Дело № 2-904/2019

РЕШЕНИЕ

 

именем Российской Федерации

город Заволжск Ивановской области 16 сентября 2019 г.

Кинешемский городской суд Ивановской области в составе:

председательствующего судьи И. Н. Беляковой

при секретарях Н. Е. Кудряшовой, А. А. Виноградовой,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика ФИО3 - ФИО4 действующей на основании доверенности и ордера, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении постоянного судебного присутствия в г. Заволжске Заволжского района Ивановской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, товариществу собственников жилья «Союз» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился с вышеуказанным иском к ФИО3, мотивируя его тем, что 15 марта 2017 г. произошёл залив принадлежащей ему квартиры по адресу: г. Иваново, 

<

адрес>А. Причиной залива стала течь в вышерасположенной 

<

адрес>-А, возникшая в результате замены крана на стояке горячего водоснабжения. 15 декабря 2017 г. из 

<

адрес>-А вновь произошла промочка по причине срыва слива в ванне. Собственником 

<

адрес>-А является ФИО3, который счёл причиной обеих промочек неисправность общедомового имущества – запорных кранов на отводе от магистрального стояка. Тогда как ТСЖ «Союз» в ответе на запрос указало, что 15 марта 2017 г. промочка произошла по вине ФИО3, по указанию которого приглашённый им слесарь, не являющийся сотрудником ТСЖ, неквалифицированно занимался ремонтными работами и сорвал с резьбы кран на стояке водоснабжения, кроме того, ранее Авижусом были самовольно внесены изменения в стояки водоснабжения с установкой низкокачественной арматуры, что явилось одной из причин протечки; промочка 15 декабря 2017 г. произошла в ванной комнате в результате действий квартиросъёмщика. Согласно акту экспертного исследования, составленному ООО «Ивановское Бюро Экспертизы», куда обратился истец для оценки причинённого ему ущерба, размер ущерба составляет 250370 руб. Также истцу причинены неудобства и переживания, связанные с необходимостью находиться в сырой квартире, что причиняло дискомфорт, вызвало нарушение сна и постоянное чувство подавленности. 

В связи с этим истец просил взыскать с ФИО3 как лица, не исполнившего свои обязательства по надлежащему содержанию принадлежащего ему жилого помещения (в том числе внутриквартирной системы водоснабжения), материальный ущерб в размере 250 370 руб., компенсацию морального вреда в размере 5000 руб., а также судебные расходы в виде оплаты услуг ООО «Ивановское Бюро Экспертизы» в размере 16800 руб., оплаты услуг представителя в размере 30000 руб. и расходов на оплату государственной пошлины в размере 5704 руб. 70 коп.

В ходе рассмотрения дела представитель истца увеличила заявленные исковые требования, ссылаясь на то, что по заключению эксперта стоимость восстановительного ремонта после первой протечки, имевшей место в марте 2017 года, составляет 260956 руб., а после второй, имевшей место в декабре 2017 года, - 253225 руб., полагая, что ответчик Авижус виновен в возникновении обеих протечек, просила взыскать с ответчика ФИО3 стоимость восстановительного ремонта только после второй протечки в размере 253225 руб., компенсацию морального вреда в размере 5000 руб., а также расходы по проведению экспертизы в размере 16800 руб. и 5400 руб., расходы за явку эксперта в судебное заседание в размере 3 600 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 руб. и расходы на оплату государственной пошлины пропорционально удовлетворённым требованиям.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве соответчика было привлечено товарищество собственников жилья «Союз» (далее – ТСЖ «Союз»).

Истец ФИО1 и его представитель в судебном заседании поддержали заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснили, что сразу после фактов протечек ответчик Авижус в устных беседах с истцом признавал свою вину в причинённом последнему ущербе, но не был согласен с его размером, а отвечая на претензию истца, совсем отказался компенсировать ущерб. После первой протечки, имевшей место в марте 2017 года, истец поменял ламинат в гардеробной на половую плитку, провёл антибактериальную обработку одной из стен в гардеробной комнате, где проходят стояки водоснабжения и канализации, покрасил потолок в гардеробной комнате. В настоящее время проживание в квартире истца невозможно из-за появившегося там вследствие промочек грибка, в связи с чем требуется капитальный ремонт квартиры. Из-за этого истец вынужден был проживать на даче и терпеть неудобства, связанные с необходимостью добираться до места работы на расстояние 20 км вместо 500-600 м от его квартиры. Кроме того, в январе-марте 2018 года истец перенёс 

<

данные изъяты>, который он связывает с наличием сырости и грибка в своей квартире. Ответчик Авижус провёл перепланировку в своей квартире, в результате чего ванная комната оказалась частично над коридором, частично над залом квартиры ФИО5. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании не признала заявленные исковые требования, оспаривая вину ответчика в заливе квартиры истца. Указала на то, что в марте 2017 года авария произошла в зоне ответственности ТСЖ «Союз», как владельца общедомового имущества, и в результате неисправности общего имущества многоквартирного жилого дома, его ненадлежащего содержания. Пояснила, что на тот момент Авижус в своей квартире не проживал, но приехал туда и стал проверять наличие воды. Обнаружил, что нет горячей воды. Проверил запорную арматуру на входе в квартиру у счётчиков: кран был открыт. Поскольку на стенде в подъезде отсутствовала информация о том, к кому можно обратиться в таком случае, он обратился к консьержу, та дала номер телефона слесаря. Авижус вызвал этого слесаря, который решил проверить ввод от стояка на лестничной клетке, где находится отвод в квартиру Авижуса от общего стояка, и стал проводить манипуляции с краном, какие именно Авижус не видел. В какой-то момент кран сорвало вместе с куском трубы горячего водоснабжения, обрыв произошёл на резьбе. Потом комендант ФИО11 перекрыл стояк горячего водоснабжения, чтобы прекратить подачу горячего водоснабжения по стояку. Никаких ремонтных работ, в том числе замены крана горячего водоснабжения, силами Авижуса на общем имуществе не проводилось, так как технически это возможно только после отключения общего стояка с ведома ТСЖ. Кран, на котором произошла авария, является первым отключающим устройством, поэтому ответственность за промочку должно нести ТСЖ, как не обеспечившее надлежащее содержание общего имущества. Поскольку после первой промочки ремонт в квартире истца не производился, то на момент второй промочки следы первой не были устранены. В декабре 2017 года в квартире Авижуса проживал ФИО12 В вечернее время его дети принимали ванну. Вернувшись домой, ФИО12 увидел около квартиры Авижуса истца ФИО5, который пояснил, что на потолке его квартиры влажное пятно. Пройдя в квартиру Авижуса, ФИО12 не нашёл воды на полу ванной, однако под самой ванной было влажное пятно, при этом слив в ванне был на месте. На следующий день ФИО12 ходил в квартиру ФИО5 и видел, что пол и стены сухие, особых видимых следов свежей протечки не имелось. Однако были застарелые следы старой протечки. После чего он решил выяснить причину случившейся накануне промочки и обнаружил, что в ванне в квартире Авижуса подтекало соединение от перелива к шлангу. Именно протечке в этом месте соответствовало место повреждения потолка в квартире ФИО5. Других повреждений в ванной комнате Авижуса не имелось. Поэтому последствия, которые могли быть причинены квартире истца в результате промочки в декабре 2017 года, являются незначительными, а поскольку их невозможно разграничить с последствиями первой промочки, от которой пострадали те же помещения (гардеробная, коридор, зал, часть кухни), то нести ответственность и за вторую промочку Авижус не может. 

Представитель ответчика ФИО3 указала на то, что:

акты о промочках не соответствуют предъявляемым требованиям, поскольку составлены несвоевременно, в отсутствие ФИО3 и не содержат описания и оценки повреждений;

акты экспертного исследования, составленные ООО «Ивановское Бюро Экспертизы» 19 декабря 2018 г. и 16 июля 2019 г., не являются надлежащим доказательством ущерба, так как: составлены на основании ненадлежащих актов осмотра; не имеют полной информации о том, какие помещения пострадали и какие материалы использованы; последний акт был составлен уже в ходе судебного разбирательства, но эксперт не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; эксперт ФИО16 не является специалистом-оценщиком, а её заключение не соответствует закону «Об оценочной деятельности»; в акте экспертного исследования есть ссылки на одни методические пособия, а в судебном заседании эксперт пояснила, что использовала другие методики; стоимость восстановительного ремонта первоначально указана в ценах 2017 года, а впоследствии изменена на цены 2019 года, при том, что ущерб причинён в течение 2017 года; относительно ремонта пола в гардеробной эксперт указывает демонтаж покрытия из ламината, тогда как в 2017 году истец заменил пол в гардеробной на плитку; в акте эксперт ссылается на дизайн-проект квартиры ФИО5, однако доказательств того, что ремонт был сделан в соответствии с этим дизайн-проектом, не имеется; 

требование истца о компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению, поскольку вытекает из требований имущественного характера, тогда как в таком случае компенсация морального вреда не предусмотрена, при том, что причинно-следственная связи между промочками и вредом здоровью истцом не доказана;

судебные расходы, связанные с оплатой эксперту, не могут возмещаться на счёт Авижуса, так как акты экспертного исследования не могут быть положены в основу решения суда;

расходы на оплату услуг представителя являются завышенными и не соответствуют требованиям разумности.

Представитель ответчика ТСЖ «Союз» в судебном заседании не признал заявленные исковые требования по основаниям, изложенным в письменном отзыве, из которого следует, что причиной промочки, имевшей место в квартире истца 15 марта 2017 г., явилась не замена крана на стояке горячего водоснабжения в 

<

адрес>-А (поскольку это невозможно при заполненном водой стояке). Ссылался на то, что до 15 марта 2017 г. ФИО3 не обращался в ТСЖ «Союз» с какими-либо заявлениями по поводу неисправности стояков и запорной арматуры, к которой подключена внутриквартирная водопроводная сеть. Периодический осмотр общедомовых коммуникаций, проводившийся ранее, не выявил каких-либо проблем с запорной арматурой и стояками в 

<

адрес>-А. Необходимость в проведении каких-либо ремонтных работ на общедомовых коммуникациях отсутствовала. Около 13 часов 15 марта 2017 г. коменданту здания ФИО11 сообщили, что в 

<

адрес>-А произошла авария на водопроводе. Прибыв в 

<

адрес>-А, он (ФИО11) обнаружил там собственника квартиры Авижуса и мужчину, представившегося сантехником и попросившим перекрыть стояк водоснабжения, так как возникла течь, которую он не может устранить без полного перекрытия стояка. Причину произошедшего сантехник не уточнил. Рядом с коробом, в котором находятся стояки, на полу была вода в незначительном количестве. Перекрыв стояк горячего водоснабжения, комендант сообщил об аварии председателю правления ТСЖ «Союз» ФИО13 На месте аварии ФИО13 выяснил, что протечка произошла по вине сантехника и собственника 

<

адрес>-А, который ранее произвёл незаконную перепланировку, в результате которой квартира общей площадью 252 кв. м была разделена на две части, а для учёта раздельного потребления горячей и холодной воды после основных вводных кранов были сделаны ответвления с отдельными запорными кранами и счётчиками расходы воды. Поэтому вместо двух отводных вентилей стало шесть. Полагает, что приглашённый Авижусом сантехник из-за неудобного доступа к вентилю при закрытии крана горячей воды приложил слишком большое усилие, нарушившее герметичность соединения. А после возникновения течи не открыл внутриквартирные краны горячей воды, что резко снизило бы давление воды на аварийном участке и уменьшило бы течь, не вызвав значительной промочки до момента отключения стояка. Когда он (ФИО13) пришёл на место аварии, стояк был отключён, все краны были на месте, визуально повреждение нельзя было определить. Со слов коменданта ему известно, что тот не видел отвалившихся кранов. Если бы сорвало кран со стояка горячей воды, то струя воды с температурой 70 градусов при давлении 10-12 атмосфер хлестала бы на 10-20 м до противоположной стены, и затопило бы весь дом, а присутствовавший там сантехник получил бы ожоги. Кроме того, из представленных в материалы дела фотографий видно, что какого-либо вмешательства на кране горячей воды не было, а на кране полотенцесушителя видны следы свежей подводки. Поэтому версия о срыве крана горячей воды неправодоподобна. 

Указал на то, что ранее Авижус обращался к коменданту в их доме, и не был лишён возможности вновь обратиться к нему. На то, что Авижус по собственному усмотрению закрыл стояки водоснабжения в короб с небольшим смотровым окном, а металлические гильзы, в которые вставлены стояки водоснабжения, залил бетоном, вследствие чего попавшая в пустоты плит перекрытия вода разлилась на большой площади, вместо того, чтобы стечь по этим гильзам. После аварии запорный кран не менялся и до сих пор работоспособен.

В письменном пояснении представитель ТСЖ «Союз» указал, что краны полотенцесушителя установлены собственником без разрешения ТСЖ во время проведения незаконной перепланировки квартиры. О незаконности этого подключения собственник неоднократно уведомлялся, однако не предпринял мер по устранению данного нарушения. На вводных кранах горячей и холодной воды, а также на внутриквартирных кранах на отводе горячего и холодного водоснабжения в 

<

адрес>-А, находящихся в зоне ответственности ТСЖ, не обнаружено каких-либо следов ремонта, а со стороны ФИО3 не поступало претензий по поводу их работоспособности. В связи с чем представитель ТСЖ «Союз» полагает, что протечка произошла в результате манипуляций с незаконно установленным краном полотенцесушителя, сторонним лицом, приглашённым Авижусом, и ТСЖ «Союз» не должно нести ответственности за протечку, произошедшую в результате этих действий.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО12, будучи извещённым о месте и времени судебного заседания, в суд не явился, будучи ранее допрошенным в судебном заседании в качестве свидетеля, показал, что снимает у Авижуса 

<

адрес> в г. Иваново с мая 2017 года. В один из дней он (ФИО12) вернулся в эту квартиру около 23 часов и увидел соседа с нижнего этажа ФИО5 и коменданта дома, которые сообщили, что они (И-вы) промочили соседей снизу. Его (ФИО12) жена рассказала, что дети искупались и легли спать, а потом пришли ФИО5 и комендант. Они (ФИО12, ФИО5 и комендант) прошли в ванную комнату. Там было сухо. Под ванной он (ФИО12) увидел следы сырости на площади около 0,5 кв. метра. Определив, что угрозы дальнейшей протечки нет, все разошлись. Он спустил воду из ванны, вынув пробку, слив был исправен, а пол в ванной сухой. Коммуникации к ванной заделаны в полу, слив входит в отвод в канализацию. Они замурованы в стену. На следующее утро он (ФИО12) наполнил ванну водой и увидел, что на верхнем переливе не до конца затянута резьба и там подкапывает. Считает, что от этого и натекло пятно воды, но её было не более 3 литров. Он (ФИО12) затянул резьбу. До этого они ванну не наполняли, принимали душ. Он спустился в квартиру ФИО5, но дальше коридора не проходил. ФИО5 сказал, что следы от протечки заметили в коридоре. При этом пол был сухой, на стенах на обоях были следы от прежней протечки. ФИО5 сказал, что так как не были устранены последствия первой протечки, все вопросы он будет решать с Авижусом. Позднее он (ФИО12) взял у вахтера телефон слесаря, который выполнял работы у ФИО3, и узнал у того, что когда его вызвал Авижус, в квартире не было воды, что перекрыли поступление воды, произошёл обрыв резьбы на кране на магистральном стояке, скорее всего холодной воды.

Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав представленные сторонами письменные доказательства и оценив эти доказательства с учётом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности, как в отдельности, так и их взаимной связи, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что ФИО1 является собственником 

<

адрес>-А, расположенной на 7 этаже в 

<

адрес> г. Иваново, общей площадью 121,1 кв. м, состоящей из прихожей, гардероба, санузла, кухни-столовой, двух жилых комнат, коридора и гостиной (т. 1 л. 

<

...>).

Собственником 

<

адрес>-А, расположенной на 8 этаже этого же дома, является ФИО3 (т. 1 л. 

<

...>). Из технического паспорта 

<

адрес>-А в 

<

адрес> г. Иваново, составленного по состоянию на 15 марта 2005 г., усматривается, что общая площадь этого жилого помещения составляет 103,9 кв. м, квартира состоит из прихожей, гостиной, двух жилых комнат, кухни, санузла и коридора. В техническом паспорте имеется перечёркнутая запись от 15 марта 2005 г. о том, что раздел 

<

адрес> на две отдельные квартиры №

<

адрес> и 

<

адрес> произведён без разрешения, а также запись о приказе № 213/1-а от 30 августа 2015 г. и акте приёмки от 25 августа 2005 г., заверенная печатью органа БТИ (т. 1 л. д. 230-235). 

Техническое обслуживание, содержание и ремонт общего имущества в многоквартирном доме по указанному адресу осуществляет ТСЖ «Союз» (т. 1 л. д. 24-29).

15 марта 2017 г. при возвращении домой около 13 ч. ФИО1 на 7 этаже обнаружил протечку горячей воды сверху, а затем и в своей квартире. Комендант ФИО6 пояснил, что собственник 

<

адрес>-А ФИО3 при ремонте крана на стояке горячей воды (СТ 3-2) приглашённым им слесарем допустил обрыв крана в 

<

адрес>-А, вследствие чего произошла протечка в 

<

адрес>-А, расположенную на 7 этаже, а также 6 и 5 этажи. Вода стекала по стенам в гардеробной комнате и коридоре, по встроенной мебели в гардеробной комнате, из потолочных светильников гардеробной и коридора. В 

<

адрес>-А были залиты гардеробная, коридор, зал, часть кухни. Указанные обстоятельства отражены в акте без даты (т. 1 л. д. 9).

В аналогичном акте, составленном комиссией в составе коменданта ФИО6, в присутствии собственника 

<

адрес> ФИО1, свидетелей протечки ФИО7 и Н. В., отражено, что 15 декабря 2017 г. около 22 ч. 45 мин. из 

<

адрес>-А собственника ФИО3 (8 этаж) произошла протечка воды в 

<

адрес>-А (7 этаж). Выявлено, что в 

<

адрес>-А был сорван слив ванной, вследствие чего и произошла протечка. Вода текла по стенам коридора и гардеробной, из потолочных светильников коридора и гардеробной. Водой затоплены и повреждены ламинат импортного производства в коридоре и гардеробной комнате, обои импортного производства на стенах в коридоре и гардеробной (т. 1 л. д. 11). 

Из пояснений представителя ТСЖ «Союз» следует, что вышеуказанные акты были составлены на следующий день после протечек, имевших место 15 марта 2017 г. и 15 декабря 2017 г. соответственно, в рукописном варианте, а впоследствии перепечатаны на бланках актов, датированных 2018 годом. Пригласить собственника квартиры 24-А Авижуса для составления этих актов не представилось возможным, так как тот не проживает в этой квартире.

25 января 2019 г. истец направил ответчику претензию, предложив в срок до 1 марта 2019 г. возместить ему ущерб, причинённый вследствие затопления квартиры, в размере 250370 руб., приложив копию акта экспертного исследования от 19 декабря 2018 г. (т. 1 л. д. 12).

В ответ на эту претензию 28 февраля 2019 г. ФИО3 сообщил, что причиной протечки, в результате которой пострадало имущество ФИО1, стала неисправность общедомового имущества – запорного крана на отводе от магистрального стояка, ответственность за техническое состояние которого несёт ТСЖ, и предложил адресовать все претензии в ТСЖ (т. 1 л. д. 13).

В ответ на обращение ФИО1 от 18 марта 2019 г. о причинах промочек его квартиры (т. 1 л. д. 14) председатель правления ТСЖ «Союз» сообщил, что 15 марта 2017 г. протечка произошла по вине собственника 

<

адрес>-А ФИО3, по указанию которого приглашённый им слесарь, не являющийся работником ТСЖ «Союз», неквалифицированно занимался ремонтными работами и сорвал с резьбы вводной кран на стояке водоснабжения, не уведомив коменданта ТСЖ о предполагаемых работах на общедомовом оборудовании. Кроме того, указал, что ранее собственником 

<

адрес>-А были самовольно внесены изменения в стояки водоснабжения с установкой низкокачественной запорной арматуры, что явилось одной из причин протечки. 15 декабря 2017 г. протечка в ванной комнате 

<

адрес>-А произошла в результате действий квартиросъёмщиков (т. 1 л. д. 15).

Свидетель ФИО6 в судебном заседании показал, что в один из дней в марте 2017 года ему поступил звонок о том, что в районе квартиры ФИО5 есть проблема. Выяснилось, что на 8 этаже около люка размером приблизительно 30 на 40 см, за которым находились стояки, был мужчина, не являющийся сотрудником ТСЖ «Союз», занятый устранением неполадки, связанной с течью воды. При этом пол был покрыт слоем воды толщиной 1-1,5 см на площади около 12 кв. метров. Но струй воды он не видел. По словам этого мужчины он (ФИО11) понял, что этого мужчину пригласил Авижус. Он (ФИО11) ушёл перекрывать стояк, скорее всего, горячей воды. Вернулся через 10-15 минут и договорился с этим мужчиной, что тот позвонит, когда закончит ремонт, чтобы он (ФИО11) подключил стояк. Через час этот мужчина позвонил и попросил подключить стояк. До этого с заявкой о ремонте Авижус к нему (ФИО11) не обращался, также как и какими-либо жалобами, отключить стояк не просил. Сотрудники ТСЖ периодически проводят осмотр всех коммуникаций в доме. В его (ФИО11) обязанности входит снятие значений приборов учёта, выполнение ремонта, не требующего никакой квалификации (например, засор канализации), уборка снега с крыши в зимнее время, ежедневный осмотр общедоступных коммуникаций (системы отопления, котельной). По поводу декабрьской протечки пояснил, что по звонку ФИО5 поздно вечером он (ФИО11) зашёл к нему в квартиру и увидел, что в коридоре напротив гардеробной комнаты и санузла с потолочных точечных светильников и по стенам стекали струйки воды, в гардеробной пол был мокрый. По месту расположений протечки поняли, что её источник должен находиться в районе ванной квартиры сверху. Но там на полу было сухо, под ванну попасть было невозможно, так как она обита пластиком. На следующий день по приглашению ФИО5 он снова пришёл в квартиру ФИО5, чтобы составить акт о промочке. Там были ещё два незнакомых ему человека, один из них – женщина по имени Наташа. Акт был написан от руки, в нём зафиксировали само событие протечки.

В соответствии с должностной инструкцией коменданта ТСЖ «Союз», утверждённой 15 января 2015 г., основной задачей коменданта является осуществление контроля над техническим состоянием и эксплуатацией недвижимого имущества помещений жилого многоквартирного дома, среди его обязанностей: периодический контроль состояний конструкций, инженерного и иного оборудования здания, сообщать домовладельцам адреса эксплуатационных организаций, куда они могут обратиться в случае возникновения аварийных ситуаций, при этом комендант имеет право принимать самостоятельные решения при возникновении аварийных, чрезвычайных и иных ситуаций, составлять акты о последствиях аварийных ситуаций (т. 1 л. д. 236).

Из пояснительной записки ФИО6, адресованной председателю ТСЖ «Союз», следует, что 15 марта 2017 г. около 13 часов ему сообщили о протечке воды у квартиры, принадлежащей ФИО3 Прибыв на место аварии, он (ФИО11) увидел мужчину (сантехника), который занимался ремонтом и пытался остановить протечку. Он (ФИО11) отправился перекрывать стояк. Вернувшись через 10-15 мин., увидел того же сантехника, который устранял причину аварии. Через некоторое время сантехник обратился к нему (ФИО11) с просьбой подключить стояк. Авижус не обращался в ТСЖ по поводу ремонта стояков и отводов водоснабжения (т. 1 л. д. 215).

Свидетель ФИО8 в судебном заседании показала, что в декабре 2017 года С-ны пришли к ним (ФИО14 и её мужу) в гости, потом они (Я-вы) пошли тех провожать, зашли в квартиру к ФИО5 и прямо недалеко от входа обнаружили воду на полу. Вода текла в коридоре с потолка и по стене, капала с ламп на потолке в прихожей. В гардеробной тоже текло по стене, и на полу была вода. Они стали её собирать с помощью тряпок, полотенец. Ведра три собрали, воды на полу стало меньше. Оказав помощь, они ушли домой, а ФИО5 пошёл к коменданту. На следующий день по приглашению ФИО5 они пришли, чтобы участвовать в составлении акта, подтверждающего промочку. На этот момент в коридоре со светильников ещё капало в подставленное ведро. Было видно, что ламинат вспух, и между досками образовались щели, в гардеробной на стене отошли обои и свисали кусками по 15-20 см. Ей (ФИО14) известно и о другой промочке в квартире С-ных, которая была в гардеробной, но на другой стороне, вода текла на дальней стене и из-за этого испортилось много одежды. Кроме стены мокрыми были пол и потолок, после чего ламинат вздулся, и С-ны его меняли.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании показал, что летом 2017 года, в июне или июле, он по просьбе ФИО5 производил ремонт в его квартире в 

<

адрес> в г. Иваново, потому что после промочки в гардеробной комнате там вздулся ламинат, отошли обои на стенах и потолке. Он (Храбровский) с согласия ФИО5 полностью заменил ламинат на кафельную плитку, поклеил новые обои. Кроме того, поменял обои в коридоре, потому что они там тоже отошли. Причину повреждений в коридоре и гардеробной ФИО5 объяснил промочкой соседями сверху. Материалы для ремонта покупал сам ФИО5, при этом обои по цвету были похожи на те, что имелись раньше, отличались только рисунком. 

В соответствии с договором от 15 июля 2017 г., заключённым между ФИО1 и ФИО9, последний обязался выполнить ремонт квартиры по адресу: г. Иваново, 

<

адрес>-А в срок с 15 июля по 15 августа 2017 г. (т. 1 л. д. 224-226).

Из представленного истцом товарного чека от 20 июля 2017 г. усматривается, что у индивидуального предпринимателя ФИО10 были приобретены плитка напольная, плиточный клей и краска всего на сумму 13820 руб. (т. 1 л. д. 223).

В силу положений ст. 161 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме, или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, постоянную готовность инженерных коммуникаций и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к предоставлению коммунальных услуг (далее - обеспечение готовности инженерных систем). При управлении многоквартирным домом товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом указанные товарищество или кооператив несут ответственность за содержание общего имущества в данном доме в соответствии с требованиями технических регламентов и установленных Правительством Российской Федерации правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, за предоставление коммунальных услуг в зависимости от уровня благоустройства данного дома, качество которых должно соответствовать требованиям установленных Правительством Российской Федерации правил предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домах, или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, за обеспечение готовности инженерных систем.

В соответствии с ч. 1 ст. 36 ЖК РФ, пп. «д» п. 2 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утверждённых постановлением Правительства РФ 13 августа 2006 г. № 491 (далее – Правила № 491), санитарно-техническое оборудование, находящееся в данном доме внутри помещений и обслуживающее более одного помещения, включается в состав общего имущества жилого многоквартирного дома.

В состав общего имущества включаются внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учёта холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях (п. 5 Правил № 491).

Согласно п.п. «а», «б» п. 10 Правил № 491 общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства РФ в состоянии, обеспечивающем: соблюдение характеристик надёжности и безопасности многоквартирного дома; безопасность для жизни и здоровья граждан, сохранность имущества физических и юридических лиц; постоянную готовность инженерных коммуникаций, приборов учёта и другого оборудования, входящих в состав общего имущества, для предоставления коммунальных услуг (подачи коммунальных ресурсов) гражданам, проживающим в многоквартирном доме, в соответствии с Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов.

В силу п. 41 Правил № 491 собственники помещений несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Проанализировав представленные доказательства, суд считает доказанным тот факт, что 15 марта 2017 г. и 15 декабря 2017 г. принадлежащая истцу ФИО5 квартира подверглась промочкам. Это обстоятельство, по сути, не оспаривалось ответчиками и подтверждается, как пояснениями сторон, третьего лица ФИО12 и показаниями свидетелей ФИО11, ФИО14, Храбровского, так и представленными истцом актами о фактах и последствиях промочек от 15 марта и 15 декабря 2017 г.

С учётом пояснений истца об обстоятельствах составления этих актов, показаний свидетеля ФИО11 о том, что акты о промочках составлялись на следующий день после самих промочек, показаний свидетеля ФИО8, присутствовавшей в квартире ФИО5 15 декабря 2017 г., когда случилась вторая промочка, и участвовавшей на следующий день в составлении акта о промочке, пояснений представителя ТСЖ «Союз» Победимского о том, что акты о промочках, которые изначально были написаны комендантом ФИО11 собственноручно, после обращения ФИО5 в 2018 году по вопросу выдачи ему этих актов были перепечатаны на бланках 2018 года, а также с учётом должностной инструкции коменданта ТСЖ «Союз», предусматривающей право составлять акты о последствиях аварийных ситуаций, суд приходит к выводу том, что вышеуказанные акты являются допустимыми доказательствами. 

Как следует из пояснений представителя ТСЖ «Союз» Победимского, Авижус не присутствовал при составлении этих актов, так как не проживает в принадлежащей ему квартире, поэтому обеспечить его участие в составлении этих актов не представилось возможным.

В соответствии с п. 152 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 6 мая 2011 г. N 354, в случае причинения исполнителем ущерба жизни, здоровью и (или) имуществу потребителя, общему имуществу собственников помещений в многоквартирном доме исполнитель и потребитель (или его представитель) составляют и подписывают акт о причинении ущерба жизни, здоровью и имуществу потребителя, общему имуществу собственников помещений в многоквартирном доме, содержащий описание причинённого ущерба и обстоятельств, при которых такой ущерб был причинён.

Вопреки утверждению представителя ответчика Авижуса, вышеназванные акты содержат в себе указание на то, какие помещения квартиры истца подверглись затоплению и какие элементы отделки повреждены, тогда как оценка повреждений не относится к компетенции лиц, составляющих подобные акты.

Совокупность вышеприведённых доказательств, непротиворечивых и взаимодополняемых, позволяет суду прийти к выводу о том, что факт промочек его 

<

адрес> марта и 15 декабря 2017 г. истцом доказан. 

По мнению истца, вина в причинении ущерба его квартире как от промочки, имевшей место 15 марта 2017 г., так и от промочки, имевшей место 15 декабря 2017 г., лежит на ответчике Авижусе как на собственнике вышерасположенной 

<

адрес>-А. Аналогичная позиция высказана представителем ответчика ТСЖ «Союз».

Представитель ответчика Авижуса в судебном заседании указала на то, что в марте 2017 года авария произошла в зоне ответственности ТСЖ «Союз», как владельца общедомового имущества, и в результате неисправности общего имущества многоквартирного жилого дома, его ненадлежащего содержания.

После предъявления представителем ТСЖ «Союз» фотографий места аварии (т. 1 л. д. 214) представитель ФИО3 пояснила, что, со слов Авижуса, ей известно, что авария произошла на кране, обозначенном на фотографии как 1-ГВ, в месте соединения крана с ответвлением от стояка. 

В ходе рассмотрения дела представитель ТСЖ «Союз» заявил, что кран, обозначенный на фотографиях под № 1 (т. 2 л. д. 123-126), является краном полотенцесушителя, который Авижус установил незаконно.

С учётом доводов о том, что срыв крана со стояка горячей воды повлёк бы утечку воды в больших объёмах, а присутствовавший при этом сантехник получил бы ожоги, принимая во внимание представленные в материалы дела фотографии места аварии, суд соглашается с мнением представителя ТСЖ «Союз» о том, что 15 марта 2017 г. авария в квартире Авижуса произошла на кране полотенцесушителя. 

Вместе с тем, суд соглашается с доводом представителя Авижуса о том, что доказательств самовольной установки Авижусом крана на полотенцесушителе, на что ссылался представитель ТСЖ «Союз», в материалы дела не представлено. Такими доказательствами могли стать схема системы водоснабжения в доме, какие-либо требования и предписания в адрес Авижуса относительно самовольных врезок, однако таких документов представитель ТСЖ «Союз» суду не направил.

Несмотря на то, что ответчиком ТСЖ «Союз» не доказано, что авария произошла не на общедомовом имуществе, суд приходит к убеждению в том, что вина в этой аварии лежит на ответчике Авижусе, поскольку к повреждению крана, повлекшего протечку воды, привели действия лица, привлечённого Авижусом для ремонта системы водоснабжения. При этом судом учитывается, что, как следует из пояснений представителя ТСЖ «Союз», ранее Авижус обращался к коменданту в их доме, и не был лишён возможности вновь обратиться к нему при возникновении проблем с водоснабжением; в соответствии с должностной инструкцией у коменданта дома есть право сообщать домовладельцам адреса эксплуатационных организаций, куда они могут обратиться в случае возникновения аварийных ситуаций; действуя добросовестно и осмотрительно, Авижус должен был обратиться к коменданту с целью слива стояка водоснабжения до проведения каких-либо работ на нём; актом осмотра оборудования от 20 февраля 2017 г. подтверждается, что комиссия в составе ФИО13 и ФИО6 произвела осмотр стояков холодного и горячего водоснабжения, запорной арматуры в ряде квартир, включая 

<

адрес>-А в 

<

адрес> в г. Иваново (т. 1 л. д. 216).

С учётом сказанного довод представителя ответчика Авижуса о том, что кандидатура приглашённого Авижусом слесаря была предложена консьержем дома, отвергается судом. 

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что ТСЖ «Союз» исполнил возложенную на него обязанность по надлежащему содержанию и обслуживанию общедомового имущества, следовательно, у суда не имеется оснований для вывода о виновности ТСЖ «Союз» в возникновении аварии, приведшей к заливу квартиры истца 15 марта 2017 г.

Представитель ответчика Авижуса не оспаривала, что 15 декабря 2017 г. промочка квартиры ФИО5 произошла из-за срыва сливного шланга на ванне, находящейся в квартире Авижуса. Исходя из пояснений истца и его представителя, пояснений ФИО12, снимавшего квартиру у Авижуса на момент аварии, показаний свидетелей ФИО11 и ФИО14 об обстоятельствах промочки, имевшей место 15 декабря 2017 г., у суда отсутствуют основания сомневаться в виновности ответчика Авижуса в причинении вреда квартире истца от этой промочки, так как оборудование ванны не относится к общему имуществу многоквартирного дома, расположено после первых запорно-регулировочных кранов, расположенных на стояке, установлено собственником квартиры самостоятельно и находится в зоне ответственности ответчика Авижуса, как собственника жилого помещения, в котором установлена ванна.

Таким образом, оснований для возложения обязанности по возмещению ущерба от промочек квартиры Сусина на ТСЖ «Союз» не имеется, следовательно, в удовлетворении требований к ТСЖ «Союз» должно быть отказано.

В соответствии с положениями ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В ч. 1 ст. 1064 ГК РФ определено, что вред, причинённый имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Из акта экспертного исследования, составленного ООО «Ивановское Бюро Экспертизы» 19 декабря 2018 г., следует, что стоимость восстановительного ремонта по устранению ущерба, причинённого отделке 

<

адрес> г. Иваново, согласно актов залития от 15 марта 2017 г. и 15 декабря 2017 г. и зафиксированного при осмотре эксперта 12 декабря 2017 г., с учётом сохранения интерьерного решения в ценах 4 квартала 2017 года составит 250 370 руб. (т. 1 л. д. 30-64). 

Дизайн-проектом, составленным ООО «Дизайн студия «Стиль Жизни» в 2006 году, подтверждается, что высота помещений в квартире ФИО5 составляет 3 м. В соответствии с тем же дизайн-проектом полы во всех помещениях квартиры выполнены из одного и того же ламината с использованием в некоторых помещениях сочетания ламината с другими материалами (т. 1 л. д. 97-185).

Согласно акту экспертного исследования ООО «Ивановское Бюро Экспертизы» от 16 июля 2019 г. № 168/19 стоимость восстановительного ремонта по устранению ущерба, причинённого отделке 

<

адрес> г. Иваново, согласно акта залития от 15 марта 2017 г. и зафиксированного при осмотре эксперта 12 декабря 2018 г., с учётом сохранения интерьерного решения, в ценах 2 квартала 2019 года составляет 260965 руб. Стоимость восстановительного ремонта по устранению ущерба, причинённого отделке 

<

адрес> г. Иваново, согласно акта залития от 15 декабря 2017 г. и зафиксированного при осмотре эксперта 12 декабря 2018 г., с учётом сохранения интерьерного решения, в ценах 2 квартала 2019 года составляет 253225 руб. (т. 2 л. 

<

...>).

Представителем ответчика Авижуса представлена рецензия на акт экспертного исследования от 16 июля 2019 г. № 168/19, в которой указано, что:

рецензируемый акт определил стоимость ремонтно-восстановительных работ, поэтому составивший его эксперт выполнял оценочную деятельность и должен был руководствоваться Федеральным законом от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности», а итоговым документом, составленным по результатам определения стоимости объекта оценки, является отчёт об оценке объекта оценки, следовательно, рецензируемый акт противоречит закону «Об оценочной деятельности»;

поставленный перед экспертной организацией вопрос и полученный ответ не содержат указания на вид полученной стоимости;

эксперт ФИО16 не является членом СРО, не имеет застрахованной ответственности и получил соответствующий квалификационный сертификат, подтвердив свою квалификацию, следовательно, эксперт вышел за пределы своей компетенции;

рецензируемый акт имеет ссылки на исходные данные для исследования, однако копии документов, содержащих эти исходные данные, сам акт не содержит, что делает выводы эксперта непроверяемыми;

указанный в акте объект исследования - смета № 1 в акте экспертного исследования № 320/18 – не представлен среди исходных данных и не соответствует поставленному перед экспертом вопросу;

приложенные к акту фотографии гардеробной не содержат указанных в акте повреждений обоев на потолке, следовательно, необходимость смены обоев является необоснованной;

приложенные к акту фотографии коридора не позволяют определить степень повреждений, а едва различимое расхождение на стыках обоев может быть следствием некачественной наклейки, и не может являться основанием для замены обоев; изменение цвета на фотоматериалах является неподтверждённым, указание на необходимость антибактериальной обработки является необоснованным;

приложенные к акту фотографии зала не позволяют определить степень и наличие повреждений ламината;

ламинат является таким покрытием, которое позволяет производить замену части повреждённых деталей без замены всей поверхности, поэтому смена ламината по всей площади квартиры является необоснованной;

в приложениях 2-8 «Локальный сметный расчёт» учтены затраты, которые по факту не будут произведены, в частности, подъёмники одномачтовые и трудозатраты машинистов, а также затраты, которые по факту производятся параллельно, в частности использование автомобилей, так как не будет использоваться автомобиль для перевозки каждой составляющей сметы, поэтому локальная смета является необоснованной и завышает фактическую стоимость работ;

в приложении 2 «Локальная смета № 1» по графе «количество единиц/общее» указано, что снятие обоев происходит с площади 0,042, а поклейка – 0,235, поэтому документ вводит в заблуждение и содержит противоречия;

приложение 2 «Локальная смета № 1» не содержит пояснений, ссылок на документы или обоснований, почему составитель берёт ту или иную расценку, тот или иной разряд работы или объём производимых работ, в результате расчёт является непроверяемым, а выводы – необоснованными. 

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО16, будучи предупреждённой об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, показала, что, проводя экспертное исследование на предмет определения стоимости ремонтно-восстановительных работ в квартире истца, она, при наличии удостоверения эксперта, действовала как эксперт, а не специалист-оценщик, поэтому руководствовалась законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», провела строительно-техническую экспертизу, по результатам которой составила акт экспертного исследования. При этом руководствовалась Методикой исследования объектов судебной строительно-технической экспертизы: оконных заполнений из ПВХ; квартир, повреждённых заливом (пожаром); межевых границ земельных участков. Определила стоимость восстановительного ремонта квартиры, применяя сметный метод как один из видов затратного метода. Она изучила указанные в акте экспертного исследования исходные данные, но не стала прикладывать копии этих документов к акту, так как эти же копии прикладывают к иску. Копию сметы № 1, находящуюся в акте экспертного исследования № 320/18, она также не стала прикладывать к акту от 16 июля 2019 г. № 168/19, потому что сам акт № 168/19 уже имеется в материалах дела. Все зафиксированные в акте экспертного исследования повреждения она наблюдала в ходе осмотра квартиры ФИО5 в декабре 2018 года, когда сделала около 200 фотографий, из них только часть была помещена в качестве приложения к акту. Имеющееся потемнение обоев не может быть следствием некачественной наклейки, так как в квартире истца произведён высококачественный ремонт по дизайн-проекту. В соответствии с применяемой методикой выявленные повреждения являются основанием для полной замены обоев на стенах и потолке в целях сохранения эстетического вида помещения. Антибактериальная обработка также обязательна, так как предусмотрена технологией производства строительных работ. Замена напольного покрытия в виде ламината невозможна отдельными досками, тем более, что найти марку ламината, ранее установленного в квартире ФИО5, сейчас уже невозможно. Чтобы не пострадал дизайн квартиры необходимо произвести замену ламината по всей площади квартиры, при этом собственник вправе самостоятельно определять в какой части ему сохранять дизайн, а в какой – нет. При составлении сметы использовалась лицензионная компьютерная программа «Smeta Wizard» и государственные сметные нормативы. Под сметной нормой рассматривается совокупность ресурсов (затрат труда работников строительства, времени работы строительных машин, потребности в материалах, изделиях и конструкциях и т.п.), установленная на принятый измеритель строительных, монтажных или других работ. Главной функцией сметных норм является определение нормативного количества ресурсов, минимально необходимых и достаточных для выполнения соответствующего вида работ, как основы для последующего перехода к стоимостным показателям. Учитывая, что сметные нормативы разрабатываются на основе принципа усреднения с минимизацией расхода всех необходимых ресурсов, следует учитывать, что нормативы в сторону их уменьшения не корректируются. Поэтому в смете фигурируют подъёмники и автомобили на каждое помещение отдельно пропорционально объёму производимых работ. В приложении 2 «Локальная смета № 1» по графе «количество единиц/общее» указано, что снятие обоев происходит с площади 0,042, а поклейка – 0,235, потому что площадь 0,042 – это площадь потолка, для которого предусмотрена отдельно снятие обоев и отдельно оклейка, а площадь 0,235 – это площадь стен, для которых предусмотрена смена обоев. Все объёмы работ взяты в соответствии с техническим планом квартиры, а расценки и нормативы – из указанных в акте экспертного исследования государственных элементных сметных норм. Таким образом, при составлении акта использовались расценки, а не производилась оценка, тогда как рецензия на акт экспертного исследования дана лицом, имеющим базовое образование по специальности «менеджмент» и прошедшим повышение квалификации как оценщик, который проводит сравнение объектов оценки, имеющихся на рынке.

Изучив акты экспертного исследования, рецензию на акт от 19 июля 2019 г., допросив эксперта ФИО16, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 29 июля 1998 г. N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" настоящий Федеральный закон определяет правовые основы регулирования оценочной деятельности в отношении объектов оценки, принадлежащих Российской Федерации, субъектам Российской Федерации или муниципальным образованиям, физическим лицам и юридическим лицам, для целей совершения сделок с объектами оценки.

В соответствии с п. 3 ст. 393 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, - в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

С учётом этой нормы доводы представителя Авижуса о необоснованности расчёта стоимости восстановительного ремонта в ценах 2 квартала 2019 года, как это сделано экспертом ООО «Ивановское Бюро Экспертизы», и необходимости учёта цен, имевшихся на момент причинения вреда, противоречит действующему законодательству.

Допросив эксперта ФИО16 и оценивая составленный ею акт экспертного исследования, сравнивая его соответствие поставленным вопросам, определяя полноту этого документа, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, учитывая, что этот акт отражает объём повреждений, причинённых в результате залива квартиры истца, содержит описание используемой научной и нормативной литературы, базируется на общепризнанных методиках исследования, выводы эксперта основаны на исследовании представленных материалов, а также осмотре повреждённого жилого помещения, содержит необходимый фотоматериал, суд приходит к выводу, что данный акт в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, поскольку не противоречит материалам дела, экспертом даны мотивированные ответы на поставленные перед ним вопросы. Учитывая изложенное, суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность данного акта экспертного исследования.

Указанный акт составлен экспертом ООО «Ивановское Бюро Экспертизы», имеющим высшее образование, квалификацию – инженер-строитель, стаж работы по специальности 36 лет, профессиональный сертификат специалиста высшей категории в области ценообразования и сметного нормирования в строительстве, дипломы о профессиональной переподготовке, и отвечающим требованиям ст. 41 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ". Эксперт ФИО16, в силу принципа независимости, самостоятельна в выборе метода, средств и методик экспертного исследования, при том, что ООО «Ивановское Бюро Экспертизы» имеет сертификат соответствия, выданный НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов» в январе 2018 года. 

Оценив предоставленное истцом доказательство стоимости восстановительного ремонта его квартиры в совокупности с другими доказательствами, суд приходит к выводу об отсутствии оснований сомневаться в его правильности и обоснованности. В связи с этим не могут быть приняты во внимание изложенные в рецензии доводы относительно необоснованности и недостоверности этого доказательства.

Доказательств иной стоимости материалов и ремонтных работ, необходимых для восстановления квартиры истца от протечек, стороной ответчика не представлено, ходатайство о назначении и проведении судебной экспертизы для оценки стоимости восстановительного ремонта представитель ответчика Авижуса не заявлял.

Довод представителя ответчика Авижуса о незначительности повреждений, причинённых квартире истца второй промочкой, не нашёл своего подтверждения. К показаниям ФИО12 о том, что причинённые квартире ФИО5 в результате промочки от 15 декабря 2017 г. повреждения были незначительными, суд относится критически, поскольку в этой части они противоречивы. Так, отвечая на вопрос представителя Авижуса, Иванов сообщил, что, находясь в квартире Сусина на следующий день после промочки, он не видел стены и потолок в квартире ФИО5, а отвечая на вопрос представителя истца, пояснил, что увидел только потолок. При этом из пояснений истца ФИО5 следует, что ФИО12 не мог видеть объём повреждений, так как место залива находилось в дальнем коридоре за углом по отношению к месту, где в его квартире стоял ФИО12. Кроме того, показания ФИО12, в указанной части противоречат иным имеющимся в деле доказательствам, в частности, пояснениям истца и его представителя, акту о промочке, заключению эксперта, показаниям свидетелей ФИО11 и ФИО14. Суд учитывает заинтересованность ФИО12 в исходе дела, поскольку на момент промочки 15 декабря 2017 г. он являлся квартиросъёмщиком жилого помещения Авижуса и к нему могут быть предъявлены требования о возмещении ущерба. 

В акте экспертного исследования от 16 июля 2019 г. (стр. 10) указано, что после промочки, произошедшей 15 марта 2017 г., в гардеробной 

<

адрес>-А выполнен ремонт (договор от 15 июля 2017 г., заменены обои на потолке и стенах, ламинат на полу заменён на плитку). Согласно применяемой методике ремонтно-восстановительные работы, определённые экспертом, должны быть направлены исключительно на ликвидацию выявленных дефектов, следовательно, эксперт включает в смету работы в гардеробной по замене ламината на ламинат, а не на плитку. 

Факт выполнения ремонта в коридоре и гардеробной квартиры истца ФИО5 летом 2017 года подтверждается договором оказания услуг от 15 июля 2017 г., товарным чеком от 20 июля 2017 г. о приобретении строительных материалов и показаниями свидетеля Храбровского.

В связи с этим суд соглашается с необходимостью расчёта стоимости восстановительного ремонта в гардеробной с учётом замены ламината на ламинат, исходя из того, что в силу действующего законодательства размер убытков (реальный ущерб), причинённых имуществу потерпевшего, зависит только от степени повреждения имущества и сложившихся цен, и не зависит от реально произведённых расходов.

Представитель ответчика Авижуса ссылался на то, что эксперт необоснованно указывает в расчёте стоимости восстановительного ремонта в гардеробной замену ламината на ламинат, не учитывая то обстоятельство, что истец после первой промочки заменил пол в гардеробной на плитку. Отвергая этот довод, суд отмечает, что замена пола в гардеробной включена экспертом в стоимость восстановительного ремонта только после протечки, имевшей место 15 марта 2017 г., тогда как после протечки от 15 декабря 2017 г. замена пола в гардеробной не вошла в расчёт стоимости восстановительного ремонта. При том, что истец в ходе судебного разбирательства поддержал только исковое требование о взыскании ущерба от промочки, имевшей место 15 декабря 2017 г.

Кроме того, суд соглашается с мнением истца и его представителя, настаивавших на том, что стоимость восстановительного ремонта должна быть рассчитана с учётом дизайн-проекта, по которому ранее был выполнен ремонт в квартире ФИО5, то есть в расчёте должна быть учтена замена ламината и в двух комнатах, не пострадавших от промочки.

При этом суд исходит из права истца, как собственника жилого помещения, решать вопрос о дизайне своей квартиры и сохранении ранее использованного интерьерного решения в той или иной его части, а также пояснения эксперта ФИО16 о невозможности в настоящее время приобретения ламината той же марки, которая использовалась в квартире истца, и показаний свидетеля Храбровского о том, что при ремонте в квартире ФИО5 после первой промочки обои по цвету были похожи на те, что имелись раньше, отличались только рисунком. 

При таких обстоятельствах, разрешая требования истца с учётом положений ст. ст. 288, 1064 ГК РФ, оценив все представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований в части взыскания с ответчика стоимости восстановительного ремонта после промочки, имевшей место 15 декабря 2017 г., поскольку истцом доказан факт залива и причинения ущерба его имуществу, причинно-следственная связь между заливами, произошедшими в его квартире, и виновными действиями ответчика Авижуса, то именно ответчик Авижус в силу ст. 1064 ГК РФ обязан возместить истцу причинённый ущерб в размере 253225 руб.

Вместе с тем, суд не находит достаточных правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, исходя из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 данного кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно положениям ст. 151 ГК РФ в случае, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинён распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как следует из содержания приведённых норм, компенсация морального вреда возможна в случаях нарушения личных неимущественных прав граждан либо совершения действий, посягающих на нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда возможна при наличии указания об этом в законе.

Несение нравственных и физических страданий истец связывает с невозможностью проживания в его квартире из-за появившегося там вследствие промочек грибка, а также с ухудшением состояния здоровья истца по этой же причине.

В подтверждение этого обстоятельства истцом представлена информация врача-пульмонолога ОБУЗ «Областной противотуберкулёзный диспансер им. М. Б. Стоюнина», из которой следует, что ФИО1 находился на лечении с 6 по 19 декабря 2018 г. и с 11 по 27 марта 2019 г. с диагнозом 

<

данные изъяты> (т. 1 л. 

<

...>).

Из пояснений эксперта ФИО16, данных в судебном заседании, следует, что предусмотренная среди работ по восстановительному ремонту квартиры истца антибактериальная обработка необходима по технологии производства работ, следовательно, не связана с наличием или отсутствием плесени или грибка в помещении.

Представитель истца в судебном заседании пояснила, что доказательств наличия у истца аллергии на грибок не имеется. 

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о недоказанности наличия в квартире истца грибка, недоказанности невозможности проживания в указанной квартире, а также недоказанности причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья истца и фактами залива. 

Также судом учитывается, что действующим законодательством не предусмотрена компенсация морального вреда, причинённого в результате залива квартиры.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, в соответствии со ст. 94 ГПК РФ, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы.

Истцом заявлены требования о возмещении расходов, связанных с оценкой ущерба, в сумме 16800 руб. и 5 400 руб., а также с вызовом в судебное заседание эксперта в размере 3600 руб. 

Несение указанных расходов ФИО1 подтверждается актами приёмки-передачи выполненных работ от 19 декабря 2018 г. и 16 июля 2019 г., а также квитанциями от 12 и 19 декабря 2018 г., 8 июля 2019 г., 26 августа 2019 г. (т. 1 л. 

<

...>, т. 2 л. 

<

...>).

Перечисленные расходы суд признаёт необходимыми, понесёнными с целью подтверждения ущерба, обоснования заявленных требований и реализации права истца на обращение в суд за защитой нарушенного права, в связи с чем считает необходимым взыскать с ответчика ФИО3 в пользу ФИО1 расходы, связанные с оценкой ущерба в общей сумме 25800 руб.

Истцом также заявлено требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 30000 руб.

В суде интересы ФИО1 представляла ФИО15, с которой истец заключил договор на оказание консультационных юридических услуг (т. 1 л. д. 68-70). Представитель истца, действуя в рамках названного договора, подготовила и направила в суд исковое заявление с необходимыми доказательствами, присутствовала на подготовке дела к судебному разбирательству и в семи судебных заседаниях.

За оказанные услуги ФИО17 заплатил 30000 руб., что подтверждается квитанцией от 4 марта 2019 г. (т. 1 л. д. 71).

В соответствии со ст.ст. 94, 98, 100 ГПК РФ расходы на оплату услуг представителей относятся к судебным издержкам, возмещаемым лицу, которое их понесло, за счёт лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 11-13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с неё расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Разрешая заявленное истцом требование о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя, суд учитывает, что основные исковые требования истца, поддерживаемые на момент вынесения решения, были удовлетворены полностью, а в удовлетворении требования о компенсации морального вреда было отказано.

Принимая во внимание объём произведённой представителем работы, необходимость выезда в другой населённый пункт, категорию спора, продолжительность рассмотрения дела в суде, ценность защищаемого права, соответствие понесённых расходов среднему уровню оплаты аналогичных услуг, суд находит разумным и необходимым взыскать в пользу истца судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 23000 руб.

Кроме того, с учётом требований пп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ФИО3 в пользу ФИО1 подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 5732 руб. 25 коп., пропорционально удовлетворённому требованию имущественного характера.

На основании ст.ст. 15, 151, 1064, 1099 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 стоимость восстановительного ремонта в размере 253225 руб., судебные расходы по оценке ущерба в сумме 25800 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 23000 руб. и расходы на оплату государственной пошлины в размере 5732 руб. 25 коп. 

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о компенсации морального вреда отказать.

В удовлетворении требований ФИО1 к товариществу собственников жилья «Союз» отказать.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Кинешемский городской суд Ивановской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья И. Н. Белякова

В окончательной форме решение изготовлено 23 сентября 2019 г.