подтверждая выводы судебной автотехнической экспертизы, указал, что техническая неисправность могла возникнуть и до ДТП, время возникновения технической неисправности и ее причины экспертом не установлены, и если неисправность возникла до ДТП, то действия автомобиля должны были быть именно такие, как и были в действительности. Однако, суд первой инстанции, установив обстоятельства дела, сделал неверный вывод относительно установленных в суде фактов, не толкуя, как это предписано УПК РФ и Конституцией РФ, все сомнения по делу в пользу обвиняемого. Также автор жалоб указал, что в данном ДТП погибли мать и бабушка ФИО1, а суд первой инстанции не учитывал индивидуальность и все нюансы данного конкретного дела, назначая наказание, связанное с реальным лишением свободы, то есть без учета, как мнения потерпевших, так и без учета влияния назначенного наказания на жизнь и деятельность семьи осужденного. Автор жалобы также привел в ней доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы осужденного, собственный анализ обстоятельств дела, имеющихся доказательств и норм действующего законодательства и просил приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

Не согласившись с приговором, в своей апелляционной жалобе потерпевшие Л.Ю.И. и К.А.П. привели доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы осужденного, а также указали, что потерпевшие сообщали суду первой инстанции, что не желают строгого осуждения ФИО1, не настаивают на лишении его свободы, а они сами, кроме того, показали суду, что ФИО1 не виновен в данном ДТП. Однако судом первой инстанции данные доводы во внимание не были приняты. Потерпевший Л.Ю.И. обращает внимание, что в данном ДТП погибли его жена и теща, то есть мать и бабушка подсудимого ФИО1, который является его сыном, у него (Л.Ю.И.) уже умерли близкие ему люди и ему не понятно, почему суд так жестоко относится к нему, как к потерпевшему и хочет лишить его сына, не разобравшись в обстоятельствах ДТП, фактически оставляя его одного, не проявляя гуманности. Полагает, что тем самым суд нарушил права потерпевших на доступ к правосудию и на справедливое судебное разбирательство. Авторы жалобы просили обжалуемый приговор отменить и вынести оправдательный приговор в отношении ФИО1, а если суд апелляционной инстанции сочтет вину ФИО1 установленной, - то просили назначить ему наказание с применением ст.73 УК РФ. 

В возражениях на указанные апелляционные жалобы государственный обвинитель Шляпников С.А. указал, что приговор является законным, обоснованным, справедливым, а выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В ходе предварительного и судебного следствия совокупностью собранных и исследованных по уголовному делу доказательств, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными, доказано, что имело место деяние, в совершении которого обвинялся подсудимый, а также доказано, что данное деяние совершил подсудимый ФИО1 Правовая оценка действий осуждённого ФИО1 дана правильно, квалификация его действий судом мотивирована. При назначении наказания ФИО1 судом учтены характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства уголовного дела и личность виновного. Все обстоятельства, предусмотренные законом, учтены судом при назначении осужденному наказания, которое является справедливым и соразмерным содеянному. Просил приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник адвокат Рогацкий А.Л. свои апелляционные жалобы поддержали в полном объеме, просили обжалуемый приговор отменить и вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор, а если суд апелляционной инстанции не согласится с такой позицией – просили приговор изменить, назначив ФИО1 наказание с применением положений ст.73 УК РФ.

В заседании суда апелляционной инстанции потерпевший Л.Ю.И. свою апелляционную жалобу полностью поддержал, заявил, что смерть его супруги Л.Н.Е., пострадавшей в ДТП, наступила в больнице «по недосмотру врачей», просил приговор в отношении ФИО1 отменить, ФИО1 оправдать.

Потерпевший Ш.В.В. и его представитель С.С.А. заявили суду апелляционной инстанции, что приговор в части выводов суда о виновности ФИО1 является обоснованным, однако назначенное ФИО1 наказание является чрезмерно суровым. 

Прокурор Дмитриева М.И. в заседании суда апелляционной инстанции возражения государственного обвинителя на указанные апелляционные жалобы поддержала, просила обжалуемый приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного, его защитника и потерпевших – без удовлетворения.

Проверив уголовное дело с учетом доводов апелляционных жалоб осужденного, его защитника, потерпевших, доводов возражений государственного обвинителя на указанные жалобы, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему:

В соответствии со ст.389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции по апелляционным жалобам, представлениям.

В то же время в силу положений ч.1 ст.389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по делу в полном объеме.

Вопреки доводам стороны защиты выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления, изложенные в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела соответствуют, подтверждаются совокупностью надлежащим образом исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, которым суд в соответствии со ст.88 УПК РФ дал правильную оценку, как каждому доказательству в отдельности, так и в их совокупности с точки зрения относимости и допустимости. В приговоре суд привел свои мотивы, по которым одни доказательства он признал достоверными, а другие отверг. Все собранные по делу доказательства в совокупности суд верно признал достаточными для разрешения дела по существу, имевшиеся противоречия устранил и пришел к обоснованным выводам о доказанности вины ФИО1 в совершении указанного преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ. 

Действиям осужденного судом первой инстанции дана правильная юридическая оценка, квалификация в приговоре мотивирована. 

Как верно указал в приговоре суд первой инстанции, вина ФИО1 в совершении преступления полностью подтверждается имеющимися доказательствами: 

- показаниями очевидцев дорожно-транспортного происшествия: потерпевшего Ш.В.В., его супруги свидетеля Ш.Т.В., свидетеля Ф.Ю.А. о поведении на дороге автомашины под управлением ФИО1 непосредственно перед ДТП и в момент ДТП;

- свидетельскими показаниями Д.М.С., оказавшегося на месте ДТП, об обстановке на месте происшествия и обстоятельствах ДТП, ставших ему известными со слов Ф.Ю.А.;

- свидетельскими показаниями сотрудника дорожно-патрульной службы полиции С.В.В., прибывшего на место ДТП и производившего его осмотр;

- показаниями потерпевшего Л.Ю.И. о техническом состоянии автомобиля, которым в момент ДТП управлял ФИО1;

- протоколом осмотра места происшествия со схемой и фототаблицей к нему;

- протоколами осмотра двух транспортных средств, участвовавших в ДТП – автомашины под управлением потерпевшего Ш.В.В. и автомашины под управлением ФИО1;

- заключениями судебно-медицинских экспертиз по трупам погибших в результате ДТП У.В.П. и Л.Н.Е.;

- заключением судебно-медицинской экспертизы по полученным потерпевшим Ш.В.В. в результате ДТП телесным повреждениям;

- заключениями судебных экспертиз по исследованию узлов и деталей автомашины, которой управлял осужденный ФИО1 в момент ДТП; 

- другими достоверными доказательствами.

Эти доказательства, принятые судом за основу своих выводов, вопреки позиции стороны защиты существенных противоречий, влияющих на составообразующие обстоятельства дела, не имеют, являются последовательными, логичными, соотносящимися между собой и дополняющими друг друга. Каких-либо оснований не доверять показаниям потерпевшего Ш.В.В. и указанных свидетелей обвинения, считать их неправдивыми, а также сомневаться в достоверности и объективности протокола осмотра места происшествия, экспертных заключений, иных письменных доказательств у суда первой инстанции не имелось. Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел признаков оговора осужденного со стороны потерпевшего Ш.В.В. и свидетелей обвинения. Выводы суда первой инстанции о достоверности и допустимости данных доказательств суд апелляционной инстанции полностью разделяет.

Также вина ФИО1 подтверждается и его собственными показаниями в части того, что он не отрицает факт столкновения автомобиля под его управлением с автомобилем под управлением Ш.В.В. на полосе движения последнего. 

Как следует из обжалуемого приговора, исследовав и проанализировав все представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции верно установил, что водитель ФИО1, управляя автомобилем и проявив преступную небрежность, в нарушение ряда пункта Правил дорожного движения РФ не избрал безопасную скорость движения, не справился с управлением и выехав сначала на правую по ходу движения обочину, а затем выехал на полосу встречного движения, где и произошло столкновение автомобиля под его управлением с автомобилем под управлением Ш.В.В., в результате которого от полученных телесных повреждений погибли пассажиры автомашины ФИО1: У.В.П. и Л.Н.Е., а водитель Ш.В.В. получил телесные повреждения, вызвавшие тяжкий вред его здоровью, и нарушение водителем ФИО1 указанных Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями. 

Доводы стороны защиты о невиновности ФИО1, об отсутствии нарушений с его стороны Правил дорожного движения РФ, о потере им управления автомобилем вследствие внезапно возникшей его неисправности, аналогичные доводам апелляционных жалоб осужденного и его защитника, судом первой инстанции тщательно проверялись и обоснованно были отвергнуты с изложением в приговоре мотивов такой позиции, с которой суд апелляционной инстанции полностью соглашается. 

Суд первой инстанции правильно взял за основу своих выводов о потере ФИО1 управления автомобилем вследствие неизбрания безопасной скорости движения показания об этом незаинтересованного свидетеля - очевидицы ДТП Ф.Ю.А., которая до момента ДТП ни с осужденным ФИО1, ни с потерпевшим Ш.В.В. знакома не была. Ее показания о поведении автомашины ФИО1 на дороге непосредственно перед ДТП полностью согласуются с показаниями об этом потерпевшего Ш.В.В. и его супруги Ш.Т.В., а некоторые различия в показаниях этих лиц являются крайне не существенными, не влияющими на существо дела, и могут быть обусловлены индивидуальными особенностями восприятия.

Вопреки позиции стороны защиты, в уголовном деле отсутствуют какие-либо объективные доказательства, опровергающие показания свидетелей Ф.Ю.А. и Ш.Т.В., а также потерпевшего Ш.В.В. о том, что непосредственно перед ДТП автомашина под управлением ФИО1 стала «вилять» по дороге, затем выехала на правую обочину, а затем – на встречную полосу движения. Отсутствие в протоколе осмотра места происшествия сведений об осмотре правой обочины дороги и, соответственно, сведений о наличии или отсутствии на этой обочине следов колес автомашины ФИО1, никоим образом показания потерпевшего Ш.В.В. и указанных свидетелей обвинения в этой части не опровергает. 

Проанализировав заключения проведенных по делу автотехнических экспертиз узлов и деталей автомашины, которой управлял ФИО1 во время аварии, а также показания эксперта, проводившего данные экспертизы, и сопоставив их с достоверными показаниями свидетелей-очевидцев Ф.Ю.А. и Ш.Т.В., потерпевшего Ш.В.В., с данными протокола осмотра места происшествия, в том числе данными о дорожных и метеоусловиях на месте ДТП, с показаниями потерпевшего Л.Ю.И. о техническом состоянии автомашины под управлением ФИО1 до аварии, суд первой инстанции пришел к единственно верным выводам о том, что обнаруженные после ДТП повреждения отдельных узлов и деталей автомашины ФИО1 образовались именно в результате столкновения этой автомашины с автомашиной под управлением Ш.В.В., и, таким образом, не могли быть причиной потери ФИО1 управлением этим автомобилем непосредственно перед аварией. Указанные выводы основаны на совокупности исследованных судом доказательств и в приговоре надлежащим образом мотивированы. 

Доводы стороны защиты о неустановлении судом причин потери осужденным управления автомобилем ввиду наличия показаний эксперта-автотехника и выводов заключений автотехнических экспертиз о том, что время поломки отдельных узлов и деталей автомобиля ФИО1 (до или после аварии) установить не представилось возможным, суд апелляционной инстанции во внимание не принимает, поскольку эксперт-автотехник, проводя экспертизы и делая выводы, был ограничен предметом экспертизы и постановленными перед ним вопросами, не имея в своем распоряжении сведений о всех обстоятельствах дела, и в силу закона для суда никакое доказательство не может иметь заранее установленной силы, выводы же о доказанности вины ФИО1 были судом первой инстанции правомерно сделаны на основании всей совокупности представленных сторонами доказательств. 

Таким образом, показания ФИО1 о внезапной поломке его автомобиля, которая и послужила причиной потери им управления, о том, что на правую обочину он не выезжал, судом первой инстанции правильно были расценены как способ защиты от уголовного преследования. 

Факт смерти У.В.П. и Л.Н.Е. в результате полученных в данном ДТП телесных повреждений, степень тяжести вреда здоровью, причиненного потерпевшему Ш.В.В. в результате полученных в данном ДТП телесных повреждений, подтверждены соответствующими заключениями судебно-медицинских экспертиз, которые никаких сомнений в своей достоверности, объективности и полноте у суда апелляционной инстанции не вызывают. Доводы потерпевшего Л.Ю.И. о наступлении смерти его супруги в результате «недосмотра врачей» суд апелляционной инстанции не рассматривает, поскольку они не относятся к предмету настоящего судебного разбирательства. 

Доводы стороны защиты о недоказанности вины ФИО1, о противоречивости доказательств стороны обвинения и о необходимости оправдания ФИО1 суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, поскольку они сводятся к переоценке имеющихся доказательств, основаны на собственной неверной трактовке обстоятельств дела и норм действующего законодательства. 

Таким образом, оснований для иной квалификации действий ФИО1, для его оправдания, прекращения в отношении него уголовного дела суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Из материалов дела следует, что вопреки доводам стороны защиты судебное разбирательство было проведено судом первой инстанции объективно в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства в условиях равноправия и состязательности сторон. Стороны имели в процессе равные возможности по представлению и исследованию доказательств. Все ходатайства сторон об исследовании, истребовании доказательств были разрешены в судебном заседании в соответствии с законом с изложением мотивов принятых решений. Необоснованных постановлений об отказе в удовлетворении ходатайств осужденного и его защитника, существенным образом ограничивших бы право ФИО1 на защиту, судом первой инстанции не выносилось. 

Доводы апелляционной жалобы защитника о незаконности предъявленного ФИО1 окончательного обвинения являются явно надуманными, поскольку о месте, дате и времени предъявления окончательного обвинения ФИО1 и его защитник по соглашению были следователем уведомлены своевременно и надлежащим образом, при предъявлении данного обвинения присутствовал избранный самим ФИО1 защитник, сам ФИО1 при предъявлении ему обвинения, а также его защитник не были ограничены каким-либо образом в использовании своих процессуальных прав. Тем самым, т.е. фактом предъявления ФИО1 окончательного обвинения в соответствии с требованиями закона, было устранено ранее допущенное следователем нарушение в виде предъявления ФИО1 обвинения без участия избранного им защитника, и это нарушение, устраненное впоследствии, никоим образом не ограничило право ФИО1 защищаться от предъявленного по делу обвинения всеми разрешенными законом способами. 

Таким образом, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих изменение или отмену приговора в части доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ, и квалификации его действий судом первой инстанции допущено не было. 

Вместе с тем обжалуемый приговор подлежит изменению ввиду нижеследующего: 

Так, на основании п.9 ч.1 ст.389.20 УПК РФ суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения уголовного дела вправе принять решение об изменении приговора. 

В соответствии с п.п.2,3 ст.389.15 УПК РФ основаниями изменения приговора в апелляционном порядке являются существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона. 

В силу положений ч.1 ст.389.17 УПК РФ существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, влекущими отмену или изменение судебного решения судом апелляционной инстанции, являются такие нарушения, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Согласно п.1 ч.1 ст.389.18 УПК РФ неправильным применением уголовного закона является нарушение требований Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации.

Подобные нарушения были допущены судом первой инстанции при вынесении обжалуемого приговора.

Так, согласно обжалуемого приговора суд первой инстанции не установил ни смягчающих и ни отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, и суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для признания каких-либо обстоятельств смягчающими ФИО1 наказание. 

Однако, в описательно-мотивировочной части приговора, цитируя содержание ч.3 ст.60 УК РФ, суд первой инстанции ошибочно указал, что учитывает, в том числе, «смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства».

Таким образом, указанное суждение об учете судом смягчающих и отягчающих обстоятельств подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора, как ошибочно приведенное.

Вместе с тем из приговора усматривается, что наличие в нем подобного суждения никоим образом на вид и размер назначенного осужденному наказания не повлияло. 

Учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления, степень его общественной опасности, а также сведения о личности осужденного, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции, изложенной в приговоре, об отсутствии правовых оснований для изменения категории указанного преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного, его защитника и потерпевшего Л.Ю.И., из приговора следует, что при назначении ФИО1 наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности преступления, все представленные сторонами юридически значимые сведения о личности ФИО1, а также тот факт, что в результате преступления погибли его мать и бабушка, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, правомерно назначив ФИО1 основное наказание в виде реального лишения свободы в пределах санкции ч.5 ст.264 УК РФ и обоснованно не усмотрев оснований для применения положений ч.1 ст.62, ст.64 и ч.1 ст.73 УК РФ. 

Каких-либо документальных сведений о наличии у ФИО1 заболеваний, исключающих возможность отбывания им наказания в виде реального лишения свободы, ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции представлено не было.

Свои выводы относительно назначенного осужденному основного наказания суд в приговоре мотивировал.

Вместе с тем, обоснованно придя к выводу о невозможности в дальнейшем для ФИО1 управлять транспортными средствами после отбывания им основного наказания в виде реального лишения свободы и о необходимости ввиду этого назначения ФИО1 предусмотренного санкцией ч.5 ст.264 УК РФ дополнительного наказания, суд первой инстанции в приговоре неточно указал вид этого наказания в соответствии с санкцией статьи, что никак не повлияло на правомерность назначения осужденному дополнительного наказания, а потому подлежит исправлению судом апелляционной инстанции, поскольку правовое положение ФИО1 никак не ухудшает. 

Ввиду вышеизложенного указание суда первой инстанции на назначение ФИО1 дополнительного наказания в виде «лишения права управления транспортными средствами» подлежит исключению из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора с указанием вместо этого на назначение ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами. 

При этом суд апелляционной инстанции констатирует, что размер данного дополнительного наказания определен ФИО1 правильно в пределах санкции ч.5 ст.264 УК РФ.

В остальном назначенное ФИО1 как основное, так и дополнительное наказание требованиям ст.ст.6, 43, 60 УК РФ отвечает, является справедливым и соразмерным содеянному. 

Вопреки доводам осужденного, его защитника, а также потерпевших, и представителя потерпевшего Ш.В.В. – С.С.А., при назначении осужденному наказания суд не вправе принимать во внимание мнение потерпевших об этом наказании, о его виде и размере, поскольку в соответствии с законом уголовное наказание есть мера принуждения, определяемая исключительно государством в лице его специальных органов на основании норм УК РФ в целях охраны прав и свобод человека, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя РФ от преступных посягательств, а также в целях предупреждения преступлений. 

Оснований для замены основного наказания ФИО1 в виде реального лишения свободы на принудительные работы в соответствии с ч.2 ст.53 УК РФ суд апелляционной инстанции не находит, учитывая фактические обстоятельства дела, а также характер и степень общественной опасности совершенного преступления.

Таким образом, вопреки доводам апелляционных жалоб оснований для смягчения назначенного осужденному как основного так и дополнительного наказания, в том числе оснований для применения положений закона об условном назначении наказания, не имеется.

Вид и режим исправительного учреждения, в котором ФИО1 должен отбывать основное наказание в виде реального лишения свободы, определены судом первой инстанции правильно в соответствии с требованиями п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ, поскольку ФИО1 впервые совершил неосторожное преступление.

Решения суда первой инстанции об исчислении срока отбывания осужденным основного наказания в виде реального лишения свободы с момента прибытия в колонию-поселение, о самостоятельном следовании его к месту отбывания этого вида наказания, а также о зачете времени следования к месту отбывания данного наказания в срок отбывания наказания из расчета один день за один день требованиям закона соответствуют.

Решение суда первой инстанции о признании за потерпевшим, гражданским истцом Ш.В.В. права на удовлетворение исковых требований и о передаче вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства сторонами не обжалуется, в связи с чем в соответствии со ст.389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции не находит оснований для вмешательства в обжалуемый приговор в этой части. 

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли бы повлиять на правильность принятого судом первой инстанции решения, и влекущих отмену либо изменение приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает, в связи с чем апелляционные жалобы осужденного, его защитника и потерпевших Л.Ю.И. и К.А.П. удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.15, 389.17, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Дальнеконстантиновского районного суда Нижегородской области от 26 января 2018 года в отношении ФИО1, изменить: 

- исключить из описательно мотивировочной части приговора указание суда на то, что суд учитывает «обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание»;

- исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание суда на назначение ФИО1 дополнительного наказания в виде «лишения права управления транспортными средствами на срок 2 года», вместо этого указать, что ФИО1 назначается дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года. 

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного, защитника, потерпевших Л.Ю.И. и К.А.П. - без удовлетворения.

Судья Р.Ю. Нестерук