РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 июля 2019 года город Тула

Зареченский районный суд г.Тулы в составе: председательствующего Малеевой Т.Н.,

при секретаре Корниенко М.А.,

с участием помощника прокурора Зареченского района г.Тулы Старковой И.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, ФИО4 к ГУЗ «Городская больница № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к ГУЗ «Городская больница № 2 г. Тулы им. Е.Г.Лазарева» о компенсации морального вреда в обоснование которого указали, что ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ «Тульская областная клиническая больница» скончался их муж и отец – ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в следственном отделе по 

<

данные изъяты> следственного управления Следственного комитета РФ по 

<

адрес> возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту смерти ФИО1., которое впоследствии было прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Однако в ходе предварительного расследования установлено, что смерть ФИО1 наступила в результате ненадлежащего исполнения медицинским работником ГУЗ «Городская больница № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» участковым врачом-терапевтом ФИО5 своих профессиональных обязанностей. В результате смерти близкого человека, истцы пережили морально-нравственные страдания. Погибший был для ФИО3 поддержкой и опорой, она прожила с ним счастливую жизнь, строила планы на дальнейшее будущее. По настоящее время она переживает глубокую депрессию, произошедшее негативно сказывается на ее общем психическом состоянии. Для ФИО4 смерть отца также имела негативные последствия, поскольку на тот момент он не достиг 18 летнего возраста, когда помощь и поддержка отца была для него наиболее важны. Кроме того, после смерти отца состояние его здоровья на фоне моральных переживаний ухудшилось: резкие изменения пульса и артериального давления, нарушение сна, неуверенность в себе, ощущение неполноты семьи. Ссылаясь на нормы действующего законодательства, истцы просили взыскать с ответчика ГУЗ «Городская больница № 2 г. Тулы им. Е.Г.Лазарева» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей каждому.

Истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Истец ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Представитель истцов ФИО3 и ФИО4 по доверенности ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме.

Представители ответчика ГУЗ «Городская больница № 2 г. Тулы им. Е.Г.Лазарева» по доверенности ФИО7 и ФИО8 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, указав в обоснование своих возражений на то, что дефектов оказания медицинской помощи в их учреждении не имелось, прямая причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступлением смерти ФИО1 отсутствует. Медицинские мероприятия в отношении пациента ФИО1 были проведены врачом-терапевтом ФИО5 в полном объеме, назначенные препараты соответствовали установленному диагнозу, отмечалась эффективность назначенных антигипертензивных лекарственных средств. Тогда как, согласно показаниям свидетелей, данных в рамках уголовного дела, ФИО1 не выполнялись рекомендации врача об ограничении физических нагрузок. Полагали, что причиной смерти ФИО1 явилось индивидуально обусловленное заболевание с индивидуальным характером течения и вытекающими последствиями, в связи с чем основания для удовлетворения требований истцов о взыскании с ответчика морального вреда отсутствуют. Также указали на несоответствие заявленной суммы компенсации морального вреда требованиям разумности и справедливости, а также на то, что ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ получила от врача-терапевта ФИО5 денежную компенсацию за моральный вред в размере 100 000 рублей, указав на отсутствие каких-либо претензий к данному врачу.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, поскольку им как лечащим врачом были предприняты все меры для оказания надлежащей медицинской помощи ФИО9 в амбулаторных условиях. Кроме того, им был компенсирован моральный вред ФИО3 в размере 100 000 рублей. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерства здравоохранения Тульской области в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте слушания дела извещался надлежащим образом, в письменном отзыве на исковое заявление просил о рассмотрении дела в их отсутствие в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и доводов, изложенных в возражении на исковое заявление ответчика ГУЗ «Городская больница № 2 г. Тулы им. Е.Г.Лазарева».

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Территориального фонда обязательного медицинского страхования Тульской области в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте слушания дела извещался надлежащим образом, в письменном ходатайстве просил о рассмотрении дела в их отсутствие.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы, заслушав заключение помощника прокурора Зареченского района г. Тулы Старковой И.Н., которая полагала возможным удовлетворить исковые требования частично, суд приходит к следующему.

Как установлено судом ФИО3 состояла в браке с умершим ФИО1, что подтверждается свидетельством о заключении брака 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ.

От данного брака у ФИО3 и ФИО1 есть сын – ФИО2., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 умер, что подтверждается свидетельством о смерти 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в следственном отделе по 

<

данные изъяты> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту смерти ДД.ММ.ГГГГ в ГУЗ ТО «Тульская областная клиническая больница» ФИО1, вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи работниками ГУЗ «Городская клиническая больница №2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева». Впоследствии уголовное дело передано в отдел 

<

данные изъяты> Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> для производства предварительного расследования.

ДД.ММ.ГГГГ данное уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ в отношении ФИО5 Право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ за ФИО5 не признано.

В ходе предварительного расследования установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1. находился на амбулаторном лечении в ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» с установленным диагнозом: вегетососудистая дистония, связанная с длительным физическим и психическим напряжением. В 

<

данные изъяты> с жалобами на повышенное артериальное давление ФИО9 обратился в терапевтические отделение ГУЗ «ГКБ № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева». Врачом терапевтом ФИО5 у него диагностирована эссенциальная артериальная гипертензия, назначено лечение. В период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 неоднократно обращался в терапевтическое отделение с жалобами на дискомфорт в области сердца, головные боли, одышку к терапевту ФИО5, которым был поставлен диагноз: нейро-цискуляторная дистония, умеренная артериальная гипертензия, назначена терапия.

Утром ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 в ходе приема пожаловался на ухудшение состояния на холодном воздухе. ФИО5 отмечено удовлетворительное состояние пациента, ясные тоны сердца, рекомендовано продолжить амбулаторное лечение. После этого ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 00 минут ФИО1 был госпитализирован с места жительства бригадой скорой медицинской помощи, в связи с резким ухудшением состояния и установленным диагнозом острый коронарный синдром в 

<

данные изъяты>, где в 16 часов 30 минут скончался от заболевания сердца - острого трансмурального инфаркта миокарда.

Согласно заключению эксперта № 

<

данные изъяты> причиной смерти ФИО1 явилось заболевание сердца - острый трансмуральный инфаркт миокарда (очаговое омертвление сердечной мышцы). 

Комиссией экспертов 

<

данные изъяты> также отмечено, что в данном случае анамнез был собран неполно: при опросе больного необходимо было уточнить характер, интенсивность, продолжительность болей, их связь с нагрузкой и психоэмоциональным напряжением, купирование (прекращение) - самостоятельно или после приема лекарственных средств (каких, в какой дозировке).

Согласно проведенной документарной проверке качества оказания медицинской помощи Министерством здравоохранения по Тульской области пациенту ФИО1 сделаны следующие выводы: учитывая жалобы, пациенту необходимо было ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ сделать ЭКГ, и госпитализировать с диагнозом ОКС, с целью уточнения диагноза; назначения от ДД.ММ.ГГГГ (сиднофарм) не соответствовало поставленному диагнозу; недооценена тяжесть состояния пациента, недостаточно точно собран анамнез при визитах к терапевту.

Согласно заключению экспертов №/

<

данные изъяты>, выполненному в ходе предварительного расследования по уголовному делу, участковым врачом терапевтом ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» на амбулаторном этапе оказания медицинской помощи ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ допущен ряд дефектов. Комиссия экспертов считает, что допущенные при оказании медицинской помощи в поликлинике ГУЗ «ГКБ №2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» ФИО1 дефекты диагностики, тактики и лечения в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти. Данный вывод основан на том, что при своевременном оказании ФИО9 медицинской помощи: своевременной диагностики ДД.ММ.ГГГГ (или, в крайнем случае, ДД.ММ.ГГГГ), своевременном проведении лечения в условиях регионального сосудистого центра ( в том числе, выполнение оперативного вмешательства по выставлению коронарного кровотока), вероятность благоприятного исхода составляла более 90 %. 

Таким образом, как усматривается из Постановления о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе предварительного расследования установлено, что смерть ФИО1 наступила в результате ненадлежащего исполнения медицинским работником ГУЗ «ГКБ №2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» ФИО5 своих профессиональных обязанностей. Допущенные при оказании медицинской помощи дефекты диагностики, тактики и лечения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1

Исходя из изложенного доводы стороны ответчика о том, что дефектов оказания медицинской помощи ФИО9 в их учреждении не имелось, что последним не выполнялись рекомендации врача об ограничении физических нагрузок и причиной его смерти явилось индивидуально обусловленное заболевание с индивидуальным характером течения являются несостоятельными.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите. Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ст. ст. 2, 7, ч. 1 ст. 20 Конституции РФ).

Статья 41 Конституции Российской Федерации гарантирует гражданам право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах).

В соответствии с ч. 2, ч. 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Пунктом 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации. Порядки оказания медицинской помощи и стандарты медицинской помощи утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (части 1, 2 статьи 37 ФЗ от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Так, согласно п. 1 и п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п.1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ).

В силу п. 2 ст. 150 Гражданского кодекса РФ нематериальные блага, в том числе жизнь и здоровье, защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного материального права и характера последствий нарушения.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, в том числе, в связи с утратой родственников.

Пунктами 1 и 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п.1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2).

Как следует из положений ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются в соответствии с положениями, предусмотренными ст.ст. 1099-1101 и ст. 151 данного Кодекса.

Из п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с пунктом 105 Постановления Европейского Суда по правам человека от 24 июля 2003 года N 46133/99, N 48183/99, некоторые формы морального вреда, включая эмоциональное расстройство по своей природе не всегда могут быть предметом конкретного законодательства. Однако это не препятствует присуждению судом компенсации, если он считает разумным допустить, что заявителю причинен вред, требующий финансовой компенсации. Причинение морального вреда при этом не доказывается документами, а исходит из разумного предположения, что истцу причинен моральный вред незаконными действиями ответчика.

Таким образом, оценивая по правилам ст. 67 ГПК РФ собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что медицинские услуги, оказанные ФИО1 работником ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» ФИО5 были ненадлежащего качества, что повлекло его смерть, в связи с чем обязанность по компенсации его близким родственникам ФИО3 и ФИО4 морального вреда следует возложить на ответчика ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева».

Тот факт, что в юридически значимый период ФИО5 являлся сотрудником ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» в ходе рассмотрения дела сторонами не оспаривался.

При определении размера компенсации морального вреда суд приходит к выводу, что смерть мужа и отца, несомненно, является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, а потому, учитывая установленные по делу обстоятельства, характер нравственных страданий истцов, степень родства истцов с умершим, степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости, находит разумным, справедливым и достаточным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей в пользу каждого из истцов, одновременно принимая во внимание тот факт, что любой размер компенсации, в том числе заявленный истицами, не способен возместить им страдания, связанные с гибелью супруга и отца.

Доводы о добровольной выплате ФИО5 в пользу ФИО3 денежных средств в сумме 100 000 рублей в качестве компенсации за причиненный ей моральный вред, а также о несогласие с заключением судебно-медицинской экспертизы не являются правовыми основаниями для отказа в заявленных требованиях.

Согласно положениям ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, пункта 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ, статьи 333.19 Налогового кодекса РФ взысканию с ответчика ГУЗ «Городская больница № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» в доход бюджета муниципального образования город Тула также подлежит государственная пошлина в размере 600 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3, ФИО10 удовлетворить частично.

Взыскать с ГУЗ «Городская больница № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» в пользу ФИО3 и в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей каждому, в остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с ГУЗ «Городская больница № 2 г. Тулы им. Е.Г. Лазарева» в доход бюджета муниципального образования город Тула государственную пошлину в размере 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Зареченский районный суд г.Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 26 июля 2019 года.

Председательствующий