Судья Данилов Д.К.

Дело № 22К-3380

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 5 июня 2024 года

Пермский краевой суд в составе 

председательствующего судьи Погадаевой Н.И., 

при ведении протокола помощником судьи Бачуриной С.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференцсвязи апелляционную жалобу адвоката Абдулаева А.В. в защиту обвиняемого Л. на постановление Пермского районного суда Пермского края от 30 мая 2024 года, которым

Л., дата рождения, уроженцу ****, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, то есть до 28 июля 2024 года. 

Изложив содержание постановления суда, существо апелляционной жалобы, заслушав выступление обвиняемого Л. и в его защиту адвоката Громыхалова Н.М. по доводам жалобы, мнение прокурора Климовой И.В. об оставлении постановления без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

28 мая 2024 года следователем следственного отдела Отдела МВД России «Пермский» возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, по факту причинения тяжкого вреда здоровью М., с применением предмета в качестве оружия. 

В этот же день по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ задержан Л.

30 мая 2024 ему предъявлено обвинение по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Следователь следственного отдела Отдела МВД России «Пермский» Ш. с согласия временно исполняющего обязанности руководителя данного следственного органа обратилась в суд с ходатайством об избрании в отношении Л. меры пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, то есть до 28 июля 2024 года, которое судом удовлетворено.

В апелляционной жалобе адвокат Абдулаев А.В., считая постановление суда незаконным и необоснованным, поставил вопрос об его отмене. Ссылаясь на положения ст. 97 УПК РФ, указал, что следствием не представлено и судом не отражено в постановлении сведений о том, что Л. может продолжить заниматься преступной деятельностью, доводы о возможности его скрыться от следствия и оказать давление на свидетелей никак не аргументированы, а формально указаны в постановлении. Принятые судом во внимание сведения от свидетеля О. о том, что на нее может быть оказано давление со стороны подозреваемого основаны на ее личных умозаключениях, обоснованных предпосылок данным обстоятельствам не приведено. Полагает, что основанием для избрания Л. меры пресечения в виде заключения под стражу послужила лишь тяжесть инкриминируемого деяния, что, по мнению защитника, недостаточно для избрания такой меры пресечения. Считает, что все формально перечисленные судом основания могут быть предупреждены при применении подозреваемому домашнего ареста, поскольку данная мера пресечения также предусматривает изоляцию подозреваемого от общества и исключает возможность общения его с участниками по делу. При этом обращает внимание, что Л. не судим, положительно характеризуется, неофициально трудоустроен, имеет постоянное место жительства и регистрацию на территории Пермского района в д. ****, в доме **, который принадлежит его родителям. Кроме того, он не отрицает причастность к преступлению, намерен сотрудничать со следствием, дает признательные показания. Просит об избрании Л. более мягкой меры пресечения в виде домашнего ареста. 

Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы. 

В соответствии со ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать меру пресечения в виде заключения под стражу при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый (подозреваемый) скроется от органов дознания, предварительного следствия и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

На основании ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом соблюдены.

Принимая решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, судья принял во внимание положения ст.ст. 97, 99, 100, 108 УПК РФ, а также учел тяжесть и обстоятельства преступления, в совершении которого Л. подозревался, а на сегодняшний день обвиняется, проверил наличие в представленных материалах сведений, подтверждающих обоснованность подозрения в причастности к инкриминируемому преступлению, и законность его задержания.

Учитывая, что Л. обвиняется в совершении умышленного преступления против личности, наказание за которое предусмотрено до 10 лет лишения свободы, а также обстоятельства расследуемого дела и данные о личности обвиняемого, ставшие известными, в том числе из показаний очевидца событий О., о злоупотреблении обвиняемым спиртными напитками, который в состоянии опьянения ведет себя агрессивно, неоднократно высказывал угрозы в ее адрес, ее детей и мужа М., являющегося потерпевшим по данному уголовному делу, кроме того, Л. не имеет официального трудоустройства и постоянного источника дохода, после указанных событий место происшествия покинул, несмотря на сообщение матери о том, что его разыскивает полиция, в правоохранительные органы не явился, доводы следователя и выводы судьи о наличии риска и оснований полагать о возможности воспрепятствования им производству по делу путем оказания воздействия на свидетелей расследуемых событий, являющихся его знакомыми и проживающих с ним в одном населенном пункте, а также скрыться под страхом грозящего наказания за совершение тяжкого преступления, предварительное следствие по которому находится на первоначальном этапе, связанном с выполнением неотложных следственных действий по сбору и закреплению доказательств, являются обоснованными.

Указанная позиция, вопреки доводам жалобы, соответствует разъяснению, данному в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 (в редакции от 11.06.2020) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», согласно которому на первоначальном этапе производства по уголовному делу, связанном с выполнением неотложных следственных действий по сбору и закреплению доказательств, вывод о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия или суда, может быть обоснован лишь тяжестью предъявленного обвинения (подозрения) и возможностью назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Вывод о наличии риска продолжения Л. противоправной деятельности судом сделан, исходя из объективных данных о его личности и поведении, которые были представлены суду и исследовались, а участники судебного разбирательства не были лишены возможности их оспаривать, в связи с чем не указание в ходатайстве следователя на данное обстоятельство, как одно из оснований для избрания меры пресечения, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, о незаконности судебного решения не свидетельствует.

Вопреки доводам жалобы, применяя самую строгую меру пресечения, суд располагал сведениями о наличии у Л. места жительства и регистрации и в полной мере учел их, но в совокупности с представленными материалами сделал правильный вывод о невозможности избрания ему на первоначальном этапе расследования иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, в том числе в виде домашнего ареста, учитывая отсутствие гарантий тому, что находясь на свободе, он не примет мер к созданию условий, препятствующих эффективному производству предварительного расследования по делу, а в дальнейшем – правосудию.

Утверждение стороны защиты, что мера пресечения Л. избрана при отсутствии доказательств, подтверждающих выводы органов следствия, является несостоятельным, поскольку в судебное заседание было представлено отвечающее требованиям закона ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и необходимые материалы, подтверждающие изложенные в ходатайстве доводы, которым судом дана надлежащая оценка.

При этом отношение Л. к предъявленному обвинению, его сотрудничество со следствием, дача признательных показаний и намерение загладить перед потерпевшим вред правильность выводов суда под сомнение не ставят и о незаконности судебного решения не свидетельствуют.

Выводы судьи основаны на верном толковании норм уголовно-процессуального закона и представленных материалах, в связи с чем оснований для изменения судебного решения, как об этом поставлен вопрос в жалобе, суд апелляционной инстанции не находит.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену постановления, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пермского районного суда Пермского края от 30 мая 2024 года в отношении Л. оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Абдулаева А.В. – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г.Челябинск), с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий