судья: Калюжная А.С.

Дело 33-46116/2025УИД 50RS0

<

данные изъяты>-10

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<

данные изъяты> 22 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

Председательствующего Литвиновой М.А.

судей Баринова С.Н., Жигаревой Е.А.,

при ведении протокола помощником судьи Мустафиной А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3927/2025 по иску ФИО1 к ООО УК «МИКО» о признании мнимой сделки недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки, взыскании судебных расходов,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Дмитровского городского суда Московской области от 10 сентября 2025 года,

заслушав доклад судьи Баринова С.Н., объяснения явившихся лиц,

установила:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просила признать договор управления многоквартирным домом и долевом участии в его содержании и ремонте от 

<

данные изъяты> недействительной (ничтожной) и применить последствия недействительности (ничтожности) сделки в виде возврата денежных средств в размере 668 548,32 рублей за период с марта 2022 года по май 2024 года, взыскать государственную пошлину с ответчика в размере 21 375 рублей, расходы на услуги представителя в размере 40 000 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что истец 

<

данные изъяты> прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя. Истцу на праве собственности принадлежит нежилое помещение кадастровый 

<

данные изъяты>, площадью 828,3 кв. м., этаж 1,2, адрес: 

<

данные изъяты> г/п Дмитров, 

<

данные изъяты>, мкр-н Внуковский 

<

данные изъяты>, что подтверждается выпиской из ЕГРН. Указанное помещение имеет самостоятельный конструктив, построенный на самостоятельном фундаменте, не имеющий отношение к жилому дому по адресу: 

<

данные изъяты>, мкр. Внуковский 

<

данные изъяты>. К площадям помещения подведены все технологические сети самостоятельно, не зависимо от жилого дома. Площади помещения не имеют отношение к площадям жилого дома общего домового назначения, такие как коридоры, лестницы, подвальные и мансардные этажи. Помещение имеет отдельный вход как основной, так и противопожарный не зависимо от входов и коридоров жилого дома, что установлено судом по делу № А41-5369/19. 

<

данные изъяты> между Индивидуальным предпринимателем ФИО1 и ООО УК «Московская инвестиционная компания «МИКО» заключен договор управления многоквартирным домом и долевом участии в его содержании и ремонте. Данный договор заключен на основании решения Арбитражного суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> по делу № А41-5369/19. Мотивом подачи искового заявления об обязании ООО УК «Московская инвестиционная компания «МИКО» заключить договор явилось требование отдела клиентского обслуживания Филиала ПАО «МОЭСК» - Северные электрические сети предоставить договор управления жилым домом для инициирования процедуры технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям. Для выполнения данного условия истец вынужден обратиться к ответчику с просьбой заключить спорный договор. При этом, ответчик, отказывался заключать договор в добровольном порядке по мотивам экономической невыгодности данной сделки для компании. С момента приема-передачи нежилого помещения (

<

данные изъяты>) никаких договоров на обслуживание помещения собственником не заключалось, так как в этом не было необходимости, что также подтверждает отсутствие намерений у истца заключать спорный Договор. После заключения договора работы по капитальному и текущему ремонту ООО УК «Московская инвестиционная компания «МИКО» не производились, услуги фактически не оказывались. Ответчик, совершая сделку, не был намерен создать соответствующие правовые последствия, то есть договор заключен для вида и ответчик фактически не имел намерений исполнять договор. Истец неоднократно направлял требования (уведомления) о расторжении договора (уведомление о расторжении от 

<

данные изъяты>, претензия от 

<

данные изъяты>, уведомление о расторжении 

<

данные изъяты>, уведомление от 

<

данные изъяты>. Более того, истцом заключен договор на обслуживание с иной организацией. С 2019 года обслуживанием помещения занимались сотрудники истца. В соответствии с 2.2. договора Управляющая организация по заданию собственника обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме по адресу: 

<

данные изъяты>. Ответчиком счета выставлялись также по этому основанию — услуги по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме. Однако, в соответствии с п. 1 1 Приложения 

<

данные изъяты> к договору нежилое помещение кадастровый 

<

данные изъяты>, площадью 828,3 кв. м., этаж 1,2 не входит в состав общего имущества многоквартирного дома. То есть в данном случае отсутствует согласованный сторонами предмет договора, а в соответствии с постановлением Пленума Верховного суда РФ от 

<

данные изъяты> N2 25 договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. Данное обстоятельство также подтверждает мнимость Договора. Истец считает, что Договор не соответствует действующему законодательству, и является мнимой сделкой.

Истец в судебное заседание суда первой инстанции не явился, извещен надлежаще, представитель истца требования поддержал, пояснил, что оспариваемый договор ответчиком не исполнялся. По мнению истца, договор от 

<

данные изъяты> расторгнут, однако ответчик продолжает выставлять истцу платежные документы для оплаты услуг. При этом, помещение истца имеет самостоятельные инженерные коммуникации: электроснабжение, водоотведение и т.п., не связанные с многоквартирным домом. Вместе с тем, помещение истца имеет общую стену с многоквартирным домом по адресу: 

<

данные изъяты>, мкр. Внуковский 

<

данные изъяты>.

Представитель ООО УК «МИКО» в судебном заседании суда первой инстанции возражал против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Представитель третьего лица - Управление Росреестра по МО в судебное заседание суда первой инстанции не явился, извещен надлежаще.

Решением Дмитровского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> исковые требования ФИО1 к ООО УК «МИКО» оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с принятым решением, ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой поставлен вопрос о его отмене и принятии нового решения приводя доводы о том, что судом неверно определены обстоятельства дела, неправильно применены нормы материального права.

ФИО1 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, обеспечил явку представителя, который поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ООО УК «МИКО» в судебное заседание суда апелляционной инстанции явился, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Судебная коллегия с учетом мнения явившихся участников процесса посчитала возможным рассмотреть дело при данной явке в порядке, установленном ст.ст. 167, 327 ГПК РФ.

Основания для отмены либо изменения решения суда предусмотрены ст. 330 ГПК РФ, к которым относятся: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Неправильным применением норм материального права являются: 1) неприменение закона, подлежащего применению; 2) применение закона, не подлежащего применению; 3) неправильное истолкование закона.

Судебная коллегия, выслушав объяснения явившихся лиц, проверив материалы дела, оценив представленные доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда первой инстанции, как постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами, представленными доказательствами и требованиями закона, ввиду следующего.

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

На основании п. 1 ст. 420 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 2 ст. 168 указанного кодекса предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу ч. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В судебном заседании установлено, что 

<

данные изъяты> прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

Истцу на праве собственности принадлежит нежилое помещение кадастровый 

<

данные изъяты>, площадью 828,3 кв. м., этаж 1,2, адрес: 

<

данные изъяты> г/п Дмитров, 

<

данные изъяты>, мкр-н Внуковский 

<

данные изъяты>, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

<

данные изъяты> между Индивидуальным предпринимателем ФИО1 и ООО УК «Московская инвестиционная компания «МИКО» заключен договор управления многоквартирным домом и долевом участии в его содержании и ремонте. Данный договор был заключен на основании решения Арбитражного суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> по делу № А41-5369/19.

Из содержания решения Арбитражного суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> по делу № А41-5369/19 по иску ИП ФИО1 к ООО УК «Московская инвестиционная компания «МИКО» об обязании заключить договор следует, что суд обязал общество заключить с ИП ФИО1 договор на управление многоквартирным домом на нежилое помещение 828,3 кв.м, этаж 1,2 по адресу: 

<

данные изъяты> г/п Дмитров, 

<

данные изъяты>, мкр-н Внуковский 

<

данные изъяты>. При этом арбитражным судом установлено, что согласно техническому паспорту на жилое здание, расположенное по адресу: 

<

данные изъяты>, мкр. Внуковский, 

<

данные изъяты>, нежилое помещение в виде универсального магазина (нежилое помещение истца) входит в состав многоквартирного жилого дома, в техническом плане спорного помещения, также указано, что спорное помещение входит в состав многоквартирного дома.

Доводы ответчика о том, что принадлежащее истцу помещение, является самостоятельным объектом недвижимости, поскольку у многоквартирного дома отсутствует вход в пристроенное нежилое здание со стороны жилого дома и доступ к инженерным сетям, находящимся в помещении, отсутствует, то общего имущества и многоквартирного дома с нежилым помещением не имеется, отклоняются судом, поскольку осуществление кадастрового учета отдельных помещений допускается законодательством, однако не выводит эти помещения из состава здания.

При этом, обособленность как признак помещения представляет собой пространственную характеристику, указывающую на то, что часть здания или сооружения ограничена строительными конструкциями, в то в время, как изолированность является функциональной характеристикой, отражающей то, что помещение имеет самостоятельное назначение, отдельный вход, не используется для доступа в иное помещение, доступа к общему имуществу собственников помещений в здании, инженерным коммуникациям. Поскольку условия договора управления многоквартирным домом устанавливаются одинаковыми для всех собственников помещений в многоквартирном доме, они основаны на законе и не могут быть изменены соглашением сторон в силу специфики правоотношений, ввиду чего заключение договора управления многоквартирным домом с истцом должно осуществляться без изменения условий, а именно: площади нежилого помещения с 828,3 кв.м.

В силу ч. 3 ст. 61 ГПК РФ при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.

Таким образом, доводы истца по настоящему спору о том, что его нежилое помещение изолировано от многоквартирного дома, судом первой инстанции признаны несостоятельными.

Кроме того, иск об обязании ответчика заключить договор управления домом на нежилое помещение инициирован последним самостоятельно, судом требования удовлетворены, в связи с чем, договор, заключенный на основании решения суда сам по себе не может являться ничтожной сделкой.

В соответствии с 2.2. оспариваемого договора управляющая организация по заданию собственника обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме по адресу: 

<

данные изъяты>.

В случае, если ответчик ненадлежащим образом исполняет обязанности по оспариваемому договору истец не лишен возможности обратиться в суд с соответствующими требованиями.

Кроме того, в случае, если истец полагает, что оспариваемый договор расторгнут им в одностороннем порядке, а ответчик с такой позицией не согласен, истец так же не лишен возможности обратиться в суд с соответствующими требованиями.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции, отказал в удовлетворении иска о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде возврата истцу денежных средств в размере 668 548,32 рублей за период с марта 2022 года по май 2024 года.

Судебная коллегия, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы истца, приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого решения, поскольку суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, верно применил нормы материального права и оценил фактические обстоятельства.

Суд первой инстанции установил, что данный договор был заключен во исполнение вступившего в законную силу решения Арбитражного суда 

<

данные изъяты> по делу № А41-5369/19, которым ответчик ООО УК «МИКО» был обязан заключить с истцом договор управления нежилым помещением, входящим в состав многоквартирного дома.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для квалификации данной сделки как мнимой в соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не установлено.

Согласно данной норме мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Правовая конструкция данной нормы закона свидетельствует о том, что для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не собирались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия. Мнимая сделка не порождает правовых последствий, и стороны, заключая такую сделку, не имеют намерений ее исполнять либо требовать исполнения.

Согласно правовой позиции, изложенной в абз. 2 п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

В то же время, установление обстоятельств, которые свидетельствуют о совершении конкретных действий, направленных на создание соответствующих заключенным сделкам правовых последствий (если стороны фактически исполнили или исполняют ее условия), исключает применение пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, сделку фактически не исполняли и исполнять не желали, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Наличие или отсутствие фактических отношений по сделке является юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по делу. Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Следовательно, определение действительной воли, которую имели в виду стороны при заключении мнимой сделки, не требуется. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение гражданских прав и обязанностей является достаточным для квалификации сделки как мнимой.

В данном случае, поскольку заключение договора явилось результатом принуждения со стороны суда, сам факт заключения договора не может свидетельствовать о его мнимости, так как имело место внешнее проявление воли, подкрепленное судебным актом. Более того, истец не представил доказательств полного отсутствия намерения создать правовые последствия. Тот факт, что истец считает, что услуги не оказывались или что помещение изолировано от общего имущества, является основанием для спора о ненадлежащем исполнении или о расторжении договора, а не для оспаривания его мнимости с момента заключения.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, поскольку не было доказано отсутствие намерения сторон создать правовые последствия на момент заключения договора.

В целом, доводы апелляционной жалобы приведены при неправильном толковании вышеуказанных норм права, сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции об обстоятельствах дела и направлены на переоценку доказательств по делу; оснований для оценки доказательств по делу иным образом судебная коллегия не усматривает.

Следует также отметить, что согласно разъяснениям, содержащимся в п. 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

данные изъяты> N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям (ч. 6 ст. 330 ГПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 330 ГПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции также не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями, 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Дмитровского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 

<

данные изъяты>