Дело №1-82/2023

22RS0045-01-2023-000476-19

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

с. Смоленское 14 декабря 2023 года. 

Смоленский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Климович Т.А., 

при секретаре судебного заседания Петухове А.С.,

с участием:

государственных обвинителей: прокурора Смоленского района Алтайского края Абашева С.Н., помощника прокурора Смоленского района Алтайского края Нефедкиной Е.П., заместителя прокурора Смоленского района Алтайского края Базановой М.Г., 

потерпевших: ФИО1, ФИО2,

защитника-адвоката Назаровой Е.И., представившей удостоверение № 746 и ордер № 85651 от 28.08.2023,

подсудимого ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г.Минусинск, Красноярского края, русского, гражданина Российской Федерации, владеющего языком судопроизводства, состоящего в браке, имеющего на иждивении одного малолетнего и двух несовершеннолетних детей, образование среднее-специальное, работающего по найму, военнообязанного, зарегистрированного по адресу: 

<

...>, проживающего фактически по адресу: 

<

...>, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. а,б,к ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, 

установил:

ФИО3 совершил преступления при следующих обстоятельствах.

В период времени с 13-00 до 18-56 час. ДД.ММ.ГГГГ, более точное время следствием не установлено, у, находящегося в состоянии алкогольного опьянения в комнате 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, ФИО3 в ходе распития спиртного на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к ФИО1, вызванных произошедшей между ФИО1 и ФИО3 ссорой, возник умысел на убийство ФИО1 

Реализуя свой преступный умысел, направленный на убийство ФИО1, находясь с последним, в вышеуказанный период времени, в комнате 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, ФИО3 приискал в указанной выше квартире неустановленный следствием предмет, имеющий острие и лезвие, которым с целью убийства нанес ФИО1 не менее 13 ударов в область жизненно-важных органов-передней поверхности грудной клетки, живота, нижней челюсти, левых плечевого сустава, плеча, предплечья, затылочной области, причинив ФИО1 следующие телесные повреждения: 

1.1. колото-резаная рана передней брюшной стенки справа (1), приникающая в брюшную полость с повреждением поперечно-ободочной кишки, забрюшинной клетчатки, которые по признаку опасности для жизни в совокупности относятся к причинившим тяжкий вред здоровью повреждениям (по медицинским критериям подпункта «6.1.15» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №н от ДД.ММ.ГГГГ);

1.2. колото-резаная рана передней поверхности грудной клетки слева в надключичной области (1), проникающая в левую плевральную полость, с повреждением мягких тканей грудной клетки и пристеночной плевры левой плевральной полости; наличие воздуха в левой плевральной полости (пневмоторакс), которые по признаку опасности для жизни в совокупности относятся к причинившим тяжкий вред здоровью повреждениям (по медицинским критериям подпункта «6.1.9» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №н от ДД.ММ.ГГГГ);

1.3. колото-резаные раны нижней челюсти слева (2), левого плечевого сустава (5), передней поверхности грудной клетки слева (1) и справа (1), левого плеча (1), левого предплечья(1), затылочной области (1), для заживления подобных ран всегда требуется срок не свыше трех недель, поэтому данные телесные повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (по медицинским критериям подпункта «8.1» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №н от ДД.ММ.ГГГГ).

В процессе причинения ему указанных телесных повреждений ФИО1 закричал и упал на пол в комнате 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Услышав крики ФИО1, в комнату забежал ФИО2, который увидев противоправные действия ФИО3, подбежал к последнему и, пытаясь пресечь преступные действия ФИО3, стал оттаскивать последнего от ФИО1 

В этот момент у, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, ФИО3, осознавшего, что ФИО2 может помешать доведению до конца его преступных намерений в отношении ФИО1, на почве сложившихся личных неприязненных отношений к ФИО2, вызванных ранее произошедшей между ними ссорой, возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, с применением предмета используемого в качестве оружия и с целью устранения его как препятствия к совершению убийства ФИО1, понимая, что ФИО2 выполняет свой общественный долг, а именно, пресекает совершение им преступления-убийства ФИО1 

Реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, выполняющего общественный долг по пресечению совершения ФИО3 преступления, с целью облегчить совершение другого преступления-убийства ФИО1, ФИО3, находясь в период времени с 13-00 до 18-56 час. ДД.ММ.ГГГГ, более точное время следствием не установлено, в 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, вышеуказанным неустановленным следствием предметом, с целью причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему ФИО2, и, желая этого, используя приисканный ранее в указанной выше квартире неустановленный следствием предмет, имеющий острие и лезвие, в качестве оружия, умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, нанес ФИО2, не менее 5 ударов по различным частям тела, в том числе и в область жизненно-важных органов-живота, таза, правого бедра, задней поверхности грудной клетки, уклоняющегося от посягательства ФИО3 на его здоровье, причинив ФИО2 следующие телесные повреждения:

1.1. колото-резаная рана передней брюшной стенки справа, проникающая в брюшную полость с повреждением подвздошной кишки (1), брыжейки тонкого отдела кишечника (1), которые по признаку опасности для жизни в совокупности относятся к причинившим тяжкий вред здоровью повреждениям (по медицинским критериям подпункта «6.1.15» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №н от ДД.ММ.ГГГГ);

1.2. колото-резаные раны правой боковой поверхности таза (1), правого бедра (2), задней поверхности грудной клетки в межлопаточной области (1), для заживления подобных ран всегда требуется срок не свыше трех недель, поэтому данные телесные повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (по медицинским критериям подпункта «8.1» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №н от ДД.ММ.ГГГГ). 

Однако, преступный умысел ФИО3, направленный на убийство ФИО1, не был доведен до конца по независящим от него обстоятельствам, т.к. в процессе причинения ФИО1 вышеуказанных телесных повреждений, действия ФИО3 были пресечены ФИО2, выполняющим общественный долг. Смерть ФИО1 не наступила в результате своевременно оказанной медицинской помощи.

Совершая при вышеописанных обстоятельствах покушение на убийство ФИО1, ФИО3 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего ФИО1 и желал их наступления. 

В судебном заседании подсудимый ФИО3 вину в инкриминируемом ему деянии признал частично, относительно предъявленного ему обвинения суду пояснил, что инициатором драки был именно потерпевший ФИО2, который в ходе ссоры первый нанес ему удар, от его удара он (подсудимый) упал и рассек бровь. Он (подсудимый) не отрицает причинение ФИО1 телесных повреждений ножом, но не в том количестве, которые были вменены органами расследования. Умысла на его убийство у него не было. Так же не отрицает, что этим же ножом нанес телесные повреждения ФИО2, но всего пару ударов в ногу и два удара спину. Умысла на убийство ФИО2 так же не имел. Все телесные повреждения потерпевшим причинил ножом, который нашел в этой же квартире, и исключительно с целью обезопасить себя, опасаясь за свою жизнь и здоровье, поскольку именно ФИО2 совершал активные действия и первым начал наносить ему (подсудимому) телесные повреждения и в ходе драки душил его. Потерпевшие оговаривают его и избрали такую позицию, с целью обвинить его во всём и скрыть свои первоначальные провокационные действия, которые и повлекли череду произошедших событий. Не отрицает, что в момент причинения повреждений потерпевшим находился в состоянии алкогольного опьянения, однако это не повлияло на его действия, он в любом случае бы совершил указанные активные действия, даже находясь в трезвом виде, поскольку оскорбился за свою сожительницу, которую оскорбили потерпевшие и действовал в целях обезопасить себя от действий потерпевших. 

В прениях подсудимый просил учесть, что признает вину в том, что нанес потерпевшим удары ножом, однако ФИО2 нанес всего 2 удара в ногу и 2 удара в спину, в область живота не наносит, возможно повреждение в области живота у ФИО2 образовалось когда в момент их драки в коридоре ФИО2 упал на него (подсудимого) и сам напоролся на нож, который он (ФИО3) держал в руке. Фуксу он так же нанес всего 4-5 ударов ножом в ходе ссоры, и это всё происходило в кухне квартиры, в зале они не дрались, там даже нет следов крови. После драки с ФИО2 в коридоре, когда ФИО2 перестал его душить, он (подсудимый) сам встал на ноги, там же бросил нож, которым наносил удары, обулся и ушел, никто его не выводил из квартиры.

Несмотря на позицию подсудимого, его виновность в совершении преступлений, в том объеме, как они изложены в описательной части приговора, полностью подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, а именно:

-показаниями потерпевшего ФИО2, который в судебном заседании показал, что ФИО1 является его братом. С ФИО3 знаком, в неприязненных отношениях не находится. ДД.ММ.ГГГГ с Фуксом они пошли к нему домой по адресу: 

<

адрес>, купили 1 литр водки. По дороге встретили ФИО3, который пошёл с ними. Так же с ними был Свидетель №4. Придя домой к ФИО1, они стали распивать спиртное. Конфликтов в ходе распития не возникало. Ни у кого из них телесных повреждений не было. Время было уже после обеда, но сколько точно не знает, точно после 13-00 час. Через некоторое время Свидетель №4 ушел в дальнюю комнату и лег там спать. Он, Фукс и ФИО3 остались в кухне и продолжили распивать спиртное. Через некоторое время он остался в кухне один, не обратил внимание, куда все ушли. В этот момент он услышал, как кричит Фукс, на его крик он забежал в помещение зала из кухни, и увидел, что Фукс лежит на полу, ногами к двери, а над ним на корточках сидит ФИО3 (спиной к нему-ФИО2). Увидев это, и увидев у ФИО1 на шее кровь, которая стекала на его туловище, он (Караваев) схватил ФИО3 руками, прижал к себе спиной и стал оттаскивать от ФИО1, протащил по коридору на улицу, при этом не чувствовал, что ФИО3 ему причиняет телесные повреждения ножом, поскольку был возбужден и действовал с целью спасти ФИО1. Он схватил ФИО3 именно с целью спасти ФИО1 и опасаясь за жизнь ФИО1. Страха по отношению к себе не испытывал. Фукс остался лежать в помещении зала в том же положении (на спине на полу). На улице он отпустил ФИО3, и увидел у двери в углу металлический уголок (часть), который он схватил и стал размахиваться на ФИО3, при этом ФИО3 сначала наступал на него, однако потом развернулся и убежал. Увидев, что ФИО3 убежал, он (Караваев) сразу же побежал в квартиру, схватил тряпку и стал прижимать к шее ФИО1, останавливая кровь, и параллельно звоня и вызывая скорую помощь. В этот момент из комнаты в зал вышел Шестков. В момент, когда он оттаскивал ФИО3 от ФИО1, то не видел ничего в руках у ФИО3, так как смотрел только на лежащего ФИО1 у которого из шеи шла кровь. На протяжении всего конфликта ФИО3 ему не угрожал. Ранее с ФИО3 они так же распивали спиртное, но никогда никаких конфликтов не было. Ранее ФИО3 всегда вел себя нормально. В этот день он (Караваев) находился в состоянии опьянения средней степени, Фукс был сильнее пьян, а ФИО3 по состоянию опьянения был лучше ФИО1.

По приезду скорой помощи он так же поехал с Фуксом в больницу, и было установлено, что у него (ФИО2) так же имеются телесные повреждения, и ему сделали операцию. Однако в момент конфликта с ФИО3 он не почувствовал как ФИО3 его «порезал», поскольку был в состоянии алкогольного опьянения, был напуган и возбужден, опасался за жизнь ФИО1, ну и за себя. Сам он ФИО3 никаких телесных повреждений не причинял, а только оттаскивал его от ФИО1 прижимая спиной к своей груди. На ФИО3 он не падал. Однако все телесные повреждения, которые обнаружили у него причинил ему именно ФИО3, никто другой этого сделать не мог, более ни с кем у него конфликтов не было. По они ждали скорую помощь он обнаружил, что ФИО3 причинил ему рану в паху с правой стороны, а так же раны в ноге и на спине; 

-показаниями потерпевшего ФИО2, данными на стадии предварительного расследования, оглашенными в части в судебном заседании с учетом требований ч. 3 ст. 281 УПК РФ, находящимися в материалах уголовного дела (том 1 л.д.65-66), согласно которых свидетель показал, что «…ДД.ММ.ГГГГ, около 13-час. пришли домой к Фуксу…. он (Караваев) остался в кухне, услышал шум из зала и крик ФИО1 о помощи, после чего сразу забежал в зал и увидел, что Фукс лежит на полу, а ФИО3 сидит на корточках рядом с ним и каким-то предметом, каким именно он не разглядел, наносит многократные удары по разным частям тела ФИО1. Куда точно он бил он (караваев) не видел, так как ФИО3 сидел к нему спиной. Он сразу стал «оттаскивать» ФИО3 от ФИО1, в результате чего ФИО3 вскочил, повернулся к нему и сразу стал наносить ему (ФИО2) удары острым предметом в область живота, при этом нанес не менее 4 ударов, от чего он (Караваев) испытал сильную физическую боль. Он (караваев) никаких телесных повреждений ФИО3 не причинял, и не угрожал ему. ФИО3 так же угроз не высказывал. Чем именно ФИО3 наносил удары он (Караваев) не разглядел. После этого он испугался за свою жизнь и здоровье и стал убегать от ФИО3...»;

После оглашения вышеуказанных показаний, показаний потерпевший ФИО2 подтвердил их в полном объеме. 

-показаниями потерпевшего ФИО1, который в судебном заседании показал, что Караваев является его братом. С ФИО3 знаком около 4 лет, не дружили, но в неприязненных отношениях не находились никогда. Он проживает по адресу: 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ он с ФИО2 и Свидетель №4 пошли к нему домой с целью распивать спиртное и по дороге встретили ФИО3, который так же пошел с ними. Время было послеобеденное. Они все: он, Свидетель №4, Караваев и ФИО3 сидели на кухне, распивали спиртное. Они выпили около 1 литра водки на четверых. Через какое то время Свидетель №4 ушел в дальнюю комнату и лег там спать. Проход в эту комнату через зал. Они продолжили распивать. Конфликтов между ними не было, драк так же не было. Через некоторое время ФИО3 ушел в зал и сел там на кресло, и так же стал засыпать. Он (Фукс) зашел в зал, подошел к сидящему в кресле ФИО3 и стал говорить ему чтобы он шел домой, в этот момент ФИО3 резко вскочил с кресла и стал рукой наносить ему (Фуксу) удары в область живота и груди (выше пупка), чем то острым, которое он держал в руке. Нанес не менее 4 ударов, и после этого он (Фукс) стал падать на пол, упал на спину, крикнул «брат!», и более ничего не помнит, так как очнулся уже только в больнице. Он ФИО3 телесных повреждений не наносил, никто не дрался с ним. До того момента, как он (Фукс) подошел к сидящему в кресле ФИО3, у него (ФИО1) никаких телесных повреждений не было. Все обнаруженные у него (ФИО1) телесные повреждения ему нанес именно ФИО3. Чем именно ФИО3 наносил ему удары он не знает, так как не видел. В настоящее время претензий к ФИО3 не имеет;

-показаниями потерпевшего ФИО1, данными при проверке его показаний на месте, оглашенными в судебном заседании, находящимися в материалах уголовного дела (том 1 л.д.89-94), согласно которых ФИО1 на месте продемонстрировал, где и при каких обстоятельствах ФИО3 причинил ему телесные повреждения неизвестным ему острым предметом, ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>;

-показаниями потерпевшего ФИО2 данными в ходе очной ставки с подсудимым, оглашенными в судебном заседании, находящимися в материалах уголовного дела (том 1 л.д.174-179), согласно которых потерпевший показал, что в ходе распития спиртного конфликтов не было, ни он, ни Фукс не оскорбляли сожительницу ФИО3. Он не наносил ударов ФИО3. Лежащего на полу ФИО1 он увидел в зале, над ним сидел ФИО3. И когда он увидел у ФИО1 кровь на шее, то стал оттаскивать от него ФИО3;

-показаниями потерпевшего ФИО1 данными в ходе очной ставки с подсудимым, оглашенными в судебном заседании, находящимися в материалах уголовного дела (том 1 л.д.180-185), согласно которых потерпевший показал, что в ходе распития спиртного конфликтов не было, ни он, ни Фукс не оскорбляли сожительницу ФИО3. Караваев не наносил ударов ФИО3, драк не было. Когда ФИО3 сидел в зале в кресле, он (Фукс) подошел к нему и сказал ему идти домой, в этот момент ФИО3 стал наносить ему удары острым предметом. После этого он потерял создание; 

После оглашения вышеуказанных показаний, данных на очных ставках с подсудимым, потерпевшие ФИО2 и ФИО1 подтвердили их в полном объеме. 

-показаниями свидетеля Свидетель №4, который в судебном заседании показал, что весной 2023 года, число не помнит, в послеобеденное время он с ФИО2, Фуксом и ФИО3 пошли домой к Фуксу в 

<

адрес>, где стали распивать спиртное. Конфликтов между ними не было. Через какое-то время он ушел в комнату и лег там спать. Сколько прошло времени не знает, услышал шум, вышел из комнаты в зал и увидел что на полу лежит Фукс, на шее у него была кровь, ему помогал Караваев, сидящий около него. ФИО3 он в этот момент в квартире не видел. Вызвали скорую помощь, и ФИО2 с Фуксом увезли в больницу. Скорую вызвал Свидетель №2, которому позвонил Караваев. В момент распития спиртных напитков конфликтов у них не было. До того как он ушел спать в комнату у ФИО2, ФИО1 и ФИО3 телесных повреждений не было. Так же ни у кого не видел никаких опасных предметов. Ранее он не замечал агрессии у ФИО3. Фукс и Караваев знакомы ему с детства, они по характеру спокойные не агрессивные; 

-показаниями свидетеля Свидетель №2 данными на стадии предварительного расследования, оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, с учетом требований ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее УПК РФ), находящимися в материалах уголовного дела (том 1 л.д.106-110), согласно которых свидетель показал, что ДД.ММ.ГГГГ, он находился у себя дома по адресу: 

<

адрес>. В вечернее время, около 18-00 час. ему на телефон позвонил брат его соседа ФИО2 и сообщил, что нужно вызвать скорую помощь, подробности не говорил. После чего он вызвал бригаду скорой медицинской помощи и пошел в дом к ФИО1 Когда он вошел в дом, то увидел, что ФИО1 лежит на полу в зале без сознания, он побоялся подходить ближе, поэтому кровь и ее локализацию, он не видел. ФИО2 бегал вокруг ФИО1, пытался остановить кровь на шее последнего тряпкой. ФИО2 ему нечего не пояснил, спросил только лишь о вызове скорой помощи. Также в данном доме в зале, когда они пришел, находился Свидетель №4, который также держал полотенце у шеи ФИО1 Вскоре приехала бригада скорой медицинской помощи, и он ушел домой. Телесных повреждений у ФИО2 он не заметил, так как последний был в одежде, кроме того ФИО2 находился в взволнованном состоянии, метался. В дальнейшем от соседей ему стало известно, что телесные повреждения ФИО1 и ФИО2 причинил ФИО3 Из-за чего у них возник конфликт и почему ФИО3 пытался убить ФИО1 и ФИО2 ему неизвестно. ФИО1 и ФИО2 может охарактеризовать положительно, знает их много лет. Ранее подобных ситуаций никогда не случалось. В состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и ФИО2 не буйные, агрессию не проявляют. ФИО3 он практически не знает;

-показаниями свидетеля Свидетель №3, данными на стадии предварительного расследования, оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, с учетом требований ч. 1 ст. 281 УПК РФ, находящимися в материалах уголовного дела (том 1 л.д.111-115), согласно которых свидетель показал что с ФИО3 знаком, они общались по-соседски. Ночью ДД.ММ.ГГГГ он находился дома, спал. Примерно в 03-00 час. он проснулся от стука в дверь, когда он подошел и открыл дверь, то увидел, что пришел ФИО3, который находился в состоянии алкогольного опьянения. Так как вечером к нему приезжали сотрудники полиции и сообщили, что ФИО3 нанес колото-резаные ранения ФИО1 и ФИО2, он знал, что ФИО3 разыскивает полиция. Он сказал ФИО3, что последнему лучше сдаться, так как последнего все равно найдут. ФИО3 пояснил, что распивал спиртное с ФИО2 и ФИО1 в доме по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, в ходе распития спиртного у них возник конфликт, из-за чего именно, последний ему так и не рассказал. Он еще раз сказал ФИО3, что нужно сдаться в полицию, последний согласился, после чего они вместе позвонили в полицию и сообщили, где находится ФИО3 При себе у ФИО3 ничего не было. ФИО3 может охарактеризовать нормально, ранее у него никаких конфликтов в 

<

адрес> не возникало ФИО1 и ФИО2 может охарактеризовать положительно, оба спокойные, не конфликтные; 

-показаниями свидетеля Свидетель №1, которая в судебном заседании показала, что она работает в хирургическом отделении Смоленской ЦРБ. В апреле 2023 года, дату не помнит, в их отделение поступили Фукс и Караваев с ножевыми ранениями. У ФИО1 было множество колото-резанных ранений, в том числе проникающие в область живота, грудь, плечи и т.д. У ФИО2 так же колото-резанные ранения, в том числе проникающие в область живота. Со слов ФИО2, когда он заступался за брата (ФИО1) то ему виновный причинил колото-резанные ранения. При поступлении в отделение оба потерпевших были в состоянии алкогольного опьянения, но были контактны;

-рапортом оперативного дежурного (том 1 л.д. 37), согласно которого сообщение от ФИО2 о причинении ему ножевого ранения поступило в ДЧ ОМВД ДД.ММ.ГГГГ в 18-65 час.;

-протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 33-51) с фототаблицей, согласно которого осмотрена 

<

адрес>, расположенная по адресу: 

<

адрес>. В ходе осмотра места происшествия зафиксирована обстановка в квартире, изъяты следы рук, стопки, стеклянная кружка с ручкой, бутылки, окурки сигарет, нож, полотенце, фрагмент ткани;

-протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 52-55) с фототаблицей, согласно которого в помещении процедурного кабинета КГБУЗ «Смоленская ЦРБ», расположенного по адресу: 

<

адрес>, изъяты рубашка, свитер ФИО1, футболка ФИО2;

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 1-7), согласно которому на фрагменте материи (изъятом при ОМП) обнаружена кровь человека, которая могла принадлежать ФИО1;

-заключением эксперта №-МК от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 22-26), согласно которого на свитере и мужской сорочке потерпевшего ФИО1 обнаружены следы-наложения №№ высохшего бурого вещества, похожего на кровь. Следы № на воротнике свитера, № на правом рукаве и № на его спинке, а также следы №№, 5, 6 на передней поверхности мужской сорочки являются помарками, которые образовались от контакта с предметом (предметами), покрытыми веществом бурого цвета, похожим на кровь до его высыхания;

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 29-35), согласно которого на рубашке и свитере ФИО1 найдена кровь человека, которая могла произойти от ФИО1;

-заключением эксперта №-МК от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 43-45), согласно которого на передней и задней поверхностях представленной футболки потерпевшего ФИО2 обнаружены следы-наложения №№, 2, 3 высохшего бурого вещества, похожего на кровь. Эта группа следов является помарками, которые образовались от контакта с предметом (предметами), покрытым веществом бурого цвета, похожим на кровь до его высыхания;

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 48-55), согласно которого на футболке ФИО2 обнаружена кровь человека, которая могла произойти за счет смешения крови ФИО2 и ФИО3;

-протоколами осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д. 83-101), согласно которых осмотрены: газетный сверток серого цвета, опечатанный биркой с оттисками мастичной печати синего цвета «ЭКП», бирка снабжена пояснительной надписью: «Пакет № фрагмент ткани, обнаруженный в ходе ОМП и изъятый с кресла по адресу: 

<

адрес>» и нечитаемыми подписями участвующих лиц. При вскрытии в свертке обнаружен фрагмент ткани голубого цвета с неразборчивыми рисунками, на ткани имеются следы ВБЦ; картонная коробка белого цвета с крышкой зеленого цвета, края которых оклеены скотчем и опечатаны биркой с оттиском мастичной печати синего цвета «Бийский филиал АКБ СМЭ». Кроме того на коробке имеется бирка с оттиском мастичной печати синего цвета «ЭКП» с пояснительной надписью: «Футболка ФИО2, изъятая по адресу: 

<

адрес>, и нечитаемыми подписями участвующих лиц. При вскрытии в коробке обнаружена мужская футболка 46 размера красного цвета. На футболке обнаружено ВБЦ на передней стороне внизу справа, а также на задней стороне футболки на спине. Кроме того, по всей поверхности футболки имеются вырезы материи после проведения генетической экспертизы; картонная коробка белого цвета с крышкой зеленого цвета, края которых оклеены скотчем и опечатаны биркой с оттиском мастичной печати синего цвета «Бийский филиал АКБ СМЭ». Кроме того на коробке имеется бирка с оттиском мастичной печати синего цвета «ЭКП» с пояснительной надписью: «Рубашка, свитер ФИО1, изъятые по адресу: 

<

адрес> «а»» и нечитаемыми подписями участвующих лиц. При вскрытии в коробке обнаружены мужская рубашка синтетическая черного цвета и свитер шерстяной черного цвета. На указанных предметах одежды обнаружено ВБЦ на передней стороне в области туловища-живота, также на верхней части рубашки и свитера, в области ключиц. Кроме того, по всей поверхности рубашки и свитера имеются вырезы материи после проведения генетической экспертизы. Указанные предметы постановлением от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.102-103) признаны по делу вещественными доказательствами;

-справками Смоленский ЦРБ (том 1 л.д.60-61), согласно которых ФИО1 поступил в хирургическое отделение ДД.ММ.ГГГГ в 20-49 час., а ФИО2 поступил в отделение ДД.ММ.ГГГГ в 21-03 час. У обоих имеются проникающие колото-резанные ранения передней брюшной стенки;

-копиями листов из КУСП ОМВД по 

<

адрес> (том 2 л.д.110-11), согласно которых сообщение в полицию от ФИО2 поступило ДД.ММ.ГГГГ в 18-56 час.;

Суд, в соответствии с п.6 ч.2 ст.74 УПК РФ, признает рапорт оперативного дежурного и справки медицинского учреждения, иными письменными доказательствами, поскольку они содержат сведения, имеющие значение для рассмотрения настоящего дела, в части времени совершения подсудимым виновных действий. 

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 225-228), согласно которого у ФИО1 обнаружены повреждения:

1.1. Колото-резаная рана передней брюшной стенки справа (1), проникающая в брюшную полость с повреждением поперечно-ободочной кишки, забрюшинной клетчатки, которые причинены однократным колото-резаным воздействием (при поступательно-возвратном движении травмирующего объекта, воздействием острого кончика (острия) на ткань, с ее проколом и одновременным продвижением объекта вглубь ткани с пересечением ее волокон лезвием (острым краем или кромкой) твердого объекта удлиненной формы, имеющего острие (острый кончик), лезвие (острый край или кромку). Согласно предоставленным медицинским документам, раневой канал ориентирован: спереди-назад, слева-направо, снизу-вверх. Данные повреждения по признаку опасности для жизни в совокупности относятся к причинившим тяжкий вред здоровью повреждениям (по медицинским критериям подпункта «6.1.15» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №н от ДД.ММ.ГГГГ).

1.2. Колото-резаная рана передней поверхности грудной клетки слева в надключичной области (1), проникающая в левую плевральную полость, с повреждением мягких тканей грудной клетки и пристеночной плевры левой плевральной полости; наличие воздуха в левой плевральной полости (пневмоторакс), которые причинены однократным колото-резаным воздействием (при поступательно-возвратном движении травмирующего объекта, воздействием острого кончика (острия) на ткань, с ее проколом и одновременным продвижением объекта вглубь ткани с пересечением ее волокон лезвием (острым краем или кромкой) твердого объекта удлиненной формы, имеющего острие (острый кончик), лезвие (острый край или кромку). Ориентация раневого канала спереди назад, более точно высказаться, касательно ориентации раневого канала не представляется возможным, так как в предоставленных медицинских документах, таковых записей не имеется. Раневой канал слепо запухает в плевральной полости. Данные повреждения по признаку опасности для жизни в совокупности относятся к причинившим тяжкий вред здоровью повреждениям (по медицинским критериям подпункта «6.1.9» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №н от ДД.ММ.ГГГГ).

1.3. Колото-резаные раны нижней челюсти слева (2), левого плечевого сустава (5), передней поверхности грудной клетки слева (1) и справа (1), левого плеча (1), левого предплечья (1), затылочной области (1), которые причинены (не менее 11) колото-резаными воздействиями (при поступательно-возвратном движении травмирующего объекта, воздействием острого кончика (острия) на ткань, с ее проколом и одновременным продвижением объекта вглубь ткани с пересечением ее волокон лезвием (острым краем или кромкой) твердого объекта удлиненной формы, имеющего острие (острый кончик), лезвие (острый край или кромку).

Раневой канал раны передней поверхности грудной клетки слева ориентирован снизу-верх, слева-направо, спереди-назад (согласно записям в предоставленных медицинских документах). Раневой канал раны передней поверхности грудной клетки справа ориентирован слева-направо, спереди-назад, сверху-вниз (согласно записям в предоставленных медицинских документах). Ориентация раневых каналов, касательно оставшихся ран (указанных в подпункте 1.3 данных выводов) в предоставленных медицинских документах не указан. Для заживления подобных ран указанных в пункте 1.3 всегда требуется срок не свыше трех недель, поэтому данные телесные повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (по медицинским критериям подпункта «8.1» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №н от ДД.ММ.ГГГГ).

Все вышеуказанные повреждения (пункт «1») могли быть причинены в период за 1-2 месяца до времени начала экспертизы, что подтверждается характером повреждений (рубцы ярко-красного цвета, плотные на ощупь, выше уровня кожи), данными медицинских документов. Дата причинения данных повреждений не указана в медицинских документах. Дата обращения за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ.

Более конкретно высказаться о конструкционных особенностях травмирующего объекта не представляется возможным, так как они не отобразились в морфологии повреждений.

Касательно повреждений, указанных в подпункте «1.2», при их образовании направление воздействия было - спереди - назад, слева-направо, снизу-вверх; касательно повреждений, указанных в подпункте «1.2» спереди назад, касательно повреждений, указанных в подпункте «1.3», а именно: раны передней поверхности грудной клетки слева - снизу-верх, слева-направо, спереди-назад; раны передней поверхности грудной клетки справа - слева-направо, спереди-назад, сверху-вниз (учитывая ориентацию раневых каналов, описанную в медицинских документах). Касательно оставшихся ран (указанных в подпункте 1.3 данных выводов) не представляется возможным судить о направлении воздействия, в связи с отсутствием описания ориентации раневых каналов повреждений в предоставленных медицинских документах.

Взаимное расположение потерпевшего и нападавшего в момент причинения всех вышеуказанных повреждений могло быть любым, за исключением такого, когда травмируемая область была прикрыта;

-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 231-233), согласно которого у ФИО2 обнаружены повреждения:

1.1. Колото-резаная рана передней брюшной стенки справа, проникающая в брюшную полость с повреждением подвздошной кишки (1), брыжейки тонкого отдела кишечника (1), которые причинены однократным колото-резаным воздействием (при поступательно-возвратном движении травмирующего объекта, воздействием острого кончика (острия) на ткань, с ее проколом и одновременным продвижением объекта вглубь ткани с пересечением ее волокон лезвием (острым краем или кромкой) твердого объекта удлиненной формы, имеющего острие (острый кончик), лезвие (острый край или кромку). Согласно предоставленным медицинским документам, раневой канал ориентирован - спереди, назад, справа налево, горизонтально. Данные повреждения по признаку опасности для жизни в совокупности относятся к причинившим тяжкий вред здоровью повреждениям (по медицинским критериям подпункта «6.1.15» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №н от ДД.ММ.ГГГГ).

1.2. Колото-резаные раны правой боковой поверхности таза (1), правого бедра (2), задней поверхности грудной клетки в межлопаточной области (1), которые причинены не менее чем 4-х кратными колото-резаными воздействиями (при поступательно-возвратном движении травмирующего объекта, воздействием острого кончика (острия) на ткань, с ее проколом и одновременным продвижением объекта вглубь ткани с пересечением ее волокон лезвием (острым краем или кромкой) твердого объекта удлиненной формы, имеющего острие (острый кончик), лезвие (острый край или кромку). Ход раневых каналов данных колото-резаных ран в предоставленных медицинских документах не указан. Для заживления подобных ран всегда требуется срок не свыше трех недель, поэтому данные телесные повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (по медицинским критериям подпункта «8.1» «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ» №н от ДД.ММ.ГГГГ).

Все вышеуказанные повреждения могли быть причинены в период за 1-2 месяца до времени начала экспертизы, что подтверждается характером повреждений (рубцы ярко- красного цвета, плотные на ощупь, выше уровня кожи), данными медицинских документов. Дата причинения данных повреждений не указана в медицинских документах. Дата обращения за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ.

Более конкретно высказаться о конструкционных особенностях травмирующего объекта не представляется возможным, так как они не отобразились в морфологии повреждений.

Касательно повреждений, указанных в подпункте «1.1», при их образовании направление воздействия было - спереди, назад, справа налево, горизонтально (учитывая ориентацию раневого канала, описанную в медицинских документах). Касательно повреждений, указанных в подпункте «1.2» не представляется возможным судить о направлении воздействия, в связи с отсутствием описания ориентации раневых каналов повреждений в предоставленных медицинских документах.

Взаимное расположение потерпевшего и нападавшего в момент причинения всех вышеуказанных повреждений могло быть любым, за исключением такого, когда травмируемая область была прикрыта; 

-показаниями подсудимого, данными им в судебном заседании, согласно которых ФИО3 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ в послеобеденное время пришел домой к Фуксу, где находились так же Караваев и Свидетель №4. Они все стали распивать спиртное на кухне в квартире. В ходе распития спиртного Караваев и Фукс стали обсуждать его сожительницу ФИО4 и оскорблять её, на его просьбы прекратить, не прореагировали, после чего Караваев ударил его кулаком в челюсть, от удара он (ФИО3) ударился виском о косяк, и у него пошла кровь. После чего он (ФИО3) вытащил из пакета, который у него был с собой, нож и начал наносить удары Фуксу, который сидел перед ним в кресле, ножом в область живота, нанес не более 4-5 ударов в живот и по телу, куда точно не помнит. В этот момент Караваев кинулся на его (ФИО3) и сбил его с ног, они переместились в коридор, где упали на пол, Караваев сверху упал на него (ФИО3), и в этот момент он (ФИО3) два раза ткнул ножом в бедро ФИО2, нож держал в правой руке, при \том думал, что после нанесения ему ударов Караваев его отпустит. Но Караваев стал его душить, и тогда он (ФИО3) перехватил нож в левую руку и дважды ударил ФИО2 в область между лопаток со спины. После этого вылез из-под ФИО2, обулся и ушел. Нож бросил в доме на полу. После этого он сразу ушел и через некоторое время пришел к своему соседу Свидетель №3, на следующий день позвонил в полицию, и сообщил где находится.

На ФИО1 напал с ножом, так как предположил, что Фукс может на него напасть в ходе ссоры по поводу оскорблений его (ФИО3) сожительницы. В момент, когда он наносил удары ножом Фуксу в живот и по телу, его сбил Караваев, кинулся на него. От удара ФИО2 он ударился о косяк двери и рассек бровь. Все остальные телесные повреждения, которые обнаружены у него в результате осмотра и по заключению СМЭ он причинил ранее на работе. До конфликта в квартире у ФИО1, он не видел у ФИО1 и Караваева никаких телесных повреждений. Не отрицает что причинял телесные повреждения Фуксу и ФИО2 будучи в состоянии алкогольного опьянения, однако это не способствовало совершению им указанных деяний. если бы он был трезв, то поступил бы так же, так как потерпевшие оскорбили его сожительницу. Убивать он никого не хотел. Раскаивается в совершении именно тех деяний, которые признает, в части нанесения ножом 4-5 ударов Фуксу, и в части нанесения Караваеву ножом 2-х ударов в ногу и 2-х ударов в спину. 

Оценив все доказательства, которые были представлены стороной обвинения и стороной защиты и исследованные в судебном заседании, с соблюдением требований ст. 87 и ст. 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, каждое в отдельности и в совокупности, тщательно исследовав обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что в судебном заседании вина ФИО3 в совершении преступных деяний, в том объёме как они изложены в описательной части приговора, полностью доказана стороной обвинения. 

Анализируя и оценивая все приведенные доказательства, представленные стороной обвинения (которые изложены выше), изученные в судебном заседании в совокупности, суд считает их объективными, достоверными, добытыми законным путем, и признает их допустимыми доказательствами. 

У суда нет оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевших, свидетелей стороны обвинения, данных как в судебном заседании, так и на стадии предварительного расследования, которые были оглашены в судебном заседании, поскольку они последовательны, объективны, находятся во взаимосвязи между собой и с другими доказательствами, дополняют друг друга и не противоречат им. 

Оснований для оговора подсудимого со стороны потерпевших в судебном заседании не установлено. Показания потерпевшего ФИО2 в части расположения его и ФИО3, в момент их конфликта и в момент нанесения подсудимым ударов ФИО2 неустановленным следствием предметом, по мнению суда не влияют на фактически установленные в судебном заседании обстоятельства, не являются юридически значимыми, не влияют на вопрос доказанности вины подсудимого и квалификацию его действий. 

Показания указанных потерпевших и свидетелей, так же согласуются с показаниями подсудимого в части причинения подсудимым телесных повреждений ФИО1 и ФИО2, предметом с поражающей способностью (со слов подсудимого ножом), за исключением количества нанесенных ударов и места расположения конфликтующих в помещениях квартиры, что по мнению суда не влияет на вопрос доказанности вины подсудимого и квалификацию его действий. Не признание подсудимым количества нанесенных им ударов ФИО1 и ФИО2, в результате которых у потерпевших наступили телесные повреждения, которые обнаружены у потерпевших в результате проведения медицинской экспертизы, суд расценивает как избранный подсудимым способ защиты, с целью избежать ответственности за содеянное и уменьшить степень своей вины. 

Все показания потерпевших в целом непротиворечивы, логичны, объективно подтверждаются иными добытыми по делу доказательствами, которые получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и могут быть положены в основу приговора.

В судебном заседании из показаний вышеуказанных потерпевших и свидетелей, установлен факт того, что непосредственно после совершения преступных действий ФИО3, в виде нанесения ударов предметом с высокой поражающей способностью в жизненно-важные органы потерпевших ФИО1 и ФИО2, последние были доставлены бригадой скорой помощи в медицинское учреждение и госпитализированы, что исключает получение потерпевшими телесных повреждений которые у них обнаружены в результате проведения СМЭ, при иных обстоятельствах, не указанных в описательной части приговора. 

Напротив, как на стадии предварительного расследования, так и в судебном заседании сам подсудимый не отрицал факта нанесения как ФИО1, так и ФИО2 телесных повреждений предметом с высокой поражающей способностью (со слов подсудимого ножом), при этом оспаривал лишь количество ударов и их локализацию (что суд расценивает как способ защиты), так же подсудимый не отрицал, что до начала его преступных действий в отношении потерпевших, у ФИО1 и ФИО2 не имелось телесных повреждений, что подтверждается и показаниями самих потерпевших, а так же свидетеля Свидетель №4. 

Показания потерпевших ФИО1 и ФИО2, которые они давали в судебном заседании и на предварительном следствии в частности механизма нанесения, локализации причиненных им телесных повреждений, согласуются с заключением судебно-медицинских экспертиз, которыми установлены характер, локализация телесных повреждений у ФИО1 и ФИО2, механизм их образования, степень их тяжести. Экспертизы проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, экспертом, обладающим соответствующей квалификацией и стажем работы в указанной области. Выводы экспертиз не оспаривались стороной защиты в судебном заседании.

В ходе проверки показаний потерпевших ФИО1 и ФИО2 на месте, они последовательно поясняли о механизме и локализации ножевых ранений, которые были им причинены именно ФИО3, так же ФИО2 подробно показал об обстоятельствах, в силу которых ФИО3 не удалось довести преступление в отношении ФИО1, до конца.

Проверки показаний потерпевших ФИО1 и ФИО2 на месте, проведены в соответствии с требованиями ст.194 УПК РФ, с разъяснением потерпевшим соответствующих процессуальных прав, которые указали на место совершения преступления, пояснив на месте об обстоятельствах совершенных ФИО3 преступлений, что было зафиксировано на фототаблице, по окончании проверок показаний на месте потерпевшие ознакомились с протоколом, своей подписью удостоверили правильность отражения в протоколе хода следственного действия.

Доводы подсудимого и его защитника о том, что ФИО2 и ФИО1 явились инициаторами конфликта, оскорбляли его сожительницу и ФИО2 первый начал наносить ему удары, суд признает несостоятельными, не нашедшими своего подтверждения, поскольку они опровергаются показаниями потерпевших ФИО2 и ФИО1, а так же показаниями свидетеля Свидетель №4, которые признаны судом допустимыми доказательствами. Показания потерпевших и свидетеля Свидетель №4 согласуются между собой, и подтверждаются совокупностью иных доказательств. 

Указанные доводы подсудимого, о противоправном поведении потерпевших, суд расценивает как способ защиты, и относится к ним критически так же в силу того, что показания подсудимого ФИО3 не логичны, поскольку он пояснил суду, что первым ему причинил телесные повреждения ФИО2, при этом он (ФИО3) достав нож начал наносить удары ФИО1, обосновывая своё поведение тем, что опасался активных действий со стороны ФИО1, одновременно поясняя суду, что ФИО1 сидел и не совершал в отношении него активных действий. Данная позиция подсудимого судом признается несостоятельной и не логичной, что свидетельствует о недостоверности событий, о которых рассказывает подсудимый. 

К доводам подсудимого о том, что конфликт и сами события, в результате которых потерпевшие получили телесные повреждения происходили в кухне и коридоре квартиры, суд так же относится критически, они опровергаются показаниями потерпевших, свидетеля Свидетель №4, а так же свидетеля Бернгард, который показал, что когда пришёл в квартиру к ФИО1, то обнаружил его лежащим на полу в зале, у последнего на шее была кровь. Потерпевшие так же показали о том, что ФИО3 совершил свои противоправные действия в отношении ФИО1 в зале квартиры. Свидетель №4 показал, что когда вышел из комнаты в зал, то увидел лежащего на полу ФИО1. При этом, суд учитывает, что расположение потерпевших и подсудимого в помещении квартиры в момент совершения подсудимым преступлений, не влияет на доказанность вины подсудимого в содеянном и квалификацию его деяний. 

Тот факт, что потерпевший ФИО2 не видел ножа в руке подсудимого в момент нанесения им ударов потерпевшему ФИО1, а так же самому ФИО2, а также не видел нанесения самих ударов, не влияет на доказанность вины ФИО3 в совершенных им виновных деяниях, которые описаны в описательной части приговора, поскольку виновность осужденного подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе и показаниями самого ФИО3, который не отрицал нанесением им ударов ножом, как ФИО1, так и ФИО2. 

Незначительные расхождения в показаниях потерпевшего ФИО2 (данных на предварительном расследовании при допросе его следователем Свидетель №5 ДД.ММ.ГГГГ, и в судебном заседании) в части того, что он наблюдал нанесение ударов ФИО3, лежащему на полу в зале ФИО1, суд объясняет индивидуальными особенностями его памяти, а так же давностью событий, о которых допрашивался потерпевший, расхождения являются не существенными, и не влияющими на доказанность вины подсудимого. 

В судебном заседании было установлено, что нарушений уголовно-процессуального закона при допросе потерпевших, свидетелей и при производстве иных следственных действий на стадии предварительного расследования не допущено, процедура и порядок их проведения соответствовали требованиям УПК РФ.

К доводам потерпевшего ФИО2 в судебном заседании о том, что он не говорил следователю о том, что видел как ФИО3 наносит удары ФИО1, суд относится критически, поскольку при проверке его показаний он подробно показал об этом, и после оглашения в судебном заседании протокола проверки показаний на мете, подтвердил изложенные в протоколе показания. Протокол был прочитан и подписан без замечаний потерпевшим, что не оспаривал ФИО2 в судебном заседании. 

При этом, версия ФИО2 о том, что он подписал протокол не прочитав его, не нашла своего подтверждения в судебном заседании. Каких-либо недозволенных методов следствия материалами дела и в ходе допроса следователя Свидетель №5 не установлено. Было установлено, что ФИО2, в ходе предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ допрашивался строго в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, ему разъяснялись его права. В протоколе его допроса и протоколе проверки его показаний на месте имеются подписи потерпевшего, ФИО2 не оспаривал, что подписи принадлежат ему, замечаний по окончании допроса не поступали. Таким образом, доводы ФИО2, о том, что он не читал протоколы и не говорил про то, что видел как ФИО3 наносил удары ФИО1, суд признает несостоятельными и относиться к ним критически, расценивает их как не желание подтверждать «неудобные» для него показания. 

Объективных данных о том, что потерпевшие ФИО2 и ФИО1 могли получить телесные повреждения при иных обстоятельствах, чем указано в описательной части приговора, стороной зашиты, суду не представлено.

Рассмотрев уголовное дело, суд приходит к выводу, что вина подсудимого в преступных деяниях, которые подробно изложены в описательной части приговора, подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами, у суда не вызывает сомнений доказанность вины подсудимого в совершении преступлений, суд считает вину подсудимого в совершении преступлений установленной, соглашается с позицией государственного обвинителя, высказанной в прениях, и квалифицирует действия ФИО3 (в отношении ФИО1) по ч. 3 ст. 30, ч.1 ст.105 Уголовного кодекса Российской Федерации, как покушение на убийство, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам; (в отношении ФИО2) по п.п. а, з ч. 2 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, в отношении лица в связи с выполнением данным лицом общественного долга, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия. 

Суд считает, что данная квалификация действий подсудимого объективно подтверждена в судебном заседании совокупностью представленных доказательств.

Принимая решение о вышеуказанной квалификации действий подсудимого, суд учитывает требования п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, и приходит к выводу, что действия подсудимого, квалифицируемые по новым статьям закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

Утверждения стороны защиты о необходимости иной оценки обстоятельств происшедшего, не имеют под собой каких-либо оснований, поскольку не соответствуют доказательствам, которые изучены в судебном заседании и представлены стороной защиты, высказывания подсудимого и его защитника, не содержат в себе убедительных доводов, подтверждавших указанные утверждения.

Суд не соглашается с доводами стороны защиты о том, что у ФИО3 не имелось умысла на убийство ФИО1, и о том, что он имел возможность при желании довести свои намерения до конца, однако самостоятельно прекратил свои деяния и ушел из квартиры, поскольку в соответствии со ст. 31 УК РФ добровольным отказом от преступления признается прекращение лицом действий, непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца. При этом лицо должно добровольно и окончательно отказаться от доведения преступления до конца.

Однако из совокупности изложенных выше доказательства, судом достоверно установлено, что критерий добровольности отказа от преступлений в действиях ФИО3 по отношению к потерпевшему ФИО1 отсутствовал. Так, согласно показаниям потерпевшего ФИО2, он увидел, что ФИО3 сидит около лежащего на полу ФИО1 и наносит ему удары, схватил его (ФИО3) и стал оттаскивать от ФИО1, подсудимый ФИО3 так же в судебном заседании не отрицал, что в момент нанесения им ударов ножом по телу ФИО1, ФИО2 накинулся на него, сбил с ног и у них началась драка. При этом, после того, как ФИО2 пресёк противоправные действия ФИО3 в отношении ФИО1, ФИО3 стал наносить удары ФИО2. Телесные повреждения, обнаруженные у ФИО1 причинены в результате нанесения множества ударов, предметом с высокой поражающей способностью, в область расположения жизненно важных органов, причинили тяжкий вред здоровью потерпевшего ФИО1. Лишь благодаря активным действиям потерпевшего ФИО2, который «оттащил» ФИО3 от потерпевшего ФИО1, и в целях сохранения жизни ФИО1 и своего здоровья, стал «оттаскивать» ФИО3 с целью вывести его из квартиры, потерпевшему ФИО1 удалось избежать дальнейшего нападения.

Описанные выше действия ФИО3 в отношении потерпевшего ФИО1 свидетельствует о том, что он приступил к выполнению объективной стороны преступления, но преступление не было доведено им до конца ввиду активного сопротивления потерпевшего ФИО2 и пресечения им противоправных действий ФИО3. Тот факт, что подсудимый вышел на улицу без ножа, не свидетельствует об отказе от продолжения преступления, поскольку в указанный момент его преступные действия уже были пресечены потерпевшим ФИО2. 

Доводы защитника о том, что обвинение ФИО3 в покушении на убийство ФИО1 надумано в силу того, что в судебном заседании установлено, что подсудимый после того, как его оттолкнул ФИО2, имел достаточно времени и возможности окончить инкриминируемое ему преступление, но этого не сделал, суд находит несостоятельными, поскольку действия ФИО3 были прекращены именно в результате оказания активного сопротивления потерпевшего ФИО2, который пресек противоправные действия ФИО3, принял меры к тому, чтобы пресечь действия ФИО3, путем усилий вывел его из квартиры на улицу, и принял все меры к доставлению потерпевшего ФИО1 в ЦРБ для оказания своевременной медицинской помощи, от чего ФИО3 не смог довести задуманное до конца. 

Суд критически расценивает показания подсудимого, данные им в ходе судебного разбирательства, о том, что он не желал смерти потерпевшему ФИО1, не наносил ему множественные удары и не наносил удар в область живота ФИО2, предполагая что ФИО2 сам упал на нож, расценивает его позицию как избранный и реализованный способ защиты, с целью приуменьшить свою роль в содеянном, поскольку его показания опровергаются имеющимися по делу доказательствами.

При этом суд считает необходимым за основу обвинительного приговора положить показания потерпевших ФИО2 и ФИО1, данными ими в судебном заседании, на стадии предварительного расследования и при проверке их показаний на месте, показания свидетелей Свидетель №4, Свидетель №2 и Свидетель №1, данные ими в ходе предварительного расследования и в суде, поскольку данные показания в полной мере согласуются с письменными доказательствами, с заключением судебно-медицинских экспертиз телесных повреждений, обнаруженных у ФИО2 и ФИО1, механизма их образования.

Иные, приведенные в приговоре заключения судебных экспертиз, вещественные доказательства, дополняют и подтверждают показания потерпевших и свидетелей, а также в целом вывод суда о виновности ФИО3 в причинении ФИО1 ножевых ранений, направленных на причинение смерти, и в причинении ФИО2 ножевых ранений, направленных на причинение тяжкого вреда здоровью. 

О наличии у подсудимого умысла на причинение смерти потерпевшему ФИО1 и умысла на причинение тяжких телесных повреждений потерпевшему ФИО2, свидетельствуют обстоятельства совершенных преступлений, его целенаправленные действия, способ и механизм нанесения ударов ножом в отношении каждого потерпевшего, характер и локализация телесных повреждений у каждого потерпевшего, выбор орудия совершения преступления (со слов подсудимого-ножа), обладающего высокой поражающей способностью. 

Из показаний потерпевших, заключений судебно-медицинских экспертиз установлено, что телесные повреждения, причиненные потерпевшему ФИО1 образовались в результате не менее, чем 13 ударов в область жизненно-важных органов - передней поверхности грудной клетки, живота, нижней челюсти, левых плечевого сустава, плеча, предплечья, затылочной области, колюще-режущим объектом (предметом, орудием), были причинены в короткий промежуток времени.

С учетом вышеприведенных обстоятельств подсудимый осознавал противоправный и общественно-опасный характер своих действий, предвидел возможность наступления от его действий последствий в виде причинения смерти потерпевшему ФИО1, и желал этого, действовал умышленно, направленно на достижение цели-убийство ФИО1, путем многократного нанесения ударов в места расположения жизненно важных органов, предметом, обладающим большой поражающей способностью, как способа убийства, не доведенные до конца по независящим от ФИО3 обстоятельствам, поскольку его противоправные действия были пресечены ФИО2, который начал активно пресекать виновное деяние ФИО3.

Совокупность указанных выше доказательств виновности ФИО3 в виновном деянии, которое установлено судом при рассмотрении дела, опровергает доводы защитника и подсудимого о невиновности подсудимого, об отсутствии умысла на убийство потерпевшего ФИО1, и необходимости квалификации его действий по иным составам преступлений УК РФ.

Учитывая вышеизложенное и совокупность исследованных судом доказательств, которые подробно изложены выше, суд так же приходит к выводу, что стороной обвинения в судебном заседании доказан факт умышленного причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2, опасного для жизни человека, выполняющего общественный долг по пресечению совершения ФИО3 преступления, с применением предмета, используемого в качестве оружия, именно ФИО3.

В судебном заседании из показаний вышеуказанных свидетелей и потерпевшего ФИО2, установлен факт того, что после момента причинения ФИО3 умышленных телесных повреждений ФИО2, последний практически сразу же был доставлен в больницу, что исключает возможность получения телесных повреждений потерпевшим ФИО2 при иных обстоятельствах, не указанных в описательной части приговора. 

Как потерпевший ФИО2, так и сам подсудимый ФИО3 в судебном заседании пояснили, что телесные повреждения ФИО2, ФИО3 нанес именно в процессе когда ФИО2 «оттаскивал» ФИО3 от ФИО1 (то есть пресекал совершение ФИО3 преступления), то есть выполнял свой общественный долг. 

Согласно Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (в действующей ред.) «О судебной практике по делам об убийстве» под выполнением общественного долга следует понимать осуществление гражданином как специально возложенных на него обязанностей в интересах общества или законных интересах отдельных лиц, так и совершение других общественно полезных действий (пресечение правонарушений, сообщение органам власти о совершенном или готовящемся преступлении либо о местонахождении лица, и др.).

Суд считает установленным, что ФИО2, пресекая противоправные действия ФИО3, направленные на убийство ФИО1, выполнял свой общественный долг, при этом, ФИО3 понимая это, и осознавая что ФИО2 выполняет свой общественный долг, и имея умысел на причинение ему тяжких телесных повреждений, умышленно нанес ФИО2 удары ножом, в том числе и в область жизненно-важных органов. 

Наличие причинно-следственной связи между противоправным деянием ФИО3 в виде причинения телесных повреждений ФИО2 с помощью предмета (как следует из показаний подсудимого ножа), и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2, подтверждается и заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно, которого у ФИО2 обнаружены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

О наличии у подсудимого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО2 свидетельствует локализация, тяжесть телесных повреждений, способ нанесения удара с применением предмета с высокой поражающей способностью (со слов подсудимого ножа), используемого в качестве оружия, со стороны передней брюшной стенки (где расположены жизненно-важные органы человека), наличие у подсудимого мотива и повода к совершению преступления. Действия подсудимого были последовательными, целенаправленными, что свидетельствует об их умышленном характере. 

Как установлено в судебном заседании подсудимый нанес потерпевшему ФИО2 колото-резаное ранение передней брюшной стенки справа, проникающее в брюшную полость с повреждением подвздошной кишки (1), брыжейки тонкого отдела кишечника (1), т.е. в жизненно-важный орган, что так же свидетельствует об умысле на причинение потерпевшему ФИО2 тяжкого вреда здоровью, что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы, установившей тяжесть причиненного вреда, и иными доказательствами, приведенными в приговоре, оценка которым дана судом. 

Не признание подсудимым факта нанесения удара ФИО2 именно в брюшную полость, и его показания о том, что ФИО2 сам упал на нож, суд расценивает как избранный подсудимым способ зашиты, и не находит убедительными доводы подсудимого и его защитника о необходимости квалификации деяния ФИО3 в отношении ФИО2 по иным составам преступлений УК РФ. 

Суд приходит к выводу, что подсудимый, нанося неоднократные удары потерпевшему ФИО2 с помощью ножа, обладающего большой поражающей способностью, в том числе и в жизненно важные органы, со значительной силой, поскольку раны являются проникающими, желал причинить тяжкий вред его здоровью. Подсудимый не оспаривал количество и локализацию нанесенных им ударов за исключением удара в брюшную полость потерпевшего ФИО2, при этом позиции подсудимого судом дана оценка, его позиция расценена как способ защиты. 

Квалифицирующий признак «применение предмета используемого в качестве оружия» нашел свое полное подтверждение в судебном заседании, и не оспаривался стороной защиты, полностью подтверждается показаниями подсудимого ФИО3, данными в судебном заседании, а так же заключениями СМЭ в отношении каждого подсудимого, согласно выводов которых, телесные повреждения у ФИО1 и ФИО2 относятся к колото-резанным ранам, которые могли быть причинены лишь предметом с высокой поражающей способностью. 

Заключения СМЭ об обнаружении телесных повреждений у ФИО1 и ФИО2, их локализации и механизме образования даны высококвалифицированным специалистом, отвечают всем требованиям, предъявляемым ст.204 УПК РФ и Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» к заключению экспертов, экспертизы проведены лицом, обладающим специальными знаниями в соответствующей области, и предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, полно отражают анализ телесных повреждений, содержат подробный анализ содержания всех разделов исследованных материалов с результатами проведенных исследований. Полученные при этом выводы по поставленным перед экспертом вопросам аргументированы. Оснований ставить под сомнение достоверность содержащихся в экспертных заключениях выводов не имеется, поскольку экспертизы проведены лицом, обладающим большим опытом экспертной работы, имеющим первую квалификационную категорию, в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом. 

В связи с чем, суд признает заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (в отношении ФИО1) и № от ДД.ММ.ГГГГ (в отношении ФИО2) относимыми, допустимыми доказательствами по делу и в совокупности с другими доказательствами считает необходимым положить их в основу обвинительного приговора.

Оснований полагать, что экспертизы проведены с недостаточной полнотой, либо оснований, свидетельствующих о необходимости повторного экспертного исследования, в судебном заседании не установлено.

Письменные доказательства, исследованные в судебном заседании, и подробно описанные в приговоре, суд признает относимыми, допустимыми, полученными с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, они объективно подтверждают показания перечисленных выше лиц, и считает возможным положить их в основу обвинительного приговора.

Совершенные ФИО3 преступления не являются неосторожными, он наносил удары ножом потерпевшим ФИО1 и К.Н.НБ. действуя целенаправленно, понимал, что в результате указанных действий может наступить смерть ФИО1 и может быть причинен тяжкий вред здоровью ФИО2. 

Показания подсудимого ФИО3, данные в судебном заседании, в части того, что он нанес удары ФИО1 и ФИО2 в целях самообороны, и нанес меньше ударов ножом каждому потерпевшему, чем ему вменяется, суд признает не соответствующими действительности, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаниями потерпевших, свидетелей, оснований не доверять которым у суда не имеется, в судебном заседании не установлено и причин для оговора потерпевшими и свидетелями подсудимого, как и наличия у них заинтересованности в исходе дела. Кроме того, суд учитывает, что подсудимый ФИО3 в судебном заседании не отрицает, что наносил удары ножом как ФИО1, так и ФИО2, однако избирая способ защиты преуменьшает количество и локализацию нанесённых им ударов, что свидетельствует лишь о способе защиты с целью уменьшить степень своей вины в совершенных противоправных деяниях.

Данных о том, что ФИО2 или ФИО1 в отношении подсудимого совершались какие-либо действия, свидетельствующие о противоправном либо аморальном поведении по отношению к подсудимому, отсутствуют. 

Напротив как установлено судом, подтверждается показаниями потерпевших и свидетеля Свидетель №4, конфликта между ними не было.

Однако суд считает достоверными показания потерпевшего ФИО1, что ФИО3 начал наносить ему удары после его (ФИО1) требования идти домой, которое подсудимый использовала как малозначительный повод, из чего следует, что умысел на убийство ФИО1 у ФИО3 возник на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений. 

Учитывая совокупность всех изложенных обстоятельств содеянного, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, предшествующее преступлению и последующее за ним поведение ФИО3, суд приходит к выводу о наличии у подсудимого прямого умысла на лишение ФИО1 жизни.

Тяжкий вред здоровью ФИО2, подсудимый причинил так же на почве личной неприязни к потерпевшему. Мотивом преступления явилась личная неприязнь подсудимого, возникшая в результате того, что ФИО2 стал пресекать его противоправные действия, направленные на убийство ФИО1, и не дал ему довести его преступные действия до конца. 

Тот факт, что ФИО3 имел личную неприязнь к ФИО1 и ФИО2 в результате ссоры с ними, был зол на них непосредственно перед совершением преступлений, не отрицалось и самим подсудимым в судебном заседании, а так же подтверждается показаниями потерпевшего ФИО2, который показал, что ФИО3 был агрессивно настроен. 

Учитывая исследованные в судебном заседании доказательства, действия подсудимого перед, во время и после совершения преступлений, суд приходит к выводу о том, что подсудимый не мог совершить преступления в состоянии сильного душевного волнения, либо в целях самообороны, поскольку непосредственно перед совершением преступлений со стороны потерпевших ФИО1 и ФИО2 к нему не было применено насилие, издевательство или тяжкое оскорбление, а, следовательно, у подсудимого не было повода для возникновения аффекта либо повода действовать с целью самозащиты.

Суд исключает длительную психотравмирующую ситуацию как повод для аффекта, учитывая характер отношений подсудимого и потерпевших, отсутствие у них какого-либо регулярного общения до совершенных подсудимым преступлений. 

Какого-либо аморального поведения потерпевших, которое могло служить поводом для возникновения аффекта у подсудимого, судом не установлено. 

Доказательств того, что ФИО3 что-либо угрожало, либо со стороны ФИО1 и ФИО2 была угроза в отношении подсудимого, стороной защиты суду так же не представлено. 

К доводам защитника о том, что именно поведение потерпевших явилось поводом для совершения преступления, поскольку потерпевшие оскорбили сожительницу подсудимого, суд относиться критически и расценивает их как способ уменьшить степень вины подсудимого, поскольку стороной защиты не представлено допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих каким именно образом потерпевшие спровоцировали подсудимого. Защитник и подсудимый не смогли с достоверностью обосновать свою позицию в части того, что препятствовало ФИО3 (в случае если для него были оскорбительными слова потерпевших) уйти из квартиры ФИО1, и прекратить с ними общение. Из показаний свидетелей так же не следует, что поведение потерпевших было аморальным или противоправным по отношению к подсудимому, либо способствовало совершению подсудимым противоправных действий в отношении потерпевших. 

Как видно из материалов уголовного дела, и показаний подсудимого, в период совершения преступлений действия подсудимого ФИО3 носили упорядоченный, последовательный характер, не содержали признаков расстроенного сознания и психических нарушений, он сохранил воспоминания о том периоде времени, что также исключает наличие аффекта в его действиях.

Вопреки доводам защиты, суд не усматривает в действиях подсудимого и признаков необходимой обороны, равно как и превышения ее пределов, поскольку в судебном заседании установлено, что перед совершением преступных деяний и в момент их совершения, какой-либо угрозы для жизни и здоровья ФИО3 не имелось, каких-либо действий, создающих угрозу для жизни и здоровья подсудимому потерпевшие не предпринимали, угроз их совершения не производили и не высказывали, напротив, инициатором конфликтной ситуации являлся подсудимый, что подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами. 

При этом целенаправленные и объективные действия подсудимого во время совершения преступлений - нанесение с силой предметом с высокой поражающей способностью (со слов подсудимого ножа), множества ударов обоим потерпевшим в область расположения жизненно-важных органов потерпевших, характер и механизм образования причиненных потерпевшим телесных повреждений ФИО1, свидетельствуют о направленности умысла подсудимого именно на убийство потерпевшего, а не на совершение неосторожных действий, связанных с защитой от нападения со стороны потерпевшего или неосторожным поведением потерпевшего. 

В судебном заседании установлено, что ФИО3 наносил удары ножом потерпевшему ФИО1, когда в руках у того отсутствовало какое-либо оружие, каких-либо действий, которые подсудимый мог бы расценить, как посягательство на его здоровье и жизнь, потерпевший не совершал, ножевые ранения были нанесены подсудимым на почве личных неприязненных отношений, возникших в ходе предшествовавшей преступлению ссоре. 

Суд считает, что у ФИО3, при сложившихся обстоятельствах имелась реальная возможность избежать дальнейшего конфликта с потерпевшими, однако он выбрал иной способ разрешения конфликтной ситуации, в результате которого ФИО2 были причинены тяжкие телесные повреждения, а ФИО1 были причинены проникающие колото-резаные ранения, не повлекшие его смерть по независящим от ФИО3 обстоятельствам, в связи с пресечением его преступных действий ФИО2, который оттащил ФИО3 от ФИО1 и вывел из квартиры, и в связи с оказанием потерпевшему ФИО1 своевременной квалифицированной медицинской помощи. 

Суд считает, что сознательное причинение ФИО3 телесных повреждений потерпевшему ФИО1, опасность которых для жизни достаточно очевидна с учетом их локализации и орудия совершения преступления, свидетельствует о наличии интеллектуального элемента умысла у ФИО3, именно на причинение смерти ФИО1, которая не наступила по независящим от ФИО3 обстоятельствам.

Допросив подсудимого, потерпевших, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, и, оценивая изложенное в совокупности, суд считает, что место, время, способ и обстоятельства совершенных ФИО3 преступлений, достоверно установлены приведенными выше доказательствами, которые согласуются между собой и свидетельствуют о доказанности вины подсудимого.

Иные доводы стороны защиты и подсудимого не свидетельствуют о недоказанности вины подсудимого в совершенных преступлениях, а направлены на иную оценку доказательств, которые были исследованы в судебном заседании, и которым суд дал оценку в приговоре. 

В судебном заседании не установлено обстоятельств для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, которые бы препятствовали рассмотрению настоящего уголовного дела судом. 

Вина подсудимого в содеянном установлена доказательствами, исследованными в судебном заседании. Все представленные доказательства по делу суд признает относимыми и допустимыми к предмету доказывания по настоящему уголовному делу. Они собраны без нарушений норм УПК РФ, а их совокупность достаточна для разрешения уголовного дела.

При этом, суд не находит оснований для исключения каких-либо телесных повреждений, обнаруженных в результате СМЭ в отношении ФИО1 и ФИО2, из объема предъявленного подсудимому обвинения, учитывая характер нанесения ударов и их количество, поскольку не исключает образование нескольких телесных повреждений в результате однократного воздействия в область их локализации, что не противоречит выводам экспертов.

К показаниям подсудимого и позиции стороны защиты в части того, что именно поведение потерпевших явилось провокацией поведения ФИО3, в результате которого он стал наносить удары ФИО1, суд относиться критически, и данные показания подсудимого суд расценивает, как способ защиты с целью избежать ответственности за совершение преступлений.

Доводы стороны защиты, сводящиеся к тому, что преступление ФИО3 было совершено в результате провокационного поведения потерпевших, носят предположительный характер и не могут быть приняты во внимание, поскольку доказательств тому, стороной защиты не представлено. 

К показаниям подсудимого о том, что ФИО2 наносил ему удары, душил его, в результате чего он (ФИО3) был вынужден защищаться, суд относится критически, указанные показания не нашли своего подтверждения в судебном заседании и опровергаются совокупностью доказательств, которые подробно изложены выше, а так же заключением СМЭ в отношении ФИО3, согласно выводов которой у подсудимого не обнаружено телесных повреждений, которые бы причинили вред его здоровью. Данные показания суд расценивает как способ защиты, с целью избежать ответственности за содеянное. 

Признаков неосторожной формы вины в действиях подсудимого судом не усматривается. Конфликтная ситуация, которая имелась, возникла на почве распития спиртных напитков подсудимым. Данная ситуация была лишь поводом для возникновения личной неприязни, послужившей мотивом преступлений. 

Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.68-70), ФИО3 обнаруживает признаки эмоционально-неустойчивого расстройства личности (F60.3 по МКБ 10). Данное состояние при сохранных интеллектуальных и критических возможностях не лишает его способности в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер своих действий, отдавать им отчет и руководить ими. В период времени, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, он не обнаруживал признаков какого-либо временного расстройства психической деятельности или иного болезненного состояния психики, кроме указанного выше, находился в состоянии простого алкогольного опьянения, что не сопровождалось психотическими (галлюцинаторно-бредовыми) переживаниями, грубыми нарушениями сознания, мышления, критических и прогностических возможностей, а, следовательно, ФИО3 мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, отдавать им отчет и руководить ими. Выявленное у ФИО3 эмоционально неустойчивое расстройство личности не связано с возможностью причинения им иного существенного вреда, а также с опасностью для себя и других лиц, а следовательно в применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается. Признаков наркомании у него не выявлено. Обнаруживает признаки синдрома зависимости от алкоголя, нуждается в связи с этим в лечении. В результате проведенного экспериментально-психологического исследования у ФИО3 не обнаружены индивидуально-психологические особенности, способные оказать существенное влияние на поведение подэкспертного в момент совершения преступлений. Анализ исследуемой ситуации, личностного профиля ФИО3 позволяет сделать вывод, что в период инкриминируемых ему деяний, подэкспертный не находился в состоянии физиологического аффекта, что подтверждается отсутствием трехфазной динамики развития эмоционального реагирования.

На учете у врача-психиатра ФИО3 не состоит (том 2 л.д.144).

С учетом адекватного поведения подсудимого, как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, его ориентирования в судебно-следственной ситуации, чётко избранной им позиции защиты, а также с учетом выводов вышеуказанной экспертизы, оснований сомневаться в которой, с учетом компетентности экспертов, не имеется, суд признает подсудимого к совершенным им деяниям вменяемым.

Постановления и протоколы получения образцов (том 1 л.д. 202,204-205207-208,210-211), постановление о производстве выемки и протокол выемки (том 1 л.д. 212,213-214, 216-218),заключения экспертиз (том 1 л.д. 238-240,245-249, том 2 л.д.10-14,17, 58-60, 63-65), протокол осмотра предметов (том 2 л.д. 83-84), которые государственный обвинитель просил признать доказательством вины подсудимого, суд не оценивает и не признает по делу доказательствами, поскольку они не содержат юридически значимых обстоятельств, для квалификации деяний подсудимого и доказанности его вины в установленных судом деяниях.

Показания потерпевшего ФИО2 данные на стадии предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании, находящиеся в материалах дела (том 1 л.д.68-72), суд не признает по делу доказательством, поскольку после их оглашения потерпевший их не подтвердил и указал, что не давал таких показаний, протокол допроса не читал. Проверить соответствие процедуры допроса потерпевшего нормам УПК РФ суд лишен возможности, в виду смерти должностного лица, проводившего допрос потерпевшего. 

Однако исключение указанных документов и заключений экспертиз из доказательств, не ухудшает положение подсудимого, не влияет на виновность и доказанность вины ФИО3 в преступных деяниях, в том объеме как они изложены в описательной части приговора, поскольку виновность подсудимого подтверждается совокупностью иных доказательств.

Иные материалы дела, исследованные в судебном заседании в приговоре не приводятся, поскольку не подтверждают и не опровергают вину подсудимого. 

В соответствии со ст.6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

Согласно ч.2 ст.43 УК РФ, наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. 

ФИО3 совершил два умышленных преступления: оконченное преступление, относящееся к категории тяжких и не оконченное преступление, относящее к категории особо тяжких. Объектом преступного посягательства в обоих случаях являются отношения, обеспечивающие здоровье и жизнь граждан. 

При определении вида и меры наказания подсудимому суд исходит из общественной опасности преступлений, степени тяжести содеянного, личности подсудимого, обстоятельства смягчающие его наказание. Кроме того, суд учитывает обстоятельства, в силу которых преступление в отношении ФИО1 не было доведено до конца, а так же влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

При изучении личности подсудимого установлено, что ранее он не судим, проживал не по месту жительства, администрацией села и со стороны участкового уполномоченного полиции характеризуется удовлетворительно (том 2 л.д. 136,140). На учете врача-психиатра и врача-нарколога не состоит (том 2 л.д.144). Официально не трудоустроен, со слов подсудимого работал по найму. Состоит в браке, однако проживал с сожительницей, имеет на иждивении одного малолетнего и двух несовершеннолетних детей, хроническими заболеваниями не страдает, иных родственников на иждивении не имеет.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, судом признаются и учитываются (по обоим эпизодам преступных деяний): частичное признание вины на стадии предварительного расследования и в судебном заседании, раскаяние в содеянном (в той части, которая им признается), его состояние здоровья, наличие всех имеющихся заболеваний, состояние здоровья его близких родственников, с учетом всех имеющихся у них заболеваний, оказание помощи близким родственникам, наличие на иждивении одного малолетнего и двух несовершеннолетних детей, а также активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, в том числе путем сообщения в правоохранительные органы о своем месте нахождения после совершения преступлений, а так же дача показаний на стадии предварительного расследования.

При этом суд не усматривает иных обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных ст.61 УК РФ, а также не усматривает оснований для признания каких-либо других обстоятельств, смягчающими наказание. Ни подсудимым, ни адвокатом, таковых не названо, с соответствующим доказательственным подтверждением. Более того, признание смягчающими иных обстоятельств, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, является исключительной прерогативой суда, таковых суд не усматривает.

Оснований для признания поведения потерпевших ФИО1 и ФИО2 противоправным в том смысле, который указан в п. з ч.1 ст.61 УК РФ, у суда не имеется, поскольку под противоправным поведением потерпевшего понимаются действия, противоречащие закону, иным правовым актам, перечня запрещенных действий не существует. Поведение потерпевшего ФИО1, высказавшего недовольство сложившейся ситуацией, и попросившего ФИО3 покинуть его квартиру, и поведение ФИО2, который пресекая преступные действия ФИО3 отыскивал его от ФИО1, не может быть расценено, как противоправное, поскольку указанные действия потерпевших были связаны с необходимостью пресечения противоправных действий подсудимого. Какой-либо опасности для подсудимого потерпевшие ФИО1 и ФИО2 не представляли, как и не совершали в отношении ФИО3 противоправных действий. 

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

Согласно п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. 

Подсудимый в судебном заседании пояснил, что употреблял алкоголь, однако это не способствовало совершению им преступлений, он совершил бы указанные деяния и в трезвом виде, поскольку оскорбился, обиделся на потерпевших которые оскорбляли его сожительницу, а так же защищался от потерпевших. 

Стороной обвинения не представлено доказательств, каким образом состояние опьянения подсудимого оказало влияние на его поведение при совершении преступлений, несмотря на то, что нахождение подсудимого в момент совершения преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, следует из показаний самого подсудимого, потерпевших и свидетеля. Однако со слов подсудимого, он не находился в сильном алкогольном опьянении и выпитое спиртное не повлияло на его поведение.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступлений, обстоятельства их совершения, а так же в виду отсутствия достаточных оснований полагать, что состояние ФИО3 в момент совершения преступлений способствовало их совершению, суд не находит оснований для признания состояния опьянения подсудимого в момент совершения противоправных деяний, отягчающим наказание. 

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, вопреки позиции стороны защиты, в судебном заседании не установлено.

Принимая во внимание способ совершения преступлений, степень реализации преступных намерений подсудимым, цели совершения преступных деяний, фактические обстоятельства преступлений, влияющие на степень его общественной опасности, несмотря на мнение потерпевших, которые в судебном заседании пояснили, что не имеют претензий к подсудимому, оснований для изменения категории каждого преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, суд не находит.

При назначении наказания, суд учитывает положения Постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике назначения судами РФ уголовного наказания» и применяет требования ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания за каждое преступление.

При определении вида и размера наказания, учитывая данные о личности подсудимого, фактические обстоятельства дела, обстоятельства смягчающие наказание, обстоятельства, в силу которых одно из преступлений не было доведено до конца, суд приходит к выводу о возможности достижения целей наказания, восстановления социальной справедливости, путём назначения наказания в виде лишения свободы за каждое преступление, что, по мнению суда, будет отвечать целям и задачам наказания, предусмотренным ст. 43 УК РФ.

При этом, по мнению суда, восстановление социальной справедливости, и предупреждение совершения новых преступлений будет обеспечено без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы по каждому эпизоду. 

Оснований для применения ст.73 УК РФ, постановления приговора без назначения наказания, для освобождения от наказания, для применения отсрочки отбывания наказания или назначения наказания в виде принудительных работ, суд не находит. 

Наказание подсудимому по ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ назначается с учетом требований ч.3 ст.66 УК РФ.

При назначении окончательного наказания подсудимому суд руководствуется правилами назначения наказания, предусмотренными ч.3 ст.69 УК РФ, о назначении наказания по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний. 

Из исследованных материалов дела, следует, что в порядке ст.91-92 УПК РФ, ФИО3 задержан ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.140), в отношении него ДД.ММ.ГГГГ была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (том 1 л.д.152-153). Дата и время задержания подсудимым не оспариваются, со слов последнего, соответствует фактическому задержанию, а потому время предварительного заключения подсудимого подлежит зачету в срок отбытого наказания, в период с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в виде лишения свободы. 

Вид исправительного учреждения подсудимому назначается по правилам, предусмотренным п. в ч.1 ст.58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима, поскольку ранее он не отбывал лишение свободы, а инкриминируемое ему деяние отнесено к категории особо тяжких преступлений.

Судьбу вещественных доказательств по уголовному делу, определить в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

В соответствии с п.5 ч.2 ст.131, ст.132 УПК РФ, учитывая трудоспособный возраст подсудимого, суд полагает, что процессуальные издержки, связанные с вознаграждением адвокату в ходе предварительного расследования и в судебном заседании подлежат взысканию в доход государства с ФИО3, при этом суд принимает во внимание, что данное обстоятельство существенно не отразится на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении последнего, он не имеет ограничений по труду и находится в трудоспособном возрасте, от услуг адвоката не отказывался. Отсутствие на момент постановления приговора у подсудимого денежных средств не является достаточным условием признания его имущественно несостоятельным, поскольку он может возместить процессуальные издержки в будущем. Вместе с тем, в связи с уменьшением объема обвинения в судебном заседании, суд полагает возможным снизить размер процессуальных издержек, подлежащих взысканию с ФИО3 до 25 000,00 руб.

В соответствии со ст. 110 УПК РФ избранную подсудимому меру пресечения, суд полагает необходимым оставить без изменения на апелляционный период. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 и 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, 

приговорил:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105, п.п. а, з ч. 2 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание: 

-по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок шесть лет;

-по п.п. а,з ч. 2 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок четыре года;

На основании ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно к отбытию назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок восемь лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО3 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. а ч.3.1 ст.72 Уголовного кодекса Российской Федерации, зачесть ФИО3 в срок отбытого наказания, время содержания его под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по день вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в виде лишения свободы.

Меру пресечения ФИО3 заключение под стражу, до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 25 000,00 руб. в счёт возмещения судебных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокату

Вещественные доказательства по делу, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств Бийского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>а: фрагмент ткани, стеклянную кружку с ручкой, футболку ФИО2, рубашку, свитер ФИО1, металлическую палку (уголок), по вступлении приговора в законную силу уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам 

<

адрес>вого суда, через Смоленский районный суд 

<

адрес>, в течение 15 суток со дня провозглашения, а осуждённым в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Одновременно суд полагает необходимым разъяснить осуждённому, что в течение 15 суток со дня вручения копии приговора, он имеет право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём он должен указать в своей апелляционной жалобе, ходатайствовать об участии в суде апелляционной инстанции в случае принесения апелляционного представления, затрагивающего интересы осуждённого, который вправе подать свои возражения в письменном виде и иметь возможность довести до суда апелляционной инстанции свою позицию непосредственно либо с использованием систем видеоконференц-связи, а так же имеет право на обеспечение помощью адвоката в суде апелляционной инстанции, которое может быть реализовано путём заключения соглашения с адвокатом либо путём обращения с соответствующим ходатайством о назначении защитника, которое может быть изложено в апелляционной жалобе либо иметь форму самостоятельного заявления и должно быть подано заблаговременно в суд первой или второй инстанции.

Председательствующий Т.А. Климович.