Дело № 2-3316/2025 

22RS0065-01-2025-003541-78 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 августа 2025 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Лопуховой Н.Н., 

при секретаре Шариповой Т.А., 

с участием представителей истца ФИО1, ФИО2, ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Комитету по земельным ресурсам и землеустройству города Барнаула, ФИО5, ФИО3 о признании положений соглашения недействительными, об определении размера площадей земельного участка,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 (истец) обратилась в Индустриальный районный суд г. Барнаула с иском к Комитету по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула, ФИО5, ФИО3 (ответчики), в котором, с учетом уточненной позиции (л.д. 163-167), просила:

- признать недействительными п. 2 и п. 3 Соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4, ФИО5, ФИО3 с Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула в части размера площади земельного участка: для ФИО4 в отношении площади участка 114 кв.м., для ФИО5 в отношении площади участка 376 кв.м. и 171 кв.м, для ФИО3 в отношении площади участка в 205 кв.м.;

- определить размер площадей земельных участков по Соглашению от ДД.ММ.ГГГГ о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО4, ФИО5, ФИО3 с Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула: для ФИО4 – 245 кв.м., ФИО5 – 111.4 кв.м., ФИО3 – 133.6 кв.м.

В обоснование иска указано, что ФИО7 являлась собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ между Комитетом по земельным ресурсам землеустройству г. Барнаула и ФИО7 заключен договор аренды, по условиям которого земельный участок, на котором расположен жилой дом по адресу: 

<

адрес>, предоставлен ФИО7 в аренду сроком на 49 лет.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умерла.

После ее смерти с заявлением к нотариусу о принятии наследства обратились ФИО4 и ФИО5 Наследник ФИО8 отказалась от наследства в пользу ФИО5

Решением Индустриального районного суда г. Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ жилой 

<

адрес> (Литер А, А1, А2, А3, А5, А6) по 

<

адрес> в 

<

адрес> сохранен в перепланированном и реконструированном состоянии, общей площадью 160,8 кв.м., жилой 87 кв.м., признано право ФИО4 на 10/43 доли и право ФИО5 на 33/43 доли в праве собственности на указанный жилой дом. Впоследствии, по договору дарения ФИО5 произвел отчуждение части принадлежавших ему долей в праве собственности на жилой дом ФИО3, и в настоящее время жилой дом, по 

<

адрес> в 

<

адрес> на праве общей долевой собственности принадлежит ФИО4 – 10/43 доли, ФИО3 – 18/43 доли, ФИО5 – 15/43 доли.

В ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4, ФИО5 и ФИО3 обратились с заявлениями в Комитет по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула о внесении изменений в договор аренды земельного участка *** от ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ заключено Соглашение о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ между Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула и ФИО4, ФИО5, ФИО3

Согласно п.2 соглашения арендная плата исчисляется:

- для ФИО3 в отношении площади участка 205 кв.м. с ДД.ММ.ГГГГ,

- для ФИО4 в отношении площади участка 114 кв.м. с ДД.ММ.ГГГГ;

- в отношении ФИО5 в отношении площади участка 376 кв.м. с ДД.ММ.ГГГГ, в отношении площади участка 171 кв.м. с ДД.ММ.ГГГГ.

Соглашение зарегистрировано в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ.

Однако Соглашением неверно определены размеры площадей земельных участков для ФИО4, ФИО5 и ФИО3, а именно, после смерти ФИО7 права арендатора, как наследники, приобрели лишь ФИО4 и ФИО5 в равных долях.

ФИО4, обращаясь за изменением условий договора аренды, не просила уменьшить объем уже имеющегося у нее права аренды на земельный участок, не отказывалась от какой-либо части своих прав на земельный участок в пользу других сособственников жилого дома, и при заключении соглашения ФИО4 исходила из того, что в силу закона она имеет право на аренду спорного земельного участка в объеме ? доли, а соглашение объем принадлежащего ей права не должно изменять.

ФИО4 фактически владела и пользовалась половиной спорного земельного участка. Однако, весной 2021 г. ФИО5 и ФИО3 самовольно, без согласования с ФИО4, захватили почти всю свободную от застройки территорию путем установки ограждения, в том числе ту часть, которой пользовалась ФИО4

Так как ФИО4 и ФИО5 вступили в действующий договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ как наследники первоначального арендатора, а ФИО3 – как собственник доли в жилом доме, приобретенной у ФИО5, следовательно, в силу закона объем прав в договоре аренды между ними подлежал распределению следующим образом: ФИО4 – 245 кв.м., ФИО5 – 111.4 кв.м., ФИО3 – 133.6 кв.м.

ФИО6, не являясь наследником первоначального арендатора ФИО10, не могла вступить в договор аренды вместо последней наряду с ФИО4 и ФИО9 В этой связи недействительны п. 2 и п. 3 Соглашения в части размера площади земельного участка для ФИО4, ФИО5, ФИО3

Указанные обстоятельства следуют из апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу *** по иску ФИО11 к Комитету по земельным ресурсам и землеустройству г.Барнаула, ФИО3, ФИО5 о признании недействительными пунктов соглашения на основании ст. 178 ГК РФ, оставленным без изменения Восьмым кассационным судом общей юрисдикции в определении от ДД.ММ.ГГГГ, отметившим:

«оспариваемым соглашением спорный участок передан в аренду трем лицам, являющимся сособственниками расположенного на нем жилого дома не в качестве трех земельных участков с указанием конкретных площадей, а как единый объект, с определением размера арендной платы каждого из них пропорционально их долям в праве собственности на жилой дом. То обстоятельство, что двое из вступивших в данный договор соарендаторов приобрели права на земельный участок в порядке наследования, а один из них ввиду приобретения прав на расположенное на участке недвижимое имущество, указывает, что названное соглашение не является соглашением о разделе между наследниками права аренды. Фактически соглашением определено количество соарендаторов и порядок оплаты ими права аренды.»,

«изложенные стороной истца фактические обстоятельства свидетельствуют не о наличии у нее заблуждения в отношении условий оспариваемого соглашения в момент его заключения, а говорят о сформировавшемся у нее убеждении о наличии у нее права аренды 1/2 доли земельного участка. То есть у ФИО4 имеется спор о размере ее права аренды. Она считает, что ФИО6, не являясь наследником первоначального арендатора ФИО7, не могла вступить в договор аренды вместо последней наряду с ФИО4 и ФИО9 Между тем, такой спор подлежит самостоятельному разрешению, но не дает оснований для признания недействительным соглашения от ДД.ММ.ГГГГ по заявленным в настоящем иске основаниям.»

B соответствии с пунктом 2 статьи 617 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в случае смерти гражданина, арендующего недвижимое имущество, его права и обязанности по договору аренды переходят к наследнику, если законом или договором не предусмотрено иное.

Статья 1112 ГК РФ предусматривает, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ст. 1141 ГК РФ наследники одной очереди наследуют в равных долях, за исключением наследников, наследующих по праву представления.

B соответствии со ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Наследник арендатора земельного участка становится арендатором указанного имущества со дня открытия наследства в силу закона (Письмо Министерства Экономического развития РФ от 26.01.2018 № ОГ-Д23-734).

В соответствии с п. 2 ст. 271 ГК РФ, п. 1 ст. 35 ЗК РФ при переходе права собственности на недвижимость (здание), находящуюся на чужом земельном участке другому лицу, оно приобретает право пользования соответствующим земельным участком на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний собственник недвижимости.

Статья 422 ГК РФ устанавливает, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии с положениями ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункты 1, 2).

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16) в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), a контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения п. 2 ст. 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента. В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В рассматриваемом случае, оспариваемые условия Соглашения, по мнению истца, недействительны в силу норм ст.ст. 166, 168, 10 ГК РФ и нарушают требования вышеприведенных норм ст., ст. 617, 1112, 1141,1152, 422 ГК РФ, п.2 ст. 271 ГК РФ, ст. 35 ЗК РФ, разъяснений Письма Министерства Экономического развития РФ от 26.01.2018 № ОГ-Д23-734), также при заключении Соглашения, проект которого был предложен истцу, не являющемуся профессиональным участником, одной из сторон ответчика, содержал в себе вышеуказанные условия, являющиеся явно обременительными для истца, существенным образом нарушающие баланс прав и интересов сторон (несправедливые договорные условия), противоречащие и нарушающие принципы разумности и добросовестности, учитывая незаконное уменьшение объема уже имеющегося у истца права аренды на земельный участок, направленность на их уменьшение, что влечет недействительность оспариваемых условий Соглашения.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для подачи настоящего иска.

В ходе рассмотрения дела определением суда от 08.07.2025 г., занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по Алтайскому краю.

Истец в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще о дате, времени и месте его проведения.

В судебном заседании представители истца ФИО1, ФИО2 настаивали на удовлетворении уточненных исковых требований в полном объеме, поддержав доводы, приведенные в уточненном иске, а также письменных пояснениях по обстоятельствам спора (л.д. 174-175, 185-189). Дополнительно в судебном заседании, а также в ходе рассмотрения дела представители истца пояснили, что в данном случае имеет место нарушение ст. 617 ГК РФ, исходя из которой право аренды наследодателя переходит к наследникам в объеме принадлежащих им наследственных прав. Таким образом, поскольку исходя из материалов наследственного дела истцу принадлежит 1/3 доля в праве на наследственное имущество умершей ФИО7, в данном случае на долю ФИО4 приходится 166 кв.м. площади арендуемого земельного участка, тогда как в оспариваемом соглашении истцу определена площадь 114 кв.м. Тем самым, право аренды истца незаконно уменьшено. При этом тот факт, что решением суда между сторонами были распределены доли в праве собственности на жилой дом, значения не имеет, поскольку дополнительное соглашение было заключено к договору аренды земельного участка, арендатором по которому выступала наследодатель.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения уточненных исковых требований возражала по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление (л.д. 104-111), полагала, что в данном случае во внимание должен быть принят тот факт, что решением суда от ДД.ММ.ГГГГ за ФИО4 признано право собственности на 10/43 долей, за ФИО5 – на 33/43 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом по адресу: 

<

адрес>. То есть после принятия наследства после смерти ФИО7 наследники добровольно изменили свои доли в праве собственности на жилой дом, который неразрывно связан с землей. Юридическая судьба земельного участка повторяет судьбу зданий при распоряжении правом собственности на них. Таким образом, при признании за сторонами права собственности на жилой дом, они приобрели право пользования земельным участком, на котором такой дом расположен, в объеме соразмерно своей доле в праве общей долевой собственности на строение. В данном случае, после уменьшения доли истца в праве собственности на жилой дом, ее требование о передаче ей в пользование части земельного участка, равной ? доли его площади, необоснованно, противоречит принципу единства судьбы прав на объекты недвижимости.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения. При участии в рассмотрении дела против удовлетворения исковых требований возражал, с учетом доводов, приведенных в совместном с ФИО12 отзыве на исковое заявление (л.д. 104-111).

Представитель ответчика Комитета по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще о дате, времени и месте его проведения, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие. В ходе рассмотрения дела представила отзыв на исковое заявление (л.д. 86-87), полагала, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, в обоснование своей позиции указав, что в соответствии с дополнительным соглашением ФИО3, ФИО4, ФИО5 вступили в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ вместо ФИО7 как сособственники объекта недвижимости, расположенного на данном участке. В связи с чем размер обязательства по договору аренды земельного участка с множественностью лиц на стороне арендатора в отношении земельного участка, на котором расположен жилой дом, соразмерен долям в праве на такой жилой дом. В этой связи арендная плата для истца исчисляется исходя из принадлежности ей 10/43 долей в праве собственности на жилой дом, то есть исходя из площади земельного участка 114 кв.м. из расчета 490*10/43. Доводы истца о неверном определении площади спорного участка для каждого из арендаторов не обоснованы. ФИО4, заключив оспариваемое соглашение, приняла его условия. В рамках рассмотрения дела об определении порядка пользования земельным участком судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в апелляционном определении от ДД.ММ.ГГГГ *** (***) пришла к выводу о том, что собственники жилого дома добровольно распределили общий земельный участок, предоставленный в установленном законом порядке, а наследники ФИО4 и ФИО5 произвели раздел наследственного имущества в виде права аренды земельного участка, путем распределения своих долей в имущественном праве, согласно ранее достигнутого соглашения, что не противоречит положениям ст. 1165 ГК РФ. Кроме того, ранее истец обращалась с исковым заявлением о признании недействительными п. 2 и п. 3 соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ в части размера площади земельного участка, установленного для исчисления арендной платы. Решением Центрального районного суда г. Барнаула по делу *** от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ, кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования были оставлены без удовлетворения. Судами было установлено, что с даты открытия наследства после смерти ФИО7, после которой принявшие наследство ФИО4, ФИО5 приобрели ее права на арендованный земельный участок (ДД.ММ.ГГГГ), размер арендной платы был определен для них пропорционально приобретенным долям в праве собственности на жилой дом (которые, в свою очередь установлены решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, а именно: за ФИО4 признано право собственности на 10/43 долей, за ФИО5 на 33/43 долей). С момента отчуждения ФИО5 части своих долей ФИО3, размер арендной платы за земельный участок для ФИО5 и ФИО3, установлен исходя из площадей земельного участка, пропорциональных долям каждого из них соответственно в праве собственности на расположенный на участке объект недвижимости. Судами также было отмечено, что указание в п.2 оспариваемого соглашения размера конкретных площадей, исходя из которых будет начисляться арендная плата для каждого из соарендаторов, не могло ввести ФИО4 в заблуждение, что арендная плата для нее устанавливается не из половины площади земельного участка, а в соответствии с размером ее доли в праве на жилой дом.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Алтайскому краю в судебное заседание также не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав представителей истца, ответчика, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Из подпунктов 1, 7, 8, 9 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают: из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; вследствие неосновательного обогащения; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

В силу ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу части 1 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

На основании пункта 1 статьи 1, статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, наличие у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком. Защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Действующее законодательство не ограничивает лицо, чьи права нарушены, в выборе способов защиты, перечисленных в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации; целью судебной защиты является восстановление нарушенных или оспариваемых прав.

Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца, принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения права истца именно ответчиком.

Согласно статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, заключений экспертов.

Статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО7 на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ на праве собственности принадлежал жилой дом площадью 118,4 кв.м. с кадастровым номером *** расположенный по адресу: 

<

адрес> (л.д. 214).

Распоряжением Комитета по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула *** от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 из земель населенных пунктов в аренду на 49 лет предоставлен земельный участок с кадастровым номером *** площадью 0,0490 га по адресу: 

<

адрес> (л.д. 133).

ДД.ММ.ГГГГ между Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула (арендодатель) и ФИО7 (арендатор) заключен договор аренды земельного участка ***, в соответствии с которых последней в аренду предоставлен земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> кадастровым номером *** площадью 0,0490 га или 490 кв.м. с целью эксплуатацию жилого дома, принадлежащего арендатору на праве собственности (л.д. 134-140).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 умерла (л.д. 16).

На основании заявления ФИО4 (дочь умершей) ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Барнаульского нотариального округа ФИО15 открыто наследственное дело *** к имуществу ФИО7 (л.д. 204-227).

Кроме ФИО4 с заявлением о принятии наследства по закону к нотариусу обратился внук наследодателя – ФИО5 (л.д. 206 оборот).

ФИО8 (внучка умершей) отказалась от принятия наследства после смерти ФИО7 в пользу ФИО5, подав нотариусу соответствующее заявление (л.д. 207).

Таким образом, наследником по закону первой очереди к имуществу ФИО7 на основании п. 1 ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации является ее дочь – ФИО4, внук умершей – ФИО5 в силу положений п. 2 ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследует имущество ФИО7 по праву представления.

Сведений о наличии иных наследников первой очереди к имуществу умершей не установлено.

Вступившим в законную силу решением Индустриального районного суда г. Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ по делу ***, с учетом определения об исправлении описки от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования ФИО4, ФИО5 к администрации г. Барнаула, администрации Индустриального района г. Барнаула удовлетворены, жилой 

<

адрес> (Литер А, А1, А2, А3, А5, А6) по 

<

адрес> в 

<

адрес> сохранен в перепланированном и реконструированном состоянии, общей площадью 160,8 кв.м., жилой - 87,0 кв.м.; за ФИО4 признано право собственности на 10/43 долей в праве на жилой дом, за ФИО5 – на 33/43 доли в праве собственности на жилой 

<

адрес> (Литер А, А1, А2, А3, А5, А6) по 

<

адрес> в 

<

адрес> в перепланированном и реконструированном состоянии, общей площадью 160,8 кв.м., жилой - 87,0 кв.м. (л.д. 220-225).

На основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 (даритель) и ФИО3 (одаряемый), удостоверенного нотариусом Барнаульского нотариального округа ФИО15 и зарегистрированного в реестре за ***, ФИО5 безвозмездно передал в собственность ФИО3 принадлежащие ему 18/43 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> (л.д. 157-160).

В соответствии с вышеприведенными документами, управлением Росреестра по Алтайскому краю за ФИО5, ФИО3, ФИО4 зарегистрировано право общей долевой собственности на жилой дом общей площадью 160,8 кв.м., с кадастровым номером *** расположенный по адресу: 

<

адрес>, за ФИО3 – на 18/43 долей, за ФИО5 – на 15/43 долей, за ФИО4 – на 10/43 долей, что подтверждается сведениями из ЕГРН (л.д. 27).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, ФИО3, ФИО4 обратились в Комитет по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула с заявлениями о внесении изменений в договор аренды земельного участка *** от ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес>, ссылаясь в обоснование своего требования на тот факт, что они являются собственниками жилого дома, расположенного на указанном земельном участке. К своим заявлениям стороны приложили копии документов, подтверждающих право собственности на жилой дом, в том числе решение Индустриального районного суда г. Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ по делу ***, с определением об исправлении описки от ДД.ММ.ГГГГ, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, выписку из ЕГРН (л.д. 144-146).

На основании указанных заявлений, ДД.ММ.ГГГГ между Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула (арендодатель) и ФИО3, ФИО5, ФИО4 (арендаторы) в соответствии со ст. 39.6, 39.20 Земельного кодекса Российской Федерации заключено соглашение о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ ***, по условиям которого ФИО5, ФИО3, ФИО4 вступают вместо ФИО7 в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ ***, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером ***, площадью 0,049 га или 490 кв.м., как собственники объекта недвижимости, расположенного на данном земельном участке (л.д. 141-143).

Согласно п. 2 соглашения, арендная плата исчисляется: для ФИО3 в отношении площади участка 205 кв.м. с ДД.ММ.ГГГГ; для ФИО4 в отношении площади участка 114 кв.м.; ФИО5 В отношении площади участка 376 кв.м. с ДД.ММ.ГГГГ, в отношении площади участка 171 кв.м. с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ соглашение о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ *** зарегистрировано в ЕГРН (л.д. 26).

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО3, в котором просила признать за ней право на 1/2 долю в праве аренды земельного участка по 

<

адрес> в 

<

адрес>, определить порядок пользования данным земельным участком.

Решением Индустриального районного суда г. Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ по делу *** исковые требования ФИО4 к ФИО3, ФИО5 удовлетворены частично, определен порядок пользования земельным участков с кадастровым номером *** площадью 490 кв.м. по 

<

адрес> в 

<

адрес>, в соответствии с которым ФИО4 передана в пользование часть земельного участка площадью 126 кв.м., в пользование ФИО5 и ФИО3 – часть земельного участка площадью 364 кв.м.

При определении порядка пользования спорным земельным участком суд учел переход после смерти арендатора ФИО7 ее прав и обязанностей по договору аренды земельного участка к наследникам ФИО13 и ФИО5 со дня открытия наследства в силу закона; заключение сторонами договора аренды земельного участка с множественностью лиц на стороне арендатора, согласование наследниками условий на вступление в договор иных правообладателей объекта недвижимости, расположенного на земельном участке, определение по соглашению площади земельного участка и арендной платы, пропорционально долям в праве собственности на жилой дом, право собственности на который признано на основании судебного акта, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для признания за ФИО4 права на 1/2 долю в праве аренды земельного участка по 

<

адрес> в 

<

адрес>. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Индустриального районного суда г. Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения.

При этом, проверяя обжалуемое решение от ДД.ММ.ГГГГ, суд апелляционной инстанции исходил из того, что после смерти арендатора ФИО7 ее права и обязанности по договору аренды земельного участка в силу статей 617, 1112 и 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации действительно перешли к наследникам ФИО4 и ФИО5 со дня открытия наследства в силу закона, поскольку договором аренды не предусмотрено ограничений в части перехода прав по данному договору к наследникам арендатора. При этом, действующим законодательством не предусмотрено изменение доли в праве на земельный участок в результате совершения собственником дома действий по самовольной его реконструкции, повлекшее увеличение либо уменьшение площади объекта реконструкции. Вместе с тем, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 распорядилась принадлежащим ей в порядке наследования правом аренды земельного участка, заключив соглашение о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ ***. ФИО4, действуя в своей воле и интересе, в целях внесения изменений в договор аренды земельного участка, представила в уполномоченный орган решение суда от ДД.ММ.ГГГГ, а также выписку из ЕГРН в отношении жилого дома, расположенного на земельном участке. По результатам оценки содержания условий договора аренды земельного участка *** от ДД.ММ.ГГГГ, а также соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, которым арендная плата для каждого собственника жилого дома была определена исходя площади земельного участка, пропорционально долям в праве собственности на жилой дом, судебная коллегия пришла к выводу о том, что собственники жилого дома добровольно распределили общий земельный участок, предоставленный в установленном законом порядке, а наследники ФИО4 и ФИО5 произвели раздел наследственного имущества в виде права аренды земельного участка путем распределения своих долей в имущественном праве, согласно ранее достигнутого соглашения, что не противоречит положениям ст. 1165 Гражданского кодекса Российской Федерации. Достижение указанного соглашения между наследниками о разделе наследственного имущества также подтверждается решением суда, которым было установлено право общей долевой собственности сторон, как наследников ФИО7, на жилой дом, с отступлением от принципа равенства долей наследников.

Также из материалов дела следует, что после вынесения указанных судебных актов, ФИО4 обратилась в Центральный районный суд г. Барнаула с иском к Комитету по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула, ФИО5, ФИО3, в котором просила признать недействительными п. 2 и п. 3 соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ в части размера площади земельного участка, установленного для исчисления арендной платы для ФИО4, ФИО5, ФИО3, определить размер арендной платы по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ для ФИО4 – 245 кв.м., ФИО5 – 111.4 кв.м., ФИО3 – 133.6 кв.м., ссылаясь на то, что при заключении спорного соглашения она была введена в заблуждение арендодателем относительно его условий, толкование которых в последующем привело к существенному уменьшению объема принадлежащих ей прав на земельный участок без ее волеизъявления, тогда как как наследник первоначального арендатора в силу закона ФИО4 имеет право на аренду спорного земельного участка в объеме 1/2 доли, при этом, при подаче заявления о вступлении в договор аренды от части своих прав она не отказывалась, уменьшать объем ее прав аренды не просила.

Решением Центрального районного суда г. Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ по делу ***, оставленного без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ и определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования ФИО4 оставлены без удовлетворения (л.д. 94-95).

При вынесении указанных актов, судебные инстанции исходили из того, что стороной истца в дело не представлено доказательств заблуждения ФИО4 ни в отношении одного из обстоятельств, перечисленных в ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации; оговорок, опечаток, описок оспариваемое соглашение не содержит; природа соглашения очевидна и споров у сторон не вызывает, равно как не вызывают сомнения лица, являющиеся сторонами этого соглашения. 

Предмет сделки – аренда конкретного земельного участка тремя лицами, являющимися сособственниками расположенного на нем жилого дома – в соглашении недвусмысленно определен. Из пункта 2 соглашения усматриваются конкретные условия – с даты открытия наследства после смерти ФИО7, с которой принявшие наследство ФИО4 и ФИО5 приобрели ее права на арендованный земельный участок (с ДД.ММ.ГГГГ) размер арендной платы определен для них пропорционально приобретенным долям в праве собственности на жилой (которые в свою очередь установлены решением суда от ДД.ММ.ГГГГ), а с момента отчуждения последним части своих долей ФИО3, размер арендной платы за земельный участок для ФИО5 и ФИО14 Т.Ф, установлен исходя из площадей земельного участка, пропорциональных долям каждого из них соответственно в праве собственности на расположенный на участке объект недвижимости. 

Учитывая отраженную в договоре и известную сторонам общую площадь земельного участка 490 кв.м., указание в пункте 2 оспариваемого соглашения размера конкретных площадей для каждого из соарендаторов, исходя из которых будет начисляться арендная плата, по мнению суда, так же не давало ФИО4 основания заблуждаться, что арендная плата для нее устанавливается не из половины площади земельного участка. В данном случае не требовалось специальных познаний для того, чтобы определить, что указанный в соглашении размер земельного участка, принятый для расчета арендной платы ФИО4 - 114 кв.м. – не равен половине общей площади участка 490 кв.м. 

При этом судебной коллегией отмечено, что оспариваемым соглашением спорный участок передан в аренду трем лицам, являющимся сособственниками расположенного на нем жилого дома не в качестве трех земельных участков с указанием конкретных площадей, а как единый объект, с определением размера арендной платы каждого из них пропорционально их долям в праве собственности на жилой дом. То обстоятельство, что двое из вступивших в договор соарендаторов приобрели права на земельный участок в порядке наследования, а один из них ввиду приобретения прав на расположенное на участке недвижимое имущество, указывает, что названное соглашение не является соглашением о разделе между наследниками права аренды. Вместе с тем, заявляя настоящие требования истица ошибочно полагает, что оспариваемым соглашением был определен объем ее права пользования земельным участком, считая, что для нее этот объем должен составлять половину участка. Тогда как фактически соглашением определено количество соарендаторов и порядок оплаты ими права аренды. 

Таким образом, суды пришли к выводу, что изложенные стороной истца фактические обстоятельства свидетельствуют не о наличии у нее заблуждения в отношении условий оспариваемого соглашения в момент его заключения, а говорят о сформировавшемся у нее убеждении о наличии у нее права аренды ? доли земельного участка. То есть у ФИО4 имеется спор о размере ее права аренды, поскольку она считает, что ФИО3, не являясь наследником первоначального арендатора ФИО16, не могла вступить в договор аренды вместо последней наряду с ФИО4 и ФИО9, а потому оснований для признания недействительным соглашения от ДД.ММ.ГГГГ по заявленным основаниям не имелось.

Обращаясь в суд с настоящим иском о признании недействительными п. 2 и п. 3 Соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4, ФИО5, ФИО3 с Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула в части размера площади земельного участка и определении размера площадей земельных участков по данному Соглашению для ФИО4 – 245 кв.м., ФИО5 – 111.4 кв.м., ФИО3 – 133.6 кв.м., истец ссылалась на то, что оспариваемые условия Соглашения являются недействительными в силу норм ст.ст. 166, 168, 10 ГК РФ и нарушают требования в норм ст.ст. 617, 1112, 1141,1152, 422 ГК РФ, п.2 ст. 271 ГК РФ, ст. 35 ЗК РФ, поскольку ФИО4 и ФИО5 вступили в действующий договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ как наследники первоначального арендатора, а ФИО3 – как собственник доли в жилом доме, приобретенной у ФИО5, следовательно, в силу закона объем прав в договоре аренды различен. ФИО6, не являясь наследником первоначального арендатора ФИО10, не могла вступить в договор аренды вместо последней наряду с ФИО4 и ФИО9 Между тем, в рассматриваемом соглашении объем уже имеющегося у истца права аренды на земельный участок был значительно уменьшен. При этом, ФИО4, обращаясь за изменением условий договора аренды, не просила уменьшить объем уже имеющегося у нее права аренды на земельный участок, не отказывалась от какой-либо части своих прав на земельный участок в пользу других сособственников жилого дома, и при заключении соглашения ФИО4 исходила из того, что в силу закона она имеет право на аренду спорного земельного участка в объеме ? доли, а соглашение объем принадлежащего ей права не должно изменять. Таким образом, оспариваемые условия названного Соглашения являются явно обременительными для истца, существенным образом нарушают баланс прав и интересов сторон (несправедливые договорные условия), противоречат и нарушают принципы разумности и добросовестности, а потому подлежат признанию недействительными.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств, суд, вопреки позиции стороны, истца, не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

В соответствии со ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Наследство открывается со смертью гражданина (ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущества умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего кодекса не следует иное.

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

В силу статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Частью 1 ст. 1141 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной ст.ст.1142-1145 и 1148 настоящего Кодекса.

Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (статья 1117), либо лишены наследства (пункт 1 статьи 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства.

Согласно п. 1 ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления (п. 2 названной статьи).

Согласно п. 1 ст. 1146 Гражданского кодекса Российской Федерации доля наследника по закону, умершего до открытия наследства или одновременно с наследодателем (пункт 2 статьи 1114), переходит по праву представления к его соответствующим потомкам в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 1142, пунктом 2 статьи 1143 и пунктом 2 статьи 1144 настоящего Кодекса, и делится между ними поровну.

В соответствии с п. 1 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Статьей 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства, наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

В соответствии с ч. 4 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации. 

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (п. 34).

При этом, получение свидетельства о праве на наследство является правом, а не обязанностью наследника (п. 7 названного выше Постановления).

Положениями части 1 статьи 1158 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что наследник вправе отказаться от наследства в пользу других лиц из числа наследников по завещанию или наследников по закону любой очереди независимо от призвания к наследованию, не лишенных наследства (пункт 1 статьи 1119), а также в пользу тех, которые призваны к наследованию по праву представления (статья 1146) или в порядке наследственной трансмиссии (статья 1156).

Согласно статьи 1159 Гражданского кодекса Российской Федерации отказ от наследства совершается подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника об отказе от наследства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 617 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина, арендующего недвижимое имущество, его права и обязанности по договору аренды переходят к наследнику, если законом или договором не предусмотрено иное.

Арендодатель не вправе отказать такому наследнику во вступлении в договор на оставшийся срок его действия, за исключением случая, когда заключение договора было обусловлено личными качествами арендатора.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года N 803-О, пункт 2 статьи 617 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему содержанию направлен на защиту прав граждан-наследников.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что имущественные права и обязанности не входят в состав наследства, если они неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также если их переход в порядке наследования не допускается Гражданским кодексом Российской Федерации или другими федеральными законами (статья 418, пункт 2 статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 5 ч.1 ст.1 Земельного кодекса Российской Федерации одним из принципов земельного законодательства является единство судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов.

В соответствие с п.1 ст.39.20 Земельного кодекса Российской Федерации, если иное не установлено настоящей статьей или другим федеральным законом, исключительное право на приобретение земельных участков в собственность или в аренду имеют граждане, юридические лица, являющиеся собственниками зданий, сооружений, расположенных на таких земельных участках.

В случае, если здание, сооружение, расположенные на земельном участке, раздел которого невозможно осуществить без нарушений требований к образуемым или измененным земельным участкам (далее - неделимый земельный участок), или помещения в указанных здании, сооружении принадлежат нескольким лицам на праве частной собственности либо на таком земельном участке расположены несколько зданий, сооружений, принадлежащих нескольким лицам на праве частной собственности, эти лица имеют право на приобретение такого земельного участка в общую долевую собственность или в аренду с множественностью лиц на стороне арендатора (п. 2 названной статьи).

Договор аренды земельного участка в случаях, предусмотренных пунктами 2 - 4 настоящей статьи, заключается с условием согласия сторон на вступление в этот договор аренды иных правообладателей здания, сооружения или помещений в них (п. 9).

В силу п.10 ст.39.20 Земельного кодекса Российской Федерации размер долей в праве общей собственности или размер обязательства по договору аренды земельного участка с множественностью лиц на стороне арендатора в отношении земельного участка, предоставляемого в соответствии с пунктами 2-4настоящей статьи, должны быть соразмерны долям в праве на здание, сооружение или помещения в них, принадлежащим правообладателям здания, сооружения или помещений в них. Отступление от этого правила возможно с согласия всех правообладателей здания, сооружения или помещений в них либо по решению суда.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

На основании пунктов 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Положениями статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась. Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

В соответствии со ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (ч. 1).

Если правила, содержащиеся в ч. 1 указанной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (ч. 2).

В п. 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положении Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" указано, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Из приведенных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что наименование, указанное в титулах договора, не предопределяет его содержание, в связи с чем с учетом положений ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации для определения правоотношения сторон необходимо исходить из условий такого договора, в том числе его предмета.

Статья 422 ГК РФ устанавливает, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии с положениями ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункты 1, 2).

Согласно п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, спорное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ заключено между ФИО4, ФИО5, ФИО3 и Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула на основании заявлений, поданных арендаторами в Комитет ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, ФИО4, как иные арендаторы земельного участка, обращаясь в Комитет с заявлением о внесении изменений в договор аренды земельного участка по адресу: 

<

адрес>, в качестве основания своих требований указывали на то, что являются собственниками жилого дома, расположенного на данном земельном участке, представив в подтверждение своих доводов копию решения Индустриального районного суда г. Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ с определением об исправлении описки от ДД.ММ.ГГГГ, которым за истцом признано право на 10/43 долей, а за ФИО5 – на 33/43 доли в праве собственности на жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, а также договора дарения доли в праве собственности на жилой дом от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ФИО3

Таким образом, при подаче заявления о внесении изменений в договор аренды земельного участка, истец в качестве основания такого обращения ссылалась не на факт наследования имущества после смерти ФИО7, в том числе имущественных прав в виде права аренды спорного земельного участка, а на факт принадлежности ей доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный на таком участке. 

В этой связи проект соглашения о вступлении в договор аренды земельного участка подготовлен Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула с учетом положений п. 10 ст. 39.20 Земельного кодекса Российской Федерации, то есть размер обязательств по договору аренды земельного участка определен соразмерно долям сособственников в праве на жилой дом, расположенный на этом земельном участке.

Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что предмет спорной сделки – аренда конкретного земельного участка тремя лицами, являющимися сособственниками расположенного на нем жилого дома.

В этой связи оснований полагать, что права истца в данном случае были нарушены, в том числе в результате действий Комитета по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула при подготовке проекта оспариваемого соглашения, или действиями других ответчиков – ФИО5, ФИО3, у суда не имеется.

Тот факт, что в п. 2 соглашения о вступлении в договор аренды земельного участка установлено, что исчисление арендной платы для ФИО4 производится с ДД.ММ.ГГГГ (дата открытия наследства после смерти ФИО7), на суть принятого решения не влияет, учитывая, что названное соглашение заключено между сторонами как сособственниками жилого дома, расположенного на арендуемом земельном участке.

Более того, указанное условие лишь констатирует, что ФИО4 и ФИО5 приобрели права на жилой дом и, соответственно, на арендованный земельный участок с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 – с момента отчуждения ей ФИО5 части своих долей.

Доводы истца о наличии у нее права на ? долю в праве аренды земельного участка в данном рассматриваемом случае юридического значения для дела не имеют, поскольку оспариваемое соглашение заключено между ФИО4 и ФИО5, ФИО3 не как между наследниками предыдущего арендатора земельного участка, а как между сособственниками жилого дома, расположенного на нем. При этом размер долей каждого участника названного соглашения в праве собственности на жилой дом установлен решением Индустриального районного суда г. Барнаула от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом изменений, возникших в связи с заключением между ФИО5 и ФИО3 договора дарения долей в праве собственности на жилой дом.

Таким образом, учитывая основание заключения соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о вступлении в договор аренды земельного участка (заявление сособственников здания, расположенного на арендуемом земельном участке), тот факт, что ФИО3 не является наследником имущества ФИО7, юридического значения для дела не имеет.

Не может быть принята судом во внимание и ссылка истца на положения ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку каких-либо признаков недобросовестности действий со стороны Комитета по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула, или ФИО5, ФИО3 в ходе рассмотрения дела судом не установлено, как не установлено то обстоятельство, что оспариваемые условия названного соглашения являются для истца явно обременительными или нарушают баланс интересов сторон, принимая во внимание, что заявление о внесении изменений в договор аренды земельного участка с указанием основания для внесения таких изменений истец подавала и подписывала лично. При этом сведений о том, что подача такого заявления явилась результатам недобросовестных действий со стороны ответчиков, в материалах дела не имеется, истец на это обстоятельство не ссылалась и доказательств тому не представила.

Довод истца о том, что, по ее мнению, она является слабой стороной соглашения, и не могла влиять на условия дополнительного соглашения, подлежит отклонению.

В абзацах 2, 3 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 16 от 14.03.2014 "О свободе договора и ее пределах" разъяснено, что в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

В нарушение норм статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторона истца не представила доказательства как несправедливости условий соглашения, в том числе доказательства получения ответчиками большей имущественной выгоды, чем той, на которую они могли бы претендовать при обычных рыночных условиях при заключении сделки, так и доказательства нахождения ее в положении, затрудняющем согласование иного содержания соглашения. Напротив, заявление о внесении изменений в договора аренды подано лично истцом, в связи с чем ФИО4 могла самостоятельно определить основание для заключения соглашения.

При изложенных обстоятельствах у суда отсутствуют основания для признания недействительными п. 2 и п. 3 соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о вступлении в договор аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4, ФИО5, ФИО3 и Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству г. Барнаула в части размера площади земельного участка, и, следовательно, для удовлетворения иска в этой части, как и для удовлетворения производного от него требования об определении размера площадей земельных участков по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ по предложенному истцом варианту.

Таким образом, суд отказывает в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к Комитету по земельным ресурсам и землеустройству города Барнаула, ФИО5, ФИО3 о признании положений соглашения недействительными, об определении размера площадей земельного участка оставить без удовлетворения в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Алтайского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Барнаула.

Судья Н.Н. Лопухова

Решение суда в окончательной форме принято 3 сентября 2025 года.

Верно, судья Н.Н.Лопухова

Секретарь судебного заседания М.Б.Ковальчук

Решение суда на 03.09.2025 в законную силу не вступило.

Секретарь судебного заседания М.Б.Ковальчук

Подлинный документ подшит в деле № 2-3316/2025 Индустриального районного суда г. Барнаула.