Решение

именем Российской Федерации

12 января 2017 года город Улан - Удэ

Улан-Удэнский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Плеханова Д.А., при секретаре Бутухановой Б.Л., с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика – командира войсковой части 11111 ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1/2017 (2-227/2016) по исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части 11111 

<

данные изъяты> запаса ФИО3 к войсковой части 11111 о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 через своего представителя ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением, в котором указал, что 3 июля 2014 года, выполняя поставленную командованием войсковой части 11111 задачу по ремонту крыши хранилища №25 воинской части, случайно упал с высоты, вследствие чего ему причинены: 

<

данные изъяты>. В результате полученных травм он длительный период времени проходил лечение в разных медицинских учреждениях, на протяжении которого испытывал сильную физическую боль и нравственные страдания. В связи с чем, истцом заявлен иск к Министерству обороны Российской Федерации в лице войсковой части 11111 о взыскании морального вреда в размере 

<

данные изъяты> руб. 

Также ФИО3 просил взыскать с войсковой части 11111 понесённые им судебные расходы в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве второго ответчика было привлечено Министерство обороны Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 требования ФИО3 поддержал в полном объёме и дал пояснения аналогичные изложенным выше, указав, что его доверителю подлежит выплате компенсация морального вреда вне зависимости от наличия вины должностных лиц Министерства обороны Российской Федерации в причинении ему травмы, поскольку прохождение военной службы, в период которой им была получена травма, является деятельностью, всегда связанной с риском для жизни и здоровья, а поэтому представляет собой «источник повышенной опасности».

Представитель ответчика – командира войсковой части 11111 ФИО2 требования иска не признал, и, полагая их не обоснованными, просил суд отказать в удовлетворении заявленных исковых требований, при этом ФИО2 пояснил, что полученная истцом травма является следствием нарушения правил безопасности самим истцом, кроме того, истец в с в связи с прохождением военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации, был застрахован по обязательному государственному страхованию, в силу действующего закона и в соответствии с частью 2 статьи 5 Федерального закона «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы» вследствие получения ФИО3 травмы в период прохождения военной службы ему была выплачена страховая сумма, в которую уже входит компенсация морального вреда за понесённые им страдания.

Истец ФИО3, представитель ответчика – Министерства обороны Российской Федерации М.С.Б., представители третьих лиц – федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации» Б.О.В. и федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю» К.В.И., в суд не прибыли, ходатайствуя о рассмотрении дела без их участия, в связи с чем суд, руководствуясь частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц, участвующих в деле.

При этом в направленных в суд возражениях представители ответчика М.С.Б. и третьих лиц Б.О.В. и К.В.И. требования не признали, указав: М.С.Б. – что доказательств причинения вреда здоровью истца должностными лицами Министерства обороны Российской Федерации в материалах дела не представлено, а за получение травм в период военной службы военнослужащим выплачиваются денежные средства во исполнение контракта на оказание услуг по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации; Б.О.В. – что поскольку страховая сумма по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих представляет собой денежную сумму, состоящую из двух частей: суммы предназначенной для возмещения материального вреда и суммы, предназначенной для компенсации морального вреда, обязанность по выплате компенсации морального вреда лежит на страховой компании, с которой заключено соглашение об осуществлении выплат единовременных пособий военнослужащим и членам семей погибших (умерших), более того, согласно Положению о ФКУ «ЕРЦ МО РФ» учреждение не несёт ответственности по обязательствам учредителя – Министерства обороны Российской Федерации; К.В.И. – что вина командования войсковой части 11111 в причинении вреда здоровью истца не установлена.

Заслушав объяснения сторон, огласив письменные возражения М.С.Б.., Б.О.В. и К.В.И.., исследовав письменные доказательства, военный суд исходит из следующего.

Согласно контракту о прохождении военной службы и приказу Статс – секретаря – заместителя Министра обороны Российской Федерации от 19 ноября 2013 года №, ФИО3 12 декабря 2014 года с Министерством обороны Российской Федерации был заключен контракт о прохождении военной службы сроком на 3 года, а сам административный истец – назначен на должность командира 

<

данные изъяты> войсковой части 11111. 

В соответствии со справкой о тяжести увечья (ранения, травмы, контузии), полученного военнослужащим в период прохождения службы, от 21 июля 2014 года № 

<

данные изъяты> ФИО3 3 июля 2014 года в период прохождения военной службы в войсковой части 11111 получил тяжелую травму: 

<

данные изъяты>.

Из копий выписных эпикризов: от 23 июля, 23 сентября, 19 декабря 2014 года, выданных врио начальника медчасти филиала №3 ФГКУ «

<

данные изъяты>» МО РФ, от 6 мая, 19 октября 2015 года, выданных начальником 3 отделения ФКУ «

<

данные изъяты>», от 23 октября 2015 года, выданного начальником травматологического отделения ФКУ «

<

данные изъяты>», от 17 августа, 11 декабря 2015 года, выданных врио начальника медчасти филиала «

<

данные изъяты>» МО РФ, следует, что вследствие полученной травмы истец находился на стационарных лечениях и военно-врачебными комиссиями ему определялась категория годности к военной службе 

<

данные изъяты> с указанием о необходимости предоставления отпусков по болезни.

Копия справки военно-врачебной комиссии филиала 

<

данные изъяты> ФГКУ 

<

данные изъяты>» Министерства обороны Российской Федерации также содержит сведения о том, что заболевание ФИО3 получено в период военной службы и ему определена категория годности к военной службе 

<

данные изъяты> с указанием о необходимости предоставления отпуска по болезни сроком на 30 суток.

В соответствии с приказами командира войсковой части 11111 от 29 июня 2016 года № (по личному составу) и от 5 июля 2016 года № (по строевой части) ФИО3 досрочно уволен с военной службы в запас в связи с невыполнением условий контракта и с 29 июля 2016 года исключён из списков личного состава воинской части.

Пунктом 5 статьи 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих» установлено, что возмещение морального вреда и убытков, причиненных военнослужащим государственными органами и органами местного самоуправления, производится в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. 

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьёй 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Статьёй 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причинённый жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 (статьи 1064-1101 упомянутого кодекса), если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3 постановления от 20 октября 2010 года №18-П, ссылаясь на свою позицию, выраженную в постановлении от 26 декабря 2002 года №17-П, указал, что военная и аналогичная ей служба (служба в органах внутренних дел, противопожарная служба и т.п.) представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливаются их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним. Обязанности, возлагаемые на лиц, несущих военную и аналогичную ей службу, предполагают необходимость выполнения ими поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности её статей 37 (части 1 и 3), 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 50 (часть 1), 59 и 71 (пункты «в», «м») - влечет обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение в случае причинения вреда жизни или здоровью в период прохождения службы. Конкретизируя названные положения Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель закрепил в числе особых публично-правовых способов возмещения вреда, причинённого жизни или здоровью военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы, обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих, специальное пенсионное обеспечение и систему мер социальной защиты, цель которых - в максимальной степени компенсировать последствия изменения их материального и социального статуса, обеспечив соразмерный получавшемуся денежному довольствию уровень возмещения вреда.

Учитывая особый характер обязанностей государства по отношению к военнослужащим как лицам, выполняющим конституционно значимые функции, а также задачи Российской Федерации как социального государства по обеспечению эффективной защиты и поддержки военнослужащих, федеральный законодатель предусмотрел также особый правовой механизм возмещения вреда, причинённого в связи с получением травм в период прохождения военной службы.

Одной из форм исполнения государством обязанности возместить вред, который может быть причинён жизни или здоровью военнослужащих при прохождении ими военной службы, является обязательное государственное личное страхование за счет средств федерального бюджета, установленное законом в целях защиты их социальных интересов и интересов государства (пункт 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих»). В конституционно-правовом смысле страховое обеспечение, полагающееся военнослужащим и приравненным к ним лицам в соответствии с Федеральным законом от 28 марта 1998 г. №52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы», - наряду с иными выплатами, которые в целях возмещения вреда, причинённого жизни или здоровью, могут быть установлены им на основании других законов, - входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страховых случаев, включая причинённый материальный и моральный вред (пункт 3.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 октября 2010 г. № 18-П).

В пункте 4 постановления от 20 октября 2010 г. №18-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что согласно статье 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам главы 59 (статьи 1064-1101) данного Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности. В системной связи со статьёй 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, и статьёй 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой вред, причинённый незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, подлежит возмещению за счет соответствующей казны, это означает, что обязанность по возмещению вреда, причинённого жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц, в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении данного вреда. Применительно к возмещению вреда, причинённого здоровью сотрудника милиции при исполнении им служебных обязанностей, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 15 июля 2009 г. №13-П пришел к выводу, что статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключает, а, напротив, предполагает обеспечение выплаты государством в полном объеме возмещения такого вреда, но лишь в качестве меры гражданско-правовой ответственности государственных органов или их должностных лиц как причинителей этого вреда. Поскольку публично-правовой статус сотрудников милиции аналогичен публично-правовому статусу военнослужащих, подобный подход полностью распространяется на отношения по возмещению вреда военнослужащим. Следовательно, статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена. 

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что обязанность по компенсации морального вреда за счет соответствующей казны (в данном случае исковое требование о компенсации морального вреда предъявлено к Министерству обороны Российской Федерации в лице войсковой части 11111) может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии противоправности деяния и вины указанных органов и лиц в причинении вреда жизни и здоровью военнослужащего. Если в действиях государственных органов, а также их должностных лиц не установлено противоправности и вины в причинении военнослужащему вреда, то основания для компенсации морального вреда по нормам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Как установлено в суде распоряжение командира воинской части о ремонте крыши хранилища №25 воинской части было отдано в соответствии с требованиями Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 10 июля 2007 №1495 (пункты 39, 41, 75,82). Законность данного распоряжения стороной истца не оспаривалась.

Согласно заключению по материалам административного расследования, причиной получения ФИО3 травмы: 

<

данные изъяты>, явилась личная недисциплинированность и сознательное нарушение истцом мер безопасности.

В материалах дела отсутствуют сведения о наличии вины войсковой части 11111 в причинении вреда здоровью ФИО3, а также сведения о действиях должностных лиц указанной воинской части, которые бы нарушали личные неимущественные права ФИО3 либо посягали на принадлежащие истцу нематериальные блага.

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено таких доказательств ни истцом, ни его представителем. 

Согласно справке командира войсковой части 11111 от 9 июля 2014 года №, уголовное дело по факту получения травмы ФИО3 не возбуждалось.

При этом, представитель истца в суде подтвердил, что получение ФИО3 травмы явилось следствием нарушения его доверителем требований безопасности, которые были до него доведены перед ремонтными работами, а в рамках обязательного страхования истцом получена страховая сумма в № рублей.

При таких обстоятельствах, суд находит несостоятельным довод представителя истца о том, что его доверителю подлежит выплате компенсация морального вреда вне зависимости от отсутствия вины должностных лиц Министерства обороны Российской Федерации в причинении ФИО3 травмы, и с учётом отсутствия в действиях Министерства обороны Российской Федерации в лице войсковой части 11111, а также её должностных лиц противоправности и вины в причинении истцу вреда, в удовлетворении иска ФИО3 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда необходимо отказать.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска, понесенные ФИО3 судебные расходы, в части оплаты услуг представителя в 5000 рублей, возмещению не подлежат. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

В удовлетворении иска бывшего военнослужащего войсковой части 11111 

<

данные изъяты> запаса ФИО3 к войсковой части 11111 о компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд через Улан – Удэнский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Д.А. Плеханов