РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

№ 2а-2/2020

9 января 2020 года

город Тверь

Тверской гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Хараборкина А.А., с участием представителя административного истца ФИО3 – ФИО4, представителя административных ответчиков – командира и войсковой части 45118 ФИО5, при помощнике судьи Другове А.С., а также с участием свидетелей ФИО1 и ФИО2, в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, рассмотрев административное дело по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части 45118 лейтенанта ФИО3 об оспаривании действий командира войсковой части 45118, связанных с неознакомлением с документами, нарушением порядка проведения проверки и привлечением к дисциплинарной ответственности, установлением размера премии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, проходящий военную службу по контракту в должности начальника группы газообеспечения 

<

данные изъяты> (далее – БАТО), обратился в суд с вышеназванным заявлением, в котором, с учетом последующих уточнений, указал, что приказами командира войсковой части 45118 от 17 июля 2019 года № 1127 «Об итогах проведения проверки документов по организации военно-политической работы, поддержанию правопорядка и укреплению воинской дисциплины в роте (им равных) войсковой части 45118» (далее – приказ № 1127) и от 1 августа 2019 года № 1239 «Об итогах проведения проверки исполнения приказа командира войсковой части 45118 от 17 июля 2019 года № 1127» (далее – приказ № 1239) он был привлечен к дисциплинарной ответственности за ненадлежащую организацию в подразделении военно-политической работы, поддержанию правопорядка и укреплению воинской дисциплины, с чем выражает свое несогласие, приводя доводы, сводящиеся по существу к следующему.

Так, отмечает ФИО3, прежде всего его не ознакамливали с Директивой командующего войсками Западного военного округа от 30 декабря 2018 года № 

<

данные изъяты> (далее – Директива), а также с изданным во исполнение Директивы командиром войсковой части 45118 приказом от 3 апреля 2019 года № 510 «О введении системы работы должностных лиц войсковой части 45118 с личным составом» (далее – приказ № 510), в связи с чем ФИО3 не мог знать, соответствует ли данный приказ Директиве или нет.

Далее, проверка по организации военно-политической работы, по итогам которой был издан приказ от 17 июля 2019 года № 1127, а также последующая проверка по исполнению требований данного приказа были проведены с нарушением Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» и Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее – ДУ ВС РФ), не в полном объеме и не всесторонне, обстоятельства, подлежащие исследованию и доказыванию, не определены.

В оспариваемых приказах не указаны точные нарушения со стороны ФИО3, что свидетельствует об отсутствии у него состава дисциплинарного проступка, а его вина не установлена, как не установлено и то, какие именно положения нормативных правовых актов им не соблюдены. Объяснения у ФИО3 при проведении проверок не отбирались.

Приказы сформулированы неясно, отданы не в установленном порядке, являются неисполнимыми, поскольку указанные в них недостатки неконкретизированы. 

При этом, отмечает административный истец, в случаях, когда дисциплинарные взыскания влекут существенные для военнослужащего последствия (лишение каких-либо дополнительных выплат, представление к досрочному увольнению и т.д.) разбирательство необходимо проводить в письменной форме, с соблюдением порядка и правил, которые характерны для административного расследования. 

В этой связи, ссылаясь также на положения пп. 1-3, 8 ст. 28.2, пп. 3-4 ст. 28.6 Федерального закона «О статусе военнослужащих», ст. 81 ДУ ВС РФ, ФИО3 просит суд:

- признать бездействие командира войсковой части 45118, выразившееся в неознакомлении ФИО3 с Директивой и приказом командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2019 года № 510, изданного во исполнение Директивы, незаконным;

- признать бездействие командира войсковой части 45118, выразившееся в неполучении объяснений у ФИО3 при проведении проверок в период с 4 по 9 и 22 июля 2019 года незаконным;

- признать действия командира войсковой части 45118, выразившиеся в проведении проверок в период с 4 по 9 и 22 июля 2019 года с нарушением порядка, в том числе без получения объяснений у ФИО3 и издании приказов от 17 июля 2019 года № 1127 и от 1 августа 2019 года № 1239 в части привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности незаконными;

- признать приказ командира войсковой части 45118 от 17 июля 2019 года № 1127 в части привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности, а именно п. 4: «за неудовлетворительное выполнение должностных обязанностей по постоянному проведению с подчиненным личным составом индивидуальной работы по воинскому воспитанию, согласно ст. 84 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 начальнику группы газообеспечения батальона аэродромно-технического обеспечения войсковой части 45118 лейтенанту ФИО3 объявить «строгий выговор»» незаконным и отменить;

- обязать командира войсковой части 45118 внести в приказ от 17 июля 2019 года № 1127 изменения путем исключения из него п. 4;

- признать приказ командира войсковой части 45118 от 1 августа 2019 года № 1239 в части привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности, а именно п. 4: «за самоустранение от выполнение требований Директивы и приказа № 510 лейтенанту ФИО3 объявить «предупреждение о неполном служебном соответствии». Установить размер премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей в августе 2019 года в размере 1 процента. Рассмотреть соответствие занимаемой должности на заседании аттестационной комиссии войсковой части 45118» незаконным и отменить;

- обязать командира войсковой части 45118 внести в приказ от 1 августа 2019 года № 1239 изменения путем исключения из него п. 4;

- взыскать с федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Тверской области» (далее – УФО) в пользу ФИО3 судебные расходы на уплату государственной пошлины в размере 300 руб.

Определением суда, вынесенным 10 декабря 2019 года после начала судебного разбирательства, к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено УФО, которое, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства, в суд не прибыло.

Также не прибыл в суд извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства административный истец, который в своем заявлении просил рассматривать дело без его присутствия, но с участием представителя. 

В судебном заседании представитель административного истца требования административного искового заявления поддержала и привела доводы в целом аналогичные изложенным в нем, дополнительно обратив внимание на следующее.

Так, по мнению ФИО4, в судебном заседании установлено, в том числе и на основании показаний допрошенных свидетелей, что непосредственно до ФИО3 содержание Директивы и приказа командира войсковой части 45118 № 510 не доводилось, проверки по выявленным недостаткам приказами не назначались и фактически не проводились, объяснения у Пешкова не отбирались, притом что он вовсе отрицает наличие каких-либо недостатков в его подразделении. 

Содержание оспариваемого приказа командира войсковой части 45118 от 17 июля 2019 года свидетельствует о том, что конкретно ФИО3 задачи по устранению выявленных недостатков и срок их устранения не ставились.

Из содержания возражений административного ответчика усматривается, что на тяжесть объявленного ФИО3 дисциплинарного взыскания повлияли его высказывания среди личного состава, тогда как такого нарушения положения закона не содержат.

Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей во многом противоречивы, и они, ко всему прочему, заинтересованные лица, поскольку являются командирами ФИО3. Кроме того, свидетель ФИО2 показал, что ФИО3 жаловался на него проверяющим с вышестоящей воинской части, что также свидетельствует о его предвзятости.

Вопреки доводам административных ответчиков, ФИО3 не мог знать о Директиве в декабре 2018 года, так как таковая поступила в воинскую часть лишь в январе 2019 года. 

В письменных возражениях, поддержанных в судебном заседании его представителем, командир войсковой части 45118, не признавая требований административного истца, отметил следующее.

В период с 4 по 9 июля 2019 года в воинской части заместителем командира по военно-политической работе была проведена проверка документов по организации военно-политической работы, поддержанию правопорядка и укреплению воинской дисциплины в роте (им равных) согласно приложению № 3 к Директиве. Указание о представлении документов были даны командирам рот (им равных) через командиров соответствующих батальонов на служебном совещании 2 июля 2019 года.

Поскольку требуемая документация предоставлялась, то данные указания до должностных лиц были доведены, а рапортов и просьб о переносе сроков проверки не поступало.

По результатам проверки документации заместителем командира по военно-политической работе составлен акт, на основании которого командиром части принято решение о привлечении должностных лиц к дисциплинарной ответственности, о чем издан приказ от 17 июля 2019 года № 1127, который был доведен до них под роспись.

Факт того, что положения Директивы были известны ФИО3 еще до проведения проверок, по мнению административного ответчика, подтверждается, во-первых, копией социально-психологического портрета возглавляемого им подразделения (инв. № 1154 от 24 декабря 2018 года). Во-вторых, из содержания акта проверки результатов организации военно-политической работы, проведенной в период с 13 по 14 мая 2019 года должностным лицом вышестоящей воинской части, усматривается, что Директива отсутствует во всех подразделениях войсковой части 45118, но это нарушение устранено в ходе проверки. Помимо этого, в ходе проведенного в июне 2019 года экспресс-опроса командиров подразделений по знанию ими руководящих документов военно-политической работы ФИО3 собственноручно записан вопрос под № 3 – перечень основных документов, находящихся в личном деле военнослужащих по призыву согласно приложения № 40 к Директиве. 

ФИО3, отмечает административный ответчик, неоднократно нарушал требования ст. 145 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее – УВС ВС РФ), а также уклоняется от изучения руководящих документов.

Проведение индивидуальной работы ФИО3 можно отследить по копиям подведения итогов в группе газообеспечения, а именно – в августе 2019 года мероприятия воспитательной работы проводятся согласно плана на декабрь. 

Разбирательства по фактам совершения ФИО3 дисциплинарных проступков проводились без оформления письменных материалов.

О выявленных недостатках, а также о проведении повторной проверки организации соответствующей работы в период с 22 по 26 июля 2019 года ФИО3 было известно, поскольку он ознакомился с приказом от 17 июля 2019 года № 1127.

В период проверок в июле 2019 года ФИО3 в госпитале, командировке или в отпуске не находился.

По фактам отсутствия документов ФИО3 дал устные пояснения проверяющим, объяснив таковое нехваткой времени для их заполнения, что отражено в акте проверки.

Далее административный ответчик отмечает, что при определении вида дисциплинарных взысканий ФИО3 в каждом случае учитывались все предусмотренные ДУ ВС РФ обстоятельства, а также неоднократное нарушение им воинской дисциплины. Премии за август 2019 года ФИО3 не лишался, ее размер был установлен в 1процент.

При таких обстоятельствах, приводя и ссылаясь в обоснование доводов возражений на положения п. 4 ст. 28.8, ст. 28.9 Федерального закона «О статусе военнослужащих», ст. 50, 70, 81, 83 ДУ ВС РФ, ст. 39, 43, 83 УВС ВС РФ, а также п. 80 приказа Министра обороны Российской Федерации № 2700, административный истец просит отказать ФИО3 в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Выслушав представителя административного истца и представителя административных ответчиков, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и ст. 47 ДУ ВС РФ дисциплинарным проступком являются противоправные, виновные действия (бездействия), выражающиеся в нарушении воинской дисциплины, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации не влекут за собой уголовной или административной ответственности. Военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина. Виновным в совершении дисциплинарного проступка признается военнослужащий, совершивший противоправное действие (бездействие) умышленно или по неосторожности. Вина военнослужащего, при привлечении его к дисциплинарной ответственности должна быть доказана в порядке, установленном Федеральным законом «О статусе военнослужащих» и другими федеральными законами, и установлена решением командира или вступившим в законную силу постановлением судьи военного суда.

Военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.

Под воинской дисциплиной согласно ст. 1 ДУ ВС РФ понимается строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных законами Российской Федерации, общевоинскими уставами Вооруженных Сил Российской Федерации и приказами командиров (начальников)

В соответствии со ст. 4 УВС ВС РФ воинская дисциплина достигается, в том числе, личной ответственностью каждого военнослужащего за исполнение обязанностей военной службы.

В силу ст. 84 УВС ВС РФ, регламентирующей общие обязанности командиров, командир в целях соблюдения установленного порядка прохождения военной службы подчиненными военнослужащими обязан всесторонне изучать деловые и морально-психологические качества подчиненных путем личного общения с ними, повседневно заниматься их воспитанием.

Воспитание военнослужащих, помимо прочего, определенно обеспечивается поддержанием их морально-политического и психологического состояния, правопорядка и воинской дисциплины на уровне, обеспечивающем выполнение стоящих перед войсками (силами) задач. 

Директивой определен Перечень мероприятий по совершенствованию военно-политической работы в войсках (силах) Западного военного округа в 2019 учебном году.

В свою очередь в разделе V приложения № 3 к Директиве содержится перечень документов по организации военно-политической работы, поддержанию правопорядка и укреплению воинской дисциплины в роте, батарее (им равных), который насчитывает 14 пунктов, одним из которых является социально-психологический портрет подразделения. 

Представленные войсковой частью 45118 документы (в частности, копия акта проверки и оценки организации военно-политической работы, морально-политического и психологического состояния личного состава, состояния правопорядка и воинской дисциплины в войсковой части 45118 от 14 мая 2019 года (абз. 1 раздела «Общие недостатки»), по мнению суда, свидетельствуют о том, что Директива в подразделении ФИО3 по состоянию на 14 мая 2019 года имелась, следовательно, данный военнослужащий до проведения в июле 2019 года соответствующих проверок не был лишен возможности самостоятельно ознакомиться с Директивой и привести документы группы газообеспечения в соответствие с ее требованиями.

Как видно из материалов дела, в период с 4 по 9 июля 2019 года заместителем командира войсковой части 45118 по военно-политической работе подполковником ФИО2 была организована проверка деятельности должностных лиц рот (им равных) по вопросам организации военно-политической работы, подготовки, поддержанию правопорядка и воинской дисциплины, оценки и укрепления уровня морально-политического и психологического состояния личного состава, в результате которой в ряде подразделений были выявлены конкретные недостатки, отраженные в акте от 15 июля 2019 года.

В частности, отмечено в акте, в связи с их отсутствием не представлены на проверку документы по организации военно-политической работы, поддержанию правопорядка и укреплению воинской дисциплины группы газообеспечения БАТО, командиром которой является ФИО3, а личные дела военнослужащих по призыву представлены незаполненными. Начальник группы газообеспечения пояснил, что не хватает времени для заполнения.

Несмотря на занятую представителем ФИО4 в судебном заседании позицию относительно отрицания каких-либо недостатков во вверенном ФИО3 подразделении, самим ФИО3 факт наличия этих недостатков, по сути, не отрицается, напротив, в административном исковом заявлении (абз. 6 на л. 4) он сам допускает, что нарушения могли быть.

В связи с изложенными недостатками приказом командира войсковой части 45118 от 17 июля 2019 года № 1127 за неудовлетворительное выполнение должностных обязанностей по постоянному проведению с личным составом индивидуальной работы по воинскому воспитанию согласно ст. 84 УВС ВС РФ ФИО3 объявлен строгий выговор.

Свидетель подполковник ФИО2 – заместитель командира войсковой части 45118 по военно-политической работе – показал, что в соответствии с указаниями командира он с 4 по 9 июля 2019 года проверял документы по организации военно-политической работы в подразделениях воинской части, в том числе и в возглавляемой ФИО3 группе газообеспечения БАТО. ФИО3 лично представлял документы за свою группу, при этом был выявлен ряд недостатков. ФИО3 пояснил ФИО2 что у него в целом не хватает времени заниматься заполнением документации, однако конкретного срока для исправления недостатков не просил, хотя иные командиры подразделений в ходе проверки устраняли выявленные у них нарушения, а сама проверка не была ограничена 9 июля 2019 года, поскольку акт о выявленных недостатках был составлен ФИО2 позже, как раз для того, чтобы дать возможность лицам, в этом заинтересованным, привести документы в порядок. После составления акта ФИО2 лично докладывал командиру части о каждом командире подразделения, в котором выявлены недостатки, и их позицию по устранению таковых, в том числе и о ФИО3. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что вина ФИО3 в совершении дисциплинарного проступка, повлекшего наложение на него дисциплинарного взыскания приказом командира войсковой части 45118 от 17 июля 2019 года № 1127, в суде установлена.

Кроме того, показания свидетеля ФИО2 объективно свидетельствуют о том, что при наличии должной заинтересованности ФИО3 даже после начала проверки не был лишен возможности как ознакомиться с Директивой, так и привести документы своего подразделения в соответствие с ее требованиями до составления акта, чего он не сделал.

При этом примененное командиром войсковой части 45118 в пределах своих полномочий к ФИО3 дисциплинарное взыскание в виде «строгого выговора», с учетом содержания его служебной карточки, нельзя признать явно несоответствующим тяжести совершенного дисциплинарного проступка, а, кроме того, в соответствии с п. 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 года № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» суд не осуществляет проверку целесообразности оспариваемых решений, действий должностных лиц, принимаемых, совершаемых ими в пределах своего усмотрения в соответствии с компетенцией, предоставленной законом или иным нормативным правовым актом.

Вопреки мнению административного истца и его представителя, процедура привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности в целом соблюдена, поскольку в ходе проведенного разбирательства было установлено как событие дисциплинарного проступка, так и вина в нем ФИО3. Одновременно, исходя из служебно-должностного положения административного истца, командованию войсковой части 45118 объективно известны как сведения о его личности, так и иные обстоятельства, подлежащие выяснению при привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности, и поэтому каких-либо препятствий для привлечения ФИО3 к таковой не усматривается. Вопреки доводам административного искового заявления, в акте от 15 июля 2019 года имеется ссылка на то, что ФИО3 объяснил незаполнение документации отсутствием у него времени, однако это не может обосновывать ненадлежащее выполнение военнослужащим своих обязанностей.

Поскольку вмененный ФИО3 дисциплинарный проступок не относится к категории грубых, то в силу ст. 81 ДУ ВС РФ оформление письменных материалов по нему не требовалось. 

Что же касается наложенного на ФИО3 дисциплинарного взыскания приказом командира войсковой части 45118 от 1 августа 2019 года № 1239, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 39 УВС ВС РФ приказ – распоряжение командира (начальника), обращенное к подчиненным и требующее обязательного выполнения определенных действий, соблюдения тех или иных правил или устанавливающее какой-либо порядок, положение.

Приказ может быть отдан в письменном виде, устно или по техническим средствам связи одному или группе военнослужащих. 

В силу ст. 43 УВС ВС РФ приказ командира (начальника) должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок. 

При необходимости убедиться в правильном понимании отданного им приказа командир (начальник) может потребовать его повторения, а военнослужащий, получивший приказ, - обратиться к командиру (начальнику) с просьбой повторить его. 

О выполнении полученного приказа военнослужащий обязан доложить начальнику, отдавшему приказ, и своему непосредственному начальнику.

Таким образом, неисполнение или ненадлежащее исполнение военнослужащим отданного ему начальником распоряжения, безусловно, является нарушением воинской дисциплины и дисциплинарным проступком.

В соответствии со ст. 47 ДУ ВС РФ привлечение военнослужащего к дисциплинарной ответственности не освобождает его от исполнения обязанности, за неисполнение которой дисциплинарное взыскание было применено.

Как установлено в судебном заседании, приказом командира войсковой части 45118 от 17 июля 2019 года № 1127 за неудовлетворительное выполнение должностных обязанностей по постоянному проведению с личным составом индивидуальной работы по воинскому воспитанию ФИО3 объявлен строгий выговор.

В этом приказе, вопреки доводам ФИО3, приведены конкретные недостатки, выявленные в его подразделении.

Одновременно в приказе установлен срок для устранения выявленных недостатков во всех указанных в приказе подразделениях (в т.ч. и в группе газообеспечения БАТО) до 22 июля 2019 года, а ФИО2 отдано распоряжение в срок с 22 по 26 июля 2019 года повторно выполнить проверку документов по организации военно-политической работы, поддержанию правопорядка и укреплению воинской дисциплины в ротах (им равных), предусмотренных приложением № 3 к Директиве.

Из листа ознакомления с данным приказом следует, что ФИО3 с таковым ознакомлен, следовательно, он, вопреки позиции его представителя, знал о конкретных недостатках, требующих устранения.

В то же время как видно из материалов дела, актом проверки организации военно-политической работы, морально-политического и психологического состояния личного состава, состояния правопорядка и воинской дисциплины в ротах (им равных) войсковой части 45118 от 1 августа 2019 года установлено, что по результатам проведенной проверки повторно выявлены недостатки в группе ФИО3, а именно: отсутствие планов морально-психологического обеспечения учений; отсутствие части планов проведения выходных и праздничных дней; отсутствие протоколов общих собраний с личным составом; отсутствие журналов доведения статей Уголовного кодекса Российской Федерации, приказов об осуждении; отсутствие материалов по изучению личного состава и работе с ним; личные дела военнослужащих по призыву предоставлены пустыми.

В связи с изложенными недостатками п. 4 приказа командира войсковой части 45118 от 1 августа 2019 года № 1239 за самоустранение от выполнения требований Директивы и приказа командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2019 года № 510 ФИО3 объявлено предупреждение о неполном служебном соответствии, а также установлен размер премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей в августе 2019 года в размере 1 процента и предписано рассмотреть соответствие занимаемой должности на заседании аттестационной комиссии.

В данной части свидетель ФИО2 показал, что с 22 по 26 июля 2019 года им была проведена повторная проверка должностных лиц рот (им равных) по вопросам организации военно-политической работы, в ходе которой в подразделении ФИО3 вновь были выявлены недостатки в ведении документации, однако некоторые недостатки со времени прошлой проверки были исправлены. Документы за группу газообеспечения БАТО представлял сам ФИО3, который вновь ссылался на занятость. По результатам проведения проверки ФИО2 был составлен акт от 1 августа 2019 года, в котором период проведения проверки «с 22 по 26 августа» указан ошибочно. После составления акта ФИО2 вновь лично докладывал командиру части о каждом командире подразделения, в котором выявлены недостатки, и их позицию по устранению таковых, в том числе и о ФИО3. Более того, подчеркнул ФИО2 недостатки, связанные с ведением личных дел военнослужащих по призыву, в подразделении Пешкова не устранены до сих пор. 

Оценив приведенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что и в этой ситуации вина ФИО3 в совершении дисциплинарного проступка, повлекшего наложение на него оспариваемого дисциплинарного взыскания, установлена, следовательно, данное дисциплинарное взыскание применено к нему правомерно.

Дисциплинарная власть командованием войсковой части 45118 не превышена, а, кроме того, дисциплинарное взыскание в виде предупреждения о неполном служебном соответствии, хотя и является одним из самых строгих, но наложено на ФИО3 в условиях того, что после примененных ранее командованием к нему дисциплинарных взысканий (в том числе и приказом от 17 июля 2019 года № 1127) административный истец своего поведения образцовым выполнением воинского долга не исправил и в очередной раз допустил нарушения, связанные с организацией и проведением военно-политической работы и ненадлежащим выполнением положений Директивы.

Процедура привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности в рассматриваемой ситуации также в целом соблюдена, поскольку в ходе проведенного в устном порядке разбирательства было установлено как событие дисциплинарного проступка, так и вина в нем ФИО3. Одновременно, исходя из служебно-должностного положения административного истца, командованию войсковой части 45118 объективно известны как сведения о его личности, так и иные обстоятельства, подлежащие выяснению при привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности, и поэтому каких-либо препятствий для привлечения ФИО3 к таковой не усматривается.

Учитывая неопровергнутые стороной административного истца письменные пояснения врио командира войсковой части 45118 от 6 ноября 2019 года № 3112 в части того, что в период проверок с 4 по 9 и с 22 по 26 июля 2019 года ФИО3 в госпитале, в отпуске или в командировке не находился, суд приходит к выводу, что данный военнослужащий, при желании, не был лишен возможности дать какие-либо дополнительные (к уже фактически данным подполковнику ФИО2 в ходе проверок документации) объяснения по факту дисциплинарного проступка. Более того, исходя из вышеприведенных показаний свидетеля ФИО2, ФИО3 возможностью дать пояснения фактически воспользовался при проведении проверок. 

Вопреки доводу административного искового заявления, нарушений срока составления акта от 1 августа 2019 года не допущено. Что же касается указания в абз. 1 акта о проведении проверки в период с 22 по 26 августа 2019 года, то свидетель ФИО2 объяснил это технической ошибкой, с чем у суда нет оснований не согласиться.

Мнение административного истца о том, что в оспариваемых приказах не указаны точные нарушения со стороны ФИО3, что свидетельствует об отсутствии у него состава дисциплинарного проступка, а его вина не установлена, как не установлено и то, какие именно положения нормативных правовых актов им не соблюдены, при этом сами приказы сформулированы неясно, отданы не в установленном порядке, являются неисполнимыми, поскольку указанные в них недостатки неконкретизированы, противоречит материалам дела и установленным в суде обстоятельствам. 

То, что приказом командира войсковой части 45118 от 17 июля 2019 года № 1127 (п. 5) лично ФИО3 задача по устранению выявленных недостатков не ставилась, не отменяет тот факт, что им как командиром подразделения, осуществляющим непосредственное руководство таковым, в любом случае должна была проводиться конкретная работа в этом направлении.

Вопреки мнению представителя административного истца, из письменных возражений административного ответчика не следует, что на тяжесть объявленного ФИО3 дисциплинарного взыскания повлияли его высказывания среди личного состава, как не усматривается этого из оспариваемых приказов и из показаний допрошенных свидетелей.

Каких-либо конкретных доказательств того, что допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО2 и ФИО1, предупрежденные об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, сообщили суду недостоверные сведения, а равно оговорили ФИО3, стороной административного истца не приведено, притом что само по себе нахождение ФИО3 в служебной зависимости от них, этих свидетелей между собой, равно как и жалобы Пешкова на ФИО2 вышестоящим проверяющим к таким обстоятельствам, в условиях конкретных доказательств обратного, отнесены быть не могут. Сами же указанные свидетели, каждый в отдельности, пояснили, что каких-либо поводов оговаривать ФИО3 у них нет. 

По смыслу пп. 1-6 Правил выплаты военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 5 декабря 2011 года № 993, а также пп. 77-82 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Приказом Министра обороны Российской Федерации от 30 декабря 2011 года № 2700, ежемесячный размер премии устанавливается военнослужащим приказом командира войсковой части в размере от 1 до 25 процентов оклада денежного содержания в месяц. При этом установление конкретного размера премии тому или иному военнослужащему относится к субъективному усмотрению командования и может различаться в зависимости от качества и эффективности исполнения этим военнослужащим должностных обязанностей и иных показателей служебной деятельности военнослужащего.

Таким образом, учитывая, что премии за август 2019 года ФИО3 не лишался, а вопрос об установлении ее размера военнослужащему в приведенных выше пределах связан с субъективным усмотрением командования, которое устанавливает ее в зависимости от качества и эффективности исполнения этим военнослужащим должностных обязанностей и иных показателей служебной деятельности этого военнослужащего, то каких-либо нарушений прав ФИО3 в части установления ему командованием войсковой части 45118 в приказе от 1 августа 2019 года № 1239 размера премии за август 2019 года не допущено. Обоснованность же подобного субъективного усмотрения командования суд, исходя из конституционного принципа разделения властей, оценивать не полномочен. 

Одновременно с этим, поскольку такое основание для проведения аттестации как определение соответствия военнослужащих занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования прямо предусмотрено ст. 26 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года № 1237, то само по себе указание в п. 4 оспариваемого приказа от 1 августа 2019 года № 1239 о необходимости представления ФИО3 для этих целей на заседание аттестационной комиссии воинской части незаконным не является.

При таких обстоятельствах оснований для признания незаконными п. 4 приказа командира войсковой части 45118 от 17 июля 2019 года № 1127, а также п. 4 приказа этого же должностного лица от 1 августа 2019 года № 1239 в части применения к ФИО3 дисциплинарных взысканий, установления размера премии и указания на необходимость рассмотрения его на соответствие занимаемой должности на заседании аттестационной комиссии, и их отмены или исключения (пп. 4 и 5 административных исковых требований) не имеется. 

Вместе с тем в ходе судебного заседания административными ответчиками в нарушение ст. 62 КАС РФ не опровергнуты доводы ФИО3 о неознакомлении его с приказом командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2019 года № 510, нарушение требований которого прямо вменено ФИО3 в приказе от 1 августа 2019 года № 1239. 

Допрошенный судом по этим обстоятельствам свидетель подполковник ФИО1 – командир 

<

данные изъяты> – хотя и показал, что в целом постоянно доводил на совещаниях с командирами подчиненных ему подразделений о наличии приказа командира войсковой части 45118 № 510, но при этом не смог пояснить конкретных дат, когда именно таковой был доведен до ФИО3, и на каких из этих совещаний последний реально присутствовал. 

Поэтому ссылка на данное нарушение подлежит исключению из п. 4 приведенного приказа. 

Тем не менее само по себе исключение отмеченной ссылки иных допущенных ФИО3 нарушений не отменяет и, исходя из того, что приказ командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2019 года № 510 определяет лишь общие обязанности различных категорий должностных лиц войсковой части 45118 в рамках работы по поддержанию правопорядка и укреплению воинской дисциплины, фактически воспроизводящие положения Общевоинских уставов и иных нормативных правовых актов, устанавливающих аналогичные обязанности, то исключение ссылки на этот приказ существа совершенного ФИО3 дисциплинарного проступка не изменяет. 

Разрешая требования административного истца о признании незаконным бездействия командира войсковой части 45118, связанного с неознакомлением ФИО3 с Директивой и приказом командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2019 года № 510 (п. 1 административных исковых требований), суд приходит к выводу о необходимости отказа в их удовлетворении, поскольку само по себе подобное неознакомление, вопреки доводам ФИО3, каких-либо прав административного истца в данной ситуации объективно не нарушает, а может лишь, при наличии к тому оснований, рассматриваться в качестве одного из обстоятельств, влекущих признание неправомерным привлечение ФИО3 к дисциплинарной ответственности за невыполнение требований, содержащихся в этих документах. Однако таких достаточных оснований, как отмечено выше, по делу не установлено. 

В то же время, установив обстоятельства недоказанности ознакомления ФИО3 с приказом командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2019 года № 510, суд как раз и пришел к выводу о необходимости исключения ссылки на данное нарушение из п. 4 приказа от 1 августа 2019 года № 1239.

Что касается предъявленных административным истцом фактически дублирующих друг друга требований о признании незаконными действий (бездействия) командира войсковой части 45118, выразившихся в неполучении объяснений у ФИО3 при проведении проверок в период с 4 по 9 и 22 июля 2019 года, а также в проведении этих проверок с нарушением порядка, в том числе без получения объяснений у ФИО3 (пп. 2 и 3 административных исковых требований), то эти требования в конечном итоге направлены именно на отмену приказов о привлечении ФИО3 к дисциплинарной ответственности, и поскольку эти действия (бездействие) должностных лиц были проверены и получили свою оценку выше в качестве элементов процедуры такого привлечения, то оснований для удовлетворения его требований в указанной части не имеется. 

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения административного искового заявления ФИО3, а именно суд признает действия командира войсковой части 45118, связанные с указанием в п. 4 приказа отмеченного должностного лица от 1 августа 2019 года № 1239 о самоустранении ФИО3 от выполнения требований приказа командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2010 года № 510, не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и возлагает на командира войсковой части 45118 обязанность в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу внести изменения в п. 4 данного приказа, исключив из него приведенное указание. 

Одновременно суд отказывает в удовлетворении административного искового заявления ФИО3 в части требований: о признании незаконным бездействия командира войсковой части 45118, выразившегося в неознакомлении ФИО3 с Директивой и приказом командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2019 года № 510, изданного во исполнение Директивы; о признании незаконным бездействия командира войсковой части 45118, выразившегося в неполучении объяснений у ФИО3 при проведении проверок в период с 4 по 9 июля и 22 июля 2019 года; о признании незаконными действий командира войсковой части 45118, выразившихся в проведении проверок в период с 4 по 9 и 22 июля 2019 года с нарушением порядка, в том числе без получения объяснений у ФИО3 и издании приказов от 17 июля 2019 года № 1127 и от 1 августа 2019 года № 1239 в части привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности; о признании незаконными и отмене приказа от 17 июля 2019 года № 1127 в части привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности, а именно п. 4, и о возложении на командира войсковой части 45118 внести в этот приказ изменения путем исключения из него п. 4; о признании незаконным и отмене приказа командира войсковой части 45118 от 1 августа 2019 года № 1239 в части привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности, а именно п. 4, и о возложении на командира войсковой части 45118 внести в этот приказ изменения путем исключения из него п. 4, как в необоснованных.

Поскольку административное исковое заявление ФИО3 удовлетворено частично, то в соответствии со ст. 111 КАС РФ понесенные им судебные расходы, состоящие из уплаченной государственной пошлины в размере 300 руб. и подтвержденные соответствующими финансовыми документами, подлежат возмещению.

Вышеуказанные судебные расходы надлежит взыскать в пользу административного истца с войсковой части 45118 через лицевые счета УФО.

На основании изложенного и руководствуясь чч. 1-3 ст. 175, ст.ст. 176 и 177, ч.ч. 1-3 ст. 178, ст. 179, ч.ч. 1-6 ст. 180, ч. 1, п. 1 ч. 2 и пп. 1-3 ч. 3 ст. 227 КАС РФ, военный суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО3 об оспаривании действий командира войсковой части 45118, связанных с неознакомлением с документами, нарушением порядка проведения проверки и привлечением к дисциплинарной ответственности, установлением размера премии, удовлетворить частично. 

Признать действия командира войсковой части 45118, связанные с указанием в п. 4 приказа отмеченного должностного лица от 1 августа 2019 года № 1239 о самоустранении ФИО3 от выполнения требований приказа командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2010 года № 510 «О введении системы работы должностных лиц войсковой части 45118 с личным составом» не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца ФИО3

Возложить на командира войсковой части 45118 обязанность в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу внести изменения в п. 4 приказа отмеченного должностного лица от 1 августа 2019 года № 1239, исключив из данного приказа указание о самоустранении ФИО3 от выполнения требований приказа командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2010 года № 510 «О введении системы работы должностных лиц войсковой части 45118 с личным составом». 

Об исполнении решения суда командир войсковой части 45118 обязан сообщить в суд и административному истцу в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

В удовлетворении административного искового заявления ФИО3 в части требований: «признать бездействие командира войсковой части 45118, выразившееся в неознакомлении ФИО3 с директивой командующего войсками Западного военного округа от 30 декабря 2018 года № Д-24дсп и приказом командира войсковой части 45118 от 3 апреля 2019 года № 510, изданного во исполнение этой директивы, незаконным; признать бездействие командира войсковой части 45118, выразившееся в неполучении объяснений у ФИО3 при проведении проверок в период с 4 по 9 и 22 июля 2019 года, незаконным; признать действия командира войсковой части 45118, выразившиеся в проведении проверок в период с 4 по 9 и 22 июля 2019 года с нарушением порядка, в том числе без получения объяснений у ФИО3 и издании приказов от 17 июля 2019 года № 1127 и от 1 августа 2019 года № 1239 в части привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности незаконными; признать приказ командира войсковой части 45118 от 17 июля 2019 года № 1127 в части привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности, а именно п. 4 данного приказа, незаконным и отменить; обязать командира войсковой части 45118 внести в приказ от 17 июля 2019 года № 1127 изменения путем исключения из него п. 4; признать приказ командира войсковой части 45118 от 1 августа 2019 года № 1239 в части привлечения ФИО3 к дисциплинарной ответственности, а именно п. 4 данного приказа незаконным и отменить; обязать командира войсковой части 45118 внести в приказ от 1 августа 2019 года № 1239 изменения путем исключения из него п. 4» – отказать.

Взыскать с войсковой части 45118 через лицевые счета федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Тверской области» в пользу ФИО3 понесенные административным истцом судебные расходы, состоящие из уплаченной государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Западный окружной военный суд через Тверской гарнизонный военный суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: