РЕШЕНИЕ

(резолютивная часть)

Именем Российской Федерации

9 июня 2017 г. 

<

адрес>

Ленинский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Болочагина В.Ю., при секретаре Шахбановой М.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по искам ФИО1 и ФИО2 к СПАО «Ресо-гарантия» о взыскании страховой выплаты,

Руководствуясь ст.ст.194, 196-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Самарского областного суда через Ленинский районный суд 

<

адрес> в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья В.Ю. Болочагин

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Ленинский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Болочагина В.Ю., при секретаре Шахбановой М.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по искам ФИО1 и ФИО2 к СПАО «Ресо-гарантия» о взыскании страховой выплаты,

установил:

ФИО1 обратился в Ленинский районный суд 

<

адрес> с иском к СПАО «Ресо-гарантия» о взыскании страховой выплаты. В обоснование иска указывает, что ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 40 минут по адресу: 

<

адрес>, произошло столкновение автомобилей 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под его управлением как собственника и 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак № под управлением ФИО3 ФИО3 был нарушен п.6.2 Правил дорожного движения РФ. ДД.ММ.ГГГГ он обратился в СПАО «Ресо-Гарантия» с заявлением о страховом событии. ДД.ММ.ГГГГ ответчик произвел страховую выплату в размере 50% от суммы ущерба, что составило 54 726 рублей 05 копеек. В последующем была произведена доплата в размере 1 500 рублей за эвакуацию автомобиля. Согласно заключению Ассоциации судебных экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа составила 200 300 рублей. Просит взыскать недоплаченную страховую выплату в размере 152 573 рублей 95 копеек, расходы на оплату работ по дефектовке автомобиля в размере 8 100 рублей, расходы на оплату экспертно-оценочных услуг в размере 23 000 рублей, штраф в размере 50% от взысканной суммы, расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей и расходы на оплату нотариального удостоверения доверенности в размере 1 000 рублей.

ФИО2 обратилась в Ленинский районный суд 

<

адрес> с иском к СПАО «Ресо-гарантия» о взыскании страховой выплаты. В обоснование иска указывает, что ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 40 минут на регулируемом перекрестке 

<

адрес> и 

<

адрес>, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО4, и автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3 Гражданская ответственность владельцев обоих транспортных средств застрахована СПАО «РЕСО-Гарантия». Она обратилась в СПАО «РЕСО-Гарантия» за получением страховой выплаты по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (полис ЕЕЕ №). Была произведена страховая выплата в размере 95298 рублей 29 копеек, что составляет 50% от суммы ущерба, определенного страховщиком, в связи с отсутствием возможности установить степень вины каждого из участников дорожно-транспортного происшествия. В соответствии с заключением ООО «Центр Судебной Экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ № стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа составляет 269 500 рублей. Просит взыскать недоплаченную страховую выплату в размере 174 201 рубля 71 копейки, расходы на оплату экспертно-оценочных услуг в размере 13 000 рублей и штраф в размере 50% от взысканной суммы.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ дела по искам ФИО1 и ФИО2 объединены в одно производство.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 заявленные требования поддержали.

Представитель истицы ФИО2 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 исковые требования поддержала.

Ответчик в судебное заседание представителя не направил, о времени и месте разбирательства дела извещен, представил письменный отзыв (т.2, л.д. 144-145), в котором иск не признал.

Изучив материалы дела, заслушав стороны, суд считает установленным следующее.

Согласно паспорту транспортного средства серии 

<

адрес> (т.1, л.д. 9), свидетельству о регистрации транспортного средства серии 63 39 № (т.1, л.д. 8), ФИО1 является собственником автомобиля 

<

данные изъяты> VIN №, государственный регистрационный знак №.

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства серии 

<

адрес> (т.1, л.д. 203), ФИО2 является собственницей автомобиля 

<

данные изъяты>, VIN №, государственный регистрационный знак №.

ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 11 часов 40 минут, ФИО3, управляя автомобилем ФИО2, двигался по 

<

адрес> от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> по второй от правого для него края проезжей части полосе. В это же время ФИО1 двигался по 

<

адрес> от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, т.е. во встречном для ФИО3 направлении, по второй от правого для себя края проезжей части полосе. ФИО3 пересек малое 

<

адрес> (дублер 

<

адрес>) на зеленый сигнал светофора. Между малым 

<

адрес> и собственно 

<

адрес> расширяется и имеет по 3 полосы для движения в направлении 

<

адрес>. Автомобиль ФИО3 оказался в третьей от правого края полосе, откуда движение, согласно указаниям дорожного знака 5.15.1 «Направление движения по полосам» и дорожной разметки 1.18, разрешено только с поворотом налево на 

<

адрес>. Для ФИО3 включился желтый сигнал светофора, после чего ФИО3 перестроился вправо, во вторую полосу, увеличил скорость своего движения и приступил к проезду перекрестка. В это время с геометрического центра перекрестка начал движение на своем автомобиле ФИО1, до этого момента закрытый в поле зрения ФИО3 стоящим на перекрестке автомобилем темного цвета, намеревающимся совершить поворот из второй полосы 

<

адрес>, с попутного для ФИО3 направления, налево на 

<

адрес>. ФИО1 начал выполнять маневр поворота налево на 

<

адрес>, пересекая направление движения ФИО3 в непосредственной близости перед последним. Увидев друг друга, оба водителя предприняли торможение, но столкновения избежать не удалось. Автомобиль ФИО3 ударил своей передней частью в переднее правое крыло автомобиля ФИО1 Столкновение произошло в пределах второй полосы 

<

адрес> (по направлению в центр города), в 5,0 м от края проезжей части. От удара автомобиль ФИО3 развернуло вправо примерно на 70°, он несколько сместился вправо, а также продолжил движение по инерции, после чего остановился в пределах третьей полосы 

<

адрес>. Автомобиль ФИО1 от удара развернуло влево примерно на 60-70°, он сместился влево, в направлении доаварийного движения автомобиля ФИО3, и остановился на третьей и четвертой полосах проезжей части 

<

адрес>.

Вывод суда об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия основывается на исследовании и оценке следующих доказательств:

- истец ФИО1 пояснил, что двигался по 

<

адрес> по второй полосе от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> с намерением повернуть налево. Автомобиль был исправен, дорога была сухая. Он выехал на перекресток и стоял на середине 

<

адрес>, был вторым в очереди на поворот. Впереди стоящий автомобиль смог повернуть налево. После этого на светофоре загорелся желтый сигнал с зеленой «стрелкой» налево в дополнительной секции. Он начал движение, поворачивая налево на 

<

адрес>, навстречу ему по 

<

адрес> никто не ехал. Внезапно за 2-3 м от себя он увидел автомобиль ФИО7, который перестроился с третьей полосы встречного направления 

<

адрес> на первую. Он стал тормозить, до столкновения успел полностью остановиться. Автомобиль ФИО7 ударил его передней частью, от удара его автомобиль развернуло на 90° и сместило назад метра на полтора.

- третье лицо ФИО3 пояснил, что двигался со скоростью около 60 км/ч по второму ряду 

<

адрес> от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> с намерением пересечь его, автомобиль был исправен, асфальт была сухой. На первом светофоре (на малом 

<

адрес>) зеленый сигнал замигал, когда он находился метрах в 10 от светофора. Он перестроился во второй ряд, двигался с той же скоростью, решил пересекать 

<

адрес>. Он думал, что на втором светофоре (на самом 

<

адрес>) также горит зеленый сигнал, но оказалось, что уже загорелся желтый. Перед ним автомобилей не было. Выехав на перекресток, он увидел, как метрах в 5-7 от него из-за стоящих автомобилей «вылезает» поворачивающий налево автомобиль. Он нажал на тормоз, принял вправо, дал звуковой сигнал, но столкновения избежать не удалось. Столкновение произошло на третьей по счету для него полосе 

<

адрес>. Имел место лобовой удар в переднее правое крыло и переднее правое колесе другого автомобиля. В его автомобиле сработали подушки безопасности, автомобиль откинуло метра на три вправо.

- согласно справке о дорожно-транспортном происшествии (т.1, л.д. 143), составленной инспектором ДПС 6 роты полка ДПС ГИБДД УМВД России по 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 40 минут, на 

<

адрес>, 26, в 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО1, под его же управлением, и 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО2, под управлением ФИО3 В результате происшествия у автомобиля 

<

данные изъяты> повреждены передний бампер, переднее правое крыло, переднее правое колесо, передняя правая фара, капот. У автомобиля 

<

данные изъяты> повреждены передний бампер, передние фары, передние противотуманные фары, передняя левая дверь, капот. В отношении водителя ФИО3 возбуждено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.12 КоАП РФ (проезд на запрещающий сигнал светофора) в связи с нарушением п.6.2 Правил дорожного движения РФ, водитель ФИО1 признан не нарушившим Правила дорожного движения РФ.

Характер повреждений каждого из участвовавших в столкновении транспортных средств свидетельствует, что имел место удар передней части автомобиля Фольксваген Поло в область правого переднего крыла автомобиля 

<

данные изъяты>

- из актов осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ № (т.2, л.д. 158-160) и от ДД.ММ.ГГГГ № (т.2, л.д. 171-173), составленных ООО «Нэк-груп», следует, что на автомобиле ФИО1 обнаружены задиры на диске переднего правого колеса, деформация амортизационной стойки переднего правого колеса, переднего правого крыла, рамки радиаторов, кронштейна крепления у бачка омывателя, крючка капота, кронштейна крепления правой фары, верхнего кронштейна на правом переднем опорном подшипнике, бачка омывателя, усилителя переднего бампера, брызговика правого крыла, разрушение облицовки двигателя, средней верхней облицовки переднего бампера, облицовки переднего бампера, кронштейнов крепления правого молдинга переднего бампера, рассеивателя правой фары, перекос проема капота, пыльника двигателя, провода на датчик АБС переднего правого колеса, шланга омывателя, лобового стекла, левого и правого кронштейнов переднего бампера, насоса омывателя левой фары, насоса омывателя правой фары, подкрылка переднего левого крыла, подкрылка переднего правого крыла, порез покрышки переднего правого колеса. Однако повреждения облицовки (накладки) двигателя и лобового стекла признаны эксплуатационными, не относящимися к дорожно-транспортному происшествию.

Из акта осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ № (т.1, л.д. 66-67), составленного Ассоциацией судебных экспертов, следует, что на автомобиле ФИО1 обнаружены те же повреждения. Дополнительно указано на смещение (не перекос проема) капота, деформацию левой и правой петель капота, деформацию ступицы переднего правого колеса, рулевой рейки, стойки стабилизатора переднего правого колеса, переднего правого датчика ABS, правого вала привода, подшипника ступицы переднего правого колеса, переднего правого поперечного рычага, смещение левой, правой и передней опор двигателя, несложный перекос проема кузова.

Локализация повреждений соответствует их описаниям в справке о дорожно-транспортном происшествии, характер повреждений свидетельствует об ударе автомобиля в переднюю часть с правой стороны;

- из актов осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ № (т.2, л.д. 213-214) и от ДД.ММ.ГГГГ № (т.2, л.д. 231-232), составленных ООО «Нэк-груп», следует, что на автомобиле ФИО2 обнаружены разрушение решетки радиатора, рамки радиатора, кожуха вентилятора, левой противотуманной фары, правого кронштейна переднего бампера, рассеивателя левой фары, корпуса правой фары, эмблемы, клаксона звуковой сигнализации, нештатного клаксона сигнализации, правого и левого пыльников радиатора, левого кронштейна переднего бампера, подкрылка переднего правого крыла, деформация пыльника переднего бампера, облицовки переднего бампера, капота, утеплителя капота, переднего левого крыла, переднего правого крыла, правой и левой частей замковой панели, усилителя брызговика переднего правого крыла, левого короба порога, кожуха выхлопного коллектора, нештатной защиты двигателя, бачка омывателя, радиатора охлаждения, радиатора кондиционера, трубки кондиционера, переднего правого лонжерона, усилителя переднего бампера, правого кронштейна переднего бампера, переднего левого лонжерона, брызговика левого крыла, брызговика правого крыла, срез на средней решетке переднего бампера, царапина на молдинге средней решетки переднего бампера, задиры на облицовке левой противотуманной фары, смещение аккумуляторной батареи с нарушением герметичности, нарушение лакокрасочного покрытия передней левой двери, срабатывание подушек безопасности водителя и пассажира.

Локализация повреждений соответствует их описаниям в справке о дорожно-транспортном происшествии, характер повреждений свидетельствует об ударе автомобиля в переднюю часть;

- из схемы места дорожно-транспортного происшествия (т.3, л.д. 20), составленной инспектором ДПС ФИО8 и согласованной с участниками дорожно-транспортного происшествия, следует, что столкновение автомобилей произошло в пределах второй полосы 

<

адрес> для движения по направлению в центр 

<

адрес>, в 6,0 м от края проезжей части и в 8,7 м от прямой, на которой лежит правый для ФИО3 край проезжей части 

<

адрес> между малым 

<

адрес> и собственно 

<

адрес>. Тормозные пути до столкновения отсутствуют. Автомобиль Фольксваген Поло после столкновения находится на третьей полосе 

<

адрес> для движения по направлению в центр 

<

адрес> под углом примерно в 20° влево к этому направлению. Автомобиль Тойота Авенсис находится на третьей и четвертой полосах 

<

адрес> для движения по направлению в центр 

<

адрес> под углом примерно в 20° влево к этому направлению.

- из схемы места дорожно-транспортного происшествия (т.3, л.д. 22), составленной инспектором ДПС ФИО9 в отсутствии участников дорожно-транспортного происшествия, следует, что в момент включения желтого сигнала светофора автомобиль ФИО3 находился в 35 м от стоп-линии и в 48,4 м от края проезжей части 

<

адрес>.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля инспектор ГИБДД ФИО9 показал, что содержащуюся в административном материале вторую схему места дорожно-транспортного происшествия составлял он с привлечением понятых. Он лично производил замеры на перекрестке. Место, где находился автомобиль под управлением ФИО3 в момент включения желтого сигнала светофора, он определил на основании видеозаписи, сопоставляя картинку, зафиксированную видеорегистратором в этом автомобиле в момент переключения сигналов светофора, с ориентирами на месте.

Суд не находит оснований не доверять свидетельским показаниям инспектора ФИО9 и ставить под сомнение его добросовестность при составлении схемы. Данные, отраженные в схеме, были сопоставлены судом непосредственно с материалами видеофиксации. Лица, участвующие в деле, не оспаривали достоверность схемы.

- из фотоматериала с места происшествия (т.3, л.д. 21), усматривается положение автомобилей после столкновения, которое соответствует схеме места дорожно-транспортного происшествия.

В распоряжение суда представлены видеоматериалы, фиксирующие движение автомобиля под управлением ФИО3 и момент столкновения автомобилей. Их достоверность не подвергается сомнению лицами, участвующими в деле. Соответственно, суд в данном случае имеет возможность установить последовательность событий на основе непосредственного изучения материалов их видеофиксации, которым ввиду их неоспоримой достоверности и информативности должен быть отдан приоритет.

В соответствии с п.6.2, 6.14 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета министров – Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, желтый сигнал предупреждает о предстоящей смене сигналов, запрещает движение, однако водителям, которые при включении желтого сигнала не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение.

Остановиться при запрещающем сигнале светофора, согласно п.6.13 Правил дорожного движения РФ, водитель должен перед стоп-линией (знаком 6.16), а при его отсутствии – перед пересекаемой проезжей частью, не создавая помех пешеходам.

В соответствии с п.13.4 Правил дорожного движения РФ при повороте налево по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

Требование уступить дорогу означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость (п.1.2 Правил дорожного движения РФ).

Из видеозаписи явствует, что ФИО3 после включения желтого сигнала светофора не остановился перед стоп-линией и начал движение через перекресток. Однако в силу изложенных выше положений Правил дорожного движения РФ такое поведение является правомерным, если он не мог остановиться перед стоп-линией, не прибегая к экстренному торможению после включения желтого сигнала светофора. Вместе с тем, водитель не вправе ссылаться на положения п.6.14 Правил дорожного движения РФ, если эта невозможность была обусловлена его собственными противоправными действиями, например, превышением скорости движения.

Из свойств файла с видеозаписью (т.1, л.д. 245) следует, что частота кадров составляет 25 кадров в секунду. Переключение сигналов светофора произошло после 758 кадра, стоп-линию автомобиль пересек на 799 кадре, т.е. через 1,6 с, а столкновение автомобилей произошло на 837 кадре (через 3,16 с после включения желтого сигнала светофора).

Согласно справке ООО «Универсальное предприятие «Самарадорсигнал»» от ДД.ММ.ГГГГ № (т.2, л.д. 3-4), по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ действовал трехфазный режим работы светофорного объекта на пересечении 

<

адрес> и 

<

адрес> время второй фазы горят зеленые сигналы транспортных светофоров по 

<

адрес> в обоих направлениях. За 3 с до окончания этой фазы на транспортном светофоре по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> (т.е., для ФИО1) включается желтый сигнал. В течение третьей фазы (длительностью 13 с) на транспортном светофоре по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> горит красный, а со стороны 

<

адрес> (т.е. для ФИО3) – зеленый сигнал. Желтый сигнал в этом направлении включается также за 3 с до окончания фазы. С обеих сторон на транспортных светофорах по 

<

адрес> в течение и второй и третьей фазы горит дополнительная зеленая секция «стрелка налево».

Таким образом, желтый сигнал светофора для водителя ФИО1 включился на 13 с раньше, чем для водителя ФИО3 Как вытекает из объяснений ФИО1, данное обстоятельство при принятии решений перед дорожно-транспортным происшествием он во внимание не принимал.

Водитель ФИО3 выехал на перекресток на желтый сигнал светофора, через 1,6 с после его включения при длительности сигнала 3 с.

В соответствии с п.10.1, 10.2 Правил дорожного движения РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч.

Для установления отдельных обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, а именно наличия у ФИО3 технической возможности остановить свой автомобиль перед стоп-линией, не прибегая к экстренному торможению, скорости его движения в момент включения желтого сигнала светофора, а в случае превышения установленного ограничений скорости – наличия у него технической возможности остановить свой автомобиль перед стоп-линией при условии соблюдения этого ограничения, судом была назначена экспертиза, производство которой поручено ООО «Научно-методический центр «Рейтинг»».

Согласно заключению судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № (т.2, л.д. 16-142), средняя скорость автомобиля под управлением ФИО3 на отрезке времени продолжительностью 1,76 с, предшествовавшем моменту включения желтого сигнала светофора, составляла 89,7 км/ч. Водитель ФИО3 не располагал технической возможностью остановиться перед стоп-линией после включения желтого сигнала светофора. При движении со скоростью 60 км/ч водитель ФИО3 также не располагал бы технической возможностью остановиться перед стоп-линией после включения желтого сигнала светофора.

Судебный эксперт ФИО10 пояснил суду, что эксперты дважды выезжали на место происшествия, производили замеры. Погрешность расчетов задается погрешностью определения времени, связанной с интервалом дискретизации видеоизображения – 40 мс (1/25 с). Водитель автомобиля Фольксвавген Поло не мог остановить свой автомобиль перед стоп-линией, даже прибегнув к экстренному торможению, т.к. его остановочный путь (тормозной путь при экстренном торможении) составлял примерно 72 м. Если бы скорость автомобиля в момент включения желтого сигнала светофора составляла 60 км/ч, то остановочный путь составил бы примерно 38 м. С учетом погрешности расчетов, автомобиль остановился бы примерно в районе стоп-линии, выкатившись за неё сантиметров на 60. Остановиться перед стоп-линией, как того требуют правила, он не смог бы. Чтобы определить, каков был бы тормозной путь при служебном, не экстренном торможении, необходимо в формуле на с.25 экспертного заключения (т.2, л.д. 40), заменить величину замедления при экстренном торможении (6,8 м/с2), на величину замедления при служебном торможении, обычно принимаемую равной 1,5 м/с2.

Оценивая заключение судебной автотехнической экспертизы, суд полагает его заслуживающим доверия, обоснованным с технической и физической точек зрения. Выкладки эксперта судом проверены, они соответствуют правилам кинематики. Выводы эксперта логичны, последовательны, доказательны и верифицируемы. Квалификация экспертов подтверждена документально, сведений об их заинтересованности в исходе деда не имеется. Стороны заключение экспертов в автотехнической его части не оспаривали.

Из экспертного заключения, в частности, следует, что ФИО3 не смог бы остановить свой автомобиль до места столкновения, даже прибегнув к экстренному торможению, поскольку его остановочный путь определен экспертом в 72 м, а расстояние от места, где находился автомобиль в момент переключения сигнала светофора на желтый, до места столкновения, согласно двум схемам места дорожно-транспортного происшествия, составляет примерно 53 м (35 + 13,4 +5).

В то же время, если бы ФИО3 соблюдал установленные скоростные ограничения, он смог бы избежать столкновения, начав экстренное торможение после переключения сигнала светофора на желтый. Он не смог бы остановить свой автомобиль в месте, указанном в п.6.13 Правил дорожного движения РФ, однако он не выехал бы на перекресток.

Вместе с тем, из видеозаписи отчетливо усматривается, что обнаружить опасность для движения своего автомобиля – начавший маневр поворота налево автомобиль ФИО1 – ФИО3 мог обнаружить только при пересечении стоп-линии, перед пешеходным переходом. До этого момента автомобиль ФИО1 был скрыт в поле зрения ФИО3 Поскольку остановочный путь автомобиля при скорости 60 км/ч, согласно заключению эксперта, составляет примерно 38 м, а расстояние от стоп-линии до места столкновения, согласно схемам места дорожно-транспортного происшествия составляет примерно 18 м, очевидно, что после обнаружения опасности ФИО3 не смог бы остановить свой автомобиль до места столкновения даже при соблюдении скоростного ограничения.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что ФИО1 были нарушены требования п.13.4 Правил дорожного движения РФ. ФИО3 не имел возможности остановить свой автомобиль перед стоп-линией, не прибегая к экстренному торможению, даже при соблюдении скоростных ограничений, в связи с чем имел право начать движение через перекресток.

ФИО1 также были нарушены требования п.9.8 Правил дорожного движения РФ, в силу которых при повороте на дорогу с реверсивным движением водитель должен вести транспортное средство таким образом, чтобы при выезде с пересечения проезжих частей транспортное средство заняло крайнюю правую полосу. В нарушение этих требований ФИО1 осуществлял поворот с занятием второй от правого края полосы 

<

адрес> (дороги с реверсивным движением), «срезая» тем самым радиус поворота.

В то же время, суд не может заключить, что причинение вреда имуществу участников дорожно-транспортного происшествия вызвано виновными действиями одного только ФИО1 ФИО3 были нарушены требования п.10.2 Правил дорожного движения РФ. Установленные скоростные ограничения для населенного пункта были превышены им в 1,5 раза. Соблюдение ФИО3 скоростных ограничений во всяком случае привело бы к уменьшению размера вреда, причиненного обоим автомобилям, за счет уменьшения кинетической энергии его автомобиля в момент столкновения. Количественные методики, позволяющие определить, на сколько размер вреда мог бы быть уменьшен при уменьшении скорости автомобиля, отсутствуют, в связи с чем такой вопрос не ставился перед судебным экспертом. Суд, однако, принимает во внимание, что кинетическая энергия тела пропорциональна квадрату его скорости, следовательно, уменьшение скорости в 1,5 раза означает уменьшение кинетической энергии в 2,25 раза.

Согласно п.21 постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», при рассмотрении иска к страховщику по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств о взыскании страховой выплаты, суд может признать ответственными за причиненный вред нескольких лиц и установить степень их вины.

ФИО1 был обязан уступить дорогу автомобилю ФИО3, но не только не сделал этого, но даже и не заметил этот автомобиль до столкновения.

ФИО3 превысил скоростной лимит в 1,5 раза, что привело к увеличению размера вреда для обоих автомобилей за счет увеличения более чем в 2 раза энергии удара.

При таких обстоятельствах суд полагает справедливым применить изложенное выше правило, признать обоих участников столкновения виновными в причинении вреда имуществу в равной степени.

Специалистами в области безопасности дорожного движения употребляется термин «опасная манера вождения», означающая, во-первых, что манера вождения данного лица гораздо хуже той, что можно ожидать от компетентного и осторожного водителя, и, во-вторых, что для компетентного и осторожного водителя очевидно, что такая манера вождения является опасной.

Данный термин применим в рассматриваемом случае в равной мере к обоим участникам происшествия. ФИО1 осуществлял маневр поворота, не принимая во внимание особенности режима работы светофора на перекрестке и не допуская возможности появления на дороге транспортного средства, обладающего преимуществом в движении.

ФИО3, формально обладая правом на проезд перекрестка, принял явно легкомысленное решение пересекать на желтый сигнал светофора 

<

адрес> – дорогу, имеющую 7 полос для движения, при этом критически превышая разрешенную скорость движения в населенном пункте.

Согласно п.3 ст.1079 ГК РФ, вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, т.е. при виновном причинении вреда. Отсутствие вины доказывается лицом, причинившим вред.

Суд взыскивает со страховщика страховую выплату с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. 

Как следует из материалов дела, гражданско-правовая ответственность ФИО1 за причинение вреда при управлении автомобилем Тойота Авенсис, государственный регистрационный знак 

<

***>, на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована СПАО «Ресо-гарантия» по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ серии ЕЕЕ № (т.1, л.д. 117).

Гражданско-правовая ответственность ФИО3 за причинение вреда при управлении автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована также СПАО «Ресо-гарантия» по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств от ДД.ММ.ГГГГ серии ЕЕЕ № (т.1, л.д. 235).

Следовательно, СПАО «Ресо-гарантия» обязано выплатить каждому из собственников поврежденных в дорожно-транспортном происшествии автомобилей половину от общего размера причиненного вреда, подлежащего возмещению по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в СПАО «Ресо-Гарантия» для получения страховой выплаты (т.1, л.д. 109, 114-115). По направлению страховщика поврежденный автомобиль ФИО1 был дважды осмотрен в ООО «Нэк-груп». Составленным по заказу страховщика заключением ООО «Нэк-груп» от ДД.ММ.ГГГГ №АТ7313135 (т.2, л.д. 148-200) стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа определена в 109 452 рубля 10 копеек.

В подтверждение страхового случая ФИО1 было представлено страховщику постановление инспектора по исполнению административного законодательства 6 роты полка ДПС ГИБДД УМВД России по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, которым производство по делу об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст.12.12 КоАП РФ, в отношении ФИО3 было прекращено за отсутствием состава административного правонарушения (т.1, л.д. 118-119). Иными словами, представленный документ не подтверждал наличие оснований гражданской ответственности ФИО3 перед ФИО1, т.е. факт наступления страхового случая. Страховщик имел право не осуществлять выплаты по заявлению ФИО1

Как следует из акта о страховом случае от ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д. 107), страховщик признал наступление страхового случая и принял решение произвести страховую выплату в размере 54 726 рублей 05 копеек. Т.е., страховщик предпочел воспользоваться разъяснением, данным в п.21 постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», и осуществить выплату в половинном размере. Получение страховой выплаты ФИО1 признается.

Одновременно ФИО1 обратился в Ассоциацию судебных экспертов для определения стоимости восстановительного ремонта своего автомобиля. Согласно заключению названной организации от ДД.ММ.ГГГГ № (т.1, л.д. 52-83), стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 207 300 рублей.

С целью разрешения противоречий между результатами оценки стоимости восстановительного ремонта автомобиля ФИО1, представленными различными сторонами, вопрос о её определении был поставлен перед экспертом ООО «Научно-методический центр «Рейтинг»».

Согласно заключению судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № (т.2, л.д. 16-142), стоимость восстановительного ремонта автомобиля ФИО1 с учетом его износа составила 115 900 рублей.

В судебном заседании ФИО1 были заявлены возражения против принятия экспертного заключения, основанные на том, что судебный эксперт принял во внимание при расчете не все повреждения автомобиля. Им не учтены повреждения, выявленные при осмотре в Ассоциации судебных экспертов. Фотоматериалы осмотра автомобиля в Ассоциации судебных экспертов представлены не были.

В судебном заседании судебный эксперт ФИО11 пояснил, что им приняты во внимание все описанные обоими оценщиками повреждения автомобиля, фотоматериал Ассоциации судебных экспертов представлен на бумажном носителе и им изучен. Повреждения, которые не были учтены им при расчете, либо не имели места, либо не могли являться следствием дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ В частности, перекос проема капота отсутствует, поскольку ни одна из 4 деталей, которые формируют этот проем, не смещена. ФИО12 капота поврежден при эксплуатации, его повреждения не имеют отношения к дорожно-транспортному происшествию. Перекосы левой стороны кузова имеют эксплуатационный характер, их возникновение – норма для автомобиля с пробегом более 100 000 км. Опоры двигателя также имеют повышенный износ вследствие пробега, он не связан с дорожно-транспортным происшествием, не является вторичным повреждением. Опора двигателя не связана с опорой амортизационной стойки, которая, действительно, получила повреждения при ударе. Шланг омывателя при дорожно-транспортном происшествии не сломался, из фотоматериала видно, что сломался штуцер от насоса омывателя, он и подлежит замене.

Заслушав доводы эксперта и возражения истца ФИО1, изучив экспертное заключение, суд находит его достоверным, проведенное исследование полным. Выводы эксперта мотивированны, суждения логичны и последовательны, стоимостные показатели, примененные при исследовании, обоснованы, квалификация эксперта подтверждена документально, сведений о его заинтересованности в исходе дела не имеется.

Исключение судебным экспертом из рассмотрения повреждений отдельных деталей автомобиля ФИО1, описанных оценщиком Ассоциации судебных экспертов, вызвано не отсутствием подтверждений наличия этих повреждений на фотоматериале, а признанием этих повреждений не относящимися к дорожно-транспортному происшествию ДД.ММ.ГГГГ Оснований не доверять выводам эксперта в этой части суд не находит. В связи с этим у суда отсутствуют основания полагать, что выводы эксперта могли бы измениться, если бы ему был дополнительно представлен фотоматериал осмотра автомобиля ФИО1 в Ассоциации судебных экспертов на электронном носителе. В распоряжение судебного эксперта указанный материал был представлен на бумажном носителе, на его неполноту или недостаточное качество изображения эксперт не ссылался, с ходатайством о предоставлении фотоматериала в электронном виде не обращался.

Суд также принимает во внимание, что при назначении экспертизы и в ходе её проведения истец ФИО1 не приобщил к делу фотоматериал осмотра своего автомобиля в Ассоциации судебных экспертов на электронном носителе, не ходатайствовал об истребовании такого материала для предоставления судебному эксперту.

Суд также учитывает, что осмотр автомобиля ФИО1 в натуре при производстве судебной экспертизы оказался невозможен, поскольку автомобиль ФИО1 был продан. Следовательно, возможность изучения такого доказательства была утрачена по причине действий самого ФИО1

С учетом изложенного судом было отказано в назначении по делу повторной судебной экспертизы для определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля ФИО1 по ходатайству последнего.

В соответствии с правовой позицией Верховного суда РФ, выраженной в п.32 постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в случаях, когда разница между фактически произведенной страховщиком страховой выплатой и предъявляемыми истцом требованиями составляет менее 10 процентов, необходимо учитывать, что в соответствии с п.3.5 Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утв. положением ЦБ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П, расхождение в результатах расчетов размера расходов на восстановительный ремонт, выполненных различными специалистами, образовавшееся за счет использования различных технологических решений и погрешностей, следует признавать находящимся в пределах статистической достоверности.

Расхождение между стоимостью восстановительного ремонта автомобиля ФИО1, определенной заключением судебной экспертизы, и этой же величиной, определенной оценщиком ООО «Нэк-груп» по заказу ответчика, составляет 5,56%. Таким образом, принимая во внимание изложенную выше правовую позицию, оценку, произведенную ООО «Нэк-груп», следует признать достоверной. Поскольку ответчик произвел страховую выплату ФИО1 в половинном объеме в соответствии с оценкой ООО «Нэк-груп» до его обращения в суд, а суд признает за ФИО1 право именно на половинную компенсацию, право ФИО1 на получение страховой выплаты на день обращения не было нарушено, в связи с чем в удовлетворении требования о взыскании страховой выплаты надлежит отказать.

Отказ в удовлетворении основного требования влечет отказ в удовлетворении акцессорных требований о взыскании расходов на оплату экспертно-оценочных услуг и компенсации морального вреда. Необходимости в проведении оценки стоимости восстановительного ремонта автомобиля ФИО1 в Ассоциации судебных экспертов не имелось, поскольку оценка была организована страховщиком, а результаты оценки, произведенной Ассоциацией судебных экспертов, не могут быть признаны достоверными.

Не имеется оснований и для удовлетворения требования ФИО1 о возмещении расходов на оплату работ ООО «Самара-Авто-Центр» для целей осмотра автомобиля, поскольку, как следует из ответа страховщика от ДД.ММ.ГГГГ № (т.1, л.д. 45) на претензию ФИО1, указанные расходы, сами по себе необходимые, учтены в калькуляции ООО «Нэк-груп» и включены в состав страховой выплаты.

Отказ в удовлетворении основного требования также влечет отказ в возмещении судебных расходов.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась в СПАО «Ресо-Гарантия» для получения страховой выплаты (т.1, л.д. 224, 225-226). По направлению страховщика поврежденный автомобиль ФИО2 был дважды осмотрен в ООО «Нэк-груп». Составленным по заказу страховщика заключением ООО «Нэк-груп» от ДД.ММ.ГГГГ №АТ7331899 (т.2, л.д. 203-252) стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа определена в 190 596 рублей 59 копеек.

В подтверждение страхового случая ФИО2 было представлено страховщику определение инспектора ДПС 6 роты полка ДПС ГИБДД УМВД России от ДД.ММ.ГГГГ серии 

<

адрес> о возбуждении производства по делу об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст.12.12 КоАП РФ, в отношении ФИО3 (т.1, л.д. 118-119). Иными словами, представленный документ не подтверждал наличие оснований гражданской ответственности ФИО1 перед ФИО2, т.е. факт наступления страхового случая. Страховщик имел право не осуществлять выплаты по заявлению ФИО2

Как следует из акта о страховом случае от ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д. 223), страховщик признал наступление страхового случая и принял решение произвести страховую выплату в размере 96 298 рублей 29 копеек. Т.е., страховщик предпочел воспользоваться разъяснением, данным в п.21 постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», и осуществить выплату в половинном размере. Получение страховой выплаты ФИО2 признается.

Одновременно ФИО2 обратилась в ООО «Центр судебной экспертизы» для определения стоимости восстановительного ремонта своего автомобиля. Согласно заключению названной организации от ДД.ММ.ГГГГ № (т.1, л.д. 156-208), стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 269 500 рублей.

С целью разрешения противоречий между результатами оценки стоимости восстановительного ремонта автомобиля ФИО2, представленными различными сторонами, вопрос о её определении был поставлен перед экспертом ООО «Научно-методический центр «Рейтинг»».

Согласно заключению судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № (т.2, л.д. 16-142), стоимость восстановительного ремонта автомобиля ФИО2 с учетом его износа составила 198 500 рублей.

Суд, заслушав эксперта и оценив экспертное заключение, суд находит его достоверным. Выводы эксперта мотивированны, суждения логичны и последовательны, стоимостные показатели, примененные при исследовании, обоснованы, квалификация эксперта подтверждена документально, сведений о его заинтересованности в исходе дела не имеется. Мотивированных возражений против выводов экспертного заключения ФИО2 не заявлено.

Расхождение между стоимостью восстановительного ремонта автомобиля ФИО2, определенной заключением судебной экспертизы, и этой же величиной, определенной оценщиком ООО «Нэк-груп» по заказу ответчика, составляет 3,98%. Таким образом, принимая во внимание изложенную выше правовую позицию Верховного суда РФ, оценку, произведенную ООО «Нэк-груп», следует признать достоверной. Поскольку ответчик произвел страховую выплату ФИО2 в половинном объеме в соответствии с оценкой ООО «Нэк-груп» до её обращения в суд, а суд признает за ФИО2 право именно на половинную компенсацию, право ФИО2 на получение страховой выплаты на день обращения не было нарушено, в связи с чем в удовлетворении требования о взыскании страховой выплаты надлежит отказать.

Отказ в удовлетворении основного требования влечет отказ в удовлетворении акцессорного требования о взыскании расходов на оплату экспертно-оценочных услуг. Необходимости в проведении оценки стоимости восстановительного ремонта автомобиля ФИО2 в ООО «Центр судебной экспертизы» не имелось, поскольку оценка была организована страховщиком, а результаты оценки, произведенной ООО «Центр судебной экспертизы», не могут быть признаны достоверными.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст.ст.194, 196-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Самарского областного суда через Ленинский районный суд 

<

адрес> в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья (подпись) В.Ю. Болочагин

Копия верна

Судья

Секретарь